ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-12655/2020

Дело № А40-216097/17

г. Москва

16 июня 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 10 июня 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме 16 июня 2020 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи А.Н. Григорьева, 

судей В.В. Лапшиной, Р.Г. Нагаева

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда г. Москвы от 03 февраля 2020 года по делу №А40-215632/17, принятое судьей Н.Л. Бубновой, по заявлению ООО «КРОНЕ Русь» о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 145 925 475 руб. 03 коп.

по делу о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Русское поле»

при участии в судебном заседании:

от ООО «КРОНЕ Русь» - ФИО3 ордер  от 09.06.2020

Иные лица не явились, извещены.

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 06.05.2019 г. ООО «Русское Поле» (далее – должник) признано несостоятельным (банкротом), исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на временного управляющего ФИО4, назначено судебное заседание по вопросу утверждения конкурсного управляющего, о чем опубликованы сведения в Газете "Коммерсантъ" №84 от 18.05.2019, стр. 79.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 29.07.2019 г. конкурсным управляющим ООО «Русское поле» утверждена ФИО4 (далее – конкурсный управляющий) (является членом ПАУ ЦФО, ИНН 

<

***>, регистрационный номер в государственном реестре арбитражных управляющих - 425).

Определением Арбитражного суда города Москвы суда от 03.02.2020 г. установлено наличие оснований, предусмотренных статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «РУССКОЕ ПОЛЕ» и назначено судебное заседание по вопросу выбора кредиторами способа распоряжения требованием о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2

Не согласившись с определением суда, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просил оспариваемое определение от 03.02.2020 г. отменить и принять по делу новый судебный акт, отказав в удовлетворении заявленных требований.

В обоснование апелляционной жалобы заявитель ссылался на несогласие с выводами суда.

В судебном заседании представитель ООО «КРОНЕ Русь» возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по доводам, изложенным в отзыве.

Апеллянт и иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статей 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 N 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Рассмотрев дело в порядке статей 266, 267, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, изучив материалы дела, выслушав доводы лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения определения арбитражного суда, принятого в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации, в силу следующих обстоятельств.

В соответствии с Федеральным законом от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" (далее - Закон N 266-ФЗ) Закон о банкротстве дополнен главой III.2, регулирующей ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.

Как предусмотрено пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции настоящего Федерального закона).

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о банкротстве с учетом Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 N 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" означает следующее.

Правила действия процессуального закона во времени приведены в пункте 4 статьи 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам - пункту 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, прямо предусмотренных законом.

При этом согласно части 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации, закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет.

Вместе с тем, следует принимать во внимание то, что запрет на применение новелл к ранее возникшим обстоятельствам (отношениям) не действует, если такие обстоятельства, хоть и были впервые поименованы в законе, но по своей сути не ухудшают положение лиц, а являются изложением ранее выработанных подходов, сложившихся в практике рассмотрения соответствующих споров.

Таким образом, подлежит применению подход, изложенный в пункте 2 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 N 137, по которому к материальным правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению редакция Закона о банкротстве, действовавшая на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности.

Однако порядок привлечения лица к субсидиарной ответственности и его новые нормы, не ухудшающие положения лица, подлежат применению с учетом изменений, введенных ФЗ N 266-ФЗ.

Поскольку вменяемые ответчику бездействия в виде непередачи документации должника имели место после дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ, при разрешении вопроса о привлечении указанного лица к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по указанному основанию в соответствии с вышеизложенным применению подлежат положения главы III.2 Закона о банкротстве.

При этом, вменяемые ответчику, как бывшему руководителю должника, бездействие в виде неподачи заявления о признании должника банкротом, а также действия по совершении сделок должника, согласно заявлению конкурсного управляющего, имели места до вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ, в связи с чем, суд приходит к выводу о возможности применении положений о субсидиарной ответственности в редакции Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях", поскольку указанные нормы не ухудшает положение ответчика по сравнению с ранее действовавшим регулированием.

