ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

610007, г. Киров, ул. Хлыновская, 3,http://2aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А28-1540/2019

г. Киров

28 августа 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 27 августа 2020 года.

Полный текст постановления изготовлен 28 августа 2020 года.

Второй арбитражный апелляционный суд в составе судьи Хоровой Т.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Вахрушевой Р.В.,

без участия в судебном заседании представителей лиц, участвующих в деле,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу 

общества с ограниченной ответственностью «Единая Служба Металла»  

на определение Арбитражного суда Кировской области от 17.06.2020 по заявлению ФИО2 о замене стороны правопреемником по делу №А28-1540/2019

по иску общества  с ограниченной  ответственностью  «Первая  строительная  корпорация» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>)

к обществу с ограниченной ответственностью «Единая Служба Металла»   (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>)

о взыскании задолженности и неустойки,  

установил:

общество  с ограниченной  ответственностью  «Первая  строительная  корпорация»  (далее – Истец, ООО «ПСК»)  обратилось с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в Арбитражный суд Кировской области к обществу с ограниченной ответственностью «Единая Служба Металла» (далее – Ответчик, ООО «ЕСМ») о взыскании 1 486 511,85 руб. задолженности по договору от 17.10.2017  №С-ЕСМ-4 и 451 899,60 руб. неустойки.

Решением Арбитражного суда Кировской области от 08.05.2019 иск   удовлетворен.

Постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 14.08.2019 решение  суда от 08.05.2019  оставлено без изменения.

Решение вступило в законную силу 14.08.2019. 

Взыскателю 30.08.2019 выдан исполнительный лист ФС №031563742.

20.02.2020 в Арбитражный суд Кировской области поступило заявление ФИО2 о замене взыскателя - ООО «ПСК» на его правопреемника - ФИО2, в обоснование которого он указал, что 12.08.2019 между ООО «ПСК» и ФИО2 заключен договор уступки требования (цессии), по которому цедент передает цессионарию право требования задолженности по договору № С-ЕСМ-4 от 17.10.2017, подтвержденное судебными актами по делу №А28-1540/2019.

Рассмотрев указанное заявление, руководствуясь статьей 48 АПК РФ, Постановлениями Пленума ВС РФ от 11.06.2020 № 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств» (далее – Постановление № 6) и от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» (далее – Постановление № 54), статьями 386, 412 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), установив, что договор от 12.08.2019 не противоречит действующему законодательству, суд первой инстанции заявление ФИО2 признал обоснованным, произвел процессуальную замену, о чем вынес определение от 17.06.2020.

ООО «ЕСМ» с принятым определением суда не согласилось и обратилось во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит определение суда отменить и отказать в проведении процессуального правопреемства, поскольку:

1) договор уступки права требования (цессии) от 12.08.2019 является недействительным (фиктивным), а сделка по передаче права требования - ничтожной в силу ее притворности, так как:

а) в силу пункта 11.4 договора № С-ЕСМ-4 от 17.10.2017 все права и обязанности по данному договору могут быть переданы третьим лицам только при наличии письменного согласия другой стороны.

Однако Ответчик уведомления от Истца о переходе права требования (цессии) не получал, согласия своего на это не давал.

б) договор цессии от 12.08.19 содержит условие о цене уступки права требования, которая составляет 1 486 511,85 руб. и об оплате уступки путем перечисления денежных средств. Однако срок оплаты в договоре не указан; платежное поручение о перечислении денежных средств в указанном выше размере в материалы дела не было представлено и в адрес ООО «ЕСМ» не направлялось. В  ходе рассмотрения заявления в суде первой инстанции ФИО2 представил новый договор уступки права требования, заключенный с ООО  «ПСК», от 31.12.2018.

в) согласно пункту 1 договора уступки права требования от 31.12.2018 Цедент уступает право требования по договору процентного займа № 4 от 30.11.2018, заключенному между Цедентом и ООО «Авента» в размере 6277 299,60 руб. Цена уступки в данном договоре отсутствует. Согласно пункту 2 данного договора его неотъемлемой частью являются договор, заключенный между ФИО2 и ООО «Авента», а также акт сверки взаиморасчетов от 31.12.2018, которые не были представлены суду и Ответчику.

Кроме указанного договора ФИО2 представил акт взаимозачета №00000137 от 12.08.2019, согласно которому задолженность ООО «ПСК» перед ФИО2 по договору уступки от 31.12.2018 составляет 2 810 932,80 руб. Данная сумма долга ничем не подтверждена.

