СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ул. Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, https://7aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город  Томск                                                                                   Дело № А03-19418/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 07 ноября 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 21 ноября 2024 года.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи                       Фаст Е.В., 

судей                                                                  Логачева К.Д., 

                                                                            Хайкина С.Н., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Дубаковой А.А., рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 и ФИО2 (№ 07АП-7791/24 (1)) на определение от 05.08.2024 (в редакции определения об исправлении опечатки от 09.09.2024) Арбитражного суда Алтайского края (судья Камнев А.С.) по делу № А03-19418/2022 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ТНК ОЙЛ ТОРГ» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), принятое по заявлению временного управляющего имуществом должника о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1, ФИО2.

В судебном заседании приняли участие: без участия, извещены.

Суд

установил:

в деле о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «ТНК ОЙЛ ТОРГ» (далее – общество «ТНК ОЙЛ ТОРГ», должник, общество) его конкурсный управляющий ФИО3 (далее – заявитель, управляющий) 02.05.2023 обратилась в Арбитражный суд Алтайского края с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), о привлечении ФИО1, ФИО2 (далее - ответчики, контролирующие лица) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением суда от 05.08.2024 признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО1, ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «ТНК ОЙЛ ТОРГ», производство по рассмотрению заявления в части размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Определением суда от 09.09.2024 исправлены описки (опечатки), исключен ряд абзацев из полного текста определения от 05.08.2024.

Не согласившись с определением суда от 05.08.2024, ФИО1 и ФИО2 обратились с апелляционной жалобой, в которой просят его отменить и отказать в удовлетворении заявления в полном объеме, ссылаясь на неполное выяснение обстоятельств  по делу, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, нарушение норм материального и процессуального права.

По мнению заявителей апелляционной жалобы, судом первой инстанции при привлечении к субсидиарной ответственности за непередачу документов по статье 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) не исследован перечень документов, которые привели к существенному затруднению при проведении конкурсным управляющим процедуры банкротства общества и причинно-следственная связь между непередачей конкретных документов и невозможностью расчетов с кредиторами; при определении даты возникновения обязанности у контролирующих должника лиц обратиться с заявлением о банкротстве не исследованы причины банкротства должника и не определена дата наступления объективного банкротства должника; неисполнение обязательств может быть вызвано иными причинами, не связанными с объективной неплатежеспособностью.  

Лица, участвующие в деле и в процессе о банкротстве, не обеспечившие личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания  на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи с чем, суд апелляционной инстанции на основании статей 123, 156, 266 АПК РФ рассмотрел апелляционную жалобу в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность обжалуемого определения суда первой инстанции в порядке главы 34 АПК РФ,  суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для его отмены.

Из материалов дела следует, ФИО2 в период с 16.04.2018 по 11.12.2019 являлся единственным участником общества «ТНК ОЙЛ ТОРГ», в период с 16.04.2018 по 19.09.2018 -  единоличным исполнительным органом (директор) должника.

ФИО1 с декабря 2019 по настоящее время является единственным участником общества «ТНК ОЙЛ ТОРГ», с 19.09.2018 до введения процедуры банкротства – единоличным исполнительным органом (директор) должника.

Тем самым ответчики подпадают под признаки контролирующих должника лиц, предусмотренные пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве.

Определением суда от 14.12.2022 принято к производству заявление о признании общества несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 29.12.2022 в отношении общества «ТНК ОЙЛ ТОРГ» введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО3

Решением суда от 27.06.2023 должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО3

Обращаясь в суд с настоящим заявлением, управляющий со ссылками на статьи 61.11, 61.12 Закона о банкротстве указал на неисполнение бывшим руководителем должника  обязанности по передаче управляющему бухгалтерской и иной документации, повлекшее невозможность формирования и реализации конкурсной массы, неисполнение бывшим руководителем и участниками общества «ТНК ОЙЛ ТОРГ» обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом.

Удовлетворяя заявление, суд первой инстанции исходил из доказанности оснований для привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности.

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев обособленный спор  и оценив представленные в дело доказательства по правилам главы 7 АПК РФ, пришел к следующим выводам.

