СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068 e-mail: 17aas.info@arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

  № 17АП-2845/2020(15)-АК

Дело № А60-10001/2019

28 сентября 2022 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 26 сентября 2022 года.  Постановление в полном объеме изготовлено 28 сентября 2022 года.  

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:  председательствующего Л.М. Зарифуллиной,  

судей Е.О. Гладких, И.П. Даниловой, 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания  ФИО1,  

при участии в судебном заседании: 

в режиме веб-конференции посредством использования информационной  системы «Картотека арбитражных дел»:  

финансовый управляющий должника – ФИО2, паспорт,  

от должника ФИО3 – адвокат Гришечкин В.В., удостоверение адвоката,  доверенность от 02.06.2021,  

от заинтересованного лица с правами ответчика ФИО4 – адвокат  Гришечкин В.В., удостоверение адвоката, доверенность от 26.07.2021,  

в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд лица, участвующие в деле, в  судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены  надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения  информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте  Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу  финансового управляющего должника ФИО3  ФИО2  

на определение Арбитражного суда Свердловской области от 20 июля 2022 года 

об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО2 о признании сделки по перечислению ФИО5  

 

Марине Владимировне денежных средств в размере 494 822,31 рубля  недействительной и применении последствий ее недействительности,  

вынесенное судьей К.С. Смагиным в рамках дела № А60-10001/2019 

о признании ФИО3 (ИНН 

<

***>)  несостоятельным (банкротом),  

заинтересованные лица с правами ответчиков ФИО4,  ФИО6,  

установил:

25.02.2019 в Арбитражный суд Свердловской области поступило  заявление ФИО3 (далее – должник, ФИО3) о  признании его несостоятельным (банкротом) при наличии неисполненных  свыше трех месяцев обязательств перед кредиторами в размере 3,9 млн. рублей,  которое принято к производству суда определением от 11.03.2019, возбуждено  настоящее дело о банкротстве должника.  

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 17.04.2019  заявление ФИО3 признано обоснованным, в  отношении него введена процедура реструктуризации долгов гражданина,  финансовым управляющим должника утвержден ФИО6, член союза «Уральская саморегулируемая организация  арбитражных управляющих».  

Сообщение о введении процедуры реструктуризации долгов гражданина  опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 84 от 18.05.2019, стр.148.  

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 23.09.2019  ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена  процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим  должника утвержден ФИО6, член союза «Уральская  саморегулируемая организация арбитражных управляющих».  

Соответствующие сведения опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 177  от 28.09.2019, стр.147.  

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 03.12.2020  (резолютивная часть от 01.12.2020) ФИО6  освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего.  Финансовым управляющим должника утвержден ФИО2, член союза «Уральская саморегулируемая организация  арбитражных управляющих».  

Соответствующие сведения опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 234  от 19.12.2020, стр.69.  

23.05.2022 в арбитражный суд поступило заявление финансового  управляющего ФИО3 ФИО2 о признании недействительной  сделки по перечислению из конкурсной массы должника в пользу ФИО5  

 

Марины Владимировны денежных средств в размере 494 822,31 рубля и  применении последствий ее недействительности в виде возврата указанной  суммы в конкурсную массу должника.  

Определением от 24.06.2022 (после устранения обстоятельств,  послуживших основанием для оставления заявления без движения) заявление  финансового управляющего принято к производству суда и назначено к  рассмотрению.  

Этим же определением к участию в обособленном споре в качестве  заинтересованных лиц с правами ответчиков привлечены ФИО4 и арбитражный управляющий ФИО6.  

ФИО4 представлен отзыв, в котором возражает против  удовлетворения заявленных требований.  

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 20 июля  2022 года (резолютивная часть от 19.07.2022) заявление финансового  управляющего ФИО2 об оспаривании сделки  должника оставлено без удовлетворения.  

Не согласившись с судебным актом, финансовый управляющий  ФИО2 подал апелляционную жалобу, в которой просит определение  суда от 20.07.2022 отменить, принять по делу новый судебный акт об  удовлетворении заявленных требований в полном объеме, ссылаясь на  неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела;  несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, неправильное  применение норм материального права.  

Заявитель жалобы указывает на то, что, отказывая в удовлетворении  заявленных требований, суд первой инстанции основывал свои выводы  исключительно на обстоятельствах, установленных постановлением суда  апелляционной инстанции от 23.12.2021 по настоящему делу, в котором  давалась оценка действиям арбитражного управляющего ФИО7 по  передаче денежных средств в оспариваемой сумме ФИО4 на предмет  причинения убытков должнику. Апелляционным судом отмечено, что  оформление 01.02.2018 ФИО4 нотариального согласия на залог  приобретенного во время брака с должником имущества, среди которого  указаны и спорные транспортные средства, при этом ФИО4 было  выражено согласие на обращение взыскания на заложенное имущество, а также  она отказалась от права выдела доли из заложенного имущества, до полного  погашения долга, обеспеченного указанным имуществом, само по себе не  свидетельствует о том, что ФИО7 неправомерно передал супруге  должника спорную сумму денежных средств. При этом судами апелляционной  и кассационной инстанции не анализировалась недобросовестность поведения  со стороны ФИО4 Однако, суд первой инстанции при рассмотрении  настоящего обособленного спора безосновательно пришел к выводу о  

