АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА 

Именем Российской Федерации 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А61-757/2024

г. Краснодар

09 октября 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 9 октября 2025 года. Постановление в полном объеме изготовлено 9 октября 2025 года.  

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Бабаевой О.В., судей Рассказова О.Л. и Цатуряна Р.С., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Шуляк О.С. и участии в судебном заседании, проводимом с использованием системы веб-конференции, от истца – публичного акционерного общества «Россети Северный Кавказ» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) − ФИО1 (доверенность от 01.01.2025), от ответчика – общества с ограниченной ответственностью «Просвет» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) – ФИО2 (доверенность от 01.05.2025), в отсутствие третьего лица – общества с ограниченной ответственностью «ИрафТрансСтрой» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), извещенного о времени и месте судебного заседания путем размещения информации в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Просвет» на решение Арбитражного суда Республики Северная Осетия – Алания от 23.12.2024 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.05.2025 по делу № А61-757/2024, установил следующее.  

ПАО «Россети Северный Кавказ» (далее – компания) обратилось в арбитражный суд к ООО «Просвет» (далее – общество) с иском о взыскании 83 848 рублей 27 копеек стоимости потерь электрической энергии за октябрь 2023 года, возникших в приобретенных ответчиком у ООО «ИрафТрансСтрой» объектах электросетевого хозяйства, и 47 812 рублей 86 копеек неустойки, начисленной с 21.11.2023 по 07.11.2024, с последующим ее начислением по день погашения долга (уточненные требования).  

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ООО «ИрафТрансСтрой».  

Решением суда от 23.12.2024, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 22.05.2025, иск удовлетворен; распределены судебные расходы  

на уплату государственной пошлины. Суды пришли к выводу об обязанности общества как владельца объектов электросетевого хозяйства оплачивать потери электрической энергии в собственных сетях.  

В кассационной жалобе общество просит изменить обжалуемые судебные акты и принять новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении требований о взыскании с общества в пользу компании 53 493 рублей 11 копеек задолженности и 30 503 рублей 41 копейки неустойки. Заявитель не оспаривает объем потерь, рассчитанный компанией, однако считает правомерным применение в расчете стоимости фактических потерь электроэнергии тарифа, установленного для сетевых организаций, к величинам, превышающим объем потерь электрической энергии по сравнению с объемами потерь, учтенными в сводном прогнозном балансе. По мнению общества, оно является сетевой организацией и с момента приобретения спорного оборудования фактически оказывала услуги по передаче электроэнергии конечным потребителям; общество не утрачивает статус сетевой организации при приобретении новых сетей, в связи с этим отсутствуют основания для применения в расчетах тарифа, установленного для лиц, не оказывающих услуги по передаче электрической энергии (прочие потребители); то обстоятельство, что объекты электросетевого хозяйства поступили во владение общества в течение периода тарифного регулирования и не были учтены в составе объектов электросетевого хозяйства, учтенных при формировании единого котлового тарифа на 2023 год, лишает общество права на получение платы за услуги по передаче электрической энергии, но не дает компании право применять в расчетах с обществом тариф, установленный для лиц, не оказывающих услуги по передаче электрической энергии (прочие потребители). По мнению общества, оплата электрической энергии в целях компенсации потерь в электросетях ответчика должна осуществляться по цене, установленной для сетевой организации без учета тарифа на услуги по передаче электроэнергии в соответствии с пунктом 251 Основных положений функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 04.05.2012 № 442 (далее – Основные положения).  

В отзыве на кассационную жалобу компания просит оставить судебные акты без изменения, а жалобу – без удовлетворения.  

В судебном заседании представители сторон поддержали свои доводы и возражения.  

В судебном заседании 30.09.2025 объявлен перерыв на основании статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса до 08.10.2025, информация о перерыве размещена в сервисе «Картотека арбитражных дел».  

После перерыва рассмотрение кассационной жалобы продолжено в том же составе суда, с участием представителей общества и компании. Изучив материалы дела, доводы, изложенные в кассационной жалобе и отзыве на нее, выслушав участвующих в деле лиц, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.  

Как видно из материалов дела и установлено судами, с 01.04.2023 компания исполняет функции гарантирующего поставщика в Республике Северная Осетия – Алания на основании приказа Министерства энергетики Российской Федерации от 21.03.2023 № 181 «О присвоении статуса гарантирующего поставщика территориальной сетевой организации».  

Также компания является территориальной сетевой организацией, которая осуществляет деятельность по передаче электрической энергии в том числе по распределительным сетям на территории Республики Северная Осетия – Алания.  

По договору купли-продажи от 27.09.2023 № 08/23/ВВ общество приобрело у ООО «ИрафТрансСтрой» электросетевое имущество, которое использовалось для передачи электрической энергии присоединенным к сетям абонентов (потребителей).  

