Шестой арбитражный апелляционный суд 

улица Пушкина, дом 45, город Хабаровск, 680000, 

официальный сайт:  http://6aas.arbitr.ru

e-mail: info@6aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 06АП-272/2024

11 марта 2024 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 28 февраля 2024 года.                          Полный текст постановления изготовлен 11 марта 2024 года.

 

Шестой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего           Ротаря С.Б.,

судей                                                 Воробьевой Ю.А, Пичининой И.Е.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии в судебном заседании:

от конкурсного управляющего АО «СК «Агроэнегро» ФИО2: ФИО3, представителя по доверенности от 01.12.2023,

от Прокуратуры Хабаровского края: ФИО4, удостоверение, 

от АО «ДГК»: ФИО5, представителя по доверенности от 16.01.2023,

от ПАО «ДЭК»: ФИО6, представителя по доверенности от 01.06.2023;

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы Прокуратуры Хабаровского края, конкурсного управляющего АО «СК «Агроэнегро» ФИО2, Лесового Валентина Валентиновича

на определение от  18.12.2023

по делу № А73-4866/2018 (вх. 33056)

Арбитражного суда Хабаровского края

по заявлению арбитражного управляющего ФИО2

о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества «Сельскохозяйственный комплекс «Агроэнерго». 

 

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Хабаровского края от 14.08.2019 (резолютивная часть объявлена 14.08.2019) в отношении акционерного общества «Сельскохозяйственный комплекс «Агроэнерго» (далее - АО «СК «Агроэнерго», должник) введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО8.

Решением суда от 06.11.2020 АО «СК «Агроэнерго» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства; исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на временного управляющего ФИО2.

            Определением суда от 23.11.2020 конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2

Конкурсный управляющий должником в рамках данного дела обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи имущества №564/хтск-16 от 28.12.2016, заключенного между должником и акционерным обществом «Дальневосточная генерирующая компания» (далее – АО «ДГК»), применении последствий недействительности сделки в виде возврата сооружения: газопровод-отвод, назначение: сооружение, протяженность 204,0 м., инв. № 404, расположенного по адресу: 

<

...> метров на северо-запад от свинокомплекса, кадастровый (или условный) номер: 27-27- 01/027/2012-349 в конкурсную массу должника.

Определением суда от 18.12.2023 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО2 (вх.33056) отказано.

            Не согласившись с принятым по делу судебным актом, Прокуратура Хабаровского края, конкурсный управляющий АО «СК «Агроэнегро» ФИО2, ФИО7 оспорили определение суда от 18.12.2023 в апелляционном порядке.

В обоснование отмены судебного акта заявители апелляционных жалоб указывают, что судом не выяснены все обстоятельства имеющие существенное значение для дела, выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

Считают, что доказательства, свидетельствующие о злонамеренности поведения должника и его контрагента, предшествующих заключению сделки, целью которой явилось уменьшение стоимости и размера имущества должника, их аффилированность, неравноценность встречного исполнения, осведомленность АО «ДГК» об ущемлении прав кредитора на момент совершения сделки, материалами обособленного спора подтверждены. 

В судебном заседании представители заявителей жалоб поддержали доводы, в них изложенные, просили оспоренное определение суда первой инстанции отменить.

В судебном заседании представители АО «ДГК» и ПАО «ДЭК» просили обжалуемое определение оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Из материалов дела следует, что в собственности АО «СК «Агроэнерго» с 17.02.2012 находилось недвижимое имущество газопровод-отвода к предприятию АО «СК «Агроэнерго», назначение: сооружение, протяженность 204,0 м., инв. № 404, расположенного по адресу: 

<

...> метров на северо-запад от свинокомплекса, кадастровый (или условный) номер: 27-27- 01/027/2012-349 в составе: 

- лит. А – Блок КИПиА (общая площадь) 18,6 кв. м., 

- Лит. Б. – Технологический блок (общая площадь – 16,2 кв. м.), 

- Лит.1 – Ограждение (протяженностью) – 130,0 кв. м., 

- оп.1-оп.3 – опоры освещения – 3 шт., 

- оп.4-оп.5 – опоры видеонаблюдения – 2 шт., 

- лит. I – емкость для хранения одоранта – 1,0 куб. м., 

- лит. II – емкость для сбора конденсата – 1,5 куб. м., 

- межблочный трубопровод АГРС (протяженность) 207,5 м. 

Имущество расположено на земельном участке с кадастровым номером 27:17:0329204:1479, площадью 12944 кв. м., по адресу: Хабаровский край, Хабаровский район, 2000 м на северо-запад от жилого дома № 3 по ул. Ленина, с Некрасовка; разрешенное использование – для размещения газовых магистральных сетей от кранового узла, площадки автоматизированной газораспределительной станции. 

