АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН

ул.Ново-Песочная, д.40, г.Казань, Республика Татарстан, 420107

E-mail: info@tatarstan.arbitr.ru

http://www.tatarstan.arbitr.ru

тел. (843) 533-50-00

 

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

г. Казань                                                                                                        Дело №А65-23355/2023 

 

Решение принято путем подписания резолютивной части 13 октября 2023 года

Мотивированное решение составлено    24 октября 2023 года

 

Арбитражный суд Республики Татарстан в составе судьи Хуснутдиновой А.Ф., 

 

рассмотрев в порядке упрощенного производства дело по иску РОИ ВИЖУАЛ КО., ЛТД (ROI VISUAL Co., Ltd.), г.Сеул (ИНН 211-87-50168) к Индивидуальному предпринимателю ФИО1 ФИО2, Сабнинский район, с. Большие Кибячи (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)  о взыскании компенсации в размере 10 000 руб. за нарушение исключительных имущественных прав на средство индивидуализации – товарный знак №1213307 («ROBOCAR POLI»), 

компенсации в размере 10 000 руб. за нарушение исключительных имущественных прав на произведение изобразительного искусства – «изображение персонажа «ROBOCAR POLI (POLI) Робокар Поли (Поли)», 

компенсации в размере 10 000 руб. за нарушение исключительных имущественных прав на произведение изобразительного искусства – «изображение персонажа «ROBOCAR POLI Робокар Поли (ROY) (Рой)», 

компенсации в размере 10 000 руб. за нарушение исключительных имущественных прав на произведение изобразительного искусства – «изображение персонажа «ROBOCAR POLI Робокар Поли  (AMBER) (Эмбер)», 

компенсации в размере 10 000 руб. за нарушение исключительных имущественных прав на произведение изобразительного искусства – «изображение персонажа «ROBOCAR POLI (HELLY) Робокар Поли (Хэлли)», 

судебных издержек в размере стоимости вещественных доказательств – товара, приобретенного у ответчика в сумме 980 руб., направление претензии и иска в сумме 305 руб. 14 коп., 

УСТАНОВИЛ:

компания РОИ ВИЖУАЛ КО., ЛТД (ROI VISUAL Co., Ltd.) обратилась в Арбитражный суд Республики Татарстан с иском о взыскании с предпринимателя ФИО1 Р.П.О. 50000 рублей компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак и произведения изобразительного искусства, в том числе:

- 10000 рублей компенсации за нарушение исключительных прав товарный знак № 1213307;

- 10000 рублей компенсации за нарушение исключительных прав на произведение изобразительного искусства - «изображение персонажа «ROBOCAR POLI (POLI) Робокар Поли (Поли)»; 

- 10000 рублей компенсации за нарушение исключительных прав на произведение изобразительного искусства - изображение персонажа «ROBOCAR POLI Робокар Поли (ROY) (Рой)»; 

- 10000 рублей компенсации за нарушение исключительных прав на произведение изобразительного искусства - «изображение персонажа «ROBOCAR POLI Робокар Поли (AMBER) (Эмбер)»; 

- 10000 рублей компенсации за нарушение исключительных прав на произведение изобразительного искусства - «изображение персонажа «ROBOCAR POLI (HELLY) Робокар Поли (Хэлли)»; 

Решением в виде резолютивной части от 13.10.2023 суд удовлетворил ходатайство ответчика о снижении заявленной ко взысканию суммы компенсации; исковые требования удовлетворены частично, распределены судебные издержки.

Истец направил в суд заявление о составлении мотивированного решения (вх. № 19604 от 17.10.2023).

В силу ч.2 ст. 229 АПК РФ по заявлению лица, участвующего в деле, по делу, рассматриваемому в порядке упрощенного производства, арбитражный суд составляет мотивированное решение в течение пяти дней со дня поступления от лица, участвующего в деле, соответствующего заявления. 

Дело рассматривается в порядке упрощенного производства по правилам, предусмотренным главой 29 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Истец и ответчик надлежащим образом извещены о рассмотрении дела в порядке упрощенного производства, о чем свидетельствуют имеющиеся в материалах дела сведения почты России о направлении и вручении соответствующего определения, дополнительными документами, представленными в дело.  

Кроме того, информация о принятии искового заявления к производству арбитражного суда была размещена арбитражным судом на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" в сроки и в порядке, установленные нормами Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исходя из вышеизложенного, суд находит, что в соответствии с частью 1 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации стороны надлежащим образом извещены о рассмотрении дела и о возможности предоставления своих возражений относительно заявленных требований.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан о принятии искового заявления к производству лицам, участвующим в деле, разъяснены права и обязанности, предусмотренные статьями 142, 227, 228 АПК РФ.

