АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-7595/24 

Екатеринбург

22 января 2025 г.

Дело № А76-16087/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 15 января 2025 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 22 января 2025 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Шавейниковой О.Э.,

судей Савицкой К.А., Столяренко Г.М.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи ФИО1 рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО2, ФИО3 на постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.10.2024 по делу № А76-16087/2023 Арбитражного суда Челябинской области.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения данной информации на официальном сайте Арбитражного суда Уральского округа в сети Интернет, в суд округа явку не обеспечили.

В судебном заседании в режиме веб-конференции принял участие представитель ФИО2 и ФИО3 – ФИО4 (доверенность от 13.08.2024 № 74АА6843379). 

От общества с ограниченной ответственностью Торговый дом «Развитие оптимальных стратегий инвестирования» (далее – общество Торговый дом «РИ-Спецтехника», истец) поступило ходатайство о рассмотрении кассационной жалобы в отсутствие его представителя. Ходатайство судом рассмотрено и удовлетворено на основании части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 20.01.2021 на основании заявления общества Торговый дом «РИ-Спецтехника» возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Текос» (далее –общество «Текос», должник), делу присвоен номер А76-482/2021.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 09.03.2021 производство по делу № А76-482/2021 о банкротстве общества «Текос» прекращено.

После прекращения дела о банкротстве 16.03.2021 общество Торговый дом «РИ-Спецтехника» обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением о привлечении ФИО2 и ФИО3 (далее также – ответчики) к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Текос» и взыскании с них денежных средств в сумме 1 243 238 руб. 40 коп.

Данное заявление принято судом к производству в качестве обособленного спора в рамках дела № А76-482/2021 о банкротстве общества «Текос».

Затем определением суда от 23.05.2023 на основании пункта 1 статьи 61.19 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) вышеуказанное заявление общества Торговый дом «РИ-Спецтехника» выделено в отдельное производство с присвоением делу номера А76-16087/2023.

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 10.06.2024 в удовлетворении требований общества Торговый дом «РИ-Спецтехника» отказано.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.10.2024 решение суда первой инстанции отменено, требования истца удовлетворены: ФИО2 и ФИО3 привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Текос», с ответчиков солидарно в пользу общества Торговый дом «РИ-Спецтехника» взысканы денежные средства в сумме 1 243 238 руб. 40 коп.

Не согласившись с постановлением апелляционного суда от 21.10.2024, ФИО2 и ФИО3 обратились в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просят обжалуемый судебный акт отменить, оставить в силе решение суда первой инстанции от 10.06.2024, ссылаясь на нарушение апелляционным судом норм права, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела.

В кассационной жалобе заявители ссылаются на отсутствие у истца права на подачу заявления о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности, указывая на отсутствие в рамках дела о банкротстве судебного акта о замене заявителя по спору с акционерного общества Торговый дом «Развитие Оптимальных Стратегий Инвестирования» на общество с ограниченной ответственностью Торговый дом «РИ-Спецтехника». Податели жалобы приводят доводы об отсутствии оснований для их привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Текос», акцентируя внимание на недоказанности материалами дела вины ответчиков в наступлении банкротства должника, причинно-следственной связи между действиями ответчиков и возникновением у общества «Текос» признаков несостоятельности, а также недоказанности истцом факта совершения ответчиками действий по выводу активов указанного общества. В обоснование данных доводов податели жалобы также указывают, что неплатежеспособность должника обусловлена иными объективными обстоятельствами, не зависящими от действий ответчиков, ссылаются на совершение ФИО2 действий по пополнению оборотных средств должника путем предоставления ему займов и возврату полученных от должника под отчет и неизрасходованных денежных средств. Ссылаясь на неосуществление ФИО3 с 2016 года руководства обществом «Текос», податели жалобы полагают, что у судов не имелось правовых оснований для привлечения ее к субсидиарной ответственности по обязательствам данного общества. 

Дополнительные документы, приложенные к кассационной жалобе С-вых, судом кассационной инстанции не принимаются и к материалам дела не приобщаются с учетом положений статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Указанные документы подлежат фактическому возврату.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа в порядке, предусмотренном статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, общество «Текос» зарегистрировано в качестве юридического лица 12.02.2009, участниками общества являлись ФИО2 (с момента создания общества) и ФИО3 (с 11.12.2009).

Функции единоличного исполнительного органа общества «Текос» с 12.02.2009 исполнял ФИО2  

Между обществом «Текос» (покупатель) и обществом Торговый дом «РИ-Спецтехника» (поставщик) 10.02.2017 заключен договор поставки № 006С-17, по условиям которого поставщик обязуется поставить покупателю отдельными партиями продукцию в ассортименте, количестве, по цене согласно спецификациям, а в случае отсутствия спецификаций – согласно товарным накладным и счетам-фактурам. 