Объект возведён в рамках проекта «Реконструкция предприятия ОАО «СК «Агроэнерго» (Некрасовский свиноводческий комплекс) в части перевода систем теплоснабжения на природный газ», заключение государственной экспертизы №129- 11/ХГЭ-1120/02 от 06.04.2011. 

В целях обеспечения эксплуатации объекта между ООО «Газпром трансгаз Томск» и ОАО «СК «Агроэнерго» имелся заключенный договор № 1540 от 01.03.2012 об оказании услуг по техническому обслуживанию и текущему ремонту газопровода-отвода и ГРС, объём ежемесячного размера расходов в ценах на 01.11.2011 согласован в Приложении № 2 договора на сумму 258 845,89 рубля в месяц, с возможностью ежегодного изменения сметы (раздел 3 договора). 

В рамках эксплуатации данного имущества, между должником (исполнитель) и ОАО «ДГК» (заказчик) заключен договор на оказание услуг по транспортировке газа № 386/83-15 от 22.05.2015, по условиям которого исполнитель обязался оказывать услуги по транспортировке газа, ресурсодержателем которого является заказчик по следующей схеме: начальный пункт – точка врезки магистрального газопровода, принадлежащего ОАО «СК «Агроэнерго», в газопровод отвод к ГРС-1 г. Хабаровска, принадлежащего ОАО «Дальтрансгаз»; конечный пункт – АГРС-5, принадлежащая ОАО «СК «Агроэнерго» (пункт 2.1 договора). 

Согласно разделу 6 договора, цена транспортировки обусловлена государственным регулируемым тарифом на цену транспортировки газа. 

Согласно Приложению № 2 к договору конечные потребители транспортируемого газа: 1 СП «Хабаровская ТЭЦ-2» КЦ№4 котельная в п. Некрасовка и ЛАЛ «СК «Агроэнерго» («Некрасовский свиноводческий комплекс»).

Также между должником (исполнитель) и ОАО «ДГК» (заказчик) заключен договор на оказание услуг по транспортировке газа № 531/83-15 от 10.08.2015, по условиям которого в пункте 2.1 и Приложении № 1, согласована транспортировка газа до точки подключения – котельная с. Некрасовка. 

При этом, между ОАО «ДГК» (поставщик) и ОАО «СК «Агроэнерго» (покупатель) имелся заключенный договор поставки газа №296/21-12 от 13.03.2012 по условиям которого, поставщик обеспечивает поставку газа до пункта - узел учёта газа АГРС-5, принадлежащего покупателю, расположенного по адресу: Хабаровский район, с. Некрасовка. 

Исходя из пункта 7.2 учёт газа производится на узле учёта газа АГРС-5 в пункте доставки газа отдельно по узлам учёта газа ГРП каждого потребителя от АГРС-5 в сравнении с общим показателем АГРС-5. 

Между должником и АО «ДГК» заключен ряд договоров займа: 

- № 170/32-16 от 25.02.2016 на сумму 15000000 рублей на срок до 31.03.2016 под 12,4% годовых (пункты 1.1, 1.2, 2.1), денежные средства перечислены по платёжному поручению №1434 от 26.02.2016; 

- № 230/32-16 от 29.03.2016 на сумму 22000000 рублей на срок до 31.05.2016 под 12,4% годовых (пункты 1.1, 1.2, 2.1), денежные средства перечислены по платёжному поручению №2474 от 30.03.2016; 

- № 354/32-16 от 28.04.2016 на сумму 20000000 рублей на срок до 31.05.2016 под 12,4% годовых (пункты 1.1, 1.2, 2.1), денежные средства перечислены по платёжному поручению №3466 от 29.04.2016. 

Всего сумма займа составила 57000000 руб. 

На основании договора о проведении оценки №1/190/1 от 17.06.2016 с АО «СК «Агроэнерго» с ООО «Институт оценки собственности и финансовой деятельности» подготовлен отчёт №399/2016 от 07.06.2016 об определении рыночной стоимости газопровод-отвода к предприятию АО «СК «Агроэнерго», назначение: сооружение, протяженность 204,0 м., инв. № 404, расположенного по адресу: 

<

...> метров на северо-запад от свинокомплекса, кадастровый (или условный) номер: 27-27- 01/027/2012-349 в составе: 

- лит. А – Блок КИПиА (общая площадь) 18,6 кв. м., 

- Лит. Б. – Технологический блок (общая площадь – 16,2 кв. м.), 

- Лит.1 – Ограждение (протяженностью) – 130,0 кв. м., 

- оп.1-оп.3 – опоры освещения – 3 шт., 

- оп.4-оп.5 – опоры видеонаблюдения – 2 шт., 

- лит. I – емкость для хранения одоранта – 1,0 куб. м., 

- лит. II – емкость для сбора конденсата – 1,5 куб. м., 

- межблочный трубопровод АГРС (протяженность) 207,5 м; 

по состоянию на 01.05.2016, следует, что рыночная стоимость имущества составляет 50987000 рублей. 

