АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЯМАЛО-НЕНЕЦКОГО АВТОНОМНОГО ОКРУГА

г. Салехард, ул. Республики, 102, тел. (34922) 5-31-00, 

www.yamal.arbitr.ru, e-mail: info@yamal.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

Дело № А81-8587/2017

г. Салехард

20 мая 2018 года

Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 11 мая 2018 года. 

Полный текст решения изготовлен 20 мая 2018 года.

Арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа в составе судьи Чорноба В.В., при ведении протокола секретарем судебного заседания  Хамитовым Р.Р., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью Корпорация "Роснефтегаз" (ИНН: 8904054830, ОГРН: 1078904005993) к обществу с ограниченной ответственностью "Новоуренгойское Управление Буровых Работ" (ИНН: 8904049068, ОГРН: 1068904016026) о взыскании 141 312 733 рублей           73 копеек, с привлечением третьим лицом без самостоятельных требований акционерное общество “Ямалпромгеофизика”, при участии в судебном заседании:

от истца – ФИО2 по доверенности от 19.10.2017г.,

от ответчика – ФИО3 по доверенности от 29.03.2018г., ФИО4 по доверенности от 08.05.2018г.,

от третьего лица – представитель не явился,

УСТАНОВИЛ:

Изначально общество с ограниченной ответственностью Корпорация "Роснефтегаз" обратилось в арбитражный суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью "Новоуренгойское Управление Буровых Работ" о взыскании убытков в размере 27 568 967 рублей 45 копеек, которые составляют стоимость испытания скважины (п.7 приложения № 1 к договору № П/О-1 от 28.01.2016г.) и стоимость вспомогательных работ (п.2 приложения №1).

Впоследствии истец увеличил сумму иска до 141 312 733 рублей 73 копеек, что составляют сумму всех ранее уплаченных истцом ответчику денежных средств во исполнение данного договора (расчет изложен в акте сверки по состоянию на 30.09.2017г.).

Ответчик направил в суд отзыв, в котором требования иска не признал.

Прибывшие представители от сторон на своих доводах и возражениях настаивают.

Суд счел возможным рассмотреть спор по существу.

Как следует из материалов дела, 28 января 2016 года стороны подписали договор подряда № П/О-1, по которому общество с ограниченной ответственностью "Новоуренгойское Управление Буровых Работ" (подрядчик) обязывалось по заданию общества с ограниченной ответственностью Корпорация "Роснефтегаз" (заказчик) выполнить работу по строительству поисково-оценочной скважины №1 Харвутского лицензионного участка в соответствии с Проектной документацией, Программой работ. Стоимость работ определена в 120 000 000 рублей.

Согласно пункту 4.2 договора, скважина считается оконченной бурением и испытанием после выполнения всех предусмотренных работ, подписания акта о консервации или ликвидации скважины.

Работа выполнялась, акты подписывались. Консервация скважины №1 Харвутского лицензионного участка была выполнена в июле 2016 года, о чем свидетельствует акт №7 от 20.07.2016г. 

Спустя год истец направил ответчику претензию за № 75/17 о необходимости довыполнить работу в связи с обнаружением недостатков. Ответчик претензию не признал, в связи с чем и возник настоящий иск. 

Истец поясняет, что в процессе собранных по делу материалов он пришел к выводу о том, что некачественный цементаж скважины исключает возможность получения репрезентативных проб пластовой воды на наличие углеводородного сырья, а также проведение качественного испытания скважины на наличие продуктивных платов с указанием конкретного места расположения залежи либо отсутствия таковых мест по всей длине пробуренной скважины. При выявленном цементировании скважины проведение повторных испытаний, стоимость которых превысит сумму иска, не приведет к какому-либо результату из-за наличия заколонных перетоков. Таким образом, результат выполненной работы утратил для него потребительскую ценность.

Таким образом, истец утверждает, что образовались заколонные перетоки  из-за некачественного цементирования ответчиком обсадной колонны и пластовые флюиды могли утекать за колонну, давая неверное представление о силе притока.

Следует отметить, что данные возражения сформировались не в претензии, а по результатам судебных слушаний. Изначально довод истца был иным, а именно: в претензии было высказано предположение о высокой доли вероятности наличия заколонных перетоков по причине того, что не проводились промыслово-геологические исследования (ПГИ). Данное обоснование было основано на заключении профессора, члена РАН ФИО5, который вынес свое суждение на основании результатов имевшихся испытаний. Но как установлено судом впоследствии, ответчик за проведение ПГИ не отвечал, его проводило или должно было проводить привлеченное истцом третье лицо -  АО “Ямалпромгеофизика”.

 Из этого следует, что, предъявляя иск, истец не знал, было качественное цементирование или нет. Ни одного доказательства предоставлено суду не было, одни предположения. Дополнительно отмечается, что в исковом заявлении говорится только о том, что в коллекторах нефти и газа ответчик не отбирал керн для исследования в лаборатории, пласты не исследовались в процессе бурения, применялись несоответствующие проекты режимы бурения и буровые растворы. То есть, заявлялось совсем иное обоснование.

