СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-16143/2019(3)-АК

Дело № А71-7869/2019

15 июня 2023 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 07 июня 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 15 июня 2023 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего       Макарова Т.В.,

судей                                      Гладких Е.О., Даниловой И.П.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

при участии в судебном заседании:

конкурсного управляющего ФИО2 (паспорт);

при участии в судебном заседании в режиме видеоконференцсвязи:

представителя ФИО3 – ФИО4 (доверенность от 29.05.2023, паспорт);

представителя кредитора ПАО «Т Плюс» - ФИО5 (доверенность от 31.08.2022, паспорт); 

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании путем использования систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Удмуртской Республики апелляционную жалобу ответчика ФИО3

на определение Арбитражного суда Удмуртской Республики 

от 03 апреля 2023 года 

о признании недействительным договора от 01.12.2015 № 12/15, заключенного между должником и ИП ФИО3, и платежей в пользу ИП ФИО3 в сумме 7 650 000 руб., 

вынесенное в рамках дела № А71-7869/2019 

о банкротстве ООО «Октябрьское» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

установил:

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 17.05.2019 к производству суда принято (поступившее в суд 08.05.2019) заявление ОАО «ЭнергосбыТ Плюс» о признании ООО «Октябрьское» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 04.09.2019 заявление АО «ЭнергосбыТ Плюс» признано обоснованным, в отношении ООО «Октябрьское» введена процедура наблюдения; временным управляющим должника утвержден ФИО6, член Ассоциации Саморегулируемая организация «Объединение арбитражных управляющих «Лидер». 

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 28.01.2020 ООО «Октябрьское» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев – до 28.07.2020. Конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2, являющийся членом Саморегулируемой межрегиональной общественной организации «Ассоциация антикризисных управляющих».

В Арбитражный суд Удмуртской Республики 01.06.2020 поступило заявление конкурсного управляющего ФИО2 о признании сделки должника недействительной, в котором управляющий (с учетом уточнений, принятых судом в порядке статьи 49 АПК РФ просит на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ (далее – Закон о банкротстве)), статьи 10, 170 Гражданского Кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) признать недействительными: 

- договор № 12/15 на оказание услуг по содержанию многоквартирных домов от 01.12.2015, заключенный между ООО «Октябрьское» и ИП ФИО3; 

- перечисления обществом «Октябрьское» в пользу ИП ФИО3 денежных средств в общей сумме 7 650 000 руб., в том числе по платежным поручениям: № 502 от 23.11.2015 на сумму 10 000 руб.; № 517 от 25.11.2015 на сумму 100 000 руб.; № 541 от 03.12.2015 на сумму 80 000 руб.; № 559 от 09.12.2015 на сумму 80 000 руб.; № 561 от 10.12.2015 на сумму 100 000 руб.; № 567 от 15.12.2015 на сумму 90 000 руб.; № 590 от 25.12.2015 на сумму 100 000 руб.; № 593 от 28.12.2015 на сумму 100 000 руб.; № 606 от 29.12.2015 на сумму 80 000 руб.; № 3 от 11.01.2016 на сумму 100 000 руб.; № 21 от 15.01.2016 на сумму 100 000 руб.; № 45 от 29.01.2016 на сумму 100 000 руб.; № 74 от 09.02.2016 на сумму 100 000 руб.; № 77 от 10.02.2016 на сумму 100 000 руб.; № 100 от 20.02.2016 на сумму 150 000 руб.; № 132 от 09.03.2016 на сумму 100 000 руб.; № 145 от 16.03.2016 на сумму 50 000 руб.; № 150 от 17.03.2016 на сумму 50 000 руб.; № 157 от 29.03.2016 на сумму 100 000 руб.; № 158 от 29.03.2016 на сумму 100 000 руб.; № 162 от 04.04.2016 на сумму 100 000 руб.; № 187 от 12.04.2016 на сумму 250 000 руб.; № 204 от 20.04.2016 на сумму 100 000 руб.; № 214 от 22.04.2016 на сумму 100 000 руб.; № 219 от 28.04.2016 на сумму 200 000 руб.; № 222 от 04.05.2016 на сумму 80 000 руб.; № 239 от 10.05.2016 на сумму 100 000 руб.; № 243 от 11.05.2016 на сумму 100 000 руб.; № 245 от 12.05.2016 на сумму 100 000 руб.; № 263 от 20.05.2016 на сумму 100 000 руб.; № 271 от 25.05.2016 на сумму 50 000 руб.; № 276 от 27.05.2016 на сумму 110 000 руб.; № 296 от 01.06.2016 на сумму 100 000 руб.; № 299 от 08.06.2016 на сумму 100 000 руб.; № 301 от 09.06.2016 на сумму 90 000 руб.; № 307 от 15.06.2016 на сумму 100 000 руб.; № 322 от 23.06.2016 на сумму 50 000 руб.; № 326 от 27.06.2016 на сумму 50 000 руб.; № 350 от 06.07.2016 на сумму 120 000 руб.; № 353 от 08.07.2016 на сумму 80 000 руб.; № 356 от 12.07.2016 на сумму 200 000 руб.; № 371 от 21.07.2016 на сумму 100 000 руб.; № 377 от 27.07.2016 на сумму 10 000 руб.; № 383 от 01.08.2016 на сумму 120 000 руб.; № 421 от 19.08.2016 на сумму 100 000 руб.; № 431 от 29.08.2016 на сумму 10 000 руб.; № 442 от 02.09.2016 на сумму 35 000 руб.; № 463 от 12.09.2016 на сумму 200 000 руб.; № 467 от 15.09.2016 на сумму 250 000 руб.; № 486 от 27.09.2016 на сумму 10 000 руб.; № 513 от 07.10.2016 на сумму 100 000 руб.; № 523 от 10.10.2016 на сумму 150 000 руб.; № 532 от 13.10.2016 на сумму 180 000 руб.; № 581 от 11.11.2016 на сумму 200 000 руб.; № 633 от 05.12.2016 на сумму 100 000 руб.; № 635 от 06.12.2016 на сумму 100 000 руб.; № 660 от 19.12.2016 на сумму 100 000 руб.; № 668 от 30.12.2016 на сумму 50 000 руб.; № 21 от 12.01.2017 на сумму 170 000 руб.; № 51 от 26.01.2017 на сумму 100 000 руб.; № 79 от 15.02.2017 на сумму 190 000 руб.; № 133 от 14.03.2017 на сумму 200 000 руб.; № 162 от 31.03.2017 на сумму 100 000 руб.; № 186 от 12.04.2017 на сумму 90 000 руб.; № 193 от 21.04.2017 на сумму 300 000 руб.; № 229 от 11.05.2017 на сумму 200 000 руб.; № 241 от 18.05.2017 на сумму 10 000 руб.; № 259 от 25.05.2017 на сумму 20 000 руб.; № 265 от 30.05.2017 на сумму 30 000 руб.; № 291 от 07.06.2017 на сумму 50 000 руб.; № 303 от 15.06.2017 на сумму 15 000 руб.; № 305 от 16.06.2017 на сумму 200 000 руб.; № 307 от 19.06.2017 на сумму 90 000 руб. 

