АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  КРАСНОЯРСКОГО  КРАЯ

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Р Е Ш Е Н И Е

 

20 сентября 2017 года

 

Дело № А33-3095/2017

Красноярск

Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 13 сентября 2017 года.

В полном объёме решение изготовлено 20 сентября 2017 года.

Арбитражный суд Красноярского края в составе судьи Смольниковой Е.Р., рассмотрев в судебном заседании дело по иску федерального государственного унитарного предприятия «Горно-химический комбинат» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, дата государственной регистрации – 09.10.1996, место нахождения: 662972, 

<

...>)

к обществу с ограниченной ответственностью «Атоминтелмаш» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, дата государственной регистрации – 22.05.2012, место нахождения: 141983, 

<

...>)

о взыскании пени,

в присутствии в судебном заседании:

от истца: ФИО1 – представителя по доверенности от 13.02.2017 № 2800, ФИО2 – представителя по доверенности от 17.08.2017 № 2942 (до перерыва), ФИО3 - представителя по доверенности от 12.05.2015 № 2236 (после перерыва),

от ответчика: ФИО4 – представителя по доверенности от 11.05.2017 (до и после перерыва),

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО5 (до перерыва), помощником судьи Деньгиной Н.А. (после перерыва), 

 

установил:

федеральное государственное унитарное предприятие «Горно-химический комбинат» (далее – истец, предприятие, заказчик) обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Атоминтелмаш» (далее – ответчик, общество, подрядчик) о взыскании пени по государственному контракту от 16.12.2014 № 3444/25-332-14 в размере 520 582,63 руб.

Определением от 27.02.2017 исковое заявление принято к производству суда и возбуждено производство по делу.

В ходе судебного заседания представители истца настаивали на удовлетворении заявленных требований по изложенным в иске основаниям, тогда как представитель ответчика против удовлетворения иска возражал, сославшись в обоснование своей позиции на доводы, указанные в отзыве.

При рассмотрении дела установлены следующие, имеющие значение для рассмотрения спора, обстоятельства.

Шестнадцатого декабря 2014 года между федеральным государственным унитарным предприятием «Горно-химический комбинат» (государственным заказчиком) и обществом с ограниченной ответственностью «Атоминтелмаш» (головным исполнителем) заключен государственный контракт № 3444/25-32-14 на разработку конструкторской документации, изготовление и поставку продукции для федеральных государственных нужд на 2014 год по государственному оборонному заказу.

В соответствии с пунктом 1.1 контракта от 16.12.2014 головной исполнитель принял на себя обязательства своевременно и в порядке, установленном настоящим контрактом, выполнить комплекс работ по разработке конструкторской документации, изготовлению и поставке продукции, а государственный заказчик обязался принять и оплатить весь комплекс работ. Наименование, количество, номенклатура продукции, место и сроки поставки согласно пункту 2.1 контракта № 3444/25-32-14 определяются ведомостью поставки (приложение № 1).

Согласно пункту 3.4 контракта головной исполнитель обязан, в том числе, разработать конструкторскую документацию на товар (оборудование) и согласовать ее с государственным заказчиком (подпункт «а»); изготовить продукцию в соответствии с конструкторской документацией, разработанной головным исполнителем и согласованной государственным заказчиком (подпункт «б»); в минимально возможный срок за собственный счет устранить замечания и дополнять конструкторскую документацию по получении от государственной заказчика мотивированной письменной претензии относительно качества, полноты документации, разрабатываемой головным исполнителем (подпункт «г»); поставить продукцию, свободную от прав третьих лиц, в соответствии с техническим заданием – приложением № 2 к контракту (подпункт «н»); своевременно предоставлять государственному заказчику достоверную информацию о ходе исполнения своих обязательств, в том числе о сложностях, возникающих при исполнении настоящего государственного контракта (подпункт «т»).

Пунктом 6.1 стороны согласовали, что за выполнение комплекса работ по разработке конструкторской документации, изготовлению и поставке продукции государственный заказчик уплачивает головному исполнителю 8 644 680 руб.

В силу пункта 4.1 контракта от 16.12.2014 изготовление и поставка продукции осуществляется в следующие сроки:

- начало – с момента подписания контракта;

- по разработке конструкторской документации – не более 80 календарных дней с момента заключения контракта, то есть не позднее 06.03.2015;

- по изготовлению и поставке продукции – не более 180 календарных дней с момента подписания контракта с правом досрочной поставки по согласованию с государственным заказчиком, то есть не позднее 15.06.2015.