Истец 28 августа 2023 года направил в суд дополнительные документы, истребованные судом, в том числе подлинники документов, положенных в основание исковых требований; 30.08.2023 истец представил дополнительные письменные пояснения по делу.

Ответчик 08.09.2023 представил письменный отзыв на иск. 

Истец 15.08.2023 представил возражения на отзыв ответчика.

Дополнительные документы и пояснения, представленные истцом и ответчиком, судом исследованы, приобщены к материалам дела.

Суд определил рассмотреть спор по существу по имеющимся в деле доказательствам. 

Исследовав и оценив в соответствии со ст. 71 АПК РФ имеющиеся в материалах дела документы, представленные доказательства и установленные по делу фактические обстоятельства, суд приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела истец – компания ROI VISUAL Co., Ltd, является обладателем исключительных прав на произведения изобразительного искусства - изображения персонажей «ROBOCAR POLI (Робокар Поли)»: 

- «ROBOCAR POLI (Lifty) Робокар Поли (Лифти)», 

- «ROBOCAR POLI (Camp) Робокар Поли (Кэмп)», 

- «ROBOCAR POLI (Dump) Робокар Поли (Дампу)», 

- «ROBOCAR POLI (Cleany) Робокар Поли (Клини)»,

- «ROBOCAR POLI (Cap) Робокар Поли (Кэп)», 

- «ROBOCAR POLI (Bruner) Робокар Поли (Брунер)», 

- «ROBOCAR POLI (Bucky) Робокар Поли (Баки)», 

- «ROBOCAR POLI (Mark) Робокар Поли (Марк)», 

- «ROBOCAR POLI (Helly) Робокар Поли (Хелли)», 

- «ROBOCAR POLI (Roy) Робокар Поли (Рой)», 

- «ROBOCAR POLI (Amber) Робокар Поли (Эмбер)», 

- «ROBOCAR POLI (Trino) Робокар Поли (Трино)», 

- «ROBOCAR POLI (Poacher) Робокар Поли (Почер)», 

- «ROBOCAR POLI (Tracky) Робокар Поли (Трэки)», 

- «ROBOCAR POLI (Carry) Робокар Поли (Кэрри)», 

- «ROBOCAR POLI (Spooky) Робокар Поли (Спуки)», 

- «ROBOCAR POLI (Scool B) Робокар Поли (Скул Би)», 

- «ROBOCAR POLI (Posty) Робокар Поли (Пости)», 

- «ROBOCAR POLI (Poke) Робокар Поли (Поук)», 

- «ROBOCAR POLI (Musty) Робокар Поли (Масти)», 

- «ROBOCAR POLI (Max) Робокар Поли (Макс)», что подтверждается свидетельствами о регистрации авторского права, выданным Комиссией по защите прав на интеллектуальную собственность Республики Корея.

Кроме того, в Международный реестр товарных знаков, зарегистрированных в соответствии с Мадридским соглашением о международной регистрации знаков от 28.06.1989г. и протоколом к нему, внесена запись о регистрации за истцом исключительных прав на товарный знак № 1 213 307 (товарный знак: Робокар Поли), что подтверждено свидетельством Всемирной организации интеллектуальной собственности № 1 213 307, перечень товаров и услуг –18, 25, 28 классов МКТУ, включающих, в том числе игры, игрушки, комнатные игры (товарный знак действует с 26.04.2013г., в том числе на территории Российской Федерации с 24.07.2015г., правовая охрана данного товарного знака установлена до 26.04.2023г.). 

Как указывает истец, 17.01.2023 в торговой точке по адресу: Чувашская Республика - Чувашия, 

<

...>, был установлен и задокументирован, в том числе, под видеофиксацию, факт предложения к продаже и реализации от имени ответчика - предпринимателя ИП ФИО1 ФИО2, товара – интерактивная игрушка в картонно-пластиковой упаковке с изображением персонажей из серии «ROBOCAR POLI (Робокар Поли)», обладающего техническими признаками контрафактности (внешними признаками, отличающими легальную продукцию от нелегальной).

На данном товаре содержатся обозначения, сходные до степени смешения с товарным знаком № 1213307 и произведениями изобразительного искусства (изображение персонажей) «ROBOCAR POLI (Робокар Поли)»: «ROBOCAR POLI (Roy) Робокар Поли (Рой)», «ROBOCAR POLI (Poli) Робокар Поли (Поли)», «ROBOCAR POLI (Helly) Робокар Поли (Хелли)», «ROBOCAR POLI (Amber) Робокар Поли (Эмбер)».

Спорный товар относится к 28 классу МКТУ – игры, игрушки, комнатные игры (предметы для игр).

