АРБИТРАЖНЫЙ СУД АЛТАЙСКОГО КРАЯ

656015, Барнаул, пр. Ленина, д. 76, тел.: (3852) 29-88-01

http:// www.altai-krai.arbitr.ru, е-mail: a03.info@arbitr.ru

 

Именем Российской Федерации

 

Р  Е  Ш  Е  Н  И  Е

 

г. Барнаул                                                                                Дело № А03-15919/2022

 

Резолютивная часть решения объявлена 17.05.2023 

В полном объеме решение изготовлено 23.05.2023

 

Арбитражный суд Алтайского края в составе судьи Сосина Е.А., при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Сахиби» (ОГРН 

<

***> ИНН 

<

***>), место нахождения: 352700, Краснодарский край, 

<

...>) к обществу с ограниченной ответственностью  «Научно-производственное объединение «Проэнергомаш» (ОГРН 

<

***>    ИНН 

<

***>), место нахождения: 656006, 

<

...>) о расторжении договора и взыскании 9 405 235 руб.,

 

при участии:

от истца: не явился;

от ответчика: ФИО2 - представителя по доверенности, 

 

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Сахиби» (далее - истец, заказчик, ООО «Сахиби») обратилось в Арбитражный суд Алтайского края с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Научно-производственное объединение «Проэнергомаш» (далее - ответчик, подрядчик, ООО «НПО «Проэнергомаш») о расторжении договора подряда на выполнение работ по проектированию № 181-19 от 23.04.2019 и взыскании 9 405 235 руб. убытков.

Ответчик исковые требования не признал. Возражая по  требованию о расторжении договора, сослался на то, что фактически договор является расторгнутым на основании заявленного истцом одностороннего отказа от исполнения договора. Требование о взыскании убытков полагает недоказанным, указав  на отсутствие причинно-следственной связи между действиями ответчика и затратами истца, которые, по мнению ответчика, являются обычными затратами в ходе коммерческой деятельности. Требование о взыскании в сумме убытков суммы аванса по договору полагает необоснованным, сославшись на выполнение работ на сумму, превышающую сумму полученного аванса.

Производство по делу приостанавливалось в связи с назначением судебной экспертизы.

Истец, извещенный надлежащим образом о месте и времени судебного заседания, в судебное заседание явку своего представителя не обеспечил, представил ходатайство о рассмотрении дела по существу в его отсутствие.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) дело рассмотрено в отсутствие представителя истца.

В судебном заседании представитель ответчика поддержал заявленные возражения.

В порядке статьи 163 АПК РФ в судебном заседании объявлялся перерыв.

Выслушав представителя ответчика, исследовав материалы дела, суд установил следующее.

ООО «НПО «ПроЭнергоМаш» (подрядчик) и ООО «Сахиби» (заказчик) заключен договор подряда на выполнение работ по проектированию №18-19 от 23.04.2019 на выполнение подрядчиком работ по разработке проектной и рабочей документации по объекту: «Реконструкция паровой котельной ООО «Сахиби» с установкой дополнительного парового котла Е 4,0-1,4 на лузге подсолнечника» (далее - договор).

Согласно пункту 2.1 договора подрядчик в соответствии с заданием на проектирование обязуется выполнить проектные работы на основании Исходно-разрешительной документацией, предоставленной заказчиком, а заказчик обязуется их принять и оплатить.

Пунктом 3.1 определена общая стоимость работ в размере 1 222 000 руб. Порядок оплаты согласован в разделе 3 договора: авансовый платеж в сумме 366 600 руб. (п.3.2.1); промежуточный платеж (п. 3.2.2) в размере 366 600 руб. заказчик должен осуществить после выдачи документации, необходимой для начала строительных работ (земляные и бетонные работы), в течение 45-60-го календарного дня после платежа согласно п.3.2.1 договора; окончательный платеж в размере 488 800 руб. оплачивается заказчиком в течение 5 рабочих дней с даты подписания акта сдачи-приемки работ.

