ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

26.03.2024

Дело № А41-88737/2018

 

Резолютивная часть постановления объявлена 21.03.2024

Полный текст постановления изготовлен 26.03.2024

 

Арбитражный суд Московского округа в составе: председательствующего-судьи Морхата П.М.,

судей Зверевой Е.А., Зеньковой Е.Л.

при участии в судебном заседании:

от конкурсного управляющего ООО «ИнжиТех» ФИО1 - представитель ФИО2, дов. от 07.08.2023 на 1 год;

от ФИО3 - представитель ФИО4, дов. от 08.12.2022 на 5 лет;

иные лица извещены надлежащим образом, представители не явились,

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего ООО «ИнжиТех» ФИО1

на определение Арбитражного суда Московской области от 12.07.2023 и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 06.12.2023 (№ 10АП-17709/2023) по делу № А41-88737/2018 об отмене определения Арбитражного суда Московской области от 12.07.2023

об отказе в признании недействительным трудового договора от 13.11.2018 № 44/2018, заключенного между обществом с ограниченной ответственностью «ИнжиТех» и ФИО3, и платежей в пользу ФИО3 в период с 14.12.2018 по 27.03.2019 в общей сумме 4 540 942 руб. 95 коп., 

применении последствия недействительности сделки в виде взыскания с Ответчика в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «ИнжиТех» 4 540 942 руб. 95 коп,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «ИнжиТех», 

 

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 17.09.2020 общество с ограниченной ответственностью «Инжитех» (далее – должник) было признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО1

В рамках дела о банкротстве конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением к ФИО3 о признании недействительным трудового договора от 13.11.2018 № 44/2018 и произведенных ответчику выплат в период с 14.12.2018 по 27.03.2019 в качестве заработной платы в общей сумме 4 540 942 руб. 95 коп., указывая, что спорные сделка и платежи совершены в условиях неплатежеспособности должника, являются мнимыми сделками, с целью и причинением вреда имущественным правам кредиторов. 

Заявлено также о применении последствий недействительности сделок в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу должника 4 540 942 руб. 95 коп. 

Определением Арбитражного суда Московской области от 12.07.2023 заявление конкурсного управляющего должника удовлетворено, признаны недействительными трудовой договор от 13.11.2018 № 44/2018, заключенный между обществом сограниченной ответственностью «ИнжиТех» и ФИО3, и платежи в пользу ФИО3 в период с 14.12.2018 по 27.03.2019 в общей сумме 4 540 942 руб. 95 коп., применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО3 в конкурсную массу должника денежных средств в размере 4 540 942 руб. 95 коп.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО3 обратилась в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой.

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 06.12.2023 (№ 10АП-17709/2023) по делу № А41-88737/2018 определение Арбитражного суда Московской области от 12 июля 2023 года по делу № А41-88737/18 отменено. В удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с вынесенными судами определением и постановлением конкурсный управляющий ООО «ИнжиТех» ФИО1 обратился с кассационной жалобой, в которой просит определение и постановление отменить и направить спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование кассационной жалобы заявитель ссылается на нарушение судами норм материального и процессуального права, а также несоответствие выводов, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам по делу и имеющимся в деле доказательствам, утверждая, что выводы суда апелляционной инстанции основаны преимущественно на бухгалтерской документации, которая формировалась в период неплатежеспособности Должника и не может являться объективным и единственным доказательством законности произведенных платежей. Суды обеих инстанций не дали оценки эквивалентности размера заработной платы ФИО3 относительно выполняемых ею трудовых функций в период трудоустройства в ООО «ИнжиТех». Материалы настоящего спора должны быть переданы на новое рассмотрение в суд первой инстанции для дачи оценки обоснованности и законности размера фиксированной заработной платы ФИО3, установленной в период неплатежеспособности работодателя.

По мнению заявителя жалобы, суд апелляционной инстанции не дал оценки заинтересованности Ответчика по отношению к ООО «ИнжиТех», суды первой и апелляционной инстанций не дали оценку всем платежам, произведенным в пользу Ответчика, уделив внимание только переплатам, в отношении которых ФИО3 предоставила оправдательные документы. Суд первой инстанции не оценил природу ни платежей, в счет заработной платы, ни платежей в счет подотчетных выплат.

Поступивший от ФИО3 отзыв на кассационную жалобу приобщен к материалам дела, в отзыве просит в удовлетворении кассационной жалобы отказать.