Конкурсный управляющий также просил применить последствия недействительности сделок, взыскав с ФИО3 денежные средства в общем размере 7 650 000 руб. 

Возражая против удовлетворения заявленных требований, ФИО3 и ФИО7 в отзывах на заявление было указано на реальность сделки, на документальное подтверждение оказанных услуг, на возможность оказания услуг ИП ФИО3, в том числе, в силу заключения им соответствующих гражданско-правовых договоров с физическими лицами, об отсутствии в период заключения договора и его исполнения признаков неплатежеспособности ООО «Октябрьское», об отсутствии в действиях ответчика признаков злоупотребления правом, поскольку договор фактически исполнялся; заявлено об истечении срока исковой давности.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 03.04.2023 (резолютивная часть от 20.10.2022) заявление конкурсного управляющего ООО «Октябрьское» ФИО2 о признании сделки недействительной удовлетворено; признаны недействительными сделками договор № 12/15 от 01.12.2015, заключенный между ООО «Октябрьское» и ИП ФИО3 и платежи в пользу ИП ФИО3 в размере 7 650 000 руб. Применены последствия недействительности сделки: с ФИО3 в пользу ООО «Октябрьское» взыскано 7 650 000 руб. 

ФИО3, не согласившись с принятым судебным актом, обжаловал его в апелляционном порядке, просит определение отменить и принять по делу новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении заявленных требований в полном объеме. 

В апелляционной жалобе указывает, что спорный договор был заключен 01.12.2015, оплата по договору производилась в период с ноября 2015 года по 19.06.2017, то есть за пределами трехгодичного срока подозрительности. Ссылаясь на положения пункта 1 статьи 61.9, статей 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, а также положения пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), настаивает на том, что срок, предусмотренный для подачи заявления о признании недействительным договора, заключенного 01.12.2015 между ЛЛЛ «Октябрьское» и ИП ФИО3 на оказание услуг по содержанию многоквартирных домов истек 09.06.2020. Оспаривает вывод суда о том, что период возникновения непогашенных требований (включенных в реестр требований кредиторов должника) начинается с 2015 года. Указывает, что в реестр требований кредиторов включены обязательства, возникшие перед конкурсными кредиторами за потребленные ресурсы после июня 2017 года. Кроме того, оспаривает вывод суда о том, что аудиторское заключение, представленное ФИО3 не отражает фактическое состояние предприятия и не принимается как бесспорное доказательство отсутствия у предприятия признаков неплатежеспособности и признаком банкротства. Указывает, что анализ финансового состояния должника проводился конкурсным управляющим на момент введения соответствующей процедуры, однако анализ финансового состояния должника на период с 2015 года по июнь 2017 года конкурсным управляющим не проводился; квалифицирующий признак совершения сделки в условиях неплатежеспособности и недостаточности имущества не подтвержден материалами дела; в материалах дела не имеется достаточных доказательств того, что на период исполнения сделки с ноября 2015 года по июнь 2017 года, организация ООО «Октябрьское» обладала признаками неплатежеспособности. Отмечает, что задержка исполнения обязательств по договорам, заключенным должником с ресурсоснобжающими организациями с 2014 года по июнь 2017 года (дата купли-продажи доли ООО «Октябрьское») связана с характером правоотношений, в силу которых, у сторон имелись претензии по качеству и количеству потребленных ресурсов (имеется реестр в деле), поскольку ООО «Октябрьское» осуществляло свою деятельность в интересах граждан, собственником МКД. Считает несостоятельными доводы конкурсного управляющего о том, что сведения о дебиторской задолженности должны соответствовать сведениям УФССП по УР, поскольку данные обстоятельства свидетельствуют лишь о том, что руководителем не в полном объеме приняты меры к взысканию просроченной задолженности за потребленные ресурсы, коммунальные услуги с граждан, собственником жилых помещений, обслуживаемых ООО «Октябрьское». Относительно вывода о не проведении проводок по исполнению обязательств контрагентами (по состоянию на 01.01.2020 перед ООО «Октябрьское» числилась задолженность ФГБУ «Управление Удмуртмелиоводхоз» в размере 374 057, 00 руб.) указывает, что судом не принято во внимание – кто должен был проводить и за какой период, с учетом продажи доли и смены руководителей с июня 2017 года, и на кого была возложена обязанность по необходимости проводки соответствующих платежей. Отмечает, что судом первой инстанции не дана правовая оценка предоставленных ответчиком актам выполненных работ, которые подписаны сторонами, и содержат оттиски печати ООО «Октябрьское» и ИП ФИО7, а также представленным в материалы дела постановлению Администрации МО «Завьяловский район» № 270 от 02.07.2017 «О плате за жилое помещение на 2017 год»; постановлению Администрации МО «Завьяловский район» № 58 от 15.01.2016 «О плате за жилое помещение за 2016 г. и за 2015 г.», свидетельствующим о том, что тарифы не завышены. Оспаривает вывод суда о том, что ответчиком не представлены пояснения относительно того, кем фактически выполнялись работы по обслуживанию и ремонту общего имущества многоквартирных домов, привлекались ли третьи лица для выполнения работ, указанных в договоре по аварийному обслуживанию, техническому обслуживанию внутридомового газового оборудования, техническому обслуживанию систем вентиляции и дымоудаления, надлежащему содержанию и ремонту лифтов, выполнению работ, входящих в перечень работ по капитальному ремонту, созданию и выполнению плана восстановительных работ при выявлении неисправностей, касающихся содержания и текущего ремонта. Отмечает, что в материалах дела имеются договора, заключенные с физическими лицами на оказание услуг по уборке места общего пользования МКД; ИП ФИО3 самостоятельно принято решение по каким видам работ привлекать третьих лиц, по каким видам работ самостоятельно оказывать услуги в рамках заключенного договора; на момент получения искового заявления о признании сделки недействительной данных бухгалтерского и налогового учета и других документов ФИО3 уничтожены в связи с истечением сроков хранения. Ссылаясь на то, что в соответствии с бухгалтерским балансом за период с 01.01.2015 по 31.12.2017 общая балансовая стоимость составляет 22 200 000 рублей, настаивает на том, что в рассматриваемом случае квалифицирующий признак о совершении сделки в размере более двадцати пяти процентов балансовой стоимости активов не подтвержден истцом. Кроме того, отмечает, что имущество ООО «Октябрьское» на момент продажи доли ФИО8 не уменьшилось, в реестр требований кредиторов включена задолженность за оплату потребленных ресурсов, обязательства по оплате которых возникла после июня 2017 года.