Поскольку налицо признаки фиктивности (притворности) данной сделки, Ответчик ходатайствовал об истребовании у ФИО2 подлинников   приложений, являющихся неотъемлемой частью договора уступки права требования от 31.12.2018 (договора, заключенного между ФИО2 и ООО «Авента», акта сверки взаиморасчетов от 31.12.2018), а также ликвидационного баланса ООО «ПСК».

Суд первой инстанции ходатайство отклонил, в истребовании всех вышеуказанных документов, подтверждающих факт передачи прав и обязанностей между Цедентом и Цессионарием, Ответчику отказал, подлинность представленных ФИО2 суду копий документов не проверил.

Суд первой инстанции не исследовал вопрос о наличии в акте взаимозачета № 00000137 от 12.08.2019 суммы задолженности ООО «ПСК» перед ФИО2 по договору уступки от 31.12.18 в размере 2 810 932,80 руб. (сумма долга в договоре не отражена, цена уступки отсутствует).

г) Согласно выписке из ЕГРЮЛ единственным участником ООО «ПСК» являлся уже не ФИО2, а ФИО3, который впоследствии стал его ликвидатором.

31.12.2018 (через 2 дня) ФИО2 продает долг ООО «Авента» в размере 6 277 299,60 руб. по договору уступки права требования от 31.12.2018 своей же бывшей организации (ООО «ПСК»). И 25.02.2019 ООО «ПСК» объявляет о ликвидации. 

На момент продажи долга по договору уступки от 31.12.2018 бывший директор ООО «ПСК» ФИО2 был прекрасно осведомлен о его ликвидации, по этой причине уступка данного долга не имела никакого смысла и была фиктивной.

д) ООО «Авента» было создано только 05.03.2018, а 31.12.2018  ФИО2 уже уступает ООО «ПСК» долг в 6 277 299,60 руб., имеющийся перед ним у ООО «Авента».

Сведения в ЕГРЮЛ об ООО «Авента» являются недостоверными.

01.06.2020 регистрирующим органом принято решение о предстоящем исключении ООО «Авента» из ЕГРЮЛ (наличие в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице, в отношении которых внесена запись о недостоверности). 

е) Тот факт, что ФИО2 являлся директором ООО «ПСК»   свидетельствует о недобросовестности сторон договора цессии, поскольку все обстоятельства по рассмотрению спора в арбитражном суде ему были известны.  

2) Единственной целью, которую преследовали Цедент и Цессионарий при заключении договора уступки прав требования от 12.08.2019, было причинение вреда ООО «ЕСМ», что подтверждается условиями договора № С-ЕСМ-4 и обстоятельствами его исполнения (в том числе пунктом 6.2 договора об установлении Поставщиком гарантийного срока на Продукцию - 60 месяцев с момента поставки Продукции Заказчику). 

ООО «ПСК» не уведомляло ООО «ЕСМ» о ликвидации юридического лица.

По требованиям кредиторов Ответчик представлял документы, которые  были направлены Истцу, однако Истец и Ликвидатор требования Ответчика полностью проигнорировали. Ликвидационная комиссия в ликвидационный баланс требование ООО «ЕСМ» не включила.

10.01.2020 в ЕГРЮЛ была внесена запись о добровольной ликвидации   ООО «ПСК».

Данная ликвидация была специально проведена с целью ухода от гарантийных обязательств по договорам № ЛАМ-2 от 27.07.2017 и № С-ЕСМ-4 от 17.10.2017.

Об обжаловании решения по делу в апелляционном порядке сторонам договора цессии было известно в момент заключения договора уступки требования (цессии) от 12.08.2019.

Таким образом, действительность уступленного права требования, его бесспорный характер материалами дела не подтверждены.

Ответчику ничего не было известно о заключении договора уступки прав требования от 12.08.2019 до получения 03.03.2020 по почте заявления ФИО2 о замене стороны по делу, то есть уже после подачи ФИО2 заявления в Арбитражный суд Кировской области. Ранее ни ООО «ПСК», ни ФИО2 Ответчика об этом не уведомляли, что нарушает условия договора № С-ЕСМ-4 от 17.10.2017.

Поэтому заявитель жалобы считает, что определение от 17.06.2020 подлежит отмене, так как при его принятии суд первой инстанции неправильно применил нормы процессуального права и неверно оценил фактические обстоятельства дела.

