ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-61043/2023

Дело № А40-232970/21

г. Москва

26 октября 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 11 октября 2023 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 26 октября 2023 года 

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Захарова С.Л., 

судей Башлаковой-Николаевой Е.Ю., Лапшиной В.В., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 

на определение Арбитражного суда г. Москвы от 03.08.2023 по делу № А40-232970/21 

в части привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Инвестиционно-строительная компания «Клен-Недвижимость»,

при участии в   судебном заседании: 

ФИО3 лично, паспорт

от ФИО2: ФИО4,  по дов. от 23.03.2023

иные лица не явились, извещены, 

 

У С Т А Н О В И Л:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Инвестиционно-строительная компания «Клен-недвижимость» (далее – должник) его конкурсный управляющий ФИО3 обратился в суд с заявлением о привлечении ФИО5, ФИО2, ООО «Управляющая компания «Станционный смотритель» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 03.08.2023 заявление удовлетворено в части, привлечены к субсидиарной ответственности ФИО2, ООО «Управляющая компания «Станционный смотритель», производство по спору в части определения размера ответственности данных лиц приостановлено до окончания расчетов с кредиторами, в остальной части заявленных требований отказано.

Не согласившись с указанным судебным актом, ФИО2 обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просил его отменить в части привлечения его и ООО «Управляющая компания «Станционный смотритель» к субсидиарной ответственности и принять в указанной части новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, а конкурсный управляющий должником против удовлетворения апелляционной жалобы возражал по доводам, изложенным в отзыве на нее. Иные лица, участвующие в обособленном споре, извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, своих представителей в судебное заседание не направили, в связи с чем оно проведено в их отсутствие.

Согласно части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции осуществляет проверку судебного акта в пределах, определяемых в апелляционной жалобе и по своей инициативе не вправе выходить за рамки, содержащихся в ней доводов. 

Поскольку лица, участвующие в деле не заявили возражений относительно проверки судебного акта в обжалуемой заявителями части (от лиц, не явившихся в судебное заседание, такие возражения также не поступили), апелляционный суд осуществляет проверку судебного акта только в указанной части (в части привлечения к субсидиарной ответственности ООО «Управляющая компания «Станционный смотритель», ФИО2).

Изучив материалы дела, выслушав объяснения участников процесса, апелляционный суд пришел к выводу о том, апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.

Как следует из материалов дела, 08.11.2021 принято к производству заявление АО «МСП БАНК» о признании должника несостоятельным (банкротом); 17.01.2022 введена процедура банкротства – наблюдение; 15.08.2022 открыто конкурсное производство.

Руководителями должника до даты возбуждения дела о банкротстве являлись:

- ФИО5 – с 29.09.2017 до 18.10.2021;

- ООО «Управляющая компания «Станционный смотритель» (управляющая компания) - с 18.10.2021 до 15.08.2022 (дата открытия конкурсного производства).

Руководителем управляющей компании должника являлся ФИО2

Таким образом, указанные лица являлись контролирующими должника лицами.

Обращаясь с заявлением о привлечении указанных лиц к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий должником ссылался на нарушение ответчиками обязанности по своевременному обращению с заявлением о банкротстве должника, а также на то, что в результате действий ответчиков стало невозможным удовлетворить требования конкурсных кредиторов должника.

Разрешая настоящий спор по первому эпизоду (неподача заявления о банкротстве), суд в мотивировочной части определения указал на то, что имеются основания для привлечения ответчика (управляющей компании) к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве (абз.8, стр. 18 определения). 

Суд исходил из того, что управляющая компания должна была инициировать судебный процесс банкротства должника не позднее 01.04.2021, что ей сделано не было. Так суд установил, что по состоянию на 01.03.2021 должник имел задолженность по уплате земельного налога за 2020 г. в размере 769 390 руб., которая впоследствии была включена в реестр требований кредиторов. С момента возникновения задолженности для контролирующего должника лица являлось очевидным, что должник отвечал признакам неплатежеспособности.

Разрешая спор по второму эпизоду (невозможность погашения требований кредиторов), суд указал, что управляющей компанией и ФИО2 не была исполнена обязанность по передаче конкурсному управляющему документов и имущества должника, в связи с чем пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения требований в указанной части (абз. 9 стр. 19 определения).

В апелляционной жалобе ФИО2 полагает выводы суда первой инстанции необоснованными.

