1143/2023-35069(3) Р 

 

ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А75-19896/2020

06 июня 2023 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 30 мая 2023 года  Постановление изготовлено в полном объёме 06 июня 2023 года  

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи Аристовой Е. В., судей Брежневой О. Ю., Горбуновой Е. А., 

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания  ФИО1,  

рассмотрев в открытом судебном заседании посредством системы веб-конференции  апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-3590/2023) общества  с ограниченной ответственностью «Геомастер-НВ» (ОГРН 

<

***>,  ИНН 

<

***>, Ханты-Мансийский автономный округ – Югра, 

<

...>, далее – ООО «ГМ-НВ») на определение  от 09.03.2023 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры  по делу № А75-19896/2020 (судья Щепелин Ю. П.), вынесенное по результатам  рассмотрения заявления конкурсного управляющего ФИО2  к ООО «ГМ-НВ» (ОГРН 

<

***>), ФИО3  о признании договоров недействительными (ничтожными), при привлечении к участию  в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных  требований относительно предмета спора, ФИО4, ФИО5, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества  с ограниченной ответственностью «Союз-Т» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>,  Ханты-Мансийский автономный округ – Югра, 

<

...>, далее – ООО «Союз-Т», должник),  

при участии в судебном заседании представителя ООО «ГМ-НВ» – ФИО6 по  доверенности от 27.01.2023,  

конкурсного управляющего ФИО2 – лично, по паспорту,  

установил:

определением от 25.01.2021 Арбитражного суда Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры принято заявление общества с ограниченной  ответственностью «Аверс» (ОГРН 

<

***>, Ханты-Мансийский автономный  округ – Югра, Нижневартовский район, пгт. Излучинск, ул. 

<

...>)  о признании должника банкротом, определением того же суда от 30.03.2021  (резолютивная часть от 23.03.2021) в отношении ООО «Союз-Т» введено наблюдение,  временным управляющим утверждена ФИО2, а решением от 26.09.2021  (резолютивная часть от 23.09.2021) должник признан банкротом, открыто конкурсное  производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО2 (далее –  управляющий).  

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника управляющий  обратилась 24.11.2021 в арбитражный суд с заявлением к ФИО3 о признании  недействительными (ничтожными) следующих сделок:  

- договор купли-продажи автомобиля от 08.06.2018 в отношении транспортного  средства (ТС) Лада 213100 Лада 4Х4, 2016 г. в., VIN 

<

***>,  государственный регистрационный знак E473KH82 (далее – автомобиль Лада 4х4),  по цене 100 000 руб.;  

- договор купли-продажи автомобиля от 08.06.2018 в отношении ТС УАЗ 390995,  2012 г. в., VIN 

<

***>, государственный регистрационный знак  K992XK86 (далее – автомобиль УАЗ 390995), по цене 100 000 руб.;  

- договор купли-продажи автомобиля от 08.06.2018 в отношении ТС УАЗ Патриот,  2015 г. в., VIN 

<

***>, государственный регистрационный знак  С907ВК186 (далее – автомобиль УАЗ Патриот), по цене 100 000 руб.;  

- договор купли-продажи автомобиля от 08.06.2018 в отношении ТС Чайка- Сервис, 2010 г. в., VIN 

<

***>, государственный регистрационный знак  

<

***> (далее – автомобиль Чайка-Сервис), по цене 100 000 руб.;  

- договор купли-продажи автомобиля от 15.11.2017 в отношении ТС Джип Чероки,  1987 г. в., VIN 

<

***>, государственный регистрационный знак  

<

***> (далее – автомобиль Джип Чероки), по цене 80 000 руб.  

Также управляющий просила применить последствия недействительности сделок  в виде возврата в конкурсную массу должника вышеуказанных ТС.  

К участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих  самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены  ФИО4, ФИО5  

Определением от 09.03.2023 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного  округа – Югры по делу № А75-19896/2020 заявление удовлетворено частично.  Признаны недействительными договоры купли-продажи автомобилей  от 08.06.2018, заключённые должником и ООО «ГМ-НВ» в отношении ТС: Лада 4х4,  УАЗ 390995, УАЗ Патриот, Чайка-Сервис. Применены последствия недействительности  сделок в виде взыскания с ООО «ГМ-НВ» в конкурсную массу должника денежных  средств по двум сделкам: 368 000 руб., 193 000 руб., а также в виде обязания ООО «ГМ- НВ» возвратить в конкурсную массу ООО «Союз-Т» автомобилей УАЗ Патриот, Чайка-Сервис. Заявление управляющего к ФИО3 о признании недействительными  (ничтожными) сделок оставлено без удовлетворения. Этим же определением отменены  обеспечительные меры, принятые определением суда  от 08.12.2021 в отношении следующих автомобилей: Лада 4Х4, УАЗ 390995, Джип  Чероки. Распределены судебные расходы.  