Однако, вменяемое ответчику, как учредителю должника, бездействие в виде неподачи заявления о признании должника банкротом не подлежит судом рассмотрению, поскольку предусмотренная абзацем 3 пункта 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве обязанность лиц, имеющих право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника, либо иных контролирующих должника лиц потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом в случае неисполнения руководителем должника обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротством была введена Федеральным законом от 29.07.2017 N 266-ФЗ, вступившей в силу 30.07.2017 и распространяет свою силу на отношения, возникшие с момента вступления в силу данных изменений, при этом эти изменения не имеют обратной силы, в связи с чем, положения статей 61.11, 61.12 и п. 3.1 ст. 9 Закона о банкротстве применению не подлежат.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий:

Согласно пункту 4 указанной статьи пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника.

Согласно сведениям выписки из ЕГРЮЛ в отношении должника, ФИО2 исполнял обязанности руководителя должника с 02.08.2008 до признания должника банкротом и введении конкурсного производства соответственно. Кроме того, ФИО2 является единственным участником должника с момента учреждения общества по настоящее время.

ООО «КРОНЕ Русь» и ООО «СК «Ойлер Гермес Ру», обращаясь с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего лица должника, ссылались неисполнение ответчиком возложенной на него обязанность по передаче бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Судом первой инстанции установлено, что в процедуре наблюдения вступившим в законную силу определением от 08.05.2019 суд обязал генерального директора ООО «Русское поле» ФИО2 (109156, 

<

...>) передать временному управляющему ФИО4 бухгалтерскую и иную документацию должника, касающуюся деятельности должника.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда г. Москвы от 06.05.2019 о признании ООО «Русское Поле» несостоятельным (банкротом) на руководителя и органы управления должника возложена обязанность в трехдневный срок передать конкурсному управляющему должника бухгалтерскую и иную документацию, печати, штампы, материальные и иные ценности должника.

Кроме того, в процедуре конкурсного производства вступившим в законную силу определением от 19.07.2019 суд обязал ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ИНН 

<

***>, зарегистрированного по адресу: 

<

...>, передать конкурсному управляющему ФИО4 бухгалтерскую и иную документацию должника, печати, штампы, материальные и иные ценности.

Вместе с тем, в материалы дела не представлены доказательства, подтверждающие исполнение обязанности, установленной Законом о банкротстве и решением и определениями суда.

Таким образом, заявители полагают, что непринятие ответчиками мер к сохранению, восстановлению и передаче конкурсному управляющему всей документации о дебиторской задолженности и достоверной информации об активах должника существенно затруднило проведение процедуры конкурсного производства, в том числе формирование конкурсной массы, что в свою очередь влечет причинение ущерба кредиторам, чьи требования установлены арбитражным судом и включены в реестр требований кредиторов ООО «Русское Поле».

Согласно п. 3 ст. 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе: подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником, иски о взыскании убытков, причиненных действиями (бездействием) руководителя должника, лиц, входящих в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, собственника имущества должника, лицами, действовавшими от имени должника в соответствии с доверенностью, иными лицами, действовавшими в соответствии с учредительными документами должника, предъявлять иски об истребовании имущества должника у третьих лиц, о расторжении договоров, заключенных должником, и совершать другие действия, предусмотренные федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и направленные на возврат имущества должника.

В соответствии с п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно пп. 2 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в том числе, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Как следует из п. 4 ст. 61.11 Закона о банкротстве, положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности:

1) организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника;

2) ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Как указано в п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 ГК РФ. По результатам рассмотрения соответствующего обособленного спора выносится судебный акт, который может быть обжалован в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 223 АПК РФ.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе, невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

К руководителю должника не могут быть применены презумпции, установленные подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если необходимая документация (информация) передана им арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности. Такая передача документации (информации) не исключает возможность привлечения руководителя к ответственности в виде возмещения убытков, вызванных просрочкой исполнения обязанности, или к субсидиарной ответственности по иным основаниям.

