Арбитражный суд

 Западно-Сибирского округа

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                                                 Дело № А45-27031/2020

 

Резолютивная часть постановления объявлена 11 октября 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 18 октября 2023 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                                   Зюкова В.А.,

судей                                                                  Доронина С.А.,

ФИО1 -

при ведении протокола помощником судьи Рахмеевой Д.Р. рассмотрел в судебном заседании с использованием системы веб-конференции посредством сервиса «Картотека арбитражных дел» кассационную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Новосибирской области от 12.04.2023 (судья Мельникова А.О.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 16.06.2023 (судьи Дубовик В.С., Зайцева О.О., Иванов О.А.) по делу № А45-27031/2020 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Константа» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, далее - ООО «Константа», должник), принятые по заявлению конкурсного управляющего о привлечении ФИО3, ФИО4, ФИО5 (далее - ответчики) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В судебном заседании посредством использования системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн заседания) приняли участие представители: ФИО2 - ФИО6 по доверенности от 10.02.2023, ФИО3 - ФИО7 по доверенности от 26.08.2021.

Суд установил:

производство по делу о признании должника банкротом возбуждено на основании заявления ФИО2 (далее - кредитор), принятого определением Арбитражного суда Новосибирской области от 14.10.2020.

Решением Арбитражного суда Новосибирской области от 13.04.2021в отношении ООО «Константа» введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО8.

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 07.04.2022 ФИО8 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Константа».

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 28.06.2022 конкурсным управляющим ООО «Константа» утвержден ФИО9, который обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО3, ФИО4, ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 12.04.2023, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 16.06.2023, в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО2 обратился с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда Новосибирской области от 28.06.2022 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 16.06.2023 в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3, ФИО4

В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель указывает, что судебными актами признаны недействительными сделки по перечислению денежных средств со счетов должника на личные счета ФИО3 и ФИО4, кроме того, определением суда от 09.11.2022 со ФИО3 в пользу должника взысканы убытки. По мнению кассатора, указанные обстоятельства являются основанием для привлечения ФИО3 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве). Основания и размер денежных средств, направленныхв Китайскую Народную Республику, а также факторы, оказавшие влияние на банкротства должника, не исследовались судами. Полагает, что наличие аффилированности кредитора с учредителем ООО «Константа» ФИО5 не является основанием для освобождения ФИО3 от субсидиарной ответственности. Указывает, что институт банкротства является законным инструментом, который позволяет добиться погашения кредиторской задолженности. ФИО4 сдавала в налоговый орган некорректную бухгалтерскую отчетность ООО «Константа», свидетельствующую о платежеспособности должника, ввиду чего кредитор и ФИО5 не могли своевременно обратиться с иском к ФИО3 о взыскании убытков в корпоративном порядке. Ссылается на отсутствие передачи части документов конкурсному управляющему, что напрямую повлияло па возможность удовлетворения требования кредиторов.

В отзыве на кассационную жалобу ФИО3 считает несостоятельными доводы, изложенные в ней, ссылаясь на законность и обоснованность обжалуемых судебных актов.

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе в полном объеме, представитель ФИО3 и ФИО4 просит оставить без изменения обжалуемые судебные акты.

Иные лица, участвующие в деле, не явились. Учитывая надлежащее извещение участвующих в деле лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Изучив материалы дела, доводы, изложенные в кассационной жалобе, проверив в соответствии со статьями 274, 286 АПК РФ законность обжалуемых судебных актов в обжалуемой части, суд кассационной инстанции не находит оснований для их отмены.

Как усматривается из материалов дела и установлено судами, ООО «Константа» учреждено 22.03.2011.

Единственным участником с 09.07.2014 до даты открытия конкурсного производства являлась ФИО5 (со 100 % долей уставного капитала), директором должника с 02.04.2014 являлся ФИО3 ФИО4 принята на работу в ООО «Константа» 09.01.2019 в качестве бухгалтера, уволена 30.09.2019.

Определением суда от 21.12.2021 признаны недействительными платежи, совершенные ООО «Константа» в пользу ФИО3 на общую сумму 1 935 818,64 руб., применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ответчика указанной суммы в конкурсную массу должника.

Судом кассационной инстанции размер суммы, подлежащей взысканию, уменьшен до 1 211 916,64 руб.

Определением суда от 14.03.2022 признаны недействительными платежи, совершенные ООО «Константа» в пользу ФИО4 на общую сумму 692 571 руб., применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ответчика указанной суммы в конкурсную массу должника.

Постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 22.08.2022 размер суммы, подлежащей взысканию со ФИО4, уменьшен до 214 571 руб.

Определением суда от 09.11.2022 со ФИО3 в пользу должника ООО «Константа» взысканы убытки в размере 413 032,50 руб.

При рассмотрении обособленно спора о взыскании убытков установлено, что ФИО3 перечислялись денежные средства в качестве оплаты услуг турагентства по подбору тура, покупке авиабилетов, оплаты бензина, совершения покупок в магазинах, оплата электроэнергии, сотовой связи, членских взносов.

В реестр требований кредиторов должника включено требование единственного кредитора ФИО2 на общую сумму 8 890 337,58 руб.

В обоснование заявления конкурсный управляющий указывает, что не все документы переданы бывшим руководителем должника, а именно, не представлена расшифровка дебиторской задолженности, не раскрыты основания для ее уменьшения. Лицами, контролирующими должника причинен существенный вред кредитору, что подтверждается судебными актами по делу о признании незаконными перечислений в трехлетний период до даты банкротства должника в пользу ФИО3 и ФИО4, кроме того, взысканы убытки со ФИО3 ФИО5, будучи учредителем не могла не знать о необоснованном расходовании денежных средств, между тем решения о прекращении трудового договора со ФИО3 не принимала.

Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для привлечения ФИО3, ФИО4, ФИО5 к субсидиарной ответственности применительно к положениям пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве, указав на недопустимость подмены механизмов разрешения корпоративных споров институтом субсидиарной ответственности в целях защиты прав единственного кредитора ФИО2, аффилированного к должнику.

Суд апелляционной инстанции поддержал выводы суда первой инстанции.

Суд кассационной инстанции считает, что выводы судов первой и апелляционной инстанций соответствуют нормам законодательства и фактическим обстоятельствам дела.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Аналогичные правила ранее были закреплены в пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ).

В силу пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

При этом не включаются в размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица требования, принадлежащие этому лицу либо заинтересованным по отношению к нему лицам. Такие требования не подлежат удовлетворению за счет средств, взысканных с данного контролирующего должника лица (абзац 3 пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Иск о привлечении к субсидиарной ответственности является групповым косвенным иском, так как предполагает предъявление полномочным лицом в интересах группы лиц, объединяющей правовое сообщество кредиторов должника, требования к контролирующим лицам, направленного на компенсацию последствий их негативных действий по доведению должника до банкротства. Институт субсидиарной ответственности является правовым механизмом защиты нарушенных прав конкурсных кредиторов, возмещения причиненного им вреда; при разрешении требования о привлечении к субсидиарной ответственности интересы кредиторов противопоставляются лицам, управлявшим должником, контролировавшим его финансово-хозяйственную деятельность.

Таким образом, требование о привлечении к субсидиарной ответственности в материально-правовом смысле принадлежит независимым от должника кредиторам, является исключительно их средством защиты.

В соответствии с абзацем 3 пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве и разъяснениями высшей судебной инстанции, приведенными в пункте 13 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.12.2020, требование о привлечении к субсидиарной ответственности является средством защиты исключительно для независимых от должника кредиторов, а использование механизма привлечения к субсидиарной ответственности для разрешения корпоративных споров является недопустимым (определение Верховного Суда Российской Федерации от 07.04.2022 № 305-ЭС21-25552).

Механизм привлечения к субсидиарной ответственности не может быть использован для разрешения корпоративных споров.

Если имеются основания полагать, что ответчик как партнер по бизнесу действовал неразумно или недобросовестно по отношению к обществу, то другой участник не лишен возможности прибегнуть к средствам защиты, имеющимся в арсенале корпоративного (но не банкротного) законодательства, в частности, предъявление требований о взыскании убытков, исключении из общества, оспаривание сделок по корпоративным основаниям и прочим.

По общему правилу, участники группы компаний не могут получать удовлетворение своих требований друг от друга через институт субсидиарной ответственности.

В рассматриваемом случае судами установлено, что ФИО5 (единственный участник должника)  является дочерью ФИО2 (директор кредитора должника).

Аффилированность кредитора к должнику установлена определением суда от 13.04.2022.

В период с августа по октябрь 2014 года общество с ограниченной ответственностью «СТК-Магистраль» (далее - ООО «СТК-Магистраль»), директором которого с 2012 года по настоящее время является ФИО2, предоставлены процентные займы ООО «Константа» со сроком возврата с августа по октябрь 2015 года.

