ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А05-11840/2022

г. Вологда

25 августа 2023 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 23 августа 2023 года.

В полном объёме постановление изготовлено 25 августа 2023 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Кузнецова К.А., судей Марковой Н.Г. и Селецкой С.В., при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, 

при участии с использованием системы веб-конференции ФИО2 лично, от апеллянта ФИО3 по доверенности от 26.01.2023 № 29 АА 1753263, от ФИО4 представителя ФИО5 по доверенности от 14.03.2023; от общества с ограниченной ответственность «Двина-Строй» ФИО6 по доверенности от 27.10.2022,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО7 на определение Арбитражного суда Архангельской области от 15 мая 2023 года по делу № А05-11840/2022,

у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда Архангельской области от 07.12.2022 принято к производству заявление ФИО2 о признании общества с ограниченной ответственностью Специализированный застройщик «НОРД» (ОГРН 

<

***>; ИНН 

<

***>; адрес: 163069,                                

<

...>; далее – ООО СЗ «НОРД», Общество, Должник) несостоятельным (банкротом), в котором он  просит:

признать должника несостоятельным (банкротом);

привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам должника участников Общества ФИО7, ФИО8, ФИО4, общество с ограниченной ответственностью «Двина-Строй» (далее – ООО «Двина-Строй»);

взыскать солидарно с ответчиков 1 530 000 руб. долга, 766 000 руб. штрафа, 2000 руб. компенсации морального вреда, 2650 руб. расходов по государственной пошлине;

взыскать солидарно с ответчиков 295 554 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 06.04.2021 по 06.09.2022 включительно с последующим начислением процентов по день фактической оплаты.

Определением суда от 01.02.2023 требования кредитора о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и взыскании с них солидарно 2 300 650 руб. задолженности, 295 554 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами, судебных расходов выделены в отдельное производство, назначены к рассмотрению судом в судебное заседание, производство по делу о банкротстве должника прекращено.

Определением суда от 15.05.2023 с ФИО7 в пользу ФИО2 в порядке субсидиарной ответственности взыскано 2 710 039 руб. 65 коп., а также проценты за пользование чужими денежными средствами, начисленные на сумму долга 2 300 650 руб. по правилам статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) с 05.05.2023 по день фактической оплаты долга. В удовлетворении требований к остальным ответчикам отказано.

ФИО7 с этим определением суда не согласился, обратился в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит его отменить в удовлетворенной части.

В обоснование своей позиции ссылается на то, что являются необоснованными выводы суда о действиях ФИО7 при наличии конфликта между личными интересами и интересами должника. 

Срок заключения договора являлся пресекательным – до 01.07.2021, пролонгация его действия невозможна, поскольку должник утратил преимущественное право на заключение нового договора аренды земельного участка.

Суд первой инстанции необоснованно принял во внимание то, что земельный участок являлся единственным значительным активом должника, в отсутствие которого его деятельность окажется невозможной.

Суду первой инстанции следовало проверить, действительно ли право аренды земельного участка может рассматриваться в качестве актива Общества.

В деле не имеется доказательств того, что до рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности Общество при заключении договора аренды на новый срок смогло бы освоить земельный участок, получить разрешительную документацию, построить многоквартирный дом и гарантированно получить прибыль.

На момент заключения ФИО7 01.07.2021 дополнительного соглашения к договору аренды о его расторжении у Общества отсутствовали какие-либо активы для реализации строительства. 

Полагает, что поступил разумно, накапливать неисполняемую задолженность по арендной плате не мог, поскольку это ухудшило бы финансовое состояние должника.

Сделку от 07.04.2020, ставшую основанием для взыскания впоследствии с ООО СЗ «НОРД» денежных средств, заключила ФИО4, самостоятельно определив ее существенные условия, следовательно, она является  контролирующим должника лицом.

У ФИО4 имелся доступ к печати Общества, поскольку она являлась участником ООО СЗ «НОРД» и имела беспрепятственный доступ в офис Общества.

ФИО4 предлагалось, в том числе судом, представить документы о передаче денежных средств, полученных от заявителя, руководителю                   ООО СЗ «НОРД», однако она этого не сделала. Денежные средства остались у ФИО4 

Остальные участники участия в деятельности Общества не принимали.

