АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА  

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000 http://fasuo.arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 № Ф09-3858/24 

Екатеринбург 07 ноября 2025 г. Дело № А07-30925/2020 

Резолютивная часть постановления объявлена 23 октября 2025 г. Постановление изготовлено в полном объеме 07 ноября 2025 г.  

 Арбитражный суд Уральского округа в составе:  

председательствующего Павловой Е. А., судей Новиковой О. Н., Шершон Н. В., 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Ждановой Д.С., рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Городские проекты» – ФИО1 и Прокуратуры Республики Башкортостан на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 20.03.2025 по делу № А07-30925/2020 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.07.2025 по тому же делу.  

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.  

В судебном заседании приняли участие путем использования систем веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседании) представители:  

Прокуратуры Республики Башкортостан – ФИО2 (паспорт, доверенность 8-20-2025 от 08.10.2025);  

ФИО3 – ФИО4 (паспорт, доверенность от 14.05.2025 № 02АА7006099);  

конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Городские проекты» – ФИО1 – ФИО5 (паспорт, доверенность от 10.01.2025).  

В судебном заседании в здании Арбитражного суда Уральского округа принял участие представитель ФИО6 – ФИО7 (паспорт, доверенность от 10.11.2023 № 02АА660108).  

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 28.01.2022 в отношении общества с ограниченной ответственностью «Городские проекты» (далее – общество «Городские проекты», должник) открыто конкурсное производство с применением правил, предусмотренных параграфом 7 Главы IX Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). Конкурсным управляющим должника утвержден арбитражный управляющий ФИО1.  

Конкурсный управляющий общества «Городские проекты» ФИО1 (с учетом уточнения, принятого судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ)) обратился в Арбитражный суд Республики Башкортостан с заявлением о привлечении солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Городские проекты»: ФИО6, общество с ограниченной ответственностью «Госстрой- Менеджмент» (далее – общество «Госстрой-Менеджмент»); ФИО3; ФИО8, ФИО9; общество с ограниченной ответственностью «Башнафтатранс»; ФИО10, ФИО11, ФИО12, в лице законного представителя (матери) – ФИО3; просил взыскать солидарно в конкурсную массу общества  

с ФИО6, ФИО3, общества «Госстрой-Менеджмент» (по основанию, предусмотренному статьей 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве)) 9 744 775,87 руб.; взыскать солидарно в конкурсную массу общества с ФИО6, ФИО3, общества «Госстрой- Менеджмент», ФИО8, ФИО9, общества «Башнафтатранс» по основанию, предусмотренному статьей 61.11 Закона о банкротстве) 826 631 464 руб. 89 коп.; а также взыскать солидарно в пользу общества с несовершеннолетних детей: ФИО10, ФИО11, ФИО12, в лице законного представителя ФИО3 (по основанию, предусмотренному статьями 15, 1061, 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ)) 52 024 858 руб. 85 коп.  

На основании статьи 46 АПК РФ к участию в обособленном споре в качестве соответчиков привлечены ФИО8, ФИО9, общество «Башнафтатранс, ФИО10, ФИО11, ФИО12 в лице законного представителя ФИО3  

К участию в деле привлечен Отдел опеки и попечительства Администрации Ленинского района городского округа город Уфа Республики Башкортостан.  

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 20.03.2025 по делу № А07-30925/2020 требования конкурсного управляющего общества «Городские проекты» о взыскании с ФИО10, ФИО11, ФИО12 в лице законного представителя матери – ФИО3, в конкурсную массу общества  

«Городские проекты» солидарно 52 024 858 руб. 85 коп. убытков, причиненных в результате утраты имущества выделено в отдельное производство; в удовлетворении требований отказано.  

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.07.2025 определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 20.03.2025 оставлено без изменения.  

Не согласившись с принятыми судебными актами, конкурсный управляющий общества «Городские проекты» ФИО1 и Прокуратура Республики Башкортостан обратились в Арбитражный суд Уральского округа с самостоятельными кассационными жалобами, просят обжалуемые судебные акты отменить и направить обособленный спор на новое рассмотрение.  