До начала судебного заседания от конкурсного управляющего ФИО2 поступил письменный отзыв, в котором управляющий просит определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

От ПАО «Т Плюс» поступил письменный отзыв, в котором кредитор просит определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

В судебном заседании представитель ФИО3 поддержал доводы апелляционной жалобы, просил определение суда отменить и принять новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении заявленных требований. 

Конкурсный управляющий ФИО2 и представитель ПАО «Т Плюс» возражали против удовлетворения апелляционной жалобы по основаниям изложенным в письменных отзывах. 

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что в силу части 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.

Суд апелляционной инстанции, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, с учетом доводов сторон, по правилам, предусмотренным статьей 71 АПК РФ, считает, что не имеется оснований для изменения или отмены судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы.

В силу статьи 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закона о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

На основании пункта 3 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что в силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ) под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

В связи с этим по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

Согласно положениям статьи 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Как следует из материалов дела и указывалось ранее, решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 28.01.2020 ООО «Октябрьское» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство; конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2.

В ходе исполнения своих обязанностей, конкурсному управляющему стало известно, что между ООО «Октябрьское» (компания, должник) и ИП ФИО3 (исполнитель, ответчик) 01.12.2015 был заключен договор на оказание услуг по содержанию многоквартирных домов (том 1 л.д. 13-16), по условиям которого исполнитель (ИП ФИО3) принял на себя обязательства по содержанию, обеспечению сохранности, обслуживанию, эксплуатации, улучшению состояния конструктивных элементов и внешнего облика зданий и прилегающих придомовых территорий многоквартирных домов согласно Приложению № 1 (Завьяловский район 

<

...>, 16, 

<

...>, 

<

...>, 

<

...>, 

<

...>).

В период с ноября 2015 года по июнь 2017 года ИП ФИО3 должником перечислено 7 650 000 руб. с назначением платежей «Оплата по счету…, обслуживание МКД».

Ссылаясь на то, что на момент оказания услуг ИП ФИО3 по содержанию жилого фонда, аналогичные услуги оказывались самими работниками должника (за период с 01.01.2016 по 16.06.2017 в штате должника имелся мастер, энергетик, дворники, уборщицы), указав на то, что заключение договора № 12/15 на оказание услуг по содержанию многоквартирных домов от 01.12.2015 являлось экономически нецелесообразным для должника и вело к дополнительным расходам с его стороны, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с требованием о признании указанного договора и произведенных платежей недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 170 ГК РФ.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из перечисленных в данном пункте условий.

В соответствии с пунктом 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» пункт 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Предусмотренные законодательством о банкротстве презумпции, применяемые при рассмотрении споров о признании сделок должника недействительными, являются опровержимыми, то есть они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве.

Согласно статье 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

В пункте 4 Постановления Пленума ВАС РФ № 63 разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, договор на оказание услуг заключен 01.12.2015, оспариваемые платежи совершены в период с ноября 2015 года по июнь 2017 года, дело о банкротстве возбуждено 17.05.2019.

