904/2023-101242(1) 

 

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

443070, г. Самара, ул. Аэродромная 11 «А», тел. 273-36-45 

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 апелляционной инстанции по проверке законности и обоснованности судебного акта

Дело № А65-27889/2020

г. Самара

22 мая 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 15 мая 2023 года. Полный текст постановления изготовлен 22 мая 2023 года. 

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: Председательствующего судьи Гольдштейна Д.К., судей Гадеевой Л.Р., Львова Я.А., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Рассказовой А.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда по адресу: 

<

...>, апелляционные жалобы ФИО1 ФИО2,  ФИО3 на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 09.12.2022  по заявлению ФИО3, конкурсного управляющего ООО «Клеон  Медикал» о привлечении к субсидиарной бывших руководителей должника по делу о  несостоятельности (банкротстве) ООО «Клеон Медикал», г. Казань (ИНН 

<

***>,  ОГРН 

<

***>)  

при участии в судебном заседании:  

представитель ФИО4 – ФИО5 доверенность от 29.10.2020.  представитель ФИО6 – ФИО5 доверенность от 17.07.2020  представитель ФИО1 – ФИО7 доверенность от 12.03.2021  представитель ФИО3 – ФИО7 доверенность от 14.02.2022  представитель ООО «КЛЕОН» – ФИО5 доверенность от 17.07.2020.  

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 14.05.2021 ООО «Клеон  Медикал», признано несостоятельным (банкротом) и введена процедура конкурсного  производства.  

ФИО3 обратился в Арбитражный суд Республики Татарстан  с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4, ФИО6 по обязательствам ООО «Клеон  Медикал».  

Конкурсный управляющий должника обратился в Арбитражный суд Республики  Татарстан с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4, ФИО6, ФИО2, ФИО1 по обязательствам ООО «Клеон  Медикал».  

Определением суда от 21.03.2022 объединены в одно производство обособленный  спор по заявлению конкурсного управляющего ООО «Клеон Медикал» с обособленным  

спором по заявлению ФИО3 для их совместного рассмотрения.  

По результатам рассмотрения обособленного спора Арбитражный суд Республики  Татарстан вынес определение 09.12.2022 следующего содержания:  

«Установить наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности  по обязательствам Общества с ограниченной ответственностью «Клеон Медикал»  ФИО2, ФИО1  

В удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности  ФИО6, ФИО4 отказать.  

Производство по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности  приостановить до окончания расчетов с кредиторами.».  

ФИО1, ФИО2, ФИО3 обратились в Одиннадцатый  арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами на определение  Арбитражного суда Республики Татарстан от 09.12.2022. Вышеуказанные апелляционная  жалобы приняты к производству определениями Одиннадцатого арбитражного  апелляционного суда от 21.12.2022, от 27.12.2022, от 12.01.2023.  

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, о времени и  месте судебного заседания размещена на официальном сайте Одиннадцатого  арбитражного апелляционного суда в информационно-телекоммуникационной сети  «Интернет» по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным  статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

В судебном заседании суда апелляционной инстанции явившиеся представители  участников спора представили суду объяснения относительно заявленных требований и  возражений.  

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и  месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения  информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах  Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской  Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих  представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба  рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).  

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в  соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой  инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов  содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и  имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд  считает обжалуемый судебный акт подлежащим частично отмене, исходя из следующего.  

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223  АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом  по правилам, предусмотренным настоящим АПК РФ, с особенностями, установленными  федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).  

Как следует из материалов дела, конкурсный управляющий обратился с  заявлением о привлечении руководителей и учредителей должника ФИО2, ФИО6, ФИО1,  ФИО4 к субсидиарной ответственности в связи с неподачей  заявления о признании должника банкротом и за непередачу документации и имущества  должника, а также в уточненном заявлении (от 01.11.2022) просил привлечь к  ответственности ФИО2 за непринятие мер к своевременному востребованию  дебиторской задолженности.  

ФИО3 в заявлении о привлечении к субсидиарной  ответственности ФИО4, ФИО6  по обязательствам ООО «Клеон Медикал» просил привлечь их к такой ответственности,  ссылаясь на совершение заведомо убыточных сделок, неисполнение обязанности по  

подаче заявления о банкротства должника, злоупотребление правом.  