Конкурсный управляющий общества «Городские проекты», не соглашаясь с выводами судов об отсутствии оснований для привлечения детей Б-вых к ответственности по долгам общества, ссылается на то, что судами не учтены положения статьи 1080 ГК РФ, разъяснения, содержащиеся в пункте 23 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020 (далее – Обзор от 10.06.2020), а также правовые подходы, нашедшие отражение в судебной практике (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2019 № 305-ЭС19-13326), считает, что лицо, умышленные действия которого привели к невозможности получения кредиторами полного удовлетворения требований за счет имущества лица, контролирующего должника, подлежит солидарной ответственности с этим лицом за причиненные кредиторам убытки в пределах стоимости полученного имущества, в связи с чем полагает, что дети Б-вых подлежат привлечению к гражданского – правовой ответственности, в форме возмещения причиненного ими вреда, ограниченного стоимостью переданного им (детям) имущества на основании положений статей 15, 1064, 1080 ГК РФ.  

По мнению заявителя кассационной жалобы, суды не учли, что родители Б-вы являются контролирующими должника лицами; взаимосвязанные сделки по передаче права собственности на спорное нежилое помещение ФИО6 несовершеннолетним детям, совершены в период неплатежеспособности должника; при этом совокупность имеющихся доказательств свидетельствует об использовании родителями личности детей в качестве инструмента для сокрытия принадлежащего ФИО6 имущества от обращения на него взыскания по требованиям кредиторов в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Высотки» (далее – общество «Высотки»), общества «Городские проекты», общества с ограниченной ответственностью «Зеленая роща» (далее – общество «Зеленая роща»), общества с ограниченной ответственностью «Литер 4» (далее – общество «Литер 4»).  

Помимо этого конкурсный управляющий считает, что судами не учтен нетипичный характер соглашения, в рамках которого состоялась передача имущества детям, выражается в исполнении должником не наступивших обязанностей по уплате алиментов с учетом того, что нормами Закона о банкротстве или иных нормативных правовых актов капитализация алиментов не предусмотрена; разумные экономические мотивы заключения подобного алиментного соглашения с учетом наличия у ФИО6 в спорный период стабильного дохода (исходя из декларации 2018 года, доход составлял 144 000 000 руб.), позволявшего исполнять алиментные обязательства ежемесячного в денежной форме, судами не исследованы; также считает, что установление алиментов в размере 500 000 000 руб. на каждого ребенка ежемесячно явно превышает разумно достаточные потребности ребенка в материальном содержании.  

Прокуратура, не соглашаясь с обжалуемыми судебными актами, полагает, что судами не дана оценка аффилированности между ФИО6, ФИО3, ФИО8, обществом «Башнафтатранс», так как спорный земельный участок в период с 16.10.2012 по 30.11.2015, спорное здание в период с 17.10.2015 по 20.10.2015 принадлежали на праве собственности обществу «Башнафтатранс»; позднее спорный земельный участок с 30.11.2015 по 23.10.2018, спорное здание с 20.10.2015 по 23.10.2018 принадлежали ФИО3, с 23.10.2018 по 09.12.2019 – ФИО6, с 09.12.2019 по настоящее время – объекты принадлежат детям Б-вых. Ранее по договору дарения от 12.10.2018 ФИО3 подарила ФИО6 спорное недвижимое имущество, на момент совершения данной сделки строительство объекта не велось, между ФИО6, являющимся бенефициаром Группы компаний «Госстрой», обществом с ограниченной ответственностью «Госстрой-Менеджмент», ФИО8, ФИО13, подписано соглашение об основных условиях приобретения активов и осуществления работ по завершению строительства объектов капитального строительства (том числе общества «Зеленая роща») от 29.11.2019. Таким образом, Б-вы в целях придания соглашению от 04.12.2019 легального вида совершили взаимосвязанные сделки с целью вывода имущества и невозможности обращения на него взыскания, в том числе в рамках обособленного спора о привлечении к субсидиарной ответственности.  

Кроме того, Прокуратура обращает внимание суда округа на то, что доказательств, подтверждающих возможность приобретения ФИО3 значительного числа недвижимого имущества за счет собственных средств, доходов, полученных от ее предпринимательской деятельности, не представлено; выводы судов о возведении здания за счет средств, полученных ФИО3 в рамках ее предпринимательской деятельности со ссылкой на налоговые декларации не могут быть приняты во внимание, поскольку они не отражают ее фактических расходов, в том числе на приобретение земельных участков в период с 2014 по 2019 годы; кроме того, ею не раскрыты источники доходов, отраженных в декларациях, равно как и  

источники получения средств внесенных в 2015 году по договору инвестирования строительства спорного объекта в сумме 21 000 000 руб.  

