ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

Москва

05.08.2019                                                                              Дело № А41-64340/15

 

Резолютивная часть постановления оглашена 29 июля 2019 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 5 августа 2019 года.

 

Арбитражный суд Московского округа в составе: 

председательствующего – судьи Тарасова Н.Н.,

судей Коротковой Е.Н., Савиной О.Н.,

при участии в судебном заседании:

от ФИО1 - ФИО2 по доверенности от 13.04.2018 г;

ФИО1, явилась лично, предъявлен паспорт;

от ФИО3 – явился лично, предъявил паспорт; 

рассмотрев в судебном заседании кассационные жалобы 

ФИО4 и ФИО1

на определение Арбитражного суда Московской области от 28.12.2018,

вынесенное судьей Торосяном М.Г.,

на постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 08.05.2019,

принятое судьями Терешиным А.В., Гараевой Н.Я., Мизяк В.П.

о привлечении ФИО4 и ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника

в рамках рассмотрения дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью Рошальская управляющая компания «Фаворит»,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 14.12.2015 общество с ограниченной ответственностью Рошальская управляющая компания «Фаворит» (далее – должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО5

В Арбитражный суд Московской области поступило заявление конкурсного управляющего должника о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО1 и ФИО4 (далее – ответчики) в размере 40 181 251,13 руб.

Определением Арбитражного суда Московской области от 28.12.2018, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 08.05.2019, ответчики привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в части установления размера субсидиарной ответственности производство по обособленному спору приостановлено до формирования конкурсной массы и расчетов с кредиторами.

Не согласившись с определением суда первой инстанции и постановлением суда апелляционной инстанции, ответчики обратились в Арбитражный суд Московского округа с кассационными жалобами, в которых, указывая на неправильное применение судами норм материального и процессуального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, просят удовлетворить кассационные жалобы, обжалуемые определение и постановление отменить, направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В судебном заседании ответчики и их представители доводы кассационных жалоб поддержали.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационных жалоб, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационных жалоб в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ), информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле и явившихся в судебное заседание, обсудив доводы кассационных жалоб и возражений относительно них, проверив в порядкестатей 286, 287 и 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены определения и постановления по доводам кассационных жалоб.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Обращаясь в арбитражный суд с требованиями заявленными в рамках рассмотрения настоящего обособленного спора, конкурсный управляющий должника ссылался на положения статей 61.10, 61.11, 61.12 и 61.16 Закон о банкротстве, утверждая, что бывшим генеральным директором должника ФИО1 и ликвидатором должника ФИО4 не была исполнена обязанность по передаче конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации о финансово-хозяйственной деятельности должника, а также о результатах инвентаризации имущества, печати и штампы; помимо этого, контролирующие лица в нарушение пункта 2 статьи 9 Закона о банкротстве не направили в суд заявление должника о банкротстве.

Как усматривается из материалов дела и было установлено судами первой и апелляционной инстанций, согласно сведениям, содержащимся в Едином государственном реестре юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ), ФИО1 являлась генеральным директором должника с 16.05.2012 и является единственным учредителем должника, а ФИО4 с 20.04.2015 являлся заместителем генерального директора должника, а с 06.06.2015 по 07.12.2016 – ликвидатором должника.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, в применяемой к спорным отношениям редакции, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Согласно пункту 24 постановления Верховного суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление от 21.12.2017 № 53), под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе, невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: - невозможность определения основных активов должника и их идентификации; - невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы.

Руководитель должника обязан обеспечивать сохранность бухгалтерских документов.

Вместе с тем, доказательств надлежащего выполнения бывшим руководителем, а также ликвидатором указанной обязанности, а также принятия мер к восстановлению утраченной документации в материалы дела не представлены.

Судами отмечено что непредставление конкурсному управляющему должника расшифровки статей бухгалтерского баланса в виде инвентаризационных описей, справки о дебиторской и кредиторской задолженности, составление которых является обязательным, существенно затрудняет формирование конкурсной массы с целью осуществления погашения требований кредиторов, что является самостоятельным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО4 и ФИО1 как контролирующих должника лиц.

