Четвертый арбитражный апелляционный суд 

улица Ленина, 100б, Чита,  672000, http://4aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Чита Дело №А78-427/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 18 июня 2018 года

Полный текст постановления изготовлен 21 июня 2018 года

Четвертый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Е.В. Желтоухова, судей Д.В. Басаева, Н.В. Ломако, при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 на решение Арбитражного суда Забайкальского края от 28 апреля 2018 года по делу №А78-427/2018 по заявлению индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРНИП 306750510300022 ИНН 

<

***>) о признании незаконным и отмене постановлений Читинской таможни (ОГРН 

<

***> ИНН 

<

***>) от 05.12.2017 №№ 10612000-2835/2017, 10612000-2837/2017, 10612000- 2840/2017, 10612000-2841/2017, 10612000-2842/2017, 10612000-2844 /2017, 10612000-2845 /2017, 10612000-2846/2017, 10612000-2847/2017

суд первой инстанции, судья  Горкин Д.С.,

при участии в судебном заседании:

от заявителя: ФИО3, представитель по доверенности от 09.01.2018;

от заинтересованного лица: ФИО4, представитель по доверенности от 09.02.2018; ФИО5, представитель по доверенности от 28.12.2017

установил:

Заявитель, индивидуальный предприниматель ФИО2, обратился в Арбитражный суд Забайкальского края с заявлением об оспаривании постановлений о назначении административного наказания по делам об административном правонарушении  от 05.12.2017 №№ 10612000-2835/2017, 10612000-2837/2017, 10612000-2840/2017, 10612000- 2841/2017, 10612000-2842/2017, 10612000-2845/2017, 1061200-2844/2017, 10612000- 2846/2017. 10612000-2847/2017.

Решением суда первой инстанции от 28.04.2018 заявителю отказано в удовлетворении требований.

Принимая указанное решение, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии в действиях индивидуального предпринимателя состава административного правонарушения, предусмотренного частью 5 статьи 15.25 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, и о соблюдении административным органом порядка привлечения индивидуального предпринимателя к административной ответственности.

Предприниматель, не согласившись с выводами суда первой инстанции, заявил апелляционную жалобу, в которой просит решение отменить, требования удовлетворить.

Представитель  предпринимателя в судебном заседании доводы апелляционной жалобы поддержал, пояснив суду, что таможенный орган неправильно исчислил срок возврата валютной выручки, а суд первой инстанции проигнорировал доводы в данной части.

Из апелляционной жалобы следует, что суд первой инстанции неполно исследовал материалы дела и дал им ненадлежащую оценку. 

Представители таможенного органа в судебном заседании с доводами апелляционной жалобы не согласились и просили отказать в ее удовлетворении.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, о времени и месте судебного заседания размещена судом апелляционной инстанции на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет 19.05.2018.

Согласно пункту 2 статьи 210 АПК РФ неявка лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о месте и времени судебного заседания, не является препятствием для рассмотрения дела по существу.

О месте и времени судебного заседания стороны извещены надлежащим образом в порядке частей 1, 6 статьи 121, статей 122, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Четвертый арбитражный апелляционный суд, рассмотрев дело в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, проверив обоснованность доводов, изложенных в апелляционной жалобе и возражениях на нее, изучив материалы дела, включая документы, представленные участниками в электронном виде, проверив правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права и заслушав доводы сторон, пришел к следующим выводам.

Оспариваемыми постановлениями индивидуальный предприниматель признан виновным в совершении правонарушения предусмотренным ч. 5 ст. 15.25 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Диспозиция ч. 5 ст. 15.25 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях предусматривает ответственность за невыполнение резидентом в установленный срок обязанности по возврату в Российскую Федерацию денежных средств, уплаченных нерезидентам за не ввезенные в Российскую Федерацию (не полученные в Российской Федерации) товары, невыполненные работы, неоказанные услуги либо за непереданные информацию или результаты интеллектуальной деятельности, в том числе исключительные права на них.

В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 19 Федерального закона от 10.12.2003 N 173-ФЗ "О валютном регулировании и валютном контроле", при осуществлении внешнеторговой деятельности резиденты, если иное не предусмотрено этим законом, обязаны в сроки, установленные внешнеторговыми договорами (контрактами), обеспечить возврат в Российскую Федерацию денежных средств, уплаченных нерезидентам за не ввезенные на таможенную территорию Российской Федерации (не полученные на таможенной территории Российской Федерации) товары, невыполненные работы, неоказанные услуги, непереданные информацию и результаты интеллектуальной деятельности, в том числе исключительные права на них.

Системный анализ названных правовых норм позволяет сделать вывод о том, что невыполнение резидентом обязанности по возврату денежных средств, уплаченных нерезидентам за не ввезенные на таможенную территорию Российской Федерации (не полученные на таможенной территории Российской Федерации) товары при отсутствии фактов его противоправного поведения, препятствующего получению товаров или возврату уплаченных денежных средств, а также в случае принятия резидентом зависящих от него мер для получения этих средств не образует состава правонарушения, установленного частью 5 статьи 15.25 КоАП РФ.

Таким образом, объективная сторона данного правонарушения, состоит не просто в неисполнении в установленный срок обязанности по возврату в Российскую Федерацию денежных средств, уплаченных нерезидентам за не ввезенные в Российскую Федерацию (не полученные в Российской Федерации) товары, но и при наличии фактов его противоправного поведения, препятствующего получению товаров или возврату уплаченных денежных средств, а также в случае непринятия резидентом зависящих от него мер для получения этих средств.

Следовательно, объективная сторона данного правонарушения состоит в наличии:

- фактов неисполнении в установленный срок обязанности по возврату в Российскую Федерацию денежных средств, уплаченных нерезидентам за не ввезенные в Российскую Федерацию товары.

