ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

№ 11АП-4266/2023

Дело № А65-24482/2021

г. Самара

11 июля 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 05 июля 2023 года

Постановление в полном объеме изготовлено 11 июля 2023 года

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Машьяновой А.В., 

судей Бондаревой Ю.А., Гольдштейна Д.К., 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Смирновым Д.С.,

с участием:

лица, не явились, извещены,

рассмотрев в открытом судебном заседании 05 июля 2023 года в помещении суда в зале №2 апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО1 на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 26 февраля 2023 года, вынесенное по результатам рассмотрения заявления финансового управляющего ФИО1 признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки, к ответчику - КПК «Уржум»

 в рамках дела  о несостоятельности (банкротстве) ФИО2,

УСТАНОВИЛ:

В Арбитражный суд Республики Татарстан 30 сентября 2021 года поступило заявление гражданина ФИО2 (далее – должник, гражданин) о признании его несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 01 октября 2021 года заявление принято к производству суда, назначено судебное заседание по рассмотрению обоснованности заявления. 

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 29 ноября 2021 года (дата резолютивной части 26.11.2021г.) гражданин ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения: г.Брежнев Татарской АССР, ИНН 

<

***>, СНИЛС 128- 003-552 19, зарегистрирована по адресу: 

<

...>, признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина на срок 5 месяцев до 26.04.2022 года (включительно). 

Финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО1, ИНН 

<

***>, почтовый адрес: 423821, г.Набережные Челны, а/я 21005, член саморегулируемой организации Союз «Арбитражных управляющих «Правосознание» (141005, 

<

...>, этаж 1, пом. IX). 

В Арбитражный суд Республики Татарстан поступило заявление финансового управляющего финансового управляющего ФИО1, о признании недействительной сделкой передачу объектов недвижимого имущества:

- жилой дом, 2-этажный, общ. пл. 128.1 кв.м. адрес: Республика Татарстан, р-н Тукаевский муниципальный, с/п Мелекесское, ДНП "Солнечное", уч 66, кадастровый номер 16:39:011301:1297;

- земельный участок, общ. пл. 800 кв.м., Местоположение установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка. Почтовый адрес ориентира: Республика Татарстан, Тукаевский муниципальный район, Мелекесское сельское поселение, ДНП "СОЛНЕЧНОЕ", участок 66, кадастровый номер 16:39:011301:1087;

осуществленную согласно акту от 21.07.2021г. «О передаче не реализованного в имущества должника взыскателю» взыскателю КПК «Уржум», и применении последствий недействительности сделки (вх.23625).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан заявление принято к производству, назначено судебное заседание. На основании ст. 46 АПК РФ к участию в деле в качестве ответчика привлечено КПК «Уржум». На основании ст. 51 АПК РФ к участию в деле в качестве третьих лиц привлечены: Управление Росреестра по РТ; ООО «Антарес»; Тукаевское РОСП УФССП России по РТ; УФССП России по РТ.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан на основании ст. 51 АПК РФ к участию в деле в качестве третьих лиц привлечены: ФИО3; ФИО4; ПАО «Сбербанк России».

До судебного заседания финансовый управляющий представил уточнение к заявлению (т. 1, л.д. 99-103), которое принято судом на основании ст. 49 АПК РФ.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 26.02.2023 в удовлетворении заявления финансового управляющего должника, отказано.

Не согласившись с принятым судом первой инстанции судебным актом финансовый управляющий ФИО1 обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить, принять новый судебный акт. 

В обоснование апелляционной жалобы заявитель ссылается на нарушение судом первой инстанции при вынесении обжалуемого судебного акта норм ст.270 АПК РФ.  

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.03.2023 апелляционная жалоба оставлена без движения. 

После устранения заявителем обстоятельств, послуживших основанием для оставления апелляционной жалобы без движения, определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.04.2023 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено с учетом отложения на 05.07.2023.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, о времени и месте судебного заседания размещена на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Судебная коллегия считает, что материалы дела содержат достаточно доказательств для рассмотрения апелляционной жалобы по существу. Каких-либо доказательств затруднительности или невозможности своевременного ознакомления с материалами дела в электронном виде в системе "Картотека арбитражных дел" сети Интернет, лицами, участвующими в деле, представлено не было. Отсутствие отзывов на апелляционную жалобу от иных лиц, участвующих  в деле, по мнению суда апелляционной инстанции, не влияет на возможность рассмотрения апелляционной жалобы по существу. 

