АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: i№fo@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-14207/2021

Дело № А65-7729/2020

г. Казань

01 августа 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 25 июля 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 01 августа 2023 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Моисеева В.А.,

судей Ивановой А.Г., Коноплевой М.В.,

при участии представителей:

ФИО1 – ФИО2, доверенность от 07.08.2020 (до и после перерыва), 

общества с ограниченной ответственностью «Бизнес поддержка» – ФИО3, доверенность от 13.12.2022 (до и после перерыва), ФИО4, доверенность от 14.12.2022 (после перерыва),

ФИО5 – ФИО6, доверенность от 17.06.2021 (до и после перерыва),

ФИО7 – ФИО6, доверенность от 03.06.2021 (до и после перерыва),

конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Хазар» ФИО8 – ФИО9, доверенность от 01.09.2022 (после перерыва),

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1

на постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.04.2023

по делу № А65-7729/2020

по заявлению финансового управляющего ФИО1 – ФИО10 о включении требования в реестр требований кредиторов в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Хазар», ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 15.04.2021 общество с ограниченной ответственностью «Хазар» (далее – ООО «Хазар», должник) признано несостоятельным (банкротом), отношении его имущества открыто конкурсное производство.

Определением от 23.08.2021 конкурсным управляющим должником утвержден ФИО8.

30.09.2022 финансовый управляющий имуществом ФИО1 - ФИО10 (далее – финансовый управляющий) обратился в арбитражный суд с заявлением о включении требования в реестр требований кредиторов ООО «Хазар».

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 18.01.2023 требование финансового управляющего о включении требования в реестр требований кредиторов ООО «Хазар» оставлено без удовлетворения.

Общество с ограниченной ответственностью «Бизнес поддержка» (далее ? ООО «Бизнес поддержка») обратилось в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на мотивировочную часть определения суда первой инстанции от 18.01.2023.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда определение от 18.01.2023 в обжалуемой части изменено, из мотивировочной части определения исключен вывод следующего содержания: «Таким образом, срок исковой давности о возврате денежных средств, перечисленных на основании платежного поручения № 84 от 16.11.2017, а значит и в отношении требований о возврате исполненного на основании предшествующих ему платежей начал течь не позднее 16.11.2017 (дата осуществления последнего платежа). С учетом даты совершения последнего платежа, срок исковой давности по заявленным требованиям истек не позднее 16.11.2020».

Мотивировочная часть определения суда первой инстанции от 18.01.2023 дополнена выводом следующего содержания: «Таким образом, срок исковой давности о возврате денежных средств, перечисленных на основании платежного поручения № 84 от 16.11.2017, а значит и в отношении требований о возврате исполненного на основании предшествующих ему платежей, начал течь не позднее 12.11.2018. Требования о возврате исполненного по недействительной сделке рассматриваются по правилам обязательств о неосновательном обогащении (статья 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ? ГК РФ)), и, начиная с 12.11.2018 и по 12.11.2021, такое требование должно быть заявлено».

ФИО1 обратился с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на неправильное применение судом апелляционной инстанции норм права и несоответствие сделанных апелляционным судом выводов фактическим обстоятельствам дела, просит постановление суда апелляционной инстанции отменить, оставить в силе определение суда первой инстанции.

Заявитель кассационной жалобы считает, что судом первой инстанции правильно определен момент начала срока исковой давности по искам о взыскании  неосновательного обогащения; в то же время суд апелляционной инстанции, по мнению заявителя жалобы, ошибочно счел возможным принять выводы, изложенные в ином судебном акте того же суда по иному делу, в котором устанавливалась ответственность финансового управляющего.

В представленных письменных возражениях на кассационную жалобу ООО «Бизнес поддержка» просит оставить обжалуемое постановление апелляционного суда без изменения.

В судебном заседании 18.07.2023 в порядке, предусмотренном статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), объявлен перерыв до 13 часов 50 минут 25.07.2023, о чем размещена информация на официальном сайте в информационно?телекоммуникационной сети Интернет, после окончания перерыва судебное заседание продолжено в том же составе суда.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, возражений на нее, заслушав в судебном заседании представителей ФИО1 – ФИО2, ООО «Бизнес поддержка» – ФИО3, ФИО4, представителя ФИО5, ФИО7 – ФИО6, конкурсного управляющего ООО «Хазар» ФИО8 – ФИО9, судебная коллегия приходит к следующему.