Согласно статье 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

По пункту 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

В силу пункта 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Пунктом 1 статьи 200 ГК РФ предусмотрено, что, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Статьей 181 ГК РФ определено, что срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. 

При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Согласно пункту 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам. Исковая давность по такому требованию в силу пункта 1 статьи 181 ГК РФ составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства.

В соответствии с абз. 2 п. 32 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.20210 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)» в соответствии со ст. 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий п. 3 ст. 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных ст. 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под ст. 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

С учетом изложенного, принимая во внимание, что наблюдение в отношении должника введено 14.09.2019, конкурсное производство открыто 28.01.2020, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что в рассматриваемом случае, конкурсный управляющий мог узнать о совершении сделки только с 28.01.2020, заявление о признании сделки недействительной подано 01.06.2020.

Таким образом, вопреки доводов апелляционной жалобы, срок исковой давности по оспариванию договора и платежей не пропущен; доводы ответчика и заинтересованного лица о пропуске срока исковой давности основаны на неверном толковании норм материального права.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, основным видом экономической деятельности ООО «Октябрьское» являлось управление многоквартирными домами (МКД): с 22.02.2014 по 01.02.2019 – дом по адресу 

<

...>; с 01.07.2015 по 01.02.2020 – дом по адресу 

<

...>; с 15.07.2014 по 01.01.2020 – дом по адресу 

<

...>; с 01.11.2013 по 01.02.2020 – дом по адресу 

<

...>; с 02.03.2015 по 01.10.2018 – дом по адресу 

<

...>; с 20.07.2015 по 01.10.2018 – дом по адресу 

<

...>; с 19.10.2013 по 01.10.2018 – дом по адресу 

<

...>; с 01.12.2015 по 01.03.2020 – дом по адресу 

<

...>; с 01.04.2015 по 01.01.2017 – дом по адресу 

<

...>.

Во исполнение договоров управления ООО «Октябрьское» заключены договоры с ресурсоснабжающими организациями: с МУП г. Ижевска «Ижводоканал» № 1343 от 25.06.2014 о водоснабжении и водоотведении; с ООО «КомЭнерго» № 06/084-2013 от 31.12.2013 о теплоснабжении; с ООО «Газпром межрегион газ Ижевск» № 56-4-7361/16 от 01.10.2015 на поставку газа; с АО «Энергосбыт плюс» № Р6964 от 01.10.2012 и № Р10166 от 30.12.2016 об электроснабжении.

Кроме того, во исполнение договоров управления ООО «Октябрьское» заключены договоры по обслуживанию имущества: с ООО «ЭнергоТех» № 20-13-СО от 01.12.2013 на техническое обслуживание и технический ремонт газовой водогрейной котельной и трех инженерных тепловых пунктов с оборудованием, на аварийно-диспетчерское обслуживание; с ООО «УдмуртЛифт»; с ООО «Удмуртской мусороперерабатывающая компания». 

 Оплата обслуживающим компаниям (за водоснабжение, водоотведение, теплоснабжение, электроснабжение и отопление) производилась должником за счет собственных средств, получаемых с собственников МКД в составе средств за обслуживание МКД, рассчитываемых на основании утвержденных в ООО Октябрьское» тарифов.

В реестр требований кредиторов должника включены требования кредиторов в размере 10 306 721,16 руб., в том числе: АО «Энергосбыт Плюс», ООО «Союзлифт», ООО «Удмуртская мусороперерабатывающая компания», ООО «ЖРП № 8», МУП «Ижводоканал», ООО «Удмуртлифт», ООО «Газпром межрегионгаз Ижевск», ООО «Чистый двор Сервис», АО «Газпром газораспределение Ижевск» ООО «Энерготех», ООО «СК «Согласие», физические лица; период возникновения непогашенных требований начинается с 2015 года.

Так, задолженность перед АО «ЭнергосбыТ Плюс» в размере 3 685 243,35 руб. за период с 31.12.2017 по апрель 2019 взыскана решениями суда по делам № № А71-2297/2018, А71-6199/2018, А71-10464/2018, А71-16522/2018, А71-2724/2019, А71-10318/2019, по Договору Р10166 в сумме 164 783,99 руб. за период с 01.08.2017 по 30.04.2019 – решениями суда по делам № № А71-12046/2018, А71-18409/2018.

Задолженность в сумме 1 248 675,52 руб. за период с 01.01.2015 по 31.10.2016 взыскана решением суда по делу № А71-3398/2019 и решением Устиновского районно суда г. Ижевска от 30.11.2016.

Задолженность перед МУП «Ижводоканал» в сумме 1 900 933,48 руб., возникшая за период с 01.11.2017 по 30.04.2019, взыскана решениями суда по делам № № А71-2888/2018, А71- 4620/2018, А71- 10125/2018, А71- 11130/2018, А71- 16073/2018, А71- 13686/2019.

Задолженность перед ООО «Газпром межрегионгаз Ижевск» в сумме 1 461 201,82 руб. за период с 01.11.2017 по 31.01.2019 взыскана решениями суда по делам № № А71-4058/2018, А71-7029/2018, А71-11959/2018, А71- 18641/2018, А71-4895/2019.

В соответствии с устойчиво сложившейся судебной практикой само по себе наличие задолженности перед кредиторами и судебных споров не является доказательством неплатежеспособности должника, однако последующее неисполнение требований кредиторов, подтвержденных решениями судов, и включение их в реестр требований кредиторов должника о наличии такого признака свидетельствуют.

Таким образом, на момент совершения спорных платежей должник имел неисполненные обязательства перед иным кредитором, то есть обладал признаками неплатежеспособности.