Платежным поручением  от 17.05.2019 заказчик перечислил подрядчику авансовый платеж в размере 366 600 руб.

Письмом от 23.05.2019 заказчик уведомил подрядчика о приостановлении работ по проекту  в связи с очевидным нарушением охранной зоны линии электропередач (ЛЭП), о котором ему стало известно от подрядчика; просил внести предложения.

Письмом от 24.05.2019  подрядчик уведомил заказчика о том, что при изучении исходных данных (ГПЗУ) в рамках выполнения работ по договору выявлены  факты  (охранная  зона ЛЭП),  препятствующие  размещению стройки котельной с южной стороны здания котельной; в связи с этим предложил   рассмотреть альтернативные варианты (Вариант №1. Расположить пристраиваемую часть котельной с северной стороны существующего здания. При этом, данное решение повлечет за собой значительные затраты по переносу существующего оборудования и сооружений (бункера лузги, системы топливоподачи, дымососов котлов Е 1/9, дымовой трубы), а также приостановку работы существующей котельной.  Вариант №2. Расположить котельный зал с новым котлом Е 4,0-1,4, как новый объект капитального строительства на месте 3-х цистерн. Возможность размещения котельной на указанном месте можно будет оценить после предоставления Вами информации о категориях пожароопасности располагающихся рядом зданий (ГПЗУ №06-50/1372; здание   «Маслоцех»;«Склад семян»). Вариант № 3. Расположить новый котел Е 4,0-1,4 в существующем здании котельной. При этом потребуется увеличение высоты здания котельной, демонтаж существующих котлов и полная остановка котельной на срок более 3-х месяцев. Просил   рассмотреть предложенные 3 варианта и принять решение.

Письмом от 29.05.2019 заказчик уведомил подрядчика о  возобновлении работ по проектированию с учетом расширения здания котельной с южной стороны и обеспечения охранной зоны ЛЭП. Гарантировал корректировку изменения охранной зоны ЛЭП в градостроительном плане.

Письмом от 10.07.2019 подрядчик сообщил, что, поскольку с 02.07.2019 приостановлено   согласование технических решений со стороны заказчика, проектные работы приостановлены и продолжатся после возобновления технического сопровождения принятых решений по проекту.

Письмами  №188 от 10.07.2019 и №191 от 15.07.2019   подрядчик просил заказчика предоставить недостающие исходные данные. Письмом от 22.08.2019 подрядчик просил согласовать место для установки колодца, согласовать с районными электрическими сетями возможность устройства колодца в охранной зоне ЛЭП. Письмом от 16.09.2019 уведомил о продлении срока работ; сославшись на письма от 22.05.2019, 15.07.2019, 22.08.2019, которыми запрошены от заказчика ответы. Письмом от 18.11.2019 подрядчик напомнил, что работы приостановлены до получения ответа на запрос от 16.09.2019.

На электронный адрес заказчика 13.01.2020 направлены разделы проектной документации КМ и КЖ в электронном виде.

Письмом от 13.01.2020 № 4 подрядчик потребовал провести еще один платеж. Письмом от 13.01.2020 №5 подрядчик напомнил, что работы приостановлены до получения ответа на запросы.

Письмами от 21.04.2020,   от 19.05.2020,  от 19.08.2020 подрядчик напомнил, что направил частично проектную документацию, требовал направить ответ на запросы и произвести еще один платеж для возобновления работ по договору.

Письмом от 05.04.2021, полученным заказчиком 13.04.2021,  подрядчик вручил заказчику проектную документацию в электронном виде согласно описи, пояснив, что работы выполнены в объеме предоставленных ИРД на 75% от цены договора.

Указанные обстоятельства установлены вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Краснодарского края от 09.0.82021 по делу                        №А32-25180/2021 по иску ООО «НПО «Проэнергомаш» к ООО «Сахиби», которым подрядчику отказано в удовлетворении иска.