В соответствии с пунктом 9.2 Инструкции по делопроизводству в арбитражных судах Российской Федерации (первой, апелляционной и кассационной инстанций), утвержденной постановлением Пленума ВАС РФ от 25.12.2013 № 100, поступившие от ФИО3 и конкурсного управляющего ООО «ИнжиТех» ФИО1 проекты судебных актов приобщены к материалам дела.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего ООО «ИнжиТех» доводы кассационной жалобы поддержал в полном объеме по мотивам, изложенным в ней, представитель ФИО3  возражал относительно удовлетворения кассационной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле лица своих представителей в арбитражный суд округа не направили, что согласно части 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 АПК РФ информация о рассмотрении настоящей кассационной жалобы размещена на общедоступных сайтах Арбитражного суда Московского округа http://www.fasmo.arbitr.ru и http://kad.arbitr.ru в сети «Интернет».

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, выслушав представителей сторон, явившихся в судебное заседание, проверив в порядке статьи 286 АПК РФ правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в оспариваемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

Из материалов дела следует, что ООО «ИнжиТех» зарегистрировано в качестве юридического лица 11.07.2007 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), единственный участник общества ФИО5 (с 24.04.2015), она же гендиректор общества с 13.04.2016 по 29.10.2018, с 30.10.2018 гендиректор общества ФИО6

Определением суда от 01.11.2018 принято заявление кредитора ПАО «Сбербанк России» с возбуждением в отношении ООО «ИнжиТех» производства о несостоятельности (банкротстве).

Определением суда от 30.09.2019 (резолютивная часть объявлена 26.09.2019) в отношении должника введена процедура банкротства – наблюдение. 

Требования заявителя ПАО «Сбербанк России» в размере 79 411 797 руб. 50 коп. (основной долг) включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Решением суда от 17.09.2020 должник признан несостоятельным (банкротом) с открытием конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО1

В ходе мероприятий конкурсного производства ФИО1 выявлено, что за период с 14.12.2018 по 27.03.2019 должником перечислено бывшему директору по управлению персоналом ФИО3 в общей сумме 4 540 942 руб. 95 коп. с назначением платежей: заработная плата.

Полагая, что указанные платежи совершены в условиях неплатежеспособности должника в пользу заинтересованного лица, являются притворными сделками, конкурсный управляющий ФИО1 обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявление, установил, что по трудовому договору от 13.11.2018 №44/2018, заключенному с должником, ФИО3 принята на работу на должность директора по управлению персоналом в обособленное подразделение, расположенном в 

<

...>, с ежемесячным окладом в сумме 270 115 руб.

В период с 14.12.2018 по 27.03.2019 должником перечислено ответчику в общей сумме 4 540 942 руб. 95 коп., а именно:

14.12.2018 – 65 000 руб. (заработная плата за ноябрь 2018 года, аванс),

21.12.2018 – 500 000 руб. (заработная плата за ноябрь 2018 года),

18.01.2019 – 81 667 руб. 67 коп. (заработная плата за ноябрь 2018 года),

24.01.2019 – 1 000 000 руб. (заработная плата за декабрь 2018 годп),

24.01.2019 – 108 046 руб. (заработная плата за декабрь 2018 года, аванс),

28.01.2019 – 1 000 000 руб. (заработная плата за январь 2019 года),

28.01.2019 – 126 954 руб. (заработная плата за декабрь 2018 года),

20.02.2019 – 1 000 000 руб. (заработная плата за январь 2019 года),

20.02.2019 – 108 046 руб. (заработная плата за январь 2019 года, аванс),

14.03.2019 – 126 954 руб. (заработная плата за январь 2019 года),

14.03.2019 – 108 046 руб. 69 коп. (заработная плата за февраль 2019 года, аванс),

20.03.2019 – 158 466 руб. 78 коп. (заработная плата за март 2019 года),

20.03.2019 – 126 954 руб. (заработная плата за февраль 2019 года),

20.03.2019 – 10 706 руб. 50 коп. (заработная плата за февраль 2019 года),

27.03.2019 – 10 103 руб. (заработная плата за февраль 2019 года),

Таким образом, ответчик получил в виде заработной платы за ноябрь 2018 года – 646 667 руб. 67 коп., за декабрь 2018г. – 1 137 000 руб., за январь 2019 года. – 2 235 000 руб., в то время как по указанному трудовому договору обусловленный ежемесячный должностной оклад составлял 270 115 руб. 

