Арбитражный суд Челябинской области

454000, г.Челябинск, ул.Воровского, 2

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А76-14541/2023

28 сентября 2023 года

г. Челябинск

 

Резолютивная часть решения объявлена 27 сентября 2023 года.

Решение в полном объеме изготовлено 28 сентября 2023 года. 

 

Судья Арбитражного суда Челябинской области Архипова А.В., при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью  «Огнеупор», г. Магнитогорск, Челябинская область, ОГРН 

<

***> к Межрайонной Инспекции Федеральной налоговой службы России № 16 по Челябинской области о признании недействительным решения от 20.12.2022 № 6  о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, 

при участии в судебном заседании представителей:

от заявителя: ФИО2 (доверенность б/н от 20.04.2023, паспорт), ФИО3 (доверенность №ОУ-45/0010 от 17.08.2023, паспорт), 

от ответчика: ФИО4 (доверенность №05-11/21-Ю от 18.05.2023, служебное удостоверение), ФИО5 (доверенность №05-11/22-Ю от 18.05.2023, служебное удостоверение), ФИО6 (доверенность №05-11/23-Ю от 18.05.2023, служебное удостоверение), ФИО7 (доверенность №05-11/80-Ю от 12.12.2022),  

 

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью  «Огнеупор», г. Магнитогорск, ОГРН 

<

***> (далее – заявитель, общество, налогоплательщик, ООО «Огнеупор») 12.05.2023 обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением к Межрайонной Инспекции Федеральной налоговой службы России № 16 по Челябинской области (далее – ответчик, инспекция, налоговый орган, Межрайонная ИФНС России № 16 по Челябинской области) с заявлением о признании недействительным решения от 20.12.2022 № 6 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

В обоснование доводов заявления его податель сослался на отсутствие оснований для признания полученной в ходе хозяйственных отношений с обществами с ограниченной ответственностью «Квест» и ООО ТД «Машсталь» (далее – ООО «Квест» и ООО ТД «Машсталь», спорные контрагенты, поставщики) налоговой выгоды необоснованной, поскольку, реальность поставки товаров данными контрагентами и, соответственно, несение в связи с этим фактических расходов налоговым органом не опровергнуты. Приобретенный товар использован в хозяйственной деятельности, полученная продукция реализована третьим лицам, в связи с чем выводы инспекции о формальности соответствующего документооборота противоречат фактическим обстоятельствам дела.

При выборе указанных юридических лиц в качестве контрагентов обществом проявлена достаточная степень осмотрительности, в виду того, что сделки заключены с рекомендованными головным предприятием (ПАО «ММК») организациями, которые выбраны для всех дочерних организаций на торгах. Поиском и отбором контрагентов занималось ПАО «ММК»

Общество указало на то, что выявленные налоговым органом нарушения налогового законодательства в деятельности контрагентов не могут влиять на результаты хозяйственной деятельности самого налогоплательщика в отсутствие доказательств его осведомленности о данных фактах, а также при условии реальности исполнения по сделке.

По мнению налогоплательщика, налоговым органом не предоставлено доказательств наличия фактов взаимозависимости, аффилированности с ООО «Квест» и ООО ТД «Машсталь», а также применения налогоплательщиком схемы расчетов, указывающей на возврат денежных средств самому налогоплательщику или лицам, имеющими к нему отношение. 

Налоговый орган в отзыве на заявление против требований заявителя возражает, считает, решение налогового органа соответствующим законодательству. В обоснование законности решения инспекция ссылается на обстоятельства, свидетельствующие номинальности ООО «Квест» и ООО ТД «Машсталь», в виду того, что указанные организации не обладают признаками реально действующих юридических лиц, невозможности выполнения сделок указанными контрагентами, у контрагентов отсутствует закуп аналогичного товара, денежные средства выводятся из оборота.

В судебных заседаниях представители налогоплательщика и ответчика поддержали доводы заявления и отзыва на него по изложенным в них основаниям.  

Заслушав пояснения представителей лиц, участвующих в деле и исследовав материалы дела, арбитражный суд в ходе судебного разбирательства установил следующие обстоятельства.

Как следует из материалов дела, Инспекцией в отношении ООО «Огнеупор» проведена выездная налоговая проверка по вопросам правильности исчисления и уплаты налогов и сборов за период с 01.01.2018 по 31.12.2020.

По итогам проведения проверки составлен акт выездной налоговой проверки от 22.07.2020 №5, дополнение от 08.11.2020 № 1 к акту налоговой проверки по результатам дополнительный мероприятий налогового контроля.

