ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12  

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru 

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

  № 09АП-10372/2024 

Москва Дело № А40-278471/21  04 апреля 2024 года 

Резолютивная часть постановления объявлена 26 марта 2024 года  Постановление изготовлено в полном объеме 04 апреля 2024 года  

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи А.С. Маслова, судей Ж.В. Поташовой и Ю.Н. Федоровой при ведении протокола секретарем судебного заседания М.С. Чапего, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ООО «Развоз» в  лице конкурсного управляющего на определение Арбитражного суда города Москвы от  22.01.2024 по делу № А40-278471/21, вынесенное судьей В.А. Фроловым в рамках дела  о несостоятельности (банкротстве) ООО «Транслогистик»,  

в части признания требования ООО «Развоз» в размере 18 352 000 руб. обоснованным и  подлежащим учету в порядке очередности, предшествующей распределению  ликвидационной квоты;  

при участии в судебном заседании: 

от ООО «Развоз» в лице конкурсного управляющего – ФИО1  по дов. от 22.08.2023  

У С Т А Н О В И Л:

Решением суда от 03.08.2023 ООО «Транслогистик» (ОГРН 

<

***>,  ИНН 

<

***>) признан несостоятельным (банкротом), в отношении  ООО «Транслогистик» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) введена процедура  конкурсного производства. Исполняющим обязанности конкурсного управляющего  утвержден ФИО2 (ИНН 

<

***>, регистрационный номер  в реестре 20023, почтовый адрес: 105005, г. Москва, а/я 146) являющегося членом  Ассоциации СОАУ «Меркурий», о чем опубликовано сообщение в газете  «Коммерсантъ» № 147(7592) от 12.08.2023.  

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление ООО «Развоз»  (ИНН 

<

***>) в лице конкурсного управляющего ФИО3 о включении  задолженности в реестр требований кредиторов должника в размере 18 352 000 руб.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 22.01.2024 требование  ООО «Развоз» (ИНН 

<

***>) в размере 18 352 000 руб. признано обоснованным и  

подлежащим учету в порядке очередности, предшествующей распределению  ликвидационной квоты.  

Производство по требованию ООО «Развоз» (ИНН 

<

***>) о включении  задолженности в реестр требований кредиторов должника приостановлено до  вступления в законную силу определения о привлечении к субсидиарной  ответственности ООО «ТрансЛогистик» в рамках дела о банкротстве ООО «Развоз»   № А40-101082/19-74-124 «Б», рассматриваемого Арбитражным судом города Москвы.  

Не согласившись с вынесенным определением суда первой инстанции в части  признания требований в размере 18 352 000 руб. подлежащим учету в порядке  очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, ООО «Развоз»  в лице конкурсного управляющего обратилось в Девятый арбитражный  апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить, как  принятое с нарушением норм материального права.  

В судебном заседании представитель ООО «Развоз» в лице конкурсного  управляющего доводы апелляционной жалобы поддержал.  

Рассмотрев дело в порядке статей 156, 266, 268 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, изучив материалы дела, суд апелляционной инстанции  не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или  изменения определения арбитражного суда, принятого в соответствии с действующим  законодательством Российской Федерации.  

Как следует из материалов дела, вступившим в силу в законную силу  определением Арбитражного суда города Москвы от 25.02.2022 по делу   № А40-101082/19-74-124 «Б» удовлетворено заявление конкурсного управляющего о  признании недействительными 21 договора купли-продажи транспортных средств,  заключенных между ООО «Развоз» и должником.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 10.05.2023 по делу   № А40-101082/19-74-124 «Б» изменен способ и порядок исполнения определения суда,  указанного в п. 5 настоящего заявления. С должника в пользу ООО «Развоз» подлежат  взысканию денежные средства в размере 18 352 000 руб.  

Признавая требования ООО «Развоз» в заявленном размере обоснованными и  подлежащими удовлетворению в порядке очередности, предшествующей  распределению ликвидационной квоты, суд первой инстанции исходил из наличия  оснований для понижения очередности удовлетворения данного требования.  

Соглашаясь с выводами суда первой инстанции и отклоняя доводы  апелляционной жалобы, суд руководствуется следующим.  

В соответствии с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о  несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам,  предусмотренным данным кодексом, с особенностями, установленными федеральными  законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).  

Из разъяснений, содержащихся в пункте 26 постановления Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых  процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», следует, что  при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить  из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении  которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.  