Так заявитель указывает, что полномочия единоличного исполнительного органа должника были переданы управляющей компании лишь в октябре 2021 г., в связи с чем на указанную судом в обжалуемом определении дату (01.04.2021) ей не могла быть исполнена обязанность по подаче в суд заявления о банкротстве должника; соответствующая обязанность в указанный период лежала на предыдущем руководителе – ФИО5

Апелляционный суд данные доводы признает заслуживающими внимания.

Так выше было установлено, что полномочия руководителя должника у ООО «Управляющая компания «Станционный смотритель» возникли только 18.10.2021. Следовательно, месячный срок на подачу ей заявления о банкротстве не мог истечь ранее 18.11.2021. Между тем 08.11.2021 по заявлению АО «МСП БАНК» было возбуждено дело о банкротстве должника. 

В этой связи судом первой инстанции ошибочно было установлено, что управляющей компанией в нарушение статьи 9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) не была инициирована процедура банкротства должника. 

Между тем, придя к указанному ошибочному выводу, суд не установил оснований для взыскания с неё каких-либо денежных сумм в порядке пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве. Приостановление судом производства по спору в части определения размера ответственности относится к другому ее виду, а именно ответственности за невозможность погашения требований кредиторов.

Таким образом, сам по себе указанный ошибочный вывод суда не повлек нарушения прав управляющей компании.

В пункте 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» разъяснено, что в случае несогласия суда только с мотивировочной частью обжалуемого судебного акта, которая, однако, не повлекла принятия неправильного решения или определения, арбитражный суд апелляционной инстанции, не отменяя обжалуемый судебный акт, приводит иную мотивировочную часть.

Поскольку резолютивная часть обжалуемого определения не содержит выводов о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве и размере указанной ответственности (который подлежит определению на момент вынесения судебного акта), апелляционный суд считает возможным оставить судебный акт в данной части без изменения, при этом привести иную мотивировочную часть, в которой указать на то, что управляющей компанией не была нарушена обязанность по подаче заявления о банкротстве должника.

Также заявитель в апелляционной жалобе указывает на то, что отсутствовали основания для привлечения его к субсидиарной ответственности по основанию непередачи конкурсному управляющему документов и имущества должника. 

Согласно доводам апелляционной жалобы, суд не дал оценки уважительности причин неисполнения ответчиком обязанности по передаче документов и имущества должника управляющему. 

Также ФИО2 указывает на недоказанность того, что непередача конкурсному управляющему документации привела к существенным затруднениям проведения процедуры банкротства.

Апелляционный суд данные доводы отклоняет по следующим основаниям.

Согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве со дня принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом прекращаются полномочия руководителя должника, иных органов управления (за исключением полномочий принимать решения о заключении соглашений об условиях предоставления денежных средств третьим лицом или третьими лицами для исполнения обязательств должника). Руководитель должника в течение трех дней со дня утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника управляющему.

При рассмотрении настоящего спора, ФИО2 не отрицал тот факт, что им как руководителем управляющей компании должника не была передана управляющему финансово-хозяйственная документация должника.

По смыслу подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве отсутствие (непередача руководителем арбитражному управляющему) финансовой и иной документации должника, существенно затрудняющее проведение процедур банкротства, предполагает наличие вины руководителя.

Апелляционный суд отмечает, что в отсутствие документов о деятельности должника конкурсный управляющий, как правило, не может полноценно вести работу, направленную на пополнение конкурсной массы путем взыскания дебиторской задолженности, виндикации имущества, оспаривания сделок и т.п.

В данном случае конкурсный управляющий, вопреки доводам жалобы, подтвердил наличие существенных затруднений проведения процедур банкротства в связи с неисполнением ответчиками указанной обязанности.

Так, согласно данным бухгалтерской отчетности должника за 2020 г. (последняя сданная руководителем должника отчетность) сумма дебиторской задолженности должника на отчетную дату (31.12.2020) составляла 16 926 000 руб. 

Между тем, непередача управляющему первичной документации должника не позволила управляющему установить ни круг дебиторов должника, ни основания возникновения задолженности и тем самым привела к невозможности предъявления им требований о взыскании указанной дебиторской задолженности в целях пополнения конкурсной массы.

Также согласно указанной отчетности, сумма финансовых вложений должника на конец 2020 г. составляла 6 800 000 руб. 

Между тем, в ходе проведения инвентаризации указанные активы также не были обнаружены, их судьба не известна.