Обращаясь в суд с настоящим иском, истец сослался на то, что целью заключения договора явилось исключительно получение заказчиком конечного результата работ в виде проектной документации, получившей заключение экспертизы. При этом ни условия договора, ни характер возникших между сторонами правоотношений не предполагают заинтересованность заказчика и получение им результата работ частями. Заказчик, ввиду ненадлежащего исполнения подрядчиком своих обязательств по договору, фактически не получил установленный договором результат работ, следовательно, понесенные им расходы на оплату авансового платежа выполняемых работ в сумме 366 600 руб., а также иные расходы, произведенные ООО «Сахиби» в связи с реализацией проекта по расширению производства следует квалифицировать как убытки, размер которых, по расчету истца, составил                      9 405 235 руб., в том числе:

- убытки, связанные с потерей стоимости приобретенного оборудования -                4 563 175 руб.;

- убытки, связанные со строительством дополнительного здания -                              778 609 руб.;

- убытки, связанные с погашением кредита - 3 696 851 руб.;

- предоплата по договору - 366 600 руб.

В части требования  истца о расторжении договора суд приходит к следующему.

Заключенный сторонами договор по своей правовой природе является одной из разновидностей договоров подряда - договор подряда на выполнение проектных и изыскательских работ, и  регулируется нормами главы 37 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Согласно статье 758 ГК РФ по договору подряда на выполнение проектных и изыскательских работ подрядчик (проектировщик, изыскатель) обязуется по заданию заказчика разработать техническую документацию и (или) выполнить изыскательские работы, а заказчик обязуется принять и оплатить их результат.

В соответствии с пунктами 2, 3 статьи 715 ГК РФ если подрядчик не приступает своевременно к исполнению договора подряда или выполняет работу настолько медленно, что окончание ее к сроку становится явно невозможным, заказчик вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения убытков.

Если во время выполнения работы станет очевидным, что она не будет выполнена надлежащим образом, заказчик вправе назначить подрядчику разумный срок для устранения недостатков и при неисполнении подрядчиком в назначенный срок этого требования отказаться от договора подряда либо поручить исправление работ другому лицу за счет подрядчика, а также потребовать возмещения убытков.

В силу пункта 2 статьи 405 ГК РФ, если вследствие просрочки должника исполнение утратило интерес для кредитора, он может отказаться от принятия исполнения и требовать возмещения убытков.

Если иное не предусмотрено договором подряда, заказчик может в любое время до сдачи ему результата работы отказаться от исполнения договора, уплатив подрядчику часть установленной цены пропорционально части работы, выполненной до получения извещения об отказе заказчика от исполнения договора. Заказчик также обязан возместить подрядчику убытки, причиненные прекращением договора подряда, в пределах разницы между ценой, определенной за всю работу, и частью цены, выплаченной за выполненную работу (статья 717 ГК РФ).

В претензии от 26.01.2022 истец, со ссылкой на пункт 3 статьи 715 и пункт 2 статьи 405 ГК РФ, сослался на утрату интереса к договору и об отказе от принятии исполнения, то есть, фактически, заявил об отказе от договора.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 450.1 ГК РФ предоставленное Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) (статья 310) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором. В случае одностороннего отказа от договора (исполнения договора) полностью или частично, если такой отказ допускается, договор считается расторгнутым или измененным.

В соответствии с пунктом 8.2 договора сторона, решившая расторгнуть договор направляет письменное уведомление другой стороне за тридцать календарных дней до предполагаемого срока расторжения договора.

Претензия от 26.01.2022 получена ответчиком 02.02.2022 и, следовательно, с 04.03.2022 договор является расторгнутым, в связи с чем требование о его расторжении в судебном порядке удовлетворению не подлежит.

В части требования о взыскании убытков суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

В силу статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с разъяснениями пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению. 