По результатам рассмотрения материалов выездной налоговой проверки, письменных возражений налогоплательщика, дополнения к акту, Инспекцией вынесено решение от 20.12.2022 № 6 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, в резолютивной части которого налогоплательщику предложено уплатить НДС за 1-4 кварталы 2018 года, 1-4 кварталы 2019 года, 1, 2, 4 кварталы 2020 года в сумме  9 920 686 рублей, пени по НДС в сумме 3 117 843,97 рублей, штраф по пунктам 1, 3 статьи 122 НК РФ (с учетом пункта 3 статьи 114 НК РФ) в общей сумме 1052,10 рублей за неполную уплату НДС.

Решением Управления ФНС России по Челябинской области от 22.03.2023 № 16-07/001278, вынесенным по результатам рассмотрения апелляционной жалобы заявителя, оспариваемое решение налогового органа утверждено.

Не согласившись с вынесенным решением инспекции, налогоплательщик обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Согласно части 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

По смыслу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заявитель должен доказать факт нарушения обжалуемыми актами, решениями, действиями (бездействием) своих прав и законных интересов.

Исходя из части 2 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными.

Таким образом, для признания арбитражным судом ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными, необходимо наличие одновременно двух юридически значимых обстоятельств: несоответствие их закону или иным нормативным правовым актам и нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

При этом обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие) (часть 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Обжалуемым решением инспекции установлено завышение налоговых вычетов по НДС за 1-4 кварталы 2018 года, 1-2 кварталы 2019 года в сумме 8 235 648 рублей по взаимоотношениям с заявленным контрагентом ООО «Квест» связанными с приобретением товаров (деревянные поддоны), а также за 1-4 кварталы 2018 года, 1-4 кварталы 2019 года, 1, 2, 4 кварталы 2020 года в сумме 1 727 456 рублей по сделкам с ООО «ТД «Машсталь» ИНН 

<

***>, что повлекло доначисление НДС за соответствующие периоды, пеней.  

На основании пункта 1 статьи 171 НК РФ налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму НДС, исчисленную в соответствии со статьей 166 НК РФ, на установленные этой статьей налоговые вычеты. Вычетам подлежат суммы данного налога, предъявленные налогоплательщику и уплаченные им при приобретении товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации в отношении товаров (работ, услуг), приобретаемых для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения в силу гл. 21 НК РФ, и товаров (работ, услуг), приобретаемых для перепродажи.

В статье 172 НК РФ определен порядок применения налоговых вычетов, согласно которому налоговые вычеты, установленные статьей 171 НК РФ, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), имущественных прав после принятия на учет указанных товаров и при наличии соответствующих первичных документов.

Согласно статье 169 НК РФ счет-фактура является документом, служащим основанием для принятия к вычету сумм налога, предъявленных покупателю продавцом товаров.

Счета-фактуры, составленные и выставленные с нарушением порядка, установленного пунктами 5 и 6 статьи 169 НК РФ, не могут являться основанием для принятия предъявленных покупателю продавцом сумм налога к вычету или возмещению.

В пункте 5 статьи 169 НК РФ перечислены все обязательные реквизиты, которые должен содержать правильно оформленный счет-фактура. При этом указанные реквизиты должны не только иметь место, но и содержать достоверные данные.

В соответствии с пунктом 1 статьи 54.1 НК РФ не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

В пункте 2 статьи 54.1 НК РФ указано, что при отсутствии обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, по имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй настоящего Кодекса при соблюдении одновременно следующих условий:

1) основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога;

2) обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону.

Согласно пункту 3 статьи 54.1 НК РФ в целях пунктов 1 и 2 настоящей статьи подписание первичных учетных документов неустановленным или неуполномоченным лицом, нарушение контрагентом налогоплательщика законодательства о налогах и сборах, наличие возможности получения налогоплательщиком того же результата экономической деятельности при совершении иных не запрещенных законодательством сделок (операций) не могут рассматриваться в качестве самостоятельного основания для признания уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога неправомерным.

В соответствии с позицией, изложенной в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее – Постановление Пленума ВАС РФ № 53), представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

При этом налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

В соответствии с пунктом 10 Постановления Пленума ВАС РФ № 53факт нарушения контрагентом налогоплательщика своих налоговых обязанностей сам по себе не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. Налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом, в частности, в силу отношений взаимозависимости или аффилированности налогоплательщика с контрагентом.

Таким образом, помимо формальных требований, установленных ст. 252, 169, 171, 172, НК РФ, условием признания налоговой выгоды обоснованной является реальность хозяйственной операции, а также проявление налогоплательщиком должной степени осмотрительности при выборе контрагента.

