ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №  А75-19520/2018

23 марта 2021 года

город Омск

Резолютивная часть постановления объявлена  16 марта 2021 года

Постановление изготовлено в полном объеме  23 марта 2021 года

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  Дубок О.В.

судей  Зюкова В.А., Брежневой О.Ю.

при ведении протокола судебного заседания:  ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  08АП-1550/2021) финансового управляющего ФИО2 на определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 30 декабря 2020 года по делу №  А75-19520/2018 (судья Зуева И.В.), вынесенное по рассмотрению заявления финансового управляющего ФИО2 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки (перечисление денежных средств в размере 51 600 рублей), 

ответчик ФИО3, 

при участии в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора: акционерное общество «ОТП Банк»; общество с ограниченной ответственностью «ХКФ Банк»,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) индивидуального предпринимателя ФИО4 (ОГРНИП 312860721200032, ИНН 

<

***>), 

при участии в судебном заседании:

от ФИО3 - представитель ФИО5 (удостоверение адвоката 86/744 от 03.10.2007, ордер от 16.03.2021).

установил:

решением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 09.07.2019 (резолютивная часть от 08.07.2019) ФИО4 (далее - ФИО4, должник) признан несостоятельным (банкротом) и в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина сроком на 5 месяцев. Финансовым управляющим ФИО4 утвержден член Ассоциации арбитражных управляющих «Сибирский центр экспертов антикризисного управления» ФИО2 (далее – финансовый управляющий, ФИО2).

Сведения о введении в отношении должника процедуры банкротства – реализации имущества гражданина опубликованы в газете «Коммерсант» № 127 от 20.07.2019.

15 апреля 2020 года в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры посредством электронной связи направлено заявление финансового управляющего ФИО2 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки (перечисление денежных средств в размере 51 600 рублей).

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 30.12.2020 (резолютивная часть от 15.12.2020) в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО2 отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, финансовый управляющий должника обратился с апелляционной жалобой, в которой просил обжалуемое определение отменить, принять по делу новый судебный акт.

Доводы апелляционной жалобы ФИО2 основывает на том, что в материалах дела отсутствуют доказательства заключения сделки и существования фактических сложившихся правоотношений между должником и ФИО3 (далее – ФИО3, ответчик), действительной стоимости товара «Кухня Тиффани», неисполнения должником обязательств; считает, что расписка не может являться достаточным доказательством передачи денежных средств; финансовый управляющий считает, что ответчик располагал достаточными сведениями  о наличии у должника признаков неплатежеспособности. Помимо указанного, финансовый управляющий ссылается на продолжительное неисполнение должником определения Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 08.07.2019, согласно которому должник был обязан передать документы  финансовому управляющему.

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 10.02.2021 указанная апелляционная жалоба принята к производству.

В судебном заседании представитель ФИО3 пояснил, что считает доводы, изложенные в апелляционной жалобе, несостоятельными. Просил оставить определение суда первой инстанции без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Изучив материалы дела, апелляционную жалобу, проверив законность и обоснованность судебного акта в порядке статей 266, 270 Арбитражного-процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены определения Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 30 декабря 2020 года по настоящему делу.

В силу статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Пунктами 1 и 3 статьи 61.1 Федерального закона о банкротстве установлено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Правила настоящей главы могут применяться к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Таможенного союза в рамках ЕврАзЭС и (или) законодательством Российской Федерации о таможенном деле, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации. К действиям, совершенным во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти, применяются правила, предусмотренные настоящей главой.

В связи с этим, в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление Пленума № 63) разъяснено, что по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

Заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов (пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве).

Заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (пункт 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве).

Полагая, что указанные перечисления подпадают под признаки статьи пунктов 1, 2 61.2 Закона о банкротстве, а также статей 10, 168. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), финансовый управляющий обратился в суд с заявлением о признании указанных перечислений недействительными.

Пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Пунктом 8 Постановления № 63 разъяснено, что в соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

Согласно указаниям абзаца второго пункта 9 Постановления № 63, если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи,  с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Совершенные должником перечисления предполагали возврат денежных средств, ранее полученных должником от ответчика; оспариваемые перечисления не означали обязанность ответчика по совершению каких-либо действий либо уплаты денежных средств в пользу должника.

Как следует из материалов дела, 28.02.2018 ответчику предоставлен кредит в АО «ОТП Банк» на сумму 176 500 руб. В пункте 11 кредитного договора указана цель использования заемщиком кредитных средств: для оплаты товара «Кухня Тиффани» 376 500 руб. Кредитный договор также содержит сведения о продавце товара, то есть,  кому банк перечислил кредитные средства (ФИО4). Первоначальный взнос  на покупку мебели составил 200 000 руб.