Как следует из материалов дела, третьим лицом ФИО7, настаивая на том, что в период заключения и исполнения сделки, должник не обладал признаками неплатежеспособности, представил в материалы дела аудиторское заключение, составленное ООО Аудиторская фирма «Виктор» (том 7 л.д. 159-179). Как следует из представленного аудиторского заключения на разрешение аудитора поставлен вопрос «Имелись ли признаки банкротства и неплатежеспособности ООО «Октябрьское» в 2015 году, в 2016 году и по состоянию на 01.12.2015 года?», для исследования использовалась бухгалтерская отчетность за 2016 год; аудитором сделан вывод об отсутствии признаков банкротства и неплатежеспособности в указанный период.

Судом проанализировано аудиторское заключение в соответствии со статьей 71 АПК РФ.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 12.02.2018 N 305-ЭС17-11710(3) по делу № А40-177466/2013), показатели бухгалтерской отчетности зависят от усмотрения хозяйствующего субъекта, самостоятельно составляющего отчетность (должника) и представляющего ее в компетентные органы, что не исключает возможности манипулирования содержащимися в отчетах сведениями для влияния на действительность конкретных сделок или хозяйственных операций с определенными контрагентами, что очевидно противоречит требованиям справедливости и целям законодательного регулирования института несостоятельности. 

Аудиторское заключение в целях принятия его как допустимого доказательства должно составляется в соответствии с Федеральным стандартом аудиторской деятельности, в частности на основании ФСАД 1/2010 - Аудиторское заключение о Бухгалтерской (финансовой) отчетности и формирования мнения о её достоверности. 

Данный федеральный стандарт аудиторской деятельности определяет требования к форме, содержанию, порядку подписания и представления аудиторского заключения, а также к порядку формирования мнения о достоверности бухгалтерской (финансовой) отчетности. 

В соответствии с пунктом 2 ФСАД 1/2010 аудитор должен выразить в аудиторском заключении мнение о достоверности бухгалтерской (финансовой) отчетности аудируемого лица, сформированное на основе полученных аудиторских доказательств. 

В соответствии с пунктом 3 ФСАД 1/2010 Аудиторское заключение должно содержать мнение аудитора с указанием обстоятельств, которые оказывают или могут оказать существенное влияние на достоверность бухгалтерской отчетности; Аудиторское заключение, должно содержать утверждение о том, что бухгалтерская отчетность была проаудирована аудитором (то есть проверена). 

В соответствии с пунктом 9 ФСАД 1/2010 Аудиторское заключение должно включать часть, озаглавленную «Мнение», в которой приводится мнение аудитора по поводу того, отражает ли бухгалтерская отчетность достоверно во всех существенных отношениях финансовое положение аудируемого лица по состоянию на отчетную дату, результаты его финансово-хозяйственной деятельности и движение денежных средств за отчетный период в соответствии с установленными правилами составления бухгалтерской отчетности (далее - мнение). 

В соответствии с пунктом 10 ФСАД 1/2010 прежде чем приступать к формированию мнения, аудитор должен убедиться, достигнута ли достаточная уверенность в том, что бухгалтерская отчетность в целом не содержит существенных искажений в результате недобросовестных действий или ошибок. Указанное убеждение должно базироваться на: а) выводе относительно того, были ли получены достаточные надлежащие аудиторские доказательства; б) выводе относительно того, являются ли неисправленные искажения, взятые по отдельности или в совокупности, существенными; в) выводах, формирование которых требуется пунктами 11 - 13 настоящего стандарта.

В соответствии с пунктом 12 ФСАД 1/2010 при формировании мнения о достоверности бухгалтерской отчетности аудитору следует оценить дает ли бухгалтерская отчетность, в том числе отраженная в ней информация, достоверное представление об имевших место хозяйственных операциях и событиях, и позволяет ли эта отчетность предполагаемым пользователям судить о влиянии существенных операций и событий на бухгалтерскую отчетность.

В соответствии с пунктом 29 ФСАД 1/2010 факт того, что дополнительная информация не была проаудирована, не освобождает аудитора от обязанности рассмотреть эту информацию на предмет выявления существенных несоответствий с проаудированной бухгалтерской отчетностью; требования, касающиеся рассмотрения аудитором непроаудированной прочей информации, устанавливаются соответствующим федеральным стандартом аудиторской деятельности. 

В соответствии с пунктом 13 ФСАД 1/2010 Аудитор должен установить, содержит ли бухгалтерская отчетность соответствующую ссылку на примененные при составлении этой отчетности требования правил отчетности или их описание. Указание на то, что бухгалтерская отчетность составлена в соответствии с правилами отчетности, является надлежащим только в том случае, если бухгалтерская отчетность соответствует всем применимым требованиям правил отчетности, действовавшим в периоде, за который составлена бухгалтерская отчетность. 

Содержание аудиторного заключения Аудиторской фирмы «Виктор» не содержит мнение о достоверности бухгалтерской (финансовой) отчетности; не содержит мнение аудитора с указанием обстоятельства, которые оказывают или могут оказать существенное влияние на достоверность бухгалтерской отчетности; не содержит утверждение о том, что бухгалтерская отчетность и дополнительная информация была проаудирована аудитором.

