АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  

НИЖЕГОРОДСКОЙ  ОБЛАСТИ

 

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А43-26367/2018

г. Нижний Новгород                                                                                         25 октября 2018 года

 

Резолютивная часть решения объявлена 18 октября 2018 года

Решение изготовлено в полном объеме 25 октября 2018 года

 

Арбитражный суд Нижегородской области в составе:  

судьи Мукабенова Игоря Юрьевича (шифр дела 16-476), 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Шутовой Н.С.,

при участии в заседании представителей:

от заявителя: ФИО1 (доверенность от 26.01.2017), 

от Управления: ФИО2 (доверенность от 13.04.2018),

от Правительства Нижегородской области: ФИО3 (доверенность от 09.01.2018),

от Министерства здравоохранения Нижегородской области: ФИО4 (доверенность от 18.07.2018), ФИО5 (доверенность от 05.02.2018), 

от ГП "Нижегородская областная фармация": ФИО6 (доверенность от 10.08.2018), ФИО7 (доверенность от 10.08.2018),

 

рассмотрел в открытом судебном заседании заявление

Законодательного собрания Нижегородской области о признании незаконным решения от 22.06.2018 по делу №1256-ФАС52-10/18 и недействительным предписания от 14.06.2018 по делу №1256-ФАС52-10/18, вынесенных Управлением Федеральной антимонопольной службы по Нижегородской области, при участии в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета рассматриваемого спора, Правительства Нижегородской области, Министерства здравоохранения Нижегородской области и государственного предприятия Нижегородской области «Нижегородская областная фармация», г. Нижний Новгород.  

          В судебном заседании 16.10.2018 судом в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объявлялся перерыв до 18.10.2018, после чего рассмотрение дела было продолжено.  

В ходе судебного разбирательства заявитель настаивал на удовлетворении заявленных требований.

Управление с заявленными требованиями не согласно, считает оспариваемые решение и предписание законными и обоснованными, в связи с чем, просит суд отказать заявителю в удовлетворении заявления. 

Правительство Нижегородской области, Министерство здравоохранения Нижегородской области и государственное предприятие Нижегородской области «Нижегородская областная фармация» поддерживают заявление Законодательного собрания, считает оспариваемые решение и предписание незаконными. Подробно доводы третьих лиц отражены в их отзывах.

Изучив материалы дела, заслушав присутствовавших представителей участников процесса, суд установил следующее.

Как следует из материалов дела, 05.04.2017 Законодательным собранием Нижегородской области принят Закон Нижегородской области №24-3 «О полномочиях государственного предприятия Нижегородской области на оказание услуг по обеспечению населения Нижегородской области лекарственными препаратами и медицинскими изделиями при амбулаторном лечении по рецептам врача бесплатно или с 50 процентной скидкой» (далее - Закон Нижегородской области №24-3).

Статьей 1 Закон Нижегородской области №24-3 устанавливаются полномочия государственного предприятия Нижегородской области «Нижегородская областная фармация» на оказание услуг, закупка которых осуществляется у единственного поставщика (подрядчика, исполнителя).

Антимонопольный орган пришел к выводу, что определение государственного предприятия Нижегородской области «Нижегородская областная фармация» в качестве единственного поставщика является необоснованным и приводит к ограничению, устранению и недопущению конкуренции, что свидетельствует о нарушении части 1 статьи 15 Закона о защите конкуренции.

В связи с выявленными признаками нарушения Закона о защите конкуренции Законодательному собранию Нижегородской области выдано предупреждение о прекращении действий нарушающих антимонопольное законодательство, а именно, в срок до 31.05.2017 отменить Закон Нижегородской области №24-3 от 05.04.2017 «О полномочиях государственного предприятия Нижегородской области на оказание услуг по обеспечению населения Нижегородской области лекарственными препаратами и медицинскими изделиями при амбулаторном лечении по рецептам врача бесплатно или с 50 процентной скидкой».

В связи с неисполнением данного предупреждения на основании приказа руководителя Управления от 14.06.2017 №191 Управление 19.06.2017 возбудило дело в отношении Законодательного собрания Нижегородской области по признакам нарушения части 1 статьи 15 Закона о защите конкуренции.