Судом первой инстанции указано, что ООО «Клеон Медикал» зарегистрировано в  качестве юридического лица 14.10.2014. Учредителями ООО «Клеон Медикал» являются  ФИО4 и ФИО1, владеющие долей в  размере 50% уставного капитала ООО «Клеон Медикал» каждая. Директором ООО  «Клеон Медикал» в период с 14.10.2014 по 27.06.2017 (до момента введения процедуры  конкурсного производства в отношении ООО «Клеон Медикал» в рамках дела А6525925/2016) являлся ФИО6.  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 15.11.2016 по  заявлению ФИО1 возбуждено дело № А65-25925/2016 о несостоятельности ООО  «Клеон Медикал».  

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 04.07.2017 по делу № А6525925/2016 ООО «Клеон Медикал» признано несостоятельным (банкротом) и в  отношении него открыто конкурное производство, конкурсным управляющим утвержден  ФИО2  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.12.2018 по делу   № А65-25925/2016 производство по делу о банкротстве должника прекращено в связи с  погашением ФИО4 требований конкурсных кредиторов – ФИО1 и  ФИО3 на сумму в размере 1 923 552 руб.  

01.02.2019 в ЕГРЮЛ за государственным регистрационным номером  2191690152564 была внесена в реестр запись о возложении на ФИО6 полномочий лица, имеющего право без доверенности действовать от имени  ООО «Клеон Медикал».  

14.02.2019г. ФИО1 подала в Арбитражный суд Республики Татарстан иск  о признании незаконными действий МИФНС № 18 по Республике Татарстан по  внесению указанной записи (дело № А65-3940/2019).  

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.11.2019  признано незаконным решение Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы   № 18 по Республике Татарстан о внесении в Единый государственный реестр  юридических лиц записи за государственным регистрационным номером 2191690152564  от 01.02.2019 в виде внесения в реестр записи о возложении на ФИО6 полномочий лица, имеющего право без доверенности действовать от имени  общества с ограниченной ответственностью «Клеон Медикал».  

Суд первой инстанции указал, что таким образом в период с 27.12.2018 по  01.02.2019 согласно данным ЕГРЮЛ руководителем должника являлся ФИО2,  01.02.2019 в ЕГРЮЛ была внесена запись о том, что руководителем должника является  бывший его руководитель ФИО6, 15.11.2019 постановлением Одиннадцатого  арбитражного апелляционного суда по делу № А65-3940/2019 данная запись была  признана недействительной, 26.11.2019 в ЕГРЮЛ была внесена запись о том, что  руководителем является ФИО2  

Конкурсное производство в рамках настоящего дела была введена 21.05.2021. 

В связи с наличием корпоративного спора между участниками Общества –  ФИО1 и ФИО4 общим собранием участников ООО «Клеон Медикал»  не был избран новый директор. До введения процедуры конкурсного производства в  рамках настоящего дела исполняющим обязанности руководителя ООО «Клеон  Медикал» был ФИО2  

 Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 01.12.2020 по  заявлению ФИО4 возбуждено дело № А65-27889/2020 о несостоятельности  ООО «Клеон Медикал».  

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 14.05.2021 по делу № А6527889/2020 ООО «Клеон Медикал», признано несостоятельным (банкротом) и введена  процедура конкурсного производства.  

Как установил суд первой инстанции, одним из оснований для привлечения к  субсидиарной ответственности ответчиков является не передача конкурсному  

управляющему документов, относящихся к деятельности должника.  

Суд первой инстанции указал, что определением Арбитражного суда Республики  Татарстан от 25.03.2022, постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного  суда от 27.06.2022, постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от  22.09.2022 по делу № А65-27889/2020 отказано конкурсному управляющему в  истребовании документов у ФИО2 и ФИО6, как фактически  отсутствующих у данных лиц.  

