ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А66-19629/2018

г. Вологда

06 марта 2020 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 02 марта 2020 года.

В полном объёме постановление изготовлено 06 марта 2020 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Кузнецова К.А., судей Журавлева А.В. и Шумиловой Л.Ф. при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Тверской области от 29 ноября 2019 года по делу № А66-19629/2018,

у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда Тверской области от 07.12.2018 принято к производству заявление акционерного общества «Российский Сельскохозяйственный банк» (далее – Банк) о признании ФИО3 (далее – должник) несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 17.01.2019 заявление Банка признано обоснованным, в отношении ФИО3 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО4. 

Решением суда 07.06.2019 ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), в его отношении введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО4

Финансовый управляющий ФИО4 обратился 21.06.2019 в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными брачного договора от 16.01.2017 и соглашения от 20.01.2017 о внесении изменений в брачный договор, заключенных между должником и ФИО2.

Определением суда от  29.11.2019 признан недействительным брачный договор от 16.01.2017 в редакции дополнительного соглашения от 20.01.2017, заключенный между ФИО3 и ФИО2 Применены последствия ничтожности сделки в виде восстановления режима общей собственности супругов.

ФИО2 с вынесенным определением не согласилась, обратилась в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит определение отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований, в обоснование жалобы указывает на следующие обстоятельства.

На момент заключения брачного договора у общества с ограниченной ответственностью (далее – ООО) «ДДЭ Трейд», а значит, и у ФИО3 просроченной задолженности не имелось. В результате заключения брачного договора в личную собственность ФИО3 перешло недвижимое имущество кадастровой стоимостью 10 449 822 руб. 67 коп., на момент заключения брачного договора ФИО3 признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества не отвечал, и не стал ему отвечать в результате совершения указанной сделки.

По мнению апеллянта, целью заключения 16.01.2017 брачного договора между ФИО3 и ФИО2 являлось изменение законного режима совместной собственности для достижения баланса интересов его сторон и обособления имущества каждого из супругов, а не причинение вреда кредиторам, действия же Банка и финансового управляющего направлены на необоснованное увеличение конкурсной массы. Имущественное положение должника в результате совершения оспариваемой сделки не ухудшилось.

Указывает, что брачный договор содержал в себе условия о судьбе приобретаемого супругами имущества на будущий период. В данной части брачный договор не мог нарушить права кредиторов ФИО3, так как имущество, приобретаемое ФИО2 после заключения брачного договора никогда не находилось в совместной собственности супругов.

Полагает, что признание недействительным брачного договора в указанной части нарушает гарантированныйдействующим законодательством принцип неприкосновенности частной собственности и лишает юридической силы институт брачного договора.

Финансовый управляющий должника в отзыве на апелляционную жалобу возражал против ее удовлетворения.

Банк в отзыве на апелляционную жалобу просил оставить определение суда без изменения.

Лица, участвующие в рассмотрении спора, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе в порядке, установленном пунктом 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов», представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассматривается в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав доказательства по делу, проверив законность и обоснованность определения, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ФИО3 и ФИО2 заключен брачный договор от 16.01.2017, согласно которому супруги договорились о том, что все имущество, которое было нажито супругами совместно в браке, независимо от того, на чьи доходы и по каким основаниям оно приобретено, является их раздельной собственностью, и тот из супругов, на чье имя оно зарегистрировано, является его собственником. 

К раздельному имуществу относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности, полученные ими пенсии, пособия и иные денежные выплаты, не имеющие специального назначения (пункт 1.5 брачного договора).

Любое движимое и недвижимое имущество, которое было приобретено или будет приобретено супругами за счет собственных и кредитных средств во время брака, является собственностью того супруга, на имя которого оно оформлено и зарегистрировано. Обязательство по возврату кредита является личной обязанностью того супруга, на чье имя он оформлен, в связи с этим супруги не отвечают по кредитным обязательствам друг друга, возникшим вследствие приобретения недвижимого либо движимого имущества (пункт 1.9 брачного договора).

Между супругами 20.01.2017 подписано соглашение о внесении изменений в брачный договор, в соответствии с которым брачный договор от 16.01.2017 дополнен пунктами следующего содержания:

- квартира, находящаяся по адресу: 

<

...>, право собственности на которую зарегистрировано на имя ФИО2, о чем в ЕГРН 16.05.2008 сделана запись регистрации № 69-69-02/091/2008-023, является совместной собственностью супругов ФИО3 и ФИО2;

- пенсии, пособия и иные денежные выплаты, не имеющие специального назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья и другие), являются совместной собственностью супругов (пункт 1.1 соглашения от 20.01.2017).