В апелляционной жалобе ООО «ГМ-НВ» ставится вопрос об отмене определения  суда и принятии нового судебного акта об отказе в удовлетворении заявления.  

Мотивируя свою позицию, апеллянт указывает на следующие доводы: 

- суд не принял во внимание доводы ответчика относительно проведённой  судебной экспертизы: с учётом специфики законодательства о банкротстве конкурсному  управляющему надлежало предложить кандидатуру эксперта из числа лиц,  аккредитованных в Ассоциации ведущих арбитражных управляющих «Достояние»; в  связи с изложенным у ответчика имеются основания полагать  о наличии взаимной заинтересованности управляющего и эксперта;  

- суд не проанализировал доводы ответчика относительно отсутствия признаков  неплатёжеспособности или недостаточности имущества должника: на момент  совершения оспариваемых сделок должник вёл нормальную хозяйственную  деятельность, финансовое его состояние было стабильным; согласно бухгалтерскому  балансу должника по итогам 2017 года его активы составляли 60 621 тыс. руб., 2018 г. –  46 168 тыс. руб., 2019 г. – 44 515 тыс. руб.; об отсутствии признаков  неплат1жеспособности свидетельствует то, что в реестре требований кредиторов  включено требование только одного лица; отсутствуют доказательства причинения  вреда кредитору – обществу с ограниченной ответственностью «Аверс».  

Управляющий в представленном суду апелляционной инстанции письменном  отзыве на апелляционную жалобу не согласилась с доводами жалобы, просила  определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу –  без удовлетворения.  

От управляющего и ООО «ГМ-НВ» поступили ходатайства о проведении онлайн- заседания, которые удовлетворены апелляционным судом. Судебное заседание  проведено посредством веб-конференции с использованием информационной системы  «Картотека арбитражных дел».  

В судебном заседании представитель ООО «ГМ-НВ» поддержал доводы,  изложенные в жалобе.  

Управляющий в заседании суда апелляционной инстанции высказалась согласно  отзыву на апелляционную жалобу.  

Учитывая надлежащее извещение иных лиц, участвующих в рассмотрении  обособленного спора, о времени и месте проведения судебного заседания,  апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие в соответствии с положениями  статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  (далее – АПК РФ).  

Рассмотрев апелляционную жалобу, отзыв на неё, материалы дела, заслушав  представителей, явившихся в судебное заседание, проверив законность  и обоснованность обжалуемого судебного акта, суд апелляционной инстанции  установил следующее.  

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции,  15.11.2017 между ООО «Союз-Т» (продавец) и ФИО3 (покупатель)  подписан договор купли-продажи транспортного средства (ТС), согласно условиям  которого продавец обязуется передать в собственность покупателя ТС: ДЖИП  ЧЕРОКИ, 1987 года выпуска ГРЗ 

<

***>, VIN 

<

***>, стоимостью  80 000 руб.  

08.06.2018 между ООО «Союз-Т» (продавец) и ООО «ГеоМастер-НВ»  (покупатель) заключены четыре договора купли-продажи, согласно условиям которых  продавец обязуется передать в собственность покупателя ТС:  

1. ЛАДА 213100 ЛАДА 4Х4, 2016 года выпуска ГРЗ E473KH82,  VIN 

<

***>, стоимостью 100 000 руб.;  

2. УАЗ 390995, 2012 года выпуска ГРЗ K992XK86, VIN 

<

***>,  стоимостью 100 000 руб.;  

3. УАЗ ПАТРИОТ, 2015 года выпуска ГРЗ С907ВК186 ,VIN 

<

***>,  стоимостью 100 000 руб.;  

4. ЧАЙКА-СЕРВИС, 2010 года выпуска ГРЗ 

<

***>,  VIN 

<

***>, стоимостью 100 000 руб.  

Управляющий должником, полагая, что спорные договоры купли-продажи  транспортного средства от 15.11.2017 и от 08.06.2018 совершены аффилированными  лицами, с целью вывода имущества должника в отсутствие встречного равноценного  предоставления, в целях причинения имущественного вреда кредиторам, обратился  в арбитражный суд с заявлением об оспаривании сделок применительно к положениям  пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ  «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), применении  последствий недействительности сделок в виде возврата в конкурсную массу должника  спорных ТС.  

Удовлетворяя заявленные требования в части, суд первой инстанции,  руководствуясь пунктом 1 статьи 61.1, пунктом 2 статьи 61.2, пунктом 1 статьи 61.6,  статьёй 61.9 Закона о банкротстве, разъяснениями, изложенными в пунктах 86 – 87  постановления Пленума определениями Верховного Суда Российской Федерации (далее  – ВС РФ) от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I  части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», исследовав и оценив  представленные в материалы обособленного спора доказательства в порядке статьи 71  АПК РФ, по результатам проведённой судебной экспертизы, исходил  из доказанности совокупности обстоятельств, необходимых для признания сделок  должника недействительными по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2  Закона о банкротстве, наличия оснований для возврата в конкурсную массу должника  ТС: УАЗ ПАТРИОТ, 2015 года выпуска ГРЗ С907ВК186 ,VIN 