Прокуратура также полагает, что выводы судов о том, что в материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о наличии противоправного характера поведения ответчиков, не состоятельны, поскольку Б-вы использовали личности детей в качестве инструмента для сокрытия принадлежащего имущества от обращения на него взыскания по требованиям кредиторов в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) обществ «Высотки», «Городские проекты», «Зеленая роща, «Литер 4»; на момент заключения Б-выми соглашения об уплате алиментов у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами; постановлениями Арбитражного суда Уральского округа от 24.09.2024, 27.09.2024, 01.10.2024 по делам № А07-33375/2021, А07-34710/2021, А07-30925/2020, А07-34711/2021 установлено, что общества «Высотки», «Городские проекты», «Зеленая роща», «Литер 4» не осуществляли какую-либо хозяйственную деятельность, приносящую прибыль, дорогостоящими активами не обладали, на момент объективного банкротства не имели собственных средств для расчетов по своим обязательствам, строительство многоквартирных домов не велось (либо велось с нарушением сроков), в отношении них возбуждены исполнительные производства, которые окончены в связи с отсутствием имущества.  

По мнению Прокуратуры, неправомерными действиями Б-вых кредиторам должника причинен ущерб, выведено ликвидное имущество, что подтверждаются приговором Октябрьского районного суда г. Уфы Республики Башкортостан от 10.04.2025; из материалами уголовного дела следует в том числе и то,, что деятельность ФИО3 велась совместно с Группой компанией «Госстрой».  

Помимо этого кассатор также полагает, что заявленные в соглашении об уплате алиментов суммы являются завышенными и чрезмерными, не отвечающими соблюдению баланса интересов несовершеннолетних детей должника и кредиторов, при этом сохранение детям такого уровня материального обеспечения, существенно превышающего установленные законом нормы, не может быть реализовано за счет кредиторов должника.  

 Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа в пределах доводов кассационных жалоб, в порядке, установленном статьями 284-287 АПК РФ в части отказа в удовлетворении требования конкурсного управляющего общества «Городские проекты» о взыскании с ФИО10, ФИО11, ФИО12 в лице законного представителя матери – ФИО3, в конкурсную массу общества «Городские проекты» солидарно 52 024 858 руб. 85 коп. убытков, причиненных в результате утраты имущества.  

Как установлено судами и следует из материалов дела, общество «Городские проекты» зарегистрировано 20.07.2012, его основной вид деятельности - строительство жилых и нежилых зданий.  

Единственным участником должника с 09.10.2015 по 24.10.2019 являлась ФИО3 (доля участия 100 %), а с 25.10.2019 по настоящее время единственным участником (доля участия 100 %) должника – ФИО6  

 Брачным договором от 12.10.2018, заключенным супругами Б-выми в период брака установлен режим раздельной собственности в отношении нежилого здания, находящегося по адресу: 

<

...>, кадастровый номер: 02:55:020105:5153, площадью 1429,1 кв.м, и земельного участка, кадастровый номер: 02:55:020105:40, категория земель: земли населенных пунктов (далее – спорное имущество); супругами признано, что указанное имущество является личной собственностью ФИО3  

В тот же день, 12.10.2018, между ФИО3 (даритель) и ФИО6 (одаряемый) заключен договор дарения, согласно которому даритель обязался передать безвозмездно в собственность одаряемого спорное имущество, подписан акт приема-передачи имущества.  

Позднее, 04.12.2019 между Б-выми заключено соглашению о порядке осуществления родительских прав родителем, проживающим отдельно от ребенка и об уплате алиментов на содержание ребенка, предусматривающее обязанность ФИО6 уплачивать получателю алиментов (ФИО3 – законный представитель детей) алименты на содержание детей: ФИО12 - 500 000 руб., ФИО11 -500 000 руб., ФИО10 -500 000 руб. до 01 числа каждого месяца, в счет уплаты части которых (за период с 04.12.2019 до 01.12.2026) передано в равных долях (по 1/3 доле каждому) в общую долевую собственность детям недвижимое имущество – здание общей площадью 1429,1 кв.м. (кадастровой стоимостью 42 012 567 руб. 47 коп.) и земельный участок площадью 1638 кв.м. (10 012 291 руб. 38 коп.), расположенные по адресу: 

<

...>.  

