﻿

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-15125/2020(1)-АК

Дело № А60-31740/2020

13 января 2021 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 12 января 2021 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 13 января 2021 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:     

председательствующего Даниловой И.П., 

судей 			  Зарифуллиной Л.М., Макарова Т.В.,    

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Паршиной В.Г.,

в отсутствии лиц, участвующих в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещенных надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу истца администрации города Екатеринбурга

на решение Арбитражного суда Свердловской области 

от 21 октября 2020 года

принятое судьей  Воротилкиным А.С.,

по делу № А60-31740/2020

по иску Администрации города Екатеринбурга (ИНН 6661004661, ОГРН 1046603983800)

к Постниковой Светлане Касимовне и Постникову Вадиму Юрьевичу

о взыскании 67 254,15 руб. в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Транс Бизнес Евразия» (ИНН 6670047380, ОГРН 1046603482420),

установил:

29.06.2020 года Администрация города Екатеринбурга (далее - истец) обратилась в Арбитражный суд Свердловской области с иском к Постниковой Светлане Касимовне и Постникову Вадиму Юрьевичу (далее - ответчики) о привлечении к солидарной субсидиарной ответственности по обязательствам ликвидированного юридического лица путем взыскания 67 254,15 руб., которое принято к производству суда 06.07.2020 и назначено к рассмотрению.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 21.10.2020 года (резолютивная часть от 14.10.2020) в иске отказано полностью. 

Не согласившись с судебным актом, истец обратился с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда от 21.10.2020 отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

Заявитель жалобы полагает, что судом неправомерно возложено на истца бремя доказывания в ситуации невозможности получения администрацией  доказательств по причине нахождения их у другой стороны спора, недобросовестно их не раскрывающей, ссылаясь на позицию Арбитражного суда Уральского округа, изложенную в постановление от 20.08.2018 №А60-27152/2016. При том, ответчиками не даны пояснения о способе ведения хозяйственной деятельности, при котором фактическая деятельность обществом не велась, при этом пользование землей не осуществлялось. Полагает, что исковые требования о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности подлежали удовлетворению, поскольку поведение контролирующих лиц, связанное с изначальной недостаточной капитализацией общества (уставный капитал 10 000,00 руб.) следует квалифицировать по статье 10 ГК РФ, как действия, совершенные со злоупотреблением правом. 

Письменные отзывы в материалы дела от лиц, участвующих в деле не поступили.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание представителей не направили, в порядке статей 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, между Администрацией города Екатеринбурга и ООО «Артефакт» был заключен договор аренды земельного участка № Т-123/0307 от 16.04.2004, площадью 2 730 кв.м., по адресу: ул. Розы Люксембург, д. 22А под строительство и использование административно-торгового центра.

Договор заключен на срок до 04.03.2022 года.

ООО «Транс Бизнес Евразия» являлось собственником объекта недвижимости, расположенного на спорном земельном участке в период с августа 2014 по май 2016. Администрация города Екатеринбурга обратилась в Арбитражный суд Свердловской области с заявление о взыскании с ООО «Транс Бизнес Евразия» задолженности по арендной плате и пени.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 30.01.2020 по делу № А60-443 80/2019 производство по иску Администрации города Екатеринбурга прекращено в связи с исключением ООО «Транс Бизнес Евразия» из ЕГРЮЛ.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 20.11.2019 по делу № А60-50998/2019 Администрации города Екатеринбурга отказано в иске о признании незаконными действий ИФНС об исключении ООО «Транс Бизнес Евразия» из  Единого государственного реестра юридических  лиц (далее -   ЕГРЮЛ).

Постникова С.К., являлась с 22.09.2010 руководителем (генеральным директором) и соучредителем с 23.01.2004 с долей 50% ООО «Транс Бизнес Евразия», Постников В.Ю. являлся соучредителем с долей 50% ООО «Транс Бизнес Евразия» с 23.01.2004.

ООО «Транс Бизнес Евразия» было исключено из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо ИФНС по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга 13.06.2019 в связи с недостоверностью сведений о юридическом лице.

Администрация города Екатеринбурга полагает что имеются достаточные основания для привлечения к субсидиарной ответственности руководителя (учредителя) ООО «Транс Бизнес Евразия» согласно пункта 3.1, статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», статьей 15, 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Размер убытков, причиненных руководителем и учредителем ЗАО «Диалог-Металл» Постниковой С.К., Постниковым В.Ю. составил 67 254,15 руб., в том числе: долг - 27 394,75 рубля (арендная плата за август 2014 – май 2016), пени - 39 859,40 рублей (пени за период с 11.06.2016 по 04.06.2020).