В дальнейшем, между должником в лице генерального директора ФИО9 (продавец) и АО «ДГК» в лице Нехороших С.Г. (покупатель), заключен договор купли-продажи № 564/ХТСК-16 от 28.12.2016 по условиям которого в собственность покупателя за плату передаётся следующее недвижимое имущество, принадлежащее на праве собственности продавцу (п. 1.1 договора): 

- газопровод-отвода к предприятию АО «СК «Агроэнерго», назначение: сооружение, протяженность 204,0 м., инв. № 404, расположенного по адресу: 

<

...> метров на северо-запад от свинокомплекса, кадастровый (или условный) номер: 27-27- 01/027/2012-349 в составе: 

- лит. А – Блок КИПиА (общая площадь) 18,6 кв. м., 

- Лит. Б. – Технологический блок (общая площадь – 16,2 кв. м.), 

- Лит.1 – Ограждение (протяженностью) – 130,0 кв. м., 

- оп.1-оп.3 – опоры освещения – 3 шт., 

- оп.4-оп.5 – опоры видеонаблюдения – 2 шт., 

- лит. I – емкость для хранения одоранта – 1,0 куб. м., 

- лит. II – емкость для сбора конденсата – 1,5 куб. м., 

- межблочный трубопровод АГРС (протяженность) 207,5 м. 

Цена имущества составила 50987000 рублей (пункт 2.1). 

Оплата цены договора осуществлена путём зачёта встречных однородных требований по договорам займа (п. 2.2 договора): 

- №170/32-16 от 25.02.2016 на сумму 15000000 рублей; 

- №230/32-16 от 29.03.2016 на сумму 15987000 рублей; 

- №354/32-16 от 28.04.2016 на сумму 20000000 рублей. 

Зачёт производится с момента передачи имущества и подписания УПД (п. 2.3 договора). 

Имущество расположено на земельном участке с кадастровым номером 27:17:0329204:1479 площадью 12944 кв. м по адресу: Хабаровский край, Хабаровский район, 2 000 м на северо-запад от жилого дома № 3 по ул. Ленина, с Некрасовка; разрешенное использование – для размещения газовых магистральных сетей от кранового узла, площадки автоматизированной газораспределительной станции (п. 3.7 договора). 

В материалы дела представлены подписанные приложения к договору, составляющие акт приёма-передачи от 30.12.2016, акт приёма-передачи здания (сооружения) № 1 от 30.12.2016 по форме №ОС-1а, акт приёма-передачи документации от 30.12.2016. 

Государственная регистрация перехода прав собственности произведена 24.01.2017. 

В ходе эксплуатации объекта между АО «ДГК» и АО «СК «Агроэнерго» заключен договор на оказание услуг по транспортировке газа №12 от 13.10.2017, по условиям которого обеспечивается транспортировка газа от начального пункта – точка врезки магистрального газопровода, принадлежащего АО «ДГК», в газопровод отвод к ГРС-1 г. Хабаровска, принадлежащего ОАО «Дальтрансгаз»; конечный пункт – АГРС-5 принадлежащая АО «ДГК» (пункт 2.1 договора). 

Кроме того, между ООО «Скифагро-ДВ» (заказчик) и АО «СК «Агроэнерго» заключен договор №57-р/16 от 29.08.2016 на подключение объекта к газораспределительной системе, из условий которого следует, что исполнитель предоставляет право заказчику самостоятельно или посредством привлечения третьих лиц осуществить действия по подключению объекта заказчика, расположенного в с. Некрасовка к эксплуатируемой исполнителем газораспределительной системе в соответствии с техническими условиями № 476 от 25.08.2016 (п. 1.1 договора). 

Размер платы за подключение составил 5000000 рублей (п. 3.1 договора).

Согласно акту о разграничении балансовой принадлежности, установлена граница принадлежности и зон ответственности газопровода-отвода на «Племенную ферму» - газопровода-отвода на МПЗ «Скиф»: кольцевого шва включительно ДУ-160ММ между тройником ДУ-160ПЭ 100SDR11 и соединительной муфты ДУ-160 мм на 800 м от кранового узла тройника ПЭ 100SDR11 110*10 газопровода-отвода на «Племенную ферму». 

