ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А41-66505/16

23 августа 2017 года

г. Москва

Резолютивная часть постановления объявлена 16 августа 2017 года

Постановление изготовлено в полном объеме  23 августа 2017 года 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Катькиной Н.Н.,

судей Гараевой Н.Я., Мизяк В.П.,

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1,

при участии в заседании:

от общества с ограниченной ответственностью «Спецпроект»: ФИО2, по доверенности от 28.04.17,

от закрытого акционерного общества «Вертолетная компания «Аэросоюз»: ФИО3 по доверенности от 10.05.17,

от ФИО4: ФИО5 по нотариально удостоверенной доверенности от 26.07.17, зарегистрированной в реестре за номером 13827,

от акционерного общества «Хеликс»: ФИО6 по доверенности от 10.01.17,

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы закрытого акционерного общества «Вертолетная компания «Аэросоюз» и общества с ограниченной ответственностью «Спецпроект» на определение Арбитражного суда Московской области от 23 мая 2017 года по делу №А41-66505/16, принятое судьей Левченко Ю.А., по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Спецпроект» о процессуальном правопреемстве по заявлению публичного акционерного общества «Сбербанк России» о признании закрытого акционерного общества «Вертолетная компания «Аэросоюз» несостоятельным (банкротом),

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью (ООО) «Спецпроект» обратилось в Арбитражный суд Московской области с заявлением о замене публичного акционерного общества (ПАО) «Сбербанк России» - заявителя по делу о банкротстве закрытого акционерного общества (ЗАО) «Вертолетная компания «Аэросоюз» на ООО «Спецпроект» (т. 1, л.д. 94-96).

Заявление подано на основании статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Также в Арбитражный суд Московской области обратился ФИО4 с ходатайством о процессуальном правопреемстве на стороне заявителя по делу, заменив ООО «Спецпроект» на ФИО4 (т. 1, л.д. 115-116).

Определением Арбитражного суда Московской области от 23 мая 2017 года было произведено процессуальное правопреемство, путем замены ПАО «Сбербанк России» на ООО «Спецпроект» и ООО «Спецпроект» на ФИО4 (т. 1, л.д. 143-145).

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ООО «Спецпроект» обратилось в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить в части удовлетворения ходатайства ФИО4 о процессуальном правопреемстве, ссылаясь на отсутствие у него прав кредитора по отношению к должнику (т. 1, л.д. 149-154).

ЗАО «Вертолетная компания «Аэросоюз», также не согласившись с вынесенным судебным актом, обратилось в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить, ссылаясь на нарушение норм материального и процессуального права при его вынесении (т. 2, л.д. 113-121).

В судебном заседании апелляционного суда представитель ООО «Спецпроект» заявил ходатайство о замене заявителя по делу - ООО "Спецпроект" на ООО «Юнити» в связи с состоявшейся уступкой права требования.

Рассмотрев указанное ходатайство, апелляционный суд не находит оснований для его удовлетворения.

В силу части 1 статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса.

Для правопреемника все действия, совершенные в арбитражном процессе до вступления правопреемника в дело, обязательны в той мере, в какой они были обязательны для лица, которое правопреемник заменил (ч. 3 ст. 48 АПК РФ).

Анализ указанной нормы права позволяет сделать вывод о том, что процессуальное правопреемство представляет собой переход процессуальных прав и обязанностей от одного лица к другому в связи с материальным правопреемством, при этом перечень оснований материального правопреемства является открытым.

Применительно к настоящему делу для осуществления процессуального правопреемства необходимо подтвердить выбытие заинтересованного лица из того правоотношения, в котором он является стороной по делу, и передачу им соответствующих прав его правопреемнику в случаях, предусмотренных данной нормой закона.

Замена выбывшей стороны ее правопреемником в арбитражном судебном процессе возможна в том случае, если правопреемство произошло в материальном правоотношении, что должно быть подтверждено в соответствии с требованиями статей 65, 67 и 68 АПК РФ относимыми и допустимыми доказательствами лицом, заявившим о правопреемстве.