Объекты электросетевого хозяйства приобретены обществом у ООО «ИрафТрансСтрой» в конце периода тарифного регулирования, затраты на их содержание не учитывались тарифным органом при утверждении единого котлового тарифа на услуги по передаче электрической энергии, величина возникающих на соответствующих участках сетей потерь электрической энергии не заявлена и не учтена в сводном прогнозном балансе на 2023 год.  

Ссылаясь на то, что в октябре 2023 года на электросетевом имуществе имели место потери электрической энергии в объеме 9520 кВт/ч на сумму 83 848 рублей 27 копеек, компания направила обществу претензию об оплате задолженности, неисполнение требований которой послужило основанием обращения компании в арбитражный суд с иском.  

В ходе рассмотрения спора сторонами не оспаривалось наличие в электросетевом имуществе потерь электроэнергии в исковой период в указанном компанией объеме, разногласия сторон сводились к порядку определения стоимости указанных потерь.  

Компания, применяя тариф «прочие потребители», исходила из того, что ООО «ИрафТрансСтрой» не являлось сетевой организацией.  

Общество, полагая необходимым при оплате потерь электроэнергии учитывать тариф на уровне нерегулируемых цен, применяемых при расчетах с сетевой организацией, ссылалась на функциональное назначение приобретенных объектов электросетевого  

хозяйства – их использование для передачи энергии присоединенным к сетям абонентам (потребителям).  

Исследовав и оценив в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представленные сторонами доказательств, суды первой и апелляционной инстанций установили, что затраты на содержание спорных объектов электросетевого хозяйства не учитывались тарифным органом при утверждении единого котлового тарифа на услуги по передаче электрической энергии, величина возникающих на соответствующих участках сетей потерь электрической энергии не заявлена и не учтена в вводном прогнозном балансе на 2023 год.  

Признав обоснованным и соответствующим действующему законодательству расчет фактических потерь в сетях ответчика, произведенный истцом с применением тарифа, учитывающего сбытовую надбавку «для прочих потребителей» и компенсацию стоимости услуг по передаче электрической энергии, суды удовлетворили исковые требования.  

Разрешая спор, суды руководствовались положениями Федерального закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» (далее – Закон об электроэнергетике), Основными положениями, Основами ценообразования в области регулируемых цен (тарифов) в электроэнергетике, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 29.12.2011 № 1178 (далее – Основы ценообразования № 1178), Методическими указаниями по расчету тарифов на электрическую (тепловую) энергию на розничном (потребительском) рынке, утвержденными приказом Федеральной службы по тарифам от 06.08.2004 № 20-э/2 (далее – Методические указания № 20-э/2), устанавливающими содержание обязательств сторон в правоотношениях по компенсации потерь, порядок определения их объема и стоимости.  

Законодательство, регулирующее правоотношения по передаче электроэнергии, исходит из того, что в силу естественно-монопольной деятельности электросетевых организаций цена услуг по передаче электроэнергии (тарифы) устанавливается государством путем принятия органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации в области государственного регулирования тарифов решения об установлении тарифа.  

Во исполнение закрепленных законодателем принципов государственного регулирования в субъектах Российской Федерации реализована котловая экономическая модель взаиморасчетов за услуги по передаче электроэнергии (приказ Федеральной службы по тарифам (далее – ФСТ России) от 31.07.2007 № 138-э/6, информационное  

письмо ФСТ России от 04.09.2007 № ЕЯ-5133/12 «О введении котлового метода расчета тарифов на услуги по передаче электрической энергии»).  

В условиях котловой модели взаиморасчетов все потребители, относящиеся к одной группе, оплачивают котлодержателю услуги по передаче электроэнергии по единому (котловому) тарифу. За счет этого котлодержатель собирает необходимую валовую выручку сетевых организаций, входящих в «котел», и распределяет ее между смежными сетевыми организациями посредством использования индивидуальных тарифов, обеспечивая тем самым необходимую валовую выручку каждой из сетевых организаций (в том числе собственную) для покрытия их производственных издержек и формирования прибыли (пункт 3 Основ ценообразования № 1178, пункты 49, 52 Методических указаний № 20-э/2).  

Внутри котловой экономической модели может возникать ситуация, при которой сетевая организация приобретает объекты электросетевого хозяйства у лица, не являющегося сетевой организацией. В таком случае при рассмотрении споров о взыскании стоимости услуг по передаче энергии необходимо иметь в виду следующее.  

Презумпция добросовестности сетевой организации (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»; далее – постановление № 25) действует до тех пор, пока процессуальным оппонентом не будет доказано, что услуги по передаче электрической энергии (или их часть) были оказаны с использованием новых электросетевых объектов (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).  

