ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

03.02.2022 года                                                          дело № А36-7844/2020

г. Воронеж                                                                                                                             

 

Резолютивная часть постановления объявлена 28.01.2022 года

Постановление в полном объеме изготовлено 03.02.2022 года

 

Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

 

председательствующего судьи                                           Безбородова Е.А.

судей                                                                                      Седуновой И.Г.

                                                                                                ФИО1

 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО2,

 

от ФИО3:  ФИО3, паспорт гражданина РФ; ФИО4, представитель по заявлению в соответствии с ч.4 ст.61 АПК РФ, паспорт  гражданина РФ,

от иных лиц, участвующих в деле: представители не явились, извещены надлежащим образом,

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ООО «ЛКМ групп» на определение Арбитражного суда Липецкой области от 09.12.2021 по делу № А36-7844/2020, по заявлению конкурсного кредитора Общества с ограниченной ответственностью «ЛКМ групп» о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в рамках дела, возбужденного по заявлению кредитора общества с ограниченной ответственностью «ЛКМ групп» к обществу с ограниченной ответственностью «Электромост» о признании несостоятельным (банкротом), 

 

УСТАНОВИЛ:

14.10.2020 года Общество с ограниченной ответственностью    «ЛКМ групп» (далее – ООО «ЛКМ групп») обратилось в Арбитражный суд Липецкой области с заявлением о признании общества с ограниченной  ответственностью «Электромост» (далее – ООО «Электромост»)   несостоятельным (банкротом).

Определением от 21.10.2020 года заявление кредитора принято к  производству.

Решением от 04.12.2020 года (резолютивная часть объявлена 30.11.2020 года) суд признал ООО «Электромост» несостоятельным (банкротом) и ввел в отношении него процедуру – конкурсное производство в упрощенном порядке (банкротство ликвидируемого должника).

Определением от 04.12.2020 года (резолютивная часть объявлена 30.11.2020 года) суд утвердил конкурсным управляющим должника ФИО5, являющегося членом Союза арбитражных управляющих «Авангард».

19.12.2020 года на сайте ЕФРСБ опубликовано сообщение конкурсного управляющего № 5862840 о признании ООО «Электромост» несостоятельным (банкротом) и об открытии конкурсного производства.

19.12.2020 года в соответствии со статьей 128 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в газете «Коммерсантъ» № 234 опубликовано сообщение конкурсного управляющего об открытии конкурсного производства в ООО «Электромост».

04.03.2021 посредством сервиса «Мой арбитр» в электронном виде от конкурсного кредитора ООО «ЛКМ групп» поступило заявление о привлечении к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам ООО «Электромост» ФИО3  (далее – ФИО3) в размере 4 844 157 руб. 15 коп. (т. 1, л.д. 2-4).

Определением от 12.03.2021 суд принял указанное заявление к рассмотрению (т. 1, л.д. 1).

Определением  Арбитражного суда Липецкой области от 09.12.2021 отказано конкурсному кредитору ООО «ЛКМ групп» в удовлетворении заявления о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ООО «Электромост» в размере 4 844 157 руб. 15 коп.

Не согласившись с данным определением, ООО «ЛКМ групп» обратилось в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить.

В электронном виде через сервис «Мой арбитр» от ООО «ЛКМ групп» поступило ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в отсутствие представителя.

На основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба рассматривалась в отсутствие неявившихся лиц, извещенных о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом.

19.01.2022 по почте через канцелярию суда от ФИО3 поступил отзыв на апелляционную жалобу с приложением почтовых квитанций, которые суд приобщил к материалам дела.

ФИО3 и его представитель возражали на доводы апелляционной жалобы, по основаниям, указанным в отзыве на апелляционную жалобу, считают обжалуемое определение законным и обоснованным, просили оставить его без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Выслушав ФИО3 и его представителя, изучив материалы дела и доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта. При этом суд апелляционной инстанции исходит из следующего. 

Принимая обжалуемый судебный акт, арбитражный суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

В соответствии со статьей 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражными судами по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с п. 1 ст. 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом РФ, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом. 