- фактов противоправного поведения, препятствующего получению товаров или возврату уплаченных денежных средств; в непринятии резидентом зависящих от него мер для получения этих средств.

Как указывает таможенный орган, индивидуальный предприниматель  01.10.2014 заключил контракт № DAFZAB01/10/2014 с компанией HongkongLinklandlndustrialCo., Limited, КНР (Продавец), на поставку в Российскую Федерацию на условиях DAF Забайкальск товаров в ассортименте, количестве и по ценам, указанным в приложениях к контракту. 

Общая сумма контракта 5 000 000 $ США. 

Оплата производится банковским переводом в долларах США, порядок расчетов за каждую партию товара указывается в приложениях к контракту, контракт действует до 31.12.2015 (т. 7, л. 119). 

Приложением № DAFZAB-01-2015 от 05.10.2015 увеличена общая сумма контракта до 6000000 $ США и продлено действие контракта до 31.12.2016 (т.7 , л. 130). 

Приложением № DAFZAB-02-2016 от 23.11.2016г. уменьшена общая сумма контракта до 5000000 $ США и продлено действие контракта до 31.12.2017 (т.7 , л. 132).

Так, постановлением от 05.12.2017 № 10612000-2835/2017 (т. 1, л. 63) , по делу об административном правонарушении предпринимателю вменяется, что согласно ведомости банковского контроля предпринимателем произведены платежи в адрес нерезидента на общую сумму 1 295 444, 81 дол США, в том числе авансовый платеж от 02.07.2015 на сумму 2 157, 40 дол США.

Вместе с тем согласно базе данных деклараций на товары по данному контракту предпринимателем оформлено товаров на общую сумму 955 258 дол. США, при этом товар стоимостью 2 157, 40 дол США в Российскую Федерацию не ввезен, денежные средства не возвращены.

На основании указанного таможенный орган и суд первой инстанции делают вывод, что поскольку авансовый платеж состоялся 02.07.2015, то предприниматель  должен был обеспечить возврат денежных средств за не ввезённый на территорию РФ товар согласно приведенных приложений к контракту не позднее 23.03.2017, установив дату совершения правонарушения 24.03.2017.

При этом данный срок таможенный орган исчислял с учетом даты платежа, срока установленного в п. 2 приложения № 009P/1-DAFZAB-2014 от 07.12.2015 к приложению № 009P-DAFZAB-2014 от 27.04.2015 к названному контракту, а также пунктами 2 и 3 приложения № 009P/2-DAFZAB-2014 от 07.08.2016 к приложению № 009P-DAFZAB-2014 от 27.04.2015 к названному контракту (т.1 , л. 189-201) .

Между тем, суд апелляционной инстанции находит выводы по исчислению срока возврата валютной выручки, сделанные как таможенным органом, так и судом первой инстанции ошибочными, сделанными без учета следующего.

Так из анализа приложения № 009P/1-DAFZAB-2014 от 07.12.2015 к приложению № 009P-DAFZAB-2014 от 27.04.2015 к названному контракту (т. 1, л.  190) следует, что поставка очередной партии планируется с 20.12.2015 года (п.1).

Срок действия приложения № 009P-DAFZAB-2014 от 27.04.2015 продлен на 180 дней (п.2), увеличен срок возврата полной стоимости не отгруженного, но оплаченного товара до 90 календарных дней (п.3). 

Из приложения № 009P/2-DAFZAB-2014 от 07.08.2016 к приложению № 009P-DAFZAB-2014 от 27.04.2015 к названному контракту следует, что стороны договорились о том, что поставка партии товара по указанному приложению планируется с 20.11.2016 (п.1), а также решили продлить срок действия приложения № 009P-DAFZAB-2014 от 27.04.2015 еще на 180 дней (п.2), срок возврата полной стоимости не отгруженного, но оплаченного товара, в течение 90 календарных дней (п.3) (т. 1 л. 200).

Указанное суд апелляционной инстанции расценивает как продление предпринимателем срока поставки товара по суммам предоплаты перечисленным нерезиденту.

Следовательно, срок возврата валютной выручки следует исчислять по истечении 180 дней с даты планируемой поставки, 20.11.2016 и истечения 90 дней календарных дней, а не с даты совершенного платежа аванса, поскольку как следует из вышеуказанного, предприниматель продлил срок поставки товара. 

Таким образом, датой возврата является 20.08.2017 года, а не 23.03.2017 как указал таможенный орган и суд первой инстанции.

Учитывая указанное, суд апелляционной инстанции усматривает, что таможенный орган не представил надлежащих доказательств, что 24.03.2017 предпринимателем было совершено правонарушение предусмотренное ч. 5 ст. 15.25  Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, поскольку не доказал что 23.03.2017 у предпринимателя наступил срок возврата уплаченного указанного авансового платежа.

Постановлением от 05.12.2017 № 10612000-2837/2017 (т. 1, л. 54) по делу об административном правонарушении предпринимателю вменяется, что согласно ведомости банковского контроля предпринимателем произведены платежи в адрес нерезидента на общую сумму 1 295 444, 81 дол США, в том числе авансовый платеж от 09.10.2015 на сумму 15 00 дол США.

Вместе с тем согласно базе данных деклараций на товары по данному контракту предпринимателем оформлено товаров на общую сумму 955 258 дол. США, при этом товар стоимостью 15 000 дол США в Российскую Федерацию не ввезен, денежные средства не возвращены.

На основании указанного таможенный орган и суд первой инстанции делают вывод, что поскольку авансовый платеж состоялся 09.10.2015, то предприниматель  должен был обеспечить возврат денежных средств за не ввезенный на территорию РФ товар согласно приведенных приложений к контракту не позднее 30.06.2017, установив дату совершения правонарушения 01.07.2017.