ФИО2 представил ответ на апелляционную жалобу, в котором против доводов Ответчика возражает, просит определение оставить без изменения.

Определение Второго арбитражного апелляционного суда о принятии апелляционной жалобы к производству вынесено 29.07.2020 и размещено в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 30.07.2020 в соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 122 АПК РФ. На основании указанной нормы стороны и заинтересованное лицо надлежащим образом уведомлены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, явку своих представителей в судебное заседание 27.08.2020 не обеспечили.

ООО «ЕСМ» заявило ходатайство об отложении судебного заседания, так как им не получен от ФИО2 отзыв на апелляционную жалобу.

Суд апелляционной инстанции, рассмотрев указанное ходатайство, не нашел оснований для его удовлетворения, в отложении судебного разбирательства отказал, о чем вынес протокольное определение.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривается в отсутствие представителей сторон и заинтересованного лица.

Законность определения Арбитражного суда Кировской области от 17.06.2020 проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Второй арбитражный апелляционный суд, изучив доводы жалобы, ответа ФИО2 на жалобу, исследовав материалы дела, не нашел оснований для отмены или изменения определения суда, исходя из нижеследующего. 

Согласно части 1 статьи 48 АПК РФ в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса.

Из общего смысла данной нормы закона следует, что процессуальное правопреемство представляет собой переход процессуальных прав и обязанностей от одного лица к другому в связи с материальным правопреемством.

Процессуальное правопреемство является следствием установления, прежде всего, факта выбытия стороны в материальном правоотношении, то есть уступка права (требования) является переменой лиц в обязательстве.

В силу пункта 1 статьи 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона.

Уступка права (требования) представляет собой замену кредитора в обязательстве. Последствием уступки права (требования) является замена кредитора в конкретном обязательстве, в содержание которого входит уступленное право (требование) (пункт 6 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 30.10.2007 № 120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору (статья 388 ГК РФ).

На основании статьи 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.

Согласно пункту 17 Постановления № 54 уступка требований по денежному обязательству в нарушение условия договора о предоставлении согласия должника или о запрете уступки, по общему правилу, действительна независимо от того, знал или должен был знать цессионарий о достигнутом цедентом и должником соглашении, запрещающем или ограничивающем уступку (пункт 3 статьи 388 ГК РФ). 

Вместе с тем, если цедент и цессионарий, совершая уступку вопреки названному договорному запрету, действовали с намерением причинить вред должнику, такая уступка может быть признана недействительной (статьи 10 и 168 ГК РФ).

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 12.08.2019 ООО «ПСК» и ФИО2 заключили договор уступки требования (цессии), по которому цедент передает цессионарию право требования задолженности по договору № С-ЕСМ-4 от 17.10.2017, подтвержденное судебными актами по делу №А28-1540/2019.

10.01.2020 в ЕГРЮЛ внесена запись о прекращении деятельности ООО «ПСК» в связи с добровольной ликвидацией.

20.02.2020 поступило заявление ФИО2 о замене взыскателя - ООО «ПСК» на правопреемника – ФИО2

Возражая против удовлетворения заявления ФИО2, ООО «ЕСМ» указало на ничтожность договора уступки требования (цессии) от 12.08.2019, настаивая, что  в  силу  пункта 11.4 договора  №С-ЕСМ-4 от 17.10.2017 все права и обязанности по данному договору могут быть переданы третьим лицам только при наличии письменного согласия другой стороны, тогда как Ответчик уведомления от Истца о переходе права требования (цессии) не получал, согласия своего на это не давал.

Между тем, в силу правовой позиции Пленума ВС РФ, изложенной в  пункте 17 Постановления № 54, уступка требований по денежному обязательству в нарушение условия договора о предоставлении согласия должника или о запрете уступки, по общему правилу, действительна независимо от того, знал или должен был знать цессионарий о достигнутом цедентом и должником соглашении, запрещающем или ограничивающем уступку (пункт 3 статьи 388 ГК РФ). 

Вместе с тем, если цедент и цессионарий, совершая уступку вопреки названному договорному запрету, действовали с намерением причинить вред должнику, такая уступка может быть признана недействительной (статьи 10 и 168 ГК РФ).

При этом, учитывая обязанность доказывания (статья 65 АПК РФ), наличие умысла на причинение вреда должна доказать сторона, которая ссылается на указанные обстоятельства.