Пунктами 1 и 2 статьи 61.14 Закона о банкротстве определено, что конкурсные кредиторы обладают правом на подачу заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 – 61.13 данного закона.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 года № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», в рамках дела о банкротстве конкурсные кредиторы, уполномоченный орган, работники должника (представитель работников должника) вправе обратиться с заявлением о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 -61.13 названного закона, после включения соответствующих требований в реестр требований кредиторов должника, в том числе в порядке, предусмотренном пунктом 4 статьи 142 Закона о банкротстве (пункты 1 и 2 статьи 61.14 Закона о банкротстве).

Принимая во внимание, что требования ООО «ЛКМ групп» включены в реестр требований кредиторов должника ООО «Электромост», суд первой инстанции пришел к правомерному выводу, что данный конкурсный кредитор правомерно обратился с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.

В силу п. 3 ст. 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Федеральный закон от 29.07.2017 № 266-ФЗ) рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции настоящего Федерального закона.

Заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности подано конкурсным кредитором ООО «ЛКМ групп» 04.03.2021 (согласно штемпелю канцелярии суда), следовательно, оно подлежит рассмотрению по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

Вместе с тем, поскольку субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности) (Определение ВС РФ от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3)).

Таким образом, положения Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности, имели место после дня вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, т.е. после 30.07.2017 года.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 года № 266-ФЗ, т.е. до 30.07.2017, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

При таких обстоятельствах, принимая во внимание, что, по мнению конкурсного кредитора, противоправные действия (бездействие) со стороны контролирующего должника лица имели место как до, так и после 30.07.2017 года, т.е. после вступления в силу положений главы III.2 Закона о банкротстве, а также с учетом времени совершенных действий и допущенного бездействия, являющихся основанием для привлечения к субсидиарной ответственности, при определении признаков состава гражданского правонарушения в данном случае подлежат применению положения статей 10, 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве.

Как следует из материалов дела, ООО «Электромост» зарегистрировано в качестве юридического лица 20.03.2013 года за основным государственным регистрационным номером 1134827002144 и поставлено на налоговый учет с присвоением ИНН 

<

***>.

Основным видом деятельности должника является строительство инженерных коммуникаций для водоснабжения и водоотведения, газоснабжения (код ОКВЭД 42.21).

Презумпции, определяющие порядок установления у лица статуса контролирующего должника лица, изложены в статье 61.10 Закона о банкротстве. 

Согласно пункту 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их  условий.

Если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

В качестве лица, контролирующего должника, заявителем указан ФИО3, являвшийся единоличным исполнительным органом ООО «Электромост» с долей участия в уставном капитале Общества в размере 100% (см. сведения из ЕГРЮЛ).

Пунктом 4 статьи 61.10 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» определено, что статус контролирующего должника лица презюмируется в случаях, если привлекаемое к ответственности лицо:

- являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

- имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

- извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Таким образом, ФИО3 в силу абз. 1 п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве является субъектом субсидиарной ответственности по обязательствам должника при его банкротстве.

Доводы конкурсного кредитора, содержащиеся также в апелляционной жалобе, о том, что указанным лицом не была исполнена обязанность по передаче документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, а также имело место ненадлежащее ведение бухгалтерской отчетности, выразившееся в неотражении необходимых сведений, в том числе информации о денежных средствах в сумме 4 850 000 руб., поступивших от ООО «ЛКМ групп», применительно к подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве правомерно отклонены арбитражным судом первой инстанции по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

- документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подп. 2);

- документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены (подп. 4)

Согласно п. 4 ст. 32 ФЗ от 08.02.1998 г. № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества или единоличным исполнительным органом общества и коллегиальным исполнительным органом общества. Исполнительные органы общества подотчетны общему собранию участников общества и совету директоров (наблюдательному совету) общества.

Пунктами 3,4 статьи 40 Закона № 14-ФЗ предусмотрено, что единоличный исполнительный орган общества:

1) без доверенности действует от имени общества, в том числе представляет его интересы и совершает сделки;

2) выдает доверенности на право представительства от имени общества, в том числе доверенности с правом передоверия;

3) издает приказы о назначении на должности работников общества, об их переводе и увольнении, применяет меры поощрения и налагает дисциплинарные взыскания;

4) осуществляет иные полномочия, не отнесенные настоящим Федеральным законом или уставом общества к компетенции общего собрания участников общества, совета директоров (наблюдательного совета) общества и коллегиального исполнительного органа общества (пункт 3).

Порядок деятельности единоличного исполнительного органа общества и принятия им решений устанавливается уставом общества, внутренними документами общества, а также договором, заключенным между обществом и лицом, осуществляющим функции его единоличного исполнительного органа (пункт 4).

