АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А55-26823/2018

г. Казань

18 июля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 04 июля 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 18 июля 2024 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Васильева П.П.,

судей Богдановой Е.В., Минеевой А.А.

при ведении протокола секретарем судебного заседания Долговой А.Н., 

при участии путем использования систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Самарской области представителя АКБ «Газбанк» – ФИО1, доверенность от 12.05.2023;

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу акционерного коммерческого банка «Газбанк» (акционерное общество) в лице конкурсного управляющего Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов»

на определение Арбитражного суда Самарской области от 23.01.2024 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.04.2024 по делу № А55-26823/2018

по заявлению акционерного коммерческого банка «Газбанк» (акционерное общество) в лице конкурсного управляющего Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» о включении требования в размере 2 154 627 рублей 80 копеек в реестр требований кредиторов в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2.

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 акционерное общество коммерческий банк «Газбанк» (далее – банк) в лице конкурсного управляющего Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» обратилось в арбитражный суд с заявлением о восстановлении пропущенного срока на предъявление требований и включении в реестр требований кредиторов должника требования размере 2 154 627 рублей 80 копеек, из которых: 116 876 рублей 32 копейки – основной долг, 361 922 рубля 08 копеек – проценты, 852 592 рубля 21 копейка – неустойка за просрочку основного долга, 717 715 рублей 24 копейки – неустойка за просрочку процентов по основному долгу, 100 000 рублей – неустойка по решению суда, 5521 рубль 95 копеек – госпошлина.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 10.10.2023 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО3.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 23.01.2024, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.04.2024, в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с принятыми судебными актами, банк обратился в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить, принять новый судебный акт, которым включить требование банка в реестр требований кредиторов должника.

По мнению подателя жалобы, суды пришли к необоснованному выводу о пропуске кредитором срока на принудительное исполнение вступившего в законную силу судебного акта, поскольку у банка отсутствовала объективная возможность представления доказательств неполучения исполнительного листа от судебного пристава-исполнителя после окончания исполнительного производства.

Банк указывает на то, что у него отсутствовала информация об окончании исполнительного производства, в связи с чем обоснованно полагал, что судебным приставом-исполнителем осуществляются мероприятия по принудительному исполнению судебного акта о взыскании с должника задолженности.

Банк считает, что ссылка на пропуск срока исковой давности судом должна быть оценена в качестве недобросовестного поведения должника с целью освободиться от уплаты задолженности.

В судебном заседании представитель банка поддержал кассационную жалобу, просил определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить, принять новый судебный акт, которым включить требование банка в реестр требований кредиторов должника.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальном сайте Арбитражного суда Поволжского округа в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем на основании части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Арбитражный процессуальный кодекс) кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы и проверив в соответствии со статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, судебная коллегия кассационной инстанции не находит оснований для отмены определения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции в силу следующего.

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Самарской области от 05.12.2018 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО4.

Вступившим в законную силу решением Ленинского районного суда города Самары от 27.01.2014 по делу № 2-29/2014 с ФИО2 и ФИО5 в пользу банка солидарно взыскана задолженность в размере 595 538 рублей 65 копеек, из которых: 413 916 рублей 43 копейки – основной долг, 81 622 рубля 22 копейки – проценты за пользование кредитом, 100 000 рублей – неустойка, 13 100 рублей – расходы, связанные с проведением экспертизы, 10 465 рублей 20 копеек – госпошлина, обращено взыскание на заложенное имущество.

5 апреля 2018 года отделом судебных приставов Промышленного района города Самары в отношении ФИО2 возбуждено исполнительное производство № 23615/18/63040-ИП о взыскании задолженности в пользу банка.

16 июля 2018 года исполнительное производство окончено на основании пункта 3 части 1 статьи 46 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее – Закон об исполнительном производстве).

