АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-9493/2023

Дело № А12-33724/2022

г. Казань

05 марта 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 25 февраля 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 05 марта 2025 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Коноплёвой М.В.,

судей Советовой В.Ф., Третьякова Н.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Насыртдиновой Р.И. (протоколирование велось с использованием систем видео-конференц-связи, материальный носитель видеозаписи приобщается к протоколу)

при участии в Арбитражном суде Волгоградской области представителей:

Федеральной налоговой службы – ФИО1, доверенность от 10.12.2024,

общества с ограниченной ответственностью «СГ Север» – ФИО2, доверенность от 26.01.2024,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом, 

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу Федеральной налоговой службы  

на решение Арбитражного суда Волгоградской области от 29.07.2024 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.10.2024 

по делу № А12-33724/2022

по исковому заявлению Федеральной налоговой службы о привлечении общества с ограниченной ответственностью «СГ Север», ИНН 

<

***>, к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Виал», ИНН 

<

***>, в размере 47 020 110 руб.,

УСТАНОВИЛ:

Федеральная налоговая служба (далее – уполномоченный орган) обратилась в Арбитражный суд Волгоградской области с исковым заявлением о привлечении ФИО3, общества с ограниченной ответственностью «СГ Север» (далее – общество «СГ Север») к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Виал» (далее – общество «Виал») в размере 47 020 110 руб.

Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 21.07.2023, оставленным без изменения постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.09.2023, заявленные требования удовлетворены, ФИО3 и общество «СГ Север» привлечены к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам общества «Виал», с ФИО3 и общества «СГ Север» в пользу уполномоченного органа в порядке субсидиарной ответственности взысканы солидарно денежные средства в размере 47 020 110 руб.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 02.02.2024 решение Арбитражного суда Волгоградской области от 21.07.2023 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.09.2023 отменены в части привлечения общества «СГ Север» к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам общества «Виал» и солидарного взыскания с него денежных средств в пользу уполномоченного органа. В отмененной части дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Волгоградской области. 

При новом рассмотрении спора решением Арбитражного суда Волгоградской области от 29.07.2024, оставленным без изменения постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.10.2024, в удовлетворении заявленных уполномоченным органом требований о привлечении общества «СГ Север» к субсидиарной ответственности отказано.

В кассационной жалобе уполномоченный орган просит решение Арбитражного суда Волгоградской области от 29.07.2024 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.10.2024 отменить, исковое заявление о привлечении общества «СГ Север» к субсидиарной ответственности и взыскании солидарно с ФИО3 денежных средств в размере 47 020 110 руб. удовлетворить, мотивируя неправильным применением судами норм материального права, несоответствием выводов фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам. Заявитель жалобы указывает, что в спорном случае был осуществлен безвозмездный перевод бизнеса на аффилированное лицо – общество «СГ Север», при наличии у должника существенной кредиторской задолженности, что является основанием для наступления субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), суд кассационной инстанции оснований для их отмены не находит.

Как установлено судами, определением Арбитражного суда Волгоградской области от 18.12.2019 по делу № А12-35097/2019 по результатам рассмотрения заявления уполномоченного органа о признании общества «Виал» несостоятельным (банкротом) производство по делу прекращено без введения процедуры в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в делах о банкротстве, на основании абзаца 8 пункта 1 статьи 57 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Обращаясь с заявлением о привлечении ФИО3 и общества «СГ Север» к субсидиарной ответственности, уполномоченный орган указывал на то, что банкротство должника и невозможность удовлетворения требований уполномоченного органа возникли вследствие неправомерных действий ФИО3 в период осуществления им полномочий руководителя общества «Виал» и владения мажоритарной долей в уставном капитале в виде вывода денежных средств в адрес недобросовестных контрагентов, а также безвозмездной передачи бизнеса в пользу взаимозависимого лица – общества «СГ Север», что указывает на наличие презумпции, установленной подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