Пунктами 3, 5 Постановления Пленума ВАС РФ № 53 определено, что налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера). О необоснованности налоговой выгоды могут свидетельствовать подтвержденные доказательствами доводы налогового органа о наличии, в том числе, следующих обстоятельств: невозможность реального осуществления налогоплательщиком указанных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг; отсутствие необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности в силу отсутствия управленческого или технического персонала, основных средств, производственных активов, складских помещений, транспортных средств. В случае наличия особых форм расчетов и сроков платежей, свидетельствующих о групповой согласованности операций, суду необходимо исследовать, обусловлены ли они разумными экономическими или иными причинами (деловыми целями).

Согласно пункту 6 Постановления Пленума ВАС РФ № 53 судам необходимо иметь в виду, что следующие обстоятельства сами по себе не могут служить основанием для признания налоговой выгоды необоснованной: создание организации незадолго до совершения хозяйственной операции; взаимозависимость участников сделок; неритмичный характер хозяйственных операций; нарушение налогового законодательства в прошлом; разовый характер операции; осуществление операции не по месту нахождения налогоплательщика; осуществление расчетов с использованием одного банка; осуществление транзитных платежей между участниками взаимосвязанных хозяйственных операций; использование посредников при осуществлении хозяйственных операций. Однако эти обстоятельства в совокупности и взаимосвязи с иными обстоятельствами, в частности, указанными в п. 5 постановления, могут быть признаны обстоятельствами, свидетельствующими о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды.

В соответствии с пунктом 9 Постановления Пленума ВАС РФ № 53 установление судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности. Судам необходимо учитывать, что налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели. Поэтому если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано.

В пункте 2 Постановления Пленума ВАС РФ № 53 указано, что в соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия налоговым органом оспариваемого акта, возлагается на этот орган. 

В связи с этим при рассмотрении в арбитражном суде налогового спора налоговым органом могут быть представлены в суд доказательства необоснованного возникновения у налогоплательщика налоговой выгоды. Эти доказательства, как и доказательства, представленные налогоплательщиком, подлежат исследованию в судебном заседании согласно требованиям статьи 162 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и оценке арбитражным судом в совокупности и взаимосвязи с учетом положений статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Таким образом, возможность учета вычетов по НДС и принятия расходов по налогу на прибыль обусловливается наличием реального осуществления хозяйственных операций. Налоговый орган вправе отказать в принятии вычетов и расходов в случае, если факт реального совершения хозяйственных операций не подтвержден надлежащими документами, либо выявлена недобросовестность налогоплательщика, допущенная при совершении указанных операций.

Кроме того, реальность хозяйственной операции определяется не только фактическим наличием результата (товара, работ), но и реальностью исполнения договора именно заявленным контрагентом, то есть наличием прямой связи с конкретным поставщиком.

При этом обоснование выбора в качестве контрагента, а также доказательства фактических обстоятельств заключения и исполнения спорного договора имеют существенное значение для установления судом факта реальности исполнения договора именно заявленным контрагентом.

Как следует из представленных налогоплательщиком в ходе налоговой проверки документов, заявитель осуществляет деятельность по производству и оптовой торговле огнеупорами.

Согласно представленным документам в 2018-2019 году обществом приобретался товар деревянные поддоны у ООО «Квест», используемые для упаковки готовой продукции при поставке ее контрагентам. Поддоны являются невозвратной тарой.

Из материалов дела следует, что по договорам поставки от 30.12.2016 № ОУ202009, от 09.01.2019 № ОУ202568 и счетам - фактурам по сделке с ООО «Квест» поставка в адрес ООО «Огнеупор» осуществлялась с 09.01.2018 по 17.05.2019, объем поставленных поддонов составил 163 140 шт. на общую сумму 52 590 808 руб., в том числе НДС в сумме 8 235 648 рублей.

Инспекцией сделан вывод о невозможности выполнения спорным контрагентом обязательств по представленным к проверке документам на основании следующего.

У ООО «Квест» отсутствовали объективные условия для осуществления поставки деревянных поддонов в адрес ООО «Огнеупор».

По расчетным счетам ООО «Квест» и счетам его последующих контрагентов по всей цепочке не установлено перечислений денежных средств за коммунальные услуги, тепло-энергию, подачу воды, заработную плату и осуществление иных платежей, характерных для ведения реальной финансово-хозяйственной деятельности организаций. 

В налоговых декларациях, представленных ООО «Квест», соотношение расходов, уменьшающих сумму доходов от реализации, превышает 99,63%. Соотношения сумм вычета по НДС к сумме НДС, исчисленного с реализации, колеблются от 89% до 100%. За последующие налоговые периоды после сделок с заявителем – 3 и 4 кварталы 2019 года, за 2 квартал 2020 года ООО «Квест» представлены «нулевые» налоговые декларации, а за 3 и 4 кварталы 2020 года налоговые декларации не представлены.

