АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

 

Пушкина ул., д. 45, г. Хабаровск, 680000, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-2134/2024

01 июля 2024 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 25 июня 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 01 июля 2024 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Чумакова Е.С.,

судей: Кучеренко С.О., Сецко А.Ю.

при участии: 

представители участвующих в деле лиц не явились

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1

на определение Арбитражного суда Хабаровского края от 29.01.2024, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 12.03.2024

по делу № А73-11829/2021

по заявлению финансового управляющего имуществом ФИО1 – Гусаковой Кристины Викторовны

к Бодяку Александру Николаевичу

о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности 

в рамках дела о признании ФИО1 несостоятельным (банкротом)   

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Хабаровского края от 30.07.2021 принято к производству заявление о признании несостоятельным (банкротом) ФИО1 (далее также – должник, заявитель жалобы), возбуждено производство по делу № А73-11829/2021.

Решением суда от 14.09.2021 ФИО1 признан банкротом, введена процедура реализации имущества гражданина; финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО2, член Ассоциации «Дальневосточная межрегиональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих».

В рамках данного дела о несостоятельности (банкротстве) финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными заключенных между ФИО1 и ФИО3 (далее также – ответчик) договоров от 05.04.2021 купли-продажи транспортных средств: автомобиля TOYOTA IPSUM, кузов № SXM10 0126202, 2001 года выпуска, гос. номер 

<

***>; снегохода SKI-DOO Skandic 500 WT, шасси (рама) № YK3S181491R000283, 2001 года выпуска, гос. номер ХН2264 27 (далее – спорные транспортные средства); и применении последствий недействительности сделки в виде обязания ФИО3 возвратить в конкурсную массу должника спорные транспортные средства.

Определением Арбитражного суда Хабаровского края от 29.01.2024, оставленным без изменения постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 12.03.2024, заявление финансового управляющего удовлетворено в полном объеме.

В кассационной жалобе ФИО1 просит названные определение суда первой инстанции от 29.01.2024 и апелляционное постановление от 12.03.2024 отменить.

Заявитель жалобы приводит доводы о том, что у суда отсутствовали основания для признания сделки недействительной в порядке статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), поскольку финансовым управляющим не доказана неравноценность встречного предоставления; при этом согласно представленным в дело отчетам ООО «Союз независимых оценщиков и консультантов» № 4487/1-Х и № 4487-Х от 25.03.2021 об оценке спорных транспортных средств и дефектовочным актам стоимость имущества с учетом реальной степени износа и технического состояния на момент продажи составляла: TOYOTA IPSUM – 131 000 руб., снегохода SKI-DOO Skandic 500 WT – 114 000 руб., что и было указано в договорах купли-продажи; управляющим указанный отчет по оценке транспортных средств не оспорен; при этом договоры купли-продажи от 05.04.2021 заключены во исполнение ФИО1 обязательств перед ФИО3 по договору займа от 26.11.2018 с залогом имущества, срок исполнения которого наступил 25.11.2020.

Кроме того, заявитель жалобы отметил, что судом первой инстанции при вынесении определения не дана правовая оценка обстоятельствам устной договоренности сторон сделки о содействии ФИО1 в ремонте TOYOTA IPSUM, в связи с чем он и был вписан в полис ОСАГО в качестве лица, допущенного к управлению данным транспортным средством.

Определением от 27.04.2024 кассационная жалоба принята к производству Арбитражного суда Дальневосточного округа, судебное заседание по ее рассмотрению назначено на 15 час. 10 мин. 25.06.2024.

Отзывы на кассационную жалобу в материалы дела не поступили.

Заявитель жалобы, иные лица, участвующие в деле о банкротстве                  и непосредственно в обособленном споре, извещенные надлежащим          образом о времени и месте судебного разбирательства, в том числе путем размещения судебного акта суда кассационной инстанции на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание окружного суда не явились, в связи с чем кассационная жалоба рассмотрена в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) в их отсутствие.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 АПК РФ, Арбитражный суд Дальневосточного округа оснований для отмены определения суда первой инстанции и постановления апелляционного суда по доводам заявителя не усматривает.