В силу пунктов 1,2 статьи 50 Закона № 14-ФЗ в редакции Федерального закона № 205-ФЗ от 19.07.2009 года, действовавшей до 30.07.2017 года, Общество обязано хранить следующие документы:

- договор об учреждении общества, за исключением случая учреждения общества одним лицом, решение об учреждении общества, устав общества, утвержденный учредителями (участниками) общества, а также внесенные в устав общества, утвержденный учредителями (участниками) общества, и зарегистрированные в установленном порядке изменения;

- протокол (протоколы) собрания учредителей общества, содержащий решение о создании общества и об утверждении денежной оценки неденежных вкладов в уставный капитал общества, а также иные решения, связанные с созданием общества;

- документ, подтверждающий регистрацию Общества;

- документы, подтверждающие права общества на имущество, находящееся на его балансе;

- внутренние документы общества;

- положения о филиалах и представительствах общества;

- документы, связанные с эмиссией облигаций и иных эмиссионных ценных бумаг общества;

- протоколы общих собраний участников общества, заседаний совета директоров (наблюдательного совета) общества, коллегиального исполнительного органа общества и ревизионной комиссии общества;

- списки аффилированных лиц общества;

- заключения ревизионной комиссии (ревизора) общества, аудитора, государственных и муниципальных органов финансового контроля;

- иные документы, предусмотренные федеральными законами и иными правовыми актами Российской Федерации, уставом общества, внутренними документами общества, решениями общего собрания участников общества, совета директоров (наблюдательного совета) общества и исполнительных органов общества (пункт 1).

Общество хранит документы, предусмотренные пунктом 1 настоящей статьи, по месту нахождения его единоличного исполнительного органа или в ином месте, известном и доступном участникам общества (пункт 2).

К указанным документам, в том числе относятся документы бухгалтерского учета, налоговая отчетность, документы о трудовой деятельности работников.

В силу части 1 статьи 17 Федерального закона от 22.10.2004 года № 125-ФЗ «Об архивном деле в Российской Федерации» (далее – Закон № 125-ФЗ) организации обязаны обеспечивать сохранность архивных документов, в том числе документов по личному составу, в течение сроков их хранения, установленных федеральными законами, иными нормативными правовыми актами РФ, а также перечнями документов, предусмотренными ч. 3 ст. 6 и ч. 1 и 1.1 ст. 23 настоящего Федерального закона.  

Перечень типовых управленческих архивных документов, образующихся в процессе деятельности государственных органов, органов местного самоуправления и организаций, с указанием сроков их хранения, утвержден Приказом Минкультуры Российской Федерации от 25.08.2010 года № 558.

Согласно пункту 7 статьи 3 и пункту 1 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 года № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее – Закон № 402-ФЗ) ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта, под которым понимается лицо, являющееся единоличным исполнительным органом экономического субъекта, либо лицо, ответственное за ведение дел экономического субъекта, либо управляющий, которому переданы функции единоличного исполнительного органа. 

Статьей 29 Закона № 402-ФЗ установлена обязанность по хранению первичных учетных документов, регистров бухгалтерского учета, бухгалтерской (финансовой) отчетности, аудиторские заключения о ней подлежат хранению экономическим субъектом в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет после отчетного года (ч.1). Экономический субъект должен обеспечить безопасные условия хранения документов бухгалтерского учета и их защиту от изменений (ч.3).

Президиумом ВАС РФ в п.8 Информационного письма от 18.01.2011 г. № 144 «О некоторых вопросах практики рассмотрения арбитражными судами споров о предоставлении информации участникам хозяйственных обществ» разъяснено, что в случае утраты финансовых и иных документов, общество обязано их восстановить.

При этом прекращение у лица полномочий генерального директора общества не исключает возможности восстановления этим лицом утраченных документов.   

Таким образом, являясь в спорный период единоличным исполнительным органом ООО «Электромост» и осуществляя текущее руководство деятельностью данной организации, ФИО3 в силу ст. 40, п.п. 1,2 ст. 50 Закона № 14-ФЗ, ч. 1 ст. 17 Закона № 125-ФЗ и ст. 29 Закона № 402-ФЗ был обязан осуществлять хранение внутренних, финансовых, бухгалтерских, кадровых и иных документов, а также при необходимости (утрата, хищение и др.) производить их восстановление.