<

***>,  ЧАЙКА-СЕРВИС, 2010 года выпуска ГРЗ 

<

***>, VIN 

<

***>.  Установив, что возвращение иных спорных автомобилей в конкурсную массу должника  не представляется возможным, суд в качестве последствий недействительности сделок  определил взыскать с ответчика в конкурсную массу должника рыночную стоимость ТС  на дату заключения оспариваемых сделок. Отказывая в удовлетворении требований в  части оспаривания договора купли-продажи транспортного средства от 15.11.2017, суд  указал, что сделка не подпадает под период подозрительности, предусмотренный  пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем не может быть признана  недействительной по соответствующим основаниям.  

Повторно рассмотрев материалы обособленного спора в пределах доводов  апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не установил оснований  для отмены или изменения обжалуемого определения.  

Пунктом 3 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсному управляющему  предоставлено право подавать в арбитражный суд от имени должника заявления  о признании недействительными сделок, а также о применении последствий  недействительности ничтожных сделок, заключённых или исполненных должником.  

Пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве допускает оспаривание в деле  о банкротстве в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые  указаны в Законе о банкротстве, исключительно сделок, совершённых должником или  другими лицами за счёт должника.  

Согласно пункту 17 постановления Высшего Арбитражного Суда Российской  федерации (далее – ВАС РФ) от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных  с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»,  далее – постановление № 63) в порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу  пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего  о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям,  предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся  в этом законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям,  предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям,  предусмотренным ГК РФ или законодательством о юридических лицах).  

Статья 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания сделки  должника недействительной, если она совершена при неравноценном встречном  исполнении (пункт 1), с целью причинения вреда кредиторам (пункт 2).  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершённая  должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или  после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом  недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой  стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия  существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных  условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки  (подозрительная сделка).  

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершённая должником  в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана  арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение  трёх лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия  указанного заявления и в результате её совершения был причинён вред имущественным  правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника  к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).  

Как верно указал суд первой инстанции, производство по делу о банкротстве  должника возбуждено от 25.01.2021, оспариваемые сделки совершены 08.06.2018, то  есть подпадают под период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2  Закона о банкротстве; договор купли-продажи транспортного средства от 15.11.2017  не подпадает под период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2  Закона о банкротстве, в связи с чем не может быть признан недействительным  по названным основаниям.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается,  в том числе если после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал  осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания  его собственнику об определении судьбы данного имущества.  

В пункте 5 постановления № 63 разъяснено, что пункт 2 статьи 61.2 Закона  о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки,  совершённой должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов  (подозрительная сделка).  

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному  основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие  совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью  

причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки  был причинён вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала  или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с  учётом пункта 7 постановления № 63).  

Из разъяснений, изложенных в пункте 6 постановления № 63, следует, что  согласно абзацам второму – пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель  причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо  одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник  отвечал признаку неплатёжеспособности или недостаточности имущества; б) имеется  хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым – пятым  пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Установленные абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона  о банкротстве презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное  не доказано другой стороной сделки.  

При определении наличия признаков неплатёжеспособности или недостаточности  имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать  третьем и тридцать четвёртом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения  содержащихся в абзацах втором – пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве  презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков  банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным  доказательством наличия признаков неплатёжеспособности или недостаточности  имущества.  

В статье 2 Закона о банкротстве недостаточность имущества определяется как  превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных  платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника;  неплатёжеспособность – как прекращение исполнения должником части денежных  обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное  недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств  предполагается, если не доказано иное.  

Наличие у должника на дату совершения сделки просроченного обязательства,  которое не было исполнено впоследствии и было включено в реестр, подтверждает факт  неплатёжеспособности должника в период заключения оспариваемой сделки  (определение ВС РФ от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3).  

Однако сама по себе недоказанность этих признаков (как одной из составляющих  презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации сделки  в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным  правам кредиторов может быть доказана и без использования презумпций, на общих  основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ, определения ВС РФ от 12.03.2019 № 305-ЭС17- 11710(4), от 11.05.2021 № 307-ЭС20-6073(6)).  

Предполагается, что другая сторона сделки знала о её совершении с целью  причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана  заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве) либо если она знала или  должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках  неплатёжеспособности или недостаточности имущества должника.  

Из определения ВС РФ от 26.02.2016 № 309-ЭС15-13978 следует, что бремя  доказывания тех или иных фактов должно возлагаться на ту сторону спора, которая  имеет для этого объективные возможности и, исходя из особенностей рассматриваемых  правоотношений, обязана представлять соответствующие доказательства в обоснование  своих требований и возражений.  

