АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

 http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции 

 

Нижний Новгород

Дело № А39-10892/2021

28 августа 2023 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 21.08.2023.

 

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Белозеровой Ю.Б.,

судей Кузнецовой Л.В., Ногтевой В.А.,

 

в отсутствие участвующих в деле лиц

 

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу акционерного общества «Российский Сельскохозяйственный банк» 

на определение Арбитражного суда Республики Мордовия от 10.02.2023  и 

на постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 03.05.2023 

по делу № А39-10892/2021

 

по заявлению акционерного общества «Российский Сельскохозяйственный банк»                    (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 

к ФИО1, ФИО2,

о признании брачного договора недействительным, применении последствий недействительности сделки в виде возврата имущества в конкурсную массу должника

 

по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 

(ИНН 

<

***>, СНИЛС 

<

***>)

 

и   у с т а н о в и л : 

 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 Арбитражным судом Республики Мордовия рассмотрено заявление акционерного общества «Российский Сельскохозяйственный банк» (далее – Банк) о признании недействительным (ничтожным) брачного договора от 10.04.2015, заключенного между должником и ФИО2. Банк просил применить последствия недействительности сделки в виде включения в конкурсную массу должника движимого и недвижимого имущества, в отношении которого определен режим личной собственности ФИО2: 2/3 доли квартиры, расположенной по адресу 

<

...>, площадью 39,1 квадратных метра; квартиры, расположенной по адресу 

<

...>, площадью 40,7 квадратных метра; квартиры, расположенной по адресу 

<

...>, площадью 107,3 квадратных метра; автомобиля Nissan Qashqai, 2014 года выпуска.

Одновременно Банком заявлено требование о признании недействительным   договора дарения от 17.02.2018, заключенного супругой должника ФИО2 и дочерью должника ФИО3, которое на основании определения Арбитражного суда Республики Мордовия от 17.10.2022 выделено в отдельное производство.

Суд первой инстанции определением от 10.02.2023, оставленным без изменения постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 03.05.2023, отказал в удовлетворении заявления Банка о признании недействительным брачного договора.

Не согласившись с состоявшимися судебными актами, Банк обратился в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить и принять новый судебный акт об удовлетворении заявления.

В обоснование кассационной жалобы заявитель указывает, что вывод судов о пропуске Банком срока исковой давности по заявленным требованиям является неправомерным, поскольку в соответствии со статьями 196 и 200 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности для оспаривания брачного договора истекает 15.04.2022. 

По мнению кассатора, положения главы Х Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ « О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) не могут быть применены к оспариванию брачного договора от 10.04.2015, поскольку вступили в силу 01.10.2015, то есть после его заключения. 

Банк считает, что оспариваемая сделка совершена ФИО1 с целью не допустить обращение взыскания на его имущество в процессе исполнения решения суда о взыскании задолженности по кредитному договору с общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Саранский электроламповый завод» (далее — Торговый дом) в размере 59 100 414 рублей 24 копеек и его поручителей по кредитным обязательствам. Должник, являясь руководителем заемщика и поручителем по обязательствам Торгового дома перед Банком, на момент заключения брачного договора понимал неотвратимость предъявления к нему требований в связи с неисполнением заемщиком своих обязательств. Осведомленность должника о неисполнении Торговым домом обязательств по кредитному договору обусловлена неоднократным заключением ФИО1 от имени заемщика дополнительных соглашений о переносе срока возврата кредита и соответствующих дополнительных соглашений к договору поручительства. В результате совершения оспариваемой сделки уменьшен размер имущества должника, за счет которого кредиторы могли удовлетворить требования в процедуре банкротства.

Заявитель полагает, что изменение брачным договором режима совместной собственности имущества должника и ответчика в рассматриваемом случае не имеет правового значения; такое имущество должно быть включено в конкурсную массу в соответствии с положениями Закона о банкротстве, поскольку обязательства должника перед Банком возникли ранее заключения брачного договора.

Подробно доводы заявителя изложены в кассационной жалобе.

Должник в отзыве на кассационную жалобу просил оставить судебные акты без изменения, указал на их законность и обоснованность.