В настоящем судебном заседании представитель ФИО7 поддержал апелляционную жалобу.

ФИО2 и представители ФИО4, ООО «Двина-Строй» возразили против удовлетворения апелляционной жалобы.

ФИО8 в письменной позиции просит вынесенное определение отменить, направить спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд Архангельской области. 

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов».

Согласно части 5 статьи 268 АПК РФ в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть судебного акта, суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность судебного акта только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

В рассматриваемом случае, принимая во внимание часть 5 статьи 268 АПК РФ, пункт 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», а также учитывая отсутствие соответствующих возражений, апелляционный суд проверяет законность и обоснованность обжалуемого судебного акта только в той его части, в отношении которой подана жалоба ФИО7

Исследовав доказательства по делу, проверив законность и обоснованность судебного акта, апелляционный суд приходит к следующим выводам.

В обоснование заявления о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности ФИО2 указал, что застройщик умышленно самоустранился от исполнения договорных обязательств, денежные средства использовал не по назначению. Действия руководителя ООО СЗ «Норд» были направлены не на обеспечение нормальной хозяйственной деятельности организации, а исключительно на получение собственной выгоды. ФИО4 умышленно утаила отсутствие у Должника разрешения на строительство, что говорит о том, что организация не имела права проводить на арендованном земельном участке строительную деятельность и привлечение денежных средств участников долевого строительства. ФИО4 без установленных законом оснований, иными правовыми актами заключила сделку, в результате которой получила денежные средства в размере 1 530 000 руб. Данные денежные средства не отражены в бухгалтерской отчетности организации ООО СЗ «Норд». Руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества статьи 9 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции удовлетворил это заявление частично.

Согласно статье 223 АПК РФ и пункту 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как следует из материалов дела, ООО СЗ «НОРД» зарегистрировано 20.03.2019 с ОГРН 

<

***>, основным видом деятельности с момента основания является строительство жилых и нежилых зданий.

На момент создания Общества его участниками являлись: ФИО7 с долей участия 25 %, ФИО4 с долей участия 25 %,  ООО «Двина-Строй» с долей участия 30 %, ФИО8 с долей участия 20 %.

С момента создания ООО СЗ «НОРД» ФИО7 избран его руководителем (директором) на срок пять лет. 

На основании приказа от 20.03.2019 № 1 обязанности главного бухгалтера должника возложены на ФИО7

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве в целях указанного Закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В силу пункта 4 указанной статьи, пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

являлось руководителем должника, управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

имело право самостоятельно или совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ.

Согласно разъяснениям пункта 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия. Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.

Лицо не может быть признано контролирующим должника только на том основании, что оно состояло в отношениях родства или свойства с членами органов должника, либо ему были переданы полномочия на совершение от имени должника отдельных ординарных сделок, в том числе в рамках обычной хозяйственной деятельности, либо оно замещало должности главного бухгалтера, финансового директора. Названные лица могут быть признаны контролирующими должника на общих основаниях, в том числе с использованием предусмотренных законодательством о банкротстве презумпций, при этом учитываются преимущества, вытекающие из их положения.

В силу пункта 5 статьи 61.10 Закона о банкротстве арбитражный суд может признать лицо контролирующим должника лицом по иным основаниям.

В отношении ФИО7 апелляционная инстанция приходит в следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 16 Постановления № 53, под действиями контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые были необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы, при этом суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством. 

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

В силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что по общему правилу контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем. Таким образом, в случае выводов об отсутствии причинения существенного вреда имущественным правам кредиторов вследствие совершения руководителем от имени должника сделок либо о том, что причиненный вред не является существенным, судам надлежит проверить, допустило ли контролирующее должника лицо действия и (или) бездействие, существенно ухудшившие финансовое положение должника (пункт 17 Постановления № 53). 

Согласно части 1 статьи 65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (часть 2 статьи 9 АПК РФ).

С учетом того, что ФИО7 являлся руководителем ООО СЗ «НОРД», на основании пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве в отношении его действует опровержимая презумпция того, что он являлся контролирующим должника лицом и определял его действия.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, решением Октябрьского районного суда г. Архангельска от 26.02.2021 по делу № 2-595/2021 с должника в пользу кредитора ФИО2 взыскано 1 530 000 руб. долга, 2000 руб. компенсации морального вреда, 766 000 руб. штрафа, 2650 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

Решение вступило в законную силу, для его принудительного исполнения выдан исполнительный лист, предъявленный к исполнению в службу судебных приставов.