 

добросовестности поведения ФИО4 действуя добросовестно, ФИО4 обязана была передать финансовому управляющему нотариальное  согласие на залог приобретенного во время брака с должником имущества,  среди которого указанные спорные транспортные средства, а также уведомить  о своем отказе от выдела доли из заложенного имущества, однако этого сделано  не было. Принятие ФИО4 денежных средств от финансового  управляющего ФИО7 повлекло за собой выбытие из конкурсной  массы денежных средств в заявленном размере и нарушение прав  добросовестных кредиторов, поскольку за счет указанных денежных средств  могли быть погашены (хотя бы и в части) их требования. В настоящее время  остаются непогашенными требования кредиторов ИП ФИО8 и банка  ВТБ (ПАО) в размере 218 741,55 рубля процентов и неустойки. Находит  необоснованным вывод суда в той части, что невключение требования  залогового банка «Открытие» в реестр требований кредиторов должника,  предоставляет ФИО4 право на получение 50% выручки от реализации  имущества. Требования указанного кредитора признаны определением суда от  03.02.2020 обоснованными и подлежащими удовлетворению в порядке,  установленном пунктом 4 статьи 142 Закона о банкротстве. Вместе с тем, судом  не принято во внимание, что постановлением суда апелляционной инстанции от  17.07.2020 определение суда от 03.02.2020 изменено, требование Банка  «Финансовая корпорация «Открытие» (ПАО) признано обоснованным и  подлежащим удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после  удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований  кредиторов ФИО3, требование конкурсного  кредитора ПАО «Банк «Финансовая корпорация «Открытие» в размере  6 290 550,79 рубля обеспечено залогом принадлежащего ФИО3 имущества, в т.ч. спорных транспортных средств.  Соответственно, выводы суда о том, что требования банка являются  незалоговыми, являются ошибочными. Довод суда первой инстанции о том, что  непогашение требований перед банком, обязательства перед которым являются  солидарными обязательствами супругов Л-вых, банк вправе реализовать  свои права требования исполнения обязательств с ответчика в рамках  исполнительного производства не может быть основанием для отказа в  удовлетворении заиления финансового управляющего об оспаривании сделки,  поскольку это не опровергает факт незаконности получения ФИО4  денежных средств. Считает необоснованным вывод суда о пропуске  финансовым управляющим срока исковой давности на подачу заявления об  оспаривании сделки. В данном случае, по мнению апеллянта, имеются  основания для признания сделки недействительной применительно к  положениям статей 10 и 168 ГК РФ, срок исковой давности для оспаривания  такой сделки составляет 3 года и подлежит исчислению не ранее 03.12.2020.  Соответственно, к моменту обращения финансового управляющего в  

 

арбитражный суд с настоящим заявлением 23.05.2022, указанный срок исковой  давности не истек. Указывает на то, что в данном случае спорным является  вопрос с какой даты в принципе следует исчислять начало течения срока  исковой давности для оспаривания сделки. 06.07.2021 финансовый  управляющий обратился с ходатайством о разрешении разногласий, возникших  между ним и ФИО4, возложении на нее  обязанности возвратить в конкурсную массу денежные средства в размере  494 822,31 рубля, как незаконно выбывшие из конкурсной массы. Судами трех  инстанций не был сделан вывод о том, что финансовым управляющим  ФИО2 выбран неверный способ защиты нарушенных прав.  Определением суда Свердловской области от 07.09.2021 произведена замена  заинтересованного лица с правами ответчика с ФИО4 на арбитражного  управляющего ФИО7 Определением суда от 27.09.2021  удовлетворено заявление финансового управляющего ФИО2, с него в конкурсную массу должника было взыскано  494 822,31 рубля. Постановлением апелляционной инстанции от 23.12.2021  вышеуказанное определение было отменено, в удовлетворении требований в  соответствующей части отказано, которое оставлено без изменения  постановлением суда кассационной инстанции от 02.03.2022. Именно с  указанной даты, по мнению финансового управляющего, следует исчислять  срок исковой давности.  

При подаче апелляционной жалобы финансовым управляющим  ФИО2 уплачена государственная пошлина в размере 3 000,00  рублей, что подтверждается чеком-ордером (операция 9) от 16.09.2022,  приобщенным к материалам дела.  

