СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-11473/2023(3)-АК

Дело № А50-21474/2021

26 марта 2024 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 20 марта 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 26 марта 2024 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:     

председательствующего  Шаркевич М.С.,   

судей                               Темерешевой С.В., Чухманцева М.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

от ФИО2: ФИО3, паспорт, доверенность от 25.12.2023;

ФИО4, паспорт,

от ФИО5: ФИО6, паспорт, доверенность от 14.04.2023

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле,

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2

на определение Арбитражного суда Пермского края от 04 декабря 2023 года об отказе в удовлетворении заявления ФИО2 о признании недействительными договоров купли-продажи по отчуждению транспортного средства FIАТ-DОВLО-САRGО, 2008 г. в., грз В328У0159 от 13.11.2014 и 29.12.2017 гг., вынесенное в рамках дела № А50-21474/2021 

о признании ФИО7 (ИНН 

<

***>) несостоятельной (банкротом),

заинтересованные лица с правами ответчиков: ФИО8 (ИНН 

<

***>), ФИО5 (ИНН 

<

***>), ФИО9 (ИНН 

<

***>),

третье лицо: ФИО10,

установил:

решением Арбитражного суда Пермского края от 24.02.2022 (резолютивная часть от 21.02.2022) в отношении ФИО4 (далее – должник) введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим должника утвержден арбитражный управляющий ФИО11, член Союза «МЦАУ».

Сведения о введении процедуры реализации имущества опубликованы в газете КоммерсантЪ от 12.03.2022. 

18.05.2023 года от ФИО2 в арбитражный суд поступило заявление о признании недействительными договоров купли-продажи по отчуждению транспортного средства FIАТ-DОВLО-САRGО, 2008 года выпуска, применении последствий недействительности сделки  в виде взыскания в солидарном порядке с ФИО5 (по состоянию на 13.11.2014) и ФИО9 (по состоянию на 29.12.2017) рыночной стоимости спорного транспортного средства.

В качестве правового основания заявленных требований ФИО2 ссылается на нормы ст.ст. 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Определением Арбитражного суда Пермского края от 04.12.2023 (резолютивная часть от 28.11.2023) в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, кредитор ФИО2  обжаловал его в апелляционном порядке, просит определение суда отменить, заявленные требования удовлетворить.

ФИО2, ссылается на наличие оснований для признания оспариваемых сделок недействительными. Полагает, что договор купли-продажи транспортного средства был заключен не 01.07.2014, а не ранее 12-13.11.2014 и был совершен лишь для вида, без намерений создать соответствующие ему правовые последствия. Оспаривает выводы о том, что транспортное средство было не на ходу. Указывает на то, что до 13.11.2014 паспорт транспортного средства и свидетельство о регистрации транспортного средства находились у ФИО8  - супруга должника.  Согласно справке дирекции филиала ООО «Росгосстрах» в Пермском крае страховой полис был оформлен ФИО5 только 12.11.2014 года. При этом ФИО8 был включен в перечень лиц, допущенных к управлению спорным транспортным средством. Отмечает, что арбитражный суд первой инстанции сделал неверный вывод о том, что прекращение обязательств со стороны должника и ее супруга прослеживается с сентября 2014 года, указывает, что данный вывод противоречит выводам арбитражного суда первой инстанции, сделанным в определениях Арбитражного суда Пермского края от 14.09.2023 года, где судом был сделан вывод о том, что первая просрочка по кредитному договору, на основании которого в реестре требований кредиторов должника установлена задолженность перед апеллянтом, наступила в апреле 2014 года. 29.12.2017 года спорное транспортное средство перерегистрировано на имя ФИО9 (мать супруга должника). Оспаривает факт оплаты по договорам, а также наличие у ФИО9 финансовой возможности произвести оплату по договорам. Ссылается на то, что супруг должника сохранял контроль за транспортным средством, выступая лицом, допущенным к управлению транспортным средством в период, когда собственником автомобиля являлся ответчик ФИО5, и страхователем, когда собственником автомобиля стала мать супруга должника.  Также полагает, что не подтвержден факт расходования денежных средств супругом должника. Оспаривает выводы суда о то, что расходование денежных средств супругом должника заключается во внесении платежей по кредитному договору после 01.07.2014 в общей сумме 145 975 руб. Обращает внимание на суммы этих платежей, свидетельствующие о списание денежных средств, а не о их внесении. При этом суммы платежа являются «не ровными», всегда имеют в своей сумме копейки. Отмечает, что кредитор доказывал фиктивность правоотношений между супругом должника его близкими родственниками, создание искусственного документооборота между ними с внесением в него заведомо ложных сведений о юридически значимых фактах, которые отсутствовали в действительности и были направлены на обход закона с противоправной целью, выраженной исключительно в намерении причинить вред кредиторам должника и извлечь преимущества от своего незаконного и недобросовестного поведения. Кроме того, кредитор заявляет о том, что сделки в обоих случая совершены на не рыночных условиях (по заниженной стоимости), чему были представлены доказательства и чему арбитражным судом первой инстанции не была дана оценка.

ООО «ПКО «Юг-Коллекшн» в своем отзыве доводы апелляционной жалобы поддержало.

ФИО5 представил письменный отзыв на апелляционную жалобу об отказе в ее удовлетворении.

В судебном заседании представитель ФИО2 доводы апелляционной жалобы поддержал.

ФИО4, представитель ФИО5 в удовлетворении апелляционной жалобы просили отказать.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы надлежащим образом, в судебное заседание представителей не направили, в силу ст.ст.156, 266 АПК РФ жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со ст.ст.266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ФИО2 является кредитором должника, его требования составляют более десяти процентов от общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, в связи с чем он правомочен оспаривать сделки, совершенные должником.

ФИО2 обратился с требованием о признании недействительными договоров купли-продажи по отчуждению транспортного средства FIАТ-DОВLО-САRGО, 2008 года выпуска, применении последствий недействительности сделки  в виде взыскания в солидарном порядке с ФИО5 (по состоянию на 13.11.2014) и ФИО9 (по состоянию на 29.12.2017) рыночной стоимости спорного транспортного средства.

В качестве правового обоснования заявленных требований       указаны  ст.ст. 10, 168, 170 ГК РФ.

Обращаясь с рассматриваемыми требованиями, ФИО2 ссылался на следующие обстоятельства.

На имя супруга должника ФИО8 было зарегистрировано транспортное средство FIАТ-DОВLО-САRGО, 2008 г.в ., грз В328У0159.

13.11.2014 указанное транспортное средство перерегистрировано на имя ФИО5 (отца должника).

29.12.2017 транспортное средство перерегистрировано на имя ФИО9 (свекрови должника).

Как указывает ФИО2, договоры от 13.11.2014 и 29.12.2017 на бумажном носителе не сохранились.

По мнению ФИО2 данные сделки являются мнимыми, совершены для вида, при наличии у должника и его супруга просрочки по кредиту перед ОАО «Сбербанк России», чьим правопреемником является ФИО2, сделки совершены в отношении в отношении заинтересованных лиц, отсутствуют доказательства оплаты по сделкам и расходования полученных денежных средств, ФИО8 сохранял контроль над отчужденным транспортным средством до 14.09.2022, был допущен к управлению транспортным средством, являлся его страхователем.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из недоказанности обстоятельств, являющихся основаниями для признания сделок недействительными.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, отзывов, заслушав лиц, участвующих в споре, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке  ст. 71 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд приходит к следующим выводам.

Согласно п. 1 ст. 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.

В соответствии с положениями ст. 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Согласно п. 1 ст. 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным ст. 61.2 или ст. 61.3 названного Закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Пунктом 2  ст. 213.32 предусмотрено, что право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в ст. 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина.

В п. 13 Федерального закона № 154-ФЗ от 29.06.2015 «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» предусмотрено, что положения пп. 1 и 2 ст. 213.32 Закона о банкротстве применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании ст. 10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пп. 3 - 5 ст. 213.32 Закона банкротстве.

Заявление о признании должника банкротом принято к производству суда 24.01.2022, сделка от 01.07.2014 (13.11.2014) совершена до 01.10.2015, доказательств наличия у должника на дату совершения указанной сделки статуса индивидуального предпринимателя не имеется, в связи с чем данная сделка может быть оспорена только по основаниям, предусмотренным ст.ст. 10, 168 ГК РФ.

Сделка от 29.12.2017 совершена после 01.10.2015, но ранее чем за три года до возбуждения в отношении должника дела о несостоятельности (банкротстве), в качестве правовых оснований ее недействительности кредитором указаны нормы ст. 10, 168, 170 ГК РФ,

В соответствии с п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Норма п. 1 ст. 170 ГК РФ, согласно которой сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна, направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота. Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у сторон этой сделки нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не соответствует их внутренней воле.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

В соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Как разъяснено в п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» указано, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный п. 1 ст. 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пп. 1 или 2 ст. 168 ГК РФ).

Согласно п. 1 ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. В силу п. 2 ст. 168 ГК РФ, если из закона не следует иное, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна.

Злоупотребление правом при совершении сделки нарушает запрет, установленный ст. 10 ГК РФ, поэтому такая сделка признается недействительной на основании ст.ст. 10 и 168 ГК РФ (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2015), утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.03.2015).

Как разъяснено в п. 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов, по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

В силу п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» согласно п. 3 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая сделку, стороны намеревались реализовать противоправный интерес.

Применительно к сделкам гражданина, совершенным в преддверии его банкротства, злоупотребление правом может выражаться, в том числе в отчуждении должником своего имущества близким родственникам и (или) иным доверенным лицам с целью исключения возможности обращения на него взыскания по требованиям независимых кредиторов.

Данный вывод согласуется с правовым подходом, приведенным в постановлении Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 02.11.2010 № 6526/10 о том, что заключение направленной на нарушение прав и законных интересов кредиторов сделки, имеющей целью, в частности, уменьшение активов должника и его конкурсной массы путем отчуждения объекта недвижимости третьим лицам, является злоупотреблением гражданскими правами.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (п. 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Исходя из изложенного, для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Кредитор ФИО2 ссылается на то, что оспариваемые им сделки совершены при наличии у должника неисполненных обязательств, направлены на вывод активов в целях неисполнения обязательств перед кредитором, являются мнимыми, поскольку спорное транспортное средство фактически из владения и пользования супруга должника выбыло только 14.09.2022.

Из материалов дела следует, что брак между должником и ФИО8 зарегистрирован 12.09.2010 

26.04.2013 на имя супруга должника ФИО8 было зарегистрировано транспортное средство FIАТ-DОВLО-САRGО, 2008 г.в ., грз В328У0159 грузовой фургон).

13.11.2014 указанное транспортное средство перерегистрировано на имя ФИО5 (отца должника).

29.12.2017 транспортное средство перерегистрировано на имя ФИО9 (свекрови должника).

С 14.09.2022 владельцем значится ФИО10

ФИО10 в своем отзыве указал, что приобрел данный автомобиль по договору купли-продажи от 09.09.2022 за 200 000 руб., представил соответствующие документы (в копиях): договор, расписку, ПТС, страховой полис (л.д. 19-24).

Договор с ФИО10 не оспаривается, доказательств того, что он является заинтересованным лицом по отношению к должнику, его супругу и ответчикам в материалах дела не имеется (ст. 65 АПК РФ).

Суд первой инстанции правомерно отклонил довод должника о том, что спорный автомобиль является единоличной собственностью ФИО8 в связи с заключением супругами 12.11.2013 брачного договора, устанавливающего, что приобретенное в период брака имущество является собственностью того супруга, на чье имя это имущество оформлено и зарегистрировано.

В соответствии с п. 1 ст. 34 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ) имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью. Оно признается таковым независимо от того, на имя кого из супругов оформлена вещь либо кем из супругов внесены денежные средства в счет ее оплаты (п. 2 ст. 34 СК РФ).

Законным режимом имущества супругов является режим их совместной собственности, который может быть изменен брачным договором (п. 1 ст. 33 СК РФ).

Статьей 46 СК РФ предусмотрены специальные гарантии прав кредиторов супругов, согласно которой соглашение о разделе имущества, являясь двусторонней сделкой, связывает только супругов, при этом ухудшение имущественного положения супруга должника в результате исполнения такого договора не влечет правовых последствий для не участвовавших в нем кредиторов должника.

Из материалов дела следует, что 20.02.2013 ОАО «Сбербанк России» и ИП ФИО8 заключили кредитный договор № 

<

***>, в соответствии с которым кредитор предоставил заемщику кредит в сумме 3 000 000 руб. на срок по 19.03.2016 года под 19,5% годовых.

Таким образом, на дату заключения брачного договора у ФИО8 имелись неисполненные денежные обязательства перед ОАО «Сбербанк России», которые возникли до заключения брачного договора (20.02.2013), в нарушение требований ст. 46 СК РФ кредитор не был уведомлен о заключении брачного договора, с учетом этого и исходя из того, что условия брачного договора не могут быть противопоставлены кредиторам, обязательства перед которыми возникли до заключения такого договора, заключение брачного договора не повлекло каких-либо последствий для кредитора и его правопредшественника.

При изложенных обстоятельствах, заявление о признании сделки по отчуждению супругом должника спорного транспортного средства может быть рассмотрено в рамках дела о банкротстве должника.

Относительно доводов о наличии у должника на дату совершения оспариваемых сделок неисполненных обязательств перед кредиторами, апелляционная коллегия пришла к следующим выводам.

В обеспечение надлежащего исполнения обязательств по вышеуказанному кредитному договору от 20.02.2013 ОАО «Сбербанк России» и ФИО4 заключили договор поручительства № 

<

***>/1.

Решением Третейского суда при АНО «Независимая Арбитражная Палата» от 06.04.2015 года по делу № Т-ПРМ/15-1290 с ИП ФИО8 и ФИО4 в пользу ОАО «Сбербанк России» солидарно взыскана задолженность по кредитному договору № 

<

***> от 20.02.2013 по состоянию на 26.12.2014 в сумме 2 118 738,91 руб., в том числе основной долг в размере 2 005 617,17 руб., проценты в размере 91 298,37 руб., неустойка за несвоевременное погашение процентов в размере 6 549,18 руб., неустойка за несвоевременное погашение основного долга в размере 15 274,19 руб., а также расходы по уплате третейского сбора в размере 33 594 руб.

Определением Свердловского районного суда г. Перми от 21.05.2015 по делу №13-1076/2015 ОАО «Сбербанк России» выданы исполнительные листы на принудительное исполнение решения Третейского суда при АНО «Независимая Арбитражная Палата» от 06.04.2015 по делу № Т-ПРМ/15-1290, а также взысканы расходы по уплате государственной пошлины по 1 125 руб. с каждого.

Определением Свердловского районного суда г. Перми от 15.01.2016 по делу № 13-2331/2015 произведена замена взыскателя ОАО «Сбербанк России» на ФИО2 по гражданскому делу № 13-1076/2015 по заявлению ОАО «Сбербанк России» о выдаче исполнительных листов на принудительное исполнение решения третейского суда.

Как следует из разъяснений, изложенных в п. 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.07.2009 № 63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве», обязательство возвратить денежную сумму, предоставленную по договору займа (ст. 810 ГК РФ) или кредитному договору (ст. 819 ГК РФ), возникает с момента предоставления денежных средств заемщику.

По договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части. Договор поручительства может быть заключен в обеспечение как денежных, так и неденежных обязательств, а также в обеспечение обязательства, которое возникнет в будущем (п. 1 ст. 361 ГК РФ).

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 24.11.2015 № 89-КГ15-13, договор поручительства является односторонним, так как поручительство, являющееся одним из способов обеспечения обязательств, создает между кредитором и поручителем дополнительное обязательство по отношению к основному, за которое дается поручительство.

Содержанием обязательства по договору поручительства является обязанность поручителя при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником основного обязательства нести ответственность перед кредитором наряду с должником.

Договор поручительства, являющийся одним из способов обеспечения исполнения гражданско-правового обязательства, начинает исполняться поручителем в тот момент, когда он принимает на себя обязанность отвечать перед кредитором за должника по основному договору. Такая обязанность принимается поручителем при подписании договора (если самим договором не предусмотрено иное), поскольку именно в этот момент происходит волеизъявление стороны отвечать солидарно с основным должником по его обязательствам. По истечении срока действия договора поручительства он считается исполненным поручителем даже в случае, если кредитором не было предъявлено к поручителю никаких требований.

Тем самым, заключая договор поручительства, поручитель должен осознавать возможность предъявления в любой момент к нему требования об исполнении солидарной обязанности.

Кроме того, согласно разъяснениям, приведенным в п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 45 «О некоторых вопросах разрешения споров о поручительстве», требования к поручителю, связанные с нарушением должником основного обязательства, могут быть предъявлены кредитором лишь при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником основного обязательства (п. 1 ст. 363 ГК РФ). При этом, по общему правилу, обязанности поручителя перед кредитором возникают с момента заключения договора поручительства, в том числе договора поручительства по будущим требованиям. Например, с этого момента поручитель может быть обязан поддерживать определенный остаток на счетах в банке, раскрывать кредитору информацию об определенных фактах и тому подобное (п. 2 ст.307, п. 1 ст. 425 ГК РФ).

На основании изложенного не допускается связывать наличие неисполненных обязательств перед кредитором/займодавцем с наличием вступившего в законную силу судебного акта о взыскании задолженности, которая образовалась вследствие ненадлежащего исполнения заемщиком своих обязательств.

При формировании условий сделок по распоряжению своими активами должник и осведомленный о его положении (в силу заинтересованности, обстоятельства которой раскрыты выше по тексту) контрагент обязаны учитывать интересы кредиторов, как имеющихся в момент отчуждения актива, так и необходимость погашения задолженности, срок погашения которой наступит после совершения сделок.

Сделками по отчуждению имущества должник не вправе создавать невозможность исполнения в будущем своих обязательств.

Допущение такой ситуации в результате отчуждения имущества безвозмездно либо по очевидно заниженной цене исключает добросовестность должника и заинтересованного к нему контрагента.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 14.09.2023 установлено, что первая просрочка в исполнении супругом должника ФИО8 обязательств по вышеуказанному кредитному договору наступила в апреле 2014 года.

Из материалов дела (л.д. 60) также следует, что с апреля 2014 ФИО8 допущены неоднократные просрочки по исполнению обязательств по кредитному договору от 20.02.2013 № 

<

***>.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.12.2023 установлено, что просрочки в исполнении должником своих обязательств сформировались в конце 2014 года.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции исходит из того, что на дату совершения оспариваемых сделок у должника имелись неисполненные обязательства перед ОАО «Сбербанк России».

При этом относительно даты совершения сделки в пользу отца должника, апелляционная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что соответствующая сделка имела место 01.07.2014.

Доказательств, убедительно опровергающих соответствующие выводы суда первой инстанции, не представлено.

Кроме того, с учетом даты возникновения просрочки по исполнению обязательств по кредитному договору № 

<

***> от 20.02.2013 (апрель 2014 года), отсутствует иное разумное объяснение поведению лиц, участвующих в деле, настаивающих на совершении сделки именно 01.07.2014, за исключением действительного совершения сделки в указанную дату.

Договор купли-продажи транспортного средства от 01.07.2014 в материалы дела не представлен.

Согласно паспорту технического средства на спорный автомобиль первая из оспариваемых сделок заключена 01.07.2014 (л.д. 22 оборот), учет данной информации в органах ГИБДДД осуществлен 13.11.2014.

В рассматриваемом случае, оспариваемый договор купли-продажи от 01.07.2014 заключен между супругом должника и отцом должника ФИО5, которые в силу ст. 19 Закона о банкротстве являются заинтересованными по отношению к должнику лицами.

Договор купли-продажи от 01.07.2014 на бумажном носителе в Управлении МВД России по г. Перми не сохранился за истечением срока хранения. 

Ответчики данный договор также не представили, указав, что договор не сохранился, поскольку с момента совершения сделки прошло более 9 лет.

Исходя из представленных в материалы дела пояснений, спорный автомобиль был реализован по цене 150 000 руб.

Ответчиком ФИО9 в материалы дела представлена копия договора купли-продажи спорного транспортного средства от 22.12.2017, согласно которому спорное транспортное средство приобретено ею по цене 100 000 руб., учет данной информации в органах ГИБДДД осуществлен 29.12.2017.

Данный договор также заключен с заинтересованным лицом, матерью супруга должника, что участвующими в деле лицами не оспаривается.

Кредитор ФИО2 оспаривает наличие факта оплаты по вышеуказанным сделкам.

 

Как было указано выше, спорное транспортное средство по сделке от 01.07.2014 реализовано по цене 150 000 руб., по сделке от 22.12.2017 по цене 100 000 руб.

В подтверждение финансовой возможности предоставления денежных средств по договору продажи ответчиком ФИО5 представлена информация налогового органа о его доходах, согласно которой его доход за 2012 год составил 783 517,43 руб., за 2013 год – 755 111,30 руб., справки 2-НДФЛ.

В подтверждение наличия у  ФИО9 финансовой возможности произвести оплату спорного транспортного средства, суд первой инстанции принял во внимание то, что с 16.10.2014 по настоящее время является индивидуальным предпринимателем, присвоен ОГРНИП 314595828900113, основной вид ее деятельности согласно сведениям налогового органа - ремонт бытовой техники, согласно налоговым декларациям размер доходов ФИО9 за 2015 год составил 2 057 278 руб., за 2016 год -                            1 798 704 руб.

Между тем, из материалов дела следует, что супруг должника являлся и страхователем транспортного средства, он же значится лицом, допущенным к управлению транспортным средством (л.д. 27). При этом в соответствии с электронным страховым полисом  от 04.02.2020 собственник спорного транспортного средства ФИО9 к числу лиц, допущенных к управлению транспортным средством, не отнесена, таким лицом выступает только супруг должника. Изложенное очевидно свидетельствует о сохранении контроля за отчужденным транспортным средством за супругом должника.

Суд апелляционной инстанции также принимает во внимание и то, что продажа спорного транспортного средства осуществлялась не на открытом рынке, а между родственниками.

Ответчики необходимость в приобретении транспортного средства не раскрыли, при этом они ссылаются на ненадлежащее состояние транспортного средства. 

В судебном заседании суда апелляционной инстанции должником даны пояснения, противоречащие ранее изложенной позиции. Указано на передачу транспортного средства супругом должника отцу последнего в счет надлежащего исполнения обязательств по возврату денежных средств, полученных в заем.

Учитывая изложенные обстоятельства, а именно: совершение сделки от 01.07.2014 после возникновения первой просрочки по исполнению обязательств перед ОАО «Сбербанк России», дальнейшее наращивание просроченной задолженности, отчуждение спорного транспортного средства в пользу близкого родственника в отсутствие каких-либо разумных объяснений необходимости совершения указанной сделки, дальнейшее отчуждение также в пользу близкого родственника, при сохранении контроля за отчужденным транспортным средством, противоречивость пояснений лиц, участвующих в споре, относительно обстоятельств совершения оспариваемой сделки, апелляционная коллегия пришла к выводу о недоказанности наличия встречного предоставления по оспариваемым сделкам.

При этом осуществление после совершения сделки от 01.07.2014 платежей на общую сумму 145 975 руб. получение денежных средств в размере 150 000 руб. от отца должника не подтверждает, поскольку указанный платеж внесен не однократно, различными суммами, в том числе, с копейками.

Документами, представленными ФИО9 в обоснование наличия у нее финансовой возможности оплаты спорного транспортного средства, наличие таковой не подтверждается, поскольку судом первой инстанции не учтены расходы данного лица в налоговом периоде:

- за 2015 год: 2 057 278 (доходы) – 1 895 306 (расходы) = 161 972,

- за 2016 год: 1 798 704 (доходы) – 1 799 810 (расходы) = - 1 106 (сумма убытка).

При изложенных обстоятельствах, соответствующее поведение должника, его супруга и ответчиков, имеющих статус близких родственников должника, не отвечает стандартам добросовестного и разумного осуществления гражданских прав и не подлежит судебной защите, поскольку из совокупности изложенных выше обстоятельств следует, что супруг должника, очевидно понимая возможность обращения взыскания на имущество, в связи с неисполнением основным заемщиком и должником как поручителем обязательств по кредитному договору, произвел отчуждение имущества (транспортного средства), за счет которого могли быть удовлетворены денежные требования кредитора.

Оспариваемые сделки от 01.07.2014 и 22.12.2017 совершены без предоставления встречного исполнения, являются взаимосвязанными – прикрывают единую сделку по выводу имущества из совместной собственности должника и ее мужа в целях недопущения обращения взыскания на него. Сделки являются мнимыми, поскольку фактически спорное транспортное средство осталось во владении и пользовании должника (его супруга) вплоть до 14.09.2022.

Проанализировав и оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи по правилам, установленным ст. 71 АПК РФ, суд апелляционной инстанции, руководствуясь нормами ст.ст. 10, 170 ГК РФ,  признает оспариваемую цепочку взаимосвязанных сделок от 01.07.2014 и 22.12.2017 недействительной.

Учитывая, что суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что в настоящем случае имеет место цепочка взаимосвязанных сделок, фактически единая сделка, направленная на превентивный вывод имущества, доводы о том, что установленные судом обстоятельства охватываются основаниями недействительности сделок в силу законодательства о банкротстве и не подтверждают наличие таковых согласно ст.ст. 10, 168 ГК РФ подлежат отклонению.

Также не нашли своего подтверждения и доводы об истечении срока исковой давности.

Согласно п. 1 ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 настоящего Кодекса. 

В соответствии с пп. 1, 2 ст. 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. По обязательствам с определенным сроком исполнения течение исковой давности начинается по окончании срока исполнения. 

В силу п. 1 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (п. 3 ст. 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки.

Требования ФИО2 включены в реестр определением суда от 28.07.2022.

С рассматриваемым заявлением ФИО2 обратился в суд 18.05.2023, то есть в пределах срока исковой давности.

Согласно п. 2 ст. 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Применяя последствия недействительности сделки, суд преследует цель приведения сторон данной сделки в первоначальное положение, которое существовало до ее совершения.

С учетом представленных в материалы дела сведений о стоимости спорного имущества, а также цены сделки, по которой спорное имущество было отчуждено независимому приобретателю, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что рыночная стоимость спорного имущества составляет 200 000 руб.

Принимая во внимание то, что спорное транспортное средство является совместно нажитым имуществом супругов, в конкурсную массу подлежит включению только ?  доли в общем имуществе супругов, суд апелляционной инстанции в качестве последствий недействительности единой сделки считает возможным взыскать солидарно с ФИО5 и ФИО9 в пользу конкурсной массы ФИО4 100 000 руб.

В этой связи определение суда первой инстанции от 04.12.2023 подлежит отмене в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела (п. 3 ч. 1 ст. 270 АПК РФ).

Государственная пошлина за рассмотрение заявления и апелляционной жалобы в порядке ст. 110 АПК РФ подлежит взысканию солидарно с ответчиков ФИО5 и ФИО9 в пользу ФИО2 

Государственная пошлина в размере 6 000 руб. подлежит возврату ФИО2 из федерального бюджета как излишне уплаченная.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Пермского края от 04 декабря 2023 года по делу № А50-21474/2021 отменить.

Заявленные требования удовлетворить.

Признать недействительными сделку от 01.07.2014 по отчуждению транспортного средства FIАТ-DОВLО-САRGО, 2008 г. в., грз 6328У0159 ФИО8 в пользу ФИО5 (изменение собственника зарегистрировано 13.11.2014) и договор купли-продажи автотранспортного средства от 22.12.2017, заключенный между ФИО5 и ФИО9.

Применить последствия недействительности сделки.

Взыскать солидарно с ФИО5 и ФИО9 в пользу конкурсной массы ФИО4 100 000 руб.

Взыскать с конкурсной массы ФИО4 в пользу ФИО2 судебные расходы в размере 9 000 руб.

Возвратить ФИО2 из федерального бюджета государственную пошлину в размере 6 000 руб., уплаченную в соответствии с извещением об осуществлении операции с использованием электронного средства платежа от 18.05.2023.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Пермского края.

 

Председательствующий

 

М.С. Шаркевич

 

Судьи

 

С.В. Темерешева

 

 

М.А. Чухманцев