ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда, 

не вступившего в законную силу

Дело №А65-8086/2018

г. Самара

20 сентября 2018 года

Резолютивная часть постановления объявлена 13 сентября 2018 года

Постановление в полном объеме изготовлено 20 сентября 2018 года

 

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Морозова В.А.,

судей Деминой Е.Г., Шадриной О.Е.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

с участием:

от ответчика – ФИО2, представитель (доверенность от 11.05.2018);

в отсутствие других лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства,

рассмотрев в открытом судебном заседании 13 сентября 2018 года в зале № 2 помещения суда апелляционные жалобы некоммерческой организации «Государственный жилищный фонд при Президенте Республики Татарстан» и публичного акционерного общества «Тимер Банк» на решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 31 мая 2018 года по делу №А65-8086/2018 (судья Андреев К.П.)

по иску некоммерческой организации «Государственный жилищный фонд при Президенте Республики Татарстан» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), г. Казань,

к публичному акционерному обществу «Тимер Банк» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), г. Казань,

третье лицо – публичное акционерное общество «Татфондбанк», г. Казань,

о признании недействительными дополнительных соглашений,

УСТАНОВИЛ:

Некоммерческая организация «Государственный жилищный фонд при Президенте Республики Татарстан» (далее – НО «ГЖФ при Президенте РТ», истец) обратилась в Арбитражный суд Республики Татарстан с иском к публичному акционерному обществу «Тимер Банк» (далее – ПАО «Тимер Банк», ответчик) о признании недействительными дополнительных соглашений.

Определением суда от 21.03.2018 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено публичное акционерное общество «Татфондбанк» (далее – ПАО «Татфондбанк», третье лицо).

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 31.05.2018 в удовлетворении исковых требований отказано.

Истец с решением суда не согласился и подал апелляционную жалобу, в которой просит обжалуемое решение отменить как незаконное и необоснованное и принять по делу новый судебный акт, которым исковые требования удовлетворить, ссылаясь на неправильное применение судом норм материального права.

Ответчик также не согласился с решением суда и подал апелляционную жалобу, в которой просит обжалуемое решение изменить, исключить из его мотивировочной части ссылки на действительность соглашений о переводе долга №289-1/ф от 29.02.2016 и №310-1/ф от 10.03.2016, ссылаясь на несоответствие выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела.

Истец отзыв на апелляционную жалобу ответчика не представил, в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб извещен надлежащим образом.

Представитель ответчика в судебном заседании поддержал доводы, изложенные в своей апелляционной жалобе, а апелляционную жалобу истца просил оставить без удовлетворения на основании доводов, указанных в отзыве на апелляционную жалобу истца.

Третье лицо отзывы на апелляционные жалобы не представило, в судебное заседание не явилось, о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб извещено надлежащим образом.

В соответствии с требованиями статей 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие истца и третьего лица, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания.

Законность и обоснованность обжалуемого решения проверяется в соответствии со статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав доказательства по делу, изучив доводы, изложенные в апелляционных жалобах сторон, отзыве ответчика на апелляционную жалобу истца, заслушав выступление присутствующего в судебном заседании представителя ответчика, арбитражный апелляционный суд считает, что апелляционные жалобы не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, между ПАО «Тимер Банк» (банк) и НО «ГЖФ при Президенте РТ» (клиент) был заключен депозитный договор № ДД/14/16 от 28.01.2016 (далее – договор № ДД/14/16 от 28.01.2016), по условиям которого клиент перечислил банку денежные средства в сумме 62700000 руб., а банк обязался на сумму депозита выплачивать проценты в размере 12% годовых. Дата возврата депозита – 15.07.2016 (л.д.7).

Между ПАО «Тимер Банк» (банк) и НО «ГЖФ при Президенте РТ» (клиент) был заключен депозитный договор № ДД/15/16 от 28.01.2016 (далее – договор № ДД/15/16 от 28.01.2016), по условиям которого клиент перечислил банку денежные средства в сумме 400000000 руб., а банк обязался на сумму депозита выплачивать проценты в размере 12% годовых. Дата возврата депозита – 07.03.2018 (л.д. 8).

Между ПАО «Тимер Банк» (банк) и НО «ГЖФ при Президенте РТ» (клиент) был заключен депозитный договор (гарантийный депозит) № ДД/27/16 от 15.02.2016 (далее – договор № ДД/27/16 от 15.02.2016), по условиям которого клиент перечислил банку денежные средства в сумме 350000000 руб., а банк обязался на сумму депозита выплачивать проценты в размере 12% годовых. Дата возврата депозита – 08.08.2018 (л.д.9).