Кроме того, конкурсным управляющим должника поставлен под сомнение вопрос о действительном размере дебиторской задолженности, отраженной в бухгалтерской отчетности, и вопрос о соответствии данных бухгалтерской отчетности в части превышения дебиторской задолженности над кредиторской, поскольку в бухгалтерской отёчности отражено: в 2014 году – дебиторская задолженность – 3 714 тыс. руб., кредиторская – 2 109 тыс. руб.; в 2015 году – дебиторская задолженность – 9 007 тыс. руб., кредиторская – 5259 тыс. руб.; в 2016 году – дебиторская задолженность – 12 452 тыс. руб., кредиторская – 8 749 тыс. руб.; в 2017 году – дебиторская задолженность – 10 009 тыс. руб., кредиторская – 10 074 тыс. руб.; согласно сведениям Завьяловского РОСП об исполнительных производствах ООО «Октябрьское» возбуждено 9 исполнительных производств в 2015 году на сумму 132 140 руб. 43 коп., в 2016 – 14 исполнительных производств на сумму 377 457 руб. 22 коп., в 2017 году – 14 возбужденных исполнительных производств на сумму 422 737 руб. 23 коп.., в 2018 году – 42 исполнительного производства на сумму 737 941 руб. 31 коп.; на расчетные счета должника от ФССП поступило в 2015 году 48 168 руб. 85 коп., в 2016 году – 375 760 руб. 77 коп., в 2017 году – 466 383 руб. 23 коп., в 2018 году – 647 603 руб. 66 коп.

Выявлены иные факты искажения бухгалтерского баланса в части дебиторской задолженности за счет не проведения в бухгалтерском учете оплаты за оказанные услуги; так по состоянию на 01.01.2020 перед ООО «Октябрьское» числилась задолженность ФГБУ «Управление Удмуртмелиоводхоз» в размере 374 057 руб.; впоследствии установлено, что денежные средства поступили должнику в срок, тогда как бухгалтерская проводка так и не была проведена, у предприятия числилась дебиторская задолженность.

Аудиторское заключение сформировано на положительных выводах, в том числе, со ссылкой на превышение значений дебиторской задолженности над кредиторской, при этом не дана оценка финансового результата (2400 строка баланса), не дана оценка убыточности, не дана оценка наличия отрицательной динамики прибыли, не дана оценка роста кредиторской задолженности. 

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что представленное аудиторское заключение не отражает фактическое состояние предприятия и не принимается судом как бесспорное доказательство отсутствия у предприятия признаков неплатежеспособности и признаков банкротства.

Как указано ранее, в случае прекращения исполнения должником части денежных обязательств, недостаточность денежных средств предполагается. В материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о том, что неисполнение денежных обязательств должником было вызвано иными причинами помимо недостаточности средств; заявленная презумпция не опровергнута.

При этом, расчеты с кредиторами были прекращены еще в 2014 году; сведения о неудовлетворительном финансовом состоянии должника отражены в Отчете временного управляющего по результатам процедуры наблюдения (на основании установленных коэффициентов); из отчета конкурсного управляющего о ходе конкурсного производства и проведенной инвентаризации следует, что активами должника, включенным в конкурсную массу, является дебиторская задолженность и товарно-материальные ценности; согласно публикации на ЕФРСБ № 5284084 от 01.08.2020 товарно-материальные ценности реализованы на торгах за 3 560 руб.

В материалы дела не представлены разумные объяснения тому, в силу каких причин общество-должник, находясь, по утверждению ответчика и заинтересованного лица, в устойчивом финансово-экономическом состоянии, оказалось неспособным рассчитаться по возникшим в 2014 - 2018 годах обязательствам вплоть до настоящего времени.

Таким образом, вопреки доводов апелляционной жалобы квалифицирующий признак совершения сделки в условиях неплатежеспособности и недостаточности имущества подтвержден материалами дела.

Кроме того, как верно отмечено судом первой инстанции, оспариваемые сделки совершены между заинтересованными лицами; признак осведомленности доказан, при этом, суд обоснованно исходил из следующего.

ФИО7 с 09.10.2015 по 25.06.2017 являлся руководителем ООО «Октябрьское»; ФИО3 являлся учредителем и единственным участником в период с 07.09.2016 по 27.06.2017, работал главным инженером ООО «Октябрьское»; ФИО7 и ФИО3 являются отцом и сыном. 

Предполагается, что имеется осведомленность стороны сделки о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В результате исполнения оспариваемой сделки ИП ФИО3 перечислены денежные средства в размере 7 650 000 руб. в период с декабря 2015 по июль 2017 (в 2015 г. на сумму 740 000 руб., в 2016 г. на сумму 5 145 000 руб., в 2017 г. на сумму 1 675 000 руб.), что в совокупности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника за рассматриваемый период; доказательства иного отсутствуют.

В результате совершения сделки причинен вред имущественным правам кредиторов.

В силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под вредом, причинённом имущественным правам кредиторов, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Конкурсный управляющим и конкурсном кредитором АО «ЭнергосбыТ Плюс» заявлено об отсутствии фактического оказания услуг по оспариваемому договору.

В подтверждение факта оказания услуг в материалы дела представлены акты № № 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 20, 21, 44, 45 от 29.02.2026, акты № № 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 31, 32, 46, 47, 48, 49, 50, 51, 53, 54 от 31.03.2016 (содержание жилого фонда Полесская д. 2, Полесская д. 8, Полесская д. 4, Октябрьский д. 2а, Полесская д. 16, Полесская д. 6, Полесская д. 12, Полесская д. 1, Полесская д. 11), которые не подписаны со стороны Заказчика, в то же время уже стоит оттиск печати ООО «Октябрьское» и оттиск печати фамилии с инициалами «ФИО7», что указывает на составление актов о выполненных работах по обслуживанию МКД непосредственно бухгалтерией ООО «Октябрьское» без подтверждения реальности оказанных и принятых услуг.