В соответствии с условиями данного договора сторонами была подписана спецификация № 1, которой покупатель и поставщик согласовали поставку товара на сумму 1 700 000 руб.

Обществом Торговый дом «РИ-Спецтехника» принятые на себя по договору поставки обязательства исполнены в полном объеме, при этом должником оплата за поставленный товар не произведена.

В связи с неисполнением обществом «Текос» обязанности по оплате поставленного товара истцом 12.01.2018 в адрес данного общества была направлена претензия с требованием об оплате возникшей задолженности, которая ответчиком не исполнена.

Указанные обстоятельства послужили основанием для подачи обществом Торговый дом «РИ-Спецтехника» в арбитражный суд искового заявления о взыскании с общества «Текос» задолженности по договору поставки от 10.02.2018 № 006С-17. 

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Челябинской области от 09.07.2018 по делу № А76-14163/2018 исковые требования общества Торговый дом «РИ-Спецтехника» удовлетворены: с общества «Текос» в пользу истца взыскана задолженность в сумме 849 041 руб., неустойка в сумме 369 016 руб. 40 коп. и расходы по уплате государственной пошлины в сумме 25 181 руб. 

Неисполнение обществом «Текос» обязанности по погашению взысканной судебным актом задолженности явилось основанием для подачи обществом Торговый дом «РИ-Спецтехника» заявления о признании общества «Текос» несостоятельным (банкротом), на основании которого определением Арбитражного суда Челябинской области от 20.01.2021 было возбуждено дело № А76-482/2021.

Затем, как указано ранее, определением Арбитражного суда Челябинской области от 09.03.2021 производство по делу № А76-482/2021 о банкротстве общества «Текос» прекращено в связи с отсутствием денежных средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, и расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему.

Ссылаясь на непринятие участниками общества и его руководителем, осведомленным о наличии подтвержденной судебным актом задолженности перед истцом, действий, направленных на разрешение надлежащим образом вопросов, касающихся расчетов с кредитором, указывая на совершение ими действий, повлекших невозможность осуществления расчетов с кредитором, а также на неисполнение ими обязанности по подаче заявления о признании общества «Текос» несостоятельным (банкротом), истец обратилсяв арбитражный суд с рассматриваемым исковым заявлением. 

В ходе рассмотрения указанного заявления регистрирующим органом 16.03.2022 в Единый государственный реестр юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) внесена запись о прекращении деятельности общества (в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности).

Суд первой инстанции, исходя из недоказанности материалами дела недобросовестности действий ответчиков при осуществлении руководства обществом «Текос», совершения ими действий, повлекших неплатежеспособность данного общества, последующее прекращение осуществления им своей хозяйственной деятельности и невозможность погашения задолженности перед истцом, не усмотрел оснований для привлечения ФИО2 и ФИО3 к субсидиарной ответственности.

Пересмотрев спор в порядке апелляционного производства, суд апелляционной инстанции с выводами суда первой инстанции не согласился, пришел к выводу о наличии правовых оснований для привлечения указанных лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Текос», при этом исходил из следующего. 

В силу пункта 1 статьи 61.19 Закона о банкротстве, если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности согласно пункту 3статьи 61.14 данного Закона и требования которого не удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлеченияк субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 Закона о банкротстве, оно вправе обратиться в суд с иском вне дела о банкротстве.

Если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника (пункты 1 и 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве). Под действиями (бездействием) контролирующего общества лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной такого неисполнения, то есть те, без которых объективное неисполнение не наступило бы. 

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, выразившихся в частности в причинении существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 данного Закона). 

Действующее законодательство допускает применение положений статьи 61.11 Закона о банкротстве и вне рамок дела о банкротстве. В частности, согласно подпункту 1 пункта 12 указанной статьи контролирующее должника лицо несет субсидиарную ответственность по правилам той же статьи, если невозможность погашения требований кредиторов наступила вследствие действий и (или) бездействия этого лица, но производство по делу о банкротстве прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, или заявление уполномоченного органа о признании должника банкротом возвращено.

Согласно пункту 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» исключение общества с ограниченной ответственностью из ЕГРЮЛ в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В соотношении с этим, если неисполнение обязательств общества (в том числе, вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1–3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

При подаче кредитором иска о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности вне дела о банкротстве – в случае исключения юридического лица из реестра как недействующего также применимы установленные банкротным законодательством презумпции. Иное создавало бы неравенство в правах кредиторов в зависимости от поведения контролирующих лиц и приводило бы к получению необоснованного преимущества такими лицами только в силу того, что они избежали процедуры банкротства контролируемых лиц (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.04.2024 № 305-ЭС23-29091).