Когда новые электросетевые объекты получены сетевой организацией от иного владельца (не являющегося сетевой организацией), то есть, когда при принятии тарифного решения регулятором не устанавливался тариф на передачу электрической энергии, в том числе посредством их использования, то, пока не доказано обратное, предполагается, что сетевая организация намеренно действовала в обход тарифного решения с целью перераспределения котловой выручки в свою пользу, и услуги по передаче электрической энергии, оказанные посредством использования новых электросетевых объектов, оплате не подлежат (пункты 1, 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Изложенное следует из правовых позиций Верховного Суда Российской Федерации, сформулированных в определениях от 08.04.2015 № 307-ЭС14-4622, от 26.10.2015 № 304-ЭС15-5139, от 08.09.2016 № 307-ЭС16-3993, от 19.01.2017 № 305-ЭС16-10930(1,2), от 04.09.2017 № 307-ЭС17-5281, от 28.12.2017  

 № 306-ЭС17-12804, от 04.06.2018 № 305-ЭС17-21623, от 04.06.2018 № 305-ЭС17-20124, от 04.06.2018 № 305-ЭС17-22541, от 28.06.2018 № 306-ЭС17-23208.  

Следует учитывать, что одним из видов правовой реакции на действия, совершенные в обход закона, является применение именно тех правил, которые стремился избежать осуществляющий подобные действия субъект (пункт 8 постановления № 25). Применительно к котловой экономической модели взаиморасчетов за услуги по передаче электрической энергии это означает, что сетевая организация вправе претендовать на получение платы за услуги лишь в том размере, который учтен регулирующим органом при утверждении индивидуального тарифа (в объеме ее необходимой валовой выручки) (определение Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2018 № 306-ЭС17-23208).  

Другими словами, суд по результатам рассмотрения соответствующего спора должен обеспечить экономическое восстановление котловой модели взаиморасчетов таким образом, как если бы она фактически была соблюдена всеми ее участниками.  

Возможность субъекта электроэнергетики, являющегося лицом, обязанным оплатить услуги по передаче электрической энергии, оказанные сетевой организацией посредством использования новых электросетевых объектов, компенсировать незапланированные затраты в последующих тарифных периодах с использованием мер тарифного регулирования (пункт 7 Основ ценообразования № 1178, пункты 19, 20 Методических указаний № 20-э/2), не может служить мотивировкой допустимости нарушения сетевой организацией тарифно-балансового плана хозяйственной деятельности электросетевого комплекса региона. Иное правопонимание противоречит пункту 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку поступление новых электросетевых объектов во владение сетевой организации находится в сфере субъективного контроля последней.  

Мерами тарифного регулирования корректируются только объективные просчеты такого регулирования (подключение новых объектов электроснабжения, изменение схемы энергоснабжения и т.п.) (определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.10.2015 № 304-ЭС15-5139, от 19.01.2017 № 305-ЭС16-10930(1,2). Субъективные же просчеты сетевых организаций, к которым, помимо прочего, может быть отнесен выход за рамки экономической модели, являются рисками их предпринимательской деятельности и возмещению не подлежат (определение Верховного Суда Российской Федерации от 08.09.2016 № 307-ЭС16-3993).  

Иной подход означал бы перераспределение котловой валовой выручки, на соответствующую часть которой правомерно претендуют сетевые организации, входящие в котловую экономическую модель электроснабжения региона, только в пользу одного из  

участников этой модели в связи с его собственными действиями, которые в силу принципа относительности гражданско-правовых договорных обязательств (пункт 3 статьи 308 Гражданского кодекса Российской Федерации), не должны негативно отражаться на имущественной массе третьих лиц, что также вступает в противоречие с утвержденным тарифным решением и принципами государственного ценового регулирования услуг по передаче электроэнергии (статьи 23, 26 Закона об электроэнергетике).  

Срок предоставления предложений по техническому расходу электрической энергии и мощности в электрических сетях истек до момента приобретения ответчиком прав на объекты электросетевого хозяйства у лица, не имеющего статуса сетевой организации, потери в сводном прогнозном балансе на 2023 года не учтены, поэтому сетевая организация (общество) являются иным владельцем таких сетей и обязана оплачивать возникающие в таком объектах потери по тарифу, установленному для потребителей.  

Исходя из понятия, содержащегося в пункте 2 Правил № 861, критериями, обеспечивающими соответствие статусу сетевой организации, являются владение на законном основании объектами электросетевого хозяйства, с использованием которых оказываются услуги по передаче электрической энергии; включение в перечень территориальных сетевых организаций; учет затрат такого субъекта, в том числе – не связанных со спорным объектом субаренды, учтены при формировании котлового тарифа.  

Судами учтено, что в материалы дела не представлено сведений, подтверждающих учет расходов на содержание нового объекта электросетевого хозяйства при утверждении тарифного решения, внесение информации о возникающих в нем потерях в сводный прогнозный баланс, принятого во внимание содержание утвержденного тарифного решения, как общей схемы организации расчетов, осуществляемых в связи с оказанием услуг по передаче и эксплуатацией спорных объектов электросетевого хозяйства, предписывающего ответчику осуществлять расчеты за потери с применением тарифа для прочих потребителей.  