Согласно тарифам ООО «Октябрьское» собирало платежи по следующим видам услуг: Диспетчерское обслуживание; Обслуживание инженерного оборудования и конструктивных элементов дома; Содержание мест общего пользования; Содержание придомовой территории; Аварийное ремонтное обслуживание; Вывоз мусора; Обслуживание лифта; Обслуживание КТП; Обслуживание ШРП; Управленческие расходы.

Конкурсным управляющим произведено сопоставление тарифов ООО «Октябрьское» на примере дома ул. Полесская, д. 6 и тарифов ИП ФИО3 по категориям услуг и сделан вывод о необоснованном завышении тарифов за оказание, в частности, услуг за «Обслуживание общего имущества», который составляет 5,42 руб./кв.м и включает в себя (согласно Приложению № 1 к договору № 12/15 от 01.12.2015) различные работы (13 позиций); тогда как согласно тарифам, взимаемым с жильцов, например, тариф за обслуживание инженерного оборудования и конструктивных элементов дома составляет 2,05 руб./кв.м (на основании анализа видов услуг, составляющих тот или иной тариф).

В части услуг «Содержание придомовой территории» тариф ИП ФИО3 не значительно превышает тариф ООО «Октябрьского», взымаемый с собственников помещений МКД, а именно 1,77 руб./кв.м против 1,63 руб./кв.м (в абсолютных цифрах: 72 943,96 руб. в месяц, 875 327,52 руб. в год, и 67 703,03 руб. в месяц., 812 436,34 в год).

При этом услуга ИП ФИО3 по содержанию придомовой территории не включает в себя «очистку придомовой территории от снега наносного происхождения в зимний период», согласно расчетам с ИП ФИО3 расходы ООО «Октябрьское» за услуги по уборке снега за зиму 2015-2016 составили 200 000 руб., за зиму 2016-2017 – 300 000 руб., тогда как по актам выполненных работ (предоставлению услуг фронтального погрузчика (механическая уборка снега) ИПП ФИО3 оказано услуг на 447 500 руб. (акты № 76 от 31.12.2015, № 9 от 31.01.2016, № 19 от 29.02.2016, № 30 от 31.03.2016, № 115 от 30.11.2016, № 126 от 31.12.2016, № 2 от 31.01.2017, 11 от 28.02.2017, № 26 от 31.03.2017).

В актах № 19 от 29.02.2016, № 30 от 31.03.2016 – наименование работ «Услуги фронтального погрузчика март» – на сумму 31 900 руб. отсутствуют подписи со стороны Заказчика, в то же время уже стоит оттиск печати ООО «Октябрьское», что указывает на составление актов о выполненных работах (услуги фронтального погрузчика) непосредственно бухгалтерией ООО «Октябрьское» без подтверждения реальности оказанных и принятых услуг.

Данные обстоятельства подтверждают доводы конкурсного управляющего о том, что стоимость, например, услуги «Содержание придомовой территории» завышена, оплата производилась обществом не по актам выполненных работ, а по возможному наличию денежных средств на расчетном счете.

В обоснование доводов о реальном исполнении договора ИП ФИО3 представлены пояснения и документы о привлечении к исполнению договора обслуживания иных физических лиц.

Представлены договор от 03.12.2015, заключенный между ИП ФИО3 и ФИО9 (том 1 л.д. 63), согласно которому исполнитель обязан обеспечить проверку состояния жилищного фонда в соответствии с перечнем и объемом работ (Приложение № 1 – не представлено); договоры от 03.12.2015, заключенные с ФИО10 (на оказание услуг по уборке помещений мест общего пользования МКД 

<

...>), с ФИО11 (на оказание услуг по уборке помещений мест общего пользования МКД 

<

...>, 4, 6, 8), с ФИО12 (на оказание услуг по уборке помещений мест общего пользования МКД 

<

...>, 2) – том 1 л.д. 64-66, договор от 03.12.2015, заключённый с ФИО13 на оказание услуг по уборке придомовых территорий МКД (

<

...>, 2, ул. Полесская, дома 1, 2, 11, 4, 6, 8, 11) – том 1 л.д. 67; иные доказательства фактического исполнения указанных договоров (акты и так далее) физическими лицами не представлены, доказательства оплаты их услуг не представлены. 

Ответчиком не представлены пояснения относительно того, кем фактически выполнялись работы по обслуживанию и ремонту общего имущества многоквартирных домов, привлекались ли третьи лица для выполнения работ, указанных в договоре, по аварийному обслуживанию, техническому обслуживанию внутридомового газового оборудования, техническому обслуживанию систем вентиляций и дымоудаления, надлежащему содержанию и ремонту лифтов, выполнению работ, входящих в Перечень работ по капитальному ремонт (фасад, крыша, и так далее), созданию и выполнению «плана восстановительных работ» при выявлении неисправностей, касающихся содержания и текущего ремонта.

Согласно представленной ФНС России информации ИП ФИО3 обязанности налогового агента не исполнялись; ИП ФИО3 как работодатель не отчитывался, соответствующая отчётность не предоставлялась и соответствующие налоги не уплачивались.

Согласно анализу движения денежных средств по банковским счетам ФИО3 в период исполнения оспариваемой сделки денежные средства физическим лицам не перечислялись.

Представленный объем доказательств дает суду основание признать заслуживающим внимания довод конкурсного управляющего и конкурсного кредитора АО «ЭнергосбыТ Плюс» об экономической нецелесообразности заключения оспоренного договора и, как следствие, произведенных выплат, поскольку в штате должника имелись квалифицированные работники, которым начислялась и выплачивалась заработная плата (том 3 л.д. 105-110), содержание МКД, обеспечение предоставления качественных коммунальных услуг потребителям, сохранность, обслуживание, эксплуатация, улучшения конструктивных элементов и внешнего облика зданий и прилегающих домовых территорий осуществлялось за счет ООО «Октябрьское» (том 4 л.д. 184-204).