Кроме того, вследствие нарушения ФИО4 и ФИО1 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве и неисполнения своей обязанности по передаче документов конкурсному управляющему должнику, были нарушены интересы кредиторов должника, поскольку непередача документации исключила возможность выявления в полном объеме конкретного имущества общества, за счет которого могли быть удовлетворены требования кредиторов и текущие расходы конкурсного управляющего.

Также основанием для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника выступило искажение бухгалтерской отчетности, поскольку перечень активов, выявленных конкурсным управляющим должника по состоянию на 2015 год не соответствует сведениям об активах, указанным в бухгалтерской отчетности должника.

ФИО1, как контролирующим должника лицом, также не была исполнена обязанность по самостоятельному обращению в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом), предусмотренная статьей 9, пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве.

Исполняя обязанности генерального директора должника, ФИО1 не исполнила вышеуказанную обязанность, несмотря на тот факт, что размер кредиторской задолженности составлял 40 244 996,27 руб., дебиторской задолженности – 6 374 495,80 руб.

Таким образом, размер обязательств должника существенно превышал совокупный размер активов.

На момент исполнения обязанностей ФИО1 контролирующего лица должника, должник обладал следующими активами:  дебиторская задолженность по исполнительным листам (население) на сумму 1 381 785,34 руб.; товарно-материальные ценности на сумму 1 408 641 руб.; дебиторская задолженность на сумму 6 429 367,54 руб.

Общий размер активов должника составлял 9 219 793,08 руб.

При этом, общий размер кредиторской задолженности должника составлял 40 244 996,27 руб.

В силу статьи 9 Закона о банкротстве, руководитель должника обязан обратиться в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) в том числе, в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника, под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Таким образом, должник отвечал как признакам недостаточности имущества ввиду превышения кредиторской задолженности над активами на 31 025 203,19 руб., так и неплатежеспособности.

При этом, по состоянию на 27.03.2013 с должника в пользу кредиторов в судебном порядке была взыскана задолженность в размере 28 421 790,16 руб., что подтверждается вступившими в законную силу судебными актами.

Между тем отметили суды, обязанность по подаче заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) возникла у ФИО1 начиная с 27.03.2013 и не была исполнена.

Кроме того, ей не только не было подано заявление о признании должника несостоятельным (банкротом), но и искажены сведения бухгалтерской отчетности, создавались препятствия по осуществлению деятельности конкурсного управляющего по проведению процедуры конкурсного производства.

Кроме того согласно пункту 11 постановления от 21.12.2017 № 53, ликвидатор, члены ликвидационной комиссии могут быть привлечены к субсидиарной ответственности, если обязанность по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве не исполнена ими в десятидневный срок, предусмотренный пунктом 3 статьи 9 Закона о банкротстве.

Вместе с тем отметили суды, ликвидатор должника - НижадеГавгани Э.А. в период с 06.06.2015 по 07.12.2016, зная о том, что размер дебиторской задолженности в 6 раз меньше кредиторской, также, в нарушение пункта 2 статьи 9 Закона о банкротстве, не направил заявление о банкротстве в суд.

В силу статьи 61.12 Закона о банкротстве, неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

Исходя из пункта 12 постановления от 21.12.2017 № 53, наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве, презюмируется.

Между тем, отметили суды, в материалы дела не представлено доказательств, подтверждающих отсутствие вины ФИО1, и ФИО4 в недобросовестных действиях о ведению и хранению документации должника, по неисполнению обязанности по своевременной подаче заявления должника о собственном банкротстве, что является основанием для привлечения их к субсидиарной ответственности в солидарном порядке.

В силу пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве, размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

При рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта судом первой инстанции были установлены все существенные для спора обстоятельства и дана надлежащая правовая оценка. Выводы основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу, нормы материального права применены правильно.

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции правомерно оставил определение суда первой инстанции без изменения.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций, не усматривая оснований для их переоценки, поскольку названные выводы в достаточной степени мотивированы, соответствуют нормам права.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что кассационные жалобы не содержит указания на наличие в материалах дела каких-либо доказательств, опровергающих выводы судов, которым не была бы дана правовая оценка судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции.