Как следует из пункта 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», по смыслу статей 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинно-следственную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. 

При установлении причинно-следственной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинно-следственной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается. Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинно-следственной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков. 

Таким образом, для наступления гражданско-правовой ответственности по статье 15 ГК РФ истцом должны быть доказаны: факт причинения ущерба и его размер; вина и противоправность действий (бездействия) ответчика; наличие причинно-следственной связи между противоправным поведением ответчика и наступившим ущербом.

Требование о взыскании убытков истец обосновал тем, что в связи с ненадлежащим исполнением ответчиком обязательств по договору конечный результат работ  в виде проектной документации, получившей заключение экспертизы, истцом получен не был, вследствие чего  уплаченная ответчику сумма аванса в размере  366 600 руб. является убытками истца. Для реконструкции паровой котельной с целью увеличения паропроизводительности, путем установки дополнительного парового котла Е-4,0-1,4 в пристраиваемом здании - ООО «Сахиби», параллельно с разработкой проектной документацией ответчиком, выполняло строительство здания для размещения технологического оборудования маслопрессового цеха, а также закупку дополнительного необходимого оборудования для реализации данного проекта; для покупки необходимого оборудования было заключено кредитное соглашение с АО «Райфайзенбанк» и получены кредитные средства.  Полагает, что потеря стоимости приобретенного оборудования на сумму                4 563 175 руб., расходы на строительство дополнительного здания в сумме                            778 609 руб. и выплаченные проценты по кредиту в сумме 3 696 851 руб. также являются убытками истца.

Суд находит иск не подлежащим удовлетворению в данной части по следующим основаниям.  

Согласно статье 759 ГК РФ по договору подряда на выполнение проектных и изыскательских работ заказчик обязан передать подрядчику задание на проектирование, а также иные исходные данные, необходимые для составления технической документации. Задание на выполнение проектных работ может быть по поручению заказчика подготовлено подрядчиком. В этом случае задание становится обязательным для сторон с момента его утверждения заказчиком.

Подрядчик обязан соблюдать требования, содержащиеся в задании и других исходных данных для выполнения проектных и изыскательских работ, и вправе отступить от них только с согласия заказчика.

Пунктами 2.3,  5.3.2 договора  заказчик обязался в течение 10 календарных дней с момента подписания договора передать подрядчику  ИРД, при этом стороны согласовали, что в случае просрочки передачи указанных документов  и информации  срок выполнения подрядчиком работ  по настоящему договору переносится на соответствующее количество дней просрочки предоставления заказчиком данных документов.

В соответствии с пунктом 1.4 договора, под термином «Исходно-разрешительная документация (ИРД)» в рамках исполнения договора понимаются предоставляемые заказчиком подрядчику данные, необходимые для надлежащего выполнения подрядчиком проектной документации и получения заказчиком предусмотренных действующим законодательством согласований и заключений, а также прочие данные, необходимость которых выявилась при выполнении работ, отсутствие которых может повлиять на качество или полноту разрабатываемой проектной документации.

Перечень ИРД определен в пункте 19 задания на проектирование, являющегося приложением № 1 к договору, включает, помимо прочего, утвержденный и зарегистрированный в установленном порядке  градостроительный план земельного участка (далее - ГПЗУ), предоставленного  для размещения объекта капитального строительства. 

ГПЗУ направлен подрядчику 23.05.2019, после чего ему стало известно об охранной зоне ЛЭП, препятствующей размещению пристройки котельной с южной стороны здания котельной. В этот же день ООО «Сахиби», письмом № 36, приостановило выполнение работ, предложило внести предложения.

Письмом от 24.05.2019 ответчик предложил истцу три альтернативных варианта проектирования, после чего истец, письмом от 29.05.2019, просил подрядчика возобновить работы по проектированию, при этом гарантировав корректировку изменений охранной зоны ЛЭП в ГПЗУ.

