Девятнадцатый арбитражный апелляционный Суд

 

постановлениЕ

Дело № А14-13993/2017

г. Воронеж

14 декабря 2020 г.

Резолютивная часть постановления объявлена 09 декабря 2020 года

Постановление в полном объеме изготовлено 14 декабря 2020 года

 

              Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

 

председательствующего судьи                                    Владимировой Г.В.,

судей                                                                               Потаповой Т.Б.,

                                                                                         Пороника А.А.,

при ведении протокола судебного заседания  секретарем ФИО1,

при участии:

от ФИО2: 1) ФИО2, паспорт гражданина РФ; 2) ФИО3, представитель по доверенности № 36АВ3044549 от 26.11.2019;

от иных лиц, участвующих в деле: представители не явились, извещены надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО4 ФИО5 на определение Арбитражного суда Воронежской области от 31.08.2020 по делу № А14-13993/2017  по заявлению финансового управляющего ФИО4 к ФИО2 о признании договора купли-продажи транспортного средства от 19.04.2017 недействительной сделкой и применении последствий недействительности сделки, 

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ФИО4 (ИНН 

<

***>), 

 

УСТАНОВИЛ:

ООО «Воронежросагро-М» 18.08.2017 обратилось в  Арбитражный суд Воронежской области с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) ФИО4 (далее – ФИО4, должник). 

Определением суда от 24.08.2017 заявление принято к производству, возбуждено производство по делу № А14-13993/2017. 

Определением Арбитражного суда Воронежской области от 28.11.2017 (резолютивная часть 21.11.2017) по делу № А14-13993/2017 в отношении ФИО4 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО6 

Решением суда от 24.07.2018 (резолютивная часть 17.07.2018) по делу № А14-13993/2017 ФИО4 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО7 

17.07.2019 финансовый управляющий ФИО4 ФИО7 обратился в Арбитражный суд Воронежской области с заявлением к ФИО2 (далее – ФИО2, ответчик) о признании договора купли-продажи транспортного средства Toyota Land Cruiser 200, 2013 года выпуска, белого цвета, г/н E005YK48, VIN 

<

***>, недействительной сделкой и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ответчика 3 000 000 руб. (с учетом уточнений).

Определением суда от 02.12.2019 в порядке статьи 51 АПК РФ, к участию в рассмотрении настоящего обособленного спора в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО8 (далее – ФИО8, третье лицо). 

Определением суда от 27.12.2019 финансовый управляющий ФИО7 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего имуществом ФИО4 

Определением суда от 11.02.2020 финансовым управляющим имуществом ФИО4 утверждена ФИО5 

Определением Арбитражного суда Воронежской области от 31.08.2020 по делу № А14-13993/2017 в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО4 о признании договора купли-продажи автомобиля от 19.04.2017 недействительной сделкой и применении последствий недействительности сделки отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ссылаясь на его незаконность и необоснованность, финансовый управляющий ФИО4 ФИО5 обратилась в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просила обжалуемое определение отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки.

В судебном заседании ФИО2 и его представитель против доводов жалобы возражали по основаниям, изложенным в отзыве, просили обжалуемое определение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Вместе с отзывом представили дополнительные доказательства финансовой возможности приобретения спорного автомобиля, которые приобщены к материалам дела.

Остальные участники процесса в судебное заседание не явились, о месте и времени судебного разбирательства извещены в установленном законом порядке.

От финансового управляющего ФИО4 ФИО5 поступило ходатайство о рассмотрении жалобы в отсутствие заявителя.

Учитывая наличие в материалах дела доказательств надлежащего извещения не явившихся лиц, участвующих в деле, на основании ст.ст. 123, 156, 266 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие их представителей.

В судебном заседании 02.12.2020 был объявлен перерыв до 09.12.2020.

Заслушав пояснения участников процесса, обсудив доводы апелляционной жалобы (с учетом дополнений) и отзыва на нее, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства, судебная коллегия полагает, что оснований для удовлетворения жалобы и отмены определения арбитражного суда первой инстанции не имеется в связи со следующим.