В судебном заседании, назначенном на 14.08.2023, в соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объявлялся перерыв до 21.08.2023.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте слушания жалобы, явку представителей в заседание суда округа не обеспечили, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность обжалованных судебных актов проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установили суды, Банк (кредитор) и Торговый дом (заемщик) заключили договор об открытии кредитной линии от 31.08.2012 №122000/0200 (в редакции дополнительных соглашений), по условиям которого кредитор обязался предоставить заемщику кредитную линию с лимитом задолженности в общей сумме                                    60 000 000 рублей на пополнение оборотных средств на срок до 21.05.2018 в соответствии с приложением № 1 к договору, а заемщик обязался возвратить кредитору полученные денежные средства и уплатить проценты за пользование кредитом по ставке 12,4 процента годовых. 

Обязательства заемщика по договору об открытии кредитной линии в числе прочего обеспечены поручительством: ФИО1 по договору от 31.08.2012 № 122000/0200-9/1; общества с ограниченной ответственностью «Саранский электроламповый завод» (далее – Завод) по договору от 29.02.2012 № 122000/0026-8/1; ФИО4 по договору от 31.03.2014 № 122000/0200-9/3; ФИО5 по договору от 31.03.2014                              № 122000/0200-9/4. 

ФИО1 с 18.03.2011 по 25.05.2018 являлся директором Торгового дома, который входил одну в группу лиц с Заводом по признакам наличия семейных отношений у учредителей (единственным участником Завода является ФИО5, единственным участником Торгового дома – его супруга ФИО4, которые также являются поручителями по вышеназванной кредитной сделке). 

ФИО1 и его супруга ФИО2 заключили брачный договор от 10.04.2015, в соответствии с которым стороны определили, что имущество, перечисленное в пункте 2.1 договора, является личной собственностью ФИО2  

К такому имуществу отнесены: 2/3 доли квартиры, расположенной по адресу 

<

...>, площадью 39,1 квадратных метра; квартира, находящаяся по адресу 

<

...>, площадью 40,7 квадратных метра; квартира, расположенная по адресу 

<

...>, площадью 107,3 квадратных метра; автомобиль Nissan Qashqai, 2014 года выпуска; 100 процентов доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью Торговый дом «Люмэкс». 

Определением Арбитражного суда Республики Мордовия от 29.01.2018 по делу                   № А39-604/2018 принято к производству заявление Банка о признании несостоятельным (банкротом) Завода. На основании определения суда по данному делу от 11.02.2019 в отношении Завода введена процедура наблюдения. Решением суда от 25.09.2019 Завод признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство. 

Определением Арбитражного суда Республики Мордовия от 09.01.2019 по делу                        № А39-10116/2018 принято к производству заявление Банка о признании несостоятельным (банкротом) Торгового дома. Определением Арбитражного суда Республики Мордовия                 от 05.08.2019 по указанному делу в отношении Торгового дома введена процедура наблюдения. Решением суда от 16.12.2019 Торговый дом признан несостоятельным (банкротом), введена процедура конкурсного производства. 

Решением Ленинского районного суда города Саранска Республики Мордовия                     от 25.07.2018 по делу № 2-562/2018 с заемщика и поручителей по договору об открытии кредитной линии от 31.08.2012 № 122000/0200, в частности, с ФИО1 в пользу Банка в солидарном порядке взыскана задолженность в общей сумме 64 016 958 рублей 69 копеек, а также судебные расходы по уплате государственной пошлины в сумме 10 000 рублей. 

Апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Мордовия от 14.11.2018 по делу №33- 2034/2018 решение               от 25.07.2018 по делу № 2-562/2018 оставлено без изменения. 

Определением Арбитражного суда Республики Мордовия от 19.10.2021 принято к производству заявление гражданина ФИО1 о несостоятельности (банкротстве), возбуждено дело № А39-10892/2021. 

Решением Арбитражного суда Республики Мордовия от 06.12.2021 по делу                         № А39-10892/2021 ФИО1 признан несостоятельным (банкротом) и в отношении него введена процедура реализации имущества.

Банк, посчитав, что брачный договор от 10.04.2015 заключен супругами Ч-выми с целях избежания возможности обращения взыскания на общее имущество супругов и с намерением причинить вред имущественным правам кредиторов должника, обратился в суд с заявлением об оспаривании договора.

Исследовав материалы дела, проверив обоснованность доводов, приведенных в кассационной жалобе, суд кассационной инстанции принял постановление, руководствуясь следующим.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В пункте 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» определено, что пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 – 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве.

