ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А33-33951/2017к23

г. Красноярск

02 сентября 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена «20» августа 2025 года. 

Полный текст постановления изготовлен «02» сентября 2025 года.  

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего: Хабибулиной Ю.В., судей: Радзиховской В.В., Чубаровой Е.Д., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания Таракановой О.М. (до и после перерыва),  

при участии (до и после перерыва): 

финансового управляющего ФИО1, паспорт,  

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО1  

на определение Арбитражного суда Красноярского края от 17 декабря 2024 года по делу № А33-33951/2017к23, 

установил:

в рамках дела о банкротстве ФИО2 (далее – должник), 29.04.2022 в Арбитражный суд Красноярского края поступило заявление финансового управляющего ФИО1, в соответствии с которым она просила:  

1) признать недействительной сделкой решения об учреждении обществ: ООО «Дистанция пути 17» ИНН 

<

***> учредителем ООО Фирма МК»;  

ООО «Тайга» ИНН 

<

***> учредителем ФИО3; 

ООО «Яркая история» ИНН 

<

***> учредителем ФИО4;  

ООО «Трансперсоналгрупп» ИНН 

<

***> учредителем ФИО5;  

ООО «Омега» ИНН 

<

***> учредителем ФИО6;  

2) применить последствия недействительности сделки, признать право на 100% доли в уставном капитале обществ: ООО «Дистанция пути 17» (ИНН 

<

***>); ООО «Тайга» (ИНН 

<

***>); ООО «Яркая история» (ИНН 

<

***>); ООО «Трансперсоналгрупп» (ИНН 

<

***>); ООО «Омега» (ИНН 

<

***>) за ФИО2  

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 17.12.2024 по делу 

 № А33-33951/2017к23 в удовлетворении требований финансового управляющего ФИО1 отказано.  

Не согласившись с данным судебным актом, ФИО1 обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт, требования управляющего о признании недействительной сделкой решения об учреждении обществ, удовлетворить.  

В обоснование доводов апелляционной жалобы заявитель указывает, что выводы суда первой инстанции об отсутствии признаков неплатежеспособности должника на момент  

совершения оспариваемых сделок не основан на материалах дела. Управляющий отмечает, что приговором Кировского районного суда г. Красноярска по делу  

 № 1-603/2016 подтверждается факт создания ФИО2 организаций и оформления их на подконтрольных лиц. При этом апеллянт ссылается на копии свидетельских показаний и показания ФИО2, в соответствии с которыми последний признал, что является конечным бенефициаром соответствующих юридических лиц, а также ссылается на материалы дела № А40-220192/2020, из которых, как утверждает управляющий, следует, что ФИО2 является конечным бенефициаром компании ООО «Омега» и ООО «Дистанция пути 17», а также что ООО «ПЧ 17», ООО «Омега» и ООО «Яркая История» образуют группу компаний. Указывая, что по состоянию на 16.12.2013 у должника наступили обязательства о возврате денежных средств по договору займа № 1995 от 16.12.2013 и, отмечая, что до настоящего времени обязательства не исполнены, заявитель апелляционной жалобы полагает, что должник отвечал признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества, обладал признаками объективного банкротства уже 16.12.2013. Финансовый управляющий указывает, что конечным бенефициаром (фактическим владельцем) спорных обществ является ФИО2, тогда как текущие учредители являются номинальными, фактически сберегающими активы должника, и препятствующими кредитору получить удовлетворение своих требований за счет соответствующих организаций. Исходя из указанного, апеллянт приходит к выводу о том, что решения об учреждении обществ номинальными учредителями могут быть оспорены на основании статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 27.02.2025 апелляционная жалоба принята к производству, рассмотрение жалобы назначено на 09.04.2025.  

Таким образом, лица, участвующие в деле, и не явившиеся в судебное заседание, извещены о дате и времени судебного заседания надлежащим образом в порядке главы 12 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

В силу части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.  

В соответствии со статьями 158, 184, 185, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебное разбирательство откладывалось.  

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 06.08.2025 в составе суда была произведена замена. Окончательно состав уда сформирован следующим образом: председательствующий – Хабибулина Ю.В., судьи - Радзиховская В.В., Чубарова Е.Д.  

Судом апелляционной инстанции установлено, что материалы дела 04.08.2025 от финансового управляющего ФИО1 поступили дополнения к апелляционной жалобе с приложением поручения о производстве отдельных следственных действий от 14.05.2025, требований уполномоченного органа № 38643, № 43627, № 4591, решения уполномоченного органа № 554 от 14.08.2023.  

В судебном заседании до перерыва финансовый управляющий поддержал ранее изложенные доводы апелляционной жалобы, просил отменить определение суда первой инстанции и принять по делу новый судебный акт, дал пояснения по вопросам суда.  