Также между АО «ДГК» (исполнитель) и ООО «Скифагро-ДВ» (заказчик) заключен договор на оказание услуг по транспортировке газа №13 от 06.09.2018, по условиям которого обеспечивается транспортировка газа от начального пункта – точка врезки магистрального газопровода, принадлежащего АО «ДГК», в газопровод отвод к ГРС-1 г. Хабаровска, принадлежащего ОАО «Дальтрансгаз»; конечный пункт – АГРС-5 принадлежащая АО «ДГК» (пункт 2.1 договора). 

Между АО «СК «Агроэнерго» (исполнитель) и ООО «Скифагро-ДВ» заключен договор транспортировки газа по сетям АО «СК «Агроэнерго» №7/18 от 12.10.2018 по условиям которого, транспортировка производится по схеме: начальный пункт транспортировки – АГРС-5, принадлежащая АО «ДГК», конечный пункт – отвод на «Племенную ферму» газопровод отвод на МПЗ «СКИФ» до кольцевого шва включительно ДУ-160ММ между тройником ДУ-160ПЭ 100SDR11 и соединительной муфты ДУ-160 мм на 800 м от кранового узла тройника ПЭ 100SDR11 110*10 газопровода-отвода на «Племенную ферму».

Считая, что выбытие актива в виде спорного АГРС произведено в отсутствие равноценного встречного предоставления, встречным исполнением погашены обязательства должника, имеющие квазикорпоративную природу (компенсационное финансирование), должником утрачен актив, обеспечивавший прибыль за счёт транспортировки газа и подключения новых потребителей, а также снижение объёма затрат на аналогичную транспортировку газа, как совершённую с аффилированным лицом при наличии признаков банкротства, конкурсный управляющий должником обратился в арбитражный суд с настоящим требованием.

Изучив материалы дела, заслушав присутствующих в судебном заседании представителей, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса РФ, статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

На основании пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

В силу пункта 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве такое заявление может быть подано в арбитражный суд внешним или конкурсным управляющий от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

Оспариваемая сделка от 24.01.2017 заключена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом, то есть в пределах установленного Законом о банкротстве срока подозрительности.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее по тексту также – Постановление № 63) разъяснено, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

Для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. 

Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств (пункт 7 Постановления № 63).

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда о том, что в данном случае заявителем по обособленному спору не доказано, что сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, а также что в результате ее совершения такой вред был причинен, о чем знала другая сторона сделки.

В обоснование своих доводов арбитражный управляющий ФИО2 ссылается на обстоятельства предоставления по договорам займа №170/32-16 от 25.02.2016, №230/32 от 29.03.2016, № 354/32-16 от 28.04.2016 АО «ДГК» должнику денежных средств на общую сумму 57000000 рублей. Указывает на неравноценность совершённой сделки, утраты источника доходов от транспортировки газа, в частности, обязательств по оплате его транспортировки АО «ДГК» и возникновение, напротив, после совершения сделки обязанности уже самого должника по оплате транспортировки газа АО «ДГК», что в частности, подтверждается решением Арбитражного суда Хабаровского края от 01.07.2019 по делу № А73-7919/2019 с взысканием за период с июля по ноябрь 2017 г. 264 826,51 рубля основного долга. Указывает, что договор купли-продажи покрывал возврат внутрикорпоративного финансирования АО «ДГК», за счёт которого должник осуществлял деятельность весь 2016 год.

Также конкурсным управляющим должником и кредиторами, указано, что действия, при которых в целях погашения обязательств должника перед иным кредитором производится совершение сделки купли-продажи на сумму остатка долга, относятся по своей правовой природе к случаю погашения обязательств посредством предоставления отступного (ст. 409 ГК РФ) с учётом положений пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса РФ. 

Помимо этого, конкурсный управляющий должником, кредиторы и третье лицо ссылались, в части внешних обязательств, на наличие на момент совершения сделки обязательств, впоследствии включенных в реестр, в частности: 

- определением от 14.08.2019 в реестр требований кредиторов включено требование НАО «Де Хес» в размере 7 692 936,50 рубля. Задолженность возникла в связи с неоплатой АО СК «Агроэнерго» полученного товара по договору от 21.04.2016 №101-16 (определение суда от 03.10.2017 по делу № А73-12025/2017); по договору от 13.06.2016 №114/16 (определение суда от 20.09.2017 по делу № 12024/2017); по договору от 02.08.2016 № 203/16 (определение от 19.09.2017 по делу № А73-12023/2017); 

- определением от 15.10.2019 в реестр требований кредиторов включено требование ЗАО «Бел Вита» в размере 8 042 360,52 рубля. Задолженность возникла в связи с неоплатой полученного товара (решение от 15.09.2017 по делу № А05-11939/2017); 

- определением от 14.10.2019 в реестр требований кредиторов включено требование ООО «Мустанг Технологии Кормления» в размере 1 990 856,86 рубля. Задолженность возникла в связи с неоплатой полученного 17.01.2017 товара по договору поставки от 03.03.2016 № МТК-63/16 (решение от 30.10.2017 по делу № А40- 158019/2017); 

- определением от 20.02.2021 в реестр требований кредиторов включено требование Министерства Финансов Хабаровского края в размере 144 000 рублей, из них: 120 000 рублей составляют основной долг, 24 000 рублей – штраф, на основании решения от 29.03.2017 по делу № А73-16602/2016. 