До начала судебного заседания заинтересованным лицом с правами  ответчика ФИО4 представлен отзыв, в котором просит отказать в  удовлетворении апелляционной инстанции, ссылаясь на законность и  обоснованность обжалуемого судебного акта. В обоснование своей позиции  указав, что находит верным вывод суда о пропуске финансовым управляющим  срока исковой давности для обращения в суд с заявлением об оспаривании  сделки, поскольку такое заявление подано в суд по прошествии более полутора  лет как ФИО2 был утвержден финансовым управляющим должника.  полагает, что указанная сделка является оспоримой, в связи с чем, подлежат  применению положения пункта 2 статьи 181 ГК РФ, согласно которому срок  исковой давности составляет один год. Течение срока исковой давности по  указанному требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был  узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки  недействительной. С учетом положений статьи 61.9 Закона о банкротстве и  разъяснений, содержащихся в абз.2 пункта 31 постановления Пленума ВАС РФ  от 23.12.2010 № 63, срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки  должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний  

 

или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии  оснований для оспаривания сделки, предусмотренных ст. 61.2 или 61.3 Закона о  банкротстве. В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 сформирован правовой  подход, согласно которому применение к сделкам с предпочтением, не  имеющим других недостатков, общих положений о ничтожности, оценивается  как обход правил о сроке исковой давности по оспоримым сделкам. Полагает,  что ФИО2 должен был узнать об указанных им в заявлении  обстоятельствах в разумный срок, то есть раньше, чем май 2021 года (5 месяцев  с момента утверждения в качестве финансового управляющего). Иной точной  даты, когда бы ФИО2 узнал о согласии ФИО4 от 01.02.2018,  материалы дела не содержат. Основанием для обращения в суд с заявлением о  лишении ФИО4 права на получение половины полученных при  реализации денег стало то, что ФИО4 оформила 01.02.2018  нотариальное согласие на залог приобретенного во время брака с должником  имущества, из текста которого следует, что оно может быть квалифицировано в  качестве соглашения о разделе имущества. Само по себе получение ФИО4 денег также не должно квалифицироваться как сделка, которая была  совершена с целью причинения вреда кредиторам или как сделка, нарушающая  требования закона (необходимые для этого основания не доказаны). Вопреки  доводам ФИО2 банк «Открытие» в итоге так ничего и не получил от  реализации имущества должника, поскольку его требование хоть и было  признано обеспеченным залоговым имуществом, но подлежало  удовлетворению только после удовлетворения требований кредиторов 3  очереди. В связи с чем, выводы суда первой инстанции, сделанные с учетом  обстоятельств, установленных постановлениями 17 ААС от 23.12.2021 и АС  УО от 02.03.2022, являются обоснованными.  

Финансовый управляющий ФИО2 в судебном заседании  поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил определение  суда отменить, удовлетворить заявленные требования в полном объеме.  

Представитель должника и заинтересованного лица Гришечкин В.В.  возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по основаниям,  изложенным в отзыве, просил оставить определение суда без изменения.  

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о  времени и месте судебного разбирательства, представителей в заседание суда  апелляционной инстанции не направили, что в соответствии с частью 3 статьи  156.  

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены  арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном  статьями 266, 268 АПК РФ.  

Как следует из материалов дела и установлено судом, определением  Арбитражного суда Свердловской области от 13.02.2020, измененным  

 

постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от  17.07.2020, признано обоснованным и подлежащим удовлетворению за счет  имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований  кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов ФИО3, требование конкурсного кредитора ПАО «Банк «Финансовая  корпорация «Открытие» в размере 6 290 550,79 рубля, в том числе 5 084 621,88  рубля основного долга, 475 151,45 рубля процентов и 730 777,46 рубля  неустойки, обеспеченное залогом следующего принадлежащего ФИО3 имущества:  

- нежилого помещения, назначение: нежилое здание, наименование:  пристроенное здание фруктохранилища, расположенного по адресу:  

<

...> общей площадью  740,8 кв.м, количество этажей 3, в том числе подземных этажей 1, кадастровый  номер 66:56:0203001:5041;  

- права аренды на земельный участок, располагающийся по адресу: 

<

...> общей площадью 645+/-9  кв.м, кадастровый номер 66:56:0203001:530, вид разрешенного использования:  для эксплуатации пристроенного здания фруктохранилища, находится на  землях населенного пункта;  

- транспортного средства MAZDA 6 VIN 

<

***>, 2013 г.в.,  серебристый, зарегистрированного в едином реестре уведомлений о залоге  движимого имущества за номерами 2018-002-036547-625 и 2018-002-036064138.  

- транспортного средства KIA BONGO III VIN 

<

***>,  2011 г.в., цвет синий, зарегистрированного в едином реестре уведомлений о  залоге движимого имущества за номерами 2018-002-036547-625 и 2018-002036064-138.  

Арбитражный управляющий ФИО7 исполнял обязанности  финансового управляющего должника в период с 17.04.2019 по 22.09.2019 (в  процедуре реструктуризации долгов), а также в период с 23.09.2019 по  01.12.2020 (в процедуре реализации имущества).  

В рамках настоящего дела о банкротстве, финансовым управляющим  ФИО7 были проведены торги в отношении имущества должника, в  т.ч. в отношении транспортных средств марки Мазда 6, 2013 года выпуска, цвет  серебристый, № двигателя РЕ20362356, кузов JMZG1426831151326, и марки  КИА БОНГО, 2011 года выпуска, цвет кузова синий, № двигателя J3B110791.  