При повторном рассмотрении дела в части требований о привлечении общества «СГ Север» к субсидиарной ответственности, рассматривая довод уполномоченного органа о переводе хозяйственной деятельности общества «Виал» на общество «СГ Север» со ссылкой на то, что общество «СГ Север» использует имущество, ранее используемое обществом «Виал» (часть забора площадью 42 кв.м; склад-ангар площадью 196,5 кв.м; площадка (часть замощения) площадью 275 кв.м; экскаватор марки ЭТЦ1609/БЕЛАРУС-82.1, 2009 года выпуска; автомобиль грузовой марки ГАЗ 33023, 2002 года выпуска; автомобиль грузовой марки КАМАЗ 54112, 1993 года выпуска; автомобиль грузовой марки ЗИЛ 450650, 2001 года выпуска; автомобиль грузовой марки ГАЗ 330232, 2012 года выпуска; автомобиль грузовой марки УАЗ 39099, 2009 года выпуска; бортовой автомобиль марки КАМАЗ 659100, 2020 года выпуска; автомобиль грузовой 3010GP, 2021 года выпуска), которое принадлежало на праве собственности заинтересованным по отношению к обществу «Виал» физическим лицам: ФИО4, ФИО3, ФИО5, ФИО6, суд первой инстанции установил, что указанное имущество непосредственно обществу «Виал» не принадлежало и оно не составляло его имущественный актив, в связи с чем приобретение в собственность и последующее использование указанного имущества обществом «СГ Север» не может считаться получением актива общества «Виал».

Суд первой инстанции указал, что сведений о том, что права на указанное имущество перешли к обществу «СГ Север» от общества «Виал» в ущерб имущественным интересам должника налоговым органом суду не представлено, а из материалов дела следует, что владение имуществом осуществлялось обществом «СГ Север» ввиду приобретения его в собственность у физических лиц.

Судом первой инстанции отмечено, что само по себе наличие между собственниками имущества (ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7) и обществом «Виал» субподрядных и иных гражданско-правовых отношений не свидетельствует о взаимозависимости данных лиц, не порождает у общества «Виал» права собственности на данное имущество, не обусловливает его включение в имущественную массу общества «Виал», за счет которой или от использования которой уполномоченный орган может получить возмещение возникшей перед ним задолженности; доказательств получения обществом «СГ Север» имущества (имущественных прав), непосредственно принадлежавшего должнику, в материалы дела не представлено.

При указанных обстоятельствах суд первой инстанции пришел к выводу о недоказанности уполномоченным органом факта получения обществом «СГ Север» существенного актива общества «Виал», выбывшего из владения последнего по сделке, совершенной руководителем в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов.

Оценивая довод уполномоченного органа о перезаключении контрактов и договоров с постоянными заказчиками должника на вновь созданную организацию – общество «СГ Север», суд первой инстанции установил следующее.

В 2019 году основным заказчиком общества «СГ Север» выступало ООО «Волгоградмонтаж», от которого на расчетный счет общества «СГ Север» поступило свыше 21,4 млн.руб., что составило 66,6% от общей суммы приходных операций, в то время как ООО «Волгоградмонтаж» во взаимоотношениях с обществом «Виал» выступало не заказчиком, а подрядчиком, и в 2018-2019 годах ООО «Волгоградмонтаж» в пользу общества «Виал» перечислено всего 328 888,59 руб.

От ООО «СК Промизоляция» в пользу общества «Виал» за 2018-2019 годы перечислено 5 274 511,50 руб., что составляет 6,5% от общей суммы приходных операций, а во взаимоотношениях с обществом «СГ Север» доля приходных операций от указанного контрагента составляет 13,07%.

От ООО «Лукойл-Энергосети» в пользу общества «Виал» за 2018-2019 годы перечислено 21 975 113,91 руб., что составляет 24,31% от общей суммы приходных операций, и данный контрагент для общества «Виал» являлся одним из ключевых, поскольку за 2015-2019 годы доход должника от работы с ним составил 151 084 850 руб., что эквивалентно 33,7% оборота организации, в то время как для общества «СГ Север» данный контрагент являлся 1 из 16 заказчиков, выручка от работы с которым за 2019-2023 годы составила всего лишь 31 727 943 руб., что эквивалентно 4,9% выручки предприятия.