В силу части 1 статьи 223 АПК РФ, пункта 1 статьи 32 Закона о банкротстве, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом   по правилам АПК РФ с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно общему правилу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Подпунктом 2 пункта 2 названной статьи установлена презумпция наступления такой ответственности в случае если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 16.10.2017 № 302-ЭС17-9244, отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

В связи с этим невыполнение руководителями должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

При этом привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию о наличии причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица, доказав, в частности, что отсутствие документации должника, либо ее недостатки, не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, или доказав, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Именно поэтому предполагается, что непередача документации указывает на наличие причинно-следственной связи между действиями руководителя и невозможностью погашения требований кредиторов (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079).

Факт отсутствия документов бухгалтерского учета и отчетности подтверждается неисполнением руководителя должника обязанности по передаче такой документации конкурсному управляющему, установленной статьей 126 Закона о банкротстве.

В настоящем деле документация и активы должника ни временному, ни конкурсному управляющему ФИО1 не передавались и до настоящего времени не переданы, иного не доказано (статья 65 АПК РФ).

На дату рассмотрения судом первой инстанции настоящего обособленного спора совокупный размер требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника, а также заявленных после закрытия реестра и требований кредиторов по текущим платежам составил 20 433 482,93 руб.

Требования кредиторов не погашены в полном объеме, поскольку у должника отсутствует имущество и денежные средства, достаточные для их удовлетворения.

Управляющим были предприняты меры по истребованию документации должника  у ФИО1

Определением суда от 28.06.2023 на ФИО1 возложена обязанность по передаче управляющему перечня имущества должника, в том числе имущественных прав, заверенные руководителем должника копии бухгалтерских и иных документы, отражающие экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения (с 14.12.2019), сведения об изменениях в составе имущества должника за период после возбуждения дела о банкротстве (23 позиции).

В то же время не обращение с заявлением об истребовании документов в процедуре конкурсного производства не лишает конкурсного управляющего права на предъявление к ответчику требований о привлечении к субсидиарной ответственности (или о возмещении убытков) за отсутствие к моменту введения конкурсного производства необходимой документации.

Между тем, как следует из бухгалтерского баланса должника за 2020 год активы должника на 31.12.2019 составляли 31 035 тыс. руб., из них 0 тыс. руб. - материальные внеоборотные активы (включая основные средства), 27 050 тыс. руб. - запасы,  3 700 тыс. руб. дебиторская задолженность, 26 тыс. руб. - денежные средства и денежные эквиваленты; 259 тыс. руб. - прочие оборотные активы; на 31.12.2020 составляли 30 067 тыс. руб., из них 0 тыс. руб. - материальные внеоборотные активы (включая основные средства), 26 517 тыс. руб. - запасы, 3 271 тыс. руб. дебиторская задолженность, 15 тыс. руб. - денежные средства и денежные эквиваленты; 264 тыс. руб. - прочие оборотные активы;

В рассмотренном случае признаки неплатежеспособности общества «ТНК ОЙЛ ТОРГ» возникли в период нахождения ФИО1 в должности руководителя должника, о чем свидетельствовало наличие неисполненных обязательств перед кредиторами, в последующем, включенных в реестр требований кредиторов должника (ФНС России, ЗАО «Крутишинское», ООО «Краснозерский элеватор» - правопреемник  ФИО4).

Доводы о неисследовании судом перечня документов, которые привели к существенному затруднению при проведении конкурсным управляющим процедуры банкротства общества «ТНК ОЙЛ ТОРГ» и причинно-следственная связь между непередачей конкретных документов и невозможностью расчетов с кредиторами отклоняются апелляционным судом не состоятельные.

Финансово-хозяйственная деятельность хозяйственных обществ отражается в документах, обязательность ведения и хранения которых устанавливается специальным законодательством. Так, в частности, Федеральный закон от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (пункт 3 статьи 6, пункт 1 статьи 7, статья 9) (далее - Закон о бухгалтерском учете) обязывает руководителя хозяйственного общества вести бухгалтерский учет и хранить документы бухгалтерского учета, в которых должно непрерывно отражаться содержание фактов хозяйственной жизни этого общества. В связи с этим важнейшим источником сведений о деятельности общества и причинах его банкротства является его документация.