Как указал заявитель, из перечисленных ответчику денежных средств за указанный период сумма в размере 1 020 133 руб. 45 коп. соответствовала ежемесячному окладу в размере 270 115 руб. Однако ответчику выплачено свыше этой суммы 3 520 809 руб. 50 коп. (4 540 942 руб. 95 коп. – 1 020 133 руб. 45 коп.). 

В отзыве на заявление ответчиком указано, что 3 500 000 руб. перечислены ей ошибочно, из которых 1 500 000 руб. возвращено ею в кассу общества, 2 000 000 руб. направлены ею для расчетов с контрагентами за выполненные работы и услуги для общества (текущие платежи).

Суд указал, что изложенные доводы ответчика не подтверждены документально и находятся в противоречии с установленными судом обстоятельствами перечисления спорных платежей на общую сумму 4 540 942 руб. 95 коп.

Спорные платежи совершены после принятия заявления кредитора ПАО «Сбербанк России» о признании должника банкротом, в условиях его неплатежеспособности, в отсутствие какого-либо встречного исполнения обязательств и в пользу заинтересованного лица, так как ответчик являлся директором по управлению персоналом должника (пункт 2 статьи 19 Закона о банкротстве).

С июня 2018 года должник имел признаки неплатежеспособности,  так как перестал своевременно и в полном объеме исполнять обязательства перед ПАО «Сбербанк России» по кредитному договору от 17.03.2017 № 3167/2 и от 28.06.2018 № 3460. Решениями суда общей юрисдикции с ООО «ИнжиТех» от 07.09.2018 по делу № 2-4260/18 и от 03.10.2018 № 2-3759/18 взыскана просроченная задолженность в общей сумме 87 274 716 руб. 57 коп. (определением суда требования банка включено в третью очередь реестра требований должника).

В период с июня по ноябрь 2018 года должник также имел задолженности перед другими кредиторами: ООО «УралКомплектЭнергоМаш», ПАО «Челябинский цинковый завод», ООО «Данфосс», ПАО АКБ «Акцент» и другими, требования которых включены судом в третью очередь кредиторов общества на общую сумму 992 717 441 руб. 

Согласно правовой позиции, сформулированной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3), наличие обязательств должника с более ранним сроком исполнения, которые не были исполнены и впоследствии включены в реестр требований кредиторов, подтверждает факт неплатежеспособности должника в период заключения сделки.

Дав оценку исследованным доказательствам, суд пришел к выводу, что спорные платежи не связаны с реальной трудовой деятельностью ответчика, представляют собой притворные сделки, совершенные с целью прикрыть другую сделку, единственной целью которой являлся безвозмездный вывод абсолютно ликвидного имущества (денежных средств) должника.

Суд отметил, что спорные платежи совершены в условиях неплатежеспособности должника, денежные средства отчуждены в пользу фактически заинтересованного лица безвозмездно.

Являясь фактически заинтересованным лицом и получая денежные средства должника безвозмездно, ответчик не могла не знать о совершении сделок с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов. Иного не доказано ответчиком. 

При таких обстоятельствах суд пришел к выводу, что прикрываемая сделка совершена должником безвозмездно, в пользу заинтересованного лица, с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника; в результате ее совершения причинен вред кредиторам должника в виде уменьшения конкурсной массы; кредиторы лишились возможности получить удовлетворение своих требований по причине отчуждения абсолютно ликвидного имущества должника для недопущения обращения взыскания на него по неисполненным обязательствам перед кредиторами; другая сторона прикрываемой сделки была осведомлена о такой цели должника. 

С учетом изложенного, суд удовлетворил заявление конкурсного управляющего должника, признал недействительной прикрываемую сделку по выводу денежных средств должника в виде трудового договора от 13.11.2018 № 44/2018 и совершенных платежей с назначением: заработная плата на общую сумму 4 540 942 руб. 95 коп.

С данными выводами суда первой инстанции не согласился суд апелляционной инстанции.

Суд апелляционной инстанции указал, что заявление ПАО Сбербанк о признании ООО «ИнжиТех» банкротом принято 01.11.2018. Судом установлено, что все платежи являлись текущими, что следует из дат и назначений платежей.

Конкурсным управляющим не доказаны обстоятельства, необходимые для признания текущих расчетных операций недействительными, учитывая изложенные в пункте 13 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Конкурсным управляющим не представлены конкретные доказательства недобросовестности, в частности необходимо подтвердить, что имелся доступ к реестру текущих обязательств или иным документам, которые содержали информацию об очередности проведения расчетов по текущим обязательствам (определение Верховного Суда Российской Федерации от 04.03.2021 по делу № А40-167953/2016).