При этом доказательств того, что у общества «Виал» имелись отношения с другими заказчиками общества «СГ Север»: АО «Каустик», ООО «Нефтереммонтаж», ООО «Волгоградсервис», ООО «Лукойл-КГПЗ», ООО «ЛУКОЙЛ-Волгограднефтепереработка», ООО «Ставролен», АНО «ЦРСИ «Проспект», ООО «Спецтранс», ООО «УМР-1», ООО «Стройкорпорация», ООО «Пласттрубмонтаж», ООО «СМУ-Ремстрой 2», материалы дела не содержат.

Также судом первой инстанции принято во внимание, что факт вступления общества «СГ Север» в договорные отношения с заказчиками опосредован участием в конкурсных процедурах, а согласно конкурсной документации заказчиков ООО «ЛУКОЙЛ-Волгоградэнерго», ООО СК «Промизоляция», ООО «Волгоградмонтаж», ООО «УМР-1», задолженность по уплате налогов и сборов, а также наличие иных обстоятельств несоответствия общества «Виал» условиям тендерной документации, являлись объективными причинами, препятствующим должнику заключить новые договоры с указанными основными контрагентами.

Установив, что независимо от создания общества «СГ Север» общество «Виал» не имело возможности вступить в договорные отношения с указанными контрагентами и извлекать соответствующую выгоду, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что непоступление доходов обществу «Виал» не находится в прямой причинно-следственной связи с действиями общества «СГ Север», что исключает основания для привлечения его к гражданско-правовой ответственности.

Судом первой инстанции отмечено, что уполномоченным органом не представлены доказательства получения обществом «СГ Север» прибыли по договорам, заключенным и исполненным непосредственно обществом «Виал», а не в рамках самостоятельных финансово-хозяйственных отношений с указанными контрагентами; не представлены доказательства перераспределения долговой нагрузки общества «СГ Север», возникающей в рамках его предпринимательской деятельности, на общество «Виал».

Кроме того, суд первой инстанции отметил, что, заявляя о переводе финансово-хозяйственной деятельности с общества «Виал» на общество «СГ Север» (смену корпоративной оболочки бизнеса), уполномоченный орган не представил доказательств наличия у обществ единого бенефициара, под чьим контролем и в чьем конечном интересе мог произойти соответствующий перевод, и установил, что единственным участником общества «Виал» является ФИО3, а единственным участником общества «СГ Север» – ФИО8

Судом принято во внимание, что ФИО8 состоял с обществом «Виал» в трудовых отношениях в качестве наемного работника (главного бухгалтера), однако корпоративные права в отношении общества у него отсутствовали, а сведений о том, что ФИО8 участвовал в распределении прибыли общества «Виал» не представлено; деятельность ФИО3 в обществе «СГ Север» в качестве специалиста охраны труда и промышленной безопасности не предполагает возможности принятия управленческих решений, осуществления контроля за хозяйственной деятельностью юридического лица или участия в распределении прибыли.

Наличие у ФИО3 контролирующего статуса в отношении общества «СГ Север», равно как у ФИО8 соответствующего статуса в отношении общества «Виал», уполномоченным органом с надлежащей степенью достоверности не обосновано; в чьем конечном интересе осуществлён предполагаемый налоговым органом перевод хозяйственной деятельности – не раскрыто.

Проверяя доводы уполномоченного органа о трудоустройстве бывших работников общества «Виал» в общество «СГ Север», суд первой инстанции установил, что в обществе «СГ Север» работает 114 человек, из которых только 14 работников (12%) ранее имели трудовые отношения с обществом «Виал»; за весь период деятельности общества «СГ Север» у него осуществляло трудовую деятельность свыше 330 человек (учитывая уволенных лиц), ввиду чего процент совпадения сотрудников между обществом «СГ Север» и обществом «Виал» составляет лишь 4% от общего числа работников.

Доводы уполномоченного органа о том, что общество «Виал» и общество «СГ Север» являлись членами одной саморегулируемой организации – ассоциации «Строительный комплекс Волгоградской области», отклонены судом первой инстанции со ссылкой на то, что указанное не свидетельствуют о неправомерном переводе хозяйственной деятельности, поскольку участие двух юридических лиц в одной саморегулируемой организации не образует их юридической или фактической связанности.