Из данного решения следует, что кредитор ФИО2 и должник заключили 07.04.2020 предварительный договор долевого участия в строительстве многоквартирного дома, по которому ООО СЗ «НОРД»  приняло на себя обязательство создать и в срок до 31.03.2021 передать кредитору жилое помещение примерной площадью 48,18 кв. м, расположенное по адресу: 

<

...>.

В качестве предварительной оплаты по договору кредитор внес денежные средства в размере 1 530 000 руб., о чем ему выдана квитанция к приходному кассовому ордеру от 07.04.2020 № 1.

Кредитор и должник подписали 12.08.2020 соглашение о расторжении предварительного договора, в котором Общество приняло обязательство возвратить кредитору уплаченные им денежные средства в размере                                1 530 000 руб. в срок до 21.09.2020.

Денежные средства кредитору до настоящего времени не возвращены.

В связи с изложенным кредитор обратился в суд с заявлением о признании его банкротом. Определением суда от 01.02.2023 производство по делу о несостоятельности (банкротстве) Общества прекращено на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.

Прочие возможные кредиторы Должника о вступлении в дело о банкротстве или о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности не заявили. 

Общество на имя ФИО4 выдало доверенность от 18.03.2020, по которой последняя наделена полномочиями:

 управлять и распоряжаться имуществом должника за исключением случаев, предусмотренных Федеральным законом «Об обществах с ограниченной ответственностью» и уставом для распоряжения имуществом по решению общего собрания участников должника, 

от имени и в интересах должника совершать сделки, заключать договоры, в том числе связанные с участием в размещении государственного или муниципального заказа, 

подписывать акты, счета, счета-фактуры, накладные, приказы, распоряжения, внутренние документы должника, 

совершать необходимые действия, предусмотренные Федеральным законом «Об обществах с ограниченной ответственностью» и уставом для подготовки общего собрания участников, как годового, так и внеочередного, 

отправлять от имени должника и получать на его имя любую корреспонденцию, открывать счета в любом кредитном учреждении Российской Федерации, в любых банках на территории Российской Федерации, получать выписки по счетов, подписывать платёжные документы, вносить и получать (в т. ч. со счетов) наличные денежные средства, 

подписывать бухгалтерскую отчётность, 

приобретать и отчуждать от имени и в интересах должника любые ценные бумаги, 

представительствовать от имени должника во всех государственных и муниципальных органах, учреждениях и организациях, 

заключать от имени должника, в том числе подписывать и скреплять его печатью следующие виды договоров: 

купли-продажи (в т. ч. поставки, поставки товаров для государственных и муниципальных нужд, недвижимости, предприятий); мены;  аренды (в т.ч. недвижимости (зданий, земельных участков, помещений), транспортных средств), подряда, безвозмездного пользования, возмездного оказания услуг, займа и кредита, а также иными полномочиями.

Доверенность выдана на срок один год.

Доверенность аналогичного содержания выдана ФИО4 19.03.2019, ее копия представлена в материалы дела.

Действуя на основании доверенности от 18.03.2020, ФИО4 заключила с кредитором указанные выше предварительный договор долевого участия в строительстве многоквартирного дома от 07.04.2020, дополнительное соглашение о расторжении предварительного договора от 12.08.2020, приняла от кредитора денежные средства в размере 1 530 000 руб., выдав квитанцию к приходному кассовому ордеру от 07.04.2020 № 1.

Данные документы подписаны ФИО4 и скреплены печатью должника.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Архангельской области от 17.06.2022 по делу № А05-13908/2021 установлено, что целью создания должника являлось строительство многоквартирного жилого дома на земельном участке с кадастровым номером 29:22:022519:10 по адресу: 

<

...>. 

Указанный земельный участок был приобретён ФИО7 по договору купли-продажи от 15.02.2019. 

Между ФИО7 (арендодатель) и должником (арендатор) 21.03.2019 был заключен договор аренды, по которому арендодатель обязался предоставить арендатору во временное владение и пользование земельный участок площадью 1164 кв.м, кадастровый номер 29:22:022519:10, по адресу: 

<

...>, разрешенное использование – для размещения многоэтажных жилых домов (далее – договор аренды). 