При заинтересованности сторон сделки к ним должен быть применён ещё более  строгий стандарт доказывания, чем к обычному участнику в деле о банкротстве.  Заинтересованное с должником лицо обязано исключить любые разумные сомнения  в реальности оспариваемой сделки, поскольку общность экономических интересов  повышает вероятность представления ответчиками внешне безупречных доказательств  исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью причинения вреда  имущественным правам кредиторов путём уменьшения имущества должника, что  не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав.  

В силу статьи 19 Закона о банкротстве в целях настоящего Закона  заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое  в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите  конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; заинтересованными лицами  по отношению к должнику – юридическому лицу признаются также: руководитель  должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет),  коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный  бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобождённые от своих  обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу  о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой  организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее  или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия  должника; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором  настоящего пункта, в отношениях, определённых пунктом 3 настоящей статьи; лица,  признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии  с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.  

Вместе с тем согласно позиции, изложенной в определении ВС РФ от 15.06.2016   № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических  интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической  (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное  участие), но и фактической.  

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение  лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок  и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым)  участникам рынка.  

Согласно не оспоренным доводам управляющего, участниками ООО «Союз-Т»  с 2014 г. являются: 15.10.2019 ФИО7 (31,25 % долей в уставном  капитале), ФИО8 (6,25 % долей); 12.10.2018 ФИО9 (31,25 % долей), ФИО8 (6,25 % долей); 13.08.2018  ФИО10 (31,25 % долей), ФИО11 (31,25 %  долей), ФИО9 (31,25 % долей), ФИО8  (6,25 % долей); 19.04.2017 ФИО10, ФИО11,  ФИО9; 20.02.2017 ФИО10, ФИО11, ФИО9; 29.08.2016 ФИО9 (0,33 % долей), ФИО11 (0,33 % долей), ФИО10 (0,33 % долей); 26.02.2014 ФИО9  (100 % долей).  

 Участниками ООО «ГМ-НВ» являются: 27.07.2020 ФИО11 (100 % долей); 30.09.2019 ФИО11 (0,50 % долей);  08.09.2017 ФИО10 (0,50 % долей), ФИО11  (0,50 % долей); 08.09.2016 ФИО10 (100 % долей).  

С учётом изложенного стороны оспариваемых договоров являются  аффилированными лицами; осведомлённость ответчика о неправомерных целях  совершения данных сделок в период неблагополучного финансового положения  должника презюмируется.  

Отклоняя доводы апеллянта в части отсутствия признаков неплатёжеспособности  должника, коллегия суда исходит из следующего.  

Согласно бухгалтерскому балансу должника за 2018 г. кредиторская  задолженность составляла более 46 млн. руб. (сумма строк 1520 в размере 46083  тыс. руб. и строки 1410 в размере 41 тыс. руб. в сумме составили 46 124 тыс. руб.) и  существенно превышала активы должника, состоящие из основных средств –  149 тыс. руб. (строка 1150 актива баланса), запасы 472 тыс. руб. (строка 1210 актива  баланса), дебиторская задолженность 4 4761 тыс. руб. (строка 1230 актива баланса).  Кроме этого, согласно отчёту о финансовых результатах за 2019 г. (графа 5)  предприятие осуществляло основную деятельность при выручке в более чем 15 млн.  руб. (1 5240 тыс. руб. в строке 2110 ) с убытком от продаж 4,5 млн. руб. ( - 4 523 тыс.  руб. в строке 2200).  

При этом согласно балансу за начало 2018 г. основные средства составили 3 млн.  руб. (строка 1150 графа 6 – 2 810 тыс. руб.), а на конец 2018 г. после продажи всех ТС  сумма основных средств составила 149 тыс. руб. (фактическая стоимость проданных  основных средств составляет 2 млн. 661 тыс. руб., а не 400 тыс. руб. согласно договорам  купли-продажи); спорные сделки повлекли уменьшение активов должника на 94 %  балансовой стоимости активов должника.  

Указанное очевидно свидетельствует о причинении оспариваемыми сделками  вреда кредиторам общества.  

 Надлежит учесть, что требования кредитора должника – общества  с ограниченной ответственностью «Аверс» возникли 27.11.2018. включены в реестр  требований кредиторов, не исполнены на настоящий момент.  

Выводы суда относительно отсутствия встречного предоставления  по оспариваемым сделкам соответствуют фактическим обстоятельствам настоящего  спора.  

В силу части 1 статьи 82 АПК РФ для разъяснения возникающих  при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд  назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц,  участвующих в деле. В случае, если назначение экспертизы предписано законом или  предусмотрено договором либо необходимо для проверки заявления о фальсификации  представленного доказательства либо если необходимо проведение дополнительной или  повторной экспертизы, арбитражный суд может назначить экспертизу по своей  инициативе.  

Ввиду наличия разногласий в оценке стоимости ТС судом первой инстанции  на обсуждение сторон вынесен вопрос о проведении судебной экспертизы в порядке  статьи 82 АПК РФ.  