Суд первой инстанции указал, что привлечение к субсидиарной ответственности  ФИО4 и ФИО1 по указанным основаниям, также не представляется  возможным в связи с тем, что требования бывшего конкурсного управляющего ФИО8 о передаче документов к ним не заявлялось, в судебном порядке документы не  истребовались. Доказательств того, что у указанных лиц могут находится относящиеся к  деятельности должника, не имеется.  

Относительно нарушения обязанности по обращению в суд с заявлением  должника, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что подать соответствующее  заявление о признании должника банкротом могли лишь ФИО2 или ФИО6 Однако, поскольку после прекращения производства по делу № А65-25925/2016  запись в ЕГРЮЛ в отношении ФИО6 как руководителя должника была  признана недействительной, суд первой инстанции посчитал, что ФИО6 не имел  возможности обратиться в суд с соответствующим заявлением.  

Суд первой инстанции указал, что ряд обязательств должника перед кредиторами  возникли в 2018 году, что подтверждается требованиями о включении в реестр  требований кредиторов:  

- ООО «Клеон» (основание возникновения прав требования - Дополнительное  определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 04.10.2018 по делу А6525925/2016),  

- ФИО4 (основание возникновения прав требования - Заочное решение  Приволжского районного суда г. Казани по делу № 2-1371/2019 от 18.12.2019,  Апелляционное определение ВС Республики Татарстан от 01.10.2020),  

- ФИО2 (основание возникновения прав требования - Определение  Арбитражного суда Республики Татарстан от 20.01.2020 года по делу № А65-25925/2016).  

Суд первой инстанции указал, что производство по делу № А65-25925/2016 о  банкротстве ООО «Клеон Медикал» было прекращено определением Арбитражного суда  Республики Татарстан от 27.12.2018 и срок для подачи заявления о признании должника  банкротом истекал 30.01.2019.  

Кроме того, как указал суд первой инстанции, в рамках дела № А65-25925/2016  определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.05.2017 была установлена  задолженность ООО ТД «ВладМед» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),  участником и директором которого являлась ФИО1 перед ООО «Клеон Медикал»  в размере 125 028,00 руб.  

При этом ФИО2, являясь конкурсным управляющим должника, а после  прекращения процедуры банкротства ООО «Клеон Медикал» в рамках дела № А6525925/2016 исполняя обязанности единоличного исполнительного органа ООО «Клеон  Медикал», соответствующую задолженность с ООО ТД «ВладМед» не взыскивал, с  исковым заявлением в суд не обращался. Между тем, ООО ТД «ВладМед» прекратило  свою деятельность 19.03.2020 согласно данным ЕГРЮЛ, то есть возможность взыскания  утрачена.  

Кроме того, решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 31.08.2016 по  делу А65-7723/2016 с ООО «Медицинская компания ДИАЛМЕД» (ОГРН 

<

***>,  ИНН 

<

***>) в пользу ООО «Клеон Медикал» взыскано 9 720 руб., исполнительный  лист выдан 27.01.2017. Однако ФИО2 исполнительный лист ко взысканию не  предъявлял, иным образом задолженность не взыскивал.  

В указанной связи, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что  привлечению к ответственности за неисполнение обязанности по подаче заявления  

должника, а также по статье 61.11 Закона о банкротстве подлежит ФИО2  

 Кроме того, суд первой инстанции отметил, что поскольку ФИО4 и  ФИО1 являлись участниками должника с равными долями в уставном капитале  (50%), указанные лица обязаны были созвать собрание участников должника и принять  решение об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника  банкротом, чего сделано не было.  

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что ФИО4 подала  заявление о признании должника банкротом самостоятельно в обход проведения общего  собрания, что, однако, подтверждает исполнение возложенной на нее обязанности по  подаче соответствующего заявления.  

Однако довод ФИО1 о подаче заявления о признании должника  банкротом в рамках дела № А65-25925/2016 и исполнение таким образом  соответствующей обязанности суд первой инстанции отклонил, указав, что процедура  банкротства по указанному делу была прекращена и обязанности подать заявление о  признании должника банкротом вновь возникла 30.01.2019 при наличии все тех же не  погашенных долгов.  