Согласно расчету заявителя по состоянию на 05.12.2018 задолженность должника составляет 2 154 627 рублей 80 копеек, из которых:

сумма задолженности по уплате основного долга – 116 876 рублей 32 копейки;

сумма задолженности по уплате процентов – 361 922 рубля 08 копеек;

общая сумма неустойки за просрочку основного долга – 852 592 рубля 21 копейка;

общая сумма неустойки за просрочку процентов по основному долгу – 717 715 рублей 24 копейки;

неустойка по решению суда – 100 000 рублей;

судебные расходы – 5521 рубль 95 копеек.

Указывая на изложенные обстоятельства, банк обратился в арбитражный суд с заявлением о включении задолженности в реестр требований кредиторов должника.

Одновременно кредитор ходатайствовал о восстановлении пропущенного срока на подачу рассматриваемого требования, указывая, что не был извещен ни должником, ни финансовым управляющим должника о введении в отношении должника процедуры банкротства и возможности предъявления заявленного требования к включению в реестр требований кредиторов должника, в срок, установленный Законом о банкротстве.

Возражая против удовлетворения заявления, финансовый управляющий ссылался на пропуск банком срока исковой давности на предъявление требования в суд.

Отказывая во включении требования в реестр требований кредиторов, суды исходили из следующего.

Согласно части 1 статьи 21 Закона об исполнительном производстве срок предъявления исполнительного листа к взысканию равен трем годам.

Предусмотренный законом срок для предъявления исполнительного листа к исполнению установлен для реализации права взыскателя на принудительное исполнение исполнительного листа посредством органов принудительного исполнения судебных актов. С истечением данного срока, если он не был прерван или восстановлен судом, у взыскателя прекращается право требовать принудительного исполнения судебного акта, на основании которого выдан исполнительный лист.

Согласно пункту 1 статьи 432 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации срок предъявления исполнительного документа к исполнению прерывается предъявлением его к исполнению, если федеральным законом не установлено иное, а также частичным исполнением должником судебного постановления.

Согласно пункту 28 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2021 год), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.02.2022, в соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 321 Арбитражного процессуального кодекса и частью 1 статьи 21 Закона об исполнительном производстве исполнительный лист может быть предъявлен к исполнению в течение трех лет со дня вступления судебного акта в законную силу. 

Частями 1 и 2 статьи 22 Закона об исполнительном производстве предусмотрено, что срок предъявления исполнительного листа к исполнению прерывается предъявлением его к исполнению, частичным исполнением исполнительного документа должником. После перерыва течение срока предъявления исполнительного документа к исполнению возобновляется. Время, истекшее до прерывания срока, в новый срок не засчитывается. 

В силу части 4 статьи 46 Закона об исполнительном производстве возвращение взыскателю исполнительного документа не является препятствием для повторного предъявления исполнительного документа к исполнению в пределах срока, установленного статьи 21 данного закона. 

В соответствии с частью 4 статьи 321 Арбитражного процессуального кодекса и частью 3 статьи 22 Закона об исполнительном производстве в случае возвращения исполнительного листа взыскателю в связи с невозможностью его исполнения новый срок для предъявления исполнительного листа к исполнению исчисляется со дня его возвращения.

Взаимосвязанные положения части 1 статьи 21, части 2 статьи 22 и части 4 статьи 46 Закона об исполнительном производстве позволяют сделать вывод, что в случае возвращения исполнительного документа взыскателю в связи с невозможностью его исполнения, в том числе частичного, по обстоятельствам, имеющим отношение к должнику (пунктов 2 – 4 части 1 статьи 46 указанного закона), течение срока на предъявление исполнительного листа исчисляется заново с момента возвращения исполнительного документа.

В соответствии с пунктом 1 статьи 31 Закона об исполнительном производстве истечение срока предъявления исполнительного документа к исполнению является основанием для отказа в возбуждении исполнительного производства.