28.02.2018 ответчику предоставлен кредит в ООО «ХКФ Банк» на сумму 279 700 руб. на оплату товара. Из выданных кредитных средств 250 000 руб. было направлено ИП ФИО4. Стоимость покупки составила 300 000 руб., первоначальный взнос 50 000 руб.

В отзыве на заявление должник подтвердил, что оспариваемые платежи он совершил в счет исполнения обязательств по не поставке мебели ответчику. 

Из выписки по счету должника усматривается, что денежные средства поступавшие должнику по кредитным обязательствам третьих лиц, последовательно направлялись на покрытие кредитных обязательств ранее заключенных договоров с иными покупателями. Также сам должник в своем отзыве на заявление финансового управляющего указывает, что в период с 2016 года по 2018 год осуществлял предпринимательскую деятельность по продаже мебели в ТЦ «Югра» г. Покачи. Оплата за покупку мебели осуществлялась через систему банков АО «ОТП Банк», ООО «ХКФ» Банк с заключением кредитных договоров. Должник указывает, что в счет оплаты за покупку мебели гражданами в указанных банках заключались кредитные договоры на покупку мебели, согласно которым перечисления денежных средств производились на счет должника. Также ФИО4 подтверждает, что в случае не поступления мебели, по согласованию с гражданами выплаты по кредитному договору производились самим должником путем перечисления денежных средств на банковский счет кредитного договора, либо лично покупателю.

В соответствии с частью 6 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд не может считать доказанным факт, подтверждаемый только копией документа или иного письменного доказательства, если утрачен или не передан в суд оригинал документа, а копии этого документа, представленные лицами, участвующими в деле, не тождественны между собой и невозможно установить подлинное содержание первоисточника с помощью других доказательств.

Письменные доказательства представляются в арбитражный суд в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии. Если к рассматриваемому делу имеет отношение только часть документа, представляется заверенная выписка из него (часть 8 статьи 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно части 9 статьи 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлинные документы представляются в арбитражный суд в случае, если обстоятельства дела согласно федеральному закону или иному нормативному правовому акту подлежат подтверждению только такими документами, а также по требованию арбитражного суда.

На основании указанных выше норм, судебная коллегия приходит к выводу о доказанности правомерности перечисления денежных средств, в том числе, в связи с наличием в материалах дела нотариально заверенной расписки о получении должником денежных средств, а также неисполнении им обязанности по поставке мебели.

Пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и, если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо, если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Пунктом 5 Постановления Пленума № 63 предусмотрено, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, определенных в статье 2 Закона о банкротстве (пункт 6 Постановления), в силу которых: недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное  недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что  в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В отсутствие доказательств причинения вреда и осведомленности контрагента о неплатежеспособности продавца, наличие признаков неплатежеспособности само по себе недостаточно для вывода о недействительности сделки.

Бремя доказывания осведомленности кредитора о наличии у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества, лежит на финансовом управляющем должника.

Согласно пункту 1 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

На основании пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Таким образом, лицо, не имеющее оформленных семейных отношений с должником, по общему правилу пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве не относится к числу заинтересованных по отношению к должнику-гражданину лиц.

В условиях представления обоснованных сомнений относительно независимости должника и лица, выступающего ответчиком по сделке, бремя опровержения указанных сомнений возлагается на последнего.

В настоящем деле финансовым управляющим не представлено всей совокупности таких доказательств, а именно: не доказана осведомленность ответчика о неплатежеспособности должника на дату совершения сделки.

Ответчик, заключая договор купли-продажи мебели, в бытовых целях с лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, защищен положениями Закона о защите прав потребителей, которые позволяют расторгнуть договор в одностороннем порядке и потребовать возврата денежных средств.

Ненадлежащее оформление сложившихся между указанными лицами отношений, обусловленное юридической неграмотностью ответчика, не являющегося профессиональным участником оборота, а также сложившимися обычаями ведения соответствующей хозяйственной деятельности само по себе не может свидетельствовать о недобросовестности ответчика. 

Материалы дела также не содержат доказательств недобросовестности контрагента либо же иных признаков «непрозрачности» совершенных спорных перечислений с целью сокрытия их истинного умысла.

Поскольку финансовым управляющим не представлено доказательств иных правоотношений сторон, возвращение денежных средств, не принадлежавших должнику, не может быть расценено как причинение вреда имущественным правам кредиторов, так как такие денежные средства не могли быть включены в конкурсную массу должника.

Поскольку в результате совершения оспариваемых сделок должник не должен был получить равноценное встречное исполнение обязательств, в материалах дела отсутствуют доказательства того, что другая сторона сделки знала о цели сделки в виде причинения вреда имущественным правам должника, вывод суда первой инстанции об отсутствии оснований для признания оспариваемых платежей недействительными сделками по основаниям, указанным в пунктах 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необоснованным признан быть не может.              

В силу абзаца первого пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.