Судами правильно применены нормы материального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Приведенный в кассационной жалобе ФИО4 довод о необоснованной переквалификации судом первой инстанции заявленных конкурсным управляющим требований со статей 61.10, 61.11, 61.12 и 61.16 Закона о банкротстве на положения статьи 10 названного Закона судебной коллегией отклоняется.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон от 29.07.2017 № 266-ФЗ) и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Согласно пункту 3 статьи  4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу названного Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции названного Федерального закона).

Исходя из правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в пункте 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) положения Закона о банкротстве в редакции Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу названного Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Вместе с тем, предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Приведенный в кассационной жалобе ФИО4 довод о том, что судом первой инстанции неверно определен размер убытков (субсидиарной ответственности) судебной коллегией отклоняется, поскольку обжалуемым определением суда первой инстанции производство по заявлению конкурсного управляющего должника приостановлено до формирования конкурсной массы и расчетов с кредиторами.

 Приведенный в кассационной жалобе ФИО4 и ФИО1 довод о необоснованности выводов суда первой инстанции об отсутствии доказательств передачи конкурсному управляющему должника документов и сведений, судебной коллегией отклоняется, как не основанный на материалах дела, при этом эти доводы уже были предметом судебного исследования и отклонены судами, поскольку передача базы данных в электронном виде не является подтверждением передачи первичных документов бухгалтерского учета.

При этом суды отметили, что бухгалтерская база данных не является документом, обязанность по составлению, ведению или учету которого возложена на должника, как следствие, передача бухгалтерской базы данных не является способом выполнения руководителем обязанности, предусмотренной абзацем 2 части 2 статьи 126 Закона о банкротстве.

Кроме того, положениями Закона о банкротстве передача подлинной документации руководителем должника временному управляющему не предусмотрена, в процедуре наблюдения временный управляющий не становится единоличным исполнительным органом должника, не может нести ответственности за какие-либо полученные от должника подлинные документы.

Как следствие, действия ответчиков по передаче временному управляющему должника подлинных бухгалтерских документов должника не снимает с указанных лиц обязанности по ее хранению и последующей передаче конкурсному управляющему должника.

Кроме того, в соответствии с положениями абзаца 11 пункта 24 постановления от 21.12.2017 № 53, добросовестный и разумный руководитель обязан совершить действия по истребованию документации у предыдущего руководителя, либо по восстановлению документации иным образом (в частности, путем направления запросов о получении дубликатов документов в компетентные органы, взаимодействия с контрагентами для восстановления первичной документации и т.д.).

Приведенный в кассационной жалобе ФИО4 довод о необоснованном отклонении его возражений, касающихся пропуска конкурсным управляющим срока исковой давности, судебной коллегией отклоняется, поскольку в рамках рассмотрения обособленного спора судом первой инстанции в установленном порядке не заявлялся, при том, что в соответствии с положениями части 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации, исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Вместе с тем, судебная коллегия обращает внимание, что судом апелляционной инстанции названный довод был рассмотрен по существу и отклонен.

Оснований для переоценки выводов суда апелляционной инстанции суд кассационной инстанции не усматривает.

Приведенный в кассационной жалобе ФИО4 довод о наличии безусловных оснований для отмены обжалуемых судебных актов мотивированный разночтениями в оглашенной по результатам рассмотрения обособленного спора в судебном заседании резолютивной части судебного акта и ее содержанием на бумажном носителе, судебной коллегией отклоняется.

Действительно, как следует из аудиозаписи судебного заседания от 03.10.2018, судом первой инстанции не было указано на привлечение ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в субсидиарном порядке.

Вместе с тем, указанное обстоятельство не может быть рассмотрено как предусмотренное статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для изменения или отмены судебного акта в любом случае.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что доводами кассационной жалобы не оспаривается то обстоятельство, что судом было указано именно на привлечение ФИО1 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Между тем, в силу прямого указания закона (статья 10 закона о банкротстве), а также с учетом методологических подходов, выработанных высшей судебной инстанцией (постановления от 21.12.2017 № 53), если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают солидарно.