В силу статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным  актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при  рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.  

В соответствии с разъяснениями Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации, изложенными в пункте 22 Постановления от 22.06.2012 № 35  

«О некоторых процессуальных вопросах связанных с рассмотрением дел о  банкротстве» арбитражный суд при рассмотрении требования кредитора, основанного  на решении суда, вступившего в законную силу, не проверяет вновь установленные  вступившим в законную силу решением суда обстоятельства при предъявлении  кредитором денежных требований к должнику.  

По смыслу названных норм, предполагается, что обоснованность требования,  основанного на вступивших в законную силу судебных актах, к моменту рассмотрения  такого в деле о банкротстве проверено на предмет необходимых обстоятельств для  правильного рассмотрения дела, в частности к которым относятся обстоятельства,  свидетельствующие о заключенности и действительности договора, в том числе о  соблюдении правил его заключения, о наличии полномочий на заключение договора у  лиц его подписавших. Таким образом, законодательство связывает наступление  правовых последствий в связи с принятием судебного акта по существу требования  кредитора, с правом обращения в рамках дела о банкротстве с заявлением о включении  в реестр требований кредиторов, при наличии такого судебного акта суд не проверяет  вновь обстоятельства возникновения обязательства.  

В силу положений статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, и разъяснений пункта 22 Пленума Высшего Арбитражного  Суда Российской Федерации 22.06.2012 № 35 правовые последствия, связанные с  вступившим в законную силу судебным актом, в отношении требования кредитора,  носят императивный характер при рассмотрении такого требования в деле о  банкротстве. В соответствии с пунктом 10 статьи 16 Закона о банкротстве разногласия  по требованиям кредиторов или уполномоченных органов, подтвержденным  вступившим в законную силу решением суда в части их состава и размера, не подлежат  рассмотрению арбитражным судом, а заявления о таких разногласиях подлежат  возвращению без рассмотрения, за исключением разногласий, связанных с  исполнением судебных актов или их пересмотром.  

В своих возражениях конкурсный управляющий указывал на необходимость  субординации требований в связи с аффилированностью заявителя и должника.  

В соответствии с позицией Верховного суда Российской Федерации изложенной  в «Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в  процедурах банкротства требований, контролирующих должника и аффилированных с  ним лиц» (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020),  очередность удовлетворения требования кредитора не может быть понижена лишь на  том основании, что он относится к числу аффилированных с должником лиц, в том  числе его контролирующих.  

Согласно пункту 2 Обзора, действующее законодательство о банкротстве не  содержит положений о безусловном понижении очередности удовлетворения  некорпоративных требований кредиторов, относящихся к числу контролирующих  должника лиц. Из фундаментального принципа автономии воли и свободы  экономической деятельности участников гражданского оборота (статья 1 Гражданского  кодекса Российской Федерации) следует право каждого определять правовую форму  инвестирования, в частности, посредством внесения взносов в уставный капитал  подконтрольной организации или выдачи ей займов. Если внутреннее финансирование  с использованием конструкции договора займа осуществляется добросовестно, не  направлено на уклонение от исполнения обязанности по подаче в суд заявления о  банкротстве и не нарушает права и законные интересы иных лиц - других кредиторов  должника, не имеется оснований для понижения очередности удовлетворения  требования, основанного на таком финансировании.  

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов  контролирующие его лица объективно влияют на хозяйственную деятельность  должника. Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо  

недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности,  разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 Гражданского кодекса Российской  Федерации) на такое лицо подлежит распределению риск банкротства  контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное  управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности  противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.  

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на  корпоративный характер заявленного участником требования, на последнего переходит  бремя по опровержению соответствующего довода путем доказывания гражданско-правовой природы обязательства.  

Доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов  допустимо через подтверждение аффилированности как юридической (в частности,  принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), так и  фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абз. 26 ст. 4 Закона РСФСР  от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической  деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности  даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления  искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако  сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения  предпринимательской деятельности (Определение Верховного Суда Российской  Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, от 11.02.2019 № 305-ЭС18-17063).  

Как отмечено в определении Верховного Суда Российской Федерации  от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757 доказывание соответствующего контроля может  осуществляться путем приведения доводов о существовании между лицами формально  юридических связей, позволяющих ответчику в силу закона либо иных оснований  (например, учредительных документов) давать такие указания, а также путем  приведения доводов о наличии между лицами фактической аффилированности в  ситуации, когда путем сложного и непрозрачного структурирования корпоративных  связей (в том числе с использованием офшорных организаций) или иным способом  скрывается информация, отражающая объективное положение дел по вопросу  осуществления контроля над должником.  