Так, согласно Перечня услуг и работ к Договору 12/15 от 01.12.15 по обслуживанию МКД в обязанности ИП ФИО3 в соответствии с пунктом 2.7 входили работы по содержанию и ремонту лифтов и организации диспетчерского обслуживания и т.п.; в материалы дела представлен Договор № 194Б от 15.11.2012, заключенный должником с ООО «Удмуртлифт», акты выполненных работ и иные документы, свидетельствующие о том, что обслуживание, ремонт лифтов и диспетчерское обслуживание осуществлялись за счет ООО «Октябрьское». 

Согласно Перечня услуг и работ к Договору 12/15 от 01.12.15 по обслуживанию МКД в обязанности ИП ФИО3 в соответствии с пунктом 3 входили работы по содержанию придомовой территории в сдвигание свежевыпавшего снега и очистка придомовой территории от снега и льда при наличии колейности свыше 5 см; в свою очередь согласно актам по предоставлению «услуг фронтального погрузчика, механическая уборка снега» расходы по сдвиганию свежевыпавшего снега и очистка придомовой территории от снега и льда оплачивались должником ИП ФИО3 отдельно, а не в рамках оспариваемого договора. 

 Согласно Перечня услуг и работ к Договору 12/15 от 01.12.15 (пункт 2.1) в обязанности ИП ФИО3 входили работы по содержанию мусоропроводов, чистке, промывке и дезинфекции мусоросборных камер и их оборудования; в материалы дела представлен договор, заключенный должником с ИП ФИО14, и акты приема-сдачи работ, как доказательства того, что чистка и дезинфекция, в том числе мусоросборных камер осуществлялось за счет ООО «Октябрьское». 

Согласно перечня услуг и работ к Договору 12/15 от 01.12.15 (пункт 2.6) в обязанности ИП ФИО3 входили работы по содержанию систем внутридомового газового оборудования и её отдельных элементов, ремонт систем контроля загазованности т.п.; в материалы дела представлен договор № 20-13-со от 01.12.2013, заключённый должником с ООО «ЭнергоТех», и соответствующие документы к нему, доказывающие, что содержанию систем внутридомового газового оборудования и её отдельных элементов, а также ремонт систем контроля загазованности осуществлялось за счет должника.

Согласно перечня услуг и работ к Договору 12/15 от 01.12.15 (пункта 2.3) в обязанности ИП ФИО3 входили работы по содержанию систем водоснабжения, восстановлению работоспособности (ремонт, замена) оборудования и отопительных приборов, водоразборных приборов (кранов, смесителей и т.п.), восстановлению герметичности участков трубопроводов и соединительных элементов, замена неисправных КИП, и тому подобные работы; в материалы дела представлены товарные накладные от ИП ФИО15 как доказательства того, что указанные работы осуществлялись ИП ФИО15 и за счет ООО «Октябрьское».

Заявленные сомнения ответчиком и заинтересованным лицом не развеяны.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Положения статьи 10 ГК РФ применяются при недобросовестном поведении (злоупотреблении правом) прежде всего при заключении сделки, которая оспаривается в суде (в том числе в деле о банкротстве), а также при осуществлении права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, несовпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

Злоупотребление правом при совершении сделки является нарушением запрета, установленного в статье 10 ГК РФ, в связи с чем, такая сделка подлежит признанию недействительной на основании статей 10 и 168 ГК РФ.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна.

Как указывалось ранее, по состоянию на 01.01.2016 задолженность ООО «Октябрьское» перед ресурсоснабжающими организациями составила 2 700 545 руб. 59 коп.; по состоянию на 01.01.2017 – 4 771 978 руб. 50 коп., по состоянию на 01.07.2017 – 8 307 046 руб. 41 коп.

Исходя из сведений ЕГРЮЛ 26.06.2017 полномочия руководителя ООО «Октябрьское» были возложены на ФИО16, руководитель ФИО7 сложил полномочия; с 27.06.2017 ФИО3 исключен из состава учредителей ООО «Октябрьское».

Оплата ИП ФИО3 с 16.06.2017 с расчетных счетов ООО «Октябрьское» более не производилась.

Таким образом, исполнение договора по обслуживанию ИП ФИО3 многоквартирных домов неразрывно связано с нахождением ФИО7 в руководстве компании и ФИО3 в составе учредителей.

Регистрация ИП ФИО3 осуществлена 11.11.2015, то есть непосредственно перед заключением договора с ООО «Октябрьское» по содержанию МКД с. Октябрский; основным видом деятельности ИП ФИО3 являлась перевозка грузов неспециализированными транспортными средствами; 08.08.2018 деятельность ИП ФИО3 прекращена.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, по существу направлены на переоценку установленных по настоящему делу обстоятельств и фактических отношений сторон, оснований для которой не имеется, поскольку судом первой инстанции при рассмотрении дела установлены и исследованы все существенные для принятия правильного судебного акта обстоятельства, им дана надлежащая правовая оценка, выводы, изложенные в судебном акте, основаны на имеющихся в деле доказательствах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и действующему законодательству. 

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

Расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы относятся на заявителя апелляционной жалобы в соответствии со статьей 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 03 апреля 2023 года по делу № А71-7869/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Удмуртской Республики.

 

Председательствующий

 

Т.В. Макаров 

 

Судьи

 

Е.О. Гладких 

 

И.П. Данилова