Из системного толкования вышеуказанных положений следует, что основанием для применения субсидиарной ответственности к контролирующим должника лицам, как в силу положений Закона о банкротстве, так и в силу общих положений гражданского законодательства является совокупность следующих обстоятельств: противоправное (неразумное или недобросовестное) виновное поведение контролирующих должника лиц, негативные последствия на стороне кредитора в виде неисполнения указанным лицом обязательств перед ним, и причинно-следственная связь между этими обстоятельствами.

В качестве одного из оснований для привлечения ответчиковк субсидиарной ответственности истец указывал на расходование ответчиками средств должника в личных целях, в частности на приобретение квартиры и жилого дома.

Исследовав приведенные истцом доводы, возражения ответчиков в совокупности и взаимосвязи с представленными в материалы дела доказательствами, установив, что указанная квартира была приобретена ФИО2 в 2008 году, то есть до момента создания общества «Текос», а жилой дом, несмотря на то, что право собственности на него зарегистрировано лишь в апреле 2019 года, был возведен и эксплуатируется ответчиками с апреля 2015 года, то есть до момента возникновения задолженности перед истцом, в отсутствие доказательств, явственно свидетельствующих о недобросовестности поведения ответчиков при приобретении вышеуказанного имущества, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Текос» по указанному основанию. 

Суд апелляционной инстанции с выводами суда первой инстанции в данной части согласился, указав на непредставление истцом доказательств, безусловно опровергающих установленные судом первой инстанции обстоятельства (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Истец в обоснование заявленных требований также ссылался на намеренное уклонение ответчиков от исполнения обязательств по договору подряда при осуществлении обществом «Текос» расчетов по обязательствам перед иными лицами, осуществление ими действий, в частности в виде совершения сделок по перечислению в свой адрес под отчет денежных средств, повлекших прекращение деятельности должника, его последующее исключение из ЕГРЮЛ и невозможность погашения задолженности перед истцом.

Возражая против данных доводов, ответчики ссылались на то, что неисполнение обязательств перед истцом было обусловлено наличием у общества «Текос» обязательств перед кредиторами, требования которых возникли ранее, в том числе перед обществами с ограниченной ответственностью «ЧелябТракторЗапчасть» и «Техпланета», расчеты с которыми производились в безакцептном порядке путем списания денежных средств со счета должника на основании исполнительных листов. 

Проанализировав доводы и возражения лиц, участвующих в деле, представленные в материалы дела доказательства, суд апелляционной инстанции установил, что согласно выписке по счетам общества «Текос» последним посредством списания средств со счетов должника по исполнительным листам действительно производились расчеты с вышеуказанными кредиторами, обязательства которых частично возникли ранее обязательств общества «Текос» перед истцом и подтверждены вступившими в законную судебными актами, при этом отметил, что после перечисления средств в пользу обществ с ограниченной ответственностью «ЧелябТракторЗапчасть» и «Техпланета» на счета должника поступали денежные средства в размере, достаточном также для проведения расчетов с обществом Торговый дом «РИ-Спецтехника».

Изучив обстоятельства расходования обществом «Текос» указанных денежных средств, апелляционный суд установил, что таковые, вместо погашения обязательств перед истцом, частично были перечислены ответчиками в счет исполнения различных обязательств перед иными лицами, в том числе сформировавшихся после возникновения обязательств перед истцом, а частично – сняты со счета и выданы под отчет различным лицам, в том числе ФИО2, которому за период с 21.03.2017 по 22.04.2019 в подотчет выдано свыше 1 800 000 руб., что значительно превышает размер обязательств общества «Текос» перед обществом Торговый дом «РИ-Спецтехника».

При этом доказательств, обосновывающих правомерность полученияФИО2 денежных средств и подтверждающих расходование таковых непосредственно на нужды должника, а равно раскрывающих цели выдачи денежных средств «подотчет», осуществления расчетов с иными кредиторами при наличии у общества неисполненных обязательств перед истцом или свидетельствующих о том, что выдача средств в подотчет носила экстренный характер, расходы относились к первоочередным по отношению к обязательствам перед истцом, ответчиками, несмотря на требования суда, в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлено и судом апелляционной инстанции не установлено.