После окончания срока возврата денежных средств, ООО «СТК-Магистраль» не предпринималось действий по взысканию задолженности с ООО «Константа». Доказательств продления сроков возврата денежных средств в материалы дела не представлено.

Судами обоснованно учтено, что, находясь в близких родственных взаимоотношениях с ФИО2, учредитель ФИО5 не могла не знать о наличии обязательств по займу, о сроках их исполнения, о деятельности общества в целом.

ООО «Константа» учреждено 22.03.2011. Единственным участником с 09.07.2014 до даты открытия конкурсного производства являлась ФИО5, директором должника с 02.04.2014 являлся ФИО3

После внесения в ЕГРЮЛ сведений о единственном участнике должника ФИО5 в период с августа по октябрь 2014 года ООО «СТК-Магистраль», директором которого с 2012 года по настоящее время является ФИО2, предоставлены процентные займы ООО «Константа» со сроком возврата с августа по октябрь 2015 года, соответственно.

Доказательств обращения с требованием о возврате займа, о продлении сроков возврата, сторонами в дело не представлено.

В последующем, спустя пять лет, 09.01.2020 ООО «СТК-Магистраль» по договору цессии уступило право требования долга ФИО2., который незамедлительно обратился в суд общей юрисдикции с иском о взыскании задолженности с должника.

Согласно решению Ленинского районного суд г. Новосибирска от 12.05.2020 ФИО3 заявлял о пропуске срока исковой давности, между тем, ФИО5 представила решение от 10.07.2017 единственного участника о погашении долга перед ООО «СТК-Магистраль» в срок до 31.07.2017.

Указанное решение суда общей юрисдикции послужило основанием для введения процедуры банкротства в отношении должника. В настоящее время в реестр требований кредиторов включено требование единственного кредитора ФИО2 (заявителя по делу) в общем размере 8 890 337, 58 рублей.

Как установлено определением суда от 09.11.2022, ФИО5, как участник общества должна была узнать о расходовании денежных средств общества, по крайней мере, при утверждении годовых отчетов общества не позднее 01.05.2017.

ООО «СТК-Магистраль» также не могло не знать о наличии перед ним существенно просроченной задолженности в значительном размере.

Суды верно указали, что ФИО5 является дочерью ФИО2

ФИО2 экономической цели приобретения права требования у ООО «СТК Магистраль» не раскрывал, при этом займы не были истребованы длительный период времени.

В свою очередь, длительное неистребование задолженности, включая оплату процентов за пользование займом, учитывая аффилированность сторон, является основанием для применения пункта 3 и 3.1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 и утверждения о наличии признаков компенсационного финансирования должника, и как следствие, понижения очередности.

Единственной целью покупки такого права требования с его оплатой в течение двух дней с даты подписания договора может является возможность влияния на процедуру банкротства должника, а также на лиц, его контролирующих, для получения неких преимуществ в условиях объявленного неразрешенного корпоративного конфликта,

Находясь в родственных взаимоотношениях с ФИО2, учредитель не могла не знать о наличии обязательств по займу, о сроках их исполнения, о деятельности общества в целом.

В свою очередь, ООО «СТК-Магистраль», директором которого является ФИО2, также не могло не знать о наличии задолженности в значительном размере, длительного неистребования, о чем свидетельствует продажа долга лишь в 2020 году, спустя пять лет после выдачи займа.

Суды верно указали, что такое поведение всей группы лиц свидетельствуето ведении совместного бизнеса на условиях, не раскрытых суду. Очевидно, что все лица осведомлены о деятельности общества, в том числе о совершаемых сделках, которые были признаны недействительными.

Данное обстоятельство подтверждается также вступившим в законную силу определением суда от 09.11.2022, в котором суд пришел к выводу о том, что ФИО5, как участник общества должна была знать о расходовании денежных средств общества, по крайней мере, при утверждении годовых отчетов общества не позднее 01.05.2017. По иным сделкам, соответственно 01.05.2018, 01.05.2019, 01.05.2020. Между тем, ФИО5 не воспользовалась правом на взыскание убытков до 2020 года, не прекратила полномочия директора ФИО3

Доводы кассационной жалобы данные выводы судов не опровергают.