В силу п.3.2 ст.64 Закона о банкротстве не позднее пятнадцати дней с даты утверждения временного управляющего руководитель должника обязан предоставить временному управляющему и направить в арбитражный суд перечень имущества должника, в том числе имущественных прав, а также бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения.

Согласно пункту 2 статьи 66 Закона о банкротстве органы управления должника обязаны предоставлять временному управляющему по его требованию любую информацию, касающуюся деятельности должника.

Пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителя должника возложена обязанность в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обеспечить ему передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей.  

В силу п. 4 статьи 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии того обстоятельства, что документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Следовательно, в отношении требований к руководителю должника заявителю необходимо доказать, что к моменту вынесения решения о признании должника банкротом документы бухгалтерского учета и (или) отчетности отсутствовали или не содержали информации об имуществе и обязательствах должника и их движении, сбор, регистрации и обобщении которой являются обязательными в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо если указанная информация искажена.

При этом факт непередачи документации сам по себе не образует состав правонарушения, наличие которого влечет привлечение руководителя должника к субсидиарной ответственности по заявленному основанию.  

В процессе рассмотрения настоящего заявления ФИО3 пояснял о том, что после признания общества несостоятельным (банкротом) и введения конкурсного производства арбитражному управляющему были переданы все документы, имевшиеся на тот момент в его распоряжении.

Арбитражным судом установлено, что на основании актов приема-передачи документов  от 03.02.2021 года, от 11.03.2021 года и от 16.06.2021 года, подписанных бывшим руководителем должника и конкурсным управляющим, последнему было передано более 260 различных документов согласно запросам от 07.12.2020 года № 1 и № 3.  

В письменных пояснениях, представленных в судебное заседание 21.04.2021 года, ФИО3 указывал, что иных документов помимо тех, которые переданы конкурсному управляющему, в Обществе не велось либо не издавалось. 

Факт получения конкурсным управляющим от должника бухгалтерской и иной документации, указанной в вышеприведенных актах, не оспаривался. 

Кроме того, конкурсным кредитором не представлено доказательств того, что в наличии у бывшего руководителя должника имеются иные документы, которые были оформлены в обществе в период осуществления ФИО3 обязанностей единоличного исполнительного органа.

Неисполнение бывшим руководителем должника обязанности передать документацию должника вследствие объективных факторов, находящихся вне его контроля, не может свидетельствовать о наличии интереса такого руководителя в сокрытии соответствующей информации и, соответственно, являться основанием для применения презумпции вины в доведении должника до банкротства (пункт 18 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 25.12.2019 года).

При таких обстоятельствах, правомерен вывод суда первой инстанции о том, что в указанный спорный период ФИО3 действовал добросовестно и разумно в интересах должника и предпринял все возможные и зависящие от него меры для надлежащего исполнения обязательств по передаче конкурсному управляющему должника документов.   

На основании определения Арбитражного суда Липецкой области от 12.07.2021 года, отставленного без изменения постановлением Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.09.2021 года, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего об истребовании документов от бывшего руководителя должника было отказано.   

Следовательно, вина в невозможности полного погашения требований кредиторов в действиях (бездействии) бывшего руководителя должника ФИО3 отсутствует.

Какие-либо доказательства, позволяющие суду установить, как отсутствие документов повлияло на проведение процедуры банкротства, в материалах дела отсутствуют.

В пункте 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 года № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2,4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

В соответствии с пунктом 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует.

Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства по причине отсутствия документации понимается, в том числе, невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

- невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

-   невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

-   невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

В рассматриваемом случае необходимо учитывать, что ООО «Электромост» не осуществляло фактическую финансово-хозяйственную деятельность на протяжении более двух лет, предшествующих возбуждению дела о несостоятельности (банкротстве) (нулевая бухгалтерская отчетность, последняя операция по расчетному счету – 

<

***> года).

По смыслу подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве  для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям необходима совокупность двух обязательных условий:

- отсутствие (непередача) бухгалтерской документации, а равно искажение ее содержания;   

- данные обстоятельства должны привести к существенным затруднениям при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе при формировании и реализации конкурсной массы.

Факт непередачи документации, ее неполноты или искажения  содержания сам по себе не образует состав правонарушения, наличие которого влечет привлечение руководителя должника к субсидиарной ответственности по заявленному конкурсным кредитором основанию.