Факт реализации указанного товара от имени предпринимателя подтверждается товарным чеком от 17.01.2023 содержащий сведения о наименовании товара – игрушка, количестве реализованного товара – 1, цене и стоимости реализованного товара – 980 рублей, заверенный печатью с указанием ФИО и ИНН предпринимателя - ответчика, спорным товаром, а также видеосъемкой контрольной закупки, совершенной в целях и на основании самозащиты гражданских прав в соответствии со ст. 12-14 ГК РФ. 

Видеосъемка совершена истцом в целях и на основании самозащиты гражданских прав в соответствии со ст.ст. 12 и 14 ГК РФ.

Спорный товар был произведен и реализован без разрешения правообладателя, следовательно, в соответствии с п.4 ст. 1252 ГК РФ считается контрафактным, а использование изображения произведения нарушает авторские права истца.

Разрешение на использование спорных произведения и товарного знака путем заключения соответствующих договоров ответчик не получал, следовательно, использование ответчиком образов персонажей и товарного знака при реализации товара в своей коммерческой деятельности, в частности, при продаже товаров, в предложениях о продаже товаров, осуществлено незаконно - с нарушением исключительных прав истца. 

Истец полагает, что действия ответчика по предложению к продаже и продаже спорного контрафактного товара, нарушают исключительные права истца на объекты интеллектуального права.

В связи с выявленным фактом нарушения исключительных прав, истцом 23.05.2023 в порядке досудебного урегулирования спора ответчику была направлена претензия № 2009630 с требованием об оплате компенсации за незаконное использование товарного знака и произведений изобразительного искусства – изображение персонажей из серии «ROBOCAR POLI (Робокар Поли)», правообладателем которых является компания ROI VISUAL Co., Ltd, которая оставлена ответчиком без удовлетворения.

Поскольку ответчик добровольно не уплатил компенсацию за нарушение исключительных прав на принадлежащие истцу результаты интеллектуальной деятельности и товарный знак, компания ROI VISUAL Co., Ltd обратилась в суд с настоящим иском.

Предприниматель представил письменный отзыв на иск, требования истца не признал; указал, что ответчик осуществляет розничную торговлю одеждой, указанных товаров в ассортименте предлагаемом покупателям не имеется, в связи с чем истец не мог приобрести указанные товары у ответчика.

Вместе с тем ответчик в письменном отзыве указал, что к спорным правоотношениям подлежит применению абзац 3 п.3 ст. 1252 ГК РФ, поскольку права на соответствующие результаты интеллектуальной собственности принадлежат одному правообладателю, права на все объекты интеллектуальной собственности нарушены в результате одного случая нарушения и, исходя из необходимости сохранения баланса прав и законных интересов сторон, считает подлежащей взысканию компенсацию в размере 50% от суммы минимальных размеров всех начисленных компенсаций.

Пи этом ответчик просил суд учесть характер нарушения: 

- ответчик не производил товар, не наносил изображения;

- незначительную стоимость товара по сравнению к заявленной компенсации;

- нарушение не носило масштабного и постоянного характера, ИП является микро предприятием;

- нарушение не носило грубого характера и не повлекло тяжелых экономических последствий в отношении истца, обратного в документы дела не представлено.

В силу ст. 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ) результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются, в частности, товарные знаки и знаки обслуживания.

Согласно ч.1 ст. 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.

В силу ст. 1479 ГК РФ на территории Российской Федерации действует исключительное право на товарный знак, зарегистрированный федеральным органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности, а также в других случаях, предусмотренных международным договором Российской Федерации.

В качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации (ст. 1482 ГК РФ).

В соответствии со ст. 1484 ГК РФ правообладателю принадлежит исключительное право использовать товарный знак и запрещать использование товарного знака другими лицами. 

Никто не может использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникает вероятность смешения. 

В силу п.7 ст. 1259 ГК РФ авторские права распространяются на часть произведения, на его название, на персонаж произведения, если по своему характеру они могут быть признаны самостоятельным результатом творческого труда автора и отвечают требованиям, установленным пунктом 3 этой статьи.

Охрана авторским правом персонажа произведения предполагает, в частности, что только автору или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать персонаж любым способом, в том числе путем переработки (подпункт 9 п.2 ст. 1270 Кодекса).

При этом под персонажем следует понимать часть произведения, содержащую описание или изображение того или иного действующего лица в форме (формах), присущей (присущих) произведению: в письменной, устной форме, в форме изображения, в форме звуко- или видеозаписи, в объемно-пространственной форме и др. (п.29 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 5, Пленума ВАС РФ № 29 от 26.03.2009 "О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Согласно разъяснениям, изложенным в п.82 постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации", истец, обращающийся в суд за защитой прав именно на персонаж как часть произведения, должен обосновать, что такой персонаж существует как самостоятельный результат интеллектуальной деятельности. 

