ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-83120/2023

Дело № А40-71362/17

г. Москва

02 февраля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 25 января 2024 года25 января 2024 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 02 февраля 2024 года 

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Нагаева Р.Г., 

судей О.В. Гажур, А.Н. Григорьева 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда г. Москвы от 18.10.2023 по делу № А40-71362/17 о признании недействительным соглашение от 29.03.2017 о расторжении договора поручительства от 25.04.2016 № 

<

***>/П-1, заключенное между КБ «РЭБ» (АО) и ФИО2, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) КБ «РЭБ» (АО), 

при участии в судебном заседании: 

от ГК «АСВ»: ФИО3 по дов. от 07.11.2023 

от Кузнецкого А.В: ФИО4 по дов. от 01.12.2022 

иные лица не явились, извещены 

 

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 29.06.2017 КБ «РЭБ» (АО) (далее – должник, банк) признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство сроком на один год. Функции конкурсного управляющего возложены на Государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов» (далее – конкурсный управляющий, агентство).

 

Не согласившись с выводами суда первой инстанции, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда г. Москвы от 18.10.2023, принятое по делу № А40-71362/17, отменить, принять новый судебный акт. Представитель ФИО2 доводы апелляционной жалобы поддерживает по мотивам, изложенным в ней. Представитель Конкурсного управляющего КБ «РЭБ» (АО) в лице ГК «АСВ» возражает на доводы апелляционной жалобы. Просит определение суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения. Отзыв на апелляционную жалобу представлен.

 

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм ст. 156 АПК РФ. В соответствии с абз. 2 ч. 1 ст. 121 АПК РФ информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

 

Рассмотрев дело в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства в порядке ст.ст. 123, 156, 266, 268, 272 АПК РФ, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в судебном заседании, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения определения суда, принятого в соответствии с действующим законодательством и обстоятельствами дела.

 

Как следует из материалов дела, 17.04.2023 в Арбитражный суд г. Москвы поступило заявление ГК «АСВ» о признании недействительным соглашение от 29.03.2017 о расторжении договора поручительства от 25.04.2016 № 

<

***>/П-1, заключенное между КБ «РЭБ» (АО) и ФИО5 и применении последствий недействительности в виде восстановления обязательства ФИО2 перед КБ «РЭБ» (АО) по Договору поручительства № 

<

***>/П-1 от 25.04.2016, заключенного между КБ «РЭБ (АО) и ФИО2

 

В соответствии с разъяснениями Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенными в подпункте 1 пункта 1 постановления от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) в силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

 

В силу части 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Пунктом 1 статьи 167 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Согласно пункту 3 статьи 189.40 Закона о банкротстве периоды, в течение которых совершены сделки, которые могут быть признаны недействительными, или возникли обязательства кредитной организации, указанные в статьях 61.2, 61.3, пункте 4 статьи 61.6 указанного закона, исчисляются с даты назначения Банком России временной администрации по управлению кредитной организацией.

 

Как следует из материалов обособленного спора, приказом Центрального Банка Российской Федерации от 10.04.2017 № ОД-943 назначена временная администрация по управлению КБ «РЭБ» (АО). Судом установлено, что между Банком и ООО «Вайн Стайл» (заёмщик) был заключен кредитный договор № 

<

***> от 25.04.2016 (далее - Кредитный договор). Кредитный договор заключен на следующих условиях: лимит задолженности по кредитной линии - 80 000 000 рублей; дата возврата кредита - 27.03.2020; проценты по кредиту - 16 % годовых. В обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору между банком и ФИО2 (поручитель) был заключен договор поручительства № 

<

***>/П-1 от 25.04.2016 (далее - Договор поручительства). Банк свои обязательства по кредитному договору исполнил надлежащим образом и в полном объёме, посредством зачисления запрашиваемых сумм кредита (траншей) на расчётный счёт заёмщика.

 

В свою очередь, заёмщиком недобросовестно исполнялись обязательства, предусмотренные кредитным договором, вследствие чего, перед Банком образовалась задолженность в размере 81.025.753,43 рублей. Банк обратился в Измайловский районный суд города Москвы с исковым заявлением к поручителю о взыскании задолженности по Кредитному договору в размере 81.025.753,43 рублей. 

 

Решением Измайловского районного суда г. Москвы от 12.05.2021 по делу № 02- 0781/2021 отказано в удовлетворении исковых требований Банка к ответчику о взыскании задолженности по кредитному договору. Определением Московского городского суда от 18.04.2022 по делу № 33-9115/2022 решение отменено, принят новый судебный акт, которым исковые требования Банка к ответчику о взыскании задолженности по кредитному договору в размере 81.025.753,43 руб. удовлетворены. 