Между тем, как правомерно установлено судом первой инстанции, неотражение должником в бухгалтерской документации информации о денежных средствах в сумме 4 850 000 руб., поступивших в качестве аванса от ООО «ЛКМ групп» в рамках заключенного договора купли-продажи будущей вещи № ЭС-П-16 от 19.12.2016 года, не привело к возникновению каких-либо затруднений при проведении процедуры конкурсного производства в отношении ООО «Электромост», так данный факт был известен заявителю и нашел свое отражение в выписке операций по расчетному счету. 

Какие-либо замечания относительно полноты и достоверности сведений, содержащихся в бухгалтерской отчетности, ежегодно представляемой ООО «Электромост» в налоговый орган по месту учета, не представлены.  

При таких обстоятельствах, правомерен вывод суда первой инстанции о том, что конкурсный кредитор не обосновал и не доказал наличие причинно-следственной связи между отсутствием в бухгалтерской документации тех или иных сведений и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, что исключает возможность привлечения бывшего руководителя должника ФИО3 к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона.

Довод заявителя, содержащийся также в апелляционной жалобе,  о том, что ФИО3 не была исполнена обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании ООО «Электромост» несостоятельным (банкротом) в порядке статьи 9 Закона о банкротстве правомерно отклонен судом первой инстанции исходя из следующего. 

В соответствии со ст. 9 Закона о банкротстве, руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в том числе в случаях, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

В силу п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд на основании п. 1 ст. 9 Закона не позднее чем через месяц со дня возникновения соответствующих обстоятельств.

Неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд (пункт 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

В предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной статьей 61.12 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств:

- возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве;

- момент возникновения данного условия;

- факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего  условия;

- объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве.

В своем заявлении кредитор указал на то, что должник по состоянию на 27.04.2019 уже отвечал признакам неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества связи с вынесением и вступлением в законную силу решения Арбитражным судом Липецкой области от 12.12.2018 по делу №А36-6554/2017, согласно которому с ООО «Электромост» в пользу ПАО «МРСК Центра» – «Липецкэнерго» были взысканы денежные средства в сумме 386 722 руб. 52 коп.   

Между тем, согласно правовой позиции, изложенной в определении ВС РФ от 20.02.2016 № 301-ЭС16-820, наличие у должника неисполненных обязательств, само по себе, не свидетельствует о невозможности их погашения и, как следствие, неплатежеспособности должника.

Из определения ВС РФ от 31.03.2016 № 309-ЭС15-16713 следует, что при исследовании совокупности обстоятельств, входящих в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной п.2 ст.10 Закона о банкротстве, следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в п.1 ст.9 Закона о банкротстве.

Привлекаемое к субсидиарной ответственности лицо не освобождено от обязанности обоснования своих возражений, однако, бремя доказывания наличия оснований для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности, а также обоснования размера субсидиарной ответственности лежит на лице, обратившемся с таким заявлением (часть 1 статьи 65 АПК РФ).

Согласно абз.2 ст.2 Закона о банкротстве несостоятельность (банкротство) - это неспособность должника в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по гражданским обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, признанная арбитражным судом, тогда как неплатежеспособность - это прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств (абз. 34 ст. 2 Закона о банкротстве).

Таким образом, сам по себе момент возникновения признаков неплатежеспособности хозяйствующего субъекта может не совпадать с моментом его фактической несостоятельности (банкротства).

В нарушение ч. 1 ст. 65 АПК РФ заявителем не были представлены объективные доказательства, свидетельствующие о том, что моментом возникновения у руководителя должника ФИО3 обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением признании ООО «Электромост» несостоятельными (банкротством) является 27.04.2019 года.

В пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 года № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах».

Согласно абзацу второму пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника, ликвидационной комиссией заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве (пункт 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 года № 53).

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, правомерен вывод суда первой инстанции о том, что  конкурсным кредитором не доказаны значимые для разрешения спора обстоятельства:

- не определен конкретный момент перехода должника в состояние неплатежеспособности или недостаточности имущества;

- недостаточность имущества должника для удовлетворения требований конкурсных кредиторов;

- установленные ст. 61.10, 61.12 Закона о банкротстве презумпции вины и причинно-следственной связи.