При этом применение указанного тарифа не умаляет статуса общества как сетевой организации, эксплуатирующей спорные объекты в исковом периоде, а лишь является последствием ее действий, совершенных на свой риск, подчиненных структуре урегулированных отношений, обеспечивающих эффективность и результативность котловой модели, расчеты участников которой производятся с соблюдением  

экономической логики утвержденных тарифов (определение Верховного Суда Российской Федерации от 13.09.2019 № 306-ЭС18-25562).  

Согласно абзацу пятому пункта 4 Основных положений иные владельцы объектов электросетевого хозяйства приобретают электрическую энергию (мощность) в целях компенсации потерь электрической энергии, возникающих в принадлежащих им на праве собственности или на ином законном основании объектах электросетевого хозяйства, и выступают в этом случае как потребители.  

В развитие положений статьи 26 Закона об электроэнергетике законодатель внес изменения в пункты 129 – 130 Основных положений, согласно которым потери электрической энергии, возникающие в принадлежащих иным владельцам объектах электросетевого хозяйства, приравниваются к потреблению электрической энергии и оплачиваются иными владельцами в рамках заключенных ими договоров, обеспечивающих продажу электрической энергии (мощности) на розничных рынках, с учетом оплаты услуг по передаче электрической энергии (пункт 129). При отсутствии заключенного в письменной форме договора о приобретении электрической энергии (мощности) для целей компенсации потерь электрической энергии или договора, обеспечивающего продажу электрической энергии (мощности) на розничных рынках, сетевые организации (иные владельцы объектов электросетевого хозяйства) оплачивают стоимость электрической энергии в объеме фактических потерь электрической энергии гарантирующему поставщику, в границах зоны деятельности которого расположены объекты электросетевого хозяйства сетевой организации (иного владельца объектов электросетевого хозяйства; пункт 130).  

Из приведенных положений в их системном толковании следует, что обязанность гарантирующего поставщика (иной сбытовой организации) оплатить сетевой организации стоимость услуг по передаче электрической энергии, исчисленной от объема потерь, возникших в сетях иного владельца, поставлена в зависимость от заключения иным владельцем с лицом, осуществляющим продажу электрической энергии, соответствующего договора, включающего условие об урегулировании отношений по передаче электрической энергии. При отсутствии такого договора субъектом, который вправе требовать от иного владельца компенсацию потерь, возникших в его сетях, является гарантирующий поставщик. Включение в эту компенсацию стоимости услуг по передаче электрической энергии не предусмотрено.  

В то же время сетевая организация не лишена права самостоятельно требовать от иного владельца оплаты услуг по передаче электрической энергии в объеме потерь, образовавшихся в сетях такого владельца.  

В рассматриваемом случае компания одновременно является и гарантирующим поставщиком, имеющим право на получение компенсации стоимости потерь электроэнергии, и сетевой организацией, имеющей право на взыскание стоимости услуг по передаче электрической энергии.  

По сути, доводы кассационной жалобы общества сводятся к несогласию с примененным судами тарифом, учитывающим сбытовую надбавку гарантирующего поставщика для прочих потребителей, при наличии статуса сетевой организации.  

Суждения общества относительно сохранения у него статуса сетевой организации представляются обоснованными и согласуются со сформированным правовым подходом (определение Верховного Суда Российской Федерации от 13.09.2019 № 306-ЭС18-25562).  

Между тем, возражая против примененного тарифа для прочих потребетилей, общество не учитывает, что потери электроэнергии во вновь приобретенных объектах электросетевого имущества не учтены и объективно не могли учитываться в сводном прогнозном балансе производства и поставок электроэнергии, поскольку приобретены после установления тарифов у иного владельца, не имеющего статуса сетевой организации. Данные обстоятельства составляют опровержимую презумпцию и пока не доказано обратное (учет в сводном прогнозном балансе производства и поставок), сетевая организация должна оплачивать стоимость потерь, возникающих в спорных объектах, с применением тарифа, установленного для прочих потребителей.  

С учетом изложенного спор разрешен судами в соответствии с установленными обстоятельствами при верном применении норм материального права, регулирующих спорные правоотношения.  

Нарушения, предусмотренные статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в качестве оснований для отмены или изменения судебных актов, не установлены.  

Оснований для отмены обжалуемых судебных актов с учетом приведенных в кассационной жалобе доводов не имеется.  

Руководствуясь статьями 274, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Северная Осетия – Алания от 23.12.2024 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.05.2025 по делу № А61-757/2024 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий О.В. Бабаева  

Судьи О.Л. Рассказов  

 Р.С. Цатурян