 

Впоследствии 31.10.2022 (согласно штампу экспедиции Басманного районного суда г. Москвы) ответчиком подано исковое заявление к банку, в котором он просит признать договор поручительства расторгнутым в связи с тем, что между ответчиком и банком заключено соглашение от 29.03.2017 о расторжении договора поручительства № 

<

***>/П-1 от 25.04.2016. Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения конкурсного управляющего банком с настоящим заявлением.

 

Согласно пункту 9 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется. Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления). Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

 

В силу п. 3 ст. 189.40 Закона о банкротстве периоды, в течение которых совершены сделки, которые могут быть признаны недействительными, или возникли обязательства кредитной организации, указанные в статье 61.2 Закона о банкротстве, исчисляются с даты назначения Банком России временной администрации по управлению кредитной организацией.

 

В соответствии с Приказом ЦБ РФ №ОД-943 от 10.04.2017 временная администрация по управлению кредитной организацией назначена в КБ «РЭБ» (АО) с 10 апреля 2017 года. Оспариваемая сделка совершена 29 марта 2017 года, т.е. за 12 дней до назначения временной администрации, в связи с чем, может быть оспорена по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

 

Согласно п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки - если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств.

 

В силу п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

 

Срок исковой давности на подачу заявления о признании Соглашения от 29.03.2017 недействительной сделкой не является пропущенным. Конкурсный управляющий Банком обратился в Измайловский районный суд г. Москвы с заявлением о взыскании задолженности с Ответчика по Кредитному договору № 

<

***> от 25.04.2016.

 

Решением Измайловского районного суда г. Москвы от 12.05.2021 по делу № 02-0781/2021 в удовлетворении исковых требований Банка к Ответчику о взыскании задолженности по Кредитному договору № 

<

***> от 25.04.2016, Договору поручительства № 

<

***>/П-1 отказано.

 

Апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 18.04.2022 по делу № 33-9115/2022 решение Измайловского районного суда г. Москвы от 12.05.2021 отменено, по делу принято новое решение, которым исковые требования Банка к Ответчику о взыскании задолженности по Кредитному договору № 

<

***> от 25.04.2016 в размере 81 025 753,43 руб. удовлетворены.

 

Удовлетворяя исковые требования Банка, суд апелляционной инстанции установил факт поручительства Ответчика по Кредитному договору № 

<

***> от 25.04.2016, в частности, из условий кредитного договора (п. 10.1) следует, что обеспечением исполнения обязательств заемщика, в числе прочих, является поручительство в соответствии с условиями договора поручительства – 1 – это Договор поручительства № 

<

***>/П-1 от 25.04.2016, заключенный с ФИО2 Кроме того, судом апелляционной инстанции учтены пояснения представителя Ответчика, который указал, что Ответчик не оспаривает свою подпись на Договоре поручительства № 

<

***>/П-1 от 25.04.2016 в связи с чем отказался от почерковедческой экспертизы. Таким образом, апелляционным определением от 18.04.2022 по делу № 33-9115/2022 установлено наличие Договора поручительства № 

<

***>/П-1 от 25.04.2016 с Ответчиком, на факт расторжения которого Ответчик ни в одном судебном заседании не ссылался.

 

Определением Второго кассационного суда общей юрисдикции от 20.09.2022 по делу № 8Г-19754/2022 апелляционное определение от 18.04.2022 по делу № 33-9115/2022 оставлено без изменения.

 

31.10.2022 (согласно штампу экспедиции Басманного районного суда г. Москвы) Ответчиком подано в Басманный районный суд г. Москвы исковое заявление к Банку, в котором он просит признать Договор поручительства № 

<

***>/П-1 от 25.04.2016 расторгнутым в связи с тем, что между Ответчиком и Банком заключено Соглашение от 29.03.2017.

 

28.11.2022 Конкурсный управляющий Банком получил повестку Басманного районного суда г. Москвы о назначении судебного заседания по рассмотрению искового заявления Ответчика к Банку. Таким образом, Конкурсный управляющий Банком ознакомился с исковым заявлением в Басманном районном суде г. Москвы и, соответственно, узнал о Соглашении от 29.03.2017 только 12.01.2023.