По смыслу приведенных положений с истечением срока для предъявления исполнительного листа к исполнению, если он не был прерван или восстановлен судом, у взыскателя прекращается право требовать принудительного исполнения судебного акта и получить удовлетворение он может только в случае, если должник добровольно произведет исполнение. Обращение кредитора с заявлением о признании должника банкротом и включении в реестр кредиторов задолженности, взысканной вступившим в законную силу судебным актом, представляет собой особый способ принудительного удовлетворения требований такого кредитора.

Как следует из материалов дела и установлено судами, исполнительное производство № 23615/18/63040-ИП, возбужденное 05.04.2018, окончено 16.07.2018 на основании пункта 3 части 1 статьи 46 Закона об исполнительном производстве.

Информация о наличии указанного исполнительного производства на сайте Федеральной службы судебных приставов отсутствует.

26 декабря 2023 года на запрос суда от Главного управления ФССП России по Самарской области поступила информация о том, что исполнительное производство № 23615/18/63040-ИП, возбужденное в отношении должника ФИО2, окончено на основании статьи 46 Закона об исполнительном производстве. Материалы указанного исполнительного производства уничтожены в связи с истечением срока хранения, что подтверждается актом уничтожения от 27.01.2022.

Суды учли, что исполнительное производство окончено до возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) банка (определение суда от 06.08.2018 по делу № А55-21551/2018), а также до возбуждения настоящего дела о банкротстве определением суда от 24.09.2018.

Решение о признании ФИО2 банкротом принято судом 04.12.2018.

Сведения о признании должника несостоятельным (банкротом) и введении в отношении него процедуры реализации имущества гражданина опубликованы в газете «Коммерсантъ» 15.12.2018 (№ 232(6470)).

С рассматриваемым требованием банк обратился в арбитражный суд 31.03.2023.

В этой связи суды подчеркнули, что с момента окончания исполнительного производства до обращения кредитора в арбитражный суд с рассматриваемым требованием прошло более четырех лет, при этом конкурсный управляющий банка является профессиональным участником арбитражного процесса о несостоятельности (банкротстве) и за столь продолжительный период времени имел объективную возможность выявить наличие возбужденного и впоследствии оконченного в отношении гражданина-должника исполнительного производства и своевременно (как минимум до истечения трех лет с даты окончания исполнительного производства) обратиться в арбитражный суд с настоящим требованием.

Отклоняя довод банка о неполучении им исполнительного листа от службы судебных приставов и невозможности тем самым повторно предъявить исполнительный лист к исполнению, суды отметили, что кредитор является профессиональным участником финансово-экономических правоотношений, в частности, регулярно работает с образовавшейся задолженностью заемщиков и должен в силу специфики своей деятельности проявлять ту степень заботливости и осмотрительности, которая от него требуется, в противном случае несет риск последствий несовершения определенных действий.

Предусмотренный статьей 321 Арбитражного процессуального кодекса срок для предъявления исполнительного листа к исполнению установлен для реализации права взыскателя на принудительное исполнение исполнительного листа посредством органов принудительного исполнения судебных актов. С истечением этого срока, и если он не был восстановлен судом, у взыскателя прекращается право требовать принудительного исполнения судебного акта, на основании которого выдан исполнительный лист.

Обращение кредитора в рамках дела о банкротстве должника с заявлением о включении в реестр кредиторов требования, основанного на вступившем в законную силу судебном акте, представляет собой особый способ удовлетворения такого требования.

В связи с этим взыскатель, не реализовавший свое право на принудительное исполнение судебного акта в отношении должника посредством органов принудительного исполнения судебных актов и пропустивший срок на предъявление исполнительного листа к исполнению, утрачивает право на удовлетворение своего интереса в установленном процессуальным законодательством порядке.

Отклоняя ссылку банка на запрос, направленный им в отделение судебных приставов Советского района города Самары, с указанием на то, что банк до настоящего времени не получил акт о невозможности взыскания задолженности и подлинник исполнительного листа, суды отметили, что направление запроса само по себе не подтверждает факт неполучения банком исполнительного документа.