За 15 дней до начала поставки головной исполнитель направляет государственному заказчику извещение о дате готовности продукции к отгрузке (пункт 4.2 контракта № 3444/25-32-14).

В соответствии с пунктом 5.1 контракта от 16.12.2014 при поставке продукции головной исполнитель предоставляет государственному заказчику, в том числе планы качества, оформленные и согласованные с заказчиком в соответствии с НП-071-06 (подпункт «з»).

Согласно пункту 9.3 контракта в случае нарушения сроков исполнения обязательств по контракту головной исполнитель выплачивает по требованию заказчика пеню в размере, рассчитанном в соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации от 25.11.2013 № 1063 за каждый день просрочки, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного государственным контрактом срока исполнения обязательства. Сторона освобождается от уплаты пени, штрафа, если докажет, что неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства произошло вследствие непреодолимой силы или по вине другой стороны (пункт 9.11 контракта от 16.12.2014).

В пункте 10.5 указано, что доказательством наличия обстоятельств непреодолимой силы и их продолжительности является соответствующее письменное свидетельство органов государственной власти Российской Федерации, а в случае, если поставка осуществляется из-за границы Российской Федерации, событие форс-мажора должно быть подтверждено торгово-промышленной палатой страны, в которой произошло такое событие.

Поскольку по состоянию на 26.06.2015 обществом договорные обязательства исполнены не были, предприятие обратилось к нему с претензией от 23.07.2015 № 212-08-03-52/5863, в которой заказчик предъявляет к исполнителю требования по поставке продукции и оплате неустойки в размере 78 493,69 руб., начисленной за период с 16.06.2015 по 26.06.2015.

Платежным поручением от 13.05.2015 № 292 исполнитель выплатил заказчику неустойку в размере 78 493,69 руб., а 07 сентября 2015 года ответчик исполнил свои обязательства по поставке продукции стоимостью 8 644 680 руб., что следует из транспортной накладной от 31.08.2015 № 3, товарной накладной от 31.08.2015 № 4 и акта приема-передачи продукции  № 1 по контракту от 16.12.2014 № 3444/25-32-14, подписанного обеими сторонами без замечаний.

Претензией от 01.02.2016 № 212-08-03-52/483 предприятие обратилось к обществу с требованием оплатить начисленную им за период с 27.06.2015 по 07.09.2015 неустойку за нарушение сроков поставки продукции в размере 520 625,85 руб. в течение 15 дней с момента ее получения. В ответ на указанную претензию общество «Атоминтелмаш» письмом от 29.03.2016 № И-50/2016 сообщило учреждению о своем несогласии с размером предъявленной неустойки. Исполнитель указал, что из периода просрочки следует вычесть 19 дней в связи с длительным рассмотрением заказчиком технической документации (33 дня фактического рассмотрения – 14 календарных дней, предусмотренных по общему правилу для согласования аналогичного технического проекта). Кроме того, ответчик указал на необходимость вычета из периода просрочки также 12 дней (с 13.07.2015 по 24.07.2015), в которые по причине отсутствия электроэнергии на производственной площадке общество не могло исполнять свои обязательства, о чем оно сообщало заказчику письмом от 05.08.2015 № И-228/2015. Общество считает, что просрочка в указанный период была допущена из-за обстоятельств непреодолимой силы.

Предприятие в письме от 04.05.2016 № 212-08-03-24/2153 пояснило обществу, что согласование технического проекта длилось продолжительный период времени по причине наличия у заказчика замечаний к указанному документу. В отношении ссылки исполнителя на обстоятельства непреодолимой силы истец указал на отсутствие представленных ему надлежащих доказательств наличия таковых.

В письме от 07.07.2016 № И-139/2016 общество сообщило предприятию, что им ведется сбор доказательств наличия обстоятельств непреодолимой силы, который затянулся ввиду длительности переписки. Исполнитель попросил заказчика не принимать решений до получения таких доказательств, которые он планирует представить в срок до 15.07.2016.

Поскольку исполнитель не представил заказчику доказательства наличия обстоятельств непреодолимой силы, повлекших нарушение обществом сроков исполнения договорных обязательств, а также не произвел оплату начисленной неустойки, учреждение обратилось в арбитражный суд с настоящим иском.

Возражая против удовлетворения заявленных требований в полном объеме, ответчик указывает, что расчет пени за нарушение