Ссылка уполномоченного органа на указание в заявлении общества «СГ Север» о приеме в члены ассоциации в качестве контактных лиц ФИО6, ФИО4 и ФИО9 как на доказательство взаимозависимости общества «СГ Север» и общества «Виал», отклонена судом первой инстанции, поскольку указанные лица состояли (состоят) в трудовых отношениях с обществом «СГ Север» на основании трудовых договоров или договоров подряда, что подтверждено представленными доказательствами.

Доводы о совпадении номера телефона директора общества «СГ Север», указанного в заявлении о государственной регистрации юридического лица, и номера, ранее используемого обществом «Виал», с учетом раскрытых перед судом сведений о работе ФИО8 в обществе «Виал» и учреждении им общества «СГ Север», не приняты судом первой инстанции в качестве обоснования правомерности заявленных налоговым органом требований.

Суд апелляционной инстанции по результатам повторного рассмотрения дела согласился с выводами суда первой инстанции.

Суд округа считает, что выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам, имеющимся в деле доказательствам и сделаны с правильным применением норм права.

Согласно положениям статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе, по совершению сделок и определению их условий.

В соответствии с пунктом 7 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

Также предполагается, что является контролирующим выгодоприобретатель, извлекший существенные преимущества из такой системы организации предпринимательской деятельности, которая направлена на перераспределение (в том числе посредством недостоверного документооборота), совокупного дохода, получаемого от осуществления данной деятельности лицами, объединенными общим интересом (например, единым производственным и (или) сбытовым циклом), в пользу ряда этих лиц с одновременным аккумулированием на стороне должника основной долговой нагрузки. В этом случае для опровержения презумпции выгодоприобретатель должен доказать, что его операции, приносящие доход, отражены в соответствии с их действительным экономическим смыслом, а полученная им выгода обусловлена разумными экономическими причинами.

Согласно пункту 12 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.12.2020, лицо несет субсидиарную ответственность по долгам должника-банкрота в случае, когда банкротство вызвано действиями этого лица, заключающимися в организации деятельности корпоративной группы таким образом, что на должника возлагаются исключительно убытки, а другие участники группы получают прибыль. Лица, причинившие вред совместно с контролирующим должника лицом, несут субсидиарную ответственность солидарно с ним.

Ответственность, предусмотренная статьей 61.11 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой и при ее применении должно быть доказано наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 10.11.2021 № 305-ЭС19-14439(3-8), при разрешении требований о привлечении к субсидиарной ответственности за осуществление деятельности, приведшей к банкротству организации, необходимо исходить из того, что к субсидиарной ответственности могут быть привлечены только те лица, действия которых непосредственно привели к банкротству организации.

Исследовав и оценив в порядке статьи 71 АПК Ф имеющиеся в материалах дела доказательства в их совокупности, установив недоказанность заявителем неправомерного получения ответчиком выгоды путем безосновательного приобретения активов должника, приведшего должника к банкротству и невозможности дальнейшего осуществления должником хозяйственной деятельности, отсутствие в материалах дела доказательств состоявшегося перевода деятельности должника, находящегося в состоянии имущественного кризиса на общество «СГ «Север», создания схемы ведения деятельности, в результате которой общество стало «центром прибыли», в то время как «центром убытков» остался должник, суды пришли к правомерному выводу о недоказанности совокупности условий, необходимой для привлечения общества «СГ «Север» к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Виал».

Доводы заявителя кассационной жалобы выводы судов не опровергают, не свидетельствуют о допущении судами нарушений норм материального права и (или) процессуального права и не могут служить основаниями для отмены обжалуемых судебных актов, поскольку, по сути, эти возражения сводятся к несогласию с произведенной судами первой и апелляционной инстанций оценкой обстоятельств спора, переоценка которых не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, перечисленных в статьях 286, 287 АПК РФ.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебных актов, не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Волгоградской области от 29.07.2024 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.10.2024 по делу № А12-33724/2022 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья                                            М.В. Коноплёва

Судьи                                                                                    В.Ф. Советова

                                                                                              Н.А. Третьяков