Определением от 28.04.2022 суд назначил судебную экспертизу, проведение  которой поручено ФИО12, на разрешение эксперта поставлены  следующие вопросы: Какова рыночная стоимость автомобиля легкий универсал ДЖИП  ЧЕРОКИ, 1987 года выпуска, идентификационный номер (VIN) 

<

***>,  номер кузова 

<

***>, цвет коричневый, по состоянию на 15.11.2017;  Какова рыночная стоимость автомобиля легкий универсал УАЗ ПАТРИОТ, 2015 года  выпуска, идентификационный номер (VIN) 

<

***>, номер двигателя  F3041455, номер шасси (рамы) 316300F0531199, номер кузова 316300F1047057, цвет  темно-серый металлик, по состоянию на 08.06.2018; Какова рыночная стоимость  автомобиля грузовой, бортовой ЧАЙКА-СЕРВИС 27844К, 2010 года выпуска,  идентификационный номер (VIN) 

<

***>, номер двигателя 515811,  номер шасси (рамы) 330810F0987170, номер кузова 330700А0173357, цвет белый,  по состоянию на 08.06.2018; Какова рыночная стоимость автомобиля лёгкий универсал  ЛАДА 213100 ЛАДА 4Х4, 2016 года выпуска, идентификационный номер (VIN)  

<

***>, номер двигателя 0788082, номер кузова 

<

***>,  цвет золотисто-коричневый, по состоянию на 08.06.2018; Какова рыночная стоимость  автомобиля грузовой фургон УАЗ 390995, 2012 года выпуска, идентификационный  номер (VIN) 

<

***>, номер двигателя С3010464, номер шасси (рамы)  374100С0473772, номер кузова 390900С0202396, цвет защитный, по состоянию  на 08.06.2018.  

Согласно оценочному заключению от 18.05.2022 № 93-22 рыночная стоимость ТС  составляет:  

- Лада 213100 Лада 4Х4, 2016 г. в., VIN 

<

***>, государственный  регистрационный знак E473KH82 – 368 000 руб.;  

- УАЗ 390995, 2012 г. в., VIN 

<

***>, государственный  регистрационный знак K992XK86 – 193 000 руб.;  

- УАЗ Патриот, 2015 г. в., VIN 

<

***>, государственный  регистрационный знак С907ВК186 – 479 000 руб.;  

- Чайка-Сервис, 2010 г. в., VIN 

<

***>, государственный  регистрационный знак 

<

***> 287 000 руб.;  

- Джип Чероки, 1987 г. в., VIN 

<

***>, государственный  регистрационный знак 

<

***> 168 000 руб.  

В статье 7 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной  судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» (далее – Закон № 73-ФЗ)  отражено, что при производстве судебной экспертизы эксперт независим, он не может  находиться в какой-либо зависимости от органа или лица, назначивших судебную  экспертизу, сторон и других лиц, заинтересованных в исходе дела. Эксперт даёт  заключение, основываясь на результатах проведённых исследований в соответствии  со своими специальными знаниями.  

При этом статья 8 Закона № 73-ФЗ предусматривает, что эксперт проводит  исследования объективно, на строго научной и практической основе, в пределах  соответствующей специальности, всесторонне и в полном объёме.  

В силу статьи 41 Закона № 73-ФЗ, положения статей 7, 8 распространяются  на негосударственные судебно-экспертные учреждения и лиц, обладающими  специальными знаниями и привлечёнными для проведения экспертизы.  

Из приведённых процессуальных положений следует, что на разрешение  экспертов ставятся вопросы, которые требуют специальных познаний и не могут быть  разрешены судом на основании применения норм права.  

Экспертное заключение является доказательством, которое получено в результате  совершения лицом, имеющим определённую квалификацию и опыт, определённых  действий, в том числе проведение натурных работ, применение определённой  методологии, производство расчётов, в соответствии с установленными стандартами  области применения.  

Таким образом, представленное в материалы дела экспертное заключение суд  может оценить с точки зрения соблюдения процесса его получения (предупреждение  эксперта об уголовной ответственности, подписка эксперта, выполнение экспертизы  лицом, которому она была поручена), проверить квалификацию эксперта, полноту  представленного заключения и основания, по которым эксперт пришёл к тем или иным  выводам и т.д., что обуславливает его относимость и допустимость для принятия  в качестве одного из доказательств по делу.  

Суд апелляционной инстанции, принимая во внимание выводы эксперта,  содержащиеся в заключении, приходит к выводу о том, что указанное заключение  соответствует требованиям статей 82, 83, 86 АПК РФ, и признаёт его надлежащим  доказательством по делу. Доказательственное значение проведённой судебной  экспертизы подлежит оценке в совокупности, в том числе с иными представленными  в материалы дела, документами.  

Судом апелляционной инстанции установлено, что нарушений при назначении  экспертизы не выявлено, эксперт предупреждён об уголовной ответственности  по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложных  заключений; квалификация эксперта подтверждена; отводов эксперту не заявлено.  