Стороны определили, что рыночная стоимость вышеуказанного имущества составляет 124 550 000 руб.; расчет алиментов: 3 детей * 500 000 руб. * 83 месяца = 124 500 000 руб. Начиная с 01.12.2026, ФИО6 обязан выплачивать алименты в денежном выражении.  

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 28.01.2022 в отношении общества «Городские проекты» открыто конкурсное производство с применением правил, предусмотренных параграфом 7 Главы IX Закона о банкротстве, конкурсным управляющим должника утвержден арбитражный управляющий ФИО1  

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 30.01.2024 ФИО6 признан несостоятельным (банкротом), в отношении его имущества введена процедура реализации, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО14.  

Конкурсный управляющий, ссылаясь на приведенные обстоятельства, полагая, что спорное имущество, принадлежащее ФИО6, отчуждено (04.12.2019) в собственность его несовершеннолетних детей по мнимой  

сделке, в период, когда у должника – общества «Городские проекты», уже имелись признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества с целью невозможности обращения взыскание на имущество лица, контролирующего должника, виновного в банкротстве общества «Городские проекты», чем причинен вред кредиторам последнего (утрачена возможность погашения требований кредиторов за счет имущества, принадлежавшего контролирующему должника лицу, являющемуся ответчиком по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности по долгам общества), обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении несовершеннолетних детей Б-вых к субсидиарной ответственности и взыскании с них убытков как с сопричинителей вреда в сумме 52 024 858 руб. 85 коп.  

Отказывая в удовлетворении требований, суд первой инстанции исходили из отсутствия у ответчиков статуса контролирующих должника лиц, отмечая, что в деле не имеется доказательств, свидетельствующие о наличии у ответчиков возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его финансово-хозяйственную деятельность, влиять на принимаемые им решения, либо о наличии фактического контроля и подчиненности должника ответчикам. Суды также указали, что материалами дела не подтверждается наличие состава, необходимого для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям, в частности, противоправного поведения ответчиков, их вины и вреда, причинно-следственной связи между их действиями и причиненным вредом.  

Кроме того, оценивая размер алиментов, предусмотренных соглашением от 04.12.2019, суды указали, что размер подлежащих уплате ФИО6 детям алиментов, не превышает 50% от его ежемесячного дохода в соответствующий период, при этом установленный соглашением размер алиментов позволяет максимально сохранить прежний уровень обеспечения детей, данное соглашение органами опеки и попечительства не оспорено, и из материалов дела не усматривается, что ФИО6 принял несоотносимые с уровнем его дохода обязательства, что размер алиментов завышен.   

 Также судом отмечено, что здание, переданное детям ФИО6 в счет уплаты алиментов, возведено в 2015 году по договору инвестирования строительства № 1/БНТ-ИПБ от 01.02.2015 между обществом «Башнафтатранс» и предпринимателем ФИО3; приобретено членами семьи Б-вых до развода, более чем за три года до возникновения признаков банкротства у должника; имущество приобреталось в рамках предпринимательской деятельности ФИО3, изначально обладавшей правом собственности на него, несшей бремя его содержания и осуществлявшей над ним контроль, при этом доказательств осуществления Б-выми строительства спорного здания за счет средств должника или группы компаний «Госстрой», совершения ими действий, направленных на вывод денежных средств для строительства спорного здания и причинение  

вреда кредиторам в результате отчуждения спорного здания (совершение сделки на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, либо сделки, в результате которой должник утратил возможность вести деятельность), отсутствуют, и доказательств того, что спорное здание отчуждено с целью освободить его от обращения взыскания со стороны кредиторов родителей, не имеется.  

Оставляя определение суда первой инстанции без изменения, апелляционный суд указал, что доводы о пороках заключенного соглашения подлежат рассмотрению в рамках дела № А07- 5670/2023 в обособленном споре по заявлению управляющего о признании недействительной сделки должника – соглашения о порядке осуществления родительских прав родителем, проживающим отдельно от ребенка и об уплате алиментов на содержание ребенка от 04.12.2019. В настоящее время Соглашение об уплате алиментов не оспорено, недействительным в судебном порядке не признано, соответственно, оснований для взыскания в конкурсную массу должника с ответчиков солидарно убытков не имеется.  

 Между тем, судами не учтено следующее. 