Согласно абзацу первому пункта 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, по общему правилу является оспоримой (пункт 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с абзацем вторым пункта 71 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (абзац второй пункта 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Для установления в действиях граждан и организаций злоупотребления правом необходимо доказать, что при реализации принадлежащих им гражданских прав их намерения направлены на нарушение прав и законных интересов иных участников гражданского оборота или создают возможность их нарушения.

Согласно пункту 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в абзаце четвертом пункта 4 Постановления № 63,  пункте 10 постановления от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснил, что наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исходя из изложенного, при установлении того заключена ли сделка с намерением причинить вред другому лицу, суду надлежит установить, имелись ли у сторон сделки намерения причинить вред имущественным правам кредиторов, то есть была ли сделка направлена на уменьшение конкурсной массы.

В рассматриваемом случае, должник не подтвердил намерения осуществить поставку товара (мебели) по заключенным с ответчиком договорам.

Как указано выше, принятые от ответчика денежные средства были использованы на цели, не связанные с целями договора. Достоверных и достаточных доказательств,   сговора должника с ответчиком в этой части финансовым управляющим не представлено.

Учитывая, что подобная схема действий должника установлена при рассмотрении значительного количества обособленных споров в рамках настоящего дела о банкротстве, суд не может не согласиться с доводами финансового управляющего о недобросовестном поведении должника.

Однако, в условиях применения положений статьи 61.2 Закона о банкротстве, финансовому управляющему необходимо подтвердить факт осведомленности ответчика о цели причинения вреда кредиторам, преследуемой должником.

Тем не менее, доказательств в данной части финансовым управляющим не представлено. Отсутствуют доводы и доказательства, свидетельствующие в пользу осведомленности ответчика об отсутствии у должника намерения исполнить договор поставки мебели. Сведения, позволяющие применить установленные статьей 61.2 Закона о банкротстве презумпции осведомленности ответчика о цели причинения вреда, также как безвозмездность и (или) заинтересованность, не представлены. 

При этом, как уже было сказано выше, наличие у ответчика намерения причинить вред имущественным правам кредиторов из материалов дела не следует.

При таких обстоятельствах, с учетом недобросовестного поведения должника, установленного в рамках настоящего обособленного спора в частности и дела о банкротстве в целом, финансовый управляющий не лишен возможности защитить конкурсную массу и требования кредиторов иными способами, установленными Законом о банкротстве, как то взыскание убытков и (или) неосвобождение должника от обязательств.

Заявителем по обособленному спору также не представлены доказательства, которые бы подтверждали притворный характер совершенной сделки или ее мнимость (статья 170 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

По смыслу пункта 1 статьи 170 ГК РФ фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения,  представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

Позиция финансового управляющего по существу спора сводится к тезису о составлении сторонами мнимого документооборота, не имеющего под собой реальных хозяйственных отношений и направленного исключительно на вывод денежных средств, в связи,  с чем перечисленные должником денежные средства в рамках подписанного между сторонами договора подлежат возврату в конкурсную массу.

Поскольку перечисления являлись реальными сделками (имели реальные последствия в виде безналичного перечисления денежных средств получателю), они не могут быть квалифицированы в качестве мнимых. Поскольку финансовым управляющим не доказан факт совершения оспариваемых платежей с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, суд первой инстанции правомерно не усмотрел оснований для признания оспариваемой сделки недействительной применительно к положениям статьи 61.2 Закона о банкротстве и статьям 10, 168 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации и правомерно отказал финансовому управляющему в удовлетворении заявления.

Суд апелляционной инстанции считает, что при рассмотрении заявления финансового управляющего фактические обстоятельства судом первой инстанций установлены правильно, проверены доводы и возражения сторон, полно и всесторонне исследованы представленные доказательства. Оснований для переоценки фактических обстоятельств дела и иного применения норм материального права у суда апелляционной инстанции не имеется.

Финансовым управляющим не доказан факт совершения сделки в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Отсутствие у финансового управляющего документов не является безусловным основанием для признания недействительной сделки по перечислению спорных платежей, ввиду недоказанности финансовым управляющим обстоятельств, предусмотренных положениями статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При изложенных выше обстоятельствах оспариваемое определение является законным и обоснованным, в силу чего отсутствуют основания для его отмены или изменения.

Основания для отмены или изменения решения суда первой инстанции по приведенным в апелляционной жалобе доводам отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта в соответствии со ст. 270 АПК РФ  судом апелляционной инстанции не установлено. Решение арбитражного суда принято с соблюдением норм права, подлежащих применению при разрешении спорных правоотношений, отмене не подлежит.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 4 статьи 272, статьями 270 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 30 декабря 2020 года по делу №  А75-19520/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

Председательствующий

О.В. Дубок

Судьи

В.А. Зюков

 

О.Ю. Брежнева