Как установлено судами и следует из материалов дела, за должником имелось зарегистрированное на праве собственности имущество: в период с 19.01.2015 по 09.04.2021 – снегоход SKI-DOO Skandic 500 WT, шасси (рама) № YK3S181491R000283, 2001 года выпуска, гос.номер ХН2264 27; в период с 22.10.2007 по 09.04.2021 – автомобиль TOYOTA IPSUM, кузов № SXM10 0126202, 1998 года выпуска, гос.номер 

<

***> (Р107МТ27); в период с 06.09.2016 по 23.07.2021 – прицеп «821305», 2016 года выпуска, г.р.з. АА394627.

При рассмотрении дела о банкротстве финансовым управляющим 13.12.2022 представлены пояснения и документы, переданные должником, из которых следует, что автомобиль TOYOTA IPSUM, снегоход SKI-DOO Skandic 500 WT, прицеп «821305» были переданы в залог ФИО3 в обеспечение по договору займа от 26.11.2018, а впоследствии - отчуждены в счет долга, в подтверждение чего представлены заключенные между должником и ответчиком договоры купли-продажи транспортных средств от 05.04.2021: в отношении прицепа «821305» - по цене 10 000 руб.; автомобиля TOYOTA IPSUM - по цене 130 000 руб.; снегохода SKI-DOO Skandic 500 WT - по цене 90 000 руб.

В обоснование наличия заемных и залоговых отношений представлен договор займа с залоговым обеспечением от 26.11.2018, по условиям которого (пункты 1, 2, 3), ФИО3 (займодавец) передает 500 000 руб. в качестве займа ФИО1 (заемщик) с условием возврата не позднее 25.11.2020 на беспроцентных условиях. В целях надлежащего исполнения в залог передается имущество (пункт 5 договора): паспорт ТС 25ТО857500 от 31.08.2007, свидетельство о регистрации транспортного средства серии 27РР056408 от 22.10.2007; паспорт транспортного средства ТТ № 32182 от 30.07.2014, свидетельство о регистрации транспортного средства серии СВ  № 068632 от 19.01.2015.

Также между ФИО1 (залогодатель) и ФИО3 (залогодержатель) заключен договор залога транспортных средств от 26.11.2018, из содержания которого следует, что имущество передается в залог по вышеобозначенному договору займа от 26.11.2018 в составе: автомобиль TOYOTA IPSUM стоимостью 150 000 руб.; снегоход SKI-DOO Skandic 500 WT стоимостью 100 000 руб.

Доказательств регистрации уведомлений о залоге соответствующего движимого имущества в порядке пункта 4 статьи 339.1 Гражданского кодекса Российской Федерации в материалы дела не представлено, представитель должника также подтвердил в судебном заседании, что такая регистрация не производилась.

Согласно ответам государственных органов, осуществляющих регистрационный учет транспортных средств и специальной техники, ФИО1 09.04.2021 по его заявлению снят с регистрационного учета снегоход SKI-DOO Skandic 500 WT с приложением к заявлению договора купли-продажи от 05.04.2021 с ФИО3, при этом сведений о регистрации специальной техники за последним не представлено.

Согласно ответу ГИБДД МВД России автомобиль TOYOTA IPSUM перерегистрирован на нового собственника - ФИО3 09.04.2021, основанием для совершения регистрационных действий послужил договор купли-продажи от 05.04.2021. 

В свою очередь, договор купли-продажи от 05.04.2021, представленный должником финансовому управляющему, который приложен и к заявлению об оспаривании сделки, и договор купли-продажи от 05.04.2021, представленный органом ГИБДД МВД России и послуживший основанием перерегистрации транспортного средства, по своему техническому исполнению и содержанию различны.

Так, в части содержания, в частности, стоимость имущества обозначена в 120 000 руб., год изготовления транспортного средства соответствует регистрационным документам – 1998 г.в., в то время как договор купли-продажи, представленный должником, имеет указание на цену имущества в 130 000 руб. и год выпуска – 2001 (аналогичный снегоходу).

Более того, судами также усыновлено, что автомобиль Toyota RAV4, гос.номер В356РЕ27, 2002 года выпуска, номер кузова: АСА210217882; ранее зарегистрированный за ФИО4 (супругой должника), был отчужден по договору купли-продажи от 27.10.2021 в пользу за ФИО5 по цене 190 000 руб.; 27.10.2021 транспортное средство перерегистрировано в органах ГИБДД МВД России за покупателем, присвоен гос.номер К406УС28.