Предполагается, что отсутствие к моменту вынесения судебного определения о введении наблюдения документов, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством об обществах с ограниченной ответственностью (их сокрытие, непредставление арбитражному управляющему, утвержденному в деле о банкротстве), связано с тем, что контролирующее должника-банкрота лицо привело его своими противоправными деяниями в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов должника, причинило тем самым им вред и во избежание собственной ответственности скрывает следы содеянного. Как следствие, это лицо должно отвечать перед кредиторами должника (пункты 1, 2, 6 статьи 61.11 Закона о банкротстве, определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 № 305-ЭС18-14622(4,5,6)).

Таким образом, заявителю, требующему привлечения к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица, сокрывшего документы хозяйственного общества, необходимо и достаточно доказать состав признаков, входящих в соответствующую презумпцию (подпункт 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), в частности: наличие и размер непогашенных требований к должнику; статус контролирующего должника лица; его обязанность по хранению документов хозяйственного общества; отсутствие (искажение) этих документов на момент введения в отношении должника наблюдения.

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 24), лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения о том, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непредставлении, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника.

Таким образом, именно на бывшего руководителя возложена обязанность опровержения презумпции наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и его действиями (бездействием), что служит основанием для привлечения их к субсидиарной ответственности по подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

ФИО1 никаких пояснений не представил, не опроверг допустимыми и относимыми доказательствами презумпцию наличия причинно-следственной связи между невозможностью полного погашения требований кредиторов в результате существенного затруднения проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве, и действиями (бездействием) контролирующего должника лица, связанными с отсутствием документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, неотражением в них либо искажением предусмотренной законодательством информации.

Кроме того, перечь документов, заявленный управляющим и отраженный судом в определении от 28.06.2023 является примерным и не исключает обязанности руководителя передать управляющему всю имеющуюся документацию должника, сведения о которой (перечнем) может обладать только непосредственно руководитель должника, что ФИО1 до настоящего времени не сделано.

Доводы об отсутствии у него соответствующей документации подлежат отклонению, поскольку статьей 7 Закона о бухгалтерском учете установлена прямая обязанность руководителя экономического субъекта по хранению документов.

Доказательств совершения каких-либо действий, направленных на восстановление документации общества «ТНК ОЙЛ ТОРГ», ответчиком в материалы дела не представлено.

Довод об отсутствии доказательств того, что не передача документов повлекла невозможность формирования конкурсной массы, подлежит отклонению, как основанный на ошибочном толковании норм права и противоречит материалами дела, в том числе следует из постановления о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) от 10.05.2021.

В настоящем случае действует презумпция, согласно которой отсутствие (не передача руководителем арбитражному управляющему) финансовой и иной документации должника, существенно затрудняющее проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, указывает на вину руководителя.

Смысл этой презумпции состоит в том, что руководитель, уничтожая, искажая или производя иные манипуляции с названной документацией, скрывает данные о хозяйственной деятельности должника. 

Предполагается, что целью такого сокрытия, скорее всего, является лишение арбитражного управляющего и конкурсных кредиторов возможности установить факты недобросовестного осуществления руководителем или иными контролирующими лицами своих обязанностей по отношению к должнику.

К таковым, в частности, могут относиться сведения о заключении заведомо невыгодных сделок, о выводе активов и т.п., что само по себе позволяет применить иную презумпцию субсидиарной ответственности (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Кроме того, отсутствие определенного вида документации затрудняет наполнение конкурсной массы, например, посредством взыскания дебиторской задолженности, возврата незаконно отчужденного имущества. 

Именно поэтому предполагается, что не передача документации указывает на наличие причинно-следственной связи между действиями руководителя и невозможностью погашения требований кредиторов.

Доводов о факторах, находящихся вне сферы контроля директора, и соответствующих доказательств, подтверждающих невозможность представления документации должника, ФИО1 не заявлено и не представлено, тогда как непередача документов и неисполнение руководителем должника обязанности по организации хранения бухгалтерской документации является самостоятельным основанием для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Такое поведение ФИО1 очевидно не соответствует интересам возглавляемой ими организации, выходит за пределы надлежащего осуществления хозяйственной деятельности.