Указанные обстоятельства послужили основаниям для обращения истца в суд с заявлением о привлечении Постникову Светлану Касимовну и Постникова Вадима Юрьевича к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ООО «Транс Бизнес Евразия» (ИНН 6670047380, ОГРН 1046603482420) в размере 67 254,15 рубля.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции исходил из отсутствия доказательств того, что невозможность погашения долга перед истцом возникла по вине ответчиков в результате его неразумных либо недобросовестных действий; злонамеренного поведения ответчиков. Кроме того, норма, предусматривающая  субсидиарную ответственность руководителя общества по его обязательствам перед кредиторами не подлежит  применению в настоящем деле, поскольку спорные правоотношения сторон возникли до введения в действие пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью».

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, оценив доводы апелляционной жалобы, проанализировав нормы материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены (изменения) судебного акта в силу следующих обстоятельств. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Статьей 64.2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что считается фактически прекратившим свою деятельность и подлежит исключению из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном законом о государственной регистрации юридических лиц, юридическое лицо, которое в течение двенадцати месяцев, предшествующих его исключению из указанного реестра, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету (недействующее юридическое лицо).

Аналогичная норма содержится в пункте 1 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 №129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее - Закон о регистрации, Закон №129-ФЗ) в соответствии с которой, юридическое лицо, которое в течение последних двенадцати месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету, признается фактически прекратившим свою деятельность (далее - недействующее юридическое лицо). Такое юридическое лицо может быть исключено из ЕГРЮЛ в порядке, предусмотренном настоящим Федеральным законом.

При наличии одновременно всех указанных в пункте 1 настоящей статьи признаков недействующего юридического лица регистрирующий орган принимает решение о предстоящем исключении юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в актах Конституционного Суда РФ (постановления от 06.12.2011 №26-П и от 18.05.2015 №10-П, определения от 17.01.2012 №143-0-0 и от 17.06.2013 №994-0), правовое регулирование, установленное статьей 21.1 Закона №129-ФЗ, направлено на обеспечение достоверности сведений, содержащихся в ЕГРЮЛ, в том числе о прекращении деятельности юридического лица, доверия к этим сведениям со стороны третьих лиц, предотвращение недобросовестного использования фактически недействующих юридических лиц и тем самым - на обеспечение стабильности гражданского оборота. Юридическое лицо подлежит исключению из ЕГРЮЛ в порядке статьи 21.1 Закона №129-ФЗ только в случае фактического прекращения своей деятельности.

Порядок исключения юридического лица, прекратившего свою деятельность, из ЕГРЮЛ по решению регистрирующего органа предусмотрен статьей 21.1 Закона №129-ФЗ.

В силу статьи 2 Закона №129-ФЗ и пункта 1 Положения о Федеральной налоговой службе, утвержденного постановлением Правительства РФ от 30.09.2004 №506, налоговая служба является уполномоченным федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим государственную регистрацию юридических лиц, физических лиц в качестве индивидуальных предпринимателей и крестьянских (фермерских) хозяйств.

При наличии одновременно всех указанных в пункте 1 статьи 21.1 Закона №129-ФЗ признаков недействующего юридического лица регистрирующий орган принимает решение о предстоящем исключении юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц (далее - решение о предстоящем исключении) (пункт 2 статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ).

Решение о предстоящем исключении должно быть опубликовано в органах печати, в которых публикуются данные о государственной регистрации юридического лица, в течение трех дней с момента принятия такого решения. Одновременно с решением о предстоящем исключении должны быть опубликованы сведения о порядке и сроках направления заявлений недействующим юридическим лицом, кредиторами или иными лицами, чьи права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц (далее - заявления), с указанием адреса, по которому могут быть направлены заявления (пункт 3 статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ).

В соответствии с пунктом 1 приказа Федеральной налоговой службы от 16.06.2006 №САЭ-3-09/355@ сведения, содержащиеся в ЕГРЮЛ и предназначенные для публикации, а также иные сведения, подлежащие опубликованию в соответствии с законодательством Российской Федерации о государственной регистрации, публикуются в журнале «Вестник государственной регистрации».

В соответствии с пунктом 4 статьи 21.1 Закона №129 заявления должны быть мотивированными и могут быть направлены или представлены по форме, утвержденной уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти, в срок не позднее чем три месяца со дня опубликования решения о предстоящем исключении. Эти заявления могут быть направлены или представлены в регистрирующий орган способами, указанными в пункте 6 статьи 9 Закона № 129-ФЗ. В таком случае решение об исключении недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц не принимается.