Судом апелляционной инстанции установлено, что денежные средства в размере 1 500 000 руб. были возвращены ответчиком в кассу должника, а денежные средства в размере 2 000 000 руб. направлены на погашение текущей задолженности должника, в связи с чем суд пришел к выводу о недоказанности цели причинения вреда оспариваемыми платежами. Аналогичным образом конкурсным управляющим не доказана цель причинения вреда в части платежей на сумму 1 020 133,45 руб., поскольку указанные сделки не выходили за пределы обычной хозяйственной деятельности должника. 

Таким образом, конкурсным управляющим не доказана совокупность условий, необходимых для признания оспариваемых сделок недействительными.

 

Между тем судами не учтено следующее.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как неоднократно отмечалось в решениях Конституционного Суда Российской Федерации, государство, обеспечивая проведение единой финансовой, кредитной и денежной политики, вправе в силу статей 71 (пункт "ж") и 114 (пункт "б" части 1) Конституции Российской Федерации в случае возникновения неблагоприятных экономических условий, к числу которых относится банкротство, осуществлять публично-правовое вмешательство в частноправовые отношения, принимая необходимые меры, направленные на создание условий для справедливого обеспечения интересов всех лиц, вовлеченных в соответствующие правоотношения (Постановление от 22 июля 2002 года № 14-П; Определение от 2 июля 2013 года № 1047-О); в этих целях федеральный законодатель уполномочен на установление процедур банкротства, с тем, однако, чтобы при этом был обеспечен конституционно обоснованный разумный компромисс между интересами кредиторов, подвергающихся банкротству организаций, их учредителей (участников) и работников, а также государства.

Трудовые отношения отнесены к предмету правового регулирования трудового законодательства (статья 1 Трудового кодекса Российской Федерации), поэтому, по общему правилу, оценка их возникновения (наличия) как таковых должна производиться на основе положений этого законодательства. При этом, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, государство обязано обеспечивать надлежащую защиту прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, что согласуется с основными целями правового регулирования труда в Российской Федерации как социальном правовом государстве (статья 1, часть 1; статьи 2 и 7 Конституции Российской Федерации) (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 15 марта 2005 года № 3-П, от 25 мая 2010 года № 11-П и от 19 мая 2020 года № 25-П).

Сказанное, однако, не может означать, что, если передача денежных средств от должника, к которому применяется процедура банкротства, к гражданину осуществляется под видом заработной платы или иных выплат, при фактическом отсутствии трудовых отношений, не существует правового механизма для предотвращения недобросовестных действий и восстановления разумного баланса интересов участников процедуры банкротства. Это влекло бы необоснованное создание преимуществ лицам, злоупотребляющим правом, и нарушало бы права и законные интересы других лиц - кредиторов должника.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Основным квалифицирующим признаком недействительной сделки по правилам статьи 61.2 Закона о банкротстве является факт причинения вреда интересам должника и его независимых кредиторов.

 

Как отметил Верховный Суд Российской Федерации в Определении от 21.12.2020 № 305-ЭС17-9623(7), наличие в законодательстве о банкротстве приведенных специальных правил об оспаривании сделок (действий) не означает, что само по себе ухудшение финансового состояния работодателя, его объективное банкротство ограничивают права обычных работников на получение всего комплекса гарантий, установленных Трудовым кодексом Российской Федерации.

На конкурсном управляющем, как на заявителе по настоящему обособленному спору, в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, лежит бремя доказывания наличия совокупности всех предусмотренных Законом условий.

С учетом разъяснений, изложенных в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2(2018) (утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018) охрана труда и установление гарантированного минимального размера его оплаты относятся к основам конституционного строя в Российской Федерации (часть 2 статьи 7 Конституции Российской Федерации).

Правилами статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации понятие трудового договора определена как соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

По смыслу статьи 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения - это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Под трудовой функцией понимается любая работа по определенной должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности, с указанием квалификации, а также конкретный вид поручаемой работы.

Из приведенных нормативных положений трудового законодательства следует, в частности, что одним из основных принципов правового регулирования трудовых отношений признается обязанность работодателя как стороны трудовых отношений предоставлять работнику работу, обусловленную трудовым договором, выплачивать в полном размере причитающуюся работнику заработную плату в сроки, установленные трудовым законодательством, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовым договором.