Финансовый управляющий, считая вышеуказанные договор и соглашение недействительными на основании статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), обратился с настоящим заявлением в суд.

Суд первой инстанции удовлетворил требование финансового управляющего, признав договор и соглашение к нему недействительными по мотиву их заключения в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 названного Закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Как следует из разъяснений, приведенных в абзаце первом пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан», финансовый управляющий, кредиторы должника, чьи требования признаны арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве, обоснованными и по размеру отвечают критерию, указанному в пункте 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, вправе оспорить в рамках дела о банкротстве внесудебное соглашение супругов о разделе их общего имущества (пункт 2 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ)) по основаниям, связанным с нарушением этим соглашением прав и законных интересов кредиторов (статьи 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, статьи 10 и 168, 170, пункт 1 статьи 174.1                 ГК РФ). 

Согласно пункту 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154 ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон № 154-ФЗ) пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве в редакции Закона № 154-ФЗ применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями; сделки указанных граждан, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10              ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном  пунктами 3 – 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 154-ФЗ).

Оспариваемые договор и соглашение к нему заключены после 01.10.2015, в связи с этим они могут быть признаны недействительными по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве.

В данном случае суд первой инстанции признал доказанной совокупность обстоятельств, необходимых для признания оспариваемого договора и соглашения к нему недействительными. 

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

В силу абзаца шестого пункта 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) судам необходимо учитывать, что по правилам упомянутой нормы могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и пунктами 5 и 6 Постановления № 63 для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В соответствии с пунктом 7 Постановления № 63 в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Согласно абзацам второму – пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу абзаца тридцать четвертого статьи 2 Закона о банкротстве для целей данного Закона под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Брачный договор заключен 16.01.2017 – в период подозрительности, относящийся к пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве с учетом того, что настоящее дело возбуждено 07.12.2018.

С учетом разъяснений, приведенных в пункте 6 Постановления № 63, следует признать верным вывод суда первой инстанции о том, что обязательства должника перед Банком возникли до заключения брачного договора. В соответствии со статьей 361 ГК РФ обязательство поручителя отвечать перед кредитором другого лица за исполнение последним его обязательства возникает с момента заключения договора поручительства.

Для применения презумпции наличия цели причинения вреда имущественным правам кредиторов достаточно, в частности, установить совокупность двух обстоятельств: недостаточность имущества должника на момент совершения сделки и безвозмездный характер этой сделки (абзац второй пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

Под недостаточностью имущества должника в силу статьи 2 Закона о банкротстве понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей над стоимостью имущества.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 24.11.2015 № 89-КГ15-1, договор поручительства, являющийся одним из способов обеспечения исполнения гражданско-правового обязательства, начинает исполняться поручителем в тот момент, когда он принимает на себя обязанность отвечать перед кредитором за должника по основному договору. Такая обязанность принимается поручителем при подписании договора (если самим договором не предусмотрено иное), поскольку именно в этот момент происходит волеизъявление стороны отвечать солидарно с основным должником по его обязательствам.

На момент заключения брачного договора должник имел обязательства перед Банком по договорам поручительства.

Все кредитные договоры заключены между Банком и ООО «ДДЭ Трейд».

Учредителями ООО «ДДЭ Трейд» являются: ФИО3 (размер доли – 76 %) и ООО «ИнвестХолдинг» (размер доли – 24 %).

Учредителем ООО «ИнвестХолдинг», а также ООО «Эд.Лайт» является ФИО3 (размер доли в уставных капиталах обществ – 100 %).

Учредителями ООО «РесурсАлкоТверь» являются ФИО3 (размер доли – 80 %), ООО «Инвест Холдинг» (размер доли – 20 %). 

Таким образом, ФИО3, являясь заинтересованным лицом, был достаточно информирован о финансовом состоянии организаций: ООО «ДДЭ Трейд» и обществах-поручителях – ООО «ИнвестХолдинг», ООО «Эд.Лайт», ООО «РесурсАлкоТверь» и не мог не предвидеть наступление последствий, указанных в договоре поручительства.

В результате совершения сделки должник лишился части имущества, имевшегося на дату заключения сделки, а также утратил права на имущество, приобретенное на имя ФИО2 после заключения договора.

В соответствии с пунктом 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супругов.