Согласно договору купли-продажи от 16.10.2020 транспортное средство  автомобиль марки Мазда 6 был реализовано по цене 757 123,99 рубля.  

Согласно договору купли-продажи от 09.11.2020 транспортное средство  марки КИА БОНГО было реализовано по цене 280 000,00 рублей.  

Вышеуказанные денежные средства поступили в конкурсную массу  должника.  

 

Из материалов дела следует, что должник ФИО3 состоит в зарегистрированном браке с ФИО4 с 15 сентября 1984 года (актовая запись № 37 от 15.09.1984).  

Принимая во внимание приобретение транспортных средств супругами в  браке, финансовый управляющий ФИО7 передал супруге должника  ФИО4 ½ стоимости поступивших в конкурсную массу денежных  средств от реализации вышеуказанных транспортных средств по акту приема-передачи денежных средств от 23.10.2020 в размере 352 062,66 рубля (по  договору купли-продажи от 16.10.2020) и по акту приема-передачи денежных  средств от 03.12.2020 – 142 759,65 рубля (по договору купли-продажи от  09.11.2020).  

Таким образом, общая сумма выплаченных из конкурсной массы  денежных средств супруге должника ФИО4 составила 494 822,31  рубля.  

В материалы дела представлено нотариально удостоверенное согласие от  01.02.2018, согласно которому ФИО4 дает согласие своему супругу  ФИО3 на залог приобретенного за время их брака имущества, а именно  нежилого здания площадью 740,8 кв.м, расположенного в 

<

...>; права аренды на земельный участок площадью 645 кв.м,  находящийся в 

<

...>; легкового автомобиля  марки Мазда 6, 2013 г.в.; грузового фургона марки КИА БОНГО Ш, 2011 г.в. в  целях обеспечения исполнения ООО ЧТК «Династия» обязательств по договору   № 18Н90135-001 об открытии невозобновляемой кредитной линии (с графиком  выборки), договор об ипотеке (залоге недвижимости) № 18Н90135-001-М1,  предоставляемого ПАО «Бинбанк»; в целях обеспечения исполнения ООО  «Продовольственная программа» обязательств по договору кредитной линии   № ЮЛ-012-86-10-0152 от 16.06.2017, договор об ипотеке (залоге недвижимости)   № ЮЛ-012-86-10-0152-ЗН1 от 16.06.2017, предоставленного ПАО «Бинбанк».  Не возражает против самостоятельного определения супругом всех условий  совершения сделки по своему усмотрению и регистрации обременения в  органе, осуществляющем функции в сфере государственной регистрации прав  на недвижимое имущество и сделок с ним. Не возражает против обращения  взыскания на вышеуказанное имущество в случае неисполнения или  ненадлежащего исполнения обязательств по указанным кредитным договорам  и/или договорам залога (ипотеки). Обязуется до полного погашения долга,  обеспеченного вышеуказанным имуществом, не требовать выдела доли из  заложенного имущества без сохранения на выделенную долю обременения в  виде залога в пользу ПАО «Бинбанк». Обязуется в случае обращения взыскания  на предметы залога, не чинить препятствия в их реализации.  

Ссылаясь на то, что 01.02.2018 ФИО4 было оформлено  нотариальное согласие на залог приобретенного во время брака с должником  имущества, среди которого указаны и вышеназванные транспортные средства,  

 

при этом ею было выражено согласие на обращение взыскания на данное  имущество, с отказом от права выдела доли из заложенного имущества, до  полного погашения долга, обеспеченного указанным имуществом, а также на  то, что ФИО4 совместно с должником ФИО3 является  поручителем по ряду договоров и несет солидарную ответственность, то есть  имеет с должником общие обязательства, финансовый управляющий должника  ФИО2, указывая на нарушение порядка, установленного пунктом 7  статьи 213.26 Закона о банкротстве, обратился с соответствующим заявлением  о признании вышеуказанной сделки по передаче денежных средств  недействительной применительно к положениям статей 10, 170 Гражданского  кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), пункта 2 статьи 61.2, статьи  61.3 Закона о банкротстве.  

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявленных  требований, исходил из недоказанности совокупности обстоятельств,  необходимых для признания сделки недействительной, наличия права супруги  должника на получение 50% выручки от реализации имущества; пропуска  срока исковой давности для обращения в суд с соответствующим заявлением.  

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке статьи 71 АПК  РФ, оценив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, выслушав  участников процесса, проверив правильность применения арбитражным судом  норм материального права и соблюдения норм процессуального права, суд  апелляционной инстанции не находит оснований для отмены (изменения)  обжалуемого судебного акта в силу следующих обстоятельств.  

В силу статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела  о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражными судами по  правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными  федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности  (банкротстве).  

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве, отношения,  связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X,  регулируются главой I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2  главы XI названного Закона.  

В силу положений пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки,  совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть  признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом  Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в  настоящем Федеральном законе.  

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об  оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий  дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве  должника.  