Кроме того, судебная коллегия полагает необходимым отметить, что итоговое разрешение вопроса о порядке привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника будет отражено в судебном акте, которым будет завершено судом первой инстанции разбирательство по существу.

Приведенный в кассационной жалобе ФИО1 довод о том, что она не являлась руководителем должника, судебной коллегией отклоняется как не основанный на материалах дела, в том числе  выписке из ЕГРЮЛ (том 1 листы дела 42-46), приказу от 16.05.2012 № 1-Ф/05-2012 (том 1 лист дела 47), которым ФИО1 уведомила о вступлении ее в должность генерального директора должника.

Иные доводы кассационных жалобах аналогичны ранее заявленным доводам в апелляционной жалобе, которым судом апелляционной инстанции дана надлежащая правовая оценка, в связи с чем, доводы жалоб направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и изложенных выше обстоятельств, установленных судами, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, установленных статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и не могут быть положены в основание отмены судебных актов судом кассационной инстанции.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РоссийскойФедерации, приведенной в том числе в определении от 17.02.2015 № 274-О,статьи 286 - 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса,регламентирующими производство в суде кассационной инстанции,предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актовправо оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами нормматериального и процессуального права и не позволяют ему непосредственноисследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела.

Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оцениваютдоказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основепринципов состязательности, равноправия сторон и непосредственностисудебного разбирательства, что недопустимо. 

Установление фактических обстоятельств дела и оценка доказательств отнесены к полномочиям судов первой и апелляционной инстанций.Аналогичная правовая позиция содержится в определении ВерховногоСуда Российской Федерации от 05.07.2018 № 300-ЭС18-3308.

Таким образом, переоценка доказательств и выводов суда первойинстанции не входит в компетенцию суда кассационной инстанции в силустатьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, анесогласие заявителя жалобы с судебным актом не свидетельствует онеправильном применении судом норм материального и процессуального праваи не может служить достаточным основанием для его отмены.

Суд кассационной инстанции не вправе отвергать обстоятельства, которыесуды первой и апелляционной инстанций сочли доказанными, и приниматьрешение на основе иной оценки представленных доказательств, поскольку иноесвидетельствует о выходе за пределы полномочий, предусмотренных статьей 287Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о существенномнарушении норм процессуального права и нарушении прав и законныхинтересов лиц, участвующих в деле.

Между тем, приведенные в кассационной жалобе доводы фактическисвидетельствуют о несогласии с принятым судом апелляционной инстанции судебным актом и подлежат отклонению, как основанные на неверном истолковании сами заявителем кассационной жалобы положений Закона о банкротстве, а также как направленные на переоценку выводов суда по фактическим обстоятельствам дела, что, в силу статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, недопустимопри проверке судебных актов в кассационном порядке.

Судебная коллегия также отмечает, что в соответствии с положениямистатьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судукассационной инстанции не предоставлены полномочия пересматриватьфактические обстоятельства дела, установленные судами при их рассмотрений,давать иную оценку собранным по делу доказательствам, устанавливать илисчитать установленными обстоятельства, которые не были установлены вопределении или постановлении, либо были отвергнуты судами первой илиапелляционной инстанции.

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной впостановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда РоссийскойФедерации от 23.04.2013 № 16549/12, из принципа правовой определенностиследует, что решение суда первой инстанции, основанное на полном ивсестороннем исследовании обстоятельств дела, не может быть отмененоисключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств,данной судом первой инстанции.

Иная оценка заявителем жалобы установленных судом фактическихобстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной прирассмотрении дела судебной ошибки.

Оснований, предусмотренных статьей 288 Арбитражного процессуальногокодекса Российской Федерации, для изменения или отмены обжалуемых вкассационном порядке судебных актов, по делу не имеется.

Кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 28.12.2018 и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 08.05.2019 по делу № А41-64340/15 - оставить без изменения, кассационные жалобы – оставить без удовлетворения.

 

Председательствующий-судья                                                   Н.Н. Тарасов 

 

Судьи:                                                                                               Е.Н. Короткова

 

                                                                                                            О.Н. Савина