Кроме того, между ПАО «Татфондбанк» (банк) и НО «ГЖФ при Президенте РТ» (заемщик) был заключен кредитный договор «лимит выдачи» № КК 04/16/102/Ф от 29.01.2016 (далее – договор № КК 04/16/102/Ф от 29.01.2016), по условиям которого банк открывает заемщику кредитную линию с лимитом выдачи в размере 500000000 руб. на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную сумму и уплатить на нее проценты из расчета 14,75% годовых (л.д. 16-22).

Между ПАО «Татфондбанк» (банк) и НО «ГЖФ при Президенте РТ» (заемщик) был заключен кредитный договор «лимит выдачи» № КК 05/16/214-1/Ф от 16.02.2016 (далее – договор № КК 05/16/214-1/Ф от 16.02.2016), по условиям которого банк открывает заемщику кредитную линию с лимитом выдачи в размере 350000000 руб. на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную сумму и уплатить на нее проценты из расчета 14,75% годовых (л.д. 23-29).

Далее между ПАО «Тимер Банк» (новый должник), НО «ГЖФ при Президенте РТ» (должник) и ПАО «Татфондбанк» (кредитор) были заключены соглашения о переводе долга № 289-1/Ф от 29.02.2016 и № 310-1/Ф от 10.03.2016 (далее соглашения № 289-1/Ф от 29.02.2016 и № 310-1/Ф от 10.03.2016), по условиям которых ПАО «Тимер Банк» приняло на себя права и обязанности НО «ГЖФ при Президенте РТ» по кредитным договорам № 

<

***> от 29.01.2016 и № КК05/16 от 16.02.2016, заключенным между НО «ГЖФ при Президенте РТ» и ПАО «Татфондбанк».

В качестве встречного предоставления за принятие на себя прав и обязанностей по кредитным договорам НО «ГЖФ при Президенте РТ» передала, а ПАО «Тимер Банк» приняло права требования по депозитным договорам № ДД/14/16 от 28.01.2016, №ДД/15/16 от 28.01.2016, № ДД/27/16 от 15.02.2016 (л.д. 14-15).

В пунктах 4 соглашений № 289-1/Ф от 29.02.2016 и № 310-1/Ф от 10.03.2016 указано, что ПАО «Татфондбанк» дало согласие на перевод долга по кредитным договорам на нового должника – ПАО «Тимер Банк».

Таким образом, на основании соглашений № 289-1/Ф от 29.02.2016 и № 310-1/Ф от 10.03.2016 стороной (клиентом) депозитных договоров № ДД/14/16 от 28.01.2016, №ДД/Т5/16 от 28.01.2016, № ДД/27/16 от 15.02.2016 стало ПАО «Тимер Банк».

Между НО «ГЖФ при Президенте РТ» и ПАО «Тимер Банк» было подписано дополнительное соглашение № 1 от 20.04.2016 к депозитному договору № ДД/14/16 от 28.01.2016, согласно которому проценты на сумму депозита выплачиваются клиенту 25 числа каждого месяца перечислением суммы начисленных процентов на расчетный счет клиента, указанный в пункте 18 договора. В случае если день выплат процентов приходится на нерабочий день, датой выплаты процентов считается ближайший следующий за ним рабочий день (л.д. 10).

Между НО «ГЖФ при Президенте РТ» и ПАО «Тимер Банк» было подписано дополнительное соглашение № 1-2 от 15.07.2016 к депозитному договору № ДД/14/16 от 28.01.2016 (гарантийный депозит), согласно которому установлена дата возврата депозита – 28.12.2016 (л.д. 11).

Между НО «ГЖФ при Президенте РТ» и ПАО «Тимер Банк» было подписано дополнительное соглашение № 1 от 20.04.2016 к депозитному договору № ДД/15/16 от 28.01.2016, согласно которому проценты на сумму депозита выплачиваются клиенту 25 числа каждого месяца перечислением суммы начисленных процентов на расчетный счет клиент, указанный в п.18 договора. В случае если день выплат процентов приходится на нерабочий день, датой выплаты процентов считается ближайший следующий за ним рабочий день (л.д. 12).

Между НО «ГЖФ при Президенте РТ» и ПАО «Тимер Банк» было подписано дополнительное соглашение № 1 от 20.04.2016 к депозитному договору № ДД/27/16 от 15.02.2016, согласно которому проценты на сумму депозита выплачиваются клиенту 25 числа каждого месяца перечислением суммы начисленных процентов на расчетный счет клиент, указанный в п.18 договора. В случае если день выплат процентов приходится на нерабочий день, датой выплаты процентов считается ближайший следующий за ним рабочий день (л.д. 13).