При этом данный срок таможенный орган исчислял с учетом даты платежа, срока установленного в п. 2 приложения № 011P/1-DAFZAB-2014 от 30.12.2015 к приложению № 011P-DAFZAB-2014 от 25.09.2015 к названному контракту, а также пунктами 2 и 3 приложения № 011P/2-DAFZAB-2014 от 30.09.2016 к приложению № 011P-DAFZAB-2014 от 25.09.2015 к названному контракту (т.1 , л. 91-93) .

Между тем, суд апелляционной инстанции находит выводы по исчислению срока возврата валютной выручки, сделанные как таможенным органом, так и судом первой инстанции ошибочными, сделанными без учета следующего.

Так из анализа приложения № 011P/1-DAFZAB-2014 от 30.12.2015 к приложению № 011P-DAFZAB-2014 от 25.09.2015 к названному контракту следует, что поставка очередной партии планируется с 20.03.2016 года (п.1) (т. 1, л.  92).

Срок действия приложения № 011P-DAFZAB-2014 от 25.09.2015 продлен на 180 дней (п.2), увеличен срок возврата полной стоимости не отгруженного, но оплаченного товара до 90 календарных дней (п.3). 

Из приложения № 011P/2-DAFZAB-2014 от 30.09.2016 к приложению № 011P-DAFZAB-2014 от 25.09.2015 к названному контракту следует, что стороны договорились о том, что поставка партии товара по указанному приложению планируется с 20.11.2016 (п.1), стороны также решили продлить срок действия приложения № 009P-DAFZAB-2014 от 27.04.2015 еще на 180 дней (п.2), срок возврата полной стоимости не отгруженного, но оплаченного товара, в течение 90 календарных дней (п.3) (т. 1, л.93).

Указанное, суд апелляционной инстанции расценивает как продление предпринимателем срока поставки товара по суммам предоплаты перечисленным нерезиденту.

Следовательно, срок возврата валютной выручки следует исчислять по истечении 180 дней с даты планируемой поставки- 20.11.2016 и истечения 90 дней календарных дней, а не с даты совершенного платежа аванса, поскольку как следует из вышеуказанного предприниматель продлил срок поставки товара. 

Таким образом, датой возврата является 20.08.2017 года, а не 30.06.2017 как указал таможенный орган и суд первой инстанции.

Учитывая указанное, суд апелляционной инстанции усматривает, что таможенный орган не представил надлежащих доказательств, что 01.07.2017 предпринимателем было совершено правонарушение предусмотренное ч. 5 ст. 15.25  Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, поскольку не доказал что 30.06.2017 у предпринимателя наступил срок возврата уплаченного указанного авансового платежа.

Постановлением от 05.12.2017 № 10612000-2840/2017 (т. 1, л. 42) по делу об административном правонарушении предпринимателю вменяется, что согласно ведомости банковского контроля предпринимателем произведены платежи в адрес нерезидента на общую сумму 1 295 444, 81 дол США, в том числе авансовый платеж от 14.05.2015 на сумму 53 000 дол США.

Вместе с тем согласно базе данных деклараций на товары по данному контракту предпринимателем оформлено товаров на общую сумму 955 258 дол. США, при этом товар стоимостью 53 000 дол США в Российскую Федерацию не ввезен, денежные средства не возвращены.

На основании указанного таможенный орган и суд первой инстанции делают вывод, что поскольку авансовый платеж состоялся 14.05.2015, то предприниматель  должен был обеспечить возврат денежных средств за навезённый на территорию РФ товар согласно приведенных приложений к контракту не позднее 02.02.2017, установив дату совершения правонарушения 03.02.2017.

При этом данный срок таможенный орган исчислял с учетом даты платежа, срока установленного в п. 2 приложения № 008P/1-DAFZAB-2014 от 07.12.2015 к приложению № 008P-DAFZAB-2014 от 27.04.2015 к названному контракту, а также пунктами 2 и 3 приложения № 009P/2-DAFZAB-2014 от 07.08.2016 к приложению № 008P-DAFZAB-2014 от 27.04.2015 к названному контракту (т.1 , л. 87-89).

Между тем, суд апелляционной инстанции находит выводы по исчислению срока возврата валютной выручки, сделанные как таможенным органом, так и судом первой инстанции ошибочными, сделанными без учета следующего.

Так из анализа приложения № 008P/1-DAFZAB-2014 от 07.12.2015 к приложению № 008P-DAFZAB-2014 от 27.04.2015 к названному контракту (т. 1, л.  88) следует, что поставка очередной партии планируется с 20.12.2015 года (п.1).

Срок действия приложения № 009P-DAFZAB-2014 от 27.04.2015 продлен на 180 дней (п.2), увеличен срок возврата полной стоимости не отгруженного, но оплаченного товара до 90 календарных дней (п.3). 

Из приложения № 008P/2-DAFZAB-2014 от 07.12.2016 к приложению № 008P-DAFZAB-2014 от 27.04.2015 к названному контракту следует, что стороны договорились о том, что поставка партии товара по указанному приложению планируется с 20.11.2016 (п.1), а также решили продлить срок действия приложения № 008P-DAFZAB-2014 от 27.04.2015 еще на 180 дней (п.2), срок возврата полной стоимости не отгруженного, но оплаченного товара в течение 90 календарных дней (п.3) (т. 1, л. 89).

Указанное суд апелляционной инстанции расценивает как продление предпринимателем срока поставки товара по суммам предоплаты перечисленным нерезиденту.

Следовательно, срок возврата валютной выручки следует исчислять по истечении 180 дней с даты планируемой поставки, 20.11.2016 и истечения 90 дней календарных дней, а не с даты совершенного платежа аванса, поскольку как следует из вышеуказанного предприниматель продлил срок поставки товара. Таким образом, датой возврата является 20.08.2017 года, а не 02.02.2017 как указал таможенный орган и суд первой инстанции.