Договор аренды зарегистрирован 09.04.2019 Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Архангельской области и Ненецкому автономному округу. 

На основании распоряжения Администрации городского округа «Город Архангельск» от 19.08.2021 № 3416р должнику разрешено использовать земельный участок для размещения элементов благоустройства территории сроком на 3 года.

Пунктом 5.1 договора аренды предусмотрено, что арендодатель не имеет права отказаться от исполнения договора в одностороннем порядке. 

Договор может быть изменен и прекращен по соглашению сторон, что должно быть совершено в письменной форме и подписано уполномоченными представителями сторон (пункт 5.2 договора аренды). 

Согласно пункту 6.1 договора аренды, он заключен на 3 года, до 01.07.2021.

При этом, как следует из решения Арбитражного суда Архангельской области от 17.06.2022 по делу № А05-13908/2021 в пункте 6.1 договора содержится противоречие в части указания срока аренды – с учетом даты заключения договора 21.03.2019 трехлетний срок действия договора оканчивался бы 21.03.2022, в то время как в договоре дата окончания срока действия значится как 01.07.2021. В любом случае на момент рассмотрения дела в суде срок действия договора аренды истек. Договор не содержит каких-либо условий о его автоматической пролонгации, следовательно, в данном случае между ФИО7 и Обществом был заключен договор аренды на определенный срок (статья 610 ГК РФ).  

Между должником в лице директора ФИО7 и ФИО7 01.07.2021 заключено дополнительное соглашение к договору аренды, по которому стороны согласовали расторгнуть договор аренды земельного участка в связи с истечением срока действия договора.

Подписанием дополнительного соглашения от 01.07.2021 стороны одновременно подтвердили возврат земельного участка арендатором арендодателю. 

На основании заявления собственника земельного участка и указанного соглашения о расторжении договора аренды 14.09.2021 прекращена запись об аренде.

По договору купли-продажи от 01.09.2021 земельный участок продан ФИО7 обществу с ограниченной ответственностью «Специализированный застройщик Твой дом» (регистрация перехода права собственности произведена 04.10.2021.

В пункте 23 Постановления № 53 указано на то, что презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. 

Оснований для применения данных разъяснений в отношении ФИО7 при расторжении договора аренды земельного участка и его последующей продаже обществу с ограниченной ответственностью «Специализированный застройщик Твой дом» (ОГРН 

<

***>) не имеется в силу отсутствия недобросовестности ФИО7 при совершении данных сделок.

Поскольку договор аренды заключен сторонами на определенный срок, сделка по расторжению договора аренды спорного земельного участка не причинила Обществу явного ущерба.

Напротив, при отсутствии собственных активов Должник обязан был уплачивать арендную плату за земельный участок, что Должником не производилось.

Таким образом, расторжение ФИО7 договора аренды в первую очередь было направлено не на получение собственной выгоды, а на минимизирование кредиторской задолженности Должника.

Кроме того, переданное в аренду имущество не принадлежало Должнику на праве собственности и не подлежало включению в конкурсную массу в условиях истечения срока действия договора и отсутствия воли арендодателя на продолжение арендных отношений (определение Верховного суда Российской Федерации от 21.05.2021 № 303-ЭС20-22801).

В связи с этим право аренды земельного участка не могло рассматриваться в качестве актива ответчика, который он мог свободно ввести в оборот путем отчуждения за плату и тем самым удовлетворить требования кредиторов.

Сохранение у Должника права аренды земельного участка также не гарантировало завершение строительства жилого дома.

ФИО7 единолично не принимал решение о прекращении деятельности Общества по строительству многоквартирного дома, поскольку он не расторгал, не препятствовал исполнению и не блокировал иным способом заключенные ФИО4 хозяйственные договоры, направленные на подготовительные мероприятия по строительству.

Лицами, участвующими в деле, не оспаривается, что на момент заключения предварительного договора с ФИО2 разрешение на строительство жилого дома Должником получено не было. 