 

Ссылка Ответчика на п. 6 ст. 367 ГК РФ, в связи с чем Ответчик указывает на окончание срока исковой давности 25.10.2018 не обоснована, поскольку в настоящем деле о банкротстве Банка не рассматривается спор о взыскании задолженности с поручителя по Кредитному договору № 

<

***> от 25.04.2016.

 

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: - стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; - должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; - после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

 

В п. 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

 

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: 

а) Сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; 

б) В результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; 

в) Другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления). 

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

 

В п. 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 разъяснено, что в силу абз. 1 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (ст. 19 закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника; данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

 

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. 

 

С учетом сложившихся обычаев делового оборота в области кредитования юридических и физических лиц, практика предоставления банками кредитов направлена на получение максимально возможного обеспечения по кредитам, поскольку выдача банком не обеспеченных кредитов влечет увеличение финансовой нагрузки на саму кредитную организацию в связи с необходимостью формирования резервов на возможные потери.

 

Судом первой инстанции установлено, что оспариваемое соглашение было заключено при наличии у него признаков несостоятельности (банкротства).

 

Так, из материалов обособленного спора следует, что в КБ «РЭБ» (АО) по состоянию на 30.03.2017 открыта картотека по балансовому счету № 47418 «Средства, списанные со счетов, но не проведенные по корреспондентскому счету кредитной организации из-за недостаточности средств». 

 

При этом из представленных агентством доказательств видно, что в момент заключения спорных соглашений на корреспондентском счете Сочинского филиала банка имелись неисполненные распоряжения других клиентов с 15.03.2017 и попавшие на счет № 47418 «Средства, списанные со счетов, но не проведенные по корреспондентскому счету кредитной организации из-за недостаточности средств», и которые так и не были исполнены банком. 

 

Наличие неисполненных распоряжений других клиентов в Сочинском филиале банка с 15.03.2017, в частности АО «Крайжилкомресурс», установлено вступившим в законную силу определением Арбитражного суда г. Москвы от 11.01.2019, вынесенного по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего КБ «РЭБ» (АО) к АО «Крайжилкомресурс» о признании недействительной банковской операции, выразившейся в переводе денежных средств в размере 93.000.000,00 руб. в иную кредитную организацию, оставленным без изменений постановлениями Девятого арбитражного апелляционного суда от 07.03.2019, и Арбитражного суда Московского округа. 

 

Кроме того, с 24.03.2017 в головном офисе банка имелась картотека неисполненных распоряжений клиентов, что подтверждается вступившими в законную силу судебными актами, приятными по результатам рассмотрения ряда обособленных споров по настоящему делу. В частности, неисполненными оставались распоряжения обществ с ограниченной ответственностью «Кроха», «Меридиан Энерго», «Разработка информационных систем», «РуниСтрой», «Центр геодинамических исследований», индивидуального предпринимателя ФИО6 на сумму, превышающую 5 000 000 рублей, а также общества «ОрионЦентр»: платежные поручения от 24.03.2017 № 12, 13 и 14 на суммы 2 218 рублей, 246 рублей и 2 582 рублей соответственно остались неисполненными. О неисполнении банком обязательств перед своими клиентами свидетельствует и предоставленная 30.03.2017 в Банк России отчетность, по результатам анализа которой регулятором вынесено предписание о необходимости отображения неисполненных платежей на счетах должника.

 

В силу части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

 

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2011 N 30-П разъяснено, что признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения, принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. 

 

При таких обстоятельствах, в силу положений части 2 статьи 69 АПК РФ установленные в рамках настоящего дела о банкротстве обстоятельства наличия картотеки у банка не подлежат доказыванию вновь в рамках настоящего обособленного спора. Наличие «скрытой» и официальной картотеки неисполненных платежных документов уже само по себе свидетельствует о том, что сделка выходит за пределы обычной хозяйственной деятельности. Таким образом, суд первой инстанции верно приходит к выводу о том, что на дату заключения оспариваемого соглашения у Банка имелись признаки неплатежеспособности. При этом, как указано выше, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в том числе сделка была совершена безвозмездно.

 

Также отсутствие взаимосвязи Ответчика и Банка в отсутствие обоснования необходимости и экономической целесообразности заключения Соглашения от 29.03.2017 не опровергает довод Конкурного управляющего Банком о знании Ответчика о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов Банка, поскольку из фактических обстоятельств дела следует, что посредством Соглашения от 29.03.2017 прекращались обязательства Ответчика перед Банком без предоставления встречного исполнения. Так как фактически Соглашение от 29.03.2017 является безвозмездным отказом от прав требования к Ответчику, то у Банка и Ответчика не было разумных экономических оснований для заключения Соглашения от 29.03.2017, за исключением освобождения Ответчика от обязательств

 

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что спорное соглашение было совершено с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, поскольку на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности и недостаточности имущества, спорное соглашение совершено безвозмездно (абз. 3 пункта 5 Постановления от 23.12.2010 N 63).