Таким образом, презумпция, установленная в подпункте 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, ответчиком ФИО1 не опровергнута.

Учитывая установленные обстоятельства и оценив представленные доказательства в совокупности и взаимосвязи по правилам статьи 71 АПК РФ, суд первой инстанции пришел к верному выводу о наличии оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности за непередачу документации должника (пункт 1 , подпункт 2 пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Довод об исследовании судом первой инстанции  непередачи документов не ФИО1  приведен без учета определения об исправлении опечаток от  09.09.2024, при этом исправленные в порядке статьи 179 АПК РФ опечатки существа принятого решения не изменяют, в связи с чем отклоняется апелляционным судом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в том числе в случае, если: удовлетворение требований одного или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных данной статьей, не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Как разъяснено в пункте 9 Постановления № 53 обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

По смыслу пункта 3.1 статьи 9, статьи 61.10, пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве с учетом разъяснений, изложенных в пункте 13 Постановления № 53,  лицо, не являющееся руководителем должника, ликвидатором, членом ликвидационной комиссии, может быть привлечено к субсидиарной ответственности за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника о собственном банкротстве при наличии совокупности следующих условий: это лицо являлось контролирующим, в том числе исходя из не опровергнутых им презумпций о контроле мажоритарного участника корпорации (подпункт 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве), о контроле выгодоприобретателя по незаконной сделке (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве) и т.д.; оно не могло не знать о нахождении должника в таком состоянии, при котором на стороне его руководителя, ликвидационной комиссии возникла обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве, и о невыполнении ими данной обязанности; данное лицо обладало полномочиями по созыву собрания коллегиального органа должника, к компетенции которого отнесено принятие корпоративного решения о ликвидации, или обладало полномочиями по самостоятельному принятию соответствующего решения; оно не совершило надлежащим образом действия, направленные на созыв собрания коллегиального органа управления для решения вопроса об обращении в суд с заявлением о банкротстве или на принятие такого решения. 

Соответствующее приведенным условиям контролирующее лицо может быть привлечено к субсидиарной ответственности по обязательствам, возникшим после истечения совокупности предельных сроков, отведенных на созыв, подготовку и проведение заседания коллегиального органа, принятие решения об обращении в суд с заявлением о банкротстве, разумных сроков на подготовку и подачу соответствующего заявления. При этом названная совокупность сроков начинает течь через 10 дней со дня, когда привлекаемое лицо узнало или должно было узнать о неисполнении руководителем, ликвидационной комиссией должника обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве (абзац первый пункта 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве). 

Указанное в настоящем пункте лицо несет субсидиарную ответственность солидарно с руководителем должника (членами ликвидационной комиссии) по обязательствам, возникшим после истечения упомянутой совокупности предельных сроков (абзац второй пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве). 

Участники корпорации, учредители унитарной организации, являющиеся контролирующими лицами по признаку аффилированности между собой, обладающие в совокупности количеством голосов, необходимым для созыва собрания коллегиального органа должника, не совершившие надлежащие действия для решения вопроса об обращении в суд с заявлением о банкротстве, несут субсидиарную ответственность за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника о банкротстве солидарно, если хотя бы один из них не мог не знать о нахождении должника в таком состоянии, при котором на стороне его руководителя, ликвидационной комиссии возникла обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве, и о неисполнении этой обязанности.

Судом первой инстанции установлено, что задолженность перед ЗАО «Крутишинское» по договору поставки № 15/05 от 15.05.2019 в размере 4 896 390 руб. возникла 24.05.2019 (решение суда от 14.02.2020 по делу № А03-19171/2019), обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникла с 24.08.2019, руководитель должника обязан был в течение месяца обратиться с заявлением о банкротстве в арбитражный суд, то есть до 24.09.2019.