Рассмотрев дело №1256-ФАС52-10/18 по признакам нарушения части 1 статьи 15 Закона о защите конкуренции, Управление вынесло решение от 22.06.2018, которым признало Законодательное собрание Нижегородской области нарушившим Закона о защите конкуренции.

14.06.2017 Законодательному собранию Нижегородской области выдано предписание, согласно которому ему необходимо в срок до 27.07.2018 внести изменения в Закон Нижегородской области №24-3 от 05.04.2017 «О полномочиях государственного предприятия Нижегородской области на оказание услуг по обеспечению населения Нижегородской области лекарственными препаратами и медицинскими изделиями при амбулаторном лечении по рецептам врача бесплатно или с 50 процентной скидкой» с учетом выводов, содержащихся в мотивировочной части решения по делу №1256-ФАС52-10/18, в том числе исключив возможность использования субвенции из федерального бюджета при решении вопросов об организации оказания медицинской помощи, предусмотренной законодательством субъекта Российской Федерации для определенных категорий граждан.

Не согласившись с указанными решением и предписанием, Законодательное собрании Нижегородской области обратилось в суд с рассматриваемым заявлением. 

В соответствии со статьей 123 Конституции Российской Федерации, статьями 7, 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Согласно статье 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается, как на основание своих требований и возражений. Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия государственными органами, органами местного самоуправления, иными органами, должностными лицами оспариваемых актов, решений, совершения действий (бездействия), возлагается на соответствующие орган или должностное лицо.

  Согласно части 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Таким образом, для признания ненормативного правового акта, решения, действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц незаконными суд должен установить наличие совокупности двух условий: несоответствие ненормативного правового акта, решения, действия (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц закону или иному нормативному правовому акту; нарушение ненормативным правовым актом, решением, действием (бездействием) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Согласно части 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В пункте 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие). В рассматриваемом деле таким органом является Управление. 

В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 1 Закона о защите конкуренции настоящий Федеральный закон определяет организационные и правовые основы защиты конкуренции, в том числе предупреждения и пресечения недопущения, ограничения, устранения конкуренции федеральными органами исполнительной власти, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, иными осуществляющими функции указанных органов органами или организациями, а также государственными внебюджетными фондами, Центральным банком Российской Федерации.

Целями данного Закона являются обеспечение единства экономического пространства, свободного перемещения товаров, свободы экономической деятельности в Российской Федерации, защита конкуренции и создание условий для эффективного функционирования товарных рынков (часть 2 статьи 1 Закона о защите конкуренции). 

В части 1 статьи 3 Закона о защите конкуренции указано, что настоящий Федеральный закон распространяется на отношения, которые связаны с защитой конкуренции, в том числе с предупреждением и пресечением монополистической деятельности и недобросовестной конкуренции, и в которых участвуют российские юридические лица и иностранные юридические лица, федеральные органы исполнительной власти, органы государственной власти субъектов Российской Федерации, органы местного самоуправления, иные осуществляющие функции указанных органов органы или организации, а также государственные внебюджетные фонды, Центральный банк Российской Федерации, физические лица, в том числе индивидуальные предприниматели. 

Статьей 22 Закона о защите конкуренции установлено, что антимонопольный орган обеспечивает государственный контроль за соблюдением антимонопольного законодательства федеральными органами исполнительной власти, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, иными осуществляющими функции указанных органов органами или организациями, а также государственными внебюджетными фондами, хозяйствующими субъектами, физическими лицами, в том числе в сфере использования земли, недр, водных ресурсов и других природных ресурсов, выявляет нарушения антимонопольного законодательства, принимает меры по прекращению нарушения антимонопольного законодательства и привлекает к ответственности за такие нарушения; предупреждает монополистическую деятельность, недобросовестную конкуренцию, другие нарушения антимонопольного законодательства федеральными органами исполнительной власти, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, иными осуществляющими функции указанных органов органами или организациями, а также государственными внебюджетными фондами, хозяйствующими субъектами, физическими лицами; осуществляет государственный контроль за экономической концентрацией, в том числе в сфере использования земли, недр, водных ресурсов и других природных ресурсов, а также при проведении торгов в случаях, предусмотренных федеральными законами.