В указанной связи суд первой инстанции посчитал, что привлечению к  ответственности за неисполнение обязанности по подаче заявления должника, а также п.2  ст.61.12 Закона о банкротстве подлежит ФИО1  

Оценивая доводы заявления ФИО3, который просил привлечь к  субсидиарной ответственности лишь ФИО4 и ФИО6, ссылаясь на  совершение ряда сделок этими лицами со злоупотреблением должностными  обязанностями и во вред кредиторам ООО «Клеон Медикал» суд первой инстанции  указал следующее.  

Как установил суд первой инстанции, ФИО3, в том числе ссылался на  признание недействительной сделки на сумму 1129000,00 руб., тогда как обязательства  ФИО4 перед ООО «Клеон Медикал» на указанную сумму признаны  исполненными определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 30.10.2020  по делу № А65-25925/2016.  

Суд первой инстанции указал, что специальными нормами Закона о банкротстве  предусмотрены следующие сроки исковой давности: один год (согласно пункту 5 статьи  10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013г. № 134-ФЗ) и три  года (согласно пункту 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве в редакции Федерального  закона от 29.07.2017г. № 266-ФЗ).  

Как отметил суд первой инстанции, поскольку рассматриваемые действия  (бездействие) ФИО4 – участника ООО «Клеон Медикал»  имели место до 01.07.2017, а конкурсное производство в отношении ООО «Клеон  Медикал» в рамках дела А65-25925/2016 было введено решением Арбитражного суда  Республики Татарстан от 27.06.2017, в данном случае должен применяться годичный срок  исковой давности.  

Срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной  ответственности, по общему правилу, исчисляется с момента, когда действующий в  интересах всех кредиторов арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о  наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности  следующих обстоятельств: о лице, имеющем статус контролирующего, его  неправомерных действиях (бездействии), причинивших вред кредиторам и влекущих за  собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для  проведения расчетов со всеми кредиторами (без выяснения точного размера такой  недостаточности).  

Суд первой инстанции указал, что в процедуре наблюдения по настоящему делу  временным управляющим являлся ФИО8 и в процедуре наблюдения у временного  управляющего имелись сведения о финансовом состоянии должника, о чем  свидетельствует подготовленный финансовый анализ. Таким образом, как установил суд  первой инстанции, годичный срок для предъявления требования о привлечении к  

субсидиарной ответственности начал течь с 22.01.2021 (поскольку 21.01.2021 объявлена  резолютивная часть решения о признании должника банкротом), тогда как с заявлением о  привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности ФИО8 обратился 08.02.2022, то есть с пропуском годичного срока.  

 При этом, относительно заявления ФИО3 о привлечении к субсидиарной  ответственности ФИО4 и ФИО6 суд первой инстанции указал также  следующее.  

ФИО3 являлся участником дела – конкурсным кредитором ООО «Клеон  Медикал» в рамках дела № А65-25925/2016 и течение годичного срока исковой давности  необходимо исчислять с момента включения ФИО3 в реестр требований  кредиторов в рамках дела № А65-25925/2016, а именно с 19.07.2017, поскольку  определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 06.03.2017 по делу А6525925/2016 включены требования Федеральной налоговой службы в размере 3510 руб.  долга, 185 руб. 23 коп. пеней, 1000 руб. штрафов в реестр требований кредиторов  должника, а затем определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.07.2017  произведено процессуальное правопреемство на ФИО3.  

Кроме того, как установил суд первой инстанции, по окончании процедуры  конкурсного производства в рамках дела № А65-25925/2016 право требования  вознаграждения конкурсного управляющего ФИО2, установленное определением  Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.12.2018, было уступлено ФИО1,  а в дальнейшем передано ФИО3  

При этом определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 20.01.2020  по делу № А65-25925/2016 произведено процессуальное правопреемство путем замены  взыскателя - ФИО2 на ФИО3 о взыскании с общества с ООО «Клеон  Медикал» в пользу ФИО2 денежных средств в размере 62577 руб. 12 коп.  расходов по делу о банкротстве, 728 709 руб. фиксированного вознаграждения  временного и конкурсного управляющего ООО «Клеон Медикал».  