В рассматриваемом случае, в части обязательств перед ЗАО «Бел Вита» следует, что обязательства, которые не были погашены и включены в реестр требований, возникли на основании УПД №1 от 10.01.2017 на сумму 1320000 рублей, №4 от 27.01.2017 на сумму 1 320 000 рублей, №6 от 20.02.2017 на сумму 1320000 рублей, №36 от 17.07.2017 на сумму 1 474 850 рублей, принимая во внимания положения статьи 319.1 ГК РФ.

Следовательно, для учёта подлежит принятию наличие частичной задолженности на сумму 820000 рублей по УПД №1 от 10.01.2017, срок исполнения которых наступал в течение 15 банковских дней с момента поступления партии товара на склад должника (п. 5.1 договора поставки), то есть, позднее даты государственной регистрации спорного договора. 

В части обязательств перед казной Хабаровского края в лице Министерства финансов Хабаровского края, с учётом того, что обязательство возникло исходя из обязанности возвратить переданное в качестве ссуды имущество № 1309 от 14.01.2016, которое было утрачено в период с августа 2016 года по декабрь 2016 года – обязательства в части 120 000 рублей действительно имели место в период заключения спорного договора и подлежат учёту. 

Также принимается во внимание, что у должника имелись обязательства перед АО «Российский Сельскохозяйственный банк» по договору об открытии кредитной линии №107500/0050 от 27.04.2010, включенные определением от 18.11.2019 в третью очередь реестра требований кредиторов в общей сумме 11242 149, 88 рубля, в том числе: 9 045 000 рублей  основной долг; 1 185 514, 52 рубля – проценты за пользование кредитом; 935 845,36 рубля – неустойка; 75790 рублей – расходы по оплате государственной пошлины. 

Указанные обязательства установлены решением Арбитражного суда Хабаровского края от 25.06.2018 по делу №А73-5754/2018. 

Таким образом, имелось потенциальное нарушение прав кредиторов, обязательства перед которыми существовали на момент совершения сделки и действий, направленных на её заключение.

В то же время, судом обоснованно учтены пояснения ПАО «ДЭК» и АО «ДГК», согласно которым в период 2016-2017 производилось отчуждение непрофильных активов (организаций) входящих в группу холдинга Росгидро, к которым относился и должник, чья хозяйственная деятельность существенно отличалась от общей направленности деятельности холдинга, в связи с чем, производилась реализация акций АО «СК «Агроэнерго». С точки зрения экономического поведения контролировавших должника лиц, действия по отчуждению акций как способа отчуждения непрофильного актива группы – является ординарным способом оптимизации деятельности группы, её реорганизации в структуре финансов. При этом, исходя из представленных в материалы дела доказательств, в частности: характера поддержания деятельности АГРС-5, в целях чего должником заключался договор с ООО «Газпром трансгаз Томск»; незначительного объёма поступлений денежных средств в общем объёме валовой выручки за счёт транспортировки газа; существенное отличие характера актива как транзитного узла газораспределительной сети по сравнению с иными активами должника, безусловно относящимися к полному производственному сельскохозяйственному циклу производства свинины и производных продуктов – спорное имущество также являлось непрофильным активом должника.

Следовательно, отчуждение акций должника группой Русгидро третьему лицу как сельскохозяйственного актива, при этом, заключение спорного договора по сохранению за группой Росгидро актива подпадающего под профиль деятельности группы и направленного на функционирование котельной в с. Некрасовка, а должником отчуждение такого актива как непрофильного – указывает на ординарные цели группы, совпадающие с общими целями поведения в период 2016-2017 гг. по сохранению в группе профильных активов и основных средств с реализацией непрофильных для группы активов. 