Сама по себе непередача предыдущим руководителем новому необходимых документов не освобождает последнего от ответственности и не свидетельствует об отсутствии вины. Добросовестный и разумный руководитель обязан совершить действия по истребованию документации у предыдущего руководителя (применительно к статье 308.3 ГК РФ) либо по восстановлению документации иным образом (в частности, путем направления запросов о получении дубликатов документов в компетентные органы, взаимодействия с контрагентами для восстановления первичной документации и т.д.).

В случае противоправных действий нескольких руководителей, последовательно сменявших друг друга, связанных с ведением, хранением и восстановлением ими документации, презюмируется, что действий каждого из них было достаточно для доведения должника до объективного банкротства (пункт 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Законодательством о бухгалтерском учете и банкротстве предусмотрена обязанность действующего руководителя организации хранить первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерскую (финансовую) отчетность в течение установленных сроков, а. следовательно, и обязанность восстановить ее в случае утраты.

Ответственность руководителя предприятия-должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражении в бухгалтерской отчетности достоверной информации, что повлекло за собой невозможность формирования конкурсным управляющим конкурсной массы или ее формирование не в полном объеме и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

Наличие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности у руководителя должника предполагается и является обязательным требованием закона.

Ответственность руководителя предприятия-должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражения в бухгалтерской отчетности достоверной информации.

Ввиду чего, первичные документы являются составной частью системы ведения бухгалтерского учета, их составление, учет и хранение обязан обеспечить единоличный исполнительный орган - в данном случае руководитель.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 56 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", ответственность руководителя предприятия-должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражении в бухгалтерской отчетности достоверной информации, что повлекло за собой невозможность формирования конкурсным управляющим конкурсной массы или ее формирование не в полном объеме и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

Поскольку наличие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности у руководителя должника предполагается и является обязательным требованием закона, то именно руководитель должника обязан доказывать наличие уважительных причин непредставления документации и то, что она действительно имеется.

Суд первой инстанции правомерно посчитал доводы отзыва ответчика об отсутствии оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, ввиду подготовки передачи документации конкурсному управляющему необоснованными, поскольку в результате действий ответчика ФИО2 по сокрытию оригиналов бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей, затрудняется проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве (проведение анализа финансового состояния должника, выявление подозрительных сделок должника, выявление признаков преднамеренного банкротства и др.), в том числе формирование и реализация конкурсной массы (утрата возможности выявления и взыскания дебиторской задолженности должника, утрата возможности оспаривания сделок должника и др.).

В дополнение, Арбитражный суд города Москвы указал на непредставление доказательств исполнения обязанности по передачи документации конкурсному управляющему, установленной Законом о банкротстве, решением и определениями суда.

Таким образом, учитывая взятие ФИО2 на себя ответственность за ведение дел должника, существование причинно-следственной связи между отсутствием документации и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, а также факт непередачи конкурсному управляющему первичных документов бухгалтерского учета должника, суд первой инстанции законно усмотрел наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Также, ООО «КРОНЕ Русь» и ООО «СК «Ойлер Гермес Ру» в своих заявлениях указывают о наличии оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в случае, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Пунктом 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление от 21.12.2017 N 53) разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам.

К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

По смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется. Равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке.

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве.

Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности.

Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

В силу п. 16 Постановления № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (ст. 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Как установлено Арбитражным судом города Москвы, действия ФИО2 в период осуществления им полномочий руководителя должника были направлены на уклонение от погашения обязательств должника перед кредиторами, при этом вся задолженность перед кредиторами, включенными в реестр требований кредиторов, образовалась за время руководства должником ФИО2

Так, факт уклонения ФИО2 от исполнения обязательств перед бюджетом подтверждается судебными актами по включению требований уполномоченного органа и кредиторов в реестр требований кредиторов, в результате действий ФИО2 в качестве генерального директора ООО «Русское поле» произошло существенное увеличение кредиторской задолженности общества.

Согласно отчету временного управляющего, составленному по итогам проведения процедуры наблюдения, руководителем должника без правовых оснований в пользу руководителя со счетов ООО «Русское поле» выведено более 10 000 000, 00 руб.