 

Также суд первой инстанции установил, что в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов.

 

Как указано в абз. 7 пункта 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абз. 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

 

Соглашение не содержат положений о каком-либо встречном исполнении со стороны ответчика за прекращение обязательств по Договору № 

<

***>/П-1 от 25.04.2016. Учитывая изложенное, суд первой инстанции установил, что заключение сделки посредством соглашения Банк лишился возможности получить удовлетворение своих требований по кредитному договору № 

<

***> от 25.04.2016 за счёт поручителя (ответчика), что нанесло вред имущественным правам кредиторов Банка (абз. 4 п. 5 Постановления от 23.12.2010 № 63). Также, суд первой инстанции установил, что к моменту совершения сделки другая сторона соглашения знала или должна была знать о цели должника причинить вред имущественным правам кредиторов должника.

 

Согласно разъяснениям, данным в пункте 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63, в силу абз. 1 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (ст. 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

 

В данном случае из фактических обстоятельств дела следует, что посредством соглашений прекращались обязательства ответчика перед Банком без предоставления встречного исполнения. Банк является коммерческой организацией, целью деятельности которой является извлечение прибыли. Поскольку фактически соглашения являются безвозмездным отказом от прав требований к ответчику, то у соглашения не было разумных экономических оснований для заключения соглашения, за исключением освобождения ответчика от обязательств.

 

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об обстоятельствах совершения сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

 

В рассматриваемом случае суд первой инстанции обоснованно учел поведение кредитора, отказывающегося от обеспечения по обязательству (что влечет существенное снижение гарантий возврата долга). Данное поведение должно породить у любого добросовестного и разумного участника гражданского оборота сомнения относительно правомерности подобных действий. Такой участник оборота должен осознавать, что сделка по расторжению соглашения об обеспечении с высокой степенью вероятности может нарушать права и законные интересы кредиторов его контрагента, справедливо рассчитывающих на удовлетворение своих требований за счет пополнения конкурсной массы посредством возврата кредитных средств.

 

Учитывая, что в результате подобной сделки лицо, освобожденное от обеспечительного бремени, получает существенную нетипичную выгоду (которую бы оно никогда не получило при нормальном развитии отношений), суд считает, что на него подлежит возложению риск от вероятного (а как было установлено судом позднее, неизбежного) банкротства должника, заключающийся в оспаривании соответствующей сделки и возможности признания ее недействительной.

 

Отклонение поведения Банка от стандартов разумного и добросовестного осуществления гражданских прав указывает на сомнительность отмены обеспечительного обязательства, что должен был понимать поручитель (ответчик) в отсутствие исполнения в полном объёме Заёмщиком своих обязательств, обеспеченных поручительством перед Банком. Аналогичная правовая позиция изложена в определении Верховного Суда РФ от 23.08.2018 года № 301-ЭС17-7613(3).

 

Кроме того, позиция по вопросу распределения бремени доказывания того, было ли известно ответчику о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов Банка, подтверждается сложившейся практикой Верховного Суда Российской Федерации, в соответствии с которой на основе системного анализа действующих положений об оспаривании сделок по специальным основаниям (например, сравнения п.п. 1 и 2 ст. 61.2 или п.п. 2 и 3 ст. 61.3 Закона о банкротстве) Верховный Суд Российской Федерации приходит к выводу, что по мере приближения даты совершения сделки к моменту, от которого отсчитывается период подозрительности (предпочтительности), законодателем снижается стандарт доказывания недобросовестности контрагента как условия для признания сделки недействительной (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.08.2018 года № 301-ЭС17-7613(3)).

 

Учитывая, что оспариваемое соглашение заключено за 12 дней до назначения временной администрации, квалификация поведения ответчика на предмет недобросовестности (осведомленности о цели причинения вреда) должна осуществляться исходя из пониженного стандарта доказывания в отличие от аналогичных сделок, заключенных, например, за два года до назначения временной администрации.

 

Оценив в совокупности представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что ответчик не мог не знать о цели нанесения вреда имущественным правам кредиторов исходя из нетипичного для кредитной организации поведения при заключении соглашения. При таких обстоятельствах спорная сделка обоснованно признана недействительной на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве. 