Суд первой инстанции указал, что процедура конкурсного производства в  отношении ООО «Клеон Медикал» в рамках дела А65-25925/2016 была прекращена  определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.12.2018, тогда как  ФИО3 обратился с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к  субсидиарной ответственности 28.12.2021 за пределами срока исковой давности.  

При указанных обстоятельствах суд первой инстанции посчитал, что по  заявлениям ФИО3 и конкурсного управляющего ООО «Клеон Медикал» о  привлечении ФИО4 и ФИО6 пропущен срок исковой давности.  

С учетом перечисленных обстоятельств, суд первой инстанции пришел к выводу о  доказанности оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по  обязательствам ООО «Клеон Медикал» в отношении ФИО2, ФИО1 и  отказал в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в  отношении ФИО6, ФИО4  

Также суд первой инстанции приостановил производство по спору в соответствии  с пунктом 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве до окончания расчетов с кредиторами.  

Арбитражный апелляционный суд не может согласиться с выводами суда первой  инстанции в части удовлетворения заявленных требований.  

Закон о банкротстве предусматривает два юридических состава для привлечения к  субсидиарной ответственности по обязательствам должника-банкрота: невозможность  полного погашения требований кредиторов и неподачу (несвоевременную подачу)  заявления должника. В связи с этим причинение субсидиарным ответчиком вреда  кредиторам должника-банкрота происходит при наступлении объективных признаков  составов этих правонарушений, обозначенных в статьях 61.11 и 61.12 Закона о  банкротстве.  

В абзаце третьем пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве установлено  правило, согласно которому в размер субсидиарной ответственности не включаются  требования, принадлежащие ответчику либо заинтересованным по отношению к нему  

лицам, институт субсидиарной ответственности является правовым механизмом защиты  нарушенных прав конкурсных кредиторов, возмещения причиненного им вреда, при  разрешении требования о привлечении к субсидиарной ответственности интересы  кредиторов противопоставляются лицам, управлявшим должником, контролировавшим  его финансово-хозяйственную деятельность.  

Требование о привлечении к субсидиарной ответственности в материально-правовом смысле принадлежит независимым от должника кредиторам и не может  служить средством разрешения корпоративного конфликта (пункт 13 Обзора судебной  практики Верховного Суда Российской Федерации № 4(2020), утв. Президиумом  Верховного Суда Российской Федерации 23.12.2020). Предъявление подобного иска, в  интересах в том числе заинтересованных по отношению к должнику кредиторов,  направлено на компенсацию последствий неудачных действий, в том числе бывшего  руководителя должника, являющегося соучредителем общества, по вхождению в капитал  должника и инвестированию в его бизнес. В то же время механизм привлечения к  субсидиарной ответственности не может быть использован для разрешения  корпоративных споров.  

В настоящем случае требование к ответчикам проистекают из  внутрикорпоративных отношений, что является недопустимым при рассмотрении дел о  несостоятельности (банкротстве) (определение Верховного Суда Российской Федерации  от 07.04.2022 № 305-ЭС21-25552.  

В настоящее время в реестр требований кредиторов должника включены  требования ФИО4 (участник должника с долей 50 % в уставном капитале),  ООО «Клеон» (руководитель и единственный участник – ФИО4), ФИО3 - лицо, аффилированное другому участнику должника с долей 50 % в уставном  капитале – ФИО1 (руководитель ООО «Медицинская компания Клеон» ОГРН  

<

***>, в котором ФИО1 является единственным участником), а также  ФИО2 с требованием на сумму 35 000 руб. в виде вознаграждения за исполнение  обязанностей руководителя должника после прекращения производства по делу № А6525925/2016 (установленным определением Арбитражного суда Республики Татарстан от  21.06.2021).  

Иные требования в реестр требований кредиторов должника согласно отчету  конкурсного управляющего должника от 17.03.2023, реестру требований кредиторов  должника, данным информационного ресурса Картотека арбитражных дел,  расположенного на официальном сайте арбитражных судов в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (https://kad.arbitr.ru) в указанный реестр не  включены (установленные требования ФНС России переданы ФИО4  (определения Арбитражного суда Республики Татарстан от 09.06.2021, от 11.06.2021).  