Довод банка о неуказании должником при обращении в арбитражный суд с заявлением о своем банкротстве банка в списке кредиторов апелляционный суд счел необоснованным, поскольку доказательства принятия банком мер, направленных на принудительное исполнение судебного акта после окончания исполнительного производства, материалы дела не содержат. Следовательно, при установленном судом и не опровергнутом кредитором факте пропуска кредитором трехлетнего срока на принудительное исполнение судебного акта неуказание должником банка в перечне своих кредиторов в рассматриваемом случае правового значения не имеет.

В связи с изложенным, проанализировав фактические обстоятельства и имеющиеся в деле доказательства, учитывая, что исполнительное производство в отношении должника окончено 16.07.2018 на основании пункта 3 части 1 статьи 46 Закона об исполнительном производстве до возбуждения дела о банкротстве ФИО2 (24.09.2018), то есть исполнительный лист подлежал возвращению банку не позднее следующего дня за днем вынесения постановления судебного пристава об окончании исполнительного производства, при этом исполнительный лист повторно к исполнению в службу судебных приставов до истечения срока, установленного для предъявления исполнительного листа к исполнению, не предъявлялся, следовательно, трехлетний срок предъявления исполнительного листа к исполнению истек 16.07.2021, суды пришли к обоснованному выводу о том, что кредитором утрачено право на принудительное взыскание задолженности, в связи с чем правомерно отказали в признании требования банка обоснованным и включении его в реестр требований кредиторов должника.

Суд кассационной инстанции соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций, которые не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в нем доказательствам, считает, что обжалуемые судебные акты приняты с соблюдением норм материального и процессуального права.

Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций полно и всесторонне исследовали представленные доказательства, оценили их по своему внутреннему убеждению, что соответствует положениям статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса, установили все имеющие значение для дела обстоятельства, сделали правильные выводы по существу требований заявителя, а также не допустили неправильного применения норм материального и процессуального права.

Довод подателя жалобы о том, что у банка отсутствовала объективная возможность представления доказательств неполучения исполнительного листа от судебного пристава-исполнителя после окончания исполнительного производства, а также о том, что у банка отсутствовали сведения об окончании исполнительного производства, судебная коллегия полагает несостоятельным, поскольку кредитором не представлено доказательств, свидетельствующих об отсутствии у него объективной возможности в течение пяти лет выяснить судьбу исполнительного листа, предъявленного банком в марте-апреле 2018 года, и, как следствие, состояние возбужденного по его заявлению исполнительного производства.

Довод банка о том, что ссылка на пропуск срока исковой давности судом должна быть оценена в качестве недобросовестного поведения должника, судебная коллегия считает основанным на неверном толковании норм действующего законодательства, поскольку срок исковой давности и срок на предъявление исполнительного документа регулируются разными нормами права. В настоящем случае основанием для отказа во включении требований банка в реестр требований кредиторов является именно пропуск кредитором срока на предъявление исполнительного документа к исполнению и, как следствие, утрата банком возможности принудительного взыскания задолженности.

Таким образом, доводы, изложенные в кассационной жалобе, не опровергают правильность выводов судебных инстанций и подлежат отклонению, поскольку направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и изложенных выше обстоятельств, установленных судами.

Исходя из изложенного, принимая во внимание положения статей 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса, суд кассационной инстанции не находит оснований для удовлетворения кассационной жалобы, а принятые по делу судебные акты считает законными и обоснованными. Кроме того, оснований, предусмотренных статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса (в том числе нарушений норм процессуального права, которые в любом случае являются основанием к отмене обжалуемых судебных актов), для отмены обжалуемых судебных актов не усматривается.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Самарской области от 23.01.2024 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.04.2024 по делу № А55-26823/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                            П.П. Васильев 

 

Судьи                                                                                    Е.В. Богданова 

 

                                                                                              А.А. Минеева