Таким образом, указанными дополнительными соглашениями был изменен срок выплаты процентов на сумму депозита и пролонгирован депозитный договор.

Истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском, полагая, что вышеперечисленные дополнительные соглашения к депозитным договорам являются недействительными в силу их ничтожности.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции обоснованно руководствовался следующим.

В соответствии с пунктами 1, 2, 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.

Сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли.

Заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Согласно статье 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В обоснование исковых требований истец сослался на то, что подписание дополнительных соглашений к депозитным договорам со стороны ПАО «Тимер Банк» и НО «ГЖФ при Президенте РТ» повлекло нарушение прав и интересов ПАО «Татфондбанк», так как с момента подписания соглашений о переводе долга № 289- 1/Ф от 29.02.2016 и № 310-1/Ф от 10.03.2016 стороной депозитных договоров является ПАО «Тимер Банк».

Истец пояснил, что оспариваемые им дополнительные соглашения к депозитным договорам со стороны НО «ГЖФ при Президенте РТ» были подписаны за пределами полномочий договоров, так как НО «ГЖФ при Президенте РТ» уже не являлась стороной депозитных договоров и со своей стороны не проявляла волю на сохранение сделок –  депозитных договоров № ДД/14/16 от 28.01.2016, № ДД/15/16 от 28.01.2016 и  № ДД27/16 от 15.02.2016. Вместе с тем, в пункте 7 соглашений о переводе долга № 289- 1/Ф от 29.02.2016 и №310-1/Ф от 10.03.2016 стороны установили, что в случае продолжения отношений по осуществлению расчетов через расчетные счета НО «ГЖФ при Президенте РТ» по перечислению денежных средств по депозитным договорам № ДД/14/16 от 28.01.2016, №ДД/15/16 от 28.01.2016 и  № ДД27/16 от 15.02.2016 указанные отношения не являются обязательствами НО «ГЖФ при Президенте РТ», и она не несет ответственности и не отвечает за неисполнение обязательств ПАО «Татфондбанк» (нового должника) перед ПАО «Тимер Банк» (кредитором) по кредитным договорам.

В пункте 8 соглашений о переводе долга № 289- 1/Ф от 29.02.2016 и № 310-1/Ф от 10.03.2016 стороны установили, что в случае перечисления ПАО «Тимер Банк» денежных средств во исполнение обязательств по депозитным договорам № ДД/14/16 от 28.01.2016, № ДД/15/16 от 28.01.2016 и № ДД27/16 от 15.02.2016 на расчетные счета НО «ГЖФ при Президенте РТ», истец перечисляет данные денежные средства на счет ПАО «Татфондбанк» (кредитора) по реквизитам, указанным в соглашениях.

В соответствии с Определением Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2000 № 2-В00-20 участники сделки вправе заменить предмет обязательства по первоначальной сделке и принять на себя новые обязательства, которые прекращают действие ранее достигнутых договоренностей.

Истец полагает, что подписав спорные соглашения о переводе долга, он, таким образом, прекратил со своей стороны права и обязательства по депозитным договорам, но у истца возникло обязательство по осуществлению транзитных переводов (перечислению) денежных средств, направленных ПАО «Тимер Банк» в ПАО «Татфондбанк» через НО «ГЖФ при Президенте РТ», что истец и делал, направляя денежные средства, поступавшие от ПАО «Тимер Банк», на счет ПАО «Татфондбанк».

Согласно статье 414 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательство прекращается соглашением сторон о замене первоначального обязательства, существовавшего между ними, другим обязательством между теми же лицами (новация), если иное не установлено законом или не вытекает из существа отношений. Новация прекращает дополнительные обязательства, связанные с первоначальным обязательством, если иное не предусмотрено соглашением сторон.

Возражая против удовлетворения исковых требований, ответчик сослался на следующие обстоятельства.

В обоснование исковых требований истец указал, что полагает дополнительные соглашения ничтожными по причине подписания их со стороны истца, в то время как 29.02.2016 и 10.03.2016 между ПАО «Тимер Банк», НО «ГЖФ при Президенте РТ» и ПАО «Татфондбанк» заключены соглашения о переводе долга № 289-1/ф и 310-1/ф соответственно. В соответствии с условиями соглашений о переводе долга ПАО «Тимер Банк» приняло долг НО «ГЖФ при Президенте РТ» перед ПАО «Татфондбанк» и, соответственно, НО «ГЖФ при Президенте РТ» выбыла из кредитных правоотношений и из отношений по поводу депозитного договора и не имела полномочий для подписания дополнительных соглашений к депозитным договорам.