В соответствии с абзацем вторым пункта 7 статьи 213.9 Закона о  

 

банкротстве финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от  имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по  основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 настоящего Федерального  закона, а также сделок, совершенных с нарушением настоящего Федерального  закона.  

Пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве предусмотрено, что  заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям,  предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 указанного Закона, может быть подано  финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания  кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или  уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности,  включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти  процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр  требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении  которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.  

В силу пункта 3 той же статьи под сделками, которые могут оспариваться  по правилам главы III.1 Закона о банкротстве, понимаются в том числе  действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей,  возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным  законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным  законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством  Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской  Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или  правовых актов иных органов государственной власти.  

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника,  могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по  основаниям и в порядке, которые указаны в Федеральном законе «О  несостоятельности (банкротстве)» (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве).  

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 1 постановления Пленума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N63 «О  некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального  закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума  ВАС РФ N63), под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы  III.1 этого Закона, понимаются, в том числе действия, направленные на  исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с  гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о  налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации,  процессуальным законодательством Российской Федерации и другими  отраслями законодательства Российской Федерации.  

В связи с этим по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в  частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж  

 

должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества  в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение  обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление  отступного и т.п.).  

Наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований  оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать  сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как  ничтожную по статьям 10 и 168 ГК РФ (пункт 4 постановления Пленума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О  некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального  закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума  ВАС РФ № 63), пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с  оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом  «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума ВАС РФ   № 32)).  

В упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками,  выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или  подозрительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного  Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 по делу № А3226991/2009, определения Верховного Суда Российской Федерации от  29.04.2016 № 304-ЭС15-20061 по делу № А46-12910/2013, от 28.04.2016 № 306- ЭС15-20034 по делу № А12-24106/2014).  

Исходя из вышеуказанных норм права и разъяснений высших судов, суд  первой инстанции обоснованно исходил из того, что в условиях конкуренции  норм о действительности сделки, при рассмотрении соответствующего  обособленного спора необходимо установить обстоятельства,  свидетельствующие о том, что выявленные нарушения выходили за пределы  диспозиции специальных норм Закона о банкротстве.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка,  совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам  кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если  такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о  признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в  результате ее совершения был причинен вред имущественным правам  кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к  моменту совершения сделки (подозрительная сделка).  

В силу пунктом 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная  должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть  признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или  может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед  другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности  

 

при наличии одного из следующих условий: сделка направлена на обеспечение  исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным  кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки; сделка привела  или может привести к изменению очередности удовлетворения требований  кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки;  сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок  исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних  кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств  перед другими кредиторами; сделка привела к тому, что отдельному кредитору  оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении  удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой  сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке  очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о  несостоятельности (банкротстве).  

Согласно пунктом 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, указанная в  пункте 1 названной статьи, может быть признана арбитражным судом  недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом  заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до  принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом.  

При этом из разъяснений, данных в пункте 11 постановления Пленума  ВАС РФ № 63 следует, что если сделка с предпочтением была совершена в  указанный в пункте 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве период, то для  признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте  1 статьи 61.3 Закона о банкротстве, в связи с чем наличия иных обстоятельств,  предусмотренных пунктом 3 данной статьи (в частности, недобросовестности  контрагента), не требуется.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются  осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред  другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное  заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление  правом). Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение  лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав,  направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.  

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении  сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки  (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным  лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер,  при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.  

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной,  совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо  установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии  факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в  

 

заключении спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума  ВАС РФ от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными  судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).  

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых  положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской  Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или  недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого  участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы  другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой  информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность  участников гражданских правоотношений и разумность их действий  предполагаются, пока не доказано иное.  

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка,  совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей  правовые последствия, ничтожна.  

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 86 постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации № 25 от 23.06.2015 «О применении  судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса  Российской Федерации», следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут  также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во  избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить  договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о  передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно  продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление  сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода  права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации  такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.  

Норма пункта 1 статьи 170 ГК РФ, согласно которой сделка, совершенная  лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые  последствия (мнимая сделка), ничтожна, направлена на защиту от  недобросовестности участников гражданского оборота. Фиктивность мнимой  сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных  результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не соответствует их  внутренней воле.  

Как следует из материалов дела и установлено судом в рамках  настоящего дела о банкротстве финансовым управляющим ФИО7  супруге должника были переданы денежные средства в размере 494 822,31  рубля, соответствующие ½ доли стоимости реализованных транспортных  средств, являющихся совместным имуществом супругов.  

По мнению финансового управляющего ФИО2 указанная  сделка была совершена во вред интересам кредиторов должника.  

 

Оценивая доводы финансового управляющего, суд первой инстанции, в  т.ч. исходил из обстоятельств, установленных при рассмотрении иных  обособленных споров в рамках настоящего дела о банркротстве.  