Наличие задолженности само по себе не свидетельствует о наступлении для руководителя предприятия-должника обязанности обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве.

Кроме того, в рассматриваемом случае сумма задолженности не являлась значительной для Общества и не порождала у руководителя безусловной обязанности по обращению в арбитражный суд с соответствующим заявлением.

Бухгалтерский баланс сам по себе не может рассматриваться как безусловное и единственное доказательство начала возникновения у должника какого-либо обязательства перед конкретным кредитором для целей определения необходимости обращения руководителя должника в суд с заявлением о признании должника банкротом на основании пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, поскольку отражает лишь общие сведения об активах и пассивах предприятия применительно к определенному отчетному периоду.  

В материалы дела конкурсным кредитором ООО «ЛКМ групп» не представлены доказательства того, что по состоянию на указанную им дату – 27.04.2019 года должнику были предъявлены требования, которые он не смог погасить ввиду необходимости удовлетворения требований иных кредиторов при отсутствии у него имущества.

Наличие вступившего в законную силу и неисполненного судебного акта само по себе не означает обязанности руководителя должника обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

В силу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в постановлении от 18.07.2013 года № 14-П, формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства, такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве.

При этом, размер ответственности лица, несвоевременного обратившегося в суд с заявлением о признании контролируемого общества несостоятельным (банкротом), равен размеру обязательств должника по основному долгу, возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2-4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника.

Исходя из системного толкования положений п.2 ст. 10 в старой редакции и п.1 ст.61.12 новой редакции Закона о банкротстве, применение санкции в виде субсидиарной ответственности по данным основаниям возможно только в том случае, если разумный руководитель, объективно понимая о наступлении неплатежеспособности организации, принял новые обязательства, заблаговременно понимая о невозможности их исполнения. При этом от новых кредиторов была скрыта информация о неблагоприятном положении общества и наличии признаков неплатежеспособности.

Как правомерно установлено судом первой инстанции, конкурсным кредитором не представлен расчет ответственности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве, который состоит из размера обязательств по основному долгу, возникших после истечения срока, предусмотренного п.2 ст.9 Закона о банкротстве.

Также материалами дела о банкротстве ООО «Электромост» установлено, что в реестр требований кредиторов включена задолженность только перед двумя кредиторами:

- ООО «ЛКМ групп» в размере 4 844 157 руб. 15 коп., что составляет  92,61% реестровых требований;

- ПАО «МРСК Центра» – «Липецкэнерго» в размере 386 722 руб.  52 коп., что составляет 7,39% реестровых требований.

Вышеуказанные обязательства возникли ранее 27.04.2019 года - даты, указанной конкурсным кредитором для подачи заявления о банкротстве, в связи с чем не могут являться основанием для привлечения к субсидиарной ответственности по основанию за неподачу заявления.

При этом, как следует из определения судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10.12.2020 № 305-ЭС20- 11412, сама по себе неоплата конкретного долга отдельному кредитору (в данном случае фактически единственному) не свидетельствует об объективном банкротстве, так называемом критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей.

Как отмечено ранее, на момент возникновения задолженности перед ПАО «МРСК Центра» – «Липецкэнерго» ООО «Электромост» осуществляло стабильную финансово-хозяйственную деятельность, а также надлежащим образом исполняло обязательства как перед бюджетом, о чем свидетельствует отсутствие задолженность перед уполномоченным органом в рамках дела о банкротстве, так и перед работниками и иными контрагентами.   

При решении вопроса о возложении на бывшего руководителя должника субсидиарной ответственности необходимо иметь в виду, что субсидиарная ответственность в деле о несостоятельности (банкротстве) возлагается не в силу одного лишь факта неподачи заявления должника, а потому, что указанное обстоятельство является презумпцией невозможности удовлетворения требований кредиторов, возникших в период просрочки подачи заявления о несостоятельности (банкротстве), по причине неподачи данного заявления.

В п. 8 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 1 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 13.04.2016 года, разъяснено, что существенная и явная диспропорция между обязательствами и активами по сути несостоятельного должника и неосведомленностью об этом кредиторов нарушают права последних. В связи с этим для защиты имущественных интересов кредиторов должника введено правовое регулирование своевременного информирования руководителем юридического лица его кредиторов о неплатежеспособности (недостаточности имущества) должника.