Ссылаясь на отчуждение транспортных средств - снегохода SKI-DOO Skandic 500 WT и автомобиля TOYOTA IPSUM по заниженной стоимости,              в условиях неравноценности встречного исполнения, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании указанных сделок недействительными в порядке статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Исходя из даты возбуждения дела о банкротстве ФИО1. (30.07.2021) оспариваемые сделки совершены в пределах периода подозрительности, установленного пунктами 1 и 2 названной нормы банкротного законодательства.

В ходе рассмотрения спора в суде первой инстанции финансовый управляющий ссылался, помимо прочего, на общедоступные данные интернет-ресурса «Дром.ру», согласно которым рыночная стоимость аналогичных транспортных средств снегохода SKI-DOO Skandic 500 WT и автомобиля TOYOTA IPSUM варьируется от  275 000 руб. до 390 000 руб., и от 500 000 руб. до 559 000 руб., соответственно; то есть средняя розничная стоимость транспортных средств на дату заключения договоров в 3-4 раза превышала встречное исполнение со стороны ФИО3; указывал, что после заключения между должником ответчиком договора займа от 28.11.2018 должник уже в апреле 2021 года продает ответчику спорные транспортные средства по заниженной стоимости и указывает в договорах о получении денежных средств, однако доказательств реальности передачи ответчиком денег не имеется; фактически сделки являлись безденежными (совершены без встречного представления), что свидетельствует о преследовании должником цели вывода имущества и осведомленности ответчика о такой цели.

В свою очередь, ФИО1 в обоснование собственных возражений на требования финансового управляющего приводил доводы (идентичные доводам кассационной жалобы) о том, что спорные транспортные средства отчуждены в пользу ответчика ввиду истечения срока исполнения должником обязательств по договору займа от 26.11.2018, при этом на момент передачи имущества ФИО3 просрочки по иным кредитам были незначительными. Также ссылался на отчеты ООО «Союз независимых оценщиков и консультантов» об оценке спорных транспортных средств и дефектовочные акты, указывая, что отраженные в них данные свидетельствуют о неудовлетворительном техническом состоянии (с учетом износа) снегохода SKI-DOO Skandic 500 WT и автомобиля TOYOTA IPSUM, что и обусловило их стоимость в размере 90 000 руб. и 130 000 руб., соответственно.

В пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки: сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки. В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве (и как уже упомянуто выше) неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

Таким образом, из диспозиции названной нормы следует, что помимо цены для определения признака неравноценности во внимание должны приниматься и все обстоятельства совершения сделки, то есть суд должен исследовать контекст отношений должника с контрагентом для того, чтобы вывод о подозрительности являлся вполне убедительным и обоснованным (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2019 № 305-ЭС18-8671(2)).

Понятие неравноценности является оценочным, в силу чего к нему не могут быть применимы заранее установленные формальные (процентные) критерии отклонения цены (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 05.05.2022 по делу № 306-ЭС21-4742).

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 03.02.2022 № 5-П, наличие в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве оценочных характеристик создает возможность эффективного ее применения к неограниченному числу конкретных правовых ситуаций.

Следовательно, квалификация осуществленного встречного предоставления как неравноценного определяется судом в каждом случае исходя из конкретных характеристик сделки и отчуждаемого имущества (его количества, ликвидности, периода экспозиции и т.п.).

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Как отмечено выше, согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

В силу также вышеупомянутого абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Данные презумпции, равным образом, являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В данном случае, разрешая обособленный спор, суд первой инстанции, позицию которого поддержал в принятом постановлении суд апелляционной инстанции, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в совокупности, приняв во внимание, что факт нахождения транспортных средств в неудовлетворительном техническом состоянии достаточными относимыми и допустимыми доказательствами не подтвержден, в частности, в самых договорах сторонами не установлено, что транспортные средства имеют существенные неисправности и требуется их ремонт; доказательств осуществления ремонта либо замены составных частей  в материалы дела не представлено, а также отсутствуют достоверные свидетельства иной рыночной стоимости транспортных средств (отличной от определенной управляющим на основании сведений, размещенных в открытых источниках) на дату их отчуждения должником, констатировал, что цена оспариваемых сделок существенно (кратно – в 3 и более раза) в худшую для должника сторону отличается от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (как обязательный к установлению элемент при квалификации сделки по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