Ссылки ответчиков на выдачу ФИО2 займов обществу «Текос», осуществление им возврата подотчетных средств отклонены судом, поскольку предоставленные ответчиком должнику заемные средства и возвращенные им суммы являются незначительными, не соотносятся с общей суммой выведенных из оборота должника денежных средств и сами по себе, в отсутствие первичных документов, не подтверждают обоснованность получения и расходования ФИО2 подотчетных средств.

Совокупность установленных обстоятельств позволила апелляционному суду констатировать, что действия ответчиков по осуществлению расчетов с иными кредиторами, выдаче денежных средств «подотчет», непринятие ими хотя бы минимальных мер по погашению задолженности перед истцом фактически были направлены на вывод активов общества, причинение вреда правам и законным интересам общества Торговый дом «РИ-Спецтехника», повлекли невозможность погашения требований последнего и могли быть оспорены в рамках дела о банкротстве в порядке статей 61.2, 61.3 Закона о банкротстве. 

Такое поведение расценено судом как недобросовестное и неразумное, свидетельствующее о намеренном уклонении ответчиков от исполнения принятых обществом «Текос» обязательств перед обществом Торговый дом «РИ-Спецтехника» и возложенных на них обязанностей по проведению процедуры ликвидации должника в установленном порядке с осуществлением расчетов с кредиторами.

В рассматриваемом случае ответчиками не приведено убедительных доводов, позволяющих сделать вывод о добросовестности или разумностиих действий. Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении гражданско-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством.

Суд апелляционной инстанции также отметил, что осуществление обществом «Текос» расчетов с истцом позволило бы избежать начисления пени и возложения на него дополнительной обязанности по возмещению истцу судебных расходов.

При таких обстоятельствах, учитывая, что именно на ответчиках лежит обязанность по доказыванию отсутствия связи между исключением юридического лица из ЕГРЮЛ и невозможностью исполнения обязательств общества «Текос» перед кредитором, установив, что ответчиками в материалы дела не представлено доказательств того, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от них требовалась по обычным условиям делового оборота, и с учетом сопутствующих деятельности общества «Текос» предпринимательских рисков они действовали добросовестно и приняли все меры для исполнения обществом обязательств перед своим кредитором, принимая во внимание, что факт возникновения задолженности общества «Текос» перед истцом в заявленной сумме подтвержден вступившим в законную силу судебным актом, установив, что невозможность исполнения обязательств перед истцом обусловлена недобросовестными действиями (бездействием) учредителей общества «Текос» ФИО2 и ФИО3, которые отсутствие своей вины не доказали, суд апелляционной инстанции признал доказанной совокупность условий, необходимых для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Текос», в связи с чем констатировал наличие оснований для удовлетворения исковых требований общества Торговый дом «РИ-Спецтехника» в полном объеме. 

Таким образом, удовлетворяя требования истца, апелляционный суд исходил из совокупности установленных по делу обстоятельств и доказанности материалами дела наличия в данном случае всех необходимых и достаточных оснований для привлечения С-вых к субсидиарной ответственности, а также из отсутствия надлежащих и достаточных доказательств иного (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Суд округа считает, что выводы суда апелляционной инстанции соответствуют доказательствам, имеющимся в деле, установленным фактическим обстоятельствам и основаны на правильном применении норм права.

Суждения подателей жалобы об отсутствии правовых оснований для привлечения их к субсидиарной ответственности несостоятельны. В данном случае судом апелляционной инстанции по результатам исследования всех представленных доказательств с учетом хронологии возникновения у должника задолженности перед истцом, последующего осуществления должником своей хозяйственной деятельности и ее прекращения с исключением общества из ЕГРЮЛ, а также с учетом поведения ответчиков при управлении обществом, сделаны обоснованные выводы о том, что невозможность погашения требований общества Торговый дом «РИ-Спецтехника» находится в прямой причинно-следственной связис действиями С-вых, выразившимися в неосуществлении расчетов с истцом при наличии у общества «Текос» соответствующей возможности. 

Обстоятельства, позволяющие суду апелляционной инстанции прийти к иным выводам, не раскрыты; аргументы о том, что причиной прекращения должником своей хозяйственной деятельности и последующего его исключения из ЕГРЮЛ, окончательно подтвердившего невозможность взыскания истцом задолженности, послужили другие факторы, находящиеся вне сферы контроля ответчиков, не обоснованы. Соответственно, оснований для вывода о том, что должник прекратил свою деятельность и не смог рассчитаться по своим обязательствам по причинам объективного характера, на которые ответчики не имели возможности оказать влияния, у суда апелляционной инстанции не имелось. Суд округа оснований для иных выводов не усматривает.