В рассматриваемом деле оспариваемый брачный договор купли-продажи заключен 10.04.2015. На дату возбуждения дела о банкротстве ФИО1 не обладал статусом индивидуального предпринимателя. Доказательств иного не представлено.

Учитывая, что оспаривание сделок должника-гражданина, не обладающего статусом индивидуального предпринимателя, по специальным основаниям Закона о банкротстве возможно только в отношении сделок, заключенных после 01.10.2015, брачный договор                от 10.04.2015, исходя из заявленных доводов, подлежит оспариванию по статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с пунктом 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. 

Из содержания приведенных норм и разъяснений следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное на причинение вреда другому лицу или реализацию иного противоправного интереса, не совпадающего с обычным хозяйственным (финансовым) интересом добросовестных участников гражданского оборота.

Для признания договора ничтожным в связи с его противоречием статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

В соответствии с пунктом 1 статьи 33 Семейного кодекса Российской Федерации законным режимом имущества супругов является режим их совместной собственности. Законный режим имущества супругов действует, если брачным договором не установлено иное. 

На основании пункта 1 статьи 42 Семейного кодекса Российской Федерации брачным договором супруги вправе изменить установленный законом режим совместной собственности, установить режим совместной, долевой или раздельной собственности на все имущество супругов, на его отдельные виды или на имущество каждого из супругов. Брачный договор может быть заключен как в отношении имеющегося, так и в отношении будущего имущества супругов. 

Пунктом 1 статьи 46 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что супруг обязан уведомлять своего кредитора (кредиторов) о заключении, об изменении или о расторжении брачного договора. При невыполнении этой обязанности супруг отвечает по своим обязательствам независимо от содержания брачного договора.

По смыслу данной нормы, являясь двусторонней сделкой, такого рода соглашение связывает только супругов, при этом ухудшение имущественного положения супруга-должника в результате исполнения такого договора не влечет правовых последствий для не участвовавших в нем кредиторов должника (пункт 3 статьи 308 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Аналогичный правовой подход разъяснен в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан», согласно которому, если во внесудебном порядке осуществлены раздел имущества, определение долей супругов в общем имуществе, кредиторы, обязательства перед которыми возникли до такого раздела имущества, определения долей и переоформления прав на имущество в публичном реестре (пункт 6 статьи 8.1 Гражданского кодекса Российской Федерации), изменением режима имущества супругов юридически не связаны (статья 5, пункт 1 статьи 46 Семейного кодекса Российской Федерации). В силу пункта 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве это означает, что как имущество должника, так и перешедшее вследствие раздела супругу общее имущество включаются в конкурсную массу должника. Включенное таким образом в конкурсную массу общее имущество подлежит реализации финансовым управляющим в общем порядке с дальнейшей выплатой супругу должника части выручки, полученной от реализации общего имущества.

Брачный договор может быть признан судом недействительным полностью или частично по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации для недействительности сделок (статьи 44 Семейного кодекса Российской Федерации).

Для признания брачного договора недействительной сделкой, совершенной в целях причинения вреда кредиторам должника, необходимо установить в результате заключения брачного договора установленный законом режим совместной собственности супругов в отношении имущества, приобретенного в период брака, изменен не в пользу должника, в связи с чем должник утратил права на имущество, на которое могло быть обращено взыскание по его обязательствам перед кредиторами.

Оценив представленные в дело доказательства в порядке, установленном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суды первой и апелляционной инстанций установили, что оспариваемая сделка совершена за пределами периода подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем проверили доводы Банка применительно статей 10, 168 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Судами установлено, что квартира, расположенная по адресу: Республика Мордовия, горд Саранск, улица Ботевградская, дом 79, площадью 40,7 квадратного метра, приобретена ФИО2 по договору дарения. 

В отношении 2/3 доли квартиры, расположенной по адресу 

<

...>, площадью 39,1 квадратного метра, ФИО2, представлены сведения о порядке ее приобретения (в том числе, в связи с выделом доли несовершеннолетнему ребенку при продаже квартиры по улице Терешковой города Саранска, полученной ранее в процессе приватизации в равных долях). 

В отношении квартиры, расположенной по адресу 

<

...>, площадью 107,3 квадратных метра судами приняты доказательства ответчика о приобретении квартиры в общую долевую собственность за счет средств, полученных от продажи квартиры, принадлежащей матери ответчицы, в Жуковском районе Калужской области.