Соответственно, подлежит отклонению довод ООО «ЕСМ» о проведении  уступки права требования в нарушение положений договора № С-ЕСМ-4 от 17.10.2017, так как наличие в названном договоре соответствующего условия    само по себе автоматически не свидетельствуют о ничтожности уступки права.

Доводы заявителя жалобы о ничтожности договора уступки требования от 12.08.2019 подлежат отклонению, так как доказательств этому Ответчик в материалы дела не представил.

Доводы Ответчика о притворности сделки, в обоснование которого он указывает на безвозмездность уступки, фактически являются его предположениями, тогда как возмездность договора от 12.08.2019 подтверждается материалами дела. 

Ссылка заявителя жалобы на наличие у Истца намерения причинить вред   имущественным интересам Ответчика, когда Истец принимал решение о добровольной ликвидации, позицию Ответчика по жалобе не подтверждают, так как доказательств недобросовестного поведения Истца и совершения им противоправных действий, Ответчик не представил, тогда как ООО «ПСК» в любом случае имеет право на защиту своих имущественных интересов.

В отсутствие соответствующих доказательств у суда апелляционной инстанции не имеется оснований для вывода о том, что договор от 12.08.2019  заключен при злоупотреблении правом и имел целью причинение вреда Ответчику.

Злоупотребления правом в смысле статьи 10 ГК РФ при заключении спорного договора не доказано.

Согласно пункту 23 Постановления № 54 должник вправе выдвигать против требования нового кредитора не только возражения, которые он уже имел против первоначального кредитора к моменту получения уведомления о переходе прав по обязательству к новому кредитору, но и возражения, основания для которых возникли к этому моменту (статья 386 ГК РФ). Так, если должником после получения уведомления о переходе требования об оплате выполненных работ будут выявлены скрытые недостатки этих работ, он вправе выдвинуть против требования нового кредитора соответствующее возражение, поскольку на момент получения уведомления о переходе права основание для возражения, вытекающее из договора подряда, уже возникло. Равным образом, если покупатель выявит недостатки качества товара после получения уведомления об уступке требования об оплате, он вправе выдвигать против требования нового кредитора соответствующее возражение.

Согласно пункту 24 Постановления № 54 по смыслу статей 386, 412 ГК РФ должник имеет право заявить о зачете после получения уведомления об уступке, если его требование возникло по основанию, существовавшему к этому моменту, и срок требования наступил до получения уведомления либо этот срок не указан или определен моментом востребования. Если же требование должника к первоначальному кредитору возникло по основанию, существовавшему к моменту получения должником уведомления об уступке требования, однако срок этого требования еще не наступил, оно может быть предъявлено должником к зачету против требования нового кредитора лишь после наступления такого срока (статья 386 ГК РФ). Требование должника к первоначальному кредитору, возникшее по основанию, которое не существовало к моменту получения должником уведомления об уступке требования, не может быть зачтено против требования нового кредитора.

Между тем, рассмотрев жалобу Ответчика, апелляционный суд считает, что в обоснование своей позиции заявитель настаивает на иной трактовке норм материального и процессуального права, регулирующих спорные правоотношения, и установленных по делу обстоятельств, что в отсутствие доводов, опровергающих выводы, сделанные судом первой инстанции, не является основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Фактически доводы апелляционной жалобы повторяют позицию Ответчика, изложенную им в отзывах на заявление ФИО2 при его рассмотрении в суде первой инстанции и выражают несогласие с выводами суда, которые заявителем жалобы не опровергнуты.

Кроме того, заявитель жалобы не указал, каким именно образом определение от 17.06.2020 о замене взыскателя нарушает его права как должника.

На основании изложенного Второй арбитражный апелляционный суд признает определение Арбитражного суда Кировской области от 17.06.2020   законным и обоснованным, принятым при правильном применении норм процессуального права, а также с учетом фактических обстоятельств дела. Оснований для удовлетворения жалобы ООО «ЕСМ» по изложенным в ней доводам у суда апелляционной инстанции не имеется.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Согласно подпункту 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации за рассмотрение данной категории апелляционных жалоб уплата госпошлины не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 258, 268, 271, пунктом 1 части 4 статьи 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд  

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Кировской области от 17.06.2020 по делу № А28-1540/2019 оставить без изменения, а апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Единая Служба Металла»   (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Кировской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 - 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Судья                               

 

Т.В. Хорова