Статья 23 Закона о защите конкуренции закрепляет, что антимонопольный орган осуществляет следующие полномочия: возбуждает и рассматривает дела о нарушениях антимонопольного законодательства; выдает обязательные для исполнения предписания. 

Таким образом, Закон о защите конкуренции наделяет антимонопольный орган контрольными функциями с целью соблюдения антимонопольного законодательства. При этом функции и полномочия антимонопольного органа направлены исключительно на защиту конкуренции.

Согласно части 1 статьи 15 Закона о защите конкуренции федеральным органам исполнительной власти, органам государственной власти субъектов Российской Федерации, органам местного самоуправления, иным осуществляющим функции указанных органов органам или организациям, организациям, участвующим в предоставлении государственных или муниципальных услуг, а также государственным внебюджетным фондам, Центральному банку Российской Федерации запрещается принимать акты и (или) осуществлять действия (бездействие), которые приводят или могут привести к недопущению, ограничению, устранению конкуренции.

            Пунктом 7 статьи 4 Закона о защите конкуренции определено, что под конкуренцией понимается соперничество хозяйствующих субъектов, при котором самостоятельными действиями каждого из них исключается или ограничивается возможность каждого из них в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения товаров на соответствующем товарном рынке.  

Как разъяснено в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2008 № 30 «О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением арбитражными судами антимонопольного законодательства», при рассмотрении дел о признании недействующими или недействительными актов названных органов, о признании незаконными их действий (бездействия) по заявлениям антимонопольного органа, поданным в связи с нарушением части 1 статьи 15 Закона о защите конкуренции, арбитражные суды должны учитывать следующее: если антимонопольным органом доказано, что акты, действия (бездействие) приводят или могут привести к недопущению, ограничению, устранению конкуренции, а соответствующим органом не указана конкретная норма федерального закона, разрешившая данному органу принять оспариваемый акт, осуществить действия (бездействие), заявленные требования подлежат удовлетворению.

Таким образом, действительные либо возможные негативные последствия для конкуренции имеют квалифицирующее значение и подлежат доказыванию антимонопольным органом. 

При  вынесении оспариваемого решения Управление руководствовалось Федеральным законом от 05.04.2013 №44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Федеральный закон №44-ФЗ).

Согласно пункту 6 части 1 статьи 93 Федерального закона №44-ФЗ закупка работы или услуги, выполнение или оказание которых может осуществляться только органом исполнительной власти в соответствии с его полномочиями либо подведомственными ему государственным учреждением, государственным унитарным предприятием, соответствующие полномочия которых устанавливаются федеральными законами, нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации или нормативными правовыми актами Правительства Российской Федерации, законодательными актами соответствующего субъекта Российской Федерации. 

В оспариваемом решении Управление сделало вывод о том, что названный пункт закона может применяться заказчиком в том случае, если указанные в названной норме лица обладают исключительными полномочиями на территории Российской Федерации в отношении выполняемых ими работ или оказываемых услуг, то есть в случаях, когда на определенный рынок товаров или услуг введено ограничение в виде государственной монополии на их оказание территории РФ.

По мнению Управления, указанный в пункте 6 части 1 статьи 93 этого же Закона законодательный акт соответствующего субъекта РФ может быть принят соответствующим субъектом только в том случае, если государственные унитарные предприятия обладают соответствующими  исключительными полномочиями. При этом, как посчитало Управлени, государственное предприятие Нижегородской области «Нижегородская областная фармация» не обладает исключительными полномочиями на оказание услуг по обеспечению населения Нижегородской области лекарственными препаратами и медицинскими изделиями при амбулаторном лечении по рецептам врача бесплатно или с 50 процентной скидкой.