Невыполнение руководителем требований закона об обращении в арбитражный суд с заявлением должника при наступлении обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве, влечет неразумное и недобросовестное принятие дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие обязательства, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов и, как следствие, убытки для них.

В этом случае одним из правовых механизмов, обеспечивающих удовлетворение требований таких кредиторов при недостаточности конкурсной массы, является возможность привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в соответствии со статьей 61.12 Закона о банкротстве.

Вместе с тем, как правомерно установлено судом первой инстанции, заявителем в материалы дела не представлено каких-либо доказательств, свидетельствующих о том, что на момент принятия должником ООО «Электромост» на себя обязательств по договору купли-продажи будущей вещи № ЭС-П-16, заключенному с ООО «ЛКМ групп»,  т.е. по состоянию на декабрь 2016 года, руководителю данного Общества, а также его единственному участнику было очевидно, что оно не сможет выполнить свои обязательства перед указанным контрагентом, либо имеются иные основания для обращения руководителя должника с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

Из информации, размещенной на официальном сайте Федеральной службы судебных приставов (https://fssprus.ru) не усматривается, что в отношении ООО «Электромост» по состоянию на дату заключения указанного договора или на момент наступления обязанности по передаче заказчику готового объекта (30.11.2017 года) были возбуждены какие-либо исполнительные производства.

Первое исполнительное производство в отношении должника было возбуждено только 05.02.2019 года на основании акта налогового  органа. 

Между тем, негативные последствия, наступившие для юридического лица (банкротство организации) сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) руководителя должника, так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности, тем более при осуществлении деятельности в области жилищно-коммунального хозяйства.

ФИО3 принимал разумные меры к преодолению временных трудностей и продлению как срока действия договора от 23.05.2013 года № 40721627 (2783077) об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям, заключенного с ПАО «МРСК Центра» – «Липецкэнерго», так и технических условий, необходимых для исполнения обязательств перед ООО «ЛКМ групп», а также добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, прилагал необходимые усилия для достижения такого результата.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции пришел  к правомерному выводу о недоказанности недобросовестности либо неразумности в действиях ФИО3 и об отсутствии совокупности условий, необходимых для его привлечения к субсидиарной ответственности.

Частью 1 статьи 65 АПК РФ предусмотрено, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Конкурсным кредитором не доказан факт наличия вины ФИО3 в банкротстве предприятия, а равно противоправности действий (бездействия) бывшего руководителя и участника, наличие вреда, причиненного его действиями (бездействием), а также причинно-следственной связи между неподачей заявления о банкротстве предприятия и его банкротством.

Кроме того, в силу пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве размер ответственности равен сумме долгов, которые возникли у компании после того, как истек срок на подачу заявления должника, и до возбуждения дела о банкротстве.     

В связи с этим, если даже принять во внимание предложенную заявителем дату, не позднее которой руководитель должника ФИО3 был обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве (27.04.2019 года), то в любом случае в размер ответственности последнего не подлежит включению задолженность в сумме 4 844 157 руб. 15 коп., возникшая на основании договора, заключенного ранее указанной даты. 

При таких обстоятельствах, правомерен вывод суда первой инстанции об отсутствии оснований для привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя ФИО3 по обязательствам должника ООО «Электромост» по основанию, предусмотренному статьей 61.12 Закона о банкротстве.  

Согласно абз.3 п.4 ст.10 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, если его действиями причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в ст.61,2,61.3 настоящего Федерального закона.

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 года № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве,  презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам.

К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Согласно пункту 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 года № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

- действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

- скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

- совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

- после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

- знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

Бремя доказывания недобросовестности либо неразумности действий лиц, входящих в состав органов юридического лица, к которым относятся его участники, возлагается на лицо, требующее привлечения данных лиц к ответственности.

Между тем, ни одного из вышеприведенных обстоятельств, позволяющих квалифицировать действия (бездействие) ФИО3 как недобросовестные и (или) неразумные, заявителем документально не подтверждено и судом в ходе рассмотрения дела не установлено.

Как было отмечено ранее, обстоятельством, не позволившим должнику осуществить надлежащее исполнение обязательств по договору купли-продажи будущей вещи, заключенному с ООО «ЛКМ групп», явилось непродление срока действия технических условий.    