В частности, в постановлении Семнадцатого арбитражного  апелляционного суда от 23.12.2021 по настоящему делу, принятому в рамках  иного обособленного спора, апелляционный суд, оценивая действия  арбитражного управляющего ФИО7 по передаче денежных средств в  оспариваемой сумме ФИО4 на предмет причинения убытков должнику,  руководствуясь положениями статьи 256 ГК РФ, статьи 39 Семейного кодекса  Российской Федерации (далее – СК РФ), разъяснениями в пунктах 7 и 8  постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018   № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и  распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан», указал, что в  отсутствии действующего соглашения о разделе общего имущества супругов, а  также решения суда о признании долгов супругов общими, ФИО7,  передав супруге должника 50% денежных средств от реализации совместно  нажитого имущества действовал добросовестно и разумно.  

Апелляционным судом отмечено, что то обстоятельство, что 01.02.2018  (то есть до возбуждения дела о банкротстве) ФИО4 было оформлено  нотариальное согласие на залог приобретенного во время брака с должником  имущества, среди которого указаны и спорные транспортные средства, при  этом ФИО4 было выражено согласие на обращение взыскания на  заложенное имущество, а также она отказалась от права выдела доли из  заложенного имущества, до полного погашения долга, обеспеченного  указанным имуществом, само по себе не свидетельствует о том, что ФИО7 неправомерно передал супруге должника спорную сумму денежных  средств.  

По результатам исследования и оценки доказательств суд апелляционной  инстанции пришел к выводу, что в отношении данного имущества требования  кредиторов, обеспеченные залогом данного имущества, не включались, в связи  с чем также отсутствуют основания полагать, что арбитражный управляющий  ФИО7 причинил убытки должнику.  

Проверяя выводы суда апелляционной инстанции, суд округа согласился  с выводами апелляционного постановления (постановление от 02.03.2022).  

Отклоняя доводы финансового управляющего ФИО2 о наличии  между супругами солидарных обязательств по иным кредитным договорам,  кассационный суд отметил, что само по себе наличие солидаритета по  определенным обязательствам не свидетельствует о том, что все обязательства  между названными лицами являются солидарными.  

Кроме того, судом первой инстанции установлено, что нотариальное  согласие от 01.02.2018 касалось только договора № 18Н90135-001 об открытии  кредитной линии и договора об ипотеке № 18Н90135-001-М1, которые были  

 

заключены обществом с ограниченной ответственностью частная торговая  компания «Династия» и публичным акционерным обществом «Бинбанк» (далее  – общество «Бинбанк»), а также договора кредитной линии № ЮЛ-012-86-100152 и договора об ипотеке № ЮЛ-012-86-10-0152-3Н1, которые были  заключены обществом с ограниченной ответственностью «Продовольственная  программа» и обществом «Бинбанк».  

Согласно определению суда от 03.02.2020, измененному постановлением  Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.07.2020, требования  публичного акционерного общества Банк «Финансовая корпорация  «Открытие», которому перешла права общества «Бинбанк» (далее – Банк  «Открытие»), признаны обоснованными и подлежащим удовлетворению за счет  имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований  кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника ФИО3, в качестве обязательства обеспеченного залогом имущества, в т.ч.  вышеуказанных двух транспортных средств.  

В силу положений статей 16, 69 АПК РФ, при вынесении настоящего  судебного акта, суд не может проигнорировать вышеуказанные выводы  вышестоящих судов, которыми установлена законность действий ФИО7 по передаче денежных средств ФИО4 Обращаясь с настоящим  заявлением, по сути финансовый управляющий должника ФИО2  пытается пересмотреть выводы судов, сделанных в рамках спора о взыскании  убытков, однако иных доказательств и доводов, не являвшихся предметом  рассмотрения судов не представлено.  

Суды рассмотрели и признали действия ФИО7  соответствующим закону, в постановлениях апелляционного и кассационного  суда не содержится вывода, что финансовым управляющим ФИО2  выбран неверный способ защиты нарушенного права.  

Поскольку действия ФИО7, как профессионального участника  отношений в рамках процедуры банкротства, разумны и добросовестны,  аналогично добросовестны действия ФИО4, поскольку право  распоряжения денежными средствами и принятия решений принадлежит  финансовому управляющему.  

Основания переоценивать выводы суда первой инстанции судебная  коллегия не усматривает.  

Отклоняя доводы апеллянта в той части, что судом не дана оценка  выданному супругой должника согласию на исполнение обязательств перед  банком за счет имущества, приобретенного супругами в браке, судебная  коллегия считает необходимым указать следующее.  

Из реестра требований кредиторов должника и отчета финансового  управляющего по состоянию на 28 марта 2022 года, следует, что в реестр  требований кредиторов должника включены требования 4 кредиторов (ФИО8, Банка ВТБ (ПАО), Свердловского областного фонда поддержки  

 

предпринимательства (МКК), ФИО9) в размере 3 705 671,91 рубля  основного долга (погашены в полном размере), 164 644,31 рубля процентов  (ФИО8 и Банк ВТБ (ПАО)) (требования не погашены), 54 070,24 рубля  неустойки (ФИО8 и Банк ВТБ (ПАО)) (требования не погашены).  