Кроме того, ООО «Квест» 17.08.2021 исключено из Единого государственного реестра юридических лиц в связи с наличием недостоверных сведений.

В налоговом органе имеется протокол допроса ФИО8 от 25.08.2021 № 282 (в проверяемом периоде числился сотрудником ООО «Квест»), в котором свидетель пояснил, что организацию ООО «Квест» не знает, в ООО «Квест» не работал, доходы от ООО «Квест» не получал, учредители и руководители ООО «Квест» не знакомы.

При анализе документов, представленных ООО «Огнеупор» в подтверждение транспортировки поддонов по сделке с ООО «Квест» установлено, что в транспортных накладных не заполнена информация о времени приемки и сдачи груза, адрес места погрузки заполнен некорректно - указан г. Белорецк без указания точного адреса погрузки; доверенности на лиц, указанных в качестве перевозчиков и водителей, проверяемым налогоплательщиком не представлены.

Инспекцией установлено, что водители и грузоперевозчики, указанные в транспортных накладных, представленных Обществом в качестве подтверждения транспортировки деревянных поддонов от имени ООО «Квест», в период 2018-2020 годов фактически не осуществляли транспортировку поддонов.

Водители, грузоперевозчики и собственники транспортных средств, указанные в транспортных накладных в период 2018-2020 годов, не работали в ООО «Квест». Заявленная в качестве грузоперевозчика ФИО9 (протокол допроса от 26.08.2021 № 283) не является индивидуальным предпринимателем, деревянные поддоны не приобретала, не изготавливала, не продавала, не перевозила. Участие в грузоперевозках не принимала. Организацию ООО «Квест» не знает. Собственником транспортных средств не является.

Налогоплательщиком в ходе проверки был представлен журнал регистрации въезда автотранспорта из которого следует, что ежедневно в период действия договора с ООО «Квест» ввозилось порядка 1000 поддонов. В качестве водителей автомашин, на которых завозились поддоны указаны ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14    

Допрошенный ФИО10 между тем показал, что действительно доставлял поддоны ООО «Огнеупор», но не каждый день, а несколько раз в год, ООО «Квест» он не помнит.

В указанном журнале в отношении поставок поддонов указано, что поставщик частник или ИП.

Налоговым органом направлены запросы о движении денежных средств по счетам физических лиц (водителей, грузоперевозчиков и собственников транспортных средств, на которых якобы перевозили поддоны от поставщика ООО «Квест»). Согласно полученным документам установлено, что указанные лица не получали денежные средства от организации ООО «Квест» за перевозку поддонов. Кроме того, согласно расчетному счету ООО «Квест» платежи за транспортные услуги в адрес других организаций не установлены.

Инспекцией не установлено приобретение ООО «Квест» деревянных поддонов либо лесоматериалов, метизной продукции для изготовления поддонов для поставки в адрес ООО «Огнеупор» ни по данным расчётных счетов, ни в ходе встречной проверки поставщиков, заявленных в книгах покупок ООО «Квест».

Контрагенты ООО «Квест» не имели материальных и трудовых ресурсов, имели признаки фирм «однодневок», «технических компаний», у организаций отсутствовала связь по адресу регистрации, имелись отказы от учреждения/участия в деятельности организаций, контрагенты ликвидированы в 2019-2021 году.

Допрошенный ФИО10 показал, что начал производство поддонов после регистрации в качестве индивидуального предпринимателя в 2020 году. Никакие услуги для ООО «Квест» не оказывал.

Денежные средства, поступившие в адрес ООО «Квест» от ООО «Огнеупор» в сумме 52 590 808 рублей (в полной сумме по сделке), перечисляются далее по цепочке в адрес организаций, имеющих признаки «проблемных» и выведены в наличный оборот.

Кроме того, часть денежных средств от «проблемных» контрагентов-поставщиков ООО «Квест», таких как  ООО «СДВ-Групп», ООО «Флис», ООО «Алгоритм», ООО ЦХП «Нортон», ООО «Флайт», ООО «Вариант-Ек» и ИП ФИО15, поступало в адрес реальных организаций, занимающихся реализацией пищевых продуктов (ООО «ПФ Маслодел», ООО «Чебаркульская птица», ООО «КДВ Групп», ОАО «Птицефабрика «Свердловская», ООО «Сатыево», ООО «Сигма Холдинг») с назначением платежа за одних и тех же индивидуальных предпринимателей: ИП ФИО16, ИП ФИО17, ИП ФИО18 В ходе допросов индивидуальные предприниматели пояснили, что являлись продавцами продуктов на рынке в г. Магнитогорске и не поставляли деревянные поддоны. Перечисленные в адрес указанных предпринимателей денежные средства выведены в наличный оборот.