При привлечении к субсидиарной ответственности в части, не противоречащей специальным положениям Закона о банкротстве, подлежат применению общие положения глав 25 и 59 ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда.  

В силу статьи 2 Закона о банкротстве, в редакции, применимой к спорным правоотношениям, контролирующим должника лицом является лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем три года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность в силу нахождения с должником в отношениях родства или свойства, должностного положения либо иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.  

При этом как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).  

С учетом изложенного контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.  

Так, в частности, предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.). Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки.  

Согласно абзацу первому статьи 1080 ГК РФ лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно.  

В целях квалификации действий причинителей вреда как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. (пункт 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.11.2017 № 49 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде», абзац первый пункта 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).  

При этом, к несовершеннолетним детям контролирующих лиц неприменима презумпция контролирующего выгодоприобретателя (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве), в силу объективных особенностей отношений несовершеннолетних детей и их родителей, которым обычно присущи, с одной стороны, стремление родителей оградить детей от негативной информации, с другой стороны, повышенный уровень доверия детей к своим родителям.  

Суды верно указали, что несовершеннолетние дети Б-вых не являются контролирующими должника лицами.  

Вместе с тем, изложенное не исключает возможность использования родителями личности детей в качестве инструмента для сокрытия принадлежащего родителям имущества от обращения на него взыскания по требованиям кредиторов о возмещении вреда, причиненного родителями данным кредиторам.  

В частности, родители могут оформить переход права собственности на имущество к детям лишь для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия, совершив тем самым мнимую сделку.  

Мнимая сделка ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ). Как разъяснено в пункте 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление № 25), стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом, осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.  

При этом даже если суд придет к выводу об отсутствии признаков мнимости у сделок, возможность применения мер ответственности не исключается на основании статьи 1064 ГК РФ.  

Согласно правовой позиции, изложенной в Обзоре от 10.06.2020 вред кредиторам может быть причинен не только доведением должника до банкротства, но и умышленными действиями, направленными на создание невозможности получения кредиторами полного исполнения за счет имущества контролирующих лиц, виновных в банкротстве должника, в том числе путем приобретения их имущества родственниками по действительным безвозмездным сделкам, не являющимся мнимыми, о вредоносной цели которых не мог не знать приобретатель (определение Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2019 № 305-ЭС19-13326).  

Принимая во внимание изложенное, то обстоятельство, что дети не являются контролирующими должника лицами, не имеет правового значения для рассмотрения настоящего обособленного спора.  

В этом случае, возмещение причиненного кредиторам вреда ограничено по размеру стоимостью имущества, хотя и сменившего собственника, но, по сути, оставленного в семье (статья 1082 ГК РФ).  

Несмотря на то, что основания требований кредиторов к контролирующим лицам (создание необходимых причин банкротства) и приобретшим их имущество родственникам (создание невозможности полного исполнения за счет имущества контролирующих лиц) не совпадают, требования кредиторов к ним преследуют единую цель - возместить в полном объеме убытки (статья 15 ГК РФ), поэтому, обязательства контролирующих лиц и упомянутых родственников являются солидарными (статья 1080 ГК РФ), что также позволяет исключить возникновение неосновательного обогащения на стороне пострадавших кредиторов.  

Следовательно, для возложения на несовершеннолетних детей ответственности необходимо установить не наличие или отсутствие у них формального статуса контролирующего должника лица, а фактическое использование личности несовершеннолетних детей в качестве инструмента для сокрытия имущества родителей от взыскания по требованиям  

кредиторов, при этом даже в отсутствие у ответчиков – несовершеннолетних детей прямого контроля над деятельностью должника и недоказанности их личного противоправного поведения, передача им спорного имущества может расцениваться как действие, направленное на создание невозможности удовлетворения требований кредиторов за счет имущества контролирующих должника лиц, а в данном случае именно на наличие таких обстоятельств и ссылался управляющий, предъявляя соответствующие требования к детям Б-вых.  

Следовательно, выводы судов о том, что несовершеннолетние дети Б-вых не являлись контролирующими должника лицами и иным образом не определяли действия общества «Городские проекты», не осуществляли фактический контроль за должником, о недоказанности их противоправного поведения и наличия всех элементов состава убытков, а также о том, что спорное здание не принадлежало должнику, не имеют правового значения для рассмотрения настоящего спора по существу и не влияют на его разрешение.  