Учитывая указанное, суд апелляционной инстанции усматривает, что таможенный орган не представил надлежащих доказательств, что 03.02.2017 предпринимателем было совершено правонарушение предусмотренное ч. 5 ст. 15.25  Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, поскольку не доказал что 02.02.2017 у предпринимателя наступил срок возврата уплаченного указанного авансового платежа.

Постановлением от 05.12.2017 № 10612000-2841/2017 (т. 1, л. 38) , по делу об административном правонарушении предпринимателю вменяется, что согласно ведомости банковского контроля предпринимателем произведены платежи в адрес нерезидента на общую сумму 1 295 444, 81 дол США, в том числе авансовый платеж от 18.05.2015 на сумму 3 539,40 дол США.

Вместе с тем согласно базе данных деклараций на товары по данному контракту предпринимателем оформлено товаров на общую сумму 955 258 дол. США, при этом товар стоимостью 3 539,40 дол США в Российскую Федерацию не ввезен, денежные средства не возвращены.

На основании указанного таможенный орган и суд первой инстанции делают вывод, что поскольку авансовый платеж состоялся 18.05.2015, то предприниматель  должен был обеспечить возврат денежных средств за навезённый на территорию РФ товар согласно приведенных приложений к контракту не позднее 06.02.2017, установив дату совершения правонарушения 07.02.2017.

При этом данный срок таможенный орган исчислял с учетом даты платежа, срока установленного в п. 2 приложения № 008P/1-DAFZAB-2014 от 07.12.2015 к приложению № 008P-DAFZAB-2014 от 27.04.2015 к названному контракту, а также пунктами 2 и 3 приложения № 008P/2-DAFZAB-2014 от 07.08.2016 к приложению № 008P-DAFZAB-2014 от 27.04.2015 к названному контракту (т.1 , л. 87-89) .

Между тем, суд апелляционной инстанции находит выводы по исчислению срока возврата валютной выручки, сделанные как таможенным органом, так и судом первой инстанции ошибочными, сделанными без учета следующего.

Так из анализа приложения № 008P/1-DAFZAB-2014 от 07.12.2015 к приложению № 008P-DAFZAB-2014 от 27.04.2015 к названному контракту (т. 1, л.  88) следует, что поставка очередной партии планируется с 20.12.2015 года (п.1).

Срок действия приложения № 009P-DAFZAB-2014 от 27.04.2015 продлен на 180 дней (п.2), увеличен срок возврата полной стоимости не отгруженного, но оплаченного товара до 90 календарных дней (п.3). 

Из приложения № 008P/2-DAFZAB-2014 от 07.12.2015 к приложению № 008P-DAFZAB-2014 от 27.04.2015 к названному контракту следует, что стороны договорились о том, что поставка партии товара по указанному приложению планируется с 20.11.2016 (п.1), а также решили продлить срок действия приложения № 008P-DAFZAB-2014 от 27.04.2015 еще на 180 дней (п.2), срок возврата полной стоимости не отгруженного, но оплаченного товара в течение 90 календарных дней (п.3) (т.1 , л. 89).

Указанное, суд апелляционной инстанции расценивает как продление предпринимателем срока поставки товара по суммам предоплаты перечисленным нерезиденту.

Следовательно, срок возврата валютной выручки следует исчислять по истечении 180 дней с даты планируемой поставки, 20.11.2016 и истечения 90 дней календарных дней, а не с даты совершенного платежа аванса, поскольку как следует из вышеуказанного предприниматель продлил срок поставки товара. Таким образом, датой возврата является 20.08.2017 года, а не 06.02.2017 как указал таможенный орган и суд первой инстанции.

Учитывая указанное, суд апелляционной инстанции усматривает, что таможенный орган не представил надлежащих доказательств, что 07.02.2017 предпринимателем было совершено правонарушение предусмотренное ч. 5 ст. 15.25  Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, поскольку не доказал что 06.02.2017 у предпринимателя наступил срок возврата уплаченного указанного авансового платежа.

Постановлением от 05.12.2017 № 10612000-2842/2017 (т. 1, л. 34) по делу об административном правонарушении предпринимателю вменяется, что согласно ведомости банковского контроля предпринимателем произведены платежи в адрес нерезидента на общую сумму 1 295 444, 81 дол США, в том числе авансовый платеж от 18.05.2015 на сумму 35 378,60 дол США (т.1, л. 34).

Вместе с тем согласно базе данных деклараций на товары по данному контракту предпринимателем оформлено товаров на общую сумму 955 258 дол. США, при этом товар стоимостью 35 378,60 дол США в Российскую Федерацию не ввезен, денежные средства не возвращены.

На основании указанного таможенный орган и суд первой инстанции делают вывод, что поскольку авансовый платеж состоялся 18.05.2015, то предприниматель  должен был обеспечить возврат денежных средств за навезённый на территорию РФ товар согласно приведенных приложений к контракту не позднее 06.02.2017, установив дату совершения правонарушения 07.02.2017.

При этом данный срок таможенный орган исчислял с учетом даты платежа, срока, установленного в п. 2 приложения № 009P/1-DAFZAB-2014 от 07.12.2015 к приложению № 009P-DAFZAB-2014 от 27.04.2015 к названному контракту, а также пунктами 2 и 3 приложения № 009P/2-DAFZAB-2014 от 07.08.2016 к приложению № 009P-DAFZAB-2014 от 27.04.2015 к названному контракту (т.1 , л. 189-201).

Между тем, суд апелляционной инстанции находит выводы по исчислению срока возврата валютной выручки, сделанные как таможенным органом, так и судом первой инстанции ошибочными, сделанными без учета следующего.

Так из анализа приложения № 009P/1-DAFZAB-2014 от 07.12.2015 к приложению № 009P-DAFZAB-2014 от 27.04.2015 к названному контракту (т. 1, л.  100) следует, что поставка очередной партии планируется с 20.12.2015 года (п.1).