Финансовый управляющий 30.09.2022 обратился с требованием о включении в реестр требований кредиторов должника суммы неосновательного обогащения.

В обоснование требования заявитель указал, что определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 10.09.2018 по делу № А65?40849/2017 (дело о банкротстве ФИО1) отказано в удовлетворении требований должника о включении в реестр требований кредиторов в деле о банкротстве гражданина, а также признан недействительным (мнимым) договор поставки № 07/06-17 от 07.06.2017, заключенный между ИП ФИО1 и должником.

Разрешая вопрос о действительности договора поставки № 07/06-17 от 07.06.2017, арбитражный суд в рамках дела № А65-40849/2017 установил обстоятельства, свидетельствующие о его ничтожности, заключающиеся в отсутствии доказательств реальности отношений по поставке нефтепродуктов, а также заключении его при злоупотреблении правом аффилированными лицами; договор поставки № 07/06-17 от 07.06.2017, в рамках которого ФИО1 осуществлялись перечисления денежных средств, признан судом недействительным (ничтожным) со ссылками на положения статей 10, 168, 170 ГК РФ.

Поскольку ФИО1 перечислены денежные средства должнику по платежным поручениям № 60 от 04.09.2017 на сумму 750 000 руб., № 61 от 04.09.2017 на сумму 60 000,00 руб., № 62 от 05.09.2017 на сумму 300 000,00 руб., № 84 от 16.11.2017 на сумму 3000 руб. с назначением платежа: «Оплата по договору поставки нефтепродуктов № 07/06-17 от 07.06.2017 в том числе НДС...» заявитель просил включить его требование в указанном размере неосновательного обогащения в реестр требований кредиторов должника.

При рассмотрении указанного требования участвующими в деле лицами было заявлено о пропуске заявителем срока исковой давности.

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что срок исковой давности на момент обращения кредитора в суд с требованием пропущен, что является самостоятельным основанием для отказа во включении требования в реестр.

Суд первой инстанции счел, что срок исковой давности о возврате денежных средств, перечисленных на основании платежного поручения № 84 от 16.11.2017, а значит и в отношении требований о возврате исполненного на основании предшествующих ему платежей, начал течь не позднее 16.11.2017 (дата осуществления последнего платежа); с учетом даты совершения последнего платежа, срок исковой давности по заявленным требованиям признан судом первой инстанции, истекшим не позднее 16.11.2020; суд первой инстанции исходил при этом из следующего. 

Согласно пункту 1 статьи 181 ГК РФ течение срока исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.

Течение срока давности по названным требованиям определяется не субъективным фактором (осведомленностью заинтересованного лица о нарушении его прав), а объективными обстоятельствами, характеризующими начало исполнения сделки. Такое правовое регулирование обусловлено характером соответствующих сделок как ничтожных, которые недействительны с момента совершения независимо от признания их таковыми судом (пункт 1 статьи 166 ГК РФ), а значит, не имеющими юридической силы, не создающими каких-либо прав и обязанностей как для сторон по сделке, так и для третьих лиц.

Согласно Гражданскому кодексу Российской Федерации исковая давность устанавливает временные границы для судебной защиты нарушенного права лица по его иску и составляет три года (статьи 195 и 196); течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права; изъятия из этого правила устанавливаются данным Кодексом и иными законами (пункт 1 статьи 200).

В порядке исключения из общего правила применительно к требованиям, связанным с недействительностью ничтожных сделок, законодателем в пункте 1 статьи 181 ГК РФ предусмотрена специальная норма, в соответствии с которой течение указанного срока по данным требованиям определяется не субъективным фактором - осведомленностью заинтересованного лица о нарушении его прав, а объективными обстоятельствами, характеризующими начало исполнения сделки. Такое правовое регулирование обусловлено характером соответствующих сделок как ничтожных, которые недействительны с момента совершения независимо от признания их таковыми судом (пункт 1 статьи 166 ГК РФ), а значит, не имеют юридической силы, не создают каких-либо прав и обязанностей как для сторон по сделке, так и для третьих лиц.

Следовательно, поскольку право на предъявление иска в данном случае связано с наступлением последствий исполнения ничтожной сделки и имеет своей целью их устранение, именно момент начала исполнения такой сделки, когда возникает производный от нее тот или иной неправовой результат, в действующем гражданском законодательстве избран в качестве определяющего для исчисления давностного срока.