Последующая переписка сторон свидетельствует о заинтересованности заказчика в продолжении работ. Так, письмом от 09.08.2019 № 67 заказчиком был согласован вариант системы шлакозолоудаления, указан предпочтительный цвет здания котельной. Письмом от 16.09.2019 истец сообщил истцу  о то, что вопрос с энергетиком у истца до сих пор не решен, задержка вопроса проектирования  претензий со стороны  истца в адрес ответчика не вызывает.

Действующим законодательством и сложившейся судебной практикой не допускается попустительство в отношении противоречивого и недобросовестного поведения субъектов хозяйственного оборота, не соответствующего обычной коммерческой честности (правило эстоппель). Таким поведением является в частности поведение, не соответствующее предшествующим заявлениям или поведению стороны, при условии, что другая сторона в своих действиях разумно полагалась на них.

В соответствии с пунктами 3, 4 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В силу пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

В то же время по смыслу пункта 2 статьи 10 ГК РФ закон разрешает суду в качестве санкции за заведомо недобросовестное поведение или злоупотребление в иных формах субъективным правом отказать в защите не любого права, а именно того, которое осуществляется недобросовестно (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.12.2013 № 12505/13).

Просьба истца о возобновлении производства работ, представление ответчику гарантии корректировки охранной зоны ЛЭП в ГПЗУ, согласование проектных решений способствовали разумному ожиданию ответчика на получение всех необходимых исходных данных для окончания всего объема работ по договору.

В тоже время, истец необходимую ИРД,  в частности, ГПЗУ, позволяющий разместить проектируемый объект, ответчику  не представил, корректировку охранной зоны ЛЭП, гарантированную письмом от 29.05.2019, не обеспечил, предложенные истцом альтернативные варианты  проектирования не согласовал, при этом, уже после того, как истцу стало известно о нарушении охранной зоны ЛЭП, истец просил возобновить проектирование, а в последующем, не предоставив необходимые ИРД, заявил об утрате интереса и об отказе в принятии исполнения.

Указанное поведение истца не соответствует принципу добросовестности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 719 ГК РФ, подрядчик вправе не приступать к работе, а начатую работу приостановить в случаях, когда нарушение заказчиком своих обязанностей по договору подряда, в частности непредоставление материала, оборудования, технической документации или подлежащей переработке (обработке) вещи, препятствует исполнению договора подрядчиком, а также при наличии обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что исполнение указанных обязанностей не будет произведено в установленный срок (статья 328).

Пунктом 6.4 договора стороны согласовали, что подрядчик не несет ответственности за невыполнение или ненадлежащее выполнение своих обязательств по договору, если оно вызвано действием или бездействием заказчика, таким как несвоевременная выдача подрядчику исходных данных, несоответствие выданных исходных данных реальности или друг-другу, нарушение сроков приемки и оплаты работ, подрядчик имеет право соразмерно продлить сроки выполнения работ при наступлении указанных обстоятельств.

Исходя из установленных  по делу обстоятельств суд приходит к выводу об отсутствии вины подрядчика в просрочке выполнения работ по договору, поскольку данная просрочка обусловлена непредставлением заказчиком всех необходимых ИРД. С учетом изложенного, заявленный истцом отказ  от договора суд квалифицирует не как отказ от  договора в связи с просрочкой должника - подрядчика, а как реализация права, предусмотренного статьей 717  ГК РФ.

Отказывая в удовлетворении иска подрядчика решением от 09.08.2021 по делу                                      № А32-25180/2021, суд указал на то, что выполнение работ согласно условиям договора от 23.04.2019 не поставлено в зависимость от оплаты, поэтому мнение подрядчика о невозможности продолжать работы в связи с отсутствием промежуточного платежа, признано судом ошибочным. Частичное выполнение работ , равно как и право подрядчика требовать в судебном порядке уплаты промежуточного платежа, договором не предусмотрено. Следует вывод, что иск предъявлен преждевременно. Результат работ, выполненный не в полном объеме, не соответствующий условиям договора в части наличия положительного заключения негосударственной экспертизы и в части передачи документации на бумажных (физических) носителях информации, не имеет потребительской ценности для заказчика и оплате заказчиком не подлежит. 