Судебная коллегия считает существенными обстоятельствами соблюдения гарантированного права на получение заработной платы, и необоснованность применения последствий в виде взыскания всей начисленной и выплаченной заработной платы.

С учетом разъяснений, изложенных в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018) (утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018) охрана труда и установление гарантированного минимального размера его оплаты относятся к основам конституционного строя в Российской Федерации (часть 2 статьи 7 Конституции Российской Федерации).

В статье 129 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата (оплата труда работника) определена как вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

В силу статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

В этой связи спорные выплаты должны рассматриваться с учетом положений трудового законодательства, как установлено судом первой инстанции из перечисленных ответчику денежных средств за указанный период сумма в размере 1 020 133 руб. 45 коп. соответствовала ежемесячному окладу в размере 270 115 руб. Однако ответчику выплачено свыше этой суммы 3 520 809 руб. 50 коп. (4 540 942 руб. 95 коп. – 1 020 133 руб. 45 коп.).

Вместе с тем заслуживают внимания и проверки доводы ответчика о том, что 3 500 000 руб. перечислены ей ошибочно, из которых 1 500 000 руб. возвращено ею в кассу общества, 2 000 000 руб. направлены ею для расчетов с контрагентами за выполненные работы и услуги для общества (текущие платежи) (ответчица занимает должность директора по управлению персоналом). Суд апелляционной инстанции указал, что денежные средства в размере 1 500 000 руб. были возвращены ответчиком в кассу должника, а денежные средства в размере 2 000 000 руб. направлены на погашение текущей задолженности должника.

Необходимо также было принимать во внимание и иные доказательства, в том числе об экономических, организационных возможностях и целесообразности для должника заключить спорную сделку. Формальное составление документов об исполнении сделки не исключает ее мнимость (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», Определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2015 № 305-ЭС16-2411).

Между тем, суд первой и апелляционной инстанции не учли указанные разъяснения, не применили повышенные стандарты доказывания к ответчикам.

При этом судами не были учтены основания, обоснованность и экономическая целесообразность осуществления указанных оплат работником должника за своего работодателя.

Судами не дана надлежащая правовая оценка указанным доводам и обстоятельствам.

В силу статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

Возможность изменения (уменьшения) заработной платы по инициативе работодателя осуществима исключительно с соблюдением правил статьи 74 Трудового кодекса Российской Федерации, предусматривающих обязательное уведомление работника в письменной форме не позднее чем за два месяца.

Согласно части 1 статьи 132 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата каждого работника зависит от его квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества затраченного труда и максимальным размером не ограничивается.

По смыслу приведенных норм вступление в трудовые правоотношения должно предусматривать получение предприятием положительного эффекта для его деятельности в виде результата работы и оплату труда работника, соразмерную выполненной им работе; заработная плата является встречным исполнением по отношению к исполнению работником своих должностных обязанностей.

Таким образом, между сложностью, количеством, качеством выполняемой работы и размером должностного оклада работника имеется прямая зависимость.

В нарушение требований статей 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, поставив под сомнение разумность установленной заработной платы, суд первой инстанции не мотивировал свои выводы ссылками на конкретные доказательства того, что ее размер существенно в худшую для должника сторону отличается от условий аналогичных сделок, совершавшихся должником (то есть существенно отличаются от размера вознаграждения иных лиц, не состоящих в штате должника, и привлеченным им на возмездной основе), а также условий, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

В свою очередь суд апелляционной инстанции не мотивировал разумность установленной заработной платы, а также осуществление нестандартных выплат в адрес ответчика, в размере превышающем сумму должностного оклада.

Судебная коллегия также отмечает, что довод ответчика о выплате работнику в размере 1 500 000 руб. по ошибке вызывает обоснованные сомнения, так как указанные средства были выплачены не единым платежом, все платежи осуществлялись периодически в разной сумме.

В отсутствие указанных сведений негативно оценивать и устанавливать равноценность встречного исполнения по отношению к должнику (соизмеримость заработной платы с объемом трудовых функций работника), как на том настаивал конкурсный управляющий, невозможно.

Кроме того, суды не учли неравенство процессуальных возможностей сторон - конкурсного управляющего и бывшего работника, то есть возложение на работника обязанности опровержения выраженных конкурсным управляющим предположений недопустимо с процессуальной точки зрения, снижает уровень правовой защищенности работника при необоснованном посягательстве на его права.