Сумма выведенных в наличный оборот денежных средств через цепочку контрагентов ООО «Квест» составила 44 560 581,51 руб. или 84,73% от суммы поступивших денежных средств от ООО «Огнеупор».

К показаниям сотрудников Общества, чьи подписи имеются в товарных накладных и приходных ордерах по приемке поддонов от ООО «Квест», подтвердивших поступление поддонов от организации ООО «Квест», налоговый орган относится критически, поскольку никто из них не смог назвать Ф.И.О представителей данной организации и водителей, осуществляющих доставку поддонов.

Исходя из изложенного, налоговый орган пришел к выводу о том, что ООО «Квест» не могло фактически осуществлять поставки в адрес налогоплательщика, соответственно, общество не приобрело поддоны у спорного контрагента. Реального поставщика поддонов в целях проведения налоговой реконструкции по НДС общество не раскрыло. Исходя из сведений журнала регистрации автотрансопрта инспекцией сделано предположение, что поддоны приобретались у частных лиц и индивидуальных предпринимателей, которые не являются плательщиками НДС, однако оформлены как приобретенные у ООО «Квест» с целью реализации права на вычет входного НДС. 

Оценив, в порядке статьи 71 АПК РФ, все имеющиеся в деле доказательства в их совокупности и взаимосвязи, арбитражный суд считает, что представленные налоговом органом доказательства в совокупности и взаимосвязи свидетельствуют об отсутствии реальных хозяйственных отношений Общества с заявленным контрагентом ООО «Квест» по поставке ТМЦ, фиктивности представленного в подтверждение вычетов пакета документов и, соответственно, получении обществом, в связи с этим, необоснованной налоговой выгоды в виде занижения сумм подлежащего уплате в бюджет НДС.

Установленные в ходе проверки обстоятельства подтверждают умышленное действия со стороны налогоплательщика, направленные на включение в создание фиктивного документооборота организации ООО «Квест», деятельность которой была направлена лишь на создание видимости осуществления хозяйственных операций, на имитацию ведения предпринимательской деятельности.

У ООО «Квест» отсутствовал персонал, технические ресурсы для закупа или изготовления поддонов. В материалах налоговой проверки также отсутствуют документы, подтверждающие закуп готовых поддонов или материалов, необходимых для их изготовления, что свидетельствует об отсутствии у ООО «Квест» легального источника товара, в дальнейшем заявленного как реализованного в адрес налогоплательщика.

Представленный обществом в суд договор аренды лесопилки, заключенный между ООО «Квест» и  ФИО10 судом оценивается критически, поскольку в ходе неоднократных опросов ФИО10 организацию ООО «Квест» в качестве арендатора оборудования не указал, на вопросы о данной организации показал, что не знает данную организацию отношений с ней не имел, деятельностью по изготовлению поддонов начал заниматься с 2020 года. Никаких доказательств расчетов между ООО «Квест» и  ФИО10 по данному договору аренды в материалы дела не представлено. По сведениям инспекции ФИО10 являлся охранником, работал в ООО ЧОО «Стрелец», соответственно не мог осуществлять перевозки в рабочее время.

На нереальность операций в данном случае указывает наличие в совокупности обстоятельств, указанных в пунктах 5, 6 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53, а именно невозможность реального осуществления контрагентом заявленных операций с учетом объема материальных ресурсов, экономически необходимых для выполнения спорных операций, отсутствие у него необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности в силу отсутствия  персонала, имущества, а также отсутствие доказательств использования им привлеченных ресурсов, отсутствие фактов приобретения контрагентом спорных ТМЦ, или материалов для их изготовления, неисчисление заявленным контрагентом налогов со спорных операций путем минимизации налога вычетами технических организаций, отсутствие документального подтверждения перевозки и доставки товаров от спорных контрагентов в виду противоречивости представленных доказательств, обналичивание контрагентов денежных средств.

В этой связи, само по себе наличие у налогоплательщика формально составленных документов - договоров, счетов-фактур, УПД, ТТН, выводов инспекции не опровергает

Довод, что поставщика ООО «Квест» для Общества выбрала материнская компания (ПАО «ММК») на основании проведенного тендера выводов инспекции о невозможности поставки поддонов «технической» компанией не опровергает. 

Как указано в Определении Верховного Суда РФ от 21.07.2021 N 302-ЭС21-5294 заключение налогоплательщиком договора по результатам тендера не всегда можно признать обстоятельством, оправдывающим его в выборе контрагента, поскольку такая процедура инициирована самим налогоплательщиком, а конкурсные предложения направляются им самим выбранным им же организациям и подтверждает лишь направленность действий по выбору конкретного исполнителя.