Вопреки позиции ответчиков, именно на них как на контролирующих лицах лежала обязанность раскрыть суду все обстоятельства, послужившие причиной прекращения деятельности общества «Текос» и невозможности осуществления расчетов с истцом, предоставить суду оправдательную документацию или уважительные причины ее отсутствия (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). В нарушение данных положений ответчиками не представлено достаточных и убедительных доказательств, свидетельствующих о том, что банкротство подконтрольного общества, последующее его исключение из ЕРРЮЛ и невозможность непогашения задолженности перед кредитором вызваны случайными факторами, объективными обстоятельствами, обычным предпринимательским риском, и, как следствие, устраняющих сомнения суда в добросовестности контролирующих лиц. 

Указания ответчиков на невозможность представления документации в обоснование правомерности получения денежных средств в связи с истечением срока ее хранения являлись предметом исследования апелляционного суда и мотивированно им отклонены с учетом периода совершения вменяемых ответчикам в вину действий, момента возбуждения дела о банкротстве и длительности рассмотрения настоящего спора (более трех лет, начиная с марта 2021 года). При этом из материалов дела не следует, что ответчики обращались к суду за содействием в сборе доказательств в порядке статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Содержащиеся в кассационной жалобе доводы о том, что ФИО3 с 2016 года фактически не осуществляла руководство обществом «Текос» и не являлась лицом, контролирующим деятельность последнего, судом округа признаны несостоятельными. 

Согласно пункту 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Законом, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В силу пункта 4 приведенной нормы презюмируется наличие статуса контролирующего должника лица, если такое лицо, в частности, имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

Пока не доказано иное, предполагается, что участник должника, действуя добросовестно и разумно, своевременно получает от директора информацию о действительном положении дел в хозяйственном обществе, контролирует его работу, а не ограничивается отчетом руководителя на ежегодном собрании.  Самоустранение такого участника от контроля за деятельностью принадлежащего ему общества, а также действиями директора по распоряжению принадлежащими обществу активами, определению дальнейшей стратегии развития бизнеса либо принятию решений о прекращении деятельности общества не соответствует обычным условиям ведения бизнеса; такое поведение участника общества само по себе не означает отсутствие его вины в причинении ущерба имущественным правам кредиторов.

В данном случае, как установлено судом апелляционной инстанции и следует из материалов дела ФИО3 является участником общества «Текос» с долей участия в уставном капитале 50 %, следовательно, применительно к вышеуказанным презумпциям являлась контролирующим должника лицом и, наравне с ФИО2, имела возможность оказывать влияние на принятие управленческих решений от имени контролируемого общества, определять направления его деятельности.

Поскольку данные презумпции ФИО3 не опровергнуты, отсутствие у нее контроля над обществом «Текос» надлежащим образом не аргументировано и документально не подтверждено, равно как и не подтверждено отсутствие вины ФИО3 в прекращении деятельности подконтрольного общества и невозможности погашения его обязательств перед истцом (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), выводы апелляционного суда о наличии оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности являются обоснованными. Оснований для иных выводов у суда округа не имеется. 

Изложенные в кассационной жалобе доводы об отсутствии у истца права на подачу заявления о привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, мотивированные осуществлением истцом реорганизации в форме преобразования (смена организационно-правовой формы с акционерного общества на общество с ограниченной ответственностью) и отсутствием судебного акта о процессуальном правопреемстве, судом округа не принимаются с учетом произведенного в рамках дела№ А76-14163/2018 о взыскании с общества «Текос» задолженности по договору поставки процессуального правопреемства, подтверждающего право истца на предъявление рассматриваемого иска. 

Иные приведенные в кассационной жалобе доводы и обстоятельства, вопреки мнению заявителей, являлись предметом детальной проверки апелляционного суда, получили исчерпывающую правовую оценку, ее обоснованности не опровергают и не свидетельствуют о нарушении судом норм права при принятии обжалуемого судебного акта, касаются фактических обстоятельств, доказательственной базы по спору и вопросов их оценки, что выходит за пределы компетенции и полномочий суда кассационной инстанции, установленных статьями 286–288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. При этом само по себе несогласие заявителей жалобы с выводами суда апелляционной инстанции, основанными на оценке фактических обстоятельств и имеющихся в деле доказательств, не свидетельствует о наличии в принятом по спору судебном акте существенных нарушений норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход судебного разбирательства, или допущенной судебной ошибке.

Нарушений норм материального или процессуального права, влекущих отмену постановления апелляционного суда (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемый судебный акт следует оставить в силе, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.10.2024 по делу № А76-16087/2023 Арбитражного суда Челябинской области оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО2, ФИО3 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий                                                       О.Э. Шавейникова 

Судьи                                                                                    К.А. Савицкая 

                                                                                              Г.М. Столяренко