 В рассматриваемом случае суды должны были установить действительно ли Б-выми при передаче их несовершеннолетним детям спорного здания преследовалась цель исполнения обязательств по алиментному соглашению, или, при передаче своим несовершеннолетним детям права собственности на спорное здание, родители Б-вы преследовали иную цель – сокрытие титула реального собственника спорного здания и освобождения таким образом спорного здания от обращения на него взыскания со стороны кредиторов родителей Б-вых по деликтным обязательствам, в то время как названные обстоятельства фактически судами не исследовались и надлежащей оценки не получили.  

 Кроме того, судом апелляционной инстанции было установлено, что в рамках процедуры банкротства ФИО6 (дело № А07-5670/2023) рассматривается спор о признании соглашения от 04.12.2019 недействительной сделкой должника и применении последствий ее недействительности, однако, судебный акт по результатам рассмотрения данного обособленного спора до настоящего времени не ступил в законную силу, как следует из Картотеки арбитражных дел, определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 30.09.2025 в удовлетворении требований финансового управляющего ФИО6 отказано, но на данный судебный акт подана апелляционная жалоба, рассмотрение которой назначено на 20.11.2025.  

 Между тем, результат рассмотрения указанного обособленного спора (спора о признании соглашения недействительным) имеет правовое значение для рассмотрения настоящего спора – спора о взыскании убытков с детей Б-вых, поскольку именно по оспариваемому соглашению детьми было получено спорное имущество, при этом необходимо установить преследовалась ли при передаче имущества по оспариваемой сделке, наряду с приобретением права собственности иная цель – освободить данное имущество от обращения взыскания со стороны кредиторов родителей  

Б-вых по деликтным обязательствам и была ли совершена данная сделка именно с этой целью.  

 Учитывая, что указанное соглашение является предметом самостоятельного судебного разбирательства, выводы суда первой инстанции, касающиеся оценки данного соглашения, равно как и выводы апелляционного суда о том, что это соглашение недействительным не признано, а в случае признания его таковым возможен пересмотр обжалуемых судебных актов, являются необоснованными, преждевременными, поскольку от разрешения вопроса о том, является ли алиментное соглашение, во исполнение обязательств по которому передано спорное имущество, действительной и законной сделкой или недействительной и незаконной сделкой непосредственно зависит и разрешение настоящего спора по существу.  

Кроме того, как следует из информационного ресурса Картотеки арбитражных дел, в рамах настоящего дела о банкротстве (дела № А07-30925/2020) рассматривается обособленный спор о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО6, ФИО3, общества «ГосстройМенеджмент», ФИО9, ФИО8, общества «Башнафтатранс», на момент вынесения обжалуемых судебных актов, равно как и на момент рассмотрения кассационных жалоб судом округа, данный спор судом первой инстанции не рассмотрен, судебное заседание по его рассмотрению отложено на 17.12.2025, в тоже время правовая оценка действий Б-вых по передаче спорного имущества несовершеннолетним детям неразрывно связана с установлением вины и степени ответственности ФИО6 и ФИО3, поскольку без установления их роли в доведении должника до банкротства и обоснованности их привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника невозможно определить характер и правовые последствия сделки по передаче имущества несовершеннолетним и привлечение их к соответствующей солидарной ответственности.  

При таких обстоятельствах рассмотрение по существу требований о привлечении к ответственности детей Б-вых, являющихся солидарными по отношению к требованиям управляющего к их родителям, невозможно до разрешения по существу требований к ФИО6 и ФИО3 о привлечении их к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за доведение последнего до банкротства.  

Также необходимо отметить, что для рассмотрения настоящего спора не имеет правового значения, какое именно имущество контролирующих лиц освобождается от притязаний кредиторов на основании подобной сделки - приобретенное за счет незаконно полученного дохода или иное, поскольку контролирующее лицо отвечает перед кредиторами всем своим имуществом, за исключением того, на которое в соответствии с законом не может быть обращено взыскание (статья 24 ГК РФ), в размере, ограниченном стоимостью имущества, хотя и сменившего собственника, но, по сути, оставленного в семье (статья 1082 ГК РФ).  