Как следует из материалов дела, 19.04.2017 между ФИО4 (продавец) и ФИО2 (покупатель) был заключен договор купли-продажи транспортного средства (далее – договор купли-продажи), согласно пункту 1.1 которого продавец передал в собственность покупателя, а покупатель принял и оплатил транспортное средство: Toyota Land Cruiser 200, 2013 года выпуска, белого цвета, г/н E005YK48, VIN 

<

***>, стоимостью 3 000 000 руб. 

Покупатель в оплату за приобретенное транспортное средство передал продавцу, а продавец получил денежные средства в размере 3 000 000 руб. 

Право собственности на транспортное средство переходит к покупателю с момента подписания договора (пункты 3, 4 ,5 договора купли-продажи). 

Впоследствии по договору купли-продажи от 05.06.2019 ФИО2 продал автомобиль Toyota Land Cruiser 200, 2013 года выпуска, белого цвета, г/н E005YK48, VIN 

<

***> ФИО8 за 2 300 000 руб. 

Полагая, что договор купли-продажи транспортного средства от 19.04.2017 является недействительной сделкой на основании пунктов 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статьи 10 ГК РФ, финансовый управляющий должника обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Разрешая данный спор, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворении заявленных требований.

Судебная коллегия считает выводы суда области соответствующими действующему законодательству и фактическим обстоятельствам дела  исходя из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве, может быть подано  финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве  установлено, что сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств. 

Пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве установлено, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий: 

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; 

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; 

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества. 

В пункте 9 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего. 

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется. 

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления). 

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Заявление о признании должника банкротом принято судом к производству 24.08.2017, оспариваемая сделка совершена 19.04.2017, то есть в период подозрительности, предусмотренный пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как следует из правовой позиции, изложенной в пункте 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63, пункт 2 статьи 61.2 предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). 

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: 

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; 

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; 

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления). 

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию. 

Согласно абзацу 4 пункта 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. 

В пункте 6 приведенного Постановления Пленума ВАС РФ указано, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. 

В соответствии с указанной нормой недостаточность имущества – превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункт 7 Постановления Пленума ВАС РФ № 63 от 23.12.2010).

В статье 19 Закона о банкротстве указано, что в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 №135- ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника (пункт 1). В пункте 2 указанной статьи закреплено, кто признается заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу.

В обоснование доводов о признании сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве финансовый управляющий должника указал на наличие у ФИО4 признаков неплатежеспособности на дату совершения оспариваемого договора, совершение сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, причинение вреда кредиторам в результате безвозмездного отчуждения ликвидного имущества, осведомленность ответчика о наличии у должника признаков неплатежеспособности, отсутствие оплаты по спорному договору, а также совершение должником ряда аналогичных сделок по продаже автомобилей в пользу третьих лиц. 

На момент совершения спорной сделки у ФИО4 имелась задолженность перед кредиторами третьей очереди (ООО «Воронежросагро-М», ООО «Агрофирма Трио», ПАО «Липецккомбанк», Банк ВТБ (ПАО), которая включена в реестр требований кредиторов должника. Данное обстоятельство подтверждено документально и не оспорено лицами, участвующими в деле.

Согласно абзацу 4 пункта 12 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 при решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.  

Доказательств того, что ФИО2 являлся заинтересованным к должнику лицом не имеется, т.к. он не входит в одну группу лиц с должником в понимании статьи 9 Закона "О защите конкуренции", не является аффилированным лицом должника; не является и не являлся руководителем должника и т.п. (статья 19 Закона о банкротстве). 

Доводы финансового управляющего о том, что на момент совершения оспариваемой сделки ответчик знал или должен был знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, отклонен судом первой инстанции как несостоятельный, поскольку само по себе наличие у должника задолженности перед контрагентом, как и наличие соответствующих судебных актов о взыскании, наряду с наличием исполнительных производств, не может подтверждать факта осведомленности ответчика о явной финансовой неплатежеспособности должника на момент совершения оспариваемой сделки, с учетом того, что ответчик не являлся по отношению к должнику заинтересованным лицом, в связи с чем, не мог преследовать цель вывода имущества из конкурсной массы и нарушения прав кредиторов должника. 

Доказательств того, что ФИО2 при совершении сделки действовал злонамеренно, с целью нанести вред кредиторам должника финансовым управляющим в материалы дела не представлено. 

В рассматриваемой ситуации финансовым управляющим оспаривается сделка, совершенная до введения в отношении должника процедуры банкротства, и, соответственно, до опубликования соответствующих сведений в общедоступных источниках.