Ввиду изложенного, сделка оценивается неотрывно от последовательности действий в виде принятия должником кредитных обязательств перед АО «Россельхозбанк» в целях реализации бизнес-плана и проекта «Реконструкция предприятия ОАО «СК «Агроэнерго» (Некрасовский свиноводческий комплекс) в части перевода систем теплоснабжения на природный газ», из материалов которого следует, что в него включалась как газификация самого комплекса, так и возведение сопутствующей инфраструктуры, включающей спорный АГРС. В дальнейшем АО «ДГК» предприняты меры по снятию внешнего финансового бремени с должника посредством заключения договоров займа №170/32-16 от 25.02.2016, №230/32 от 29.03.2016, № 354/32-16 от 28.04.2016 с меньшей процентной ставкой и подготовка к заключению спорного договора купли-продажи, что свидетельствует о согласованности мероприятий по выделению спорного актива и покрытие за счёт средств АО «ДГК» кредита перед АО «Россельхозбанк» за счёт средств которого производилась реконструкция, в том числе, возведение АГРС. 

Совокупность последовательных действий сторон, в настоящем случае, не выходит за пределы разумного поведения группы, которая производит раздел активов по профилям между организациями, одновременно, обеспечивая покрытие обязательств перед внешними кредиторами.

Также приняты во внимание и финансовые показатели АО «СК «Агроэнерго», которые указывали, что объективные признаки неплатёжеспособности компании с учётом положений статьи 2 Закона о банкротстве, о чём свидетельствует накопление обязательств перед внешними кредиторами, возникли в период не ранее февраля 2017 года, когда возникли просрочки в исполнении обязательств по совершённым ЗАО «Бел Вита», НПАО «Клоудайс МКорма» (НАО «Де Хес») поставкам. 

Судом учтено, что незначительные просрочки в исполнении обязательств перед отдельными кредиторами на незначительные суммы, принимая общий оборот должника (выручка на конец 2016 года составляла 603 999 тыс. руб.) и объём активов (599 891 тыс. руб. по результатам 2016 финансового года), не свидетельствовали о невозможности осуществления деятельности организации.

Показатели бухгалтерского баланса указывают, что ежегодно с 2015 года размер задолженности увеличивался при постепенном уменьшении размера активов. Так, на конец 2015 финансового года объём основных средств составлял 398 431 тыс. руб. и к концу 2017 года снизился до 307 457 тыс. руб., объём запасов на 2015 год – 268 144 тыс. руб., снизился до 197 055 тыс. руб. на конец 2017 года. как наиболее значительных активов в общем объёме баланса, что привело в совокупности с иными показателями снижение с 790 578 тыс. руб. активов на конец 2015 года до 515 194 тыс. руб. на конец 2017 года. 

Приводя сравнительный анализ достаточности активов и чистых активов, ответчиком применена форма расчёта исходя из общего объёма активов по сравнению с краткосрочной задолженностью – что как практически, так и научно не обосновано. 

Напротив, размер чистых активов как разница между объёмом активов за вычетом размера обязательств составляет по окончанию 2015 года - 259 303 тыс. руб., а с 2016 года уже отрицательное значение -27 677 тыс. руб., что усугубилось в 2017 года и размер чистых активов составил -357 068 тыс. руб. 

Размер выручки с 2015 по 2017 гг. снизился более чем в 2 раза при незначительном снижение себестоимости продаж и коммерческих расходов. 

При этом, чистый убыток в период 2016-2017 годов фиксировался в отчётности, предоставлявшийся в ФНС России и Росстат.

Помимо этого,  характер поведения сторон сделки не указывает, что само по себе предоставление займов №170/32-16 от 25.02.2016, №230/32 от 29.03.2016, № 354/32-16 от 28.04.2016 имело цель компенсационного финансирования, напротив, последовательность действий свидетельствует о намерениях по выводу непрофильного актива и предоставлении на период подготовки и заключения сделки в виде займов. В настоящем случае, по результатам 2015 финансового года, принимались решения о предоставлении оцениваемых займов, и имелись показатели наиболее благоприятные в деятельности должника (снижение показателей непокрытого убытка, увеличение объёма активов при снижении обязательств, рост валовой прибыли и чистой прибыли). 

В соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В соответствии с ч. ч. 1, 2 ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств; арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Суд апелляционной инстанции считает, что в рассматриваемом споре заявителями жалоб не представлено в материалы дела надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование своей позиции, которые не были проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта.

Так, в материалы дела представлено заключение эксперта № С-80/2023 от 04.09.2023, которое содержит мотивированные выводы относительно определяемой стоимости как прав на аренду земельного участка, так и спорного объекта АГРС в составе, соответствующем передаваемым по договору купли-продажи и акту объектам. 

В результате оценки стоимость прав аренды земельного участка определена в размере 10 199 872 рублей, стоимость АГРС составила 49 979 710 рублей, всего 60179582 рубля. 

Экспертом произведён анализ стоимости объекта АГРС посредством применения затратного и доходного подхода, при этом указано на невозможность применения сравнительного подхода как специализированного объекта, в отношении которого отсутствуют аналоги. 