Истец указывает на недобросовестное и неразумное поведение ответчиков, выразившееся в намеренной ликвидации общества с целью не погашения имеющейся задолженности.

Пунктами 1, 2 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Ответственность, предусмотренную пунктом 1 настоящей статьи, несут также члены коллегиальных органов юридического лица, за исключением тех из них, кто голосовал против решения, которое повлекло причинение юридическому лицу убытков, или, действуя добросовестно, не принимал участия в голосовании.

Как установлено пунктом 1 статьи 399 Гражданского кодекса Российской Федерации, если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность.

Пунктом 3.1 статьи 3 Федерального  закона от  08.02.1998 № 14-ФЗ  «Об  обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон №14-ФЗ) установлено, что исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Согласно требованиям, изложенным в пункте 7 статьи 22 Закона №129-ФЗ, если в течение срока, предусмотренного пунктом 4 статьи 21.1 Закона №129-ФЗ, заявления не направлены, регистрирующий орган исключает недействующее юридическое лицо из ЕГРЮЛ путем внесения в него соответствующей записи.

Согласно пункту 8 статьи 22 Закона №129-ФЗ исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ может быть обжаловано лицами, чьи права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ, в течение года со дня, когда они узнали или должны были узнать о нарушении своих прав.

Из совокупности приведенных норм следует, что кредиторы исключаемых из ЕГРЮЛ недействующих юридических лиц при отсутствии со стороны регистрирующего органа нарушений пунктов 1 и 2 статьи 21.1 Закона №129-ФЗ реализуют право на защиту своих прав и законных интересов в сфере экономической деятельности путем подачи в регистрирующий орган заявлений в порядке, установленном пункта 4 статьи 21.1 указанного Закона, либо путем обжалования исключения недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ в сроки, установленные пунктом 8 статьи 22 указанного Закона.

Из материалов дела следует, что истцом не представлено доказательств направления в регистрирующий орган заявлений в порядке, установленном пунктом 4 статьи 21.1 Закона №129-ФЗ, доказательств нарушения регистрирующим органом пунктов 1 и 2 статьи 21.1 Закона №129-ФЗ.

В свою очередь, имеющиеся у юридического лица непогашенные обязательства, о наличии которых в установленном порядке заявлено не было, не препятствует завершению процедуры исключения недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ, что согласуется с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 29.09.2016 №1971-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Бабицкой Ларисы Георгиевны на нарушение ее конституционных прав пунктом 2 статьи 21.1 Федерального закона «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей».

Доказательств нарушения регистрирующим органом пунктов 1 и 2 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 №129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», а также доказательств обжалования действий регистрирующего органа по исключению общества из реестра истцом в материалы дела также не представлено.

Согласно пункту 3.1 статьи 3 Закона №14-ФЗ возможность привлечения лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации к субсидиарной ответственности ставят в зависимость от наличия причинно-следственной связи между неисполнением обществом обязательств и недобросовестными или неразумными действиями данных лиц.

При этом пункт 1, 2 статьи 53.1 ГК РФ возлагает бремя доказывания недобросовестности либо неразумности действий членов коллегиальных органов юридического лица, к которым относятся его участники, на лицо, требующее привлечения участников к ответственности, то есть в настоящем случае на истца. 

Как следует из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 30.01.2020 №306-ЭС19-18285, которым были отменены судебные акты трёх нижестоящих инстанций, «само по себе исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени), равно как и неисполнение обязательств не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с названной нормой. Требуется, чтобы неразумные и/или недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подпунктах 1-3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически за доведение до банкротства.

Привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов и при его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

Суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что заявленные истцом в настоящем споре требования к ответчику подлежат разрешению на основе правил о возмещении убытков. 

Согласно пункту 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. 

Пункт 2 названной статьи определяет убытки как расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрату или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

К понятиям недобросовестного или неразумного поведения участников общества следует применять по аналогии разъяснения, изложенные в пунктах 2, 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - постановление №62) в отношении действий (бездействия) директора.

Согласно указанным разъяснениям, недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

Вместе с тем, как установлено судом первой инстанции каких-либо доказательств недобросовестности либо неразумности в действиях учредителей ООО «Транс Бизнес Евразия», повлекших неисполнение обязательств общества, истцом в материалы дела не представлено, в связи с чем оставил исковые требования без удовлетворения.