В последующем, после принятия  вышеуказанного судебного акта, на основании одностороннего отказа  заказчика договор был расторгнут.

Статьей 717 ГК РФ установлена обязанность заказчика уплатить подрядчику часть установленной цены пропорционально части работы, выполненной до получения извещения об отказе заказчика от исполнения договора.

Пунктом 8.3 договора стороны согласовали, что в случае приостановления или прекращения работ по требованию заказчика и не по вине подрядчика, заказчик обязан принять работы, выполненные по факту на момент получение подрядчиком соответствующего требования и оплатить подрядчику их стоимость, определяемую как часть общей стоимости проектных работ пропорционально выполненному объему.

Проведенной по делу судебной экспертизой установлено, что процент выполнения объема работ  по договору составляет 73,30%, общая стоимость фактически выполненных работ составляет  892 726 руб. 

При изложенных обстоятельствах требование истца о взыскании с ответчика уплаченного аванса удовлетворению не подлежит.

Поскольку невыполнение подрядчиком своих обязательств по договору вызвано бездействием заказчика по своевременной выдаче надлежащих ИРД, оснований для возложения на ответчика обязанности по возмещению убытков, связанных с потерей стоимости приобретенного оборудования (4 563 175 руб.), со строительством дополнительного здания (778 609 руб.) и с погашением кредита                      (3 696 851 руб.) не имеется.

Более того, суд соглашается с  доводами ответчика о том, что между вышеуказанными расходами и  неисполнением подрядчиком договора отсутствует причинно-следственная связь.  

При изложенных обстоятельствах исковые требования удовлетворению не подлежат.

В соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы подлежат отнесению на истца.

В подтверждении оплаты государственной пошлины при подачи иска истец представил электронные образы платежных поручений № 322 от 02.03.2022 на сумму 70026 руб. и № 471 от 04.04.2021 на сумму 6 000 руб. Как установлено судом, ранее истец уже обращался с аналогичным иском в суд (дело № А03-4430/2022). Определением от 10.10.02022 по делу № А03-4430/2022 исковое заявление ООО «Сахиби» было оставлено без рассмотрения,  истцу была возвращена уплаченная по платежным поручениям № 322 от 02.03.2022 и № 471 от 04.04.2021 государственная пошлина в сумме 76 026 руб. и выдана справка на ее возврат.

 При подаче настоящего иска  истец о зачете возвращенной ему государственной пошлины в счет подлежащей уплате по настоящему делу государственной пошлины не заявил, справку на возврат государственной пошлины, выданной ему по  делу № А03-4430/2022, не представил.

С учетом изложенного суд приходит к выводу о том, что истец не представил надлежащих доказательств уплаты государственной пошлины по настоящему делу, в связи с чем государственная пошлина подлежит взысканию с истца в доход федерального бюджета РФ. 

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

 

решил:

в удовлетворении иска отказать.

Взыскать с  общества с ограниченной ответственностью «Сахиби» в пользу общества с ограниченной ответственностью  «Научно-производственное объединение «Проэнергомаш» 50 000 руб. в счет возмещения судебных издержек по экспертизе.

Взыскать с  общества с ограниченной ответственностью «Сахиби» в доход федерального бюджета РФ 76 026 руб. государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Алтайского края в Седьмой арбитражный апелляционный суд, г. Томск, в течение месяца со дня принятия решения, либо в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в течение двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, если такое решение было предметом рассмотрения в арбитражном суде апелляционной инстанции или если арбитражный суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

 

Судья                                                                                                Е.А. Сосин