Поскольку требование ФИО1 основано на банковских операциях по перечислению денежных средств на основании признанного ничтожным (мнимым) договора поставки, срок исковой давности в отношении требования о возврате, исполненного на основании каждой из банковских операций, суд первой инстанции признал подлежащим исчислению исходя из даты совершения каждого платежа.

Суд апелляционной инстанции, изменяя определение суда первой инстанции посредством исключения вывода, касающегося порядка исчисления срока исковой давности для взыскания неосновательного обогащения с момента совершения ничтожной (мнимой сделки) и дополнением мотивировочной части определения иным выводом об исчислении такого срока - не ранее вступления в законную силу судебного акта о признании ничтожной (мнимой) сделки недействительной, исходил из следующего.

Судом апелляционной инстанции установлено, что в рамках дела № А65-40849/2017 о несостоятельности (банкротстве) ИП ФИО1 рассмотрена жалоба ООО «Ойлтэк» в лице конкурсного управляющего ФИО11 на бездействие финансового управляющего ФИО10 по невзысканию в законные сроки денежных средств с ООО «Хазар» в размере 1 113 000 руб. и заявление о взыскании убытков в размере 1 113 000 руб., а также жалоба ФИО1 на действия (бездействие) арбитражного управляющего ФИО12 и заявление о взыскании убытков в размере 1 113 000 руб.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 04.10.2022 признано незаконным бездействие финансового управляющего ФИО10 по непринятию мер к взысканию денежных средств с ООО «Хазар» по договору поставки № 07/06-17 от 07.06.2017.

С ФИО10 в пользу конкурсной массы ФИО1 взысканы убытки в размере 1 113 000 руб.

В удовлетворении жалобы ФИО1 с требованием о взыскании убытков отказано.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.03.2023 определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 04.10.2022 отменено.

Бездействие арбитражных управляющих ФИО12 и ФИО10 по непринятию в установленные сроки мер для взыскания дебиторской задолженности с ООО «Хазар» в размере 1 113 000 руб. признано незаконным.

С ФИО12 и ФИО10 в пользу конкурсной массы ФИО1 в солидарном порядке взысканы убытки в размере 1 113 000 руб.

При разрешении указанного обособленного спора в рамках дела о банкротстве ИП ФИО1 суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что поскольку платежи в адрес ООО «Хазар» осуществлялись ИП ФИО1 на основании сделки - договора поставки № 07/06-17 от 07.06.2017, осведомленность финансового управляющего имуществом ФИО1 о нарушении прав должника вследствие совершения спорных платежей возникла с момента вступления в законную силу судебного акта о признании этой сделки недействительной.

В связи с этим суд апелляционной инстанции в настоящем обособленном споре счел необходимым учесть содержащиеся в постановлении Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.03.2023 по делу № А65-40849/2017 выводы, касающиеся порядка исчисления срока исковой давности для взыскания спорной задолженности, возникшей вследствие неосновательного обогащения должника за счет  ИП ФИО1, перечислившего должнику денежные средства по условиям признанного судом мнимого договора поставки,  и признать срок исковой давности подлежащим исчислению не ранее вступления в законную силу судебного акта о признании договора поставки недействительным (мнимым).

Арбитражный суд Поволжского округа считает, что судом апелляционной инстанции не учтено следующее.

Пунктом 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). 

В данном случае отказ суда первой инстанции во включении требования в реестр ввиду пропуска срока исковой давности не оспаривался лицами, участвующими в обособленном споре.

Срок исковой давности для взыскания суммы неосновательного обогащения (т.е. для включения требования в реестр) в любом случае на момент обращения финансового управляющего с требованием истек и при применении подхода, обозначенного судом первой инстанции - с момента совершения каждого из платежей, и при применении подхода, обозначенного судом апелляционной инстанции в рамках дела о банкротстве ИП ФИО1 при рассмотрении жалобы на бездействие финансовых управляющих – с момента признания судом недействительной ничтожной (мнимой) сделки.

Суд апелляционной инстанции, изменяя определение суда первой инстанции не учел, что в настоящем обособленном споре о включении требования в реестр начало исчисления срока исковой давности значения, определяющего итог (результат) рассмотрения спора, не имел, на что и указал суд первой инстанции в настоящем споре, отклоняя доводы ООО «Бизнесс поддержка» об ином порядке исчисления срока исковой давности.