Не смотря на то, что опровергнуть использование обществом в своей деятельности деревянных поддонов не представлялось возможным, в виду непредставления обществом необходимых документов их учета, с учетом сведений о дальнейшем обналичивании денежных средств, отсутствия закупа контрагентом соответствующего товара, сведений о доставке поддонов от индивидуальных предпринимателей и частных лиц, суд приходит к выводу, что указанные поддоны  не закупались обществом у ООО «Квест», а приобретены из иных неустановленных источников,  документооборот со спорным контрагентов создан формально с целью получения права на вычет входного НДС и не опосредует закуп товара.

Вместе с тем, налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели. Поэтому, если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано (пункт 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды»).

Соответственно позиция, о необходимости определения размера вычетов по НДС расчетным методом в данном случае не применима, поскольку данный подход применяется только, если при проведении проверки налоговым органом не будет доказана нереальность совершенных хозяйственных операций.

В данном случае, инспекцией установлено, что товар фактически у заявленного контрагента не приобретался, не мог быть им поставлен, не перевозился от него.

Намеренное отражение должностными лицами заявителя в регистрах бухгалтерского учета сведений об операциях по взаимоотношениям с ООО «Квест» носило искусственный характер и сводилось лишь к оформлению комплекта документов с целью создания видимости названных финансово-хозяйственных операций между заявителем и данной организацией для получения налоговой выгоды в виде применения налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость. 

Установленная налоговым органом совокупность доказательств составления фиктивного документооборота свидетельствует не о каком-либо неосторожном заблуждении общества в отношении данного лица, а о сознательном использовании реквизитов данной организации в целях незаконной минимизации своих налоговых обязанностей, создании видимости правомерного поведения налогоплательщика, в связи с чем налоговым органом правомерно отказано в вычетах по НДС в сумме 8 235 648 рублей по контрагенту ООО «Квест».

На основании пункта 1 статьи 75 НК РФ обществу правомерно в связи с неполной уплатой НДС начислены соответствующие пени. 

При таких обстоятельствах решение инспекции от 20.12.2022 № 6 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения соответствует требованиям законодательства, не нарушает права налогоплательщика в связи с чем не подлежит признанию недействительным в части доначисления НДС по сделкам с контрагентов ООО «Квест» в сумме 8 235 648 рублей, соответствующей пени.

 

Согласно представленным в ходе налоговой проверки документам, в проверяемом периоде ООО «Огнеупор» также приобретало металлопрокат у ООО ТД «Машсталь» в связи с чем заявлены вычеты по НДС в общей сумме 1 727 456 рублей.

Инспекцией установлено, что ООО «Огнеупор» неправомерно заявлен вычет по НДС по сделкам с ООО «ТД «Машсталь» по приобретению металлопроката, что привело к неуплате налога на добавленную стоимость в результате неправильного исчисления налога в сумме 1 727 456 рублей.

Результатами проведенной проверки установлены следующие обстоятельства, свидетельствующие о создании формального документооборота, о невозможности исполнения договорных отношений по поставке металлопроката  ООО «ТД «Машсталь».

По мнению инспекции ООО «ТД «Машсталь», наряду с еще несколькими организациями, в том числе ООО «Сплав», ООО Металлмашсервис» и другие входят в «площадку» организаций по оформлению формального документооборота при торговле металлопрокатом для получения права на вычет НДС. 

Вся деятельность указанных организаций осуществляется на единой территории, арендуемой ООО «Промбаза» и силами сотрудников ООО «Промбаза». Между организациями «площадки» и ООО «Промбаза» заключены договоры субаренды, однако, площади арендуемых участков не разграничены и фактически не разделены.

ООО ТД «Машсталь» металлопрокат приобретается у участников 2 звена (ООО «Сплав», ООО «Металлмашсервис» и другие), который в свою очередь приобретали его у реальных производителей металла (металлургические заводы, иные поставщики).

При этом, весь металл аккумулируется и хранится на территории ООО «Промбаза». Собственником объектов ООО «Промбаза» является ФИО19. ООО  «Промбаза» имеет штат сотрудников (грузчики, стропальщики, иные работники), которые занимаются приемкой металла, его складированием, его разгрузкой и погрузкой. Все необходимое для этих работ оборудование имеется у ООО «Промбаза». При этом ООО «Промбаза» в 2018-2019 годы применяло специальный налоговый режим - упрощенная система налогообложения с доходов, уменьшенных на величину расходов. С 2020 года ООО «Промбаза» находится на общей системе налогообложения.

Инспекцией сделан вывод, что организация ООО ТД «Машсталь» наряду с контрагентами 2-го звена ООО «Сплав», ООО «Металлмашсервис», ООО «Машсталь», ООО «ТД «Электросталь», ООО «ТД «Серовсталь» входили в единую «площадку» организаций, осуществлявших оформление фиктивного документооборота с целью предоставления права на вычет НДС.