Управление так же отмечает, что возможность оказывать такие же услуги могут и иные хозяйствующие субъекты, обладающие соответствующей лицензией на осуществление подобного вида деятельности. Любое заинтересованное лицо вправе осуществлять фармацевтическую деятельность при условии получения соответствующей лицензии, в том числе, оказывать услуги по обеспечению населения Нижегородской области лекарственными препаратами и медицинскими изделиями.

Изучив представленные в материалы дела доказательства, суд пришел к следующим выводам.

Одним из основных принципов контрактной системы в сфере закупок является принцип обеспечения конкуренции, то есть создание равных условий для обеспечения конкуренции между участниками закупок, предоставление возможности любому заинтересованному лицу в соответствии с законодательством Российской Федерации и иными нормативными правовыми актами о контрактной системе в сфере закупок стать исполнителем (часть 1 статьи 8 Федерального закона о контрактной системе).

Федеральный законодатель в части 1 статьи 24 поименованного Закона закрепил два способа определения исполнителей: конкурентный и осуществление закупки у единственного исполнителя.

По смыслу приведенных законоположений в их системном единстве, закупка у единственного поставщика, не относящаяся к конкурентным способам закупки, может осуществляться исключительно в случаях, установленных Законом.

Как было отмечено выше, согласно пункту 6 части 1 статьи 93 названного Закона закупки могут осуществляться у единственного исполнителя в случае закупки работы или услуги, выполнение или оказание которых может осуществляться только органом исполнительной власти в соответствии с его полномочиями либо подведомственными ему государственным учреждением, государственным унитарным предприятием, соответствующие полномочия которых устанавливаются федеральными законами, нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации или нормативными правовыми актами Правительства Российской Федерации, законодательными актами соответствующего субъекта Российской Федерации.

Исходя из содержания приведенной нормы, закупка работы или услуги в сфере государственного управления может осуществляться у единственного исполнителя если, подведомственные органу исполнительной власти учреждения, предприятия обладают исключительными полномочиями в определенной сфере деятельности, которые не могут быть выполнены иными субъектами в силу прямого указания об этом в нормативных правовых актах.

По мнению заявителя, государственное предприятие Нижегородской области «Нижегородская областная фармация» имеет специальную правоспособность при  осуществлении своей деятельности.

Между тем из материалов дела не следует, что государственное предприятие Нижегородской области «Нижегородская областная фармация» создано в связи с необходимостью осуществления деятельности в определенной сфере (в рассматриваемом случае – оказание услуг по обеспечению населения Нижегородской области лекарственными препаратами и медицинскими изделиями).

Кроме того, оказание указанных выше услуг законодатель не относит к видам деятельности, которые могут осуществляться исключительно органами исполнительной власти в соответствии с их полномочиями или подведомственными им государственными учреждениями, государственными унитарными предприятиями, также не относит к видам деятельности, которые не могут быть выполнены иными субъектами в силу прямого указания об этом в нормативных правовых актах. 

Доказательства, подтверждающие, что подведомственные исполнительным органам государственной власти Нижегородской области учреждения, предприятия, обладают исключительными полномочиями в указанной выше сфере деятельности, которые не могут быть выполнены иными субъектами заявителем в материалы дела не представлены.

Заявитель также не обосновал необходимость наделения полномочиями единственного поставщика услуг именно государственное предприятие Нижегородской области «Нижегородская областная фармация», а не какое-либо другое предприятие (хозяйствующий субъект), поскольку такие же услуги могут оказывать и иные хозяйствующие субъекты, обладающие соответствующей лицензией на осуществление подобного вида деятельности. 