 

В отношении доводов конкурсного управляющего о недействительности оспариваемой сделки по основаниям, предусмотренным ст.ст. 10, 168 ГК РФ, судом первой инстанции установил. В соответствии с п. 2 ст. 168 ГК РФ, если из закона не следует иное, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна. В силу п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения требований, предусмотренных п. 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (п. 2 ст. 10 ГК РФ). Для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что, совершая сделку, стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес. 

 

Кроме того, одновременное оспаривание сделки на основании специальным норм Закона о банкротстве (ст.ст. 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве) и общегражданских норм (статьи 10 и 168 ГК РФ) действующим законодательством не предусмотрено (определение Верховного Суда РФ от 24.10.2017 № 305-ЭС17-4886 (1) по делу № А41-20524/2016).

 

В соответствии с п. 29 Постановления Пленума ВАС от 23.12.2010 № 63 если сделка, признанная в порядке главы III.1 Закона о банкротстве недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки (п. 2 ст. 167 ГК РФ, п. 1 ст. 61.6 и абз. 2 п. 6 ст. 61.8 Закона о банкротстве) независимо от того, было ли указано на это в заявлении об оспаривании сделки.

 

Применяя последствия недействительности сделок суд первой инстанции исходил из следующего. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (п. 2 ст. 167 ГК РФ). В соответствии с п. 1 ст. 61.6 Закона о банкротства в случае признания сделки в соответствии с настоящей главой недействительной все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по такой сделке подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения. При этом суд не связан заявленными реституционными требованиями, а должен по результатам рассмотрения обоснованности заявления о признании сделки должника недействительной применить последствия, направленные на восстановление нарушенного права.

 

Таким образом, суд самостоятельно применяет последствия недействительности сделки, независимо от того, заявлено о них или нет, и применяет подлежащие применению реституционные меры в зависимости от обстоятельств оспариваемой сделки, независимо от того, о применении каких последствий заявлено. В качестве применения последствий недействительности сделок суд первой инстанции обоснованно признал необходимым восстановить обязательства ответчика по договору поручительства.

 

По смыслу п. 1 ст. 408 ГК РФ результат сделок, направленных на надлежащее исполнение, заключается в прекращении обязательства, при этом вместе с основным, в данном случае - кредитным, прекращаются и обязательства акцессорные, обеспечивающие его (п. 4 ст. 329 ГК РФ). Следовательно, прямым последствием признания недействительным исполнения по специальным основаниям законодательства о несостоятельности является восстановление обязательств (ст. 167 ГК РФ и п. 4 ст. 61.6 Закона о банкротстве), поскольку правовая природа  обеспечительных сделок заключается в ограждении кредитора от риска непредоставления должником исполнения по основному обязательству, в повышении вероятности погашения долга за счет обеспечения, в защите кредитора от неоплатности должника, в том числе, на случай банкротства последнего.

 

Руководствуясь ст.ст. 314, 367 ГК РФ, а также п. 42 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 45 «О некоторых вопросах разрешения споров о поручительстве», суды указали, что в данном случае невозможно установить обстоятельства изменения срока исполнения основного обязательства, обеспеченного поручительством, и установить наличие оснований прекращения договоров поручительства. В рассматриваемом случае восстановление прав банка по кредитному договору и обеспечительным сделкам соответствует правилам п. 2 ст. 167 ГК РФ, а признание статуса кредитора в обязательстве не влечет автоматического взыскания долга по такому обязательству.

 

Поскольку в данном случае исследованию подлежит вопрос о применении последствий недействительности соглашения о расторжении договора поручительства, и не подлежит установлению вопрос о наличии (отсутствии) долга или его размера, вытекающего из договоров поручительства, исходя из правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.09.2020 № 305-ЭС20-6652, данный вывод может быть сделан лишь по результатам судебного разбирательства по иску банка к поручителю.

 

Таким образом, применением последствий недействительности сделки в настоящем случае является восстановление права требования КБ «РЭБ» (АО) по договору поручительства № 

<

***>/П-1 от 25.04.2016.

 

Поскольку содержание апелляционной жалобы ФИО2 обусловлено несогласием с выводами суда первой инстанции, при отсутствии в материалах апелляционной жалобы доказательств, которые могли бы поставить под сомнение правильность вывода суд первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания иной оценки выводов суда первой инстанции и отмены обжалуемого судебного акта.

 

С учетом изложенного и руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 18.10.2023 по делу № А40- 71362/17 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО5 - без удовлетворения.

 

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

 

Председательствующий судья:                                                                 Р.Г. Нагаев 

Судьи:                                                                                                          О.В. Гажур 

А.Н. Григорьев