В данном случае бремя доказывания обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения данного спора, распределено судом в соответствии с нормами процессуального закона. 

В соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В то же время необходимо учитывать, что в гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений (пункт 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Данное правило распространяется и на руководителей хозяйственных обществ, членов органов его управления, то есть предполагается, что они при принятии деловых решений, в том числе рискованных, действуют в интересах общества и его акционеров (участников). 

Бремя доказывания недобросовестности либо неразумности действий лиц, входящих в состав органов юридического лица, к которым относятся его участники, возлагается на лицо, требующее привлечения данных лиц к ответственности, то есть в настоящем случае на истца. 

Таким образом, физическое лицо, осуществляющее функции руководителя, подвержено не только риску взыскания корпоративных убытков (внутренняя ответственность управляющего перед своей корпораций в лице участников корпорации), но и риску привлечения к ответственности перед контрагентами управляемого им юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества). 

Как для субсидиарной (при фактическом банкротстве), так и для деликтной ответственности (например, при отсутствии дела о банкротстве, но в ситуации юридического прекращения деятельности общества) необходимо наличие убытков у потерпевшего лица, противоправности действий причинителя (при  презюмируемой вине) и причинно-следственной связи между данными фактами. 

Ответственность руководителя перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц. 

Учитывая, что такая ответственность является исключением из правила о защите делового решения менеджеров, по данной категории дел не может быть применен стандарт доказывания, применяемый в рядовых гражданско-правовых спорах. 

В частности, при оценке метода ведения бизнеса конкретным руководителем (в результате которого отдельные кредиторы не получили удовлетворения своих притязаний от самого общества) кредитор, не получивший должного от юридического лица и требующий исполнения от физического лица - руководителя (с которым не вступал в непосредственные правоотношения), должен обосновать наличие в действиях такого руководителя умысла либо грубой неосторожности, непосредственно повлекшей невозможность исполнения в будущем обязательства перед контрагентом.

Наличие у общества (впоследствии исключенного регистрирующим органом из соответствующего реестра в качестве недействующего юридического лица) непогашенной задолженности само по себе не может являться бесспорным доказательством вины ответчика (как руководителя и участника такого общества) в неуплате указанного долга, равно как свидетельствовать о его недобросовестном или неразумном поведении, повлекшем неуплату задолженности.

Истец не дал суду пояснений, отвечающих требованиям разумного поведения, относительно причин, по которым он не инициировал расторжение указанного в исковом заявлении договора аренды земельного участка при наличии значительной задолженности общества по арендной плате и систематический характер просрочки в её уплате, а также действий по освобождению земельного участка. 

Установив вышеизложенное, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что накопление денежных обязательств ООО «Транс Бизнес Евразия» перед истцом было в определенной степени обусловлено поведением самого истца, который, в свою очередь, не мог не знать, что цель, в связи с которой земельный участок был предоставлен в аренду, достигнута не была.

Доказательств злонамеренного поведения ответчиков истцом не представлено и судом не установлено.

Частью 3.1 статьи 3 Закона №14-ФЗ, на которую ссылается истец, возможность привлечения лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации к субсидиарной ответственности ставит в зависимость от наличия причинно-следственной связи между неисполнением обществом обязательств и недобросовестными или неразумными действиями данных лиц.

Гражданско-правовая ответственность органов управления юридического лица, включая ответственность единоличного исполнительного органа, перед самим юридическим лицом предусмотрена статьей 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также статьей 44 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

В частности, единоличный исполнительный орган, обязан возместить обществу убытки, причиненные его виновными действиями (бездействием).

В соответствии с толкованием правовых норм, приведенном в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.02.2011 № 12771/10, при рассмотрении споров о возмещении причиненных обществу единоличным исполнительным органом убытков подлежат оценке действия (бездействие) ответчика с точки зрения добросовестного и разумного осуществления им прав и исполнения возложенных на него обязанностей.

Убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права.

Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками.

Таким образом, при обращении с иском о взыскании убытков, причиненных противоправными действиями единоличного исполнительного органа, истец обязан доказать сам факт причинения ему убытков и наличие причинной связи между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями, в то время как обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности единоличном исполнительном органе.

В силу статьи 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. В силу положений статьи 310 Гражданского кодекса Российской Федерации односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом. Односторонний отказ от исполнения обязательства, связанного с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, и одностороннее изменение условий такого обязательства допускаются также в случаях, предусмотренных договором, если иное не вытекает из закона или существа обязательства.