В судебном заседании после перерыва судом апелляционной инстанции установлено, что в материалы дела 13.08.2025 от ФИО2 поступило ходатайство об отложении судебного заседания.  

Финансовый управляющий в судебном заседании после перерыва пояснил, что не знаком с указанным ходатайством, а вопрос о возможности его удовлетворения полагает возможным оставить на усмотрение суда.  

На основании части 3 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее также - АПК РФ) в случае, если лицо, участвующее в деле и извещенное надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, заявило ходатайство об  

отложении судебного разбирательства с обоснованием причины неявки в судебное заседание, арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает причины неявки уважительными.  

Таким образом, по смыслу статьи 158 АПК РФ, отложение судебного заседания по ходатайству стороны, надлежащим образом извещенной о судебном заседании, является правом, а не обязанностью арбитражного суда.  

В рассматриваемом случае апелляционный суд не признавал обязательной явку ФИО2 в судебное заседание. В ходатайстве не указано конкретных причин, по которым необходимо личное участие ФИО2 в судебном заседании, не сообщено о намерении представить новые доказательства в порядке части 2 статьи 268 АПК РФ.  

Поскольку сама по себе неявка лица в судебное заседание не является безусловным основанием для отложения судебного заседания, апелляционный суд отказал в удовлетворении ходатайства об отложении судебного разбирательства.  

Также в судебном заседании после перерыва суд вернулся к вопросу о возможном приобщении к материалам дела документов, приложенных к пояснениям финансового управляющего от 04.08.2025. Суд, совещаясь на месте, определил приобщить к материалам дела все документы, поступившие в суд апелляционной инстанции в рамках рассмотрения настоящей апелляционной жалобы.  

Финансовый управляющий в судебном заседании поддержал доводы, изложенные в судебном заседании до перерыва.  

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

При повторном рассмотрении настоящего дела арбитражным апелляционным судом установлены следующие обстоятельства.  

18.12.2006 ФИО5 было учреждено ООО «Трансперсоналгрупп» (ИНН 

<

***>).  

16.02.2007 ООО «Фирма МК» было учреждено ООО «Дистанция пути 17» (ООО «ПЧ17») (ИНН 

<

***>).  

18.04.2017 ФИО3 было учреждено ООО «Тайга» (ИНН 

<

***>).  

24.12.2018 ФИО4 было учреждено ООО «Яркая история» (ИНН 

<

***>).  

24.04.2018 ФИО6 было учреждено ООО «Омега» (ИНН 

<

***>).  

Как установлено судом первой инстанции, деятельность ООО «Трансперсоналгрупп», ООО «Яркая история», ООО «Дистанция пути 17», ООО «Гирилис-21» связана с оказанием услуг структурным подразделениям «РЖД».  

ФИО3 являлась учредителем компании ООО «СТРОЙПУТЬ 3», директором ООО «Дистанция пути 17».  

ФИО4 (учредитель ООО «Яркая история») до 12.01.2015 являлась супругой ФИО2  

ФИО5 (учредитель ООО «Трансперсоналгрупп») является дочерью ФИО2  

ФИО2 является генеральным директором и учредителем Ассоциации строительных и транспортных предприятий «Дальэкспресс» (ИНН 

<

***>). Как установлено судом первой инстанции, учредителями также являются: ООО «ПЧ17» (ИНН 

<

***>); ООО «ТПГ» (ИНН 

<

***>); ООО «МК» (ИНН 

<

***>); ООО «Тайга» (ИНН 

<

***>).  

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 28.07.2017 по делу № 2-232/17 исковые требования ФИО7 к ФИО2 были удовлетворены частично, взыскана задолженность по договору займа в размере 38 898 750 руб., штраф в размере 10 124 352 руб., расходы на оплату юридических услуг в размере 10 000 руб.,  

расходы по оплате государственной пошлины в размере 60 000 руб.  

Указанным судебным актом была взыскана задолженность по договорам займа от 16.03.2010, 16.03.2011 № 1971/1 (в редакции дополнительных соглашений), от 16.09.2011 № 1971/5, от 16.12.2011 № 1971/7 (в редакции дополнительных соглашений), от 16.03.2012 № 1971/9 (в редакции дополнительных соглашений), от 16.06.2012 № 1971/11, от 16.12.2012 № 1991, от 16.12.2013 № 1995. Судом установлено наличие задолженности по договорам займа в сумме 38 898 750 руб. Судом также взыскан штраф за ненадлежащее исполнение обязательств по договорам займа, предусмотренный пунктом 4.2 договоров в сумме 10 124 352 руб.  