Кроме того, требования ФИО3 на сумму 791 286,12 руб. представляют  собой требование о выплате вознаграждения конкурсному управляющему ФИО2  по делу № А65-25925/2016, уступленное ФИО1, а затем ФИО3  (определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 07.06.2021).  

По мнению судебной коллегии, в рассматриваемом случае взаимные претензии  участников корпорации (заинтересованных по отношению к ним лиц) не могут являться  основанием для ответственности по правилам главы III.2 Закона о банкротстве.  

Обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент,  когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой  практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств,  упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.  

В силу пункта 2 статьи 9 Закона о банкротстве, заявление должника должно быть  направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи,  в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения  соответствующих обстоятельств.  

Пунктом 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О  некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к  

ответственности при банкротстве» разъяснено, что согласно общим положениям пункта 2  статьи 61.12 Закона о банкротстве, размер субсидиарной ответственности руководителя  равен совокупному размеру обязательств должника (в том числе по обязательным  платежам), возникших в период со дня истечения месячного срока, предусмотренного  пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве.  

Таким образом, в статьях 9 и 61.12 (ранее – статье 10) Закона о банкротстве  исчерпывающе определены условия для привлечения руководителя должника,  ответственного за подачу должником в арбитражный суд заявления о банкротстве, к  субсидиарной ответственности по обязательствам должника, равно как и размер такой  ответственности.  

Из содержания приведенных норм следует, что доказыванию подлежат точные  даты возникновения перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве  обстоятельств и возникновения у соответствующего лица обязанности подать заявление о  банкротстве должника.  

Кроме того, доказыванию подлежит также точная дата возникновения  обязательств, к субсидиарной ответственности по которым привлекается лицо из  перечисленных в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве оснований.  

В предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к  ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит  установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий,  перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона; момент возникновения данного условия; факт  неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со  дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших  после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о  банкротстве (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 21.10.2019 № 305- ЭС19-9992).  

Вопреки доводам заявителей, доказательства, подтверждающие наличие у  должника обязательств перед кредиторами, возникших после прекращения производства  по делу № А65-25925/2016, при рассмотрении настоящего обособленного спора не были  представлены.  

Ссылки на состоявшиеся судебные акты как основание возникновения прав  требования (ООО «Клеон» – дополнительное определение Арбитражного суда  Республики Татарстан от 04.10.2018 по делу А65-25925/2016), ФИО4 – заочное  решение Приволжского районного суда г. Казани по делу № 2-1371/2019 от 18.12.2019,  ФИО2 – определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 20.01.2020 года  по делу № А65-25925/2016) ошибочны, поскольку все перечисленные обязательства  возникли в процессе рассмотрения дела № А65-25925/2016 и в связи с указанным делом:  обязанность перед ООО «Клеон» возникла из последствий недействительности  признанной в деле № А65-25925/2016 сделки; обязанность перед ФИО4  возникла в связи с удовлетворением ей требований кредиторов по делу № А65-25925/2016  (пункт 14 статьи 113 Закона о банкротстве); требования ФИО2 (ФИО3)  обусловлены взысканием вознаграждения арбитражного управляющего по делу № А6525925/2016.  

Применительно к юридическому составу правонарушения предусмотренному  статьей 61.12 Закона о банкротстве, законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в  виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он  должен был публично сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и  негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению  предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно  неспособному передать встречное исполнение.  

В рассматриваемом случае не имелось кредиторов, введенных в заблуждение и  предоставивших исполнение должнику, являющемуся банкротом.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное  

погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия  контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по  обязательствам должника.  

Вопросы сбора и надлежащего хранения и передачи конкурсному управляющему  документации должника имеют особую актуальность, анализ которой позволяет  осуществлять основные мероприятия конкурсного производства, в частности, определять  круг контролирующих лиц, наличие оснований для привлечения их к ответственности,  иным образом пополнять конкурсную массу путем взыскания дебиторской  задолженности, виндикации имущества, оспаривания сделок и прочее.  

Невозможность совершения указанных действия является существенным  затруднением проведения процедур банкротства (абзац шестой пункта 24 Постановление   № 53).  