Из материалов дела не усматривается и ФИО2 не доказан тот факт, что осуществляемая с использованием арендованного имущества деятельность должника приносила доход в таком размере, который покрывал бы расходы, связанные с указанной деятельностью, то есть доходы от нее не увеличивали бы текущую задолженность должника и позволили бы кредиторам  рассчитывать на погашение своих требований.

При установленных обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что расторжение договора аренды земельного участка не привело к банкротству должника; материалами дела не подтверждается, что прекращение договора аренды имущества негативно отразилось на финансовом положении должника и имущественных правах единственного кредитора. 

ООО «СЗ Твой дом» создано 30.08.2012, его директором и учредителем с размером доли 40 % (с 28.05.2019) является с 24.08.2015 ФИО9, вторым участником ФИО10 (с 26.03.2021) (данная выписка представлена в дело № А05-13908/2021).

Таким образом, ФИО7 не является аффилированным лицом с ООО «СЗ Твой дом», сделка совершена не с имуществом Должника, а с личным имуществом ФИО7, соответственно продажа земельного участка также не является сделкой, направленной на вывод активов и причиняющей вред Должнику.

Вопреки выводам суда первой инстанции ФИО7 не связан какими-либо обязательствами с иными участниками Общества по вопросу использования спорного земельного участка. Доказательства обратного в материалах дела отсутствуют.

Корпоративный спор по делу А05-13908/2021 в части выводов о нарушении при совершении дополнительного соглашения от 01.07.2021 к договору аренды корпоративных процедур одобрения сделки, как имеющей признаки заинтересованности и крупности не имеет преюдициального значения для настоящего обособленного спора в силу различного круга подлежащих установлению обстоятельств. 

Более того, при заключении договора аренды указанные корпоративные процедуры также не соблюдались. Соответствующее решение собрания отсутствует как в материалах настоящего дела, так и в материалах дела № А0513908/2021 в Картотеке арбитражных дел. Решение собрания участников от 15.03.2019 о создании ООО СЗ «Норд» такого положения также не содержит.

Следовательно, вывод суда о нарушении ФИО7 корпоративных процедур при заключении дополнительного соглашения от 01.07.2021 не может быть принят, поскольку отсутствие таких процедур не является определяющим для спора о субсидиарной ответственности и не обязывает собственника земельного участка продолжать арендные отношения после окончания срока действия договора в отсутствие воли арендодателя.

Равно как не влияет на возможность удовлетворения требований кредитора и принятие ФИО7 решения об исключении остальных участников из Общества.

Относительно обязанности ФИО7 обратиться с заявлением о банкротстве Должника суд апелляционной инстанции исходит из следующего. 

Как разъяснено в пункте 9 Постановления № 53, обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Вступая в должность, руководитель должен приступить к анализу ситуации, развивающейся на предприятии. По результатам такого анализа не исключается возможность разработки и реализации экономически обоснованного плана, направленного на санацию должника, если его руководитель имеет правомерные ожидания преодоления кризисной ситуации в разумный срок, прилагает необходимые усилия для достижения результата.

Согласно правовой позиции, отраженной в пункте 2 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 за 2016 год, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Недоказанность хотя бы одного из названных обстоятельств влечет отказ в удовлетворении заявления. 

Объективное банкротство наступает в критический момент, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов становится неспособным в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей, а не в момент прекращения исполнения обязательств (определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2017 по делу № 309-ЭС17-1801). 

Наличие неисполненных перед кредиторами обязательств не влечет безусловной обязанности руководителя должника обратиться в суд с заявлением о признании банкротом. 

Согласно постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 18.07.2013 № 14-П формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не свидетельствует об отсутствии у должника возможности исполнить свои обязательства; такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение разницей между суммами задолженностей отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве. 

Отсутствие оплаты по конкретному договору не свидетельствует об объективном банкротстве должника, в связи с чем не может быть безусловным доказательством, подтверждающим необходимость его руководителя обратиться в суд с заявлением о банкротстве. 

Таким образом, само по себе наличие у должника формальных признаков банкротства не является достаточным основанием для вывода о возложении на руководителя должника ответственности за исполнение обязанности по обращению в суд с заявлением в порядке статьи 9 Закона о банкротстве, поскольку возникновение у хозяйствующего субъекта кредиторской задолженности не подтверждает наступление такого критического момента, с которым законодательство о банкротстве связывает зависимость инициирования процедуры несостоятельности и субсидиарную ответственность руководителя должника.