Также конкурсный управляющий указал, что должником в период, предшествующий банкротству, производились перечисления денежных средств другим организациям по различным основаниям (перечень организаций с указанием перечисленных им сумм приведен в заявлении конкурсного управляющего в табличной форме).

Между тем, управляющему не были переданы договоры и иные документы, подтверждающие основания указанных перечислений, в связи с чем управляющий был лишен возможности проанализировать обоснованность данных платежей, а также рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания по основаниям, предусмотренным законодательством о банкротстве, в целях пополнения конкурсной массы.

Кроме того, конкурсный управляющий указывал, что согласно ведомостям основных средств, представленным в материалы дела предыдущим руководителем должника ФИО5, у должника помимо объектов недвижимого имущества (были включены управляющим в инвентаризационную опись) имелось и иное имущество, в том числе производственное оборудование.

Однако указанное имущество конкурсному управляющему передано не было, что повлекло невозможность проведения его инвентаризации.

Довод ФИО2 об отсутствии доказательств передачи указанного имущества от ФИО5 управляющей компании подлежит отклонению, поскольку указанное обстоятельство само по себе не свидетельствует об отсутствии вины управляющей компании.

Так действуя добросовестно и разумно в интересах должника, управляющая компания в лице ФИО2 должна была совершить действия, направленные на истребование имущества и материальных ценностей от предыдущего руководителя должника, чего в данном случае ей сделано не было. 

Также апелляционный суд не принимает доводы ФИО2 о том, что в связи с тяжелыми жизненными обстоятельствами (болезнь супруги) он не мог полноценно управлять обществом, в том числе осуществить передачу документов управляющему, поскольку указанные обстоятельства имеют субъективный характер и в любом случае не снимают с него как руководителя управляющей компании ответственность за надлежащую организацию управлением обществом. 

В данном случае управляющая компания в лице ФИО2 как ее руководителя, действуя разумно и добросовестно, должна была либо снять с себя полномочия руководителя должника (направить в адрес единственного участника общества уведомление об отказе от дальнейшего исполнения договора о передаче ей полномочий единоличного исполнительного органа должника от 18.10.2021), либо назначить лицо, ответственное за управление должником в период невозможности исполнения ФИО2 обязанностей руководителя, которое должно было обеспечить передачу управляющему всей необходимой документации.

Кроме того, следует отметить, что настоящий спор рассматривался в суде первой инстанции с 11.11.2022 (дата принятия заявления конкурсного управляющего) по 27.07.2023 (дата объявления резолютивной части определения). 

ФИО2 был извещен о рассмотрении указанного спора, в том числе представил отзыв на заявление конкурсного управляющего. 

В этой связи независимо от того был ли он ранее осведомлен о необходимости передачи ему документации должника управляющему, соответствующая обязанность (по передаче документов и материальных ценностей управляющему) должна была быть им исполнена по меньшей мере после получения извещения о рассмотрении настоящего спора.

Однако за все время его рассмотрения документы должника и материальные ценности так и не были представлены им управляющему. Доказательств обратного в материалах дела не имеется.

При таких обстоятельствах вывод суда об удовлетворении требований о привлечении управляющей компании и ФИО2 как ее руководителя к субсидиарной ответственности является обоснованным и соответствует имеющимся в деле доказательствам.

Довод апеллянта о том, что судом первой инстанции необоснованно не применено разграничение между субсидиарной ответственностью и убытками (по мнению заявителя жалобы, он не мог быть привлечен к субсидиарной ответственности, поскольку причиненный в результате его действий вред конкурсной массе не мог являться причиной наступления банкротства общества (невозможности полного погашения требований кредиторов)) подлежит отклонению, поскольку конкурсным управляющим были доказаны обстоятельства, составляющие презумпцию доведения должника до банкротства в результате действий ответчиков. 

Ответчик данную презумпцию не опроверг.

В этой связи утверждение последнего о наличии оснований для взыскания с него убытков вместо привлечения к субсидиарной ответственности является необоснованным.

Учитывая изложенное, руководствуясь ст. 176, 266-268, 271, п.1 ч.4 ст. 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации 

 

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 03.08.2023 по делу № А40-232970/21  оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО2  – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

 

Председательствующий судья:                                          С.Л. Захаров 

Судьи:                                                                                              Е.Ю. Башлакова-Николаева

 

                                                                                              В.В. Лапшина