Принятие судом определения об истребовании документов само по себе не  подтверждает основания для субсидиарной ответственности, поскольку в любом случае,  помимо непередачи документов заявитель должен обосновать невозможность  формирования конкурсной массы ввиду непередачи соответствующих конкретных  документов должника. В рассматриваемом случае какие-либо документы должника от  лиц в судебном порядке не истребованы, а объяснения заявителей не содержат доводов  относительно того, каким именно образом и непередача каких именно документов  сделала невозможной формирование конкурсной массы должника.  

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, содержащему  положение, аналогичное ранее закрепленному в пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве,  пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов  невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица  когда причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате  совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или  нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица),  включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.  

При этом в абзаце 4 пункта 23 Постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с  привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»  разъяснено, что по смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения  презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в  законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется.  

В подпункте 5 пункта 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков  лицами, входящими в состав органов юридического лица» разъяснено, что  недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в  частности, когда директор, в том числе, знал или должен был знать о том, что его  действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического  лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных  для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство  лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).  

ФИО3 в обоснование заявленных требований ссылался на совершение  должником сделок с ФИО4, ООО «Клеон» (аффилированным ФИО4), в том числе признанных недействительными в деле № А65-25925/2016  (определения Арбитражного суда Республики Татарстан от 24.09.2018, от 16.10.2018).  

В то же время, обязательства ФИО4 перед ООО «Клеон Медикал» на  сумму 1129000,00 руб. признаны исполненными определением Арбитражного суда  Республики Татарстан от 30.10.2020 по делу № А65-25925/2016; из отчета конкурсного  управляющего от 17.03.2023 следует, что обязательства ООО «Клеон» исполнены в  значительной сумме (1 220 894,48 руб.), при этом должник имеет перед ООО «Клеон»  задолженность в существенно большем размере.  

Ответственность ФИО2 как арбитражного управляющего за непринятие  

мер к взысканию дебиторской задолженности может быть реализована пунктом 53  Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от  22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел  о банкротстве».  

Его ответственность за упомянутое как исполняющего обязанности руководителя  должника после прекращения производства по делу А65-25925/2016 в форме убытков  могла быть установлена в настоящем споре, однако из материалов дела не следуют  обстоятельства, на которые ссылался конкурсный управляющий в отношении такой  ответственности ФИО2  

Вопреки доводам заявителя определением Арбитражного суда Республики  Татарстан от 19.05.2017 задолженность ООО ТД «ВладМед» перед ООО «Клеон  Медикал» в размере 125 028,00 руб. не установлена. Указание в судебном акте на  состоявшиеся взаиморасчеты не подтверждает наличие долга, с учетом также того, что  ФИО2 указывал на то, что при рассмотрении дела № А65-25925/2016 ему не  передавались документы, обосновывающие задолженность ООО ТД «ВладМед», равно  как и информация о наличии исполнительного листа по решению Арбитражного суда  Республики Татарстан от 31.08.2016 по делу № А65-7723/2016 на взыскание  задолженности с ООО «Медицинская компания ДИАЛМЕД».  

С учетом изложенного, по мнению апелляционного суда, в рассматриваемом  случае не доказано наличие совокупности обстоятельств, свидетельствующих о наличии  оснований для привлечения лиц к субсидиарной ответственности.  

Учитывая указанные обстоятельства, обжалуемый судебный акт подлежит  частичной отмене по основаниям, предусмотренным п.п. 1, 4 ч. 1 ст. 270 АПК РФ, с  принятием в отмененной части нового судебного акта.  

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

1. Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 09.12.2022 по делу №  А65-27889/2020 отменить в части установления наличия оснований для привлечения к  субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Клеон Медикал» ФИО2, ФИО1 и в части приостановления  производства по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности до окончания  расчетов с кредиторами, в отменной части принять новый судебный акт об отказе в  удовлетворении заявленных требований в данной части.  

2. Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть  обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в срок, не превышающий одного  месяца со дня его вынесения, через арбитражный суд первой инстанции.  

Председательствующий Д.К. Гольдштейн 

Судьи Л.Р. Гадеева 

Я.А. Львов