Согласно пункту 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением  контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» установление  фактического контроля не всегда обусловлено наличием (отсутствием) юридических  признаков аффилированности. Напротив, конечный бенефициар, не имеющий  соответствующих формальных полномочий, в раскрытии своего статуса  контролирующего лица не заинтересован и старается завуалировать как таковую  возможность оказания влияния на должника (Определение Верховного Суда  Российской Федерации от 07.10.2019 № 307-ЭС17-11745).  

Согласно позициям, изложенным в определениях Верховного Суда Российской  Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056  фактическая аффилированность доказывается через подтверждение возможности  контролирующего лица оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения  должником предпринимательской деятельности. О наличии такого рода  аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в  частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях,  недоступных обычным (независимым) участникам рынка.  

В рассматриваемом случае основанием для включения требований являются  обязательства возникшие в связи с оспоренной сделкой и обязательства возникшие из  договора аренды.  

Судом установлено, что кредитор и должник являются аффилированным  лицами, по признаку вхождения в одну группу компаний - ГК «Пивдом», что  подтверждается определением Арбитражного суда города Москвы от 21.11.2022 по  делу № А40-101073/19 и постановлением Арбитражного суда Московского округа  от 28.11.2023 по настоящему делу.  

Согласно заключению эксперта № А40-101082/19 в области оценочной  экспертизы по определению Арбитражного суда города Москвы от 01.07.2021 итоговая  величина рыночной стоимости 20 автотранспортных средств составила 18 352 000 руб.  

Передача ООО «Развоз» 21 автомобиля должнику по значительно заниженной  стоимости является компенсационным финансированием. Указанное финансирование  не может считаться добросовестным, т.к. его предоставление было скрыто под видом  совершения ординарных договоров купли-продажи.  

Суд пришел к выводу, что такое финансирование было направлено на уклонение  должника от исполнения обязанности по подаче в суд заявления о банкротстве.  Фактические обстоятельства обособленного спора указывают на то обстоятельство, что  имели место аффилированность и перевод активов, компенсационное финансирование  ООО «ТрансЛогистик» со стороны ООО «Развоз» путем передачи транспортных  средств по цене в 30 раз ниже рыночной.  

ООО «Развоз» (в лице руководителей, действовавших до введения конкурсного  производства) не могло не знать о наличии задолженности перед независимыми  кредиторами ООО «ТрансЛогистик», как и не могло не знать о постепенном  прекращении исполнения должником своих обязательств перед иными кредиторами.  ООО «Развоз» приняло на себя риск компенсационного финансирования, в том числе  риск его утраты на случай объективного банкротства.  

Решением Арбитражного суда города Москвы от 30.06.2020г. по делу   № А40-101082/19 ООО «Развоз» признано несостоятельным банкротом, открыта  процедура конкурсного производства.  

Между тем, рассматриваемые в настоящем обособленном споре требования  возникли из правоотношений сторон до признания ООО «Развоз» несостоятельным  банкротом. В связи с чем, признание заявителя несостоятельным (банкротом) не имеет  правового значения в настоящем обособленном споре.  

Также, заявитель указывал, что часть требований возникла в связи с признанием  сделки недействительной, следовательно, не может расцениваться как  компенсационное финансирование поскольку ООО «Развоз» является потерпевшей  стороной.  

Судом критически оценены указанные доводы. Как указывалось ранее,  определением суда от 21.11.2022 признана недействительной передача ООО «Развоз»  21 автомобиля должнику по значительно заниженной стоимости.  

Основание для признание указанного договора недействительным послужило  недоказанность сторонами оплаты по договору купли-продажи.  

Судом обоснованно отмечено, что ООО «Развоз» заключая указанные договоры  фактически на безвозмездной основе, передал ООО «Транслогистик» транспортные  средства.  

Доказательств того, что ООО «Развоз» требовал исполнения со стороны  ООО «Транслогистик» в материалах дела отсутствует.  

Таким образом, как указал суд, ООО «Развоз» на безвозмездной основе, передал  в пользование ООО «Транслогистик» транспортное средство, что в свою очередь  расценивается судом как предоставление финансирования.  

Относительно оставшейся части требования, заявитель указывал, что на дату  возникновения задолженности должник не обладал признаками несостоятельности.  

В определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда  Российской Федерации от 25.01.2016 № 310-ЭС15-12396 суд подчеркнул, что  

недопустимо отождествлять неплатежеспособность с неоплатой конкретного долга  отдельному кредитору. Кредитор всегда осведомлен о факте непогашения долга перед  ним, но одно лишь обстоятельство не свидетельствует о том, что такой кредитор  должен одновременно располагать и информацией о приостановлении должником  операций по расчетам с иными кредиторами.  

Между тем, согласно правовой позиции, сформулированной в определении  Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3) наличие  обязательств должника, которые не были исполнены и впоследствии включены в  реестр требований кредиторов, подтверждает факт неплатежеспособности должника в  период заключения договора.  

В Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в  процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с  ним лиц, утвержденном Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020, (далее по  тексту также – Обзор по субординации) обобщены правовые подходы, применение  которых позволяет сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения  очередности удовлетворения (субординации) требования аффилированного с  должником лица.  

При наличии любого из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о  банкротстве, считается, что должник находится в трудном экономическом положении  (далее - имущественный кризис) и ему надлежит обратиться в суд с заявлением о  собственном банкротстве. Как разъяснено в Обзоре по субординации, требования  контролирующего должника лица подлежат субординации, в частности, если они  возникли в условиях имущественного кризиса должника (пункт 3). Контролирующее  лицо, пытающееся вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии  имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности  посредством предоставления данному обществу компенсационного финансирования,  должно принимать на себя все связанные с этим риски, которые не могут  перекладываться на других кредиторов получателя финансирования (пункт 1 статьи 2  Гражданского кодекса Российской Федерации). Указанные правовые позиции об  очередности удовлетворения требования распространяются и на предоставившее  компенсационное финансирование аффилированное с должником лицо, которое не  имело прямого контроля над должником, но действовало под влиянием общего для  него и должника контролирующего лица (пункт 4 Обзора по субординации).  

Так судом установлено, что на указанные даты имелись непогашенные  требования независимых кредиторов (АО «ВЭБ Лизинг»), которые в последствии  включены в реестр требований кредиторов.  

Кроме того, ООО «Развоз» являясь аффилированным к должнику лицом и не  могло не знать о наличии задолженности перед независимыми кредиторами, как и не  могло не знать о постепенном прекращении своих обязательств перед иными  кредиторами.  

Судом установлено, что в рамках договора купли-продажи, должник получал от  ООО «Развоз» имущественную выгоду недоступную для иных участников рынка,  фактически ООО «Развоз» предоставлял финансирование должнику в виде  предоставления в аренду имущества при этом не требуя встречного исполнения  

При таких обстоятельствах, ООО «Развоз» принял на себя риск  компенсационного финансирования в том числе риск его утраты на случай  объективного банкротства.  

Так же судом учтено то обстоятельство, что аффилированный кредитор,  имевший информацию об имущественном кризисе должника не может конкурировать в  реестре требований кредиторов должника с независимым добросовестным кредитором  и получать удовлетворение своих требований наравне с ним.  

В связи с указанным, требование ООО «Развоз» в размере 18 352 000 руб.  правомерно признано судом обоснованным и подлежащим удовлетворению после  погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона «О  несостоятельности (банкротстве)», но приоритетно по отношению к требованиям лиц,  указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве (очередность, предшествующая  распределению ликвидационной квоты).  

Заявителем апелляционной жалобы не представлено в материалы дела  надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование своей позиции, апелляционная  жалоба не содержат доводов, которые влияли бы на обоснованность и законность  судебного акта.  

При этом суд отмечает, что заявителем жалобы не приведено доводов,  опровергающих доводы конкурсного управляющего, поддержанные судом первой  инстанции, о наличии схемы внутирокорпоративного финансирования и взаимосвязи  аффилированных лиц.  

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу о  принятии судом первой инстанции оспариваемого определения с учетом правильно  установленных обстоятельств, имеющих значение для дела, полно, всесторонне и  объективно исследованных доказательств, с учетом правильного применения норм  материального и процессуального права.  

Руководствуясь статьями 266 – 269, 271, 272 Арбитражного процессуального  Кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд  

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда города Москвы от 22.01.2024 по делу   № А40-278471/21 оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без  удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть  обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в  Арбитражный суд Московского округа.  

Председательствующий судья: А.С. Маслов 

Судьи:  Ж.В. Поташова  

 Ю.Н. Федорова