Поскольку судом апелляционной инстанции не оценены доводы лиц, вовлеченных в спорные правоотношения, исходя из предмета разрешаемого спора – включения требования в реестр, выводы суда апелляционной инстанции о наличии оснований для изменения определения суда первой инстанции путем исключения из мотивировочной части абзаца, содержащего суждение о начале срока исковой давности, дополнения его мотивировочной части абзацем иного содержания, суд кассационной инстанции считает преждевременными.

С учетом изложенного, судебная коллегия кассационной инстанции считает, что обжалуемое постановление апелляционного суда подлежит отмене, а обособленный спор – направлению на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Суд кассационной инстанции также считает необходимым отметить следующее.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 10.09.2018 по делу № А65-40849/2017 последствия недействительности сделки по требованию о признании недействительным договора поставки № 07/06-17 от 07.06.2017, заключенного между ИП ФИО1 и ООО «Хазар», не применялись, так как суд пришел к выводу о мнимости договора поставки и об отсутствии реальности хозяйственных отношений между ее сторонами.

Учитывая состоявшийся судебный акт, вступивший в законную силу, которым договор поставки признан именно мнимой сделкой, перечисление ИП ФИО1 спорных денежных средств, следует квалифицировать действиями, совершенными с целью придания мнимой сделке признаков реальности и перечисленную сумму – неосновательным обогащением должника за счет имущества ИП ФИО1  

С требованием о признании недействительными спорных платежей в качестве самостоятельной оспоримой сделки и применении последствий недействительности платежей финансовый управляющий не обращался. 

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2015), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.06.2015 (ответ на вопрос 2 раздела «Разъяснения по вопросам, возникающим в судебной практике») течение срока давности по названным требованиям определяется не субъективным фактором (осведомленностью заинтересованного лица о нарушении его прав), а объективными обстоятельствами, характеризующими начало исполнения сделки. Такое правовое регулирование обусловлено характером соответствующих сделок как ничтожных, которые недействительны с момента совершения независимо от признания их таковыми судом (пункт 1 статьи 166 ГК РФ), а значит, не имеют юридической силы, не создают каких-либо прав и обязанностей как для сторон по сделке, так и для третьих лиц.

Если сделка является ничтожной, то, поскольку ничтожная сделка недействительна независимо от признания ее таковой судом, сроки для предъявления реституционного требования (пункт 1 статьи 71 и абзац третий пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве) исчисляются по общим правилам (абзац четвертый пункта 29.5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Учитывая вышеприведенные правовые подходы, не имеется оснований для вывода о том, что финансовый управляющий не мог обратиться к должнику с иском о взыскании долга (неосновательного обогащения) и с соответствующим требованием о включении задолженности в реестр требований кредиторов в период до вступления в законную силу судебного акта о признании мнимой сделки недействительной, так как для такого обращения не требовалось констатации судом недействительности мнимого договора поставки, соответственно срок исковой давности для взыскания неосновательного обогащения (о применении последствий недействительности ничтожной сделки)  не подлежит исчислению с момента вступления в законную силу судебного акта о признании мнимой сделки недействительной.

Осведомленность финансового управляющего о наличии задолженности имеет значение для разрешения вопроса о его добросовестности при рассмотрении жалобы на бездействие, выразившееся в не обращении с требованием о взыскании долга (с требованием о включении в реестр), однако не изменяет правил об определении начала течения срока исковой давности по требованию о взыскании долга.

При противоположном подходе, предполагающем для арбитражного управляющего при взыскании дебиторской задолженности должника иной порядок исчисления срока исковой давности (в таком случае срок будет исчисляться не ранее утверждения первого управляющего в деле о банкротстве), любая дебиторская задолженность должника с истекшим сроком исковой давности при обращении управляющего с иском о взыскании долга не будет считаться просроченной.

В данном случае и в случае допущения суждения о том, что требование о взыскании неосновательного обогащения в качестве применения последствий недействительности ничтожной сделки заявлено финансовым управляющим – лицом, не являвшимся стороной мнимой сделки, вывод о том, что срок исковой давности подлежит исчислению с момента вступления в законную силу судебного акта о признании мнимой сделки недействительной является ошибочным, противоречащим положениям пункта 1 статьи 181 ГК РФ, так как и для лица, не являвшегося стороной сделки, срок по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки подлежит исчислению со дня, когда это лицо узнало об исполнении сделки.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.04.2023 по делу № А65-7729/2020 отменить.

Обособленный спор направить на новое рассмотрение в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                                     В.А. Моисеев

 

Судьи                                                                                    А.Г. Иванова

 

                                                                                              ФИО13