Таким образом, суды пришли к выводу о том, что право личной собственности         ФИО2 на объекты недвижимого имущества возникло до заключения брачного договора от 10.04.2015, оспариваемый договор не изменил режима собственности в отношении указанных объектов. 

Суды нижестоящих инстанций также заключили, что раздел принадлежащего супругам автотранспорта, в результате которого в собственности должника остается  коммерческий автомобиль ГАЗ, а в собственность супруги должника – автомобиль Qashqai, 2014 года выпуска, является соразмерным их стоимости и назначению. 

Отказывая в удовлетворении требований Банка, суды приняли во внимание, что на дату заключения спорного договора у должника и Торгового дома отсутствовали признаки банкротства, поскольку не имелось просроченных денежных обязательств. Суды также учли пояснения должника и ФИО2 о фактическом прекращении брачных отношений супругов до заключения брачного договора, что исключает осведомленность ФИО2 о неплатежеспособности ФИО1

Кроме того, судом первой и апелляционной инстанции сделан вывод о пропуске Банком срока исковой давности по заявленным требованиям.

Суд округа не может согласиться с указанными выводами судов нижестоящих инстанций в силу следующего.

Устанавливая пропуск Банком срока исковой давности по требованию об оспаривании брачного договора, суды заключили, что статус кредитора по отношению к ФИО1 (вне дела о банкротстве) Банк приобрел в соответствии с решением Ленинского районного суда города Саранска Республики Мордовия от 25.07.2018 по делу №2-562/2018. Отделением судебных приставов по Ленинскому району города Саранска Республики Мордовия Управления ФССП по Республике Мордовия 17.12.2018 в отношении гражданина ФИО1 возбуждено исполнительное производство                 № 92841/18/13015-ИП. 

Руководствуясь пунктом 1 статьи 36 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве», устанавливающем срок исполнения требований, содержащихся в исполнительном документе, в течение двух месяцев со дня возбуждения исполнительного производства, суды пришли к выводу о том, что о наличии брачного договора, препятствующего исполнению судебного акта, Банк при достаточной степени разумности и осмотрительности должен был узнать не позднее 18.02.2019. 

Учитывая изложенное, суды определили, что срок исковой давности для оспаривания брачного договора Банком истекает 18.02.2022, в то время как Банк обратился в арбитражный суд 20.06.2022. 

В силу пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. 

Вместе с тем в деле отсутствуют доказательства того, что в материалах исполнительного производства № 92841/18/13015-ИП, возбужденного по заявлению Банка, имелись сведения об оспариваемом брачном договоре. Доказательств того, что Банк мог узнать о заключении должником брачного договора ранее даты включения требований в реестр требований кредиторов ФИО1, в том числе из публичных источников информации или сведений реестров регистрирующих органов, не имеется. 

При таких обстоятельствах вывод судов о пропуске Банком срока исковой давности на оспаривание брачного договора не основан на представленных в материалы дела доказательствах.

При рассмотрении спора суды пришли к выводу об отсутствии у сторон брачного договора от 10.04.2015 цели причинения вреда кредиторам, поскольку на момент его заключения у должника не имелось признаков неплатежеспособности в виде нарушения срока исполнения денежного обязательства.

Вместе с тем сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации оспариваемой сделки должника в качестве подозрительной. Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Указанная правовая позиция подлежит применению и при рассмотрении споров о признании сделки недействительной по общим основаниям статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Судами не учтено, что договор поручительства № 122000/0200-9/1, на основании которого возникли обязательства должника перед Банком, заключен 31.08.2012. Кредитором в суде двух инстанций заявлен довод о том, что срок погашения кредита (возврата основного долга), первоначально установленный на 26.08.2013, неоднократно переносился на основании дополнительных соглашений к кредитному договору, при этом погашение основного долга заемщиком производилось в незначительном размере. Должник был извещен об указанных обстоятельствах. 

Указанный довод Банка свидетельствуют о том, что на дату заключения брачного договора у ФИО1 имелись обязательства перед кредитором, которому мог быть причинен вред совершением сделки по отчуждению имущества. Однако оценка данному доводу судами не дана.