При этом учитывается, обладает ли конкретное действующее лицо произведения достаточными индивидуализирующими его характеристиками: в частности, определены ли внешний вид действующего лица произведения, характер, отличительные черты (например, движения, голос, мимика, речевые особенности) или другие особенности, в силу которых действующее лицо произведения является узнаваемым даже при его использовании отдельно от всего произведения в целом.

При подтверждении наличия индивидуализирующих характеристик действующего лица его охраноспособность в качестве персонажа (п.7 ст. 1259 ГК РФ) презюмируется. Ответчик вправе оспаривать такую охраноспособность.

Охрана авторским правом персонажа произведения предполагает, в частности, что только автору или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать персонаж любым способом, в том числе путем его воспроизведения или переработки (подпункты 1 и 9 п.2 ст. 1270 ГК РФ).

Воспроизведением персонажа признается изготовление экземпляра, в котором используется, например, текст, содержащий описание персонажа, или конкретное изображение (например, кадр мультипликационного фильма), или индивидуализирующие персонажа характеристики (детали образа, характера и (или) внешнего вида, которые характеризуют его и делают узнаваемым). 

В последнем случае воспроизведенным является персонаж и при неполном совпадении индивидуализирующих характеристик или изменении их несущественных деталей, если несмотря на это такой персонаж сохранил свою узнаваемость как часть конкретного произведения (например, при изменении деталей одежды, не влияющих на узнаваемость персонажа).

В отношении персонажа произведения не используется понятие сходства до степени смешения. Наличие внешнего сходства между персонажем истца и образом, используемым ответчиком, является лишь одним из обстоятельств, учитываемых для установления факта воспроизведения используемого произведения (его персонажа).

Как видно, приобретенная игрушка и ее упаковка изготовлены с очевидным намерением воспроизвести указанных выше персонажей мультфильма ("Поли", "Рой", "Хэлли", "Эмбер"). 

Изображения, которым присущи внешние отличительные особенности, являются узнаваемыми, бесспорно усматриваются на упаковке. 

Представленный в материалы дела контрафактный товар содержит воспроизведение явных внешних отличительных признаков, присущих каждому из указанных персонажей, что свидетельствует о доказанности нарушения исключительных авторских прав на изображения персонажей.

По смыслу п.41 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных Приказом Минэкономразвития России от 20.07.2015 № 482, обозначение считается тождественным с другим обозначением (товарным знаком), если оно совпадает с ним во всех элементах. 

Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия. 

Таким образом, при сопоставлении обозначения и товарного знака основное правило заключается в том, что вывод делается на основе восприятия не отдельных элементов, а общего впечатления от товарного знака и противопоставляемого обозначения. 

Пунктом 43 Правил установлено, что сходство изобразительных обозначений определяется на основании следующих признаков: внешняя форма; наличие или отсутствие симметрии; смысловое значение; вид и характер изображений (натуралистическое, стилизованное, карикатурное и так далее); сочетание цветов и тонов. 

Перечисленные признаки могут учитываться как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

Сравниваемое обозначение на контрафактном товаре, приобретенном у ответчика, и товарный знак истца содержат визуальное и графическое сходство, сходство внешней формы, одинаковое смысловое значение, словесное обозначение совпадает с зарегистрированным товарным знаком истца. 

Незначительное расхождение в деталях изображений не препятствуют восприятию у обычного потребителя данных изображений как изображений товарных знаков, принадлежащих истцу.

С учетом изложенного, а также исходя из положений, закрепленных в п.13 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности", согласно которым вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы, суд, основываясь на осуществленном им сравнении обозначений и изображений на товаре, и товарными знаками истца, приходит к выводу о том, что они являются сходными до степени смешения с товарными знаками истца в глазах потребителя ввиду наличия достаточного количества совпадающих признаков.

Представленные в материалы дела доказательства, в своей совокупности и взаимосвязи, полностью подтверждают факт реализации ответчиком контрафактного товара, относящегося к классу, в отношении которого зарегистрированы товарные знаки.

В соответствии со ст. 1229 ГК РФ другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации. 

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную ГК РФ, другими законами. 

В силу п.1 ст. 1229 ГК РФ правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. 

Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). 

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных названным кодексом. 

В соответствии со ст. 1250 ГК РФ интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

Согласно п.3 ст. 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. 

Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. 

При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

В силу ст. 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с п.3 ст. 1252 ГК РФ требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров произведения;

3) в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения тем способом, который использовал нарушитель.

В соответствии с п.4 ст. 1515 ГК РФ, предусматривающей ответственность за незаконное использование товарного знака, правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

В п.59 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения.