Впервые о возможном некачественном цементировании высказался привлеченный судом в качестве специалиста член корреспондент академии Российской академии естественных наук ФИО6 Суд его привлек в качестве специалиста по ходатайству истца, но, как было впоследствии выяснено из предоставленных ответчиком документов, ФИО6 является заинтересованным лицом на стороне истца, поскольку на коммерческой основе выступал его консультантом и значится генеральным директором ООО “НПО Геонефтегаз”. ООО “НПО Геонефтегаз” также давало оценку качеству  работ после предъявления истцом иска.

ФИО6, как консультант, согласовывал испытания в поисково-оценочной скважине № ПО1 Вынглорского лицензионного участка, давал оценку работ на скважинах Тыяктарского, Южно Яро-Яхинсокго, Куноватского лицензионных участков. Таким образом, пояснения ФИО6 суд не может уже расценивать как пояснения специалиста – незаинтересованного  лица. Кроме того, пояснения ФИО6 также являются предположениями.

Следующим доказательством истца являются заключение и отчет ООО “НПО Геонефтегаз”, выполненные в конце декабря 2017 года и начале января 2018 года по заказу истца. Здесь важным является то, что заключение и отчет готовились после консервации скважины, в ходе которой ответчик устанавливал несколько многометровых слоев цементных мостов, то есть, фактически никакого исследования качества работ в скважине проводиться физически не могло. Но, как было окончательно установлено судом только в последнем заседании, истец самостоятельно без вызова ответчика расконсервировал скважину еще в сентябре 2017 года (акт ПГИ от 22.09.2017г.).

Для исследования ООО “НПО Геонефтегаз” предоставлялись: копия заключенного с ответчиком договора подряда, копия проекта на строительство скважины и акты выполненных работ. ООО “НПО Геонефтегаз” запустило в расконсервированную скважину струйный насос, который вместе с технической водой выносил цемент. Это, а также резкое повышение температуры при работе на режимах, по его мнению, должно свидетельствовать о низком качестве цементирования и заколонных перетоках. Однако, является не совсем логичным суждение (спуск струйного насоса привел только к предположению) о заколонных перетоках после расконсервирования скважины, путем рассверливания ранее установленных цементных мостов.

Истец просил суд назначить по делу экспертизу для проверки качества цементирования и предоставлял согласие от тех или иных организаций, но истец не ставил их в известность о том, что объект был законсервирован и восстановлен. Суд в определении от 15.03.2018г. (на тот момент еще не было известно о расконсервировании скважины) обязал истца спросить у заявленных им экспертных организаций возможно ли проведение оценки качества, если скважина законсервирована. Это было необходимо, чтобы узнать повлияет ли расконсервация скважины на целостность работы ответчика. Таких ответов истец суду не предоставил.

Поскольку стало известно, что скважина расконсервирована и произошло ее вскрытие без участия ответчика, то целесообразность такой экспертизы утрачена. Второй причиной отсутствия целесообразности в проведении экспертизы является наличие в деле второго акта ПГИ.

Согласно разделу 3 "Техническая инструкция по проведению геофизических исследований и работ приборами на кабеле в нефтяных и газовых скважинах. РД 153-39.0-072-01" (утв. Приказом Минэнерго РФ от 07.05.2001 N 134), ПГИ – это промыслово-геофизические исследования, предназначенные для изучения продуктивных пластов при их испытании, освоении их в процессе длительной эксплуатации, при закачке в них вытесняющего агента с целью получения данных о продуктивности, фильтрационных свойствах и гидродинамических связях пластов, включающие измерения давления, температуры, скорости потока, состава и свойств флюидов в стволе скважины. ПГИ включает в себя резистивиметрию, влагометрию, термометрию, расходометрию, барометрию, акустическую шумометрию (п.12.3.3). 

Согласно пункту 9.2.7 РД 153-39.0-072-01, выделение интервалов затрубного движения жидкости и газа проводят по данным термометрии (по локальным изменениям температуры, форма которых зависит от движения флюида сверху вниз или наоборот), акустической шумометрии (спектр шумов существенно различен для заколонных перетоков жидкости и газа) и закачки в скважину жидкостей, обогащенных искусственными изотопами.

Согласно пункту 24.6.1 РД 153-39.0-072-01, акустическую цементометрию (АКЦ) применяют для установления высоты подъема цемента, определения степени заполнения затрубного пространства цементом, количественной оценки сцепления цемента с обсадной колонной, качественной оценки сцепления цемента с горными породами.

Изложенное выше свидетельствует о том, что все сведения для обоснования иска истец мог получить из акта ПГИ, который содержит в себе и данные по АКЦ. Иными словами, экспертам пришлось бы заново проводить ПГИ, чтобы сделать вывод о наличии или отсутствии заколонных перетоков. Но такой акт уже предоставлен в судебное заседания от привлеченного третьим лицом АО “Ямалпромгеофизика”.