В частности, по договорам временной финансовой помощи со счетов ООО «Русское поле» в пользу ФИО2 было выведено более 1 793 000, 00 руб.

Кроме того, из представленных банковских выписок усматриваются операции по выводу ФИО2 денежных средств должника в пользу АО «Олдис-Сервис» (прежнее наименование ЗАО «Олдис-Сервис»), которым владеет аффилированное с ним лицом - ФИО5 (70 % доли в УК, согласно ЕГРЮЛ) - операции на суммы 27 000 000 руб, 27 500 000 руб., 19 500 000 руб., 18 000 000 руб. с назначением платежа: «Оплата по Договору № 1012-15 от 12.10.2015 за генераторы».

При этом, упомянутые в назначении платежей генераторы ни в процедуре наблюдения, ни в конкурсном производстве управляющим не обнаружено, а равно и сам ФИО2 не передал сведений и документов на них.

Также, согласно данных об операции по перечислению 621 757,46 руб. в пользу ООО «СТИ» в назначении платежа указано «предоплата 50 % за фронтальный погрузчик MX Т-417 по дог. № Т-417 купли-продажи от 02.06.16 г.».

Исходя из данных об операции по перечислению 4 100 000 руб. в пользу ООО «КузбассГрупп» в назначении платежа указано: «оплата по Договору № 07.03/2016 от 22.03.2016 г. за сельскохозяйственную технику», однако упомянутая сельскохозяйственная техника не обнаружена, кредиторы также не смогли получить удовлетворения за счёт реализации такого имущества.

Доказательств оснований перевода денежных средств в соответствии с назначениями платежей, указанными в представленной выписке, в том числе первичной документации, подтверждающей существование договорных отношений, в материалы дела не представлено.

Временный управляющий в заключении также отметил ряд подозрительных сделок по отчуждению транспортных средств, совершённых ФИО2 в пользу физических лиц, в том числе его сына и работника должника на сумму 2 155 000 руб., при этом рыночная стоимость отчуждённых актив могла быть значительно выше, тем самым ФИО2 причинил существенный вред кредиторам, в том числе совершёнными им сделками по отчуждению имущества должника (п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда от 21.12.2017 N53).

Вдобавок, не обнаружено залоговое имущество должника, которым обеспечены требования ООО «СК «Ойлер Гермес Ру» (правопреемник ООО «Квернеланд Груп СНГ») по договору поставки № 14RU-28-01 от 05.02.2014 (Рулонный обмотчик мод. 7730J ТЕХ-2 830 СН КВ166256, Плуг PN-100, 8 (№9) СН RSPPNxxl 177), сведений об этом имуществе и документацию на него ФИО2 также не предоставил конкурсному управляющему, что повлекло невозможность установления статуса залогового кредитора и получения удовлетворения за счёта реализации залогового имущества.

При этом, отсутствие залогового имущества подтверждается актами осмотра конкурсного управляющего, представленными в материалы дела.

Как разъяснено в п. 18 Постановления № 53, контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (п. 3 ст. 1 ГК РФ, абз. 2 п. 10 ст. 61.11 Закона о банкротстве).

Доказывая отсутствие оснований привлечения к субсидиарной ответственности, в том числе при опровержении установленных законом презумпций (п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве), контролирующее лицо вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено исключительно внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными событиями и т.п.).

В материалах настоящего дела не содержится доказательств подтверждающих, что действия (бездействие) контролирующего лица должника, повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов, а были вызваны исключительно внешними факторами.

Таким образом, действия ФИО2 существенно ухудшили положение должника, в результате его действий (бездействия) размер обязательств стал значительно больше размера активов, а также не принято мер к обеспечению сохранности (наличия) имущества должника, фактически активы выведены (утрачены), в связи с чем, суд приходит к выводу о наличии оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В отношении доводов заявителей о наличии оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом суд отмечает следующее.