Срок действия приложения № 009P-DAFZAB-2014 от 27.04.2015 продлен на 180 дней (п.2), увеличен срок возврата полной стоимости не отгруженного, но оплаченного товара, до 90 календарных дней (п.3). 

Из приложения № 009P/2-DAFZAB-2014 от 07.08.2016 к приложению № 009P-DAFZAB-2014 от 27.04.2015 к названному контракту следует, что стороны договорились о том, что поставка партии товара по указанному приложению планируется с 20.11.2016 (п.1), а также решили продлить срок действия приложения № 009P-DAFZAB-2014 от 27.04.2015 еще на 180 дней (п.2), срок возврата полной стоимости не отгруженного, но оплаченного товара, в течение 90 календарных дней (п.3) (т.1 , л. 101).

Указанное суд апелляционной инстанции расценивает как продление предпринимателем срока поставки товара по суммам предоплаты перечисленным нерезиденту.

Следовательно, срок возврата валютной выручки следует исчислять по истечении 180 дней с даты планируемой поставки, 20.11.2016 и истечения 90 дней календарных дней, а не с даты совершенного платежа аванса, поскольку как следует из вышеуказанного предприниматель продлил срок поставки товара. Таким образом, датой возврата является 20.08.2017 года, а не 06.02.2017 как указал таможенный орган и суд первой инстанции.

Учитывая указанное, суд апелляционной инстанции усматривает, что таможенный орган не представил надлежащих доказательств, что 07.02.2017 предпринимателем было совершено правонарушение предусмотренное ч. 5 ст. 15.25  Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, поскольку не доказал что 06.02.2017 у предпринимателя наступил срок возврата уплаченного указанного авансового платежа.

Так постановлением от 05.12.2017 № 10612000-2845/2017 (т. 1, л. 22) по делу об административном правонарушении предпринимателю вменяется, что согласно ведомости банковского контроля предпринимателем произведены платежи в адрес нерезидента на общую сумму 1 295 444, 81 дол США, в том числе авансовый платеж от 27.05.2015 на сумму 60 000 дол США.

Вместе с тем согласно базе данных деклараций на товары по данному контракту предприниматель оформлено товаров на общую сумму 955 258 дол. США, при этом товар стоимостью 60 000 дол США в Российскую Федерацию не ввезен, денежные средства не возвращены.

На основании указанного таможенный орган и суд первой инстанции делают вывод, что поскольку авансовый платеж состоялся 27.05.2015, то предприниматель  должен был обеспечить возврат денежных средств за навезённый на территорию РФ товар согласно приведенных приложений к контракту не позднее 15.02.2017, установив дату совершения правонарушения 16.02.2017.

При этом данный срок таможенный орган исчислял с учетом даты платежа, срока, установленного в п. 2 приложения № 009P/1-DAFZAB-2014 от 07.12.2015 к приложению № 009P-DAFZAB-2014 от 27.04.2015 к названному контракту, а также пунктами 2 и 3 приложения № 009P/2-DAFZAB-2014 от 07.08.2016 к приложению № 009P-DAFZAB-2014 от 27.04.2015 к названному контракту (т.1 , л. 189-201) .

Между тем, суд апелляционной инстанции находит выводы по исчислению срока возврата валютной выручки, сделанные как таможенным органом, так и судом первой инстанции ошибочными, сделанными без учета следующего.

Так из анализа приложения № 009P/1-DAFZAB-2014 от 07.12.2015 к приложению № 009P-DAFZAB-2014 от 27.04.2015 к названному контракту (т. 1, л.  100) следует, что поставка очередной партии планируется с 20.12.2015 года (п.1).

Срок действия приложения № 009P-DAFZAB-2014 от 27.04.2015 продлен на 180 дней (п.2), уввеличен срок возврата полной стоимости не отгруженного, но оплаченного товара, до 90 календарных дней (п.3). 

Из приложения № 009P/2-DAFZAB-2014 от 07.08.2016 к приложению № 009P-DAFZAB-2014 от 27.04.2015 к названному контракту следует, что стороны договорились о том, что поставка партии товара по указанному приложению планируется с 20.11.2016 (п.1), а также решили продлить срок действия приложения № 009P-DAFZAB-2014 от 27.04.2015 еще на 180 дней (п.2), срок возврата полной стоимости не отгруженного, но оплаченного товара в течение 90 календарных дней (п.3) (т.1 , л. 101) .

Указанное суд апелляционной инстанции расценивает как продление предпринимателем срока поставки товара по суммам предоплаты перечисленным нерезиденту.

Следовательно, срок возврата валютной выручки следует исчислять по истечении 180 дней с даты планируемой поставки, 20.11.2016 и истечения 90 дней календарных дней, а не с даты совершенного платежа аванса, поскольку как следует из вышеуказанного, предприниматель продлил срок поставки товара. Таким образом, датой возврата является 20.08.2017 года, а не 15.02.2017, как указал таможенный орган и суд первой инстанции.

Учитывая указанное, суд апелляционной инстанции усматривает, что таможенный орган не представил надлежащих доказательств, что 16.02.2017 предпринимателем было совершено правонарушение предусмотренное ч. 5 ст. 15.25  Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, поскольку не доказал что 15.02.2017 у предпринимателя наступил срок возврата уплаченного указанного авансового платежа.

Так постановлением от 05.12.2017 № 1061200-2844/2017 (т. 1, л. 26) , по делу об административном правонарушении предпринимателю вменяется, что согласно ведомости банковского контроля предпринимателем произведены платежи в адрес нерезидента на общую сумму 1 295 444, 81 дол США, в том числе авансовый платеж от 25.09.2015 на сумму 34 900 дол США.

Вместе с тем согласно базе данных деклараций на товары по данному контракту предприниматель оформлено товаров на общую сумму 955 258 дол. США, при этом товар стоимостью 34 900 США в Российскую Федерацию не ввезен, денежные средства не возвращены.