Кроме этого, как указал Верховный суд Российской Федерации в определениях от 20.07.2017 № 309-ЭС17-1801 и от 12.02.2018 № 305ЭС1711710(3), показателей только бухгалтерской отчетности для вывода о наступлении условий, предусмотренных статьей 9 Закона о банкротстве, недостаточно.

Показатели бухгалтерской, налоговой или иной финансовой отчетности для определения соответствующего признака неплатежеспособности, не имеют решающего значения, так как данный признак носит объективный характер и не должен зависеть от усмотрения хозяйствующего субъекта, самостоятельно составляющего отчетность (должника) и представляющего ее в компетентные органы. В противном случае, помимо прочего, для должника создавалась бы возможность манипулирования содержащимися в отчетах сведениями для влияния на действительность конкретных сделок или хозяйственных операций с определенными контрагентами, что очевидно противоречит требованиям справедливости и целям законодательного регулирования института несостоятельности.

Размер ответственности в соответствии с пунктом 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве должника.

В данном случае момент возникновения условия, влекущего обязанность  для руководителя Должника обратиться с заявлением о признании последнего банкротом и объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, не доказаны.

Вопреки доводам ФИО2, принятие участниками Должника решения о ликвидации или обращение ООО «СЗ Норд» с заявлением о банкротстве не повлияло бы ни на размер его кредиторской задолженности, ни на возможность удовлетворения требований кредитора, а учитывая то, что ФИО2 является единственным кредитором и на размер субсидиарной ответственности.

Так как полученные от ФИО2 денежные средства не были оприходованы в кассу Должника, сделать вывод о присвоении их ФИО7, равно как и об их передаче ФИО4 Должнику либо ФИО7 на основании материалов дела невозможно. Вывод суда об обратном основан на предположениях, основанных исключительно на доверительных отношениях ФИО4 и ФИО7

Между тем, в силу пункта 1 статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» каждый факт хозяйственной деятельности подлежит оформлению первичным документом. Эти документы служат первичными учетными документами, на основании которых ведется бухгалтерский учет.

При надлежащем оформлении бухгалтерских документов первичные кассовые документы (квитанции к приходному кассовому ордеру) должны быть у ФИО4, которая несмотря на неоднократные требования суда не представила соответствующих доказательств в материалы дела.  

В отношении отказа в удовлетворении требований к ФИО4, ООО «Двина-Строй» и ФИО8 апелляционная жалоба самостоятельных доводов и требований не содержит (часть 5 статьи 268 АПК РФ). Сам по себе факт участия в уставном капитале должника не является основанием для их привлечения к субсидиарной ответственности, поскольку ГК РФ, Федеральный закон от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», Закон о банкротстве устанавливают в качестве основания возникновения такой ответственности наличие вины в несостоятельности (банкротстве) организации ее участников или лиц, имевших фактическую возможность определять действия такой организации.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что обстоятельства возможного использования не по назначению (присвоения) денежных средств ФИО2 будут являться предметом оценки в рамках уголовного дела, по итогам которого обжалуемое определение или настоящее постановление могут быть пересмотрены по вновь открывшимся обстоятельствам.

Факт уклонения ФИО7 после прекращения своих полномочий (протокол общего собрания участников должника от 17.11.2022 № 2) от передачи документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица, не образует необходимого условия привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, так как последствия данного факта иные, не связанные с процедурой банкротства. 

В данном случае отсутствует как процедура банкротства, так и самостоятельный субъект (конкурсный управляющий), которому в силу пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве подлежат передаче документы бухгалтерского учета. При таких обстоятельствах доказательств наличия причинно-следственной связи между бездействием бывшего руководителя и банкротством должника в материалы дела конкурсным управляющим не представлено.

Определение суда первой инстанции подлежит отмене на основании пункта 3 части 1 статьи 270 АПК РФ. Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда Архангельской области от 15 мая                   2023 года по делу № А05-11840/2022 в обжалуемой части отменить. 

Отказать ФИО2 в удовлетворении заявленных требований.

Постановление может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия в Арбитражный суд Северо-Западного округа. 

Председательствующий

К.А. Кузнецов

Судьи

Н.Г. Маркова

С.В. Селецкая