25.02.2019	регистрирующим органом принято решение №4612 о предстоящем исключении общества из ЕГРЮЛ как недействующего юридического лица.

13.06.2019  ИФНС по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга в ЕГРЮЛ внесена запись о прекращении деятельности ООО «Транс Бизнес Евразия» в связи с исключением указанного юридического лица из ЕГРЮЛ на основании статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 №129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей».

Как следует из материалов дела, ООО «Транс Бизнес Евразия» исключено из ЕГРЮЛ на основании статьи 21.1 ФЗ от 08.08.2001 №129-ФЗ по решению уполномоченного органа.

Кроме того истцом не представлено доказательств направления в регистрирующий орган заявлений в порядке, установленном пунктом 4 статьи 21.1 Закона №129-ФЗ, доказательств нарушения регистрирующим органом пунктов 1 и 2 статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ, а также доказательств обжалования действий регистрирующего органа по исключению ООО «Транс Бизнес Евразия» из реестра.

В этой связи не усматривается причинно-следственной связи между действиями Постниковой Светланы Касимовны и Постникова Вадима Юрьевича обстоятельствами исполнения/неисполнения обязательства должником, и наличием убытков истца в заявленном размере, которые могли бы быть возложены на ответчиков в субсидиарном порядке.

Судом первой инстанции относительно применения по аналогии  положений пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» отмечено следующее.

В силу пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства.  В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества. 

Из буквального толкования пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»  (далее – Закон об ООО) следует, что необходимым условием возложения субсидиарной ответственности на ответчика является наличие причинно-следственной связи между использованием (либо неиспользованием) им своих прав и (или) возможностей в отношении юридического лица, результатом которых стала его неплатежеспособность, что привело к взысканию с ответчика задолженности перед истцом в судебном порядке и последующая ликвидация общества. 

Пункт 3.1. статьи 3 Закона об ООО введен Федеральным законом от 28.12.2016 № 488-ФЗ. Согласно пункту 1 статьи 4 Закона №488-ФЗ изменения вступают в силу по истечении ста восьмидесяти дней после дня его официального опубликования, за исключением положений, для которых настоящей статьей установлен иной срок вступления их в силу.

Федеральный закон №488 официально опубликован на интернет-портале правовой информации http://www.pravo.gov.ru 29.12.2016; в «Собрании законодательства РФ» 02.01.2017; в «Российской газете» 09.01.2017. Таким образом, п.3.1. статьи 3 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» №14-03 действует с 30.07.2017.

Спорные правоотношения сторон (истца и ООО «Транс Бизнес Евразия») складывались до вступления в силу положений пункта 3.1. статьи Федерального закона  от 08.02.1998 № 14-ФЗ  «Об обществах с ограниченной ответственностью». Согласно пункта 2 статьи 4 Закона № 488-ФЗ от 28.12.2016 «О внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации», положения пункта 3.1. статьи 3 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» вступают в силу с 01 сентября 2017 года. 

В соответствии со статьей 54 Конституции РФ нормативные акты, ухудшающие положения лиц, не имеют обратной силы.

Таким образом, судом первой инстанции верно указано, на то, что норма, предусматривающая  субсидиарную ответственность руководителя общества по его обязательствам перед кредиторами, не может применяться к ранее возникшим правоотношениям, что явилось дополнительным основанием для отказа в иске.

Доводы апеллянта о неправильном распределении судом бремени доказывания подлежат отклонению, поскольку основаны на ошибочном толковании норм права.

Доводы апеллянта о том, что исковые требования о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности подлежали удовлетворению, поскольку поведение контролирующих лиц, связанное с изначальной недостаточной капитализацией общества следует квалифицировать по статье 10 ГК РФ, как действия, совершенные со злоупотреблением правом не подлежат принятию судом апелляционной инстанции, поскольку истцом в суде первой инстанции не заявлялись и не являлись предметом рассмотрения.

Таким образом, доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции. В связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, не влекущими отмену оспариваемого определения. 

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, апелляционная жалоба не содержит, доводы жалобы выражают несогласие с ними и в целом направлены на переоценку доказательств при отсутствии к тому правовых оснований, в связи с чем, отклоняются судом апелляционной инстанции.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

При отмеченных обстоятельствах определение суда первой инстанции отмене не подлежит, апелляционную жалобу, с учетом приведенных в ней доводов, следует оставить без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Свердловской области от 21 октября 2020 года по делу № А60-31740/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

И.П. Данилова 

 

Судьи

Л.М. Зарифуллина 

 

Т.В. Макаров