Вышеуказанное заключение в установленном законом порядке сторонами  не оспорено. Доказательств, свидетельствующих о нарушении экспертом  при проведении экспертного исследования требований действующего законодательства,  не представлено.  

В данной связи коллегия суда отклоняет доводы апеллянта со ссылкой  на необходимость аккредитации эксперта в указанной ассоциации как основанные  на неверном толковании норм процессуального законодательства; в настоящем случае  суд определял кандидатуру эксперта, по результатам рассмотрения всех предложений от  участвующих в деле лиц.  

Пунктом 24 приказа Минэкономразвития России от 20.05.2015 № 297  «Об утверждении Федерального стандарта оценки «Общие понятия оценки, подходы  и требования к проведению оценки (ФСО № 1)» установлено, что оценщик вправе  самостоятельно определять необходимость применения тех или иных подходов  к оценке и конкретных методов оценки в рамках применения каждого из подходов.  

Согласно оценочному заключению от 18.05.2022 № 93-22 оценщиком   при определении рыночной стоимости объектов оценки использован сравнительный  подход (стр. 9); выбор конкретного метода оценки аргументирован оценщиком.  

В силу пункта 10 Федерального стандарта оценки «Оценка стоимости машин  и оборудования (ФСО № 10)», утверждённого приказом Министерства экономического  

развития Российской Федерации от 01.06.2015 № 328, для оценки стоимости машин  и оборудования оценщик исследует рынок в тех его сегментах, в которых может быть  реализована наиболее значимая по стоимости часть оцениваемых машин и единиц  оборудования. Исследуются сегменты как первичного, так и вторичного рынка, если для  объекта оценки эти виды рынка существуют.  

Объект-аналог – объект, сходный объекту оценки по основным экономическим,  материальным, техническим и другим характеристикам, определяющим его стоимость  (пункт 10 ФСО № 1).  

В оценочном заключении от 18.05.2022 № 93-22 оценщик проанализировал  каждый сравниваемый аналог на основании всех приемлемых характеристик, а затем  произвёл необходимые корректировки стоимости каждого объекта-аналога.  

С учётом изложенного, данное заключение обоснованно принято в качестве  доказательства неравноценности совершённых сделок.  

Приведённые выше обстоятельства в своей совокупности, при неоспоренных  выводах относительно аффилированности должника и ответчика, с учётом  распределения бремени доказывания в данных условиях и отсутствия у управляющего  документации общества в объёме, позволяющем оценить деятельность должника и  факты совершения им хозяйственных операций, обусловили правильный вывод суда  о недействительности договоров.  

Не усматривая оснований для применения в настоящей ситуации положений  статей 10, 168, пункта 2 статьи 170 ГК РФ, коллегия суда исходит из следующего.  

Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских  прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход  закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное  осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).  

Действиями со злоупотреблением правом являются следующие действия:  осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред  другому лицу; действия в обход закона с противоправной целью; иное заведомо  недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).  

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует  исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота,  учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том  числе в получении необходимой информации.  

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников  гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока  не доказано иное.  

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд  в зависимости от обстоятельств дела и с учётом характера и последствий такого  поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично,  а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной  стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2  статьи 10 ГК РФ).  

Согласно пункту 2 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или  иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права  и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что  такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения,  не связанные с недействительностью сделки.  

Договор, при заключении которого допущено злоупотребление правом, признаётся  недействительным на основании статей 10 и 168 ГК РФ по иску лица, чьи права или  охраняемые законом интересы нарушает этот договор (пункт 1 Обзора судебной  практики ВС РФ № 2, утверждённого Президиумом ВС РФ 26.06.2015, определение ВС  РФ от 15.12.2014 № 309-ЭС14-923).  

При этом для квалификации сделки в качестве ничтожной в связи с нарушением  принципа добросовестности как основного начала гражданского законодательства  на основании совокупного применения статей 10, 168 ГК РФ необходима  недобросовестность обеих её сторон в виде их сговора, либо, по крайней мере, активные  недобросовестные действия одной стороны сделки и осведомлённость  

об этом воспользовавшегося сложившейся ситуацией контрагента по сделке  (постановление Президиума ВАС РФ 13.05.2014 № 17089/12, определение ВС РФ  от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475).  

Как указано в Обзоре судебной практики ВС РФ № 1 (2014), утверждённом  Президиумом ВС РФ 24.12.2014, а также определении ВС РФ от 12.08.2014   № 67-КГ14-5, установленный в статье 10 ГК РФ запрет злоупотребления правом  в любых формах направлен на реализацию принципа, закреплённого в части 3  статьи 17 Конституции Российской Федерации.  

Согласно правовой позиции, приведённой в определениях ВС РФ от 20.10.2015   № 18-КГ15-181, от 01.12.2015 № 4-КГ15-54, под злоупотреблением правом понимается  поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права,  сопряжённое с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления  гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами,  нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред  или создающее для этого условия.  