При этом, делая выводы об отсутствии оснований для удовлетворения требований конкурсного управляющего ввиду того, что имущество переданное детям приобретено за счет личных средств ФИО3 суды не проанализировали и не оценили доводы конкурсного управляющего и Прокуратуры, полагавших, что спорное имущество не могло быть приобретено за счет средств ФИО3; ФИО3 зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя 14.03.2014, вид деятельности – предоставление посреднических услуг при купле-продаже нежилого недвижимого имущества за вознаграждение или по договорной основе; согласно налоговой декларации по налогу на доходы физических лиц (форма 3-НДФЛ) за 2014 год, ФИО3 в указанном году получила общий доход в сумме 43 086 620 руб., из которых 5 000 000 руб. от продажи квартиры общества «СУ-1 ОАО «Госстрой» и 38 086 620 руб. от общества «Башнафтатранс»; согласно справке о доходах физического лица за 2015 год доход ФИО3 – 17 809 руб. 99 коп.; доказательства, свидетельствующие о наличии иных доходов ФИО3 не представлены; при этом указанные декларации не содержат сведений о ее значительных расходах, в том числе на приобретение земельных участков в 2014 – 2019 годах; документов, из которых усматривалось бы наличие у ФИО15 личных средств достаточных для приобретения спорного имущества с учетом ее расходов и расходов ее семьи (в том числе ФИО6) не представлено, источники происхождения денежных средств в размере 21 000 000 руб., направленных ФИО3 по договору инвестирования в 2015 году на строительство спорного имущества, не раскрыты, доказательства, свидетельствующие о том, что данные средства получены исключительно в результате осуществления ею предпринимательской деятельности, не приведены; кроме того, не проанализирована деятельность предпринимателя ФИО3 на предмет наличия связи с деятельностью группы компаний ФИО6  

Принимая во внимание изложенное выводы судов о возможности самостоятельного финансирования ФИО3 возведения спорного здания сделаны при неполном исследования материалов дела, являются преждевременными и недостаточно обоснованными, не подтверждены соответствующими доказательствами и не соответствуют материалам дела, вышеназванные обстоятельства со стороны судов надлежащей оценки не получили, вопросы об имущественном положении ФИО3, о наличии у нее реальной самостоятельной финансовой возможности в 2015 году оплатить строительство спорного здания и о том, что именно она осуществляет все управление спорным зданием, фактически судами по существу не исследованы.  

При этом исследование и оценку данных обстоятельств необходимо осуществлять с учетом выводов судов по результатам рассмотрения по существу требований к ФИО6 и ФИО3 о привлечении их к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за доведение  

последнего до банкротства, исходя из совокупности всех доводов и возражений сторон и всех имеющихся в деле доказательств.  

 Учитывая изложенное, суд округа счел, что выводы судов об отсутствии основании оснований для удовлетворения требований конкурсного управляющего являются преждевременными, сделанными при неполном установлении фактических обстоятельств дела и представленных доказательств.  

Кроме того, из информационного ресурса Картотеки арбитражных дел следует, что аналогичные требования помимо настоящего дела о банкротстве (дело о банкротстве общества «Городские проекты», № А07-30925/2020) предъявлены к детям Б-вых в рамках дел о признании несостоятельными (банкротами) общества «Литер 4» ( № А07-34710/2021), общества «Зеленая Роща» ( № А07-33375/2021), общества «Высотки» ( № А07-34711/21), в каждом из которых в конкурсную массу каждого из должников заявитель просит взыскать с ответчиков солидарно по 52 024 858 руб. 85 коп. убытков, причиненных в результате утраты одного и того же спорного имущества.  

Таким образом, арбитражный управляющий ФИО1, действуя в рамках четырех разных дел о банкротстве в статусе конкурсного управляющего четырех различных должников (юридических лиц), и, представляя интересы различных сообществ кредиторов в каждом из указанных дел о банкротстве, фактически требует взыскания с несовершеннолетних детей Б-вых одной и той же суммы, на основании одних и тех же фактических обстоятельств, из чего следует, что в данном случае имеет место ситуация многократного взыскания с одних и тех же ответчиков в пользу различных лиц по разным делам стоимости одного и того же спорного здания, совокупный размер которой по всем четырем делам превышает 200 000 000 руб., что является недопустимым, нарушает баланс интересов всех участников банкротного процесса, противоречит принципам справедливости и соразмерности гражданско-правовой ответственности и создает риск необоснованного обогащения отдельных кредиторов за счет многократного удовлетворения требований из одного и того же основания.  

Однако данные обстоятельства не были учтены судами при рассмотрении настоящего обособленного спора и вопрос о неоднократности взыскания с детей Б-вых одной и той же суммы не был разрешен.  