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения  судом  первой  инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле документам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта по следующим основаниям.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 21.07.2021 судебным приставом – исполнителем ОСП по Менделеевскому и Тукаевскому районам УФССП России по РТ вынесен акт о передаче нереализованного имущества должника взыскателю, в соответствии с которым взыскателю КПК «Уржум» передано имущество должника ФИО2, а именно: 

- жилой дом, 2-этажный, площадью 128,1 кв.м., адрес: Республика Татарстан,  Тукаевский муниципальный район, Мелекесское сельское поселение, ДНП "Солнечное", уч. 66, кадастровый номер 16:39:011301:1297; 

- земельный участок, площадью 800 кв.м., адрес: Республика Татарстан, Тукаевский муниципальный район, Мелекесское сельское поселение, ДНП "Солнечное", участок 66, кадастровый номер 16:39:011301:1087 (т. 1, л.д. 13).

Стоимость имущества составила 3 450 000 руб. 

Полагая, что указанная сделка совершена в нарушение положений ст. 61.3 Закона о банкротстве и повлекла оказание предпочтения кредитору КПК «Уржум» перед другими кредиторами, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований финансового управляющего должника, суд первой инстанции руководствовался следующим.

На основании ст. 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина.

При этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда финансовый управляющий узнал или должен был узнать о наличии указанных в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона оснований.

Заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона основаниям подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве гражданина, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве гражданина независимо от состава лиц, участвующих в данной сделке.

Согласно п. 13 ст. 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» абзац второй пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции настоящего Федерального закона).

Оспариваемая сделка совершена 21.07.2021, т.е. после 01.10.2015, следовательно, может быть оспорена по специальным основаниям, установленным Законом о банкротстве.  

В силу п. 1 ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Требование о признании оспариваемого договора недействительным заявлено финансовым управляющим со ссылкой ст. 61.3 Закона о банкротстве.

Как следует из п. 3 ст. 61.3 Закона о банкротстве сделка, указанная в пункте 1 настоящей статьи и совершенная должником в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, может быть признана арбитражным судом недействительной, если в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 настоящей статьи, или если установлено, что кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Предполагается, что заинтересованное лицо знало о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества, если не доказано обратное.

Заявление о признании должника банкротом принято определением суда от 01.10.2021, оспариваемая сделка совершена 21.07.2021, т.е. в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, следовательно, может быть оспорена по п. 3 ст. 61.3 Закона о банкротстве.  

Как указано в п. 1 Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление Пленума № 63) в силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

В связи с этим по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться:

действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.);

банковские операции, в том числе списание банком денежных средств со счета клиента банка в счет погашения задолженности клиента перед банком или другими лицами (как безакцептное, так и на основании распоряжения клиента).

Исходя из п. 2 Постановления Пленума № 63 к сделкам, совершенным не должником, а другими лицами за счет должника, которые в силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве могут быть признаны недействительными по правилам главы III.1 этого Закона (в том числе на основании статей 61.2 или 61.3), могут, в частности, относиться:

1) сделанное кредитором должника заявление о зачете;

2) списание банком в безакцептном порядке денежных средств со счета клиента-должника в счет погашения задолженности клиента перед банком или перед другими лицами, в том числе на основании представленного взыскателем в банк исполнительного листа;

3) перечисление взыскателю в исполнительном производстве денежных средств, вырученных от реализации имущества должника или списанных со счета должника;

4) оставление за собой взыскателем в исполнительном производстве имущества должника или залогодержателем предмета залога.

Как указано в п. 12 Постановления Пленума № 63 в силу пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве, если сделка с предпочтением была совершена не ранее чем за шесть месяцев и не позднее чем за один месяц до принятия судом заявления о признании должника банкротом, то в силу пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве она может быть признана недействительной, только если:

а) в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым или третьим пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве;

б) или имеются иные условия, соответствующие требованиям пункта 1 статьи 61.3, и при этом оспаривающим сделку лицом доказано, что на момент совершения сделки кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было или должно было быть известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

При решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. К числу фактов, свидетельствующих в пользу такого знания кредитора, могут с учетом всех обстоятельств дела относиться следующие: неоднократное обращение должника к кредитору с просьбой об отсрочке долга по причине невозможности уплаты его в изначально установленный срок; известное кредитору (кредитной организации) длительное наличие картотеки по банковскому счету должника (в том числе скрытой); осведомленность кредитора о том, что должник подал заявление о признании себя банкротом.

Получение кредитором платежа в ходе исполнительного производства, или со значительной просрочкой, или от третьего лица за должника, или после подачи этим или другим кредитором заявления о признании должника банкротом само по себе еще не означает, что кредитор должен был знать о неплатежеспособности должника.

Если платеж был получен после того, как данный кредитор подал заявление о признании должника банкротом или узнал о подаче такого заявления другим кредитором, то при решении вопроса о добросовестности такого кредитора следует, в частности, учитывать, свидетельствовали ли обстоятельства подачи такого заявления о том, что имеет место действительно неплатежеспособность должника, либо инициатор банкротства рассматривает возбуждение такого дела как ординарный вариант принудительного исполнения судебного решения, а также были ли поданы в рамках возбужденного дела о банкротстве заявления других кредиторов.

Само по себе размещение на сайте Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в картотеке арбитражных дел информации о возбуждении дела о банкротстве должника не означает, что все кредиторы должны знать об этом. Однако это обстоятельство может быть принято во внимание, если с учетом характера сделки, личности кредитора и условий оборота проверка сведений о должнике должна была осуществляться в том числе путем проверки его по указанной картотеке.

Платежи и иные сделки, направленные на исполнение обязательств (предоставление отступного, зачет и т.п.), относятся к случаям, указанным не в абзаце третьем, а в абзаце пятом названного пункта.

Решением Набережночелнинского городского суда РТ от 30.06.2020 по делу № 2-4649/2020 в т.ч. с ФИО2 в пользу КПУ «Уржум» взыскана задолженность по договору займа в размере 2 343 703,30 руб. и расходы по оплате государственной пошлины в размере 20 100,94 руб., и обращено взыскание на заложенное имущество:  жилой дом, 2-этажный, площадью 128,1 кв.м., кадастровый номер 16:39:011301:1297;  земельный участок, площадью 800 кв.м., кадастровый номер 16:39:011301:1087, по адресу: Республика Татарстан, Тукаевский муниципальный район, Мелекесское сельское поселение, ДНП "Солнечное", участок 66, путем продажи с публичных торгов с определением начальной продажной цены заложенного имущества в размере 4 600 000 руб. (т. 1, л.д. 19-21).

25.10.2020 Набережночелнинским городским судом РТ по делу № 2-4649/2020 выдан исполнительный лист ФС № 035184358 о взыскании в т.ч. с ФИО2 в пользу в пользу КПУ «Уржум»  задолженности по договору займа в размере 2 343 703,30 руб. и расходов по оплате государственной пошлины в размере 20 100,94 руб., и обращении взыскания на заложенное имущество:  жилой дом, 2-этажный, площадью 128,1 кв.м., кадастровый номер 16:39:011301:1297;  земельный участок, площадью 800 кв.м., кадастровый номер 16:39:011301:1087, по адресу: Республика Татарстан, Тукаевский муниципальный район, Мелекесское сельское поселение, ДНП "Солнечное", участок 66, путем продажи с публичных торгов с определением начальной продажной цены заложенного имущества в размере 4 600 000 руб. (т. 1, л.д. 163-166).

Таким образом, всего в пользу кооператива с должника было взыскано 2 363 804,24 руб. (2 343 703,30 + 20 100,94 = 2 363 804,24). 

По данному исполнительному листу и на основании заявления кооператива (т. 1, л.д. 182) ОСП по Менделеевскому и Тукаевскому районам УФССП России по РТ 21.11.2020 возбуждено исполнительное производство № 75732/20/16036-ИП (т. 1, л.д. 190-192).

25.12.2020 судебным приставом – исполнителем составлен акт о наложении ареста на жилой дом, 2-этажный, площадью 128,1 кв.м., кадастровый номер 16:39:011301:1297;  земельный участок, площадью 800 кв.м., кадастровый номер 16:39:011301:1087, по адресу: Республика Татарстан, Тукаевский муниципальный район, Мелекесское сельское поселение, ДНП "Солнечное", участок 66 (т. 1, л.д. 166-168), и вынесено соответствующее постановление о наложении ареста (т. 1, л.д. 189).

14.01.2021 судебным приставом – исполнителем вынесено постановление об оценке имущества должника, в соответствии с которым стоимость жилого  дома, 2-этажный, площадью 128,1 кв.м., кадастровый номер 16:39:011301:1297;  и земельного участка, площадью 800 кв.м., кадастровый номер 16:39:011301:1087, по адресу: Республика Татарстан, Тукаевский муниципальный район, Мелекесское сельское поселение, ДНП "Солнечное", участок 66, установлена в размере 4 600 000 руб. (т. 1, л.д. 203-204).

25.01.2021 судебным приставом – исполнителем вынесено постановление о передаче спорных жилого дома и земельного участка на торги (т. 1, л.д. 70-65, 195-196).

17.02.2021 судебным приставом – исполнителем вынесено постановление о передаче спорных жилого дома и земельного участка на торги (т. 1, л.д. 173—174).

16.04.2021 осуществлена публикация о проведении торгов (т. 1, л.д. 74).

29.04.2021 вынесен протокол о признании первичных торгов несостоявшимися (т. 1, л.д. 75).

05.05.2021 ООО «Антарес» направило в адрес ОСП по Менделеевскому и Тукаевскому районам УФССП России по РТ уведомление о необходимости снижения цены (т. 1, л.д. 210).

07.05.2021 судебным приставом – исполнителем вынесено постановление о снижении цены переданного на реализацию имущества на 15 %, в соответствии с которым в связи с тем, что реализовать спорные жилой дом и земельный участок не удалось, их стоимость установлена в размере 3 910 000 руб. (т. 1, л.д. 77, 197-198).

15.06.2021 вынесен протокол о признании вторичных торгов несостоявшимися (т. 1, л.д. 17, 79).

15.06.2021 вынесен акт возврата нереализованного с публичных торгов имущества (т. 1, л.д. 80, 169-170).

ОСП по Менделеевскому и Тукаевскому районам УФССП России по РТ направило в адрес КПК «Уржум» предложение оставить не реализованное имущество за собой по цене на десять процентов ниже от цены, указанной в постановлении об оценке имущества, т.е. от 3 450 000 руб., с выплатой разницы в части суммы, подлежащей выплате взыскателю (т. 1, л.д. 205).

30.06.2021 письмом № 43/21 КПК «Уржум» уведомило ОСП по Менделеевскому и Тукаевскому районам УФССП России по РТ о своем согласии оставить не реализованное спорное имущество за собой (т. 1, л.д. 176).

07.07.2021 платежным поручением № 696 КПК «Уржум» оплатило 1 144 576,82 руб. в виде разницы между суммой задолженности и стоимостью оставленной за собой имущества (т. 1, л.д. 55).

21.07.2021 судебным приставом – исполнителем ОСП по Менделеевскому и Тукаевскому районам УФССП России по РТ вынесен акт о передаче нереализованного имущества должника взыскателю, в соответствии с которым взыскателю КПК «Уржум» передано имущество должника ФИО2, а именно: 

- жилой дом, 2-этажный, площадью 128,1 кв.м., адрес: Республика Татарстан,  Тукаевский муниципальный район, Мелекесское сельское поселение, ДНП "Солнечное", уч. 66, кадастровый номер 16:39:011301:1297; 

- земельный участок, площадью 800 кв.м., адрес: Республика Татарстан, Тукаевский муниципальный район, Мелекесское сельское поселение, ДНП "Солнечное", участок 66, кадастровый номер 16:39:011301:1087 (т. 1, л.д. 13, 171-172, 193-194). Стоимость имущества составила 3 450 000 руб. 

20.08.2021 письмом № 56 КПК «Уржум» уведомило ОСП по Менделеевскому и Тукаевскому районам УФССП России по РТ о своем согласии оставить не реализованное спорное имущество за собой (т. 1, л.д. 18).

26.08.2021 должник ФИО2 представил в ОСП по Менделеевскому и Тукаевскому районам УФССП России по РТ реквизиты для перечисления должнику денежных средств, перечисленных взыскателем, за вычетом суммы исполнительского сбора в размере 165 466,30 руб. (т. 1, л.д. 179).

Исходя из уплаченной КПК «Уржум» суммы 1 144 576,82 руб. и суммы исполнительского сбора в размере 165 466,30 руб., должнику подлежало перечислению 979 110,52 руб. (1 144 576,82 – 165 466,30 = 979 110,52). 

20.09.2021 судебным приставом – исполнителем вынесено постановление об окончании исполнительного производства № 75732/20/16036-ИП в связи фактическим исполнением требований, содержащихся в исполнительном документе (т. 1, л.д. 201-202). 

Исходя из выписок из ЕГРН, в настоящее время собственниками спорного имущества являются ФИО3 и ФИО4, также зарегистрировано обременение в виде ипотеки в пользу ПАО «Сбербанк России» (т. 1, л.д. 34-52).

В то же время, согласно ст. 334 Гражданского кодекса Российской Федерации в силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит это имущество (залогодателя), за изъятиями, установленными законом.

Особенности правового положения кредиторов, требования которых обеспечены залогом имущества должника, определены статьей 18.1 Закона о банкротстве. Порядок погашения требований кредиторов по обязательствам, обеспеченным залогом имущества должника, установлен статьей 138 Закона о банкротстве.

В силу п. 2 ст. 138 Закона о банкротстве в случае, если залогом имущества должника обеспечиваются требования конкурсного кредитора по кредитному договору, из средств, вырученных от реализации предмета залога, восемьдесят процентов направляется на погашение требований конкурсного кредитора по кредитному договору, обеспеченному залогом имущества должника, но не более чем основная сумма задолженности по обеспеченному залогом обязательству и причитающихся процентов.

Оставшиеся средства от суммы, вырученной от реализации предмета залога, вносятся на специальный банковский счет должника в следующем порядке:

- пятнадцать процентов от суммы, вырученной от реализации предмета залога, - для погашения требований кредиторов первой и второй очереди в случае недостаточности иного имущества должника в целях погашения указанных требований;

- оставшиеся денежные средства - для погашения судебных расходов, расходов по выплате вознаграждения арбитражным управляющим и оплаты услуг лиц, привлеченных арбитражным управляющим в целях обеспечения исполнения возложенных на него обязанностей.

Кроме того, на основании п. 5 ст. 213.27 Закона о банкротстве восемьдесят процентов суммы, вырученной от реализации предмета залога, направляется на погашение требований кредитора по обязательствам, обеспеченным залогом имущества должника.

Денежные средства, оставшиеся от суммы, вырученной от реализации предмета залога, вносятся на специальный банковский счет гражданина, открытый в соответствии со статьей 138 настоящего Федерального закона, в следующем порядке:

десять процентов суммы, вырученной от реализации предмета залога, для погашения требований кредиторов первой и второй очереди в случае недостаточности иного имущества гражданина для погашения указанных требований;

оставшиеся денежные средства для погашения судебных расходов, расходов на выплату вознаграждения финансовому управляющему, расходов на оплату услуг лиц, привлеченных финансовым управляющим в целях обеспечения исполнения возложенных на него обязанностей, и расходов, связанных с реализацией предмета залога.

Денежные средства, предназначавшиеся для погашения требований кредиторов первой и второй очереди и оставшиеся на специальном банковском счете гражданина после полного погашения указанных требований, включаются в конкурсную массу.

Денежные средства, оставшиеся после полного погашения судебных расходов, расходов на выплату вознаграждения финансовому управляющему, расходов на оплату услуг лиц, привлеченных финансовым управляющим в целях обеспечения исполнения возложенных на него обязанностей, и расходов, связанных с реализацией предмета залога, направляются на погашение части обеспеченных залогом имущества гражданина требований конкурсных кредиторов, не погашенной из стоимости предмета залога в соответствии с настоящим пунктом. Денежные средства, оставшиеся после полного погашения расходов, предусмотренных настоящим абзацем, и требований кредиторов, обеспеченных залогом реализованного имущества, включаются в конкурсную массу.

Не удовлетворенные за счет стоимости предмета залога требования кредиторов по обязательствам, обеспеченным залогом имущества гражданина, удовлетворяются в составе требований кредиторов третьей очереди.

Согласно пункту 29.3 Постановления Пленума № 63 при оспаривании на основании статьи 61.3 Закона о банкротстве сделок по удовлетворению требования, обеспеченного залогом имущества должника, - уплаты денег (в том числе вырученных посредством продажи предмета залога залогодателем с согласия залогодержателя или при обращении взыскания на предмет залога в исполнительном производстве) либо передачи предмета залога в качестве отступного (в том числе при оставлении его за собой в ходе исполнительного производства) - необходимо учитывать следующее. Такая сделка может быть признана недействительной на основании абзаца пятого пункта 1 и пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, лишь если залогодержателю было либо должно было быть известно не только о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества заемщика, но и о том, что вследствие этой сделки залогодержатель получил удовлетворение большее, чем он получил бы при банкротстве по правилам статьи 138 Закона о банкротстве, а именно хотя бы об одном из следующих условий, указывающих на наличие признаков предпочтительности:

а) после совершения оспариваемой сделки у должника не останется имущества, достаточного для полного погашения имеющихся у него обязательств, относящихся при банкротстве к первой и второй очереди, и (или) для финансирования процедуры банкротства за счет текущих платежей, указанных в статье 138 Закона о банкротстве;

б) оспариваемой сделкой прекращено в том числе обеспеченное залогом обязательство по уплате неустоек или иных финансовых санкций, и после совершения оспариваемой сделки у должника не останется имущества, достаточного для полного погашения имеющихся у должника обязательств перед другими кредиторами в части основного долга и причитающихся процентов.

При оспаривании полученного залоговым кредитором платежа суд признает его недействительным только в части, соответствующей размеру обязательств, погашенных с предпочтением.

При этом ключевой характеристикой требования залогодержателя является то, что он имеет безусловное право в рамках дела о банкротстве получить удовлетворение от ценности заложенного имущества приоритетно перед остальными (в том числе текущими) кредиторами, по крайней мере, в части 80% стоимости данного имущества (если залог обеспечивает кредитные обязательства - статья 18.1, пункт 2 статьи 138 Закона о банкротстве).

Аналогичная правовая позиция изложена в Определении Верховного Суда Российской Федерации N 305-ЭС17-3098 (2) от 14.02.2018 и подтверждена в пункте 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2018), утвержденная Президиумом Верховного Суда РФ 04.07.2018.

Соответственно, если залоговый кредитор получает удовлетворение не в соответствии с процедурой, предусмотренной статьями 134, 138 и 142 Закона о банкротстве, а в индивидуальном порядке (в том числе в периоды, указанные в пунктах 2 и 3 статьи 61.3 данного Закона), он в любом случае не может считаться получившим предпочтение в части названных 80%.

Именно на этом основаны разъяснения порядка оспаривания сделок по исполнению требований залогодержателя согласно пунктам 1 и 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, изложенные в пункте 29.3 Постановления Пленума № 63.

В рассматриваемом случае общим правилом является то, что признание судом сделки недействительной не может повлечь ухудшение положения залогового кредитора в той части, в которой обязательство было прекращено без признаков предпочтения. 

Из отчета финансового управляющего (т. 1, л.д. 217) следует, что кредиторы первой и второй очереди отсутствуют, в реестр требований кредиторов включены требования кредиторов на сумму 983 900,73 руб., в т.ч. 682 849,20 руб. основного долга и 303 297,60 руб. штрафы, пени.    

Ввиду отсутствия кредиторов первой и второй очереди в случае удовлетворения требования залогового кредитора КПК «Уржум» в рамках процедуры банкротства требование данного кредитора (2 363 804,24 руб.) было бы погашено в размере 90 % от размера вырученных от реализации залога денежных средств, т.е. в размере 2 127 423,82 руб. В указанной части КПК «Уржум» в любом случае не может считаться получившим предпочтение.

Оставшиеся 10 % от погашенной КПК «Уржум» суммы долга в размере 2 363 804,24 руб. составляют 236 380,42 руб.  

Вместе с тем, согласно отчету финансового управляющего (т. 1, л.д. 217) расходы на проведение процедуры банкротства составили 35 849,07 руб. (9 651,31 + 1 080 + 117,76 + 25 000 = 35 849,07), однако поскольку 25 000 руб. для выплаты вознаграждения финансовому управляющему внесены должником на депозит суда при обращении в суд с заявлением о признании себя банкротом, в рассматриваемом случае размер расходов по делу  определяется судом в сумме 10 849,07 руб. (35 849,07 – 25 000 = 10 849,07).      

При этом отчет финансового управляющего содержит сведения о включении в конкурсную массу должника автомобиля «Ford» стоимостью 450 000 руб., находящегося в залоге, и денежных средств в размере 434 580,14 руб. 

Также судом учитывал, что исходя из уплаченной КПК «Уржум» суммы 1 144 576,82 руб. и суммы исполнительского сбора в размере 165 466,30 руб., должнику после оставления взыскателем имущества за собой подлежало перечислению 979 110,52 руб. (1 144 576,82 – 165 466,30 = 979 110,52). 

В совокупности размер денежных средств и имущества, за счет которых возможно погашение расходов по делу и требований кредиторов в части основного долга и причитающихся процентов составляет 1 863 690,66 руб. (450 000 + 434 580,14 + 979 110,52 = 1 863 690,66). 

Исходя из изложенного, после совершения оспариваемой сделки в конкурсной массе должника имеются денежные средства и имущество для погашения расходов по делу о банкротстве в сумме 10 849,07 руб., а также для погашения имеющихся у должника обязательств перед другими кредиторами в части основного долга и причитающихся процентов в сумме 682 849,20 руб., в т.ч. с учетом исключения из конкурсной массы должника денежных средств в размере 72 056 руб.

Таким образом, доказательства того, что после совершения оспариваемой сделки у должника не осталось имущества, достаточного для полного погашения имеющихся у него обязательств, относящихся при банкротстве к первой и второй очереди, и (или) для финансирования процедуры банкротства за счет текущих платежей, указанных в статье 138 Закона о банкротстве, финансовым управляющим не представлено.

Также суд учитывал, что финансовым управляющим не доказано, что на момент совершения сделки КПК «Уржум» было или должно было быть известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества должника либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

Наличие на момент совершения сделки судебных актов о взыскании с должника денежных средств, возбужденных в отношении него исполнительных производств также не свидетельствует об осведомленности КПУ «Уржум» о названных обстоятельствах. Участник сделки не обязан отслеживать в общедоступных источниках данную информацию о своем контрагенте.

Данная позиция изложена в постановлении Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 23.08.2019 № Ф01-3428/2019 по делу № А38-5891/2016. 

При этом само по себе наличие предъявленных исков к должнику и наличие в свободном доступе соответствующих сведений не является безусловным доказательством наличия у должника признаков неплатежеспособности, предусмотренных законодательством о банкротстве, а обладание сведениями о наличии у должника кредитной задолженности перед иными кредиторами, иных неисполненных обязательств не означает осведомленность иных участников о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, определенных в статье 2 Закона о банкротстве. Недопустимо отождествлять неплатежеспособность с неуплатой конкретного долга отдельному кредитору, кредитор всегда осведомлен о факте непогашения долга перед ним, однако это обстоятельство само по себе не свидетельствует о том, что данный кредитор должен одновременно располагать и информацией о приостановлении должником операций по расчетам с иными кредиторами (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 N 18245/12).

Указанная позиция изложена в постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 31.05.2018 N Ф06-16944/2016 по делу N А12-29155/2016. Определением Верховного Суда РФ от 05.09.2018 N 306-ЭС17-4497(7) отказано в передаче дела N А12-29155/2016 в Судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда РФ для пересмотра в порядке кассационного производства данного постановления.

Также финансовым управляющим указано на занижение начальной цены спорной квартиры и необходимости ее определения в размере 2 810 000 руб. 

В обоснование данного довода финансовым управляющим представлено экспертное заключение № 13/09-22 ООО «Закамская независимая оценка» (т. 1, л.д. 107-153), в соответствии с которым рыночная стоимость спорных жилого дома и земельного участка составляет 5 023 000 руб.

Вместе с тем, оспариваемая сделка совершена 21.07.2021, в то время как данное заключение определило рыночную стоимость спорного имущества на дату 30.06.2020, т.е. на дату, предшествующую дате отчуждения более чем на 1 год. Каких – либо сведений о сохранении актуальности определенной рыночной стоимости спорной квартиры в течение последующего после оценки года не представлено, в то же время, за указанный период времени стоимость оцененных объектов недвижимости могла подвергнуться существенному изменению. 

Кроме того, как усматривается из материалов дела, в целях реализации спорного имущества проводились первичные и повторные торги, победитель определен не был. 

На основании п. 1 ст. 350 ГК РФ, реализация заложенного имущества, на которое взыскание обращено на основании решения суда, осуществляется путем продажи с публичных торгов в порядке, установленном настоящим Кодексом и процессуальным законодательством, если законом или соглашением между залогодержателем и залогодателем не установлено, что реализация предмета залога осуществляется в порядке, установленном абзацами вторым и третьим пункта 2 статьи 350.1 настоящего Кодекса.

По правилам ст. 50 ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» залогодержатель вправе обратить взыскание на имущество, заложенное по договору об ипотеке, для удовлетворения за счет этого имущества названных в статье 3 указанного закона требований, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обеспеченного ипотекой обязательства, в частности неуплатой или несвоевременной уплатой суммы долга полностью или в части, если договором не предусмотрено иное.

Как следует из пункта 1 статьи 56 Закона об ипотеке, имущество, заложенное по договору об ипотеке, на которое по решению суда обращено взыскание в соответствии с названным законом, реализуется путем продажи с публичных торгов, за исключением случаев, предусмотренных названных законом.

Оценка заложенного имущества может не соответствовать рыночной цене данного имущества, поскольку в соответствии с пунктом 3 статьи 9 Закона об ипотеке оценка предмета ипотеки определяется в соответствии с законодательством Российской Федерации по соглашению залогодателя с залогодержателем.

Согласно подпункту 4 пункта 2 статьи 54 Закона об ипотеке принимая решение об обращении взыскания на имущество, заложенное по договору об ипотеке, суд должен определить и указать в нем начальную продажную цену заложенного имущества при его реализации. Начальная продажная цена имущества на публичных торгах определяется на основе соглашения между залогодателем и залогодержателем, достигнутого в ходе рассмотрения дела в суде, а в случае спора - самим судом. 

Действие подпункта 4 пункта 2 статьи 54 Закона об ипотеке носит универсальный характер и распространяется на все ситуации, когда начальная продажная цена заложенного имущества определяется в судебном порядке (будь то обычное обращение взыскания на заложенное имущество либо разрешение разногласий в деле о банкротстве).

Как следует из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной им в определении от 9 февраля 2017 года № 214-О при рассмотрении вопроса о конституционности подпункта 4 пункта 2 статьи 54 Закона об ипотеке, регулирование обращения взыскания на предмет залога и его реализации должно осуществляться на основе принципа обеспечения баланса конституционно значимых интересов взыскателей и должников при обращении взыскания на заложенное имущество.

В рассматриваемом случае победитель в ходе торгов определен не был ввиду отсутствия участников. 

Следовательно, рыночная цена продаваемого имущества определена в результате торгов «на повышение», что подразумевало эффективное обеспечение ее  соответствие действительной стоимости имущества на рынке.

В соответствии с абз. 2 ст. 3 ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» под рыночной стоимостью объекта оценки понимается наиболее вероятная цена, по которой данный объект оценки может быть отчужден на открытом рынке в условиях конкуренции, когда объект оценки представлен на открытом рынке посредством публичной оферты, типичной для аналогичных объектов оценки.

В любом случае реальная рыночная стоимость имущества может быть определена исключительно по результатам торгов по его продаже, поскольку формируется путем использования рыночных механизмов спроса и предложения. Цена продажи имущества при продаже посредством открытых торгов определяется только исходя из спроса на имущество и его ликвидности. Следовательно, имущество либо будет реализовано, либо возможность его выгодной продажи окажется исчерпанной.

Установление начальной продажной цены обеспечивает условия для торгов и только в ходе самих торгов может быть выявлена фактическая стоимость имущества в зависимости от существующего на рынке спроса. Если предлагаемое имущество представляет интерес для потенциальных приобретателей, максимальная цена на торгах будет достигнута.

Как указывал Верховный Суд Российской Федерации, торги проводятся с целью привлечения максимально широкого круга участников и получения должником наибольшей цены за реализуемое имущество (Определение от 3 декабря 2015 года N 309-ЭС14-5788); установленное подпунктом 4 пункта 2 статьи 54 Закона об ипотеке правило об определении начальной продажной цены заложенного имущества исходя из его рыночной стоимости со снижением ее на двадцать процентов направлено на обеспечение баланса интересов взыскателя и должника, а снижение цены относительно рыночной стоимости обеспечивает возможность привлечения необходимого количества участников для того, чтобы торги состоялись; цена, по которой реализуется переданное на торги имущество, определяется по итогам торгов исходя из предложений участников этих торгов (определение от 22 сентября 2015 года № 16-КГ15-21).

Материалы дела не содержат доказательств того, что установленная начальная продажная цена залогового имущества негативно повлияла на возможность получения максимальной цены от продажи заложенного имущества, нарушила права должника и права кредиторов.

При указанных обстоятельствах финансовым управляющим не доказана необходимая совокупность условий, указанных в п. 29.3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63, следовательно, правовые основания для признания оспариваемой сделки недействительной по признаку предпочтительности не имеется.

Кроме того, в соответствии с п. 4 Постановления Пленума № 63 наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В связи с чем суд указал следующее.  

Согласно пункту 2 статьи 1 ГК РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Пунктом 1 статьи 10 названного кодекса установлена недопустимость действий граждан и юридических лиц исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

В силу пункта 3 статьи 10 ГК РФ в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

По смыслу вышеприведенных норм, добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (п. 9 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 №127).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 10 постановления от 30.04.2009 №32, исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности, направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая оспариваемую сделку, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Поскольку сделки оспариваются в рамках дела о банкротстве, то при установлении того, заключена ли сделка с намерением причинить вред другому лицу, как указано выше, следует установить, имелись ли у сторон сделки намерения причинить вред имущественным правам кредиторов, то есть была ли сделка направлена на уменьшение конкурсной массы.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. 

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ). 

Согласно позиции Верховного суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 01.12.2015 № 4-КГ15-54, под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия. 

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права. Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. Сюда могут быть включены уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов. 

В частности злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания. 

По своей правовой природе злоупотребление правом - это всегда нарушение требований закона, в связи с чем злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Следовательно, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

Из постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 следует, что для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным статьями 10 и 168 ГК РФ, требуется, чтобы пороки выходили за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок.

Таким образом, из анализа вышеприведенных положений законодательства о банкротстве, регламентирующего оспаривание сделок, следует, что во избежание нарушения имущественных прав кредиторов, вызванных противоправными действиями должника-банкрота по искусственному уменьшению своей имущественной массы ниже пределов, обеспечивающих выполнение принятых на себя долговых обязательств, законодательством предусмотрен правовой механизм оспаривания сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Подобные сделки могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, пункт 4 постановление Пленума № 63).

По общему правилу, сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

Правонарушение, заключающееся в необоснованной передаче должником имущества другому лицу, причиняющее ущерб конкурсной массе и, как следствие, наносящее вред имущественным правам кредиторов должника, например, вследствие неравноценности встречного исполнения со стороны контрагента должника, является основанием для признания соответствующих сделок, действий недействительными по специальным правилам, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с разъяснениями, данными Верховным Судом Российской Федерации в пунктах 87 и 88 Постановления Пленума от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" - недействительной в связи с притворностью может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки.

В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Вопрос о допустимости оспаривания таких сделок, действий на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации неоднократно рассматривался Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11, Определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 24.10.2017 № 305-ЭС17- 4886(1), от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886, от 17.12.2018 № 309-ЭС18-14765, от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069, от 09.03.2021 N 307-ЭС19-20020(8,10) и др.).

Закрепленные в статье 61.2 Закона о банкротстве положения о недействительности сделок, направленные на пресечение возможности извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, причиняющего вред кредиторам должника, обладают приоритетом над нормами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходя из общеправового принципа «специальный закон отстраняет общий закон», определяющего критерий выбора в случае конкуренции общей и специальной норм, регулирующих одни и те же общественные отношения.

Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора.

При этом баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае один год, предшествовавший дате принятия заявления о признании должника банкротом, и тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 постановление Пленума № 63).

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем, поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

В рассматриваемом случае каких-либо доказательств, свидетельствующих о совершении оспариваемой сделки со злоупотреблением правом, не представлено. 

Учитывая изложенное, суд не усмотрел оснований для удовлетворения заявления.

Суд апелляционной инстанции повторно рассмотрев дело, с учётом обстоятельств установленных в рамках настоящего обособленного спора, принимая во внимание доказательства имеющиеся в материалах настоящего обособленного спора, не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, основаны на неверном толковании норм права, регулирующие спорные правоотношения сторон, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены оспариваемого судебного акта.

Несогласие заявителя с оценкой, установленных по делу обстоятельств не может являться основанием для отмены судебного акта.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора в данном конкретном случае исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены верно, выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта обжалуемого по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы, не имеется.

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 26 февраля 2023 года по делу №А65-24482/2021 - оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его вынесения, через арбитражный суд первой инстанции.

 

ПредседательствующийА.В. Машьянова 

 

Судьи           Ю.А. Бондарева

 

Д.К. Гольдштейн