В пункте 4 постановления № 63 разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве  специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2. и 61.3,  само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой  допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том  числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.  

Вместе с тем, согласно правовой позиции, изложенной в постановлении  Президиума ВАС РФ от 17.06.2014 № 10044/11, определениях ВС РФ от 28.04.2016   № 306-ЭС15-20034, от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034, от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069,  в упомянутых выше разъяснениях пункта 4 постановления № 63 речь идёт о сделках  с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или  подозрительных сделок.  

Направленность сделки на уменьшение имущества должника или увеличение его  обязательств в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника  в преддверии его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки (кредитор) знала  об указанной цели должника к моменту совершения сделки, является разновидностью  сделки, совершённой со злоупотреблением правом (статья 10, 168 ГК РФ).  

При этом положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве являются  специальными по отношению к предусмотренным статьями 10, 168 ГК РФ основаниями  для признания сделок недействительными. Поэтому в условиях конкуренции норм о  недействительности сделки лица, оспаривающие сделки  с неравноценным встречным исполнением, а также с причинением вреда  имущественным правам кредиторов одновременно по основаниям, предусмотренным  ГК РФ и Законом о банкротстве, обязаны доказать, что выявленные нарушения выходят  за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Иной подход приводит к тому, что содержание статьи 61.2 Закона о банкротстве  теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении  правом и позволяет лицу, не оспорившему подозрительную сделку, обходить правила  о возможности заявления возражений о недействительности оспоримой сделки только  на основании вступившего в законную силу судебного акта о признании  её недействительной, что недопустимо (определение ВС РФ от 24.10.2017 № 305-ЭС17- 4886(1)).  

К тому же таким образом осуществляется обход норм о сокращённом сроке  давности оспаривания оспоримых сделок.  

Законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки,  причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1  ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит  о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть  квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10  и 168 ГК РФ. Поскольку определённая совокупность признаков выделена  в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2  Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей  вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств  

её совершения за рамки признаков подозрительной сделки (определение ВС РФ  от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069).  

В соответствии с правовой позицией ВС РФ, изложенной в определении  от 09.03.2021 № 307-ЭС19-20020(9), закреплённые в статье 61.2 Закона о банкротстве  положения о недействительности сделок, направленные на пресечение возможности  извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, причиняющего вред  кредиторам должника, обладают приоритетом над нормами статьи 10 ГК РФ, исходя  из общеправового принципа «специальный закон отстраняет общий закон»,  определяющего критерий выбора в случае конкуренции общей и специальной норм,  регулирующих одни и те же общественные отношения.  

Правонарушение, заключающееся в необоснованном принятии должником  дополнительных долговых обязательств и (или) в необоснованной передаче им  имущества другому лицу, причиняющее ущерб конкурсной массе и, как следствие,  наносящее вред имущественным правам кредиторов должника, например, вследствие  неравноценности встречного исполнения со стороны контрагента должника, является  основанием для признания соответствующих сделок, действий недействительными  по специальным правилам, предусмотренным статьёй 61.2 Закона о банкротстве.  

Применительно к настоящему спору коллегия суда не усматривает оснований  для признания сделок недействительными по статьям 10, 168 ГК РФ; не представлены  доказательства или аргументы в пользу того, что нарушения, допущенные  при совершении сделок, выходят за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона  о банкротстве.  

На основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка,  которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных  условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учётом  существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.  

В абзаце третьем пункта 86, абзаце первом пункта 87, абзаце первом пункта 88  постановления № 25 даны разъяснения, что притворная сделка может прикрывать  сделку с иным субъектным составом; для прикрытия сделки может быть совершено  несколько сделок; само по себе осуществление государственной регистрации перехода  права собственности на недвижимое имущество к промежуточным покупателям  не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных на основании пункта 2  статьи 170 ГК РФ.  

В соответствии с подпунктом 4 пункта 1 статьи 575 ГК РФ не допускается дарение  в отношениях между коммерческими организациями.  

Между тем, в рассматриваемом случае отсутствуют основания для признания  спорных договоров ничтожным как прикрывающих сделку дарения спорного  имущества должником (подпункт 4 пункта 1 статьи 575 ГК РФ); не подтверждено  наличие у должника при заключении спорных договоров намерения одарить ответчика;  напротив, посредством совершения данных сделок осуществлено перераспределение  активов.  

Пунктом 2 статьи 167 ГК РФ предусмотрено, что при недействительности сделки  каждая из сторон обязана возвратить другой всё полученное по сделке, а в случае  невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное  выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной  услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не  предусмотрены законом.  

Всё, что было передано должником или иным лицом за счёт должника или в счёт  исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке,  признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату  в конкурсную массу (пункт 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве).  