На основании указанного таможенный орган и суд первой инстанции делают вывод, что поскольку авансовый платеж состоялся 25.09.2015, то предприниматель  должен был обеспечить возврат денежных средств за навезённый на территорию РФ товар согласно приведенных приложений к контракту не позднее 16.06.2017, установив дату совершения правонарушения 17.06.2017.

При этом данный срок таможенный орган исчислял с учетом даты платежа, срока установленного в п. 2 приложения № 011P/1-DAFZAB-2014 от 30.12.2015 к приложению № 011P-DAFZAB-2014 от 25.09.2015 к названному контракту, а также пунктами 2 и 3 приложения № 011P/2-DAFZAB-2014 от 30.09.2016 к приложению № 011P-DAFZAB-2014 от 25.09.2015 к названному контракту (т.1 , л. 91-93) .

Между тем, суд апелляционной инстанции находит выводы по исчислению срока возврата валютной выручки, сделанные как таможенным органом, так и судом первой инстанции ошибочными, сделанными без учета следующего.

Так из анализа приложения № 011P/1-DAFZAB-2014 от 30.12.2015 к приложению № 011P-DAFZAB-2014 от 25.09.2015 к названному контракту (т. 1, л.  92) следует, что поставка очередной партии планируется с 20.03.2016 года (п.1).

Срок действия приложения № 011P-DAFZAB-2014 от 25.09.2015 продлен на 180 дней (п.2), увеличен срок возврата полной стоимости не отгруженного, но оплаченного товара, до 90 календарных дней (п.3). 

Из приложения № 011P/2-DAFZAB-2014 от 30.09.2016 к приложению № 011P-DAFZAB-2014 от 25.09.2015 к названному контракту следует, что стороны договорились о том, что поставка партии товара по указанному приложению планируется с 20.11.2016 (п.1), а также решили продлить срок действия приложения № 011P-DAFZAB-2014 от 25.09.2015 еще на 180 дней (п.2), срок возврата полной стоимости не отгруженного, но оплаченного товара, в течение 90 календарных дней (п.3) (т. 1, л. 93 ).

Указанное суд апелляционной инстанции расценивает как продление предпринимателем срока поставки товара по суммам предоплаты перечисленным нерезиденту.

Следовательно, что срок возврата валютной выручки следует исчислять по истечении 180 дней с даты планируемой поставки, 20.11.2016 и истечения 90 дней календарных дней, а не с даты совершенного платежа аванса, поскольку как следует из вышеуказанного предприниматель продлил срок поставки товара. Таким образом, датой возврата является 20.08.2017 года, а не 16.06.2017 как указал таможенный орган и суд первой инстанции.

Учитывая указанное, суд апелляционной инстанции усматривает, что таможенный орган не представил надлежащих доказательств, что 17.06.2017 предпринимателем было совершено правонарушение предусмотренное ч. 5 ст. 15.25  Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, поскольку не доказал что 16. 

Так постановлением от 05.12.2017 № 10612000-2847/2017 (т. 1, л. 14) , по делу об административном правонарушении предпринимателю вменяется, что согласно ведомости банковского контроля предпринимателем произведены платежи в адрес нерезидента на общую сумму 1 295 444, 81 дол США, в том числе авансовый платеж от 31.07.2015 на сумму 49 848 дол США.

Вместе с тем согласно базе данных деклараций на товары по данному контракту предприниматель оформлено товаров на общую сумму 955 258 дол. США, при этом товар стоимостью 49 848 США в Российскую Федерацию не ввезен, денежные средства не возвращены.

На основании указанного таможенный орган и суд первой инстанции делают вывод, что поскольку авансовый платеж состоялся 31.07.2015, то предприниматель  должен был обеспечить возврат денежных средств за навезённый на территорию РФ товар согласно приведенных приложений к контракту не позднее 21.04.2017, установив дату совершения правонарушения 22.04.2017.

При этом данный срок таможенный орган исчислял с учетом даты платежа, срока установленного в п. 2 приложения № 010P/1-DAFZAB-2014 от 30.12.2015 к приложению № 010P-DAFZAB-2014 от 27.05.2015 к названному контракту, а также пунктами 2 и 3 приложения № 010P/2-DAFZAB-2014 от 30.09.2016 к приложению № 010P-DAFZAB-2014 от 27.05.2015 к названному контракту (т.1 , л. 95-97) .

Между тем, суд апелляционной инстанции находит выводы по исчислению срока возврата валютной выручки, сделанные как таможенным органом, так и судом первой инстанции ошибочными, сделанными без учета следующего.

Так из анализа приложения № 010P/1-DAFZAB-2014 от 30.12.2015, к приложению № 010P-DAFZAB-2014 от 27.05.2015 к названному контракту (т. 1, л.  96) следует, что поставка очередной партии планируется с 20.03.2016 года (п.1).

Срок действия приложения № 010P-DAFZAB-2014 от 27.05.2015 продлен на 180 дней (п.2), увеличен срок возврата полной стоимости не отгруженного, но оплаченного товара, до 90 календарных дней (п.3). 

Из приложения № 010P/2-DAFZAB-2014 от 30.09.2016 к приложению № 010P-DAFZAB-2014 от 27.05.2015 к названному контракту следует, что стороны договорились о том, что поставка партии товара по указанному приложению планируется с 20.11.2016 (п.1), а также решили продлить срок действия приложения № 010P-DAFZAB-2014 от 27.05.2015 еще на 180 дней (п.2), срок возврата полной стоимости не отгруженного, но оплаченного товара, в течение 90 календарных дней (п.3) (т.1, л. 97).

Указанное, суд апелляционной инстанции расценивает как продление предпринимателем срока поставки товара по суммам предоплаты перечисленным нерезиденту.