Исследование обеих актов ПГИ: от 13.06.2016г. (до консервации) и от 22.09.2017г. (после расконсервации) показало, что дополнительных ПГИ не требуется. Оба акта истцом не оспорены. 

Так в акте ПГИ от 13.06.2016г. указано, что по всему стволу скважины (интервал исследований 0-1650-1747,5) нарушений целостности НКТ и обсадной колонны не отмечается, забой герметичен, заколонной циркуляции не отмечается. А в акте ПГИ от 22.09.2017г. (после вмешательства истца по рассверливанию цементных мостов, могущего повлиять на результат работы ответчика) указано, что в интервале исследований 800-893.4м. (том самом интервале, на который изначально обратил внимание профессор ФИО5 и на основании чего изначально возник иск) оценить герметичность забоя и наличие заколонных перетоков с нижележащих водонасыщенных платов не представляется возможным в связи с маленькой величиной зумпфа скважины. А этот размер зумпфа был предусмотрен заказчиком в пункте 4.4 договора подряда.

Таким образом, истец не доказал ненадлежащее качество выполненной ответчиком работы.

Ответчик также просит суд обратить внимание на отсутствие в рассматриваемом споре скрытых недостатков, с чем суд соглашается.

Так, в силу статьи 753 Гражданского кодекса РФ, в случаях, когда это предусмотрено законом или договором строительного подряда либо вытекает из характера работ, выполняемых по договору, приемке результата работ должны предшествовать предварительные испытания. В этих случаях приемка может осуществляться только при положительном результате предварительных испытаний. Заказчик вправе отказаться от приемки результата работ в случае обнаружения недостатков, которые исключают возможность его использования для указанной в договоре строительного подряда цели и не могут быть устранены подрядчиком или заказчиком.

А в соответствии с пунктами 2 и 3 статьи 720 Гражданского кодекса РФ, заказчик, обнаруживший недостатки в работе при ее приемке, вправе ссылаться на них в случаях, если в акте либо в ином документе, удостоверяющем приемку, были оговорены эти недостатки либо возможность последующего предъявления требования об их устранении. Если иное не предусмотрено договором подряда, заказчик, принявший работу без проверки, лишается права ссылаться на недостатки работы, которые могли быть установлены при обычном способе ее приемки (явные недостатки).

Истец,  являясь профессиональным участником рынка по строительству скважин, и, являясь лицом, контролирующим ответчика на всем производственном цикле (ст. 748 ГК РФ), принял от него работу, имея в наличии все требуемые исследования (от иных исследований он отказался по своей инициативе). Соответственно, сейчас истец не вправе ссылаться на свою неосмотрительность.

Согласно пункту 3 статьи 723 Гражданского кодекса РФ, если отступления в работе от условий договора подряда или иные недостатки результата работы в установленный заказчиком разумный срок не были устранены либо являются существенными и неустранимыми, заказчик вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения причиненных убытков.

Условия для взыскания с ответчика убытков для истца не наступили.

Доводы истца об отсутствии забора керна опровергаются актами приема-передачи керна, отсутствием претензий истца к ответчику по данному поводу и отбор керна к заколонным перетокам никакого отношения не имеет. Аналогичным образом не доказано несоответствие примененных ответчиком режимов бурения или состава бурового раствора.

Суд обратил внимание на действия истца, имеющего целью затягивание рассмотрение спора по существу. Так, изначально иск был заявлен на иных основаниях; затем, заведомо зная о расконсервированной скважине, истец просил суд назначить судебную экспертизу; просьба суда о предоставлении согласия экспертов, поставленных в известность о расконсервированной скважине, истом не выполнена; акты АКЦ и ПГИ заранее не были предоставлены вследствие чего суду пришлось привлекать третьим лицом АО “Ямалпромгеофизика”. В последнем судебном заседании представитель истца вновь заявил о наличии оснований для отложения судебного разбирательства  - для ознакомления с актом ПГИ.

Данные возражения суд посчитал необоснованными и в отложении судебного заседания отказал.

В силу части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются судом со стороны пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований. 

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

РЕШИЛ:

1. В удовлетворении исковых требований отказать.

2. Вернуть ФИО2 с депозита арбитражного суда 10 000 рублей, ранее перечисленные по чеку-ордеру № 4874 от 14.03.2018г. для проведения судебной экспертизы.

3. Решение по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

4. Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в течение месяца со дня его принятия (изготовления его в полном объеме) путем подачи апелляционной жалобы  в Восьмой арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа. Апелляционная жалоба также может быть подана посредством заполнения формы, размещенной на официальном сайте арбитражного суда в сети «Интернет» http://yamal.arbitr.ru.

5. В соответствии с частью 5 статьи 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа и подписан усиленной квалифицированной электронной подписью судьи.

6. Арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа разъясняет, что в соответствии со статьей 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации решение, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

7. По ходатайству указанных лиц копии решения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства в арбитражный суд заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

           Судья

В.В. Чорноба