В пункте 29 постановления № 63 разъяснено, что если сделка, признанная  в порядке главы III.1 Закона о банкротстве недействительной, была исполнена  должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения  о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий  недействительности сделки (пункт 2 статьи 167 ГК РФ, пункт I статьи 61.6 и абзац  

второй пункта 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве) независимо от того, было ли указано  на это в заявлении об оспаривании сделки.  

Поскольку возвращение отдельных спорных автомобилей в конкурсную массу  должника не представляется возможным (после совершения оспариваемых сделок ТС  реализованы третьим лицам), суд первой инстанции посчитал возможным возложить на  ответчика обязанность компенсировать их рыночную стоимость на дату заключения  оспариваемых сделок.  

При рассмотрении обособленного спора в суде первой инстанции ответчиком  заявлено о пропуске заявителем срока исковой давности для оспаривания сделок.  

Исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре, которая  в силу положений статьи 65 АПК РФ несёт бремя доказывания обстоятельств,  свидетельствующих об истечении срока исковой давности; бремя доказывания наличия  обстоятельств, свидетельствующих о перерыве, приостановлении течения срока  исковой давности, возлагается на лицо, предъявившее иск (пункт 2 статьи 199 ГК РФ,  пункты 10, 12 постановления Пленума ВС РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых  вопросах, связанных с применением норм ГК РФ об исковой давности»).  

По общему правилу пункта 2 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности  по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении  последствий её недействительности составляет один год.  

В пункте 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве установлено, что заявление  об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним  управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе  либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок  исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или  должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных  этим Федеральным законом.  

Исходя из разъяснений, данных в пункте 32 постановления № 63, заявление  об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может  быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).  Если утверждённое внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии  оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении  соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине  осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения),  то исковая давность начинает течь со дня его утверждения.  

В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание  должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении  вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований  для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и  проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить  наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание,  в частности, что разумный управляющий, утверждённый при введении процедуры,  оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий  информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении  сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.  

В связи с этим начало течения срока исковой давности определяется не только  моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и моментом,  когда оно должно было, то есть имело юридическую возможность узнать об этом.  

По смыслу положений, закреплённых в пунктах 2, 4 статьи 20.3, пункте 2  статьи 129 Закона о банкротстве, арбитражный управляющий, действующий  добросовестно и разумно в интересах должника и кредиторов, оперативно запрашивает  всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе  такую, которая может свидетельствовать о совершении подозрительных сделок.  

ФИО2 утверждена конкурсным управляющим должником решением суда  от 23.09.2021 (резолютивная часть).  

В настоящем случае конкурсный управляющий обратился с рассматриваемым  заявлением в арбитражный суд 24.11.2021 (регистрационный штамп), то есть в  пределах срока исковой давности.  

При данных обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу  о том, что, отказав в удовлетворении требований конкурсного управляющего, суд  первой инстанции принял законный и обоснованный судебный акт; мотивировочная  часть судебного акта соответствует установленным по спору обстоятельствам.  

Выводы суда первой инстанции соответствуют фактическим обстоятельствам,  имеющимся в деле доказательствам и применённым нормам права.  

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не нашли своего подтверждения  при её рассмотрении, по существу сводятся к переоценке законных и обоснованных,  по мнению суда апелляционной инстанции, выводов суда первой инстанции,  не содержат фактов, которые имели бы юридическое значение для вынесения судебного  акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо  опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом  апелляционной инстанции несостоятельными и не влекущими отмену либо изменение  обжалуемого судебного акта.  

Нормы материального права применены арбитражным судом первой инстанции  правильно. Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4  статьи 270 АПК РФ в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом  апелляционной инстанции не установлено.  

Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит. 

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе  в порядке статьи 110 АПК РФ относятся на подателя жалобы.  

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьёй 271 АПК РФ, Восьмой  арбитражный апелляционный суд  

постановил:

определение 09.03.2023 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа –  Югры по делу № А75-19896/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без  удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть  обжаловано путём подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно- Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления.  

Настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа и подписан  усиленными квалифицированными электронными подписями судей, направляется  лицам, участвующим в деле, согласно статье 177 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации посредством его размещения на официальном сайте  арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в режиме  ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.  

Информация о движении дела может быть получена путём использования сервиса  «Картотека арбитражных дел» http://kad.arbitr.ru в информационно-телекоммуникационной сети Интернет.  

Председательствующий Е. В. Аристова Электронная подпись действительна.

Судьи О. Ю. Брежнева  

Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство России Дата 17.10.2022 7:43:00 

Кому выдана Горбунова Екатерина Александровна

 Е. А. Горбунова 

Электронная подпись действительна.Данные ЭП:

 Удостоверяющий центр Казначейство России Дата 19.10.2022 8:01:00 

Кому выдана Брежнева Оксана Юрьевна

Электронная подпись действительна.

Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство России Дата 19.10.2022 8:01:00 

 Кому выдана Аристова Екатерина Владимировна