О данном факте, по мнению инспекции, говорит следующее:

- все организации в непродолжительный период времени с использованием одного нотариуса и юридической фирмы, представителей по доверенности,

-  работники организаций «площадки» и ООО «Промбаза» являлись сотрудниками организаций «площадки» в разные периоды времени,

- совпадение IP-адреса, адреса офисов, склада. Действия по управлению расчетными счетами организаций «площадки» осуществлялись с того же IP-адреса, что и действия по управлению расчетным счетом ООО «Промбаза», а также ИП ФИО20,

-  наличие одинаковых поставщиков у организаций «площадки»,

- использование одного и того же имущества, арендованного ООО «Промбаза» у ИП ФИО19 группой организаций.

- совпадение одной группы контрагентов в книгах покупок организаций первого и второго звеньев,

- отсутствие разделения территорий и металлопроката по принадлежности к арендаторам складских помещений (организациям участникам «площадки) отсутствовало. Из показаний свидетелей следует, что весь металлопрокат, поступающий на металлобазу, складируется вне зависимости от собственника данного металлопроката, является обезличенным, 

- металлопрокат на металлобазе размещался по ячейкам, в каждую ячейку - отдельный вид металлопроката. Разделение территорий и металлопроката по принадлежности к арендаторам складских помещений отсутствовало,

-  согласно показаниям свидетеля - стропальщика ООО «Промбаза» ФИО21, ООО «Промбаза» складские помещения в аренду не сдавало. Весь металлопрокат, находящийся на территории ООО «Промбаза», принадлежит ООО «Промбаза». Также свидетель утверждает, что ООО ТД «Машсталь» использовались для видимых поставок. Директора «технических» организаций знакомы свидетелю как менеджеры по продажам ООО «Промбаза», которые территориально находились на ул.Строительной, 25 в офисном здании;

- руководитель ООО «Промбаза» ФИО22 на вопросы касательно погрузочно-разгрузочных работ четких ответов не дает. Также в ходе проведения допроса не смог пояснить конкретно какими арендаторами какие участки арендуются. 

- Согласно показаниям свидетеля - сторожа ООО «Промбаза» ФИО23, ФИО22 фактически являлся начальником охраны ООО «Промбаза», а только числился директором данной организации,

-  реального перемещения металла между организациями первого и второго звеньев площадки фактически не было, так как все организации «площадки» складировали металлопрокат на одной территории - по адресу 

<

...>,

- денежные средства участников «площадки» выводятся из оборота посредством обналичивания через ИП ФИО20 (за аренду), ИП ФИО24 (за транспортные услуги), ИП ФИО25 (за транспортные услуги), ООО «Ремавтотранс» (за транспортные услуги); в виде дивидендов учредителям организаций «площадки».

Данные обстоятельства, по мнению налогового органа, свидетельствуют о создание формального документооборота при наличии единой платформы взаимосвязанных организаций использовалось с целью прикрытия сделок по реализации металлопроката на основе площадки ООО «Промбаза», находящегося на упрощенной системе налогообложения (не является плательщиком НДС).

В обоснование осведомленности о данных фактах заявителя инспекция ссылается на обстоятельства, установленные судебными актами по делу №А76-18861/2018 по проверке ОАО «ММК-Метиз» (одна из дочерних организаций ПАО «ММК»)  выводы налогового органа о формальном документообороте с организациями финансовой «площадки» были признаны обоснованными.

Кроме того инспекцией установлены факты, свидетельствующие о невозможности осуществления доставки транспортными средствами, указанными в товарно-транспортных накладных, оформленных в рамках сделок с ООО «ТД «Машсталь».

Таким образом, поскольку материалами проверки установлено, что деятельность по реализации металлопроката осуществлялась силами ООО «Промбаза», находящегося на УСН, право на налоговый вычет сумм НДС не предоставляется в силу косвенного характера данного налога как налога на потребление товаров (работ, услуг), взимаемого на каждой стадии их производства и реализации субъектами хозяйственного оборота до передачи потребителю.

При этом, в связи с тем, что объем и стоимость поставленной продукции налоговым органом не оспаривается, цены поставки соответствуют рыночным, налог на прибыль организаций за 2018, 2019, 2020 годы не доначислялся.

Оценив, в порядке статьи 71 АПК РФ, все имеющиеся в деле доказательства в их совокупности и взаимосвязи, арбитражный суд считает, что представленные налоговом органом доказательства в совокупности и взаимосвязи свидетельствуют об отсутствии реальных хозяйственных отношений Общества с заявленным контрагентом ООО ТД «Машсталь» по поставке металл, фиктивности представленного в подтверждение вычетов пакета документов от данной организации и, соответственно, получении обществом, в связи с этим, необоснованной налоговой выгоды в виде занижения сумм подлежащего уплате в бюджет НДС.