Вывод судов о неосведомленности ФИО2 о финансовом положении должника не основан на доказательствах, опровергающих презумпцию, закрепленную в пункте 3 статьи 19 Закона о банкротстве, согласно которому заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга. 

К указанному выводу суды пришли, приняв во внимание пояснения должника и ответчика, без оценки представленных в материалы дела доказательств и доводов Банка о совместном проживании супругов Ч-вых на дату заключения брачного договора, основанном на данных о регистрации должника и ответчика по месту жительства. 

 

Указывая на равноценность состоявшегося раздела имущества в части передачи в собственность ФИО2 автомобиля Qashqai 2014 года выпуска, а в собственность должника коммерческого автомобиля, суды не указали, какие доказательства являются основанием для вывода о равноценности указанного раздела. Судом кассационной инстанции наличие таких доказательств в материалах дела не установлено.

Суд округа также считает необходимым отметить, что в отношении объектов недвижимого имущества, вопрос о равноценности раздела судами не выяснялся, поскольку суды посчитали, что такие объекты изначально находились в личной собственности ФИО2 

Вместе с тем, вывод об отсутствии на дату заключения брачного договора у должника и ФИО2 общей собственности на недвижимое имущество сделан без анализа совокупности всех представленных в материалы дела доказательств. 

Требование кредитора заявлено на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации и мотивировано совершением должником и ФИО2 действий по выводу имущества ФИО1 на аффилированное лицо в целях недопущения обращения взыскания на него со стороны Банка. Кредитор заявлял о неправомерном выбытии недвижимого имущества из собственности должника в собственность ФИО2 

Ответчиком в материалы дела представлены заключенные между ФИО1 и ФИО2 договоры дарения от 24.12.2014 и 25.02.2015, согласно которым должник подарил супруге принадлежащие ему (на праве раздельной или долевой собственности) объекты недвижимого имущества. 

Учитывая заявленные банком правовые основания и фактические обстоятельства спора, судам надлежало установить, имел ли место факт выбытия недвижимого имущества из собственности должника в собственность ответчика и являлось ли такое выбытие правомерным.  

Кроме того, отказывая во включении в конкурсную массу должника имущества, включая автомобиль Qashqai 2014 года выпуска, нахождение которого в общей собственности супругов Ч-вых до заключения брачного договора не оспаривается, суды не учли разъяснения, содержащиеся в пункте 9 Постановления № 48, относительно последствий заключения должником внесудебного соглашения о разделе имущества для кредитора.

В рассматриваемом деле договор поручительства № 122000/0200-9/1, на основании которого возникли обязательства должника перед Банком, заключен  от 31.08.2012, то есть до совершения брачного договора от 10.04.2015. В связи с этим при отсутствии доказательств уведомления Банка о заключении брачного договора его наличие не является препятствием для включения в конкурсную массу имущества, находящегося в общей собственности супругов Ч-вых в целях удовлетворения требований Банка.

В силу части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, основаниями для отмены решения, постановления являются несоответствие выводов суда, содержащихся в решении, постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, и имеющимся в деле доказательствам, неправильное применение норм материального права.

Полномочия по установлению обстоятельств, имеющих значение для правильного и всестороннего рассмотрения дела, а также по оценке доказательств, доводов и возражений лиц, участвующих в деле, у суда кассационной инстанции отсутствуют в силу положений главы 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с чем допущенные арбитражными судами нарушения не могут быть восполнены на стадии кассационного рассмотрения дела.

В связи с неполным выяснением существенных для обособленного спора обстоятельств определение от 10.02.2023 и постановление от 03.05.2023 подлежат отмене                    с направлением дела на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.

При новом рассмотрении обособленного спора судам надлежит учесть изложенное, установить все обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения заявления кредитора, принять законный и обоснованный судебный акт.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, суд округа не установил.

В силу части 3 статьи 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при отмене судебного акта с передачей дела на новое рассмотрение вопрос о распределении судебных расходов разрешается арбитражным судом, вновь рассматривающим дело. 

Руководствуясь статьями 287 (пункт 3 части 1), 288 (часть 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Мордовия от 10.02.2023 и постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 03.05.2023 по делу № А39-10892/2021 отменить.

Направить дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Мордовия.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном в статье 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

           Председательствующий

 

Ю.Б. Белозерова

 

 

Судьи

 

Л.В. Кузнецова

В.А. Ногтева