Исходя из приведенных норм права, а также положений ч.1 ст. 65 АПК РФ в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения.

Материалами дела подтверждается, что истец обладает исключительными правами на спорные товарный знак и объекты авторского права - изображения, в отношении которых было зафиксировано их нарушение ответчиком.

В материалы дела представлены: товарный чек, приобретенный товар, видеозапись процесса закупки.

В силу ст. 493 ГК РФ договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара.

В п.6 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 13.12.2007 № 122 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности" указано, что доказательствами незаконного распространения контрафактной продукции путем розничной продажи могут выступать кассовый чек, отчет частного детектива, свидетельские показания, контрафактный диск с записью и отличающийся от лицензионного диска внешним видом обложки и наклейки на диск, отсутствием средств индивидуализации, сведений о правообладателе и производителе.

Представленные в материалы дела видеозаписи, товарный чек от 17.01.2023 подтверждают принадлежность реализации спорного товара ответчиком.

Кроме того, истцом представлена видеозапись момента реализации ответчиком контрафактного товара. Видеосъемка произведена в целях самозащиты гражданских прав на основании статей 12, 14 ГК РФ.

Пунктом 55 Постановления Пленума № 10 разъяснено, что при рассмотрении дел о защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует учитывать, что законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения (статья 55 ГПК РФ, статья 64 АПК РФ). 

Поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей 55 и 60 ГПК РФ, статей 64 и 68 АПК РФ вправе принять любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством, в том числе полученные с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в частности сети "Интернет".

Факт неправомерного распространения контрафактных материальных носителей в рамках договора розничной купли-продажи может быть установлен не только путем представления кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара, но и на основании иных доказательств, например аудио- или видеозаписи.

Для признания аудио- или видеозаписи допустимым доказательством согласия на проведение аудиозаписи или видеосъемки того лица, в отношении которого они производятся, не требуется.

Информация о распространении гражданином контрафактной продукции не является информацией о его частной жизни, в том числе информацией, составляющей личную или семейную тайну.

Видеозапись производилась без нарушения законодательства и соответствует принципам относимости и допустимости доказательств. 

Видеосъемка подтверждает, какой именно товар был продан, дата покупки следуют из чека, который подтверждает и факт заключения разовой сделки купли-продажи с ответчиком. 

На видеозаписи запечатлена торговая точка ответчика, сам процесс приобретения спорного товара. Внешний вид спорного товара, а также изображения чека, зафиксированные на видеозаписи, визуально совпадают с соответствующими доказательствами, представленными истцом в материалы дела. Представленная истцом видеосъемка не прерывалась. 

Между тем, в нарушение статьи 65 АПК РФ обстоятельства, зафиксированные представленной в материалы дела видеосъемкой, ответчик документально не опроверг. 

Также представлено вещественное доказательство – «игрушка», на упаковке которого размещены произведения изобразительного искусства, являющиеся объектами исключительных прав истца.

При этом относимость и достоверность представленных истцом доказательств (кассового чека, видеозаписи, контрафактного товара) ответчиком в установленном законом порядке не опровергнута, доказательства обратного суду не представлены, о фальсификации доказательств не заявлено (ст.ст. 65, 68, 161 АПК РФ).

При таких обстоятельствах совокупность доказательств позволяет с достоверности установить факт продажи спорного контрафактного товара ответчиком. 

В указанной связи суд отклоняет доводы ответчика о том, что предприниматель не предлагает в к продаже товары подобного рода, в связи с чем спорный товар не мог быть приобретен в торговой точке ответчика.

Доказательств, свидетельствующих о наличии у ответчика права на реализацию в предпринимательских целях спорных объектов интеллектуальной собственности, в деле также не имеется. Осуществляя их продажу без согласия правообладателя, ответчик нарушил исключительные права последнего.

Действительно, согласно разъяснениям, изложенным в п.33 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного суда РФ 23.09.2015, если защищаемые товарные знаки фактически являются группой (серией) знаков одного правообладателя, зависимых друг от друга, связанных между собой наличием одного и того же доминирующего словесного или изобразительного элемента, имеющих фонетическое и семантическое сходство, а также несущественные графические отличия, не изменяющие сущность товарных знаков, то нарушение прав на несколько таких товарных знаков представляет собой одно нарушение.

Согласно подходу, изложенному в постановлении Суда по интеллектуальным правам от 23.12.2016 № С01-1143/2016 по делу № А40-251394/2015, при оценке довода о том, что товарные знаки являются одной группой (серией) товарных знаков следует руководствоваться правовой позицией, сформированной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.06.2012 № 2384/12 по делу № А40-146649/2010, согласно которой товарные знаки составляют группу (серию), если отвечают в совокупности следующим критериям: зависимы друг от друга; связаны между собой наличием одного и того же доминирующего элемента; имеют фонетическое и семантическое сходство; между знаками существуют незначительные графические отличия, не изменяющие сущность товарных знаков. 