Собранные доказательства свидетельствует о том, что в действительности фактическим поставщиком металла было ООО «Промбаза», реально занимающееся приемкой товаров от продавцов, их выгрузкой и их дальнейшей передачей (отгрузкой) покупателям. При этом под контролем ООО «Промбаза» были созданы номинальные технические организации, реквизиты которых использовались ООО «Промбаза» для предоставления покупателям права на вычет НДС. 

В данном случае организациями площадки использовалась схема движения денежных средств, свидетельствующая о транзитном движении денежных средств с их последующим обналичиванием, использовалось закольцованная схема вычетов НДС, которая позволдяла не уплачивать НДС в бюджет, минимизируя его вычетами организаций, входящих в площадку.

Судом учитывается, что инспекцией установлены обстоятельства, дающие основания полагать, что экономический источник вычета (возмещения) НДС, сформированной организациями, участвовавшими в транзитном перечислении денежных средств, в бюджете не создан, поскольку итогом обозначенной «хозяйственной» деятельности выступал вывод денежных средств по фиктивным документам путем согласованных действий, а не реальная экономическая деятельность, что не позволяет налогоплательщику претендовать на получение налоговой выгоды.

Осведомленность о данных фактах  заявителя и ПАО «ММК» предложившего обществу ООО ТД «Машсталь» в качестве поставщика металла следует из содержания ненормативного правового акта, вынесенного по результатам выездной налоговой проверки ОАО «ММК-Метиз», законность которого на момент заключения сделки уже была подтверждена в судебном порядке.  

Как указано в Определении Верховного Суда РФ от 14.10.2019 N 309-ЭС19-18511 по делу № А50-31979/2018 «вопреки позиции заявителя, реальный характер приобретения товара и его использование в хозяйственной деятельности налогоплательщика (включая реализацию товара третьим лицам) не может служить бесспорным основанием для получения налоговых вычетов, поскольку предъявляя к вычету НДС по операциям с контрагентами налогоплательщик должен подтвердить не только факт реального приобретения товара но и то, что товар был приобретен непосредственно у тех контрагентов, которые заявлены в представленных в налоговый орган документах».

Следовательно, само по себе использование металлопроката в производстве не предоставляет права на вычет по НДС, поскольку вычет заявлен Обществом по первичным документам ООО «ТД «Машсталь», в то время как реальным поставщиком товара было ООО «Промбаза», находящееся на упрощённой системе налогообложения, следовательно, фактически металлопрокат приобретался Обществом без НДС.

Изложенное, в совокупности с умышленным созданием налогоплательщиком формального документооборота свидетельствует об отсутствии у налогоплательщика реальной деловой цели в совершении спорных сделок и налоговая цель в данном случае очевидно превалировала над экономической.

Включая в документооборот формально составленные первичные документы от имени контрагентов, реальность взаимоотношений с которым не подтверждена, претендуя при этом на незаконную минимизацию налоговых обязанностей, налогоплательщик понимал и осознавал противоправный характер своих действий, сознательно допускал наступление вредных последствий таких действий, исключительно в целях уклонения от исполнения налоговых обязательств в виде непоступления налога в бюджет.

С учетом установленных в ходе налоговой проверки обстоятельств, деяния налогоплательщика правомерно квалифицированы по п. 3 ст. 122 НК РФ, как совершенные с умыслом.

Следовательно, при наличии умысла на совершение налогового правонарушения, доводы налогоплательщика о проявлении им должной степени осмотрительности при выборе спорных контрагентов не могут быть приняты судом во внимание.

Признание судом налоговой выгоды необоснованной влечет отказ в удовлетворении требований налогоплательщиков, связанных с ее получением.

С учетом изложенного, оснований для признания недействительным решения инспекции в указанной части у арбитражного суда не имеется.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Соответственно, в связи с отказом в удовлетворении требований заявителя о признании недействительным решения инспекции, судебные расходы по уплате им государственной пошлины в сумме 3000 рублей относятся на заявителя.

Руководствуясь статьями 110, 167-168, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

 

Р Е Ш И Л :

в удовлетворении заявления отказать.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Восемнадцатый арбитражный  апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме), а также в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его вступления в законную силу путем подачи жалобы через Арбитражный суд Челябинской области.

Информацию о времени, месте и результатах рассмотрения апелляционной или кассационной жалобы можно получить соответственно на Интернет-сайтах Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда htth://18aas.arbitr.ru или Арбитражного суда Уральского округа www.fasuo.arbitr.ru.

 

Судья                                                                                 А.В. Архипова