Указанный судебный акт вступил в законную силу 28.07.2017, на принудительное исполнение был выдан исполнительный лист серии ФС № 010133782.  

Впоследствии ФИО7 обратился в Арбитражный суд Красноярского края с заявлением о признании ФИО2 несостоятельным (банкротом).  

Определением от 05.02.2018 заявление принято к производству суда. 

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 17.04.2018 (резолютивная часть объявлена в судебном заседании от 11.04.2018) заявление ФИО7 о признании индивидуального предпринимателя ФИО2 несостоятельным (банкротом) признано обоснованным, в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов. Финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО8.  

Решением Арбитражного суда Красноярского края от 05.09.2018 (резолютивная часть объявлена в судебном заседании от 29.08.2018) ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества.  

Определением арбитражного суда от 14.05.2020 (резолютивная часть определения объявлена 13.05.2020) финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО1.  

29.04.2022 в Арбитражный суд Красноярского края поступило заявление финансового управляющего о признании недействительной сделкой решения об учреждении обществ ООО «Дистанция пути 17» учредителем ООО «Фирма МК», ООО «Тайга» учредителем ФИО3, ООО «Яркая история» учредителем ФИО4, ООО «Трансперсоналгрупп» учредителем ФИО5 и о применении последствий недействительности сделки в виде признания права на 100% доли в уставном капитале вышеуказанных обществ.  

Обращаясь в суд первой инстанции с соответствующим заявлением, финансовый управляющий, ссылаясь, в частности, на обстоятельства, выявленные в рамках дела № А40-220192/2020, указывал, что фактически ФИО2 является учредителем обществ ООО «Дистанция пути 17», ООО «Тайга», ООО «Яркая история», ООО «Трансперсоналгрупп», ООО «Омега», а ООО «Фирма МК», ФИО3, ФИО4, ФИО6, ФИО5 выполняют роль номинальных собственников бизнеса.  

Суд первой инстанции, исследовав и оценив представленные сторонами доказательства, пришёл к выводу об отсутствии оснований для признания оспариваемых финансовым управляющим сделок недействительными и применения последствий их недействительности.  

Повторно рассмотрев материалы дела, проверив в пределах, установленных статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального права и соблюдения норм процессуального права, оценив доводы лиц, участвующих в деле, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены данного судебного акта, исходя из следующего.  

На основании пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127 – ФЗ 

«О несостоятельности (банкротстве)» (далее по тексту – Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.  

Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).  

В соответствии с частью 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.  

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве в рамках дела о банкротстве подлежат оспариванию как сделки самого должника, так и сделки, совершенные третьими лицами за счет должника.  

В силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.  

Согласно части 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.  

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, в рамках настоящего обособленного спора с требованием о признании сделки недействительной обратился финансовый управляющий должника, то есть уполномоченное лицо.  

Заявителем апелляционной жалобы указывается, что оспариваемые сделки подлежат признанию недействительными по основаниям, предусмотренным статьями 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Мнимые сделки совершаются для того, чтобы произвести ложное представление на третьих лиц.  

Мнимые сделки характеризуются несоответствием волеизъявления подлинной воле сторон: в момент ее совершения воля обеих сторон не направлена на достижение правовых последствий в виде возникновения, изменения, прекращения соответствующих гражданских прав и обязанностей. Стороне в обоснование мнимости сделки необходимо доказать, что при ее совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки.  

Согласно правовой позиции, сформулированной в Определении Верховного Суда РФ № 305-ЭС16-2411 от 25.07.2016 по делу № А41-48518/2014, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой,  

является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.  

Согласно разъяснениям, данным в абзаце 2 пункта 86 Постановления Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений разд. I части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации», следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).  

Таким образом, для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида.  

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.  

В пункте 87 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Из пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений по его применению следует, что при совершении притворной сделки воля сторон направлена не на достижение соответствующего ей правового результата, а на создание иных правовых последствий, соответствующих сделке, которую стороны действительно имели в виду. Признаком притворности сделки является отсутствие волеизъявления на ее исполнение у обеих сторон, а также намерение сторон фактически исполнить прикрываемую сделку.  

При этом для признания сделки притворной необходимо установить, какую цель преследовали обе стороны при ее заключении, и на что направлена действительная воля каждой из сторон.  

С учётом приведённых положений, критически относясь к доводам апеллянта относительно наличия оснований для признания решений об учреждении ООО «Дистанция пути 17» учредителем ООО «Фирма МК», ООО «Тайга» учредителем ФИО3, ООО «Яркая история» учредителем ФИО4  

Петровной и ООО «Трансперсоналгрупп» учредителем ФИО5 недействительными сделками в соответствии с положениями статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований полагать, что действия ответчиков по учреждению вышеуказанных обществ имели своей целью достижение иных правовых последствий помимо регистрации указанных обществ указанными лицами.  