В соответствии со статьей 16 Федерального закона от 21.11.2011 №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» к полномочиям органов государственной власти субъектов РФ в сфере охраны здоровья относятся: организация оказания населению субъекта Российской Федерации первичной медико-санитарной помощи, специализированной, в том числе высокотехнологичной, медицинской помощи, скорой, в том числе скорой специализированной, медицинской помощи и паллиативной медицинской помощи в медицинских организациях, подведомственных исполнительным органам государственной власти субъекта Российской Федерации; организация безвозмездного обеспечения донорской кровью и (или) ее компонентами, а также организация обеспечения лекарственными препаратами, специализированными продуктами лечебного питания, медицинскими изделиями, средствами для дезинфекции, дезинсекции и дератизации при оказании медицинской помощи, проведении медицинских экспертиз, медицинских осмотров и медицинских освидетельствований в соответствии с пунктами 5, 5.1 и 12 настоящей части; организация обеспечения граждан лекарственными препаратами и специализированными продуктами лечебного питания для лечения заболеваний, включенных в перечень жизнеугрожающих и хронических прогрессирующих редких (орфанных) заболеваний, приводящих к сокращению продолжительности жизни гражданина или инвалидности, предусмотренный частью 3 статьи 44 настоящего Федерального закона; становление мер социальной поддержки по организации оказания медицинской помощи лицам, страдающим социально значимыми заболеваниями и заболеваниями, представляющими опасность для окружающих, и по организации обеспечения указанных лиц лекарственными препаратами; установление случаев и порядка организации оказания первичной медико-санитарной помощи и специализированной медицинской помощи медицинскими работниками медицинских организаций вне таких медицинских организаций, а также в иных медицинских организациях.

            Согласно подпункта 21.1 пункта 2 статьи 26.3 Федерального закона от 06.10.1999 №184-ФЗ «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации» к полномочиям органов государственной власти субъектов Российской Федерации по предметам совместного ведения, осуществляемым данными органами самостоятельно за счет средств бюджета субъекта Российской Федерации (за исключением субвенций из федерального бюджета), относится решение вопросов организации оказания медицинской помощи, предусмотренной законодательством субъекта Российской Федерации для определенных категорий граждан.

Пунктом 2 части 1 статьи 4 Закона Нижегородской области от 01.03.2011 №25-З «О Законодательном Собрании Нижегородской области» предусмотрено, что законодательный (представительный) орган государственной власти Нижегородской области осуществляет законодательное регулирование по предметам ведения области и по предметам совместного ведения Российской Федерации и области в пределах полномочий области. 

При таких обстоятельствах, принятие решения об организации услуг по обеспечению населения Нижегородской области лекарственными препаратами и медицинскими изделиями при амбулаторном лечении по рецептам врача бесплатно или с 50 процентной скидкой, предусматривающее финансирование, в том числе, за счет средств федерального бюджета путем наделения полномочиями выступать единственным поставщиком, минуя конкурентную процедуру, услуг, финансирование которых предполагается, в том числе за счет средств федерального бюджета, выходит за рамки полномочий представительного органа субъекта Российской Федерации. 

В рассматриваемом заявлении заявитель ссылается на решение Нижегородского областного суда от 29.06.2016 и апелляционное определение Верховного Суда Российской Федерации от 29.06.2016 по делу №9-АПГ16-30, которыми признан соответствующим действующему законодательству Закон Нижегородской области №1-3 «О полномочиях государственного предприятия Нижегородской области на оказание услуг по обеспечению лекарственными препаратами и медицинскими изделиями медицинских организаций Нижегородской области», а также на решение Арбитражного суда Нижегородской области от 06.06.2017 по делу №А43-3218/2017, в рамках которого рассматривалось заявление Законодательного Собрания Нижегородской области о признании незаконным решения от 27.12.2016 по делу №1634-ФАС52-10/16  и недействительным предписания от 13.12.2016 по делу №1634-ФАС52-10/16, принятых Управлением Федеральной антимонопольной службы по Нижегородской области.

При этом оспаривая решение Управления, которым Законодательное Собрание Нижегородской области при принятии Закона Нижегородской области №1-3 «О полномочиях государственного предприятия Нижегородской области на оказание услуг по обеспечению лекарственными препаратами и медицинскими изделиями медицинских организаций Нижегородской области» признано нарушившим часть 1 статьи 15 Закона о защите конкуренции, заявитель приводил аналогичные доводы и занимал ту же позицию, что подтверждает сам заявитель в рассматриваемом заявлении.   

Требования Законодательного Собрания Нижегородской области, которые были предметом рассмотрения дела №А43-3218/2017 удовлетворены. Вышестоящими инстанциями решение Арбитражного суда Нижегородской области от 06.06.2017 оставлено без изменения.