Следовательно, срок возврата валютной выручки следует исчислять по истечении 180 дней с даты планируемой поставки, 20.11.2016 и истечения 90 дней календарных дней, а не с даты совершенного платежа аванса, поскольку как следует из вышеуказанного предприниматель продлил срок поставки товара. Таким образом, датой возврата является 20.08.2017 года, а не 20.04.2017 как указал таможенный орган и суд первой инстанции.

Учитывая указанное, суд апелляционной инстанции усматривает, что таможенный орган не представил надлежащих доказательств, что 21.04.2017 предпринимателем было совершено правонарушение предусмотренное ч. 5 ст. 15.25  Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, поскольку не доказал что 20.04.2017 у предпринимателя наступил срок возврата уплаченного указанного авансового платежа.

Таким образом, из оспариваемых постановлений не следует, что предприниматель не выполнил в установленный срок обязанности по возврату в Российскую Федерацию денежных средств, уплаченных нерезидентам за не ввезенные в Российскую Федерацию (не полученные в Российской Федерации) товары.

Из указанного следует, что материалами дела не подтверждается, что постановления таможенного органа от 05.12.2017 №№ 10612000-2835/2017, 10612000-2837/2017, 10612000-2840/2017, 10612000-2841/2017, 10612000-2842/2017, 10612000-2844 /2017, 10612000-2845 /2017, 10612000-2846/2017, 10612000-2847/2017 содержат надлежащие сведения о событии и противоправных действиях предпринимателя, охватываемых диспозицией ч. 5 ст. 15.25 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Согласно статье 2.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях административным правонарушением признается противоправное, виновное действие (бездействие) физического или юридического лица, за которое настоящим Кодексом или законами субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях установлена административная ответственность (ч.1).

Из указанного следует, что административным правонарушением признаются не просто противоправные действия (бездействие), а  действия (бездействие) виновные.

Задачами производства по делам об административных правонарушениях являются, в частности, всестороннее, полное и объективное выяснение обстоятельств каждого дела, разрешение его в соответствии с законом (статья 24.1 КоАП Российской Федерации).

На основании статьи 26.1 КоАП Российской Федерации по делу об административном правонарушении выяснению подлежат, в том числе, виновность лица в совершении административного правонарушения, а также обстоятельства, исключающие производство по делу об административном правонарушении.

Согласно пункту 4 части 1 статьи 29.10 КоАП Российской Федерации в постановлении по делу об административном правонарушении должны быть указаны обстоятельства, установленные при рассмотрении дела.

Пунктом 1 части 1.1 статьи 29.9 КоАП Российской Федерации предусмотрено, что постановление о прекращении производства по делу об административном правонарушении выносится в случае наличия хотя бы одного из обстоятельств, предусмотренных статьей 24.5 этого Кодекса.

В свою очередь, в силу пункта 2 части 1 статьи 24.5 КоАП Российской Федерации производство по делу об административном правонарушении не может быть начато, а начатое производство подлежит прекращению при отсутствии состава административного правонарушения.

Таким образом, привлекая предпринимателя к административной ответственности по части 5 статьи 15.25 КоАП Российской Федерации, таможенный орган обязан был установить все элементы данного административного правонарушения (субъект, объект, субъективную сторону, объективную сторону).

Однако в оспариваемых постановлениях таможенного органа от 05 декабря 2017 года о назначении административного наказания за нарушение требований о возврате валютной выручки не содержатся характеристики элементов состава вменяемого предпринимателю административного правонарушения (в частности, отсутствует описание субъективной стороны физического лица), то есть постановления не отвечают приведенным выше требованиям КоАП Российской Федерации.

Между тем, согласно статье 49 Конституции Российской Федерации каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда (часть 1); обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность (часть 2); неустранимые сомнения в виновности лица толкуются в пользу обвиняемого (часть 3).

В пункте 3 мотивировочной части Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 6 июля 2010 года N 934-О-О указано, что, несмотря на то, что названные конституционные положения по своему буквальному смыслу направлены на закрепление презумпции невиновности в отношении лиц, обвиняемых в совершении преступления, их значение выходит за рамки уголовного преследования. Наличие вины как элемента субъективной стороны состава правонарушения является одним из принципов юридической ответственности, а конституционные положения о презумпции невиновности и бремени доказывания, которое возлагается на органы государства и их должностных лиц, выражают общие принципы права при применении государственного принуждения карательного (штрафного) характера в сфере публичной ответственности в уголовном и в административном праве.

По сути, аналогичная правовая позиция выражена также и в других решениях Конституционного Суда Российской Федерации (например, Постановления от 7 июня 2000 года N 10-П, от 27 апреля 2001 года N 7-П, от 17 июля 2002 года N 13-П, Определение от 9 апреля 2003 года N 172-О).

В соответствии с правовыми позициями, выраженными в Постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от 15 июля 1999 года N 11-П, от 27 апреля 2001 года N 7-П, от 30 июля 2001 года N 13-П и от 24 июня 2009 года N 11-П, в качестве необходимого элемента общего понятия состава правонарушения выступает вина, наличие которой является во всех отраслях права предпосылкой возложения юридической ответственности, если иное прямо и недвусмысленно не установлено непосредственно самим законодателем; федеральный законодатель, устанавливая меры взыскания штрафного характера, может предусматривать - с учетом особенностей предмета регулирования - различные формы вины и распределение бремени ее доказывания.

Закрепляющий общие положения и принципы административно-деликтного законодательства КоАП Российской Федерации также исходит из того, что лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина (часть 1 статьи 1.5); лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, считается невиновным, пока его вина не будет доказана в установленном законом порядке (часть 2 статьи 1.5); неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, толкуются в пользу этого лица (часть 4 статьи 1.5).