Истец в исковом заявлении сослался на то, что спорные дополнительные соглашения к депозитным договорам нарушают права и законные интересы третьего лица – ПАО «Татфондбанк», при этом истец не указал, какой охраняемый личный законный интерес он пытается защитить предъявленным иском.

Заявляя требования о признании дополнительных соглашений недействительными, истец, как сторона оспариваемых дополнительных соглашений, самостоятельного защищаемого законом интереса в признании оспариваемых соглашений не указал и не обосновал, каким образом удовлетворение исковых требований восстановит его права.

Истец указал, что исковое заявление направлено на защиту прав и интересов третьего лица – ПАО «Татфондбанк».

Вместе с тем, ПАО «Татфондбанк» требований о признании недействительными дополнительных соглашений к депозитному договору не заявляет и, более того, третье лицо в предварительном судебном заседании в суде первой инстанции полагало иск не подлежащим удовлетворению, а его права и интересы не затронутыми данными соглашениями.

Следовательно, лицо, в защиту интересов которого предъявлено исковое требование, не возражает относительно действительности оспариваемых дополнительных соглашений, порядка и срока выплаты процентов по депозитам, установленным спорными дополнительными соглашениями.

Кроме того, судом первой инстанции обоснованно принято во внимание, что в рамках дела №А65-14261/2017 ПАО «Татфондбанк» обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с иском к НО «ГЖФ при Президенте РТ» о взыскании суммы задолженности в размере 850000000 руб., процентов за пользование кредитом в размере 13702185 руб. 79 коп. и пени в размере 73994431 руб. 09 коп. по кредитным договорам 

<

***> от 29.01.2016 и № КК 05/16/214-1/Ф от 16.02.2016.

Отсутствие нарушенного права и неспособность его восстановить предъявленным иском являются самостоятельным и достаточным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

Из материалов дела усматривается, что заявляя исковые требования, истец сослался на недействительность (ничтожность) дополнительных соглашений по основанию отсутствия у истца правомочий на их подписание.

В обоснование данного заявления истец указал на то, что подписание дополнительных соглашений к депозитным договорам со стороны ПАО «Тимер Банк» и НО «ГЖФ при Президенте РТ» повлекло нарушение прав и интересов ПАО «Татфондбанк», так как с момента подписания соглашений о переводе долга № 289-1/Ф от 29.02.2016 и № 310-1/Ф от 10.03.2016 стороной депозитных договоров является ПАО «Тимер Банк».

По мнению истца, оспариваемые им дополнительные соглашения к депозитным договорам со стороны НО «ГЖФ при Президенте РТ» были подписаны за пределами полномочий договоров, так как НО «ГЖФ при Президенте РТ» уже не являлся стороной депозитных договоров, НО «ГЖФ при Президенте РТ» со своей стороны не проявляла волю на сохранение сделок – депозитных договоров № ДД/14/16 от 28.01.2016, №ДД/15/16 от 28.01.2016 и  № ДД27/16 от 15.02.2016.

Данные доводы обоснованно отклонены судом первой инстанции по следующим основаниям.

Согласно пункту 1 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как то: передать имущество, выполнить работу, оказать услугу, внести вклад в совместную деятельность, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности.

В соответствии с абзацем 1 пункта 3 статьи 308 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательство не создает обязанностей для лиц, не участвующих в нем в качестве сторон (для третьих лиц).

Как следует из материалов дела, депозитные договоры № ДД/14/16 от 28.01.2016, №ДД/15/16 от 28.01.2016 и  № ДД27/16 от 15.02.2016 были подписаны надлежащими представителями истца и ответчика, исполнялись, банк оплачивал истцу проценты за пользование денежными средствами.

Дополнительные соглашения № 1 от 20.04.2016, № 1-2 от 15.07.2016 к депозитному договору № ДД/14/16 от 28.01.2016, № 1 от 20.04.2016 к депозитному договору №ДД/15/16 от 28.01.2016, № 1 от 20.04.2016 к депозитному договору № ДД/27/16 от 15.02.2016 также подписаны уполномоченными представителями истца и ответчика.