Согласно ст. 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств, обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с учредительными документами должника на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; в иных предусмотренных настоящим Федеральным законом случаях. Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных настоящей статьей, не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Положениями ст. 61.12 Закона о банкротстве предусмотрено, что неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены ст. 9 указанного Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд. Размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного п.2-п.4 ст. 9 указанного Закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом). Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной п. 1 настоящей статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 8 и п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 года № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" руководитель должника может быть привлечен к субсидиарной ответственности по правилам ст. 61.12 Закона о банкротстве, если он не исполнил обязанность по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве в месячный срок, установленный п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве.

Обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абз. 7, абз. 7 п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Системное толкование приведенных норм права позволяет сделать вывод, что возможность привлечения лиц, перечисленных в 9 поименованного Закона, к субсидиарной ответственности возникает при наличии одновременного ряда указанных в Законе условий: во-первых, возникновения одного из перечисленных в п. 1 ст. 9 названного Закона обстоятельств и установление даты возникновения обстоятельства; во-вторых, неподачи каким-либо из указанных выше лиц заявления и банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; в-третьих, возникновение обязательств должника, по которым привлекается к субсидиарной ответственности лицо (лица), перечисленные в ст. 9 Закона, после истечения срока, предусмотренного п.2 - п.4 ст. 9 Закона.

Закон о банкротстве требует установления конкретных временных периодов, в которые возникли признаки неплатежеспособности должника и возникла обязанность руководителя по подаче заявления о признании общества банкротом. Доказывание данных обстоятельств лежит на заявителе по иску о привлечении руководителя к субсидиарной ответственности.

В п. 2 "Обзор судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 20.12.2016) указывается, что в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве.

Согласно п. 2 "Обзор судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 20.12.2016), презюмируется наличие причинно-следственной связи между противоправным и виновным бездействием руководителя организации в виде неподачи заявления о признании должника банкротом и вредом, причиненным кредиторам организации из-за невозможности удовлетворения возросшей перед ними задолженности.

При разрешении заявления о привлечении руководителя должника к субсидиарной ответственности следует учитывать, что его обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника возникает в момент, когда находящийся в сходных обстоятельствах добросовестный и разумный менеджер в рамках стандартной управленческой практики должен был узнать о действительном возникновении признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества должника (п. 26 "Обзор судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 20.12.2016 года).

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абз. 33 и 34 ст. 2 Закона о банкротстве.

Согласно абз. 33 ст. 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

В соответствии с абз. 34 ст. 2 Закона о банкротстве под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

В силу части 2 статьи 33 Закона о банкротстве заявление о признании должника банкротом принимается арбитражным судом, если требования к должнику - юридическому лицу в совокупности составляют не менее чем сто триста тысяч рублей и не получены в течение трех месяцев с даты, когда они должны быть исполнены.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 15.12.2017 принято к производству заявление ООО «КРОНЕ Русь» о признании ООО «Русское Поле» несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда города Москвы от 06.07.2018 в отношении Общества с ограниченной ответственностью «Русское Поле» введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утверждена ФИО4.

Согласно отчету временного управляющего ООО «Русское поле» за период с 2015 по 2017 гг. (в дальнейшем отчетность не сдавалась) деятельность должника была нерентабельной, показатель «чистой прибыли» должника в 2015 имел нулевое значение, 2016 г. имел положительное значение и в 2017 г. - отрицательное (убыточное) значение.

Из содержания основных финансовых показателей деятельности ООО «Русское поле» за 2015-2017 (в дальнейшем отчетность не сдавалась) годы следует, что фактически неплатежеспособность должника возникла по итогам 2015 г.

Исходя из отчета временного управляющего, коэффициент на конец анализируемого периода находится ниже 0,2, что позволяет сделать вывод, что баланс предприятия неликвиден, предприятие является неплатежеспособным. В рассматриваемом периоде данный коэффициент сохранял значение, не соответствующее нормальному, и на 31 декабря 2017 г. значение равно 0,01.

На протяжении 2015-2017 г. обеспечение обязательств должника его активами был ниже нормативного значения, поскольку активы должника практически были представлены только дебиторской задолженностью и финансовыми вложениями.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что бывший руководитель должника ФИО2, осознавая наличие признаков неплатежеспособности после получения сведений годовой бухгалтерской отчетности за 2015 г., был обязан в месячный срок подать заявление о банкротстве. Однако, не смотря на увеличение кредиторской нагрузки на предприятие, данная обязанность последним не исполнена.