По мнению заявителя, поскольку доводы, приведенные в ходе рассмотрения заявления в рамках дела №А43-3218/2017 и  в ходе рассмотрения настоящего заявления аналогичны, решение Арбитражного суда Нижегородской области от 06.06.2017 по делу №А43-3218/2017 имеет преюдициальное значение для рассмотрения настоящего дела.

Между тем суд не соглашается с позицией заявителя на основании следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации.

Согласно статье 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом, имеют преюдициальное значение при рассмотрении спора с участием тех же лиц.

Свойством преюдиции обладают обстоятельства, составляющие фактическую основу ранее вынесенного по другому делу и вступившего в законную силу решения, когда эти обстоятельства имеют юридическое значение для разрешение спора, возникшего позднее.

Какой-либо взаимной связи между настоящим делом и делом №А43-3218/2017 не имеется. Так, обстоятельства, входящие в предмет доказывания по делу №А43-3218/2017, не устанавливаются и не оспариваются в рамках настоящего дела, поэтому не могут влиять на результат рассмотрения настоящего дела по существу. 

Предметом спора по указанным дела являются разные принятые Законодательным Собранием Нижегородской области Законы Нижегородской области, в связи с чем обстоятельства, установленные судом при рассмотрении дела №А43-3218/2017, не имеют преюдициального значение при рассмотрении данного спора.  

Доводы третьих лиц аналогичны доводам, изложенным Законодательным собранием Нижегородской области в рассматриваемом заявлении, в связи с чем подлежат отклонению судом по тем же основаниям.

На основании изложенного, с учетом фактических обстоятельств дела, суд пришел к выводу о том, что положения Закона Нижегородской области №24-3 от 05.04.2017 «О полномочиях государственного предприятия Нижегородской области на оказание услуг по обеспечению населения Нижегородской области лекарственными препаратами и медицинскими изделиями при амбулаторном лечении по рецептам врача бесплатно или с 50 процентной скидкой», которыми установлены полномочия государственного предприятия Нижегородской области «Нижегородская областная фармация» как единственного поставщика, а также не исключена возможность использования субвенций из федерального бюджета при решении вопросов об организации оказания медицинской помощи, предусмотренной законодательством субъекта Российской Федерации для определенных категорий граждан, могут привести к ограничению, устранению и недопущению конкуренции, лишению потенциальных поставщиков социальной услуги принять участие в конкурентной борьбе, что свидетельствует о нарушении части 1 статьи 15 Закона о защите конкуренции, запрещающей ограничивать право хозяйствующих субъектов на получение государственных заказов и создание преимущественных условий для отдельных   хозяйствующих субъектов. 

В силу статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

При таких обстоятельствах, с учетом представленных в материалы дела документов, суд приходит к выводу, что оспариваемые предписание и решение антимонопольного органа соответствует действующему законодательству, в связи с чем суд не усматривает совокупности оснований для их отмены. 

Предписание Управления на момент его выдачи являлось законным, обоснованным и исполнимым, выдано Управлением в рамках полномочий, предоставленных законом. При этом возложение на заявителя обязанности, которую заявитель должен был исполнить в силу закона, не может свидетельствовать о нарушении его прав и законных интересов вследствие вынесения Управлением предписания. 

Согласно части 3 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя, суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования.

На основании изложенного заявленные требования Законодательного собрания Нижегородской области удовлетворению не подлежат.  

Руководствуясь статьями 167-170, 180-182, 200, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р  Е  Ш  И  Л  :

заявленные требования Законодательного собрания Нижегородской области о признании незаконным решения от 22.06.2018 по делу №1256-ФАС52-10/18 и недействительным предписания от 14.06.2018 по делу №1256-ФАС52-10/18, вынесенных Управлением Федеральной антимонопольной службы по Нижегородской области, оставить без удовлетворения.

Настоящее решение вступает в законную силу по истечении одного месяца со дня принятия, если не будет подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции. 

Настоящее решение может быть обжаловано в Первый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Нижегородской области.  

 

Судья                                                                                                И.Ю. Мукабенов