Согласно части 1 статьи 2.1 КоАП Российской Федерации административным правонарушением признается противоправное, виновное действие (бездействие) физического или юридического лица, за которое этим Кодексом или законами субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях установлена административная ответственность.

В Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22 мая 2007 года N 16234/06 указано, что особенность вины индивидуальных предпринимателей характеризуется КоАП Российской Федерации иными критериями, чем вина юридических лиц, в связи с чем применение критериев вины, установленных частью 2 статьи 2.1 КоАП Российской Федерации для юридических лиц, к индивидуальным предпринимателям неправомерно.

Вина индивидуального предпринимателя как физического лица в форме умысла или неосторожности должна быть установлена и доказана административным органом в соответствии со статьей 2.2 КоАП Российской Федерации.

Данной статьей установлено, что административное правонарушение признается совершенным умышленно, если лицо, его совершившее, сознавало противоправный характер своего действия (бездействия), предвидело его вредные последствия и желало наступления таких последствий или сознательно их допускало либо относилось к ним безразлично (часть 1). Административное правонарушение признается совершенным по неосторожности, если лицо, его совершившее, предвидело возможность наступления вредных последствий своего действия (бездействия), но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывало на предотвращение таких последствий либо не предвидело возможности наступления таких последствий, хотя должно было и могло их предвидеть (часть 2).

По делам об оспаривании решений административных органов о привлечении к административной ответственности обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для привлечения к административной ответственности, возлагается на административный орган, принявший оспариваемое решение (часть 4 статьи 210 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно части 3 статьи 1.5 КоАП Российской Федерации лицо, привлекаемое к административной ответственности, не обязано доказывать свою невиновность.

В нарушение приведенных норм права таможенным органом в оспариваемых постановлениях не указана ни форма вины, ни степень вины предпринимателя в совершении вменяемого ему административного правонарушения.

Так, под формой вины понимается, умысел или неосторожность в совершении предпринимателем вменяемого ему правонарушения, а под степенью вины понимается тяжесть совершенного правонарушения.

В пункте 16 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 2 июня 2004 года N 10 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях" указано, что выяснение виновности лица в совершении административного правонарушения осуществляется на основании данных, зафиксированных в протоколе об административном правонарушении, объяснений лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении.

Однако указанные постановления таможенного органа не содержат сведений ни о форме вины предпринимателя, ни о степени ее тяжести.

Как усматривает суд апелляционной инстанции из оспариваемых постановлений, таможенный орган, привлекая предпринимателя к административной ответственности, оценивал его вину как юридического лица, руководствуясь ч. 2 ст.2.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, что не допустимо, поскольку, как было указано выше, особенность вины индивидуальных предпринимателей характеризуется КоАП Российской Федерации иными критериями, чем вина юридических лиц, в связи с чем применение критериев вины, установленных частью 2 статьи 2.1 КоАП Российской Федерации для юридических лиц, к индивидуальным предпринимателям неправомерно.

При этом, поскольку в данном случае суд не привлекает предпринимателя к административной ответственности, а лишь, в соответствии с ч. 6 ст. 210 АПК РФ  оценивает законность и обоснованность оспариваемого решения, то суд не вправе устанавливать форму и степени вины предпринимателя.

Имеющиеся в постановлении ссылки таможенного органа на то, что предприниматель при заключении контракта не проявил достаточной степени заботливости и осмотрительности в выборе партнера; наличие в контракте условий о предварительной оплате контракта и отсутствие в контракте штрафных санкций за нарушение сроков поставки и иного вида обеспечения; отсутствие сведений о деловой репутации и благонадежности иностранного партнера до заключения контракта; отсутствие доказательств невозможности выполнения резидентом обязанности по обеспечению возврата  в Российскую Федерацию денежных средств уплаченных нерезиденту за не ввезенные товары; свидетельствует о противоправности действий предпринимателя, но не о его виновности, как то установлено ст. 2.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

На основании изложенного суд апелляционной инстанции считает, что таможенный орган, привлекая предпринимателя к административной ответственности надлежащим образом не установил вину данного лица во вменяемом ему правонарушении и тем самым не представил в суд доказательств наличия в действиях предпринимателя состава правонарушения предусмотренного ч. 5 ст. 15.25 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Статьей 211 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, ч о в случае, если при рассмотрении заявления об оспаривании решения административного органа о привлечении к административной ответственности арбитражный суд установит, что оспариваемое решение или порядок его принятия не соответствует закону, либо отсутствуют основания для привлечения к административной ответственности или применения конкретной меры ответственности, либо оспариваемое решение принято органом или должностным лицом с превышением их полномочий, суд принимает решение о признании незаконным и об отмене оспариваемого решения полностью или в части либо об изменении решения (ч.2).

Учитывая указанное, суд апелляционной инстанции считает, что решение суда первой инстанции подлежит отмене в порядке ст. 270 АПК РФ, как принятое при неполном выяснении обстоятельств, имеющих значение для дела и недоказанностью имеющих значение для дела обстоятельств, которые суд считал установленными.

Требования предпринимателя подлежат удовлетворению.

Суд, руководствуясь статьями 258, 268, 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда Забайкальского края от «28» апреля 2018 года по делу №А78-427/2018 отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

Принять по делу новый судебный акт.

Постановления Читинской таможни от 05.12.2017 №№ 10612000-2835/2017, 10612000-2837/2017, 10612000-2840/2017, 10612000-2841/2017, 10612000-2842/2017, 10612000-2844 /2017, 10612000-2845 /2017, 10612000-2846/2017, 10612000-2847/2017 признать незаконными и отменить полностью.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в арбитражный суд кассационной инстанции, в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы в арбитражный суд кассационной инстанции, полномочный ее рассматривать, через арбитражный суд, принявший решение.

Председательствующий судья Е.В. Желтоухов

Судьи Д.В. Басаев 

Н.В. Ломако