В обоснование ходатайства о процессуальном правопреемстве на стороне заявителя по делу ООО «Спецпроект» ссылается на заключенный между ним (Цедент) и ООО «Юнити» (Цессионарий) договор уступки прав (цессии) от 01.08.17, по которому Цедент уступил Цессионарию в полном объеме права и обязанности по договору уступки прав (требований) № 3 от 28.12.16, заключенному между ПАО "Сбербанк" и ООО "Спецпроект" о передаче прав и обязанностей  по договору № 00070014/04011100 об открытии возобновляемой кредитной линии от 21.05.14, заключенному между ПАО "Сбербанк"  и ЗАО "Вертолетная компания "Аэросоюз" в редакции дополнительного соглашения № 1 от 03.07.14 и дополнительного соглашения № 2 от 28.01.15, заключенного между ПАО "Сбербанк" и ЗАО "Вертолетная компания "Аэросоюз"; договору залога № 1899 от 21.05.14 в редакции дополнительного соглашения № 1 от 28.01.15, заключенному ПАО "Сбербанк России" с ЗАО "Вертолетная компания "Аэросоюз"; договору поручительства № 1909 от 25.06.14, заключенному ПАО "Сбербанк России" с ЗАО "Хеликс", договору поручительства № 2542 от 21.05.14 в редакции дополнительного соглашения № 1 от 28.01.15, заключенному с ФИО7; договору поручительства № 2543 от 21.05.14 в редакции дополнительного соглашения № 1 от 25.01.15, заключенному ПАО "Сбербанк России" с ЗАО "Хеликс". Права перешли от Цедента к Цессионарию в момент подписания настоящего договора, включая право на получение основного долга и неустойки в полном объеме, в том числе права требования задолженности  в размере 24 135 918 рублей 76 копеек, из которых: основного долга - 18 787 223 рубля 91 копейка, неустойка - 5 348 694 рубля 85 копеек.

В силу пункта 1 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона.

В соответствии со статьей 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на неуплаченные проценты.

По смыслу вышеназванных норм права цедент может уступить цессионарию только те права, которыми реально обладает.

Из материалов дела следует, что право требования к должнику с 28.04.17 принадлежит ФИО4, который перечислил ООО «Спецпроект» 20 293 905 рублей 62 копейки в счет погашения имевшейся на тот момент задолженности.

Поскольку на момент заключения договора уступки прав (цессии) от 01.08.17 ООО «Спецпроект» не обладало правами кредитора в отношении ЗАО «Вертолетная компания «Аэросоюз», оснований полагать совершившейся передачу этих прав ООО «Юнити» и наступившее правопреемство в материальном правоотношении не имеется, в связи с чем оснований для процессуального правопреемства на стороне заявителя по делу апелляционный суд не находит.

В судебном заседании апелляционного суда представители ООО «Спецпроект» и ЗАО «Вертолетная компания «Аэросоюз» поддержали доводы, изложенные в своих апелляционных жалобах, просили определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт.

Представители ФИО4 и АО «ХЕЛИКС» возражали против доводов заявителей апелляционных жалоб, просили определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Законность и обоснованность определения суда проверены апелляционным судом в соответствии со статьями 266-268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела и доводы апелляционных жалоб, заслушав представителей сторон, апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Как следует из материалов дела, 21.05.14 между ПАО «Сбербанк России» (Банк) и ЗАО «Вертолетная компания «Аэросоюз» (Заемщик) был заключен договор об открытии возобновляемой кредитной линии № 00070014/04011100 для финансирования текущей деятельности на срок до 20.05.16, исполнение обязательств Заемщика по которому обеспечено ипотекой четырех объектов недвижимости на основании договора № 1909 от 25.06.14 и договорами поручительства № 2542 от 21.05.14 с ФИО7 и № 2543 от 21.05.14 с АО «Хеликс» (т. 1, л.д. 6-25).

Обращаясь в Арбитражный суд Московской области с заявлением о признании ЗАО «Вертолетная компания «Аэросоюз» несостоятельным (банкротом), ПАО «Сбербанк России» указало, что по состоянию на 30.08.16 задолженность по договору составляет 20 357 633 рубля 51 копейка, в том числе: 19 765 485 рублей 19 копеек основного долга, 489 029 рублей 31 копейка неустойки за несвоевременное погашение кредита.

Определением Арбитражного суда Московской области от 09 ноября 2016 года было возбуждено производство по делу о банкротстве ЗАО «Вертолетная компания «Аэросоюз» (т. 1, л.д. 1).

28.12.16 между ПАО «Сбербанк России» (Цедент) и ООО «Спецпроект» (Цессионарий) был заключен договор уступки прав (требований) № 3, по условиям которого Цедент уступает, а Цессионарий принимает права (требования) к ЗАО «Вертолетная компания «Аэросоюз» (Должник), вытекающие из договора об открытии возобновляемой кредитной линии № 00070014/04011100 от 21.05.14 в редакции дополнительного соглашения № 1 от 03.07.14 и дополнительного соглашения № 2 от 28.01.15, в полном объеме, а также права, обеспечивающие исполнение указанных обязательств, в сумме 20 293 905 рублей 62 копейки, в том числе: 18 723 496 рублей 02 копейки основного долга, 1 570 409 рублей 60 копеек неустойки (т. 1, л.д. 97101).