Наличие у должника обязательств перед кредиторами, требования которых впоследствии были включены в реестр требований, не может свидетельствовать об осведомленности ФИО2 о наличии признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества у должника, поскольку на момент заключения оспариваемых договоров такие требования не могли считаться подтвержденными. 

Суд отмечено, что нельзя отождествлять неплатежеспособность с неоплатой конкретного долга или его части отдельному кредитору только в силу наличия между ними договорных отношений, условия которых могли содержать различный срок и способ исполнения обязательств, что не может свидетельствовать о бесспорности и очевидности таких требований для третьих лиц.

В обоснование заявленных требований финансовый управляющий должника также ссылался на отсутствие доказательств оплаты за приобретенное транспортное средство. 

Доводы финансового управляющего о недоказанности поступления должнику от ФИО2 денежных средств в размере 3 000 000 руб. и об отсутствии доказательств фактического наличия у ответчика денежных средств в указанном размере суд отклонил как необоснованные, противоречащие материалами дела, в которых имеются достаточные доказательства, подтверждающие наличие у ответчика финансовой возможности для оплаты  оспариваемой сделки. 

Кроме того, из договора купли-продажи от 19.04.2017 прямо следует, что покупатель в оплату за приобретенное транспортное средство передал продавцу, а продавец получил денежные средства в размере 3 000 000 руб., т.е. расчеты между сторонами произведены полностью.

Согласно статье 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. 

Из буквального значения слов и выражений, содержащихся в пункте 4 договора купли-продажи транспортного средства от 19.04.2017, цена договора составила 3 000 000 руб. и данная сумма полностью оплачена ФИО2

Каждый из участников сделки, подписав указанный договор и не заявив каких-либо взаимных претензий по его исполнению, подтвердили факт оплаты стоимости спорного транспортного средства, т.е. надлежащего исполнения ФИО2 условий договора купли-продажи от 19.04.2017. 

Приобретенное транспортное средство было зарегистрировано ФИО2 в установленном законом порядке 25.04.2017. 

 С учетом изложенного, суд области пришел к выводу об отсутствии основания полагать, что оспариваемая сделки совершена при неравноценном встречном исполнении. 

При рассмотрении настоящего обособленного спора ФИО2 было заявлено о пропуске финансовым управляющим срока исковой давности для подачи заявлений о признании сделки недействительной. 

Суд первой инстанции признал данное заявление обоснованным исходя из следующего.

Согласно части 2 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. 

Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179 ГК РФ), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной. 

По общему правилу, предусмотренному пунктом 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных настоящим Федеральным законом. Это правило касается и подачи иска конкурсными кредиторами (пункт 2 статьи 61.9 Закона о банкротстве). 

Таким образом, начало течения срока исковой давности связано не только с моментом, когда лицо фактически узнало о наличии оснований для оспаривания, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело юридическую возможность, узнать об этом. 

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 32 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ). 

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение  внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения срока исковой давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п. 

В силу пункта 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина. 

При этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда финансовый управляющий узнал или должен был узнать о наличии указанных в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона оснований. 

В силу пункта 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. 

Процедура реструктуризации долгов гражданина введена в отношении ФИО4 21.11.2017, финансовым управляющим утвержден ФИО6 

Копия оспариваемого договора купли-продажи направлена МРЭО ГИБДД УМВД России по Липецкой области 12.05.2018 (исх. №10-3-344) финансовому управляющему ФИО6 

15.06.2018 финансовым управляющим ФИО6 было подготовлено заключение о наличии или отсутствии оснований для оспаривания сделок должника, в котором дан анализ совершенных должником сделок по отчуждению транспортных средств, в том числе и по рассматриваемой сделке (19.06.2018 размещено на сайте ЕФРСБ).

То есть о совершении данной сделки финансовый управляющий ФИО6 мог и должен был узнать в мае 2018 года после получения им копии договора купли-продажи от 19.04.2017 из МРЭО ГИБДД УМВД России по Липецкой области. 

Как обоснованно указал суд, у разумного арбитражного управляющего после получения информации о факте совершения должником ряда сделок по реализации транспортных средств, в том числе и спорного транспортного средства, в период, предшествующий возбуждению дела о  банкротстве, должны были возникнуть обоснованные сомнения относительно ее законности, результатами которых должен был явиться детальный анализ сделки в целях ее последующего оспаривания. 