При этом в процедуре банкротства погашены мораторные проценты  ФИО8 – 141 462,40 рубля (100%), Банку ВТБ (ПАО) – 256 150,47 рубля  (100%), Свердловскому областному фонда поддержки предпринимательства  (МКК) – 210 714,44 рубля (100%) и ФИО9 – 692,09 рубля (100%).  

Требования ПАО Банка «ФК «Открытие» признаны подлежащими в  размере 5 084 621,88 рубля в порядке пункта 4 статьи 142 Закона о банкротстве  в качестве обязательства, обеспеченного залогом имущества, в т.ч.  вышеуказанных транспортных средств.  

В случае, когда требования залогового кредитора должника не  включаются в реестр, разрывается материально-правовая связь между  залогодержателем, его требованием и предметом залога. Прекращение залога  происходит по сугубо формальным процессуальным основаниям, а пропуск  процессуального срока, установленного Законом о банкротстве, возлагает  бремя неблагоприятных последствий на залогового кредитора.  

Таким образом, залоговый кредитор не имеет специальных прав,  предоставляемых залогодержателям Законом о банкротстве (право определять  порядок и условия продажи заложенного имущества в конкурсном  производстве и др.). При этом следует учитывать, что требования такого  опоздавшего с установлением статуса залогового кредитора из суммы,  вырученной от продажи предмета залога и оставшейся после погашения  требований, включенных в реестр, подлежат удовлетворению преимущественно  перед иными зареестровыми требованиями.  

Доказательств того, что кредитор ПАО Банк «ФК «Открытие» представил  возражения относительно выплаты супруге должника ½ доли стоимости  имущества, находящего у него в залоге, в материалы дела не представлено и  судом апелляционной инстанции также не установлено.  

В рассматриваемом случае полагать, что супруга должника имеет  солидарные обязательства, в т.ч. подлежащие погашению за счет залогового  имущества, приобретенного супругами в браке, перед иными незалоговыми  кредиторами, нежели перед Банком «ФК «Открытие», у суда апелляционной  инстанции отсутствуют.  

Поскольку «опоздавший» залоговый кредитор утрачивает право на  удовлетворение в приоритетном порядке своих требований в процедуре  банкротства за счет залогового имущества, то оснований полагать, что действие  нотариально удостоверенного согласия супруги должника на исполнение  обязательств перед банком за счет указанного имущества, может быть  распространено на удовлетворение требований кредиторов, включенных в  реестр, не имеющих статус залоговых, не имеется, поскольку супруга должника  

 

не давала согласия на удовлетворение в солидарном порядке обязательств  перед иными кредиторами, в т.ч. требования которых включены в реестр в  рамках настоящего дела (при том, что обязательства перед кредиторами  общими долгами супругов не признаны).  

Доводы финансового управляющего об отсутствии у супруги должника  права на получение ½ доли стоимости реализованного имущества основаны на  неверном толковании и применении норм материального права.  

Как верно отмечено судом, никто из кредиторов при распределении  денежных средств, полученных от реализации спорного имущества, каких-либо  возражений не заявлял.  

Ввиду того, что долг перед банком не погашен, а ФИО4 является  солидарным должником по обязательствам, банк «Открытие» вправе  реализовать свои права требования исполнения обязательств с ответчика в  рамках исполнительного производства.  

Арбитражный суд пришел к правильному выводу об отсутствии  доказательств мнимости сделки. Финансовым управляющим не представлено  доказательств и не раскрыт действительный смысл намерений сделки сторон,  по его мнению, свидетельствующий о мнимом и формальном характере.  

В рассматриваемом случае отсутствовали основания для признания  сделки по передаче супруги должника половины стоимости реализованного  имущества недействительной, поскольку материалами дела не подтверждено и  финансовым управляющим не доказана не противоправность совершенных  ответчиком действий, ни преимущественное удовлетворение требований  супруги должника, которая в силу норм семейного и гражданского  законодательства, была вправе рассчитывать на защиту своих имущественных  прав при распределении денежных средств, поступивших в конкурсную массу  должника от реализации общего совместного имущества, в порядке,  установленном пунктом 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве.  

Суд апелляционной инстанции не усматривает и признаков  злоупотреблениями правом со стороны ответчика при получении денежных  средств из конкурсной массы, поскольку удовлетворение ее требований  произведено в соответствии с нормами действующего законодательства.  

В отношении выводов суда первой инстанции о пропуске финансовым  управляющим срока исковой давности, суд апелляционной инстанции считает  необходимым указать на следующее.  

В соответствии с пунктом 32 постановления Пленума ВАС РФ № 63  Заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о  банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности  (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).  

Определением суда от 03.12.2020 ФИО6  освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего.  Финансовым управляющим должника ФИО3  

 

утвержден ФИО2.  