Кроме того, коллегия судей, дав оценку представленным в материалы дела сведениям об учреждении обществ, указанных финансовым управляющим, приходит к выводу об отсутствии оснований для признания оспариваемых сделок недействительными в соответствии с положениями статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).  

В соответствии с пунктом 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.  

В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.  

Как разъяснено в пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).  

При этом, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу, установленному в пункте 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.  

Утверждая, что действия по учреждению ФИО5, ФИО3, ФИО4, ФИО6 и ООО «Фирма МК» указанных финансовым управляющим обществ преследовали заведомо недобросовестную цель обеспечить возможность уклонения ФИО2 от исполнения обязательств перед кредитором при сохранении фактического контроля за проведением хозяйственных операций в рамках деятельности соответствующих юридических лиц, управляющий отмечал, что в результате совместных действий должника и номинальных учредителей кредитор утратил возможность погасить требование, включенное в реестр требований кредиторов, за счет средств от реализации обществ, а также средств, полученных этими обществами в ходе экономической деятельности, что свидетельствует о причинении вреда имущественным интересам кредитора.  

Вместе с тем, как было указано ранее, апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 28.07.2017 по делу № 2-232/17 с ФИО2 была взыскана задолженность по договорам займа от 16.03.2010, 16.03.2011 № 1971/1 (в редакции дополнительных соглашений), от 16.09.2011 № 1971/5, от 16.12.2011 № 1971/7 (в редакции дополнительных соглашений), от 16.03.2012 № 1971/9 (в редакции дополнительных соглашений), от 16.06.2012 № 1971/11, от 16.12.2012 № 1991, от 16.12.2013 № 1995, а также штраф за ненадлежащее исполнение  

обязательств по договорам займа, предусмотренный пунктом 4.2 договоров.  

Учитывая, что ООО «Трансперсоналгрупп» было учреждено ФИО5 18.12.2006, а ООО «Дистанция пути 17» (ООО «ПЧ17») было учреждено ООО «Фирма МК» 16.02.2007, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об очевидном отсутствии при создании указанных обществ недобросовестной цели уклонения должника от исполнения обязательств, возникших у ФИО2 лишь по прошествии лет с момента учреждения данных юридических лиц.  

Доказательств того, что на момент учреждения обществ должник отвечал или в результате их учреждения стал отвечать признаку неплатежеспособности, в материалы дела не представлено.  

Относительно учрежденного ФИО4 24.12.2018 ООО «Яркая история» судом апелляционной инстанции установлено, что 09.10.2024 общество было ликвидировано.  

В соответствии со статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита гражданских прав осуществляется способами, предусмотренными названной статьей, либо иными способами, предусмотренными законом. Абзац третий статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает такой способ защиты гражданских прав, как восстановление положения, существовавшего до нарушения права. В области корпоративных отношений реализация данного способа защиты прав может выражаться в виде присуждения истцу соответствующей доли участия в уставном капитале хозяйственного общества, исходя из того, что он имеет право на такое участие в обществе, которое он имел бы при соблюдении требований действующего законодательства.  

Таким образом, учитывая факт ликвидации ООО «Яркая история» коллегия судей полагает, что в рассматриваемом случае оспаривание регистрации общества даже при наличии к тому оснований не могло бы привести к восстановлению нарушенных прав кредитора.  

При этом суд апелляционной инстанции, исходя из установленных фактических обстоятельств дела, приходит к выводу об отсутствии оснований для признания недействительными сделками решений об учреждении ФИО5, ФИО3, ФИО4, ФИО6 и ООО «Фирма МК» указанных финансовым управляющим обществ, поскольку учреждение таковых обществ в пользу бенефициара само по себе не причиняет вред имущественным интересам кредиторов должника.  

Кроме того, даже при признании решений об учреждении указанных апеллянтом юридических лиц недействительным представлялось бы затруднительным применение заявленных управляющим последствий недействительности сделок в виде признания права на 100% доли в уставном капитале обществ за должником.  

В силу вышеуказанных обстоятельств суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для признания оспариваемых финансовым управляющим сделок недействительными и применения последствий их недействительности.  

В апелляционной жалобе заявителем не приведено доводов и доказательств, опровергающих установленные судом обстоятельства и выводы суда первой инстанции.  

Материалы дела исследованы судом полно, всесторонне и объективно, представленным сторонами доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалуемом судебном акте выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.  

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Красноярского края от 17 декабря 2024 года по делу № А33-33951/2017к23 оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.  

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший определение.  

Председательствующий Ю.В. Хабибулина Судьи: В.В. Радзиховская Е.Д. Чубарова