В нарушение требований статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации сторонами не представлены суду доказательства, подтверждающие, что стороны сделки (трудового договора) не имели намерения установить правоотношения для осуществления трудовой деятельности и не приступали к исполнению взаимных обязанностей по заключенному трудовому договору.

По аналогии обычная хозяйственная деятельность в целях применения нормы статьи 61.4 Закона о банкротстве противопоставляется необычной хозяйственной деятельности для того, чтобы установить, вел ли себя должник в условиях неплатежеспособности так же как до наступления обстоятельств неплатежеспособности (недостаточности имущества), не усматривается ли после наступления этих обстоятельств предпочтительное удовлетворение определенных ему кредиторов, вывод активов.

 

Ответчик, как работник, не должен нести негативных последствий от неисполнения работодателем требований по ведению и предоставлению штатного расписания с указанием должности этого работника, табелей учета рабочего времени, оборотно-сальдовых ведомостей о начислении, выплате и задолженности по заработной плате и т.д.

В данном случае директор общества наделен организационно-распорядительными функциями, в рамках осуществления которых он, в том числе, руководит трудовым коллективом, формирует кадровый состав организации с определением трудовых функций работников и иных условий осуществления ими трудовой деятельности. Таким образом, именно исполнительный орган общества формирует кадровое предложение, а потенциальный работник соглашается с его условиями.

Исходя из разъяснений, данных в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», в случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов но гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

Данная правовая позиция соответствует правовым подходам, изложенным в Определениях Верховного Суда Российской Федерации от 31.08.2022 № 305-ЭС22-4551(2), от 08.12.2022 № 309-ЭС20-19108(9), от 29.07.2019 № 309-ЭС16-12707(2).

Между тем, исходя из судебной практики, установление в трудовом договоре завышенного размера заработной платы не может свидетельствовать о недействительности всех остальных положений трудового договора.

В этом случае суды признают недействительным трудовой договор только в части превышения заработной платы над разумным размером зарплаты за осуществление аналогичных трудовых обязанностей (определение Верховного Суда Российской Федерации от 02.03.2016 № 308-ЭС16-85).

Принимая во внимание, что имеющие значение для правильного разрешения спора обстоятельства, не получили правовой оценки судов, суд кассационной инстанции полагает, что обжалуемые судебные акты подлежат отмене, поскольку, устанавливая фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, суды не в полной мере исследовали имеющиеся в деле доказательства и доводы сторон и поскольку для принятия обоснованного и законного судебного акта требуется исследование и оценка доказательств, а также совершение иных процессуальных действий, установленных для рассмотрения дела в суде первой инстанции, что невозможно в суде кассационной инстанции в силу его полномочий, обособленный спор подлежит передаче на новое рассмотрение в Арбитражный суд Московской области, в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного, арбитражный суд округа считает, что выводы судов первой и апелляционной инстанций в обжалуемых определении, постановлении не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, что в соответствии с частями 1, 2, 3 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для отмены судебных актов. 

При таких обстоятельствах, судебные акты подлежат отмене и обособленный спор направлению на новое рассмотрение в Арбитражный суд первой инстанции.

 

При новом рассмотрении обособленного спора, судам необходимо

- определить в какой период, какую трудовую функцию выполнял ответчик, реальность выполненной работы;

- определить разумность и обоснованность получения ответчиком денежных средств в качестве заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы;

- определить наличие или отсутствие оснований для получения ответчиком денежных средств сверх размера должностного оклада;

- оценить доводы ответчика об ошибочности выплаты ему денежных сумм;

- оценить доводы ответчика о возврате ошибочно перечисленных денежных сумм в кассу должника, с учетом того факта, что перечисление денежных средств в адрес ответчика осуществлялось в безналичном порядке, а также с учетом иных доказательств, подтверждающих (или не подтверждающих) данный довод;

- определить наличие обычной или необычной хозяйственной деятельности при осуществлении ответчиком выплат в адрес контрагентов за должника, а также разумность, обоснованность и экономическую целесообразность указанных действий;

с учетом доводов и возражений участвующих в деле лиц, оценки собранных по делу доказательств, установить все имеющие значение для правильного разрешения дела обстоятельства, после чего принять законный, обоснованный и мотивированный судебный акт.

Руководствуясь статьями 176, 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 12.07.2023 и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 06.12.2023 по делу № А41-88737/2018 отменить.

Обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Московской области.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                                          Морхат П.М.

 

Судьи:                                                                       Зверева Е.А.

 

                                                                                   Зенькова Е.Л.