Совокупности перечисленных критериев судом при исследовании товарных знаков истца не обнаружено, поскольку товарные знаки не имеют общего доминирующего элемента.

При этом под серией товарных знаков понимается, как правило, три и более товарных знака, принадлежащих одному правообладателю, в основе которых лежит один элемент. 

Элемент, положенный в основу серии товарных знаков, может быть как словесным, так и изобразительным, а также представлять собой комбинированное обозначение. Вместе с тем, для вывода о том, что элемент образует серию товарных знаков, принадлежащих одному производителю, необходимо, чтобы такой доминирующий элемент повторялся во всех товарных знаках (постановления Суда по интеллектуальным правам от 05.09.2019 № С01-272/2019 по делу № А40-136202/2018, от 29.01.2019 N С01-1131/2018 по делу № А09-1557/2018).

В данном случае такой повторяющийся во всех товарных знаках элемент отсутствует. 

Более того, согласно выводу, изложенному Судом по интеллектуальным правам в постановлении от 05.09.2019 № С01-272/2019 по делу № А40-136202/2018, правовая позиция, изложенная в п.33 Обзора, в данном случае не подлежит применению, поскольку в рассматриваемом пункте Верховный Суд Российской Федерации указал на случаи взыскания компенсации, заявленной в двукратном размере стоимости контрафактных товаров, т.е. на основании подпункта 2 п.4 ст. 1515 ГК РФ. 

Между тем, в настоящем деле размер компенсации определен истцом на основании подпункта 1 п.4 ст. 1515 ГК РФ.

Злоупотребление правом при подаче иска в данном случае ответчиком не доказано, данный довод носит характер его субъективного мнения и документально не подтвержден. 

В п.59 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

Вместе с тем, согласно разъяснениям, изложенным в п.61 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации", заявляя требование о взыскании компенсации свыше минимального размера истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению. 

Рассматривая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования. 

При этом как неоднократно разъяснялось высшей судебной инстанцией и специализированным судом, в случае непредставления истцом доказательств соразмерности требуемой им суммы компенсации, заявленной свыше минимального размера, допущенному нарушению для снижения компенсации до минимального размера не требуется ходатайство ответчика. Оно требуется лишь для снижения компенсации ниже минимального размера, установленного законом. 

На это, в частности, указано в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 14.09.2021 № 303-ЭС21-9375 по делу № А73-8672/2020: суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленными требованиями, но не ниже низшего предела, установленного законом. Суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе.

Приведенное определение Верховного суда РФ от 14.09.2021 № 303-ЭС21-9375 по делу А73-8672/2020 принято по делу, в котором суд в отсутствие заявления ответчика применил п.3 ст.1252 ГК РФ и по своей инициативе снизил размер компенсации ниже минимального предела, предусмотренного нормами Гражданского кодекса Российской Федерации (до 5000руб. за произведения изобразительного искусства и 7000руб. за товарные знаки). 

Как следует из содержания рассматриваемых исковых требований, истец просил взыскать 50000 рублей (по 10000 рублей за каждый случай неправомерного использования 1 товарного знака и 4 изображения персонажа).

При этом ответчиком заявлено ходатайство о снижении компенсации, мотивированное ее несоразмерностью последствиям нарушения исключительных прав истца.

В том случае, если имеется несколько принадлежащих одному лицу результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, связанных между собой: произведение и товарный знак, в котором использовано это произведение, товарный знак и наименование места происхождения товара, товарный знак и промышленный образец, компенсация за нарушение прав на каждый объект определяется самостоятельно (п.63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 апреля 2019 года № 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации").

В соответствии с нормой абзаца третьего п.3 ст. 1252 ГК РФ, если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. 

При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных данным Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

Таким образом, положения абзаца третьего п.3 ст. 1252 ГК РФ подлежат применению в случаях, когда одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, принадлежащих одному правообладателю (далее - при множественности нарушений), в частности, когда одним действием нарушены права на несколько принадлежащих одному лицу результатов интеллектуальной деятельности и/или средств индивидуализации. 

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.64 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации", положения абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ применяются лишь в случае, если ответчиком заявлено о необходимости применения соответствующего порядка снижения компенсации.

Снижение компенсации на основании п.3 ст. 1252 ГК РФ осуществляется до 50% от установленной законом суммы (с 10000руб. до 5000руб.; постановление Суда по интеллектуальным правам от 19.03.2020 № С01-8/2020 по делу № А03-10314/2019).