15.06.2018 финансовым управляющим было подготовлено заключение о наличии признаков преднамеренного или фиктивного банкротства, при составлении которого дан анализ совершенным должником сделкам. 

Доказательства наличия объективных препятствий для своевременного проведения надлежащего анализа сделки в целях ее последующего оспаривания в разумные сроки после возникновения права на подачу заявления о признании ее недействительной суду не представлены.  

27.11.2018 финансовый управляющий ФИО7 обратился к ФИО2 с запросом о предоставлении информации о наличии у ответчика денежных средств для оплаты спорного транспортного средства. 

С настоящим заявлением о признании сделки должника недействительной финансовый управляющий имуществом ФИО7 обратился 17.07.2019, т.е. спустя год и восемь месяцев после введения в отношении должника процедуры реструктуризации долгов гражданина и через год после признания должника банкротом и введении в отношении должника процедуры реализации имущества. 

В силу пункта 6 статьи 20.3 Закона о банкротстве утвержденные арбитражным судом арбитражные управляющие являются процессуальными правопреемниками предыдущих арбитражных управляющих. 

Кроме того судом учтено, что на момент утверждения (17.07.2018) ФИО7 финансовым управляющим имуществом должника срок исковой давности еще не истек. 

В то же время финансовый управляющий не представил суду доказательств, подтверждающих наличие объективных препятствий к обращению в суд с настоящим заявлением в разумные сроки после его утверждения в настоящем деле о банкротстве. 

Принимая во внимание вышеизложенные обстоятельства, учитывая разъяснения пункта 32 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, положений статей 181, 199 ГК РФ, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что срок исковой давности начал течь с момента, когда первоначально утвержденный финансовый управляющий получил сведения о наличии транспортных средств у должника и совершенных им сделках. 

Таким образом, на день обращения финансового управляющего в суд с заявлением об оспаривании сделки (17.07.2019) годичный срок исковой давности истек.

На основании изложенного, установив факт пропуска финансовым управляющим срока исковой давности для признания на основании   пунктов 1, 2  статьи 61.2 Закона о банкротстве недействительной сделкой должника, суд первой инстанции пришел к выводу об отказе в удовлетворении заявления о признании недействительным договора купли-продажи автомобиля: Toyota Land Cruiser 200, 2013 года выпуска, белого цвета, г/н E005YK48, VIN 

<

***>, стоимостью 3 000 000 руб., заключенного 19.04.2017 между ФИО4 (продавец) и ФИО2 (покупатель). 

Ввиду отказа в удовлетворении заявления правовые основания для применения последствий недействительности сделки также отсутствуют.  

В обоснование заявления о недействительности оспариваемой сделки финансовый управляющий ссылался также на статью 10 ГК РФ. 

Во избежание нарушения имущественных прав кредиторов, вызванных противоправными действиями должника-банкрота по искусственному уменьшению своей имущественной массы ниже пределов, обеспечивающих выполнение принятых на себя долговых обязательств, законодательством предусмотрен правовой механизм оспаривания сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (далее также сделки, причиняющие вред). Подобные сделки могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, пункт 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)").

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником- банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора. Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 постановления N 63).

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки. 

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

В отношении данного подхода сформирована устойчивая судебная практика (Постановление Президиума ВАС РФ от 17.06.2014 N 10044/11 по делу N А32-26991/2009, определения Верховного Суда РФ от 28.04.2016 N 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 N 304-ЭС15-20061, от 31.08.2017 N 305-ЭС17-4886, 06.03.2019 N 305-ЭС18-22069).

В силу изложенного заявление финансового управляющего  по данному обособленному спору могло быть удовлетворено только в том случае, если бы он доказал наличие в оспариваемом договоре  пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки. 

Однако таких доказательств представлено не было.

Иные доказательства допущения злоупотребление правом при совершении оспариваемой сделки, позволяющие суду квалифицировать эту сделку как ничтожную на основании статей 10 и 168 ГК РФ, в деле также отсутствуют.

Исследовав представленные в материалы дела доказательства в совокупности согласно статье 71 АПК РФ, оценив сделку на предмет наличия признаков ее недействительности по основаниям, предусмотренным статьями 10 и 168 ГК РФ, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для признания договора купли-продажи от 05.09.2015 недействительным на основании статей 10 и 168 ГК РФ. 

По мнению судебной коллегии, спор разрешен в соответствии с требованиями действующего законодательства.