Оспариваемая сделка совершена с заинтересованным лицом (супругой должника), которое не могло не знать о неплатежеспособности должника на момент совершения сделки и о том, что целью совершения сделки является причинение вреда имущественным правам кредиторов супруга.

Пунктом 1 статьи 256 ГК РФ, пунктом 1 статьи 34 СК РФ установлено, что имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если договором между ними не установлен иной режим этого имущества.

В соответствии с пунктом 2 статьи 34 СК РФ к имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

В силу пункта 1 статьи 39 СК РФ при разделе общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов признаются равными, если иное не предусмотрено договором между супругами.

Таким образом, в отсутствие брачного договора в отношении имущества, нажитого супругами во время брака, действует режим совместной собственности, доли супругов в этом имуществе признаются равными, что влияет на объем имущества, на которое могут претендовать кредиторы одного из супругов в порядке пункта 1 статьи 45 СК РФ.

В силу пункта 3 статьи 42 СК РФ условия брачного договора о режиме совместного имущества, которые ставят одного из супругов в крайне неблагоприятное положение (например, один из супругов полностью лишается права собственности на имущество, нажитое супругами в период брака), могут быть признаны судом недействительными по требованию этого супруга.

Таким образом, реализация супругами права по определению режима имущества и распоряжения общим имуществом путем заключения брачного договора не должна ставить одного из супругов в крайне неблагоприятное положение, например вследствие существенной непропорциональности долей в общем имуществе либо лишения одного из супругов полностью права на имущество, нажитое в период брака.

После заключения брачного договора имущество стоимостью 50 915 329 руб. перешло в собственность супруги должника, в собственности которого осталось имущество на сумму 5 333 022 руб. 67 коп. 

Данные о кадастровой стоимости спорного имущества не опровергнуты, ходатайств о назначении судебной оценочной экспертизы ответчик не заявлял.

Согласно правовой позиции, содержащейся в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в от 25.06.2013 № 10761/11 и определении Верховного Суда Российской Федерации от 22.02.2018 № 306-ЭС17-17171, кадастровая и рыночная стоимости объектов взаимосвязаны; кадастровая стоимость по существу отличается от рыночной методом ее определения (массовым характером). Установление рыночной стоимости, полученной в результате индивидуальной оценки объекта, направлено прежде всего на уточнение результатов массовой оценки, полученной без учета уникальных характеристик конкретного объекта недвижимости.

Таким образом, имущество, переданное супруге должника, отчуждено безвозмездно, без какой-либо экономической выгоды для должника, при этом в результате такого отчуждения размер имущества должника существенно уменьшился и конкурсные кредиторы должника утратили возможность получения удовлетворения своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Как указал Верховный Суд Российской Федерации в определении от 23.07.2018 № 305-ЭС18-3009, в условиях банкротства должника, а значит очевидной недостаточности у последнего денежных средств и иного имущества для расчета по всем долгам, нередко возникает ситуация, при которой происходит столкновение материальных интересов его кредиторов, конкурирующих за распределение конкурсной массы в свою пользу, и самого должника на сохранение принадлежащего ему имущества за собой (в том числе через родственные связи, если должник – физическое лицо).

Данная позиция базируется на разъяснениях, данных в пункте 7 Постановления № 63, содержащих опровержимую презумпцию осведомленности заинтересованного по отношению к должнику лица (статья 19 Закона о банкротстве) о совершении оспариваемой сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Из приведенных правовых позиций следует, что пока не доказано иное, факт совершения должником-гражданином в преддверии собственного банкротства, в условиях своей неплатежеспособности сделки по отчуждению принадлежащего ему имущества в пользу заинтересованного лица в достаточной степени подтверждает факт направленности такой сделки на причинение вреда имущественным правам и законным интересам его кредиторов (статьи 10 и 168 ГК РФ).

На основании вышеизложенного суд полагает доказанным вывод о том, что на момент заключения брачного договора и соглашения к нему у должника имелись неисполненные обязательства и признаки неплатежеспособности, сделка заключена с целью причинения вреда кредиторам и в результате ее совершения такой вред причинен.

Последствия недействительности брачного договора и соглашения к нему применены судом первой инстанции в соответствии с требованиями статьи 61.6 Закона о банкротстве, восстановлен режим общей собственности супругов.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд 

п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда Тверской области от 29 ноября 2019 года по делу № А66-19629/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

К.А. Кузнецов

Судьи

А.В. Журавлев

Л.Ф. Шумилова