Суд, руководствуясь положениями приведенной нормы и оценив при этом представленные в материалы дела доказательства, с учетом того, что заявленный истцом размер компенсации рассчитан на основании п.1 ст. 1301 и подпункта 1 п.4 ст. 1515 ГК РФ в размере 10 000 руб. за нарушение исключительного права на каждый из объектов интеллектуальной собственности, считает возможным снизить ее до 50% от минимального размера компенсации, установленного этими нормами и заявленного истцом.

Положения абзаца третьего п.3 ст. 1252 ГК РФ применены судом ввиду множественности нарушений и при наличии заявления ответчика о несоразмерности компенсации.

Данная норма в действующей редакции подразумевает возможность снижения судом, рассматривающим спор по существу, компенсации, заявленной в порядке, предусмотренном подпунктом 1 п.4 ст. 1515 ГК РФ, в случае если одним действием нарушены исключительные права на несколько результатов интеллектуальной деятельности, что установлено судом в рамках настоящего дела.

Аналогичный правовой подход изложен в постановлении Суда по интеллектуальным правам от 16.08.2017 по делу № А08-7393/2016 (определением Верховного Суда Российской Федерации от 27.11.2017 № 310-ЭС17-18198 в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации отказано); постановлении Суда по интеллектуальным правам от 19 ноября 2018 года по делу № А84-4984/2017; постановлении Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.12.2018 по делу А65-24418/2018.

Принимая во внимание вышеперечисленные обстоятельства, суд в части порядка определения размера компенсации за допущенное ответчиком нарушение полагает возможным снижение заявленного размера компенсации на основании положений абзаца третьего п.3 ст. 1252 ГК РФ до 50% от минимального размера компенсации, установленного этими нормами и заявленного истцом, то есть до 5000руб. за нарушение исключительных прав на 1 товарный знак и за нарушение исключительных авторских прав на 4 изображения персонажей (исходя из пяти тысяч рублей за каждый факт нарушения), в общей сумме 25000 рублей.

Доводы ответчика о не подтверждении истцом факта приобретения у него товара судом отклонены, поскольку суд пришел к выводу о том, что истцом представлены достаточные данные, которые в совокупности дают суду возможность составить представление о спорном товаре, подтвердить наличие в нем признаков контрафактности и, как следствие, установить нарушение исключительных прав правообладателя.

Доказательств того, что товарный чек от 17.01.2023 оформлен в отношении иного товара, чем тот, на который ссылается истец и который визуализируется на представленном видеоряде, в материалах дела не имеется. Не опровергнут факт нахождения в продаже у ответчика спорного товара и то, что от его имени действовало уполномоченное им лицо. 

При этом достоверность видеоряда, последовательно зафиксировавшего облик торговой точки, выбор изделия и факт внесения оплаты, а также впоследствии выданного товарного чека, содержащего идентификационные данные предпринимателя, ФИО1 Р.П.О. не оспаривались. 

Таким образом, суд исходит из того, что материалы контрольной закупки составляют неразрывную, логически последовательную цепочку доказательств, подтверждающих факт реализации спорного товара ответчиком. 

Суд отмечает, что значимым для рассмотрения настоящего дела является установление факта реализации лицом контрафактного товара, который подтвержден совокупностью представленных в дело доказательств. 

Согласно части 2 статьи 45 Конституции Российской Федерации каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом. 

При этом такой способ защиты нарушенного права как самозащита, прямо предусмотрен гражданским законодательством (ст. 12 ГК РФ), не противоречит законодательству, регламентирующему оперативно-розыскную деятельность и частную детективную деятельность.

С учетом изложенного для ведения видеозаписи процесса реализации спорного товара, сделанной в порядке статей 12, 14 ГК РФ в целях самозащиты гражданских прав, не требовалось каких-либо специальных полномочий. 

При этом личность покупателя правового значения для определения допустимости представленных доказательств значения не имеет, в связи с чем установление наличия у такого лица документально подтвержденных полномочий на соответствующие действия не требуется. 

В подтверждение произведенной покупки был выдан товарный чек от 17.01.2023, заверенный печатью предпринимателя-ответчика, в которой указаны ФИО и ИНН, позволяющий установить ответчика. 

Доказательства обратного ответчиком суду не представлены.

Истец также просит взыскать с ответчика судебные расходы, состоящие из расходов на приобретение товара в размере 980 рублей, почтовых расходов в размере 305 рублей 14 копеек, 2000 рублей госпошлины.

В соответствии с п.2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 года № 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" к судебным издержкам относятся расходы, которые понесены лицами, участвующими в деле, включая третьих лиц, заинтересованных лиц в административном деле (статья 94 ГПК РФ, статья 106 АПК РФ, статья 106 КАС РФ).

Лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек (п.10 названного постановления).

Расходы истца на приобретение товара в сумме 980 рублей подтверждаются товарным чеком от 17.01.2023 о приобретении в торговой точке ответчика товара; почтовые расходы подтверждены соответствующими почтовыми квитанциями; расходы по уплате госпошлины подтверждаются платежным поручением № 2687 от 14.06.2023.

Снижение арбитражным судом размера компенсации за нарушение исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности, когда требование о выплате такой компенсации было заявлено правообладателем в минимальном размере, предусмотренном нормами Гражданского кодекса Российской Федерации для соответствующего нарушения, не может - по своим отличительным юридическим параметрам - приравниваться к частичному удовлетворению исковых требований; принятие соответствующего судебного акта фактически означает доказанность нарушения исключительных прав правообладателя (постановление Конституционного Суда РФ от 28.10.2021 № 46-П "По делу о проверке конституционности части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой общества с ограниченной ответственностью "Студия анимационного кино "Мельница"), в связи с чем судебные расходы относятся на ответчика.

В силу п.2 ст. 168 АПК РФ при принятии решения арбитражный суд определяет дальнейшую судьбу вещественных доказательств.

Согласно ч.1 ст. 80 АПК РФ вещественные доказательства, находящиеся в арбитражном суде, после их осмотра и исследования судом возвращаются лицам, от которых они были получены, если они не подлежат передаче другим лицам.

Арбитражный суд вправе сохранить вещественные доказательства до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела, и возвратить их после вступления указанного судебного акта в законную силу (ч.2 ст. 80 АПК РФ).

Вместе с тем АПК РФ оговаривает специальные правила распоряжения вещественными доказательствами, которые согласно федеральному закону не могут находиться во владении отдельных лиц (ч.3 ст. 80 АПК РФ).

В случае, когда распространение материальных носителей, в которых выражено средство индивидуализации, приводит к нарушению исключительного права на это средство, такие материальные носители считаются контрафактными и по решению суда подлежат изъятию из оборота и уничтожению (п.4 ст. 1252 ГК РФ).

При таких обстоятельствах приобщенное в материалы дела вещественное доказательство не может быть возращено и подлежит уничтожению.

В соответствии с ч.4 ст. 229 АПК РФ решение арбитражного суда первой инстанции по результатам рассмотрения дела в порядке упрощенного производства, в случае составления мотивированного решения, может быть обжаловано в арбитражный суд апелляционной инстанции в срок, не превышающий пятнадцати дней, со дня принятия решения в полном объеме.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 171, 227, 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

 

Р Е Ш И Л :

Ходатайство индивидуального предпринимателя ФИО1 ФИО2, о снижении размера компенсации, удовлетворить.

Иск удовлетворить частично.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 ФИО2, Сабнинский район, с. Большие Кибячи (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)  в пользу компании РОИ ВИЖУАЛ КО., ЛТД (ROI VISUAL Co., Ltd.), Республика Корея, г. Сеул (идентификационный номер налогоплательщика 211-87-50168) компенсацию в размере  5 000 (пять тысяч) руб. за нарушение исключительных имущественных прав на средство индивидуализации – товарный знак №1213307 («ROBOCAR POLI»), 5 000 (пять тысяч)  руб. за нарушение исключительных имущественных прав на произведение изобразительного искусства – «изображение персонажа «ROBOCAR POLI (POLI) Робокар Поли (Поли)», 5 000 (пять тысяч) руб. за нарушение исключительных имущественных прав на произведение изобразительного искусства – «изображение персонажа «ROBOCAR POLI Робокар Поли (ROY) (Рой)», 5 000 (пять тысяч) руб. за нарушение исключительных имущественных прав на произведение изобразительного искусства – «изображение персонажа «ROBOCAR POLI Робокар Поли  (AMBER) (Эмбер)», 5 000 (пять тысяч) руб. за нарушение исключительных имущественных прав на произведение изобразительного искусства – «изображение персонажа «ROBOCAR POLI (HELLY) Робокар Поли (Хэлли)», расходы по восстановлению нарушенного права в размере стоимости вещественных доказательств 980 (девятьсот восемьдесят) руб., направление претензии и иска в сумме 305 (триста пять) руб. 14 коп,  2 000 (две тысячи) руб. государственной пошлины. 

В остальной части иска отказать.

Вещественное доказательство по делу уничтожить после вступления решения суда в законную силу в установленном законом порядке. 

Решение подлежит немедленному исполнению и может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в течение пятнадцати дней со дня принятия решения в полном объеме.

 

Судья                                                                                                         А.Ф. Хуснутдинова