Вместе с тем, учитывая, что по соглашению от 04.12.2019 в собственность детей переданы только одно здание и один земельный участок (спорное имущество), имущественные интересы кредиторов в рамах указанных банкротных дел могут быть удовлетворены только за счет спорного имущества или денежных средств, полученных от его реализации (одного источника), при этом в случае установления судом оснований для привлечения детей Б-вых к ответственности в виде взыскания убытков, возмещение причиненного кредиторам вреда ограничивается по размеру стоимостью имущества, хотя и сменившего собственника, но, по сути, оставленного в семье (статья 1082 ГК РФ) то есть спорного имущества, а,  

следовательно, применительно к данным обстоятельства размер убытков случае их взыскания не может составлять больше стоимости имущества, переданного детям.  

Принимая во внимание изложенное, с учетом фактических обстоятельств данного конкретного дела, а также правоотношений возникших между Б-выми и указанными выше обществами, учитывая, что в рамках указанных банкротных дел предъявлены аналогичные требования к ответчикам (детям) и имущественные интересы кредиторов названных должников могут быть при наличии к тому оснований удовлетворены только за счет одного источника – спорного имущества, полученного детьми по оспариваемому соглашению, исходя из того, что ранее имущество принадлежало ФИО6, и в случае привлечения его к субсидиарной ответственности по долгам поименованных обществ перед кредиторами, требования к нему могут быть предъявлены в деле о его банкротстве, судам следовало рассмотреть вопрос о возможности и целесообразности объединения споров о привлечении к ответственности детей Б-вых в одно производство применительно к положениям статьи 130 АПК РФ с целью рассмотрения консолидированного требования заявителей, предъявляемого к детям Б-вых в рамках разрешения одного спора в одном банкротном деле, передав его на разрешение с учетом рассматриваемых правоотношений – в дело о банкротстве ФИО6, поскольку объединение данных споров было бы направлено на достижение главной цели судебной деятельности – осуществление защиты субъективных прав путем применения норм права к спорным правоотношениям, скорую и полную реализацию задач арбитражного судопроизводства (статья 2 АПК РФ).  

 С учетом изложенного и принимая во внимание, что обстоятельства, имеющие существенное значение для правильного разрешения спора, судами в полном объеме не установлены, выводы судов в указанной части не соответствуют имеющимся в материалах дела доказательствам, а для принятия обоснованного и законного решения требуется установить обстоятельства, имеющие значение для дела, при этом исследовать и оценить необходимые доказательства, что невозможно в арбитражном суде кассационной инстанции в силу его полномочий, определение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда подлежат отмене в названной части в соответствии с частями 1 и 3 статьи 288 АПК РФ, а обособленный спор - передаче на новое рассмотрение в суд первой инстанции (пункт 3 части 1 статьи 287 АПК РФ).  

 При новом рассмотрении дела суду следует рассмотреть возможность объединения обособленных споров о привлечении к ответственности детей Б-вых, устранить указанные недостатки, а также с учетом доводов и возражений лиц, участвующих в деле, установить значимые для дела обстоятельства, в том числе непосредственно исследовать и оценить все представленные в материалы дела доказательства в их взаимосвязи и совокупности, при необходимости предложить лицам, участвующим в деле,  

представить соответствующие доказательства в материалы дела, и определить обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора, с учетом результатов рассмотрения обособленных споров о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО6 и ФИО3, а также о признании соглашения от 04.12.2019 недействительной сделкой, исследовать вопрос о наличии оснований для привлечения детей Б-вых к ответственности в виде взыскания убытков в пределах стоимости полученного имущества и по результатам оценки всех доводов и возражений лиц, участвующих в деле, установления всех юридически значимых обстоятельств разрешить спор по существу с учетом заявленных требований и в соответствии с нормами материального и процессуального права.  

 В силу абзаца второго части 3 статьи 289 АПК РФ при отмене судебного акта с передачей дела на новое рассмотрение вопрос о распределении судебных расходов разрешается судом, вновь рассматривающим дело.  

Руководствуясь ст.ст. 286- 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд   

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 20.03.2025 по делу № А07-30925/2020 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.07.2025 по тому же делу отменить.  

Обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Башкортостан.  

 Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий Е.А. Павлова  

Судьи О.Н. Новикова  

 Н.В. Шершон