Наряду с изложенным судами констатировано и то, что:

- акты дефектовки и отчеты об оценке № 4487/1-Х и № 4487-Х составлены в марте 2021 года (25.03.2021) - непосредственно перед оформлением договоров купли продажи от 05.04.2021; при этом из представленных отчетов следует, что оценка производилась без проведения осмотра, в целях обращения в суд, по предоставленным самим заказчиком - ФИО1 документам и не содержит сведений об объектах - аналогах, применяемых коэффициентах и данных о мотивах, на которых строится подобная оценка имущества;

- после совершения спорной сделки на основании заявления ФИО3 от 08.04.2021 в отношении автомобиля TOYOTA IPSUM заключен             договор страхования (страховой полис серии ХХХ № 0167313188),                   при заключении данного договора предоставлены: ПТС, водительские удостоверения ФИО4 и ФИО1, а также составлен с участием страховщика акт предстрахового осмотра от 08.04.2021, в котором отсутствуют отметки о наличии царапин, вмятин, сколов, разрывов, следов ремонта, необходимости замены элементов или факта их замены, следов подкрашивания; из заявления и страхового полиса следует, что полис выдается для страхования ответственности водителей ФИО4 и ФИО1 в период с 08.04.2021 по 07.04.2022.

Критически оценивая доводы представителя должника о том, что после обнаружения недостатков транспортного средства ФИО3 имущество было передано ФИО1 для того, чтобы тот осуществил их устранение, для чего выдан страховой полис, судебные инстанции исходили из того, что  

страховые полисы на ФИО3 как водителя вовсе не оформлялись, при этом для нераскрытых целей на супругу должника также оформлялись документы как на водителя; в материалах дела отсутствуют доказательства несения расходов на ремонт транспортного средства, а также доказательства фактической эксплуатации транспортного средства самим ФИО3 (учитывая возможность предоставления таковых с учетом участия спорного транспортного средства в происшествии № 080014082 от 26.11.2022 в 23:37 согласно базы данных ГИБДД);

Приняв во внимание изложенное, нижестоящие суды мотивированно сочли, что фактически после отчуждения транспортного средства TOYOTA IPSUM ФИО3 пользование им не осуществлял – договор оформлен исключительно с целью создания видимости титула собственника у иного лица.

Равным образом, нижестоящими судами при рассмотрении спора принималось во внимание и то, что в условиях неплатежеспособности должника и конкуренции его кредиторов возможны ситуации, когда должник в преддверии своего банкротства совершает действия (создает видимость гражданско-правовых сделок) по формированию несуществующей задолженности для включения в реестр и последующего распределения конкурсной массы в ущерб независимым кредиторам, процессуальная активность которых способствует недопущению формирования фиктивных долгов и иных подобных злоупотреблений.

Так, судами было мотивированно учтено, что в настоящем случае не представлено надлежащих и достаточных документальных свидетельств, кроме составленных между самими ответчиком и должником доказательств, подтверждающих финансовую возможность предоставления ответчиком займа (накопления средств ФИО3 или наличия у него доходов для предоставления займа); экономического для него смысла передачи денежных средств на беспроцентных условиях на столь длительный срок (2 года), с учетом доводов представителя должника о том, что в дружеских отношениях ответчик и должник ранее никогда не состояли; договоры не имели никакого внешнего проявления в отношениях с третьими лицами (кредитными организациями, страховыми) и сведения о залоге не публиковались; данных об осуществлении оценки при заключении договора залога, определении стоимости залогового имущества также не имеется; обстоятельства расходования денежных средств по договору займа после его получения должником не раскрыты, а лишь даны пояснения, не подтвержденные доказательствами в порядке статьи 65 АПК РФ.

При этом, оценивая заявленные заемные и залоговые отношения с 2018 года, судебные инстанции констатировали, что условия сделок и характер их исполнения, последующие действия сторон явно указывают на их реальное отсутствие, в том числе фактическую безденежность договоров в целях придания видимости залогового статуса у спорного имущества для его последующего отчуждения (выведения из потенциальной конкурсной массы); о данных фактах свидетельствуют и характер использования имущества исключительно должником, а не приобретателем, оформление двух различных договоров для предоставления в разные государственные органы, отличающихся по своему содержанию и исполнению.