Платежным поручением № 683090 от 28.04.17 ФИО4 перечислил ООО «Спецпроект» 20 293 905 рублей 62 копейки в счет исполнения обязательств АО «Хеликс» перед ООО «Спецпроект» по договору поручительства № 2543 от 21.05.14, заключенному между ПАО «Сбербанк России» и АО «Хеликс» на основании договора уступки прав (требований) № 3 от 28.12.16, заключенному между ПАО "Сбербанк" и ООО "Спецпроект" (т. 1, л.д. 110-111).

Вынося обжалуемое определение, суд первой инстанции указал, что ввиду исполнения обязательств ФИО4 за ЗАО «Вертолетная компания «Аэросоюз» на стороне кредитора ООО «Спецпроект» состоялось правопреемство по заявленным требованиям.

Апелляционный суд считает выводы суда первой инстанции законными и обоснованными, доводы апелляционных жалоб подлежащими отклонению.

В силу части 1 статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса.

Для правопреемника все действия, совершенные в арбитражном процессе до вступления правопреемника в дело, обязательны в той мере, в какой они были обязательны для лица, которое правопреемник заменил (ч. 3 ст. 48 АПК РФ).

Анализ указанной нормы права позволяет сделать вывод о том, что процессуальное правопреемство представляет собой переход процессуальных прав и обязанностей от одного лица к другому в связи с материальным правопреемством, при этом перечень оснований материального правопреемства является открытым.

Применительно к настоящему делу для осуществления процессуального правопреемства необходимо подтвердить выбытие заинтересованного лица из того правоотношения, в котором он является стороной по делу, и передачу им соответствующих прав его правопреемнику в случаях, предусмотренных данной нормой закона.

Замена выбывшей стороны ее правопреемником в арбитражном судебном процессе возможна в том случае, если правопреемство произошло в материальном правоотношении, что должно быть подтверждено в соответствии с требованиями статей 65, 67 и 68 АПК РФ относимыми и допустимыми доказательствами лицом, заявившим о правопреемстве.

Как указывалось выше, в обоснование заявленных требований ПАО «Сбербанк России» указало, что ЗАО «Вертолетная компания «Аэросоюз» по состоянию на 30.08.16 имеет перед ним задолженность по договору об открытии возобновляемой кредитной линии № 00070014/04011100 от 21.05.14 в размере 20 357 633 рубля 51 копейка, в том числе: 19 765 485 рублей 19 копеек основного долга, 489 029 рублей 31 копейка неустойки.

На основании договора уступки прав (требований) № 3 от 28.12.16 ПАО «Сбербанк России» (Цедент) уступило ООО «Спецпроект» (Цессионарий) права (требования) к ЗАО «Вертолетная компания «Аэросоюз» (Должник), вытекающие из договора об открытии возобновляемой кредитной линии № 00070014/04011100 от 21.05.14, в сумме 20 293 905 рублей 62 копейки (т. 1, л.д. 97101).

В силу пункта 1 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона.

В соответствии со статьей 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на неуплаченные проценты.

Поскольку в материальном правоотношении произошел переход прав кредитора от ПАО «Сбербанк России» к ООО «Спецпроект», суд первой инстанции правомерно произвел процессуальное правопреемство на стороне заявителя по настоящему делу.

Также из материалов дела следует, что платежным поручением № 683090 от 28.04.17 ФИО4 перечислил ООО «Спецпроект» 20 293 905 рублей 62 копейки в счет исполнения обязательств АО «Хеликс» перед ООО «Спецпроект» по договору поручительства № 2543 от 21.05.14, заключенному между ПАО «Сбербанк России» и АО «Хеликс» на основании договора уступки прав (требований) № 3 от 28.12.16, заключенного между ПАО "Сбербанк" и ООО "Спецпроект" (т. 1, л.д. 110-111).

В силу пункта 1 статьи 313 Гражданского кодекса Российской Федерации кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника третьим лицом, если исполнение обязательства возложено должником на указанное третье лицо.

Согласно пункту 2 указанной статьи если должник не возлагал исполнение обязательства на третье лицо, кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника таким третьим лицом, в следующих случаях:

1) должником допущена просрочка исполнения денежного обязательства;

2) такое третье лицо подвергается опасности утратить свое право на имущество должника вследствие обращения взыскания на это имущество.

