АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-5225/19 

Екатеринбург

03 августа 2022 г.

Дело № А60-65929/2018

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Соловцова С.Н.,

судей Оденцовой Ю.А., Кудиновой Ю.В.,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего публичным акционерным обществом «Уралтрансбанк» – Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (далее – управляющий, Агентство) на определение Арбитражного суда Свердловской области от 19.01.2022 по делу № А60-65929/2018 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.05.2022 по тому же делу.

Представители лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа, в судебное заседание не явились.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 27.12.2018 публичное акционерное общество «Уральский транспортный банк» (далее – должник, Банк) признано несостоятельным (банкротом), введено конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждено Агентство.

В арбитражный суд 12.07.2021 поступило заявление Агентства об исключении из реестра требований кредиторов должника требования общества с ограниченной ответственностью «Полиформ» (далее – общество «Полиформ», кредитор).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 19.01.2022 в удовлетворении указанного заявления отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.05.2022 определение суда первой инстанции от 19.01.2022 оставлено без изменения.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, Агентство обратилось в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит указанные судебные акты отменить.

По мнению кассатора, нахождение ликвидированного кредитора общества «Полиформ» в реестре требований кредиторов должника нарушает права иных кредиторов, в частности, влечет неправильное распределение голосов кредиторов, нарушает порядок проведения собрания кредиторов, способствует затягиванию мероприятий процедуры конкурсного производства должника. Кроме того, податель кассационной жалобы указывает на отсутствие у ликвидируемого кредитора правопреемников и полагает, что возложение обязанности на конкурсного управляющего по предоставлению доказательств, безусловно свидетельствующих об отсутствии у кредиторов правопреемников, является результатом неправильного распределения обязанности доказывания. 

Кассатор указывает на то, что риск несовершения потенциальными правопреемниками действий, направленных на замену кредиторов в реестре требований кредиторов, не может быть возложен на лиц, участвующих в деле о несостоятельности (банкротстве). Выводы судов о нарушении прав потенциальных правопреемников кредиторов в случае удовлетворения заявления конкурсного управляющего носят предположительный характер в связи с отсутствием заявлений о процессуальном правопреемстве по требованиям кредиторов к должнику, что противоречит принципу обоснованности решения суда. Судами не принято во внимание, что от кредитора и их потенциальных правопреемников после исключения сведений о кредиторах из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – реестр) заявления в суд или конкурсному управляющему не поступали, сведения о том, что задолженность был уступлена или реализована третьим лицам отсутствуют. Таким образом, потенциальные правопреемники, от которых на момент рассмотрения настоящего спора соответствующие заявления не поступили, в будущем не лишены возможности пересмотреть принятые по обособленному спору судебные акты по вновь открывшимся обстоятельствам в порядке главы 37 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ). 

Проверив законность обжалуемых актов в порядке, установленном статьями 284 – 287 АПК РФ, суд округа пришел к следующим выводам.

Как установлено судами и следует из материалов данного спора, в третью очередь реестра требований кредиторов Банка включено требование общества «Полиформ» в размере 2 821 руб. 70 коп. по договору банковского счета от 09.10.2007 № 941-юл-10/07. 

Согласно выписке из реестра в отношении общества «Полиформ» данное юридическое лицо исключено из реестра 31.07.2020, в связи с чем, управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением об исключении требования данного общества из реестра требований кредиторов должника. 

Отказывая в удовлетворении заявления Агентства об исключении из реестра требований кредитора, в отношении которого в реестр внесена запись о прекращении деятельности вследствие ликвидации, суды первой и апелляционной инстанций обоснованно руководствовались следующим.

По общему правилу требования кредиторов включаются в реестр и исключаются из него арбитражным управляющим исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер (пункт 6 статьи 16 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Возможность исключения требования из реестра, предусмотренная указанной нормой, реализуется в исключительных случаях, в частности, по заявлениям кредиторов об исключении их собственных требований из реестра (пункт 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Закона о банкротстве»).

Установление требований кредиторов в деле о банкротстве кредитной организации осуществляется на основании положений 189.85 Закона о банкротстве.

Арбитражный суд, рассматривая заявление заинтересованного лица об исключении требований кредитора из реестра, разрешает вопрос о правомерности нахождения соответствующих требований в реестре после возникновения оснований, в связи с которыми заявитель просит данные требования исключить.

Для исключения требований кредиторов из реестра подлежат установлению безусловные обстоятельства, свидетельствующие о неправомерном нахождении требования кредитора в реестре.

Указывая на отсутствие оснований для прекращения обязательств должника перед обществом «Полиформ» вследствие его ликвидации (статья 419 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее – ГК РФ) и исключения требования из реестра, судами первой и апелляционной инстанций правомерно сделан вывод о том, что само по себе прекращение деятельности юридического лица не влечет выбытие принадлежащих ему объектов гражданских прав (статья 128 ГК РФ). 

В отсутствие информации о том, как организация распорядилась этими объектами до прекращения своей деятельности, следует руководствоваться пунктом 8 статьи 63 ГК РФ, согласно которому оставшееся после удовлетворения требований кредиторов имущество юридического лица передается его участникам, имеющим корпоративные права в отношении юридического лица (ликвидационная квота).

Устанавливая наличие оснований для исключения спорного требования из реестра, суды приняли во внимание положения статьи 64 ГК РФ, предусматривающие дополнительные гарантии для кредиторов, исключенных из реестра юридических лиц, а также иных лиц, чьи права и законные интересы затрагиваются таким исключением. 

В частности, в силу пункта 5.2 названной статьи в случае обнаружения имущества ликвидированного юридического лица, исключенного из реестра, заинтересованное лицо или уполномоченный государственный орган вправе обратиться в суд с заявлением о назначении процедуры распределения обнаруженного имущества среди лиц, имеющих на это право.

Помимо этого, положения статей 382, 384 ГК РФ предполагают возможность передачи кредитором принадлежащего ему требования другому лицу по сделке как в полном объеме, так и в части.

В связи с этим исключение из реестра требования кредитора, в отношении которого в реестр внесена запись о прекращении деятельности, создает препятствия для реализации заинтересованными лицами своих субъективных прав, в частности права на замену такого кредитора его правопреемником (статья 48 АПК РФ).

Таким образом, выводы судов о том, что сама по себе ликвидация кредитора в деле о банкротстве не является достаточным основанием для исключения ранее принадлежавшего ему требования из реестра, являются правильными.

Аналогичная позиция содержится в определении Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.2021 № 307-ЭС18-15392(3) по делу № А56-67582/2015.

Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены согласно требованиям статьи 71 АПК РФ. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда округа не имеется (статья 286 АПК РФ).

Доводы заявителя кассационной жалобы судом кассационной инстанции изучены и отклонены, поскольку не содержат обстоятельств, которые не были проверены и учтены судами первой и апелляционной инстанций при рассмотрении дела и могли повлиять на законность судебных актов либо опровергнуть выводы судов. 

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 19.01.2022 по делу № А60-65929/2018 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.05.2022 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего публичным акционерным обществом «Уралтрансбанк» – Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

ПредседательствующийС.Н. Соловцов 

СудьиЮ.В. Кудинова 

Ю.А. Оденцова