Так, задолженность ООО «Русское поле» перед ООО «КРОНЕ Русь» возникла на основании решения Арбитражного суда города Москвы от 07 июня 2016 г. по делу № А40-11497/16-54-80, оставленным без изменения Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 11 октября 2016 г. по делу № А40-11497/2016, Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 11 октября 2016 г. по делу № А40-11497/2016, которым с ООО «Русское поле» в пользу ООО «КРОНЕ Русь» взыскано 52 297,59 евро в руб. по курсу ЦБ РФ на дату фактической оплаты, 5 874,42 (Пять тысяч восемьсот семьдесят четыре, 42/100) евро в руб. по курсу ЦБ РФ на дату фактической оплаты пени, 20 000,00 руб. расходов на оплату услуг представителя, государственную пошлину в размере 47 810,00 руб.

Из указанного решения следует, что обязательства должника перед ООО «КРОНЕ Русь» должны были быть исполнены до 15.10.2015.

Согласно части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Данные обстоятельства свидетельствуют о том, что выводы Арбитражного суда города Москвы о необходимости исполнения генеральным директором должника – ФИО2 положений п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве, в отсутствие экономически обоснованного плана погашения задолженности по итогам 2015 года, являются обоснованными, поскольку как установлено судом, с 15.10.2015 должник перестал исполнять часть денежных обязательств вследствие недостаточности денежных средств, сведения годовой бухгалтерской отчетности за 2015 г. указывали на признаки неплатежеспособности должника.

Согласно пункту 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве размер такой ответственности равен размеру обязательств должника, возникших после истечения срока, в который контролирующее лицо должно было исполнить свою обязанность, и до возбуждения дела о банкротстве должника.

Наличие/отсутствие обязательств должника, возникших со дня истечения увеличенного на один месяц разумного срока, не препятствует привлечению ФИО2 к субсидиарной ответственности за неподачу заявления должника о собственном банкротстве, поскольку размер субсидиарной ответственности по ст. 61.11 Закона о банкротстве охватывает размер субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному ст. 61.12 Закона о банкротстве.

Как указано в п. 4 ст. 61.16 Закона о банкротстве, в случае непредставления лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности, отзыва, указанного в пункте 2 статьи 61.15 настоящего Федерального закона, по причинам, признанным арбитражным судом неуважительными, или явной неполноты возражений относительно предъявленных к нему требований по доводам, содержащимся в заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности, бремя доказывания отсутствия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности может быть возложено арбитражным судом на лицо, привлекаемое к субсидиарной ответственности.

ФИО2 документально не опровергнуто отсутствие оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к правомерным выводам о наличии оснований, предусмотренных ст. 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, с которыми соглашается суд апелляционной инстанции.

Учитывая установленные по делу обстоятельства, суд первой инстанции, исследовав и оценив все представленные сторонами доказательства, а также доводы и возражения участвующих в деле лиц, руководствуясь положениями действующего законодательства, правильно определил спорные правоотношения, с достаточной полнотой выяснил имеющие существенное значение для дела обстоятельства и пришел к обоснованному и правомерному выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных требований.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, повторяют доводы отзыва ФИО2, которые были предметом исследования суда первой инстанции, им дана надлежащая правовая оценка, и фактически свидетельствуют о несогласии заявителя с установленными судом обстоятельствами и оценкой доказательств, и, по существу, направлены на их переоценку, что не может явиться основанием для отмены оспариваемого судебного акта при отсутствии доказательств причинно-следственной связи между поведением ответчика и наступлением банкротства предприятия.

При таких обстоятельствах оснований для отмены или изменения определения суда первой инстанции и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 271 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 03 февраля 2020 года по делу №А40-215632/17 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

Председательствующий судья:А.Н. Григорьев

Судьи:Р.Г. ФИО6

В.В. Лапшина