Исходя из перечисленных конкретных обстоятельств, приняв во внимание, что документы в целях подачи заявления о банкротстве  ФИО1 датированы периодом с 01.04.2021 – незадолго до даты заключения спорной сделки, что указывает на совершение действий по отчуждению имущества при подготовке к банкротству должника; на момент заключения оспариваемых договоров купли-продажи должник уже прекратил расчеты с кредиторами, более того, принял на себя дополнительные обязательства, которые впоследствии не исполнялись; после отчуждения всего имевшегося движимого и зарегистрированного имущества и после совершения спорной сделки должник стал обладать признаками недостаточности имущества, имея на тот момент и признак неплатежеспособности; суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу к выводу о наличии и однозначных признаков недействительности оспоренных сделок применительно к обоим пунктам – 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Поскольку в силу положений статьи 71 АПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на их всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании, включая относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также общую достаточность и взаимную связь, суд кассационной инстанции исходит из того, что оценка доказательств и отражение ее результатов в судебных актах является проявлением дискреционных полномочий судов первой и апелляционной инстанций, необходимых для осуществления правосудия, вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти.

При этом из полномочий кассационных судов исключены действия по предрешению вопросов достоверности или недостоверности доказательств, преимущества одних доказательств перед другими, а также по переоценке доказательств, которым уже была дана оценка судами первой и апелляционной инстанций (статьи 286, 287 АПК РФ, пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13               «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

Ввиду перечисленного судебная коллегия суда округа полагает обоснованным итоговый вывод судов о том, что перечисленная выше конкретная совокупность обстоятельств данного обособленного спора подтверждала факт существенного расхождения рыночной стоимости транспортных средств с ценой оспариваемых сделок, следовательно, стоимость продажи являлась существенно заниженной; сделки совершены в период непосредственно перед подачей заявления о банкротстве при одновременной подготовке заявления о собственном банкротстве должником, в условиях его неплатежеспособности, при которой должник стал отвечать признаку недостаточности имущества; сделки совершены при неординарных условиях их исполнения как с фактически аффилированным по отношению к должнику лицом, посредством создания фиктивного документооборота для целей создания видимости отчуждения активов внешне независимому лицу – для их вывода из-под возможного взыскания в интересах уже имевшихся в спорном периоде внешних кредиторов (включенных в итоге в реестр по данному банкротному делу), что и является основанием для признания сделок недействительными как на основании пункта 1, так и  пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Применительно к изложенному суд первой инстанции, принимая во внимание наличие правил статей 61.6, 213.32 Закона о банкротстве, статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, также правомерно применил последствия недействительности оспариваемой сделки в виде обязания ответчика ФИО3 возвратить спорные транспортные средства в конкурсную массу ФИО1

Оснований для несогласия с данными итоговыми выводами судов первой и апелляционной инстанций окружной суд не усматривает, поскольку, удовлетворяя заявление финансового управляющего, суды исходили из совокупности установленных по делу конкретных  обстоятельств при отсутствии бесспорных и надлежащих доказательств, свидетельствующих об ином (статьи 9, 65, 71 АПК РФ); необходимые для правильного разрешения спора обстоятельства установлены судами, в том числе, с учетом позиций всех участников спора.

Следовательно, доводы, изложенные заявителем в кассационной жалобе, судом округа отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушениях судами норм права, повлиявших на исход судебного разбирательства, или допущенной судебной ошибке.

По существу, аргументы поданной кассационной жалобы повторяют содержание апелляционной жалобы, сводятся к несогласию с выводами судов первой и апелляционной инстанций об обстоятельствах дела и направлены на изменение данной судами оценки доказательств, что, как выше также отмечено, противоречит пределам рассмотрения дела в суде кассационной инстанции (статья 286 АПК РФ) и выходит за рамки полномочий кассационного суда (часть 2 статьи 287 АПК РФ).

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебных актов (статья 288 АПК РФ), окружным судом не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Хабаровского края от 29.01.2024, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 12.03.2024           по делу № А73-11829/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                           Е.С. Чумаков

 

Судьи                                                                                    С.О. Кучеренко

 

А.Ю. Сецко