Поскольку ЗАО "Вертолетная компания "Аэросоюз" допущена просрочка исполнения денежного обязательства, о чем свидетельствует возбуждения дела о банкротстве, в связи с неисполнением такого обязательства, то ООО «Спецпроект» обязано принять исполнение, предложенное ФИО4

Доказательств того, что перечисленные ФИО4 денежные средства были возвращены ООО «Спецпроект» плательщику не представлено.

Таким образом, материалами дела подтверждается факт погашения ФИО4 обязательств ЗАО «Вертолетная компания «Аэросоюз» перед ООО «Спецпроект» в размере, принятом последним от ПАО «Сбербанк России» по договору  уступки прав (требований) № 3 от 28.12.16.

В силу пункта 5 статьи 313 Гражданского кодекса Российской Федерации к третьему лицу, исполнившему обязательство должника, переходят права кредитора по обязательству в соответствии со статьей 387 настоящего Кодекса. Если права кредитора по обязательству перешли к третьему лицу в части, они не могут быть использованы им в ущерб кредитору, в частности такие права не имеют преимуществ при их удовлетворении за счет обеспечивающего обязательства или при недостаточности у должника средств для удовлетворения требования в полном объеме.

Сумма задолженности перед ООО «Спецпроект» погашена ФИО4 в полном объеме. 

Доказательств возврата ООО «Спецпроект» денежных средств в полученном от ФИО4 размере, апелляционному суду не представлено. 

В судебном заседании апелляционного суда представитель ООО "Спецпроект" пояснил, что денежные средства, перечисленные по платежному поручению  № 683090 от 28.04.17 ФИО4 не возвращены и находятся на расчетном счете общества.

Таким образом, ООО «Спецпроект» утратило право требования к должнику, получив удовлетворение своих требований, перешедших к нему от ПАО «Сбербанк России», в полном объеме.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции правомерно провел процессуальное правопреемство на стороне заявителя по делу, заменив ООО «Спецпроект» на ФИО4

Довод ООО «Спецпроект» о злоупотреблении правом со стороны ФИО4 подлежит отклонению.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 17 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.04.17, исполнение третьим лицом обязательства должника на основании статьи 313 Гражданского кодекса Российской Федерации до введения первой процедуры банкротства не может быть признано злоупотреблением правом при отсутствии доказательств того, что поведение третьего лица причинило вред лицам, участвующим в деле о банкротстве.

По смыслу Закона о банкротстве законный материальный интерес любого кредитора должника прежде всего состоит в наиболее полном итоговом погашении заявленных им требований. Все предоставленные кредиторам права, а также инструменты влияния на ход процедуры несостоятельности направлены на достижение названной цели. Одним из таких инструментов является полномочие первого заявителя по делу о банкротстве на предложение кандидатуры арбитражного управляющего либо саморегулируемой организации, из числа которой подлежит назначению арбитражный управляющий для проведения первой введенной судом процедуры (п. 9 ст. 42 Закона о банкротстве). При этом интерес в осуществлении данного полномочия в любом случае должен быть обусловлен наличием конечного интереса в получении удовлетворения по включенному в реестр требованию.

После получения полного удовлетворения своих требований у ООО «Спецпроект» отпал подлежащий защите правовой интерес как в предложении кандидатуры арбитражного управляющего, так и в самом участии в деле о банкротстве.

Сам по себе факт погашения задолженности в полном объеме до введения первой процедуры несостоятельности не свидетельствует о злоупотреблении правом со стороны ФИО4 

Из разъяснений, данных в пункте 27 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.16, следует, что  несмотря на то, что в силу пункта 5 статьи 313 Гражданского кодекса Российской Федерации на стороне заявителя по делу о банкротстве произошла суброгация, изменение субъектного состава правоотношения не предоставляет права новому заявителю (кооперативу) пересмотреть предложенную его правопредшественником кандидатуру арбитражного управляющего.

В подобном случае назначению в качестве временного управляющего подлежит то лицо, которое указано в первом заявлении о признании должника банкротом.

Право на предложение кандидатуры арбитражного управляющего либо саморегулируемой организации с учетом специфики отношений несостоятельности не может перейти ко второму заявителю независимо от того, погашено первоначально заявленное требование должником после подачи заявления в суд либо по нему осуществлено процессуальное правопреемство (абзац второй пункта 9 статьи 42 Закона о банкротстве).

Таким образом, факт погашения ФИО4 требований ООО «Спецпроект» к должнику нельзя рассматривать как злоупотребление правом.