Действительно из материалов (карточки) дела усматривается, что  финансовый управляющий ФИО2 обратился 06.07.2021 с заявлением о  разрешении разногласий относительно обоснованности выплаты финансовым  управляющим ФИО7 ½ стоимости денежных средств, поступивших  от реализации вышеуказанных транспортных средств с приложением  нотариально удостоверенного согласия от 01.12.2018, при этом не указав  источник получения названного согласия ФИО4  

Данным отношениям дана правовая оценка судом апелляционной  инстанции в постановлении от 23.12.2021, оставленном без изменения судом  кассационной инстанции 02.03.2022.  

Вместе с тем, доказательства в подтверждение оснований выплаты  денежных средств в адрес супруги должника были направлены финансовому  управляющему ФИО2 арбитражным управляющим ФИО7 01.02.2021, что подтверждается приложением к отзыву на заявление об  истребовании доказательств, поступившему в суд в электронном виде  01.02.2021.  

Настоящее заявление об оспаривании сделки поступило в суд 22.05.2022.  

При таких обстоятельствах, срок исковой давности на подачу заявления  об оспаривании сделки по передаче денежных средств арбитражным  управляющим ФИО7 заинтересованному лицу ФИО4  обоснованно признан судом первой инстанции пропущенным. Доказательств  подтверждающих уважительность причин пропуска указанного срока не  представлено. Основания считать, что финансовый управляющий не знал и не  мог знать о совершенной сделке, с учетом рассмотренных в рамках дела о  банкротстве иных споров, не установлено.  

Ссылка апеллянта на то обстоятельство, что срок исковой давности  следует исчислять со 02.03.2022 (дата оставления судом кассационной  инстанции без изменения постановления суда апелляционной инстанции от  23.12.2021), является несостоятельной, основана на неверном толковании норм  материального права, поскольку об обстоятельствах перечисления денежных  средств стало известно финансовому управляющему с даты получения  соответствующих документов от ФИО7  

Суд первой инстанции не установил признаков недобросовестности в  действиях заинтересованных лиц; исходил из реальности правоотношений  сторон, направленных на возникновение соответствующих правовых  последствий. Нарушений порядка, определенного Законом о банкротстве для  распределения денежных средств не установлено. Соответственно, правовые  основания для признания сделки недействительной в силу ничтожности не  установлено.  

В связи с чем, правовые основания для применения трехгодичного срока  исковой давности, установленного пунктом 1 статьи 181 ГК РФ, для  

 

оспаривания сделки и применения последствий ее недействительности  отсутствовали.  

Финансовым управляющим не указаны пороки оспариваемой сделки,  выходящие за пределы условий для признания ее недействительной  применительно к положениям главы III.1 Закона о банкротстве.  

Применение к сделкам, подлежащим оспариванию по специальным  основаниям, установленным Законом о банкротстве, не имеющим других  недостатков, общих положений о ничтожности, направлено на обход правил о  сроке исковой давности по оспоримым сделкам, что является недопустимым.  

В связи с чем, суд первой инстанции обоснованно исходил из пропуска  финансовым управляющим годичного срока исковой давности, применяемого к  оспоримым сделкам.  

Доводов, опровергающих выводы суда в указанной части, апелляционная  жалоба не содержит.  

Судом первой инстанции при рассмотрении настоящего обособленного  спора установлены и исследованы все существенные для принятия правильного  судебного акта обстоятельства, им дана надлежащая правовая оценка, выводы,  изложенные в судебном акте, основаны на имеющихся в деле доказательствах,  соответствуют фактическим обстоятельствам дела и действующему  законодательству.  

Доводы заявителя апелляционной жалобы не содержат фактов, которые  не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении  дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по  существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо  опровергали выводы суда первой инстанции. В связи с чем, признаются судом  апелляционной инстанции несостоятельными, не влекущими отмену  оспариваемого определения.  

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, апелляционная  жалоба не содержит, доводы жалобы выражают несогласие с ними и в целом  направлены на переоценку доказательств при отсутствии к тому правовых  оснований, в связи с чем, отклоняются судом апелляционной инстанции.  

Судом апелляционной инстанции не установлены нарушения норм  материального или процессуального права, которые в силу статьи 270 АПК РФ  являются основанием для отмены или изменения определения суда первой  инстанции.  

С учетом изложенного, обжалуемое определение подлежит оставлению  без изменения, апелляционная жалоба - без удовлетворения.  

При подаче апелляционной жалобы на определение арбитражного суда  подлежит уплате государственная пошлина в порядке и размере, определенном  подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской  Федерации.  

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе  

 

относятся на ее заявителя в соответствии со статьей 110 АПК РФ, поскольку в  удовлетворении жалобы отказано.  

Руководствуясь статьями 104, 110, 176, 258, 268, 269, 270, 271, 272  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый  арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 20 июля 2022  года по делу № А60-10001/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу  – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного  производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий  месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.  

Председательствующий Л.М. Зарифуллина  

Судьи Е.О. Гладких 

 И.П. Данилова