Исследовав и оценив фактические обстоятельства дела и имеющиеся доказательства в соответствии со статьей 71 АПК РФ в их совокупности и взаимосвязи, доводы и возражения участвующих в деле лиц, приняв во внимание аффилированность сторон, суды пришли к обоснованному выводу о том, что требование ФИО2 не подлежит включению в размер субсидиарной ответственности ответчиков силу прямого указания абзаца третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Отклоняя доводы о непередаче ФИО3 как бывшим руководителем общества документации должника конкурсному управляющему, суды исходили из отсутствия доказательств того, что именно неисполнение обязанности по передаче документов привело к невозможности формирования конкурсной массы и расчетов с кредиторами, также, как и доказательств нахождения у ФИО3 каких-либо документов, в определении суда от 16.12.2021 отражено, что вся имеющаяся документация передана управляющему по актам приема-передачи.

Довод кассационной жалобы о невозможности применения в рассматриваемом случае положений статьи 61.11 Закон о банкротстве судом округа во внимание не принят, поскольку являлся предметом рассмотрения судов и был отклонен.

При этом иск о привлечении к субсидиарной ответственности является групповым косвенным иском, так как предполагает предъявление полномочным лицом в интересах группы лиц, объединяющей правовое сообщество кредиторов должника, требования к контролирующим лицам, направленного на компенсацию последствий их негативных действий по доведению должника до банкротства. При разрешении требования о привлечении к субсидиарной ответственности интересы кредиторов противопоставляются лицам, управлявшим должником, контролировавшим его финансово-хозяйственную деятельность. Таким образом, требование о привлечении к субсидиарной ответственности в материально-правовом смысле принадлежит независимым от должника кредиторам, является исключительно их средством защиты. Именно поэтому, в том числе абзац третий пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве в настоящее время устанавливает правило, согласно которому в размер субсидиарной ответственности не включаются требования, принадлежащие ответчику либо заинтересованным по отношению к нему лицам. Если кредиторы являлись причастными к управлению должником и не имеют статуса независимых кредиторов, то они лишены возможности заявлять требование о привлечении к субсидиарной ответственности. Предъявление подобного иска может быть расценено, как попытка компенсировать последствия своих неудачных действий по вхождению в капитал должника и инвестированию в его бизнес. В то же время механизм привлечения к субсидиарной ответственности не может быть использован для разрешения корпоративных споров. Если заинтересованные кредиторы полагают, что контролирующие должника лица как их партнеры по бизнесу действовали неразумно или недобросовестно по отношению к обществу, то они не лишены возможности прибегнуть к средствам защиты, имеющимся в арсенале корпоративного (но не банкротного) законодательства, в частности, предъявление требований о взыскании убытков, исключении из общества, оспаривании сделок по корпоративным основаниям и прочее (определение Верховного Суда Российской Федерации от 28.09.2020 N 310-ЭС20-7837).

Судами сделан обоснованный вывод о том, что предоставление аффилированным лицом ООО «СТК-Магистраль» должнику денежных средств по договору займа, длительное его неистребование, затем уступка прав требований спустя пять лет после наступления срока оплаты обусловливает существование у них общих экономических интересов и, как верно указал суд первой инстанции, о наличии скрытых неразрешенных разногласий между аффилированными лицами.

Вместе с тем наличие скрытого интереса в разрешении подобного конфликта не предполагает использование механизмов банкротства, имеющих своей приоритетной целью защиту прав внешних кредиторов.

Лица участвующие в корпоративных конфликтах, полагая, что партнеры по бизнесу действовали неразумно или недобросовестно по отношению к обществу, не были лишены возможности прибегнуть к средствам защиты, имеющимся в арсенале корпоративного (но не банкротного) законодательства, в частности, предъявление требований о взыскании убытков (вне рамок дела о банкротстве), исключении из общества, оспаривание сделок по корпоративным основаниям и прочее.

При этом в силу абзаца третьего названного пункта в размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица не включаются требования, принадлежащие этому лицу либо заинтересованным по отношению к нему лицам. Такие требования не подлежат удовлетворению за счет средств, взысканных с данного контролирующего лица.

Поскольку ФИО2 признан заинтересованным по отношению к должнику лицом, размер его требования в любом случае не может быть включен в размер субсидиарной ответственности контролирующего лица.

Все иные доводы заявителя, изложенные в кассационной жалобе, судом округа отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судами норм права и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом кассатор фактически ссылается не на незаконность обжалуемых судебных актов, а выражает несогласие с произведенной судами оценкой доказательств, просит еще раз пересмотреть данное дело по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 АПК РФ основаниями для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Учитывая изложенное, кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Новосибирской области от 12.04.2023 в обжалуемой части и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 16.06.2023 в обжалуемой части по делу № А45-27031/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.

 

Председательствующий                                                       В.А. Зюков

 

Судьи                                                                                    С.А. Доронин

 

ФИО1