Ссылка ООО «Спецпроект» на то, что ФИО4 задолженность погасил не в полном объеме подлежит отклонению, поскольку кредитору были выплачены денежные средства в размере требований, принятых по договору уступки от ПАО «Сбербанк России». Доначисленная ООО «Спецпроект» неустойка начислена за период после принятия заявления ПАО "Сбербанк России" о признании ЗАО "Вертолетная компания "Аэросоюз" несостоятельным (банкротом), в связи с чем в силу пункта 1 статьи 5 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" относятся к текущим платежам.

Довод ЗАО «Вертолетная компания «Аэросоюз» об отсутствии у ФИО4 статуса кредитной организации, и как следствие невозможности обращения в суд с заявлением о признании должника банкротом без наличия вступившего в законную силу судебного акта, признается апелляционным судом несостоятельным.

Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 7 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» право на обращение в арбитражный суд возникает у конкурсного кредитора - кредитной организации с даты возникновения у должника признаков банкротства, установленных настоящим Федеральным законом.

По смыслу указанной нормы права кредитные организации вправе инициировать процедуру несостоятельности своего контрагента без представления в суд, рассматривающий дело о банкротстве, вступившего в законную силу судебного акта о взыскании долга в общеисковом порядке.

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце 3 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 16 от 14.03.14 «О свободе договора и ее пределах», норма права толкуется судом исходя из ее существа и целей законодательного регулирования, то есть суд принимает во внимание не только буквальное значение содержащихся в ней слов и выражений, но и те цели, которые преследовал законодатель, устанавливая данное правило.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, толкование закона правоприменителем не должно приводить к нарушению закрепленного в статье 19 Конституции Российской Федерации принципа равенства (постановления от 25.04.95 № 3-П, от 11.03.98 № 8-П, от 16.03.98 № 9-П, от 15.06.98 № 18-П, от 22.11.01 № 15-П и др.).

В соответствии с правовой позицией, сформулированной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12 октября 2016 года № 306-ЭС16-3611 по делу № А57-16992/2015, толкование абзаца 2 пункта 2 статьи 7 Закона о банкротстве как обусловливающего возможность обращения с заявлением о признании должника банкротом (без представления судебного акта) только в связи с наличием у заявителя статуса кредитной организации являлось бы нарушением принципа равенства, поскольку предоставляло бы кредитным организациям ничем не обусловленные преференции при инициировании процедуры банкротства.

В связи с этим судебная коллегия пришла к выводу, что в качестве критерия, допускающего возбуждение дела о банкротстве подобным способом, должен рассматриваться не сам статус кредитной организации, обращающейся с соответствующим заявлением, а реализуемая ею деятельность по осуществлению банковских операций на основании специального разрешения (лицензии) Банка России (абзац 1 статьи 1 Федерального закона от 02.12.1990 № 395-1 «О банках и банковской деятельности»).

Отличительная особенность предъявляемых кредитными организациями требований состоит в том, что эти требования, как правило, подтверждаются стандартными средствами доказывания, в связи с чем процесс доказывания их наличия и размера носит упрощенный характер.

Поэтому сам статус заявителя по делу о банкротстве, чьи требования вытекают из подобного рода деятельности, не имеет решающего значения при возникновении вопроса о допустимости применения абзаца 2 пункта 2 статьи 7 Закона о банкротстве. В таких случаях судам необходимо проверять, являются ли требования заявителя следствием реализации специальной правоспособности кредитной организации или связанными с ними требованиями (например, из обеспечительных сделок), и при установлении таковых - разрешать по существу вопрос об их обоснованности и введении процедуры несостоятельности.

Применительно к рассматриваемому спору, изложенное означает, что передача спорной задолженности физическому лицу не меняет характера кредитных правоотношений между кредитором и должником и, как следствие, не влечет изменений в процедуре рассмотрения заявления о признании должника банкротом.

Доводы заявителей апелляционных жалоб о том, что личность кредитора ООО "Спецпроект" имеет существенное значение  для должника ЗАО "Вертолетная компания "Аэросоюз" подлежат отклонению как нормативно не обоснованные.

В силу статьей 383 Гражданского кодекса Российской Федерации переход к другому лицу прав, неразрывно связанных с личностью кредитора, в частности требований об алиментах и о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, не допускается.

В данном случае права требования по кредитному договору не являются правами, неразрывно связанными с личностью кредитора.

Иных доводов, опровергающих выводы суда первой инстанции по существу, апелляционные жалоб не содержат.

Учитывая изложенное, апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта, в связи с чем апелляционные жалобы удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь статьями 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 23 мая 2017 года по делу № А41-66505/16 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.

Председательствующий

Н.Н. Катькина

Судьи:

Н.Я. Гараева

В.П. Мизяк