Обжалуя  определение  суда первой инстанции, каких-либо доводов, которые не были бы проверены и не учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на оценку его законности и обоснованности, заявитель не привел.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, аналогичны обоснованно отклоненным доводам, приводимым в ходе разбирательства дела в суде первой инстанции, фактически сводятся к их повторению и направлены на переоценку исследованных доказательств и выводов суда при отсутствии к тому правовых оснований, в связи с чем, признаются апелляционной коллегией несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта, т.к. не свидетельствуют о неправильном применении арбитражным судом области норм материального или процессуального права.

Поскольку срок исковой давности по заявленным требованиям истек, арбитражный суд области правомерно отказал финансовому управляющему в удовлетворении   заявленных требований. 

Довод о неправильном применении арбитражным судом области срока исковой давности основан на неверном толковании норм действующего законодательства заявителем жалобы, приведен без учета фактических обстоятельств дела и направлен на переоценку выводов суда, в связи с чем, подлежит отклонению.

Иные доводы апелляционной жалобы о несогласии с принятым судом первой инстанции определением судебная коллегия также отклоняет,  поскольку они не влияют на законность и обоснованность принятого судебного акта при наличии самостоятельного основания для отказа в удовлетворении требований - пропуска заявителем срока исковой давности.

В удовлетворении ходатайства финансового управляющего ФИО4 ФИО5 о приобщении к материалам дела приложенных к апелляционной жалобе копии требования к ФИО6 и распечатки с почты ФИО7 протокольным определением суда апелляционной инстанции от 09.02.2020 было отказано ввиду отсутствия правовых оснований, предусмотренных статьей 268 АПК РФ.

Из разъяснений, содержащихся в 29 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 N 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции" следует, что  при решении вопроса о возможности принятия новых доказательств, в том числе приложенных к апелляционной жалобе или отзыву на апелляционную жалобу, он определяет, была ли у лица, представившего доказательства, возможность их представления в суд первой инстанции или заявитель не представил их по независящим от него уважительным причинам.

К числу уважительных причин, в частности, относятся: необоснованное отклонение судом первой инстанции ходатайств лиц, участвующих в деле, об истребовании дополнительных доказательств, о назначении экспертизы; наличие в материалах дела протокола, аудиозаписи судебного заседания, 

оспариваемых лицом, участвующим в деле, в части отсутствия в них сведений о ходатайствах или об иных заявлениях, касающихся оценки доказательств.

Признание доказательства относимым и допустимым само по себе не является основанием для его принятия арбитражным судом апелляционной инстанции.

В рассматриваемом случае, представленные документы не являлись предметом рассмотрения суда первой инстанции. Невозможность их представления в суд первой инстанции не подтверждена, доказательств  уважительности причин непредставления их суду первой инстанции не представлено, что не позволяет суду апелляционной инстанции сделать вывод об уважительности причин непредставления данных документов суду первой инстанции. Сам по себе факт отсутствия документов у финансового управляющего не может являться уважительной причиной, поскольку документы датированы сентябрем 2018 года.

Нарушений норм процессуального права, которые в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ являются безусловными основаниями к отмене судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

Таким образом, суд апелляционной инстанции полагает, что с учетом вышеизложенных обстоятельств определение суда первой инстанции следует оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Учитывая результаты рассмотрения апелляционной жалобы, в соответствии со статьей 110 АПК РФ госпошлина в сумме  3000 руб. относится на заявителя жалобы. 

При подаче апелляционной жалобы ФИО4 была предоставлена отсрочка уплаты госпошлины до окончания рассмотрения настоящего дела, в связи с чем, с заявителя в доход федерального бюджета подлежит взысканию госпошлина за рассмотрение апелляционной жалобы в размере 3000 руб.

Руководствуясь ст.ст. 110, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса, арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Воронежской области от 31.08.2020 по делу №А14-13993/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО4 ФИО5 - без удовлетворения.   

Взыскать с ФИО4 за счет конкурсной массы должника в доход федерального бюджета госпошлину в размере 3 000 руб. за рассмотрение апелляционной жалобы. 

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Центрального округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции согласно части 1 статьи 275 АПК РФ.    

 

         Председательствующий судья                                 Г.В. Владимирова

Судьи                                                                         Т.Б. Потапова                                         

                                                                                              А.А. Пороник