Согласно пунктам 7 соглашений о переводе долга № 289-1Ф от 30.02.2016 и № 310-1/Ф от 10.03.2016 в случае продолжения отношений по осуществлению расчетов через расчетные счета должника (истца) по перечислению денежных средств по депозитным договорам № ДД/14/16 от 28.01.2016, № ДД/15/16 от 28.01.2016, с учетом всех дополнительных соглашений к ним, к кредитному договору № КК 04/16 от 29.01.2016, всех дополнительных соглашений к нему, указанные отношения не являются обязательствами должника (истца), и последний не несет ответственности и не отвечает за исполнение обязательств нового должника перед кредитором по кредитному договору 

<

***> от 29.01.2016, с учетом всех дополнительных соглашений.

В силу пунктов 8 соглашений о переводе долга № 289-1Ф от 30.02.2016 и № 310-1/Ф от 10.03.2016 в случае перечисления новым должником (ответчиком) денежных средств во исполнение обязательств по депозитным договорам № ДД/14/16 от 28.01.2016, №ДД/15/16 от 28.01.2016, с учетом всех дополнительных соглашений к ним, на расчетные счета должника (ответчика), должник перечисляет данные денежные средства на счет кредитора (третьего лица).

В силу пункта 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано обязательными для сторон правилами, установленными законом или иными правовыми актами (императивными нормами), действующими в момент его заключения (статья 422 Гражданского кодекса Российской Федерации). В случаях, когда условие договора предусмотрено нормой, которая применяется постольку, поскольку соглашением сторон не установлено иное (диспозитивная норма), стороны могут своим соглашением исключить ее применение либо установить условие, отличное от предусмотренного в ней.

При отсутствии такого соглашения условие договора определяется диспозитивной нормой.

В Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах» разъяснено, что в соответствии с пунктом 2 статьи 1 и статьей 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Статьей 431 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Оценив вышеупомянутые условия в соответствии с правилами статей 421, 422, 431 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что стороны предусмотрели последовательность своих действий в случае продолжения отношений по депозитным договорам и перечисления денежных средств ответчиком третьему лицу, а также в случае продолжения отношений по осуществлению расчетов через расчетные счета должника (истца) по перечислению денежных средств по депозитным договорам.

При таких обстоятельствах само по себе подписание истцом оспариваемых дополнительных соглашений не свидетельствует об их недействительности.

Доказательств наличия иных оснований для признания оспариваемых соглашений недействительными истцом в материалы дела не представлено.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 70 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки (пункт 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Сторона сделки, из поведения которой явствует воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать эту сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать, когда проявляла волю на сохранение сделки (пункт 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Сторонами не оспаривалось, что ответчик осуществлял выплату процентов по депозитным договорам. Каких-либо возражений, адресованных ответчику по поводу правомочности заключения спорных дополнительных соглашений и предоставления по ним денежных средств, истцом на протяжении всего периода действия договоров и после заключения дополнительных соглашений к ним не заявлялось.

Поскольку оспариваемые дополнительные соглашения, как и сами депозитные договоры, исполнялись их сторонами, проценты уплачивались, заявление истца о недействительности дополнительных соглашений не имеет правового значения, поскольку его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки (пункт 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При таких обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении исковых требований.

Ответчиком в суде апелляционной инстанции заявлено письменное ходатайство о приостановлении производства по настоящему делу №А65-8086/2018 до вступления в законную силу судебного акта по делу №А65-11894/2017.

Ходатайство ответчика о приостановлении производства по делу с учетом правовой позиции, изложенной в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 57 от 23.07.2009 «О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств», оставлено судом апелляционной инстанции без удовлетворения в связи с отсутствием оснований, предусмотренных статьями 143, 144 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Доводы, приведенные в апелляционных жалобах, были предметом рассмотрения в суде первой инстанции и им дана надлежащая правовая оценка.

Данные доводы не опровергают установленные по делу обстоятельства и не могут поставить под сомнение правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, а по существу сводятся к несогласию сторон с оценкой судом представленных в материалы дела доказательств и исследованных обстоятельств, что не может служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

На основании изложенного арбитражный апелляционный суд считает, что обжалуемое сторонами решение принято судом первой инстанции обоснованно, в соответствии с требованиями норм материального и процессуального права, и основания для его отмены отсутствуют.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины по апелляционным жалобам подлежат отнесению на заявителей жалоб.

Руководствуясь статьями 101, 110, 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 31 мая 2018 года по делу №А65-8086/2018 оставить без изменения, апелляционные жалобы некоммерческой организации «Государственный жилищный фонд при Президенте Республики Татарстан» и публичного акционерного общества «Тимер Банк» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа.

 

Председательствующий судья

 

Судьи

В.А. Морозов

 

Е.Г. Демина

 

О.Е. Шадрина