В нарушение части 1 статьи 65 АПК РФ конкурсным кредитором в материалы дела не были представлены какие-либо доказательства, свидетельствующие о совершении каких-либо сделок, направленных на вывод активов из ООО «Электромост» в ущерб интересам должника и кредиторов, а также признаков преднамеренного или фиктивного банкротства по вине руководителя данного Общества не выявлено.

Документы, представленные лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности, позволяли суду прийти к правомерному выводу о том, что полученные от заявителя денежные средства в качестве аванса по договору № ЭС-П-16 от 19.12.2016 г. в размере 4 800 000 руб. были израсходованы должником в целях выполнения обязательств по названному договору (т. 3, л.д. 11-35).

Денежные средства в размере 600 000 руб. были возвращены кредитору. 

Доказательства, свидетельствующие о том, что полученные от ООО «ЛКМ» денежные средства были израсходованы должником на иные цели, не связанные с исполнением обязательств по договору № ЭС-П-16 от 19.12.2016 года, в нарушение части 1 статьи 65 АПК РФ заявителем в материалы дела не представлены. 

Факт возведения должником опор подтверждается, в том числе представленными в материалы дела судебными актами, вступившими в законную силу (т. 3, л.д. 36-44). 

С учетом изложенного, правомерен вывод суда первой инстанции об отсутствии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности бывшего руководителя ФИО3 по обязательствам должника ООО «Электромост» в порядке абзаца 3 пункта 4 статьи 10 Федерального закона   «О несостоятельности (банкротстве)».

Доводы заявителя апелляционной жалобы о несогласии с вышеуказанными выводами суда первой инстанции подлежат отклонению, поскольку не опровергают законных и обоснованных выводов суда первой инстанции, сделанных на основании надлежащей оценки представленных в материалы дела доказательств, при правильном применении норм права.

Оценив представленные доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу, что заявление конкурсного кредитора «ЛКМ групп» о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности является необоснованным и неподлежащим удовлетворению.

На основании определения от 20.07.2021 года арбитражный суд удовлетворил заявление конкурсного кредитора ООО «ЛКМ групп» и принял обеспечительные меры в виде запрета Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Липецкой области совершать регистрационные действия по переходу права собственности в отношении имущества, принадлежащего ФИО3, а также наложения ареста на транспортные средства, денежные средства и ценные бумаги, принадлежащие указанному лицу, в пределах предъявленных к нему требований в размере 4 844 157 руб. 15 коп. 

В п. 25 Постановлении Пленума ВАС РФ № 55 от 12.10.2006 г. «О применении арбитражными судами обеспечительных мер» разъяснено, что исходя из ч. 5 ст. 96 Арбитражного процессуального кодекса РФ, в случае отказа в удовлетворении иска, оставления иска без рассмотрения, прекращения производства по делу обеспечительные меры сохраняют свое действие до вступления в законную силу соответствующего судебного акта.

В связи с этим арбитражный суд вправе указать на отмену  обеспечительных мер в названных судебных актах либо после их вступления в силу по ходатайству лица, участвующего в деле, вынести определение об отмене обеспечительных мер.

С учетом результатов рассмотрения настоящего заявления, а также положений ч. 5 ст. 96 АПК РФ, обеспечительные меры, принятые на основании определения от 20.07.2021 года, правомерно отменены.

Убедительных доводов, основанных на доказательствах и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба не содержит, в связи с чем, удовлетворению не подлежит.

Нормы процессуального права, являющиеся в соответствии с частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены судебного акта арбитражного суда первой инстанции в любом случае, судом первой инстанции не нарушены.

В соответствии со статьей 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина в размере 3000 руб., уплаченная ООО «ЛКМ групп» на основании платежного поручения №3694 от 06.10.2021, подлежит возврату заявителю, так как оплата государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы на обжалуемое определение Налоговым кодексом Российской Федерации не предусмотрена.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Липецкой области от 09.12.2021 по делу № А36-7844/2020 оставить без изменения, а апелляционную жалобу без удовлетворения.

Выдать ООО «ЛКМ групп» справку на возврат из федерального бюджета 3000 руб. государственной пошлины, уплаченной на основании платежного поручения №3694 от 06.10.2021, при подаче апелляционной жалобы.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Центрального округа в срок, не превышающий месяца со дня вступления в законную силу, через арбитражный суд первой инстанции согласно части 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                      Е.А. Безбородов

 

Судьи                                                                               И.Г. Седунова

 

ФИО1