При определении доходным методом, в результате анализа объёма валового дохода от исполнения обязательств по договорам №531/83-15 от 10.08.2015 и №386/83-15 от 22.05.2015 установлен общий валовый доход за 2016 год в сумме 3542 280,84 рубля, объём учтённых операционных расходов принят в размере 2632 331,04 рубля. 

В результате расчётов показателей чистого операционного дохода и коэффициента рентабельности установлена рыночная стоимость по доходному подходу на сумму 17842153 рубля, что на более чем 60% отличается от применения затратного подхода. Ввиду того, что затратный подход применён по фактическим показателям, при согласовании результатов оценки экспертом принята стоимость определённая данным методом. 

Данное заключение повторной судебной экспертизы принято во внимание судом первой инстанции для определения рыночной стоимости спорного имущества.

При этом сделан вывод, согласно которому арбитражный суд не нашел существенным отклонение цены договора (50987000 рублей) по отношению к определённой экспертом стоимости (60179582 рубля), отклонение составило 15,28% в меньшую сторону.

Поддерживая данный вывод, суд апелляционной инстанции учитывает, что средняя рыночная цена предмета договора купли-продажи, определенная по результатам судебных экспертиз, имеющая отклонение на 15,28 % продажной цены предмета сделки, не может быть признано существенным отличием, и свидетельствовать о недобросовестности и неразумности действий продавца при совершении сделки купли-продажи спорного имущества. Более того, в отсутствие доказательств неразумного поведения продавца стоимость реализованного предмета на основании договора купли-продажи имеет приоритетное значение перед стоимостью предмета, установленного на основании отчета оценщика.

Также судом оценены и сделаны выводы относительно экспертного заключения № 1/1-306 от 14.01.2022, где эксперт пришел к выводу об определении рыночной стоимости отчужденного должником имущества по состоянию на 28.12.2016 – 50891 575,60 рубля, и внесудебного заключения специалиста № 51/6/23 от 20.03.2023, составленное ООО «ДАОИ».

Доводы, приведённые конкурсным управляющим должником и кредиторами в части необходимости учёта в системе правоотношений сторон дохода от подключения иных потребителей, ввиду заключения ООО «Скифагро-ДВ» (заказчик) и АО «СК «Агроэнерго» договора №57-р/16 от 29.08.2016 с оплатой 5000000 рублей, отклонены верно. 

В данном случае, точка подключения газопроводаотвода на «Племенную ферму» - газопровода-отвода на МПЗ «Скиф»: кольцевого шва включительно ДУ-160ММ между тройником ДУ-160ПЭ 100SDR11 и соединительной муфты ДУ-160 мм на 800 м от кранового узла тройника ПЭ 100SDR11 110*10 газопровода-отвода на «Племенную ферму»; свидетельствует о подключении к схеме газоснабжения в месте принадлежности сетей должнику, которые спорной сделкой не отчуждались и в дальнейшем вошли в состав залогового имущества по признанному недействительному договору залога с АО «ДГК» от 17.10.2017. 

В материалы представлены пояснения экономической цели приобретения АО «ДГК» спорного актива.

Сведения о наличии денежных средств для выдачи займов представлены в дело.

Совокупность представленных доказательств указывает, что перечисления АО «ДГК» не являлись транзитными.

Доказательств, свидетельствующих о том, что условия сделки существенно в худшую для должника сторону отличаются от условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки, не представлено.

Из имеющихся в деле доказательств, и пояснений следует, что целью оспариваемой сделки было обеспечение сохранности имущества и уменьшения расходов на его содержание.

Таким образом, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о выгодности оспоренной в рамках данного обособленного спора сделки для должника, в связи с чем считает ее совершенной в соответствии с принципами разумности и добросовестности. 

Доказательств иного не представлено.

Заявитель не доказал, что договор является недействительным на том основании, что он был заключен с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Представленные в материалы дела документы подтверждают реальность совершения оспариваемой сделки между сторонами, факт оплаты, наличие равноценной оплаты, наличие финансовой возможности у покупателя оплатить спорный договор, факт расходования должником полученных по договору денежных средств на нужды кредиторов, доказательства обратного в материалы дела не представлено.

Относительно ходатайства кредитора ФИО7 об истребовании дополнительных документов, суд апелляционной инстанции отмечает, что по смыслу части 4 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса РФ при рассмотрении ходатайства об истребовании доказательств суд должен проверить обоснованность данного процессуального действия с учетом принципов относимости и допустимости доказательств и при отсутствии соответствующей необходимости вправе отказать в его удовлетворении.

В настоящем случае судом первой инстанции исследовались выписки по счетам за испрашиваемый период, основания повторно истребовать выписки отсутствуют. В этой связи ходатайство об истребовании доказательств подлежит отклонению на основании статей 66, 268 Арбитражного процессуального кодекса РФ.

Ключевой характеристикой подозрительных сделок является причинение вреда имущественным интересам кредиторов, чьи требования остались неудовлетворенными. Отсутствие вреда предполагает, что подобные имущественные интересы не пострадали, а осуществленные в рамках оспариваемой сделки встречные предоставления (обещания) являлись равноценными (эквивалентными). В свою очередь, это исключает возможность квалификации сделки в качестве недействительной, независимо от наличия иных признаков, формирующих подозрительность (неплатежеспособность должника, осведомленность контрагента об этом факте и т.д.) (определение Верховного Суда Российской Федерации от 01.09.2022 № 310-ЭС22-7258).

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что действия сторон оспариваемого договора свидетельствуют о том, что их воля была направлена на достижение правовых последствий, возникающих из договора купли-продажи. При этом ни одна из сторон сделки не вышла за пределы дозволенного гражданским правом и ими не были допущены негативные последствия для прав и законных интересов третьих лиц. Стоимость имущества была согласована с учетом его специфики, исполнение по договору осуществлено надлежащим образом. Должник получил встречное исполнение в соответствии с достигнутыми договоренностями, оспариваемая сделка не привела к тому, что кредиторы лишись возможности удовлетворения своих требований за счет имущества должника.

В связи с чем, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что конкурсный управляющий должником, оспаривая заключенную 28.12.2016 сделку между аффилированными лицами, не представил надлежащих доказательств ее совершения с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, и как следствие, об отсутствии правовых оснований для признания ее недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Также, сам по себе факт заинтересованности сторон сделки не свидетельствует о недействительности сделки, о злоупотреблении правом при заключении договоров и исполнении обязательств по ним, апеллянтами не представлены доказательства совершения сделки исключительно с намерением причинить вред, а также подтверждающих, что договор заключен при неравноценном встречном предоставлении.

Одновременно обращаясь в суд с настоящим заявлением, конкурсный управляющий должником также ссылался на статью 10 Гражданского кодекса РФ.

Наличие специальных оснований оспаривания сделок по правилам статей 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как недействительную на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 4 Постановления № 63, пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»).

По правилам пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии со статьей 168 Гражданского кодекса РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. 

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 7 Постановления № 25, если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса РФ).

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В статье 1 Гражданского кодекса РФ отмечено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Из содержания приведенных норм следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

Положения статьи 10 Гражданского кодекса РФ применяются при недобросовестном поведении (злоупотреблении правом) прежде всего при заключении сделки, которая оспаривается в суде (в том числе в деле о банкротстве), а также при осуществлении права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

Добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей. При этом установление злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны.

Злоупотребление правом при совершении сделки является нарушением запрета, установленного в статье 10 Гражданского кодекса РФ, в связи с чем такая сделка подлежит признанию недействительной на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса РФ.

Оценив спорную сделку на предмет наличия признаков недействительности по основаниям, предусмотренным в статьях 10 и 168 Гражданского кодекса РФ, принимая во внимание отсутствие доказательств, свидетельствующих о совершении сделки именно с целью нарушения прав кредиторов и должника, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии злоупотребления правом сторонами при ее совершении, а также об отсутствии оснований для признания ее недействительной по указанным основаниям.

В материалы дела в суде первой инстанции представлены доказательства перехода права собственности на спорный объект недвижимого имущества к ответчику. Есть соответствующая запись в ЕГРН. Представлены доказательства именно того, что ответчик несет бремя содержания спорного имущества. Соответственно оспариваемая сделка не может быть признана мнимой по ст. 170 Гражданского кодекса РФ.

Таким образом, суд первой инстанции полно и всесторонне исследовал представленные доказательства, установил все имеющие значение для дела обстоятельства, сделав правильные выводы по существу требований заявителя. 

Приведенные в обоснование апелляционных жалоб доводы являлись предметом рассмотрения суда первой инстанции и были обоснованно отклонены как противоречащие фактическим обстоятельствам дела, выражают несогласие с произведенной судом первой инстанции оценкой.

В этой связи оснований для удовлетворения апелляционных жалоб, по содержащимся в них доводам, не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь частью 3 статьи 223, статьями 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестой арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение от 18.12.2023 по делу № А73-4866/2018 Арбитражного суда Хабаровского края оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Дальневосточного округа в течение одного месяца со дня его принятия через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий

                 С.Б. Ротарь

 

Судьи

 

        Ю.А. Воробьева

 

           И.Е. Пичинина