Материалами дела подтверждается и не опровергнуто, что на 24.08.2019 у общества  «ТНК ОЙЛ ТОРГ» имелись признаки неплатежеспособности в понимании статьи 2 Закона о банкротстве, что обусловило возникновение у руководителя должника ФИО1 в силу статьи 9 Закона о банкротстве обязанности обратиться в суд с заявлением о банкротстве, а при неисполнении указанной обязанности руководителем ФИО1  – соответствующая обязанность возникла у участника общества  «ТНК ОЙЛ ТОРГ» ФИО2 как минимум в ноябре 2019 года, учитывая, что последний реализовал свою долю (100 %) в декабре 2019 года, соответственно, не мог не знать о текущем положении финансового состояния контролируемого общества и обязан был знать (интересоваться) в силу с пункта  3 статьи 53 ГК РФ, пунктами 1, 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

Поскольку задолженность перед кредитором ЗАО «Крутишинское» возникла 24.05.2019, после возникла задолженность перед остальными конкурсными кредиторами, включенными в реестр (ООО «Краснозерский элеватор», решение Арбитражного суда Алтайского края от 08.09.2020 по делу №А03-9564/2020, правопреемник  ФИО4, определение от 07.07.2022, уполномоченным органом), кроме того, деятельность должника фактически осуществлялась за счет активов контрагентов   (должник принимал товар у контрагентов и не  рассчитывался с ними, продавал товар другим контрагентам в основном по заниженным ценам, остатки товара не востребовал, что следует из постановления о прекращении уголовного дела от 10.05.2021, своих активов не имел), то неспособность расплатиться по возникающим последовательно долгам именно после мая 2019 года подтверждена достаточными доказательствами, а иной момент времени, когда руководитель должника и впоследствии учредители были обязаны обратиться в суд с заявлением о банкротстве по представленным доказательствам и доказанным управляющим обстоятельствам достоверно установить невозможно, суд апелляционной инстанции  соглашается с выводами, что заявление о признании должника банкротом руководитель должен подать в суд не позднее 24.09.2024 (для ФИО1) и не позднее ноября 2019 (для ФИО2), поскольку было очевидным возникновение признаков неплатежеспособности у должника  в связи с наращиванием долгов без наличия своих активов для расчетов с контрагентами.

В рассматриваемом случае усматривается, ФИО2, имея осведомленность о наличии у общества  «ТНК ОЙЛ ТОРГ» признаков несостоятельности (банкротстве), принимает решение о продаже доли общества (100%)  ФИО1 с целью уклонения от юридической ответственности, иного разумного обоснования ответчиками не приведено и не доказано (статьи 65, 67, 68 АПК РФ).

В этой связи, суд первой инстанции, исследовав и оценив представленные в дело доказательства в соответствии со статьей 71 АПК РФ, установив, что ФИО1 заявление о признании общества «ТНК ОЙЛ ТОРГ» несостоятельным (банкротом) не подавалось, учредителями (каждый в свой период участия) не принято никаких действий по обязанию руководителя либо самостоятельной подаче заявления в суд о банкротстве должника, обоснованно установил основания для привлечения ответчиков ФИО2 и ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве.

Установив, что на момент рассмотрения настоящего обособленного спора невозможно определить размер субсидиарной ответственности, суд первой инстанции, руководствуясь пунктом 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве, правомерно приостановил рассмотрение заявления до окончания расчетов с кредиторами (до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами).

Убедительных доводов, основанных на доказательствах и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт в заявленной части, апелляционная жалоба не содержит.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права.

Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 АПК РФ, апелляционная инстанция не усматривает.

При таких обстоятельствах оснований для отмены или изменения определения суда первой инстанции в обжалуемой части и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Судебные расходы в порядке статьи 110 АПК РФ относятся на ответчиков.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

постановил:

определение от 05.08.2024 (в редакции определения об исправлении опечатки от 09.09.2024) Арбитражного суда Алтайского края по делу № А03-19418/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 и ФИО2 – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Алтайского края. 

Постановление, выполненное в форме электронного документа, подписанное усиленными квалифицированными электронными подписями судей, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет». 

Председательствующий                                                                   Е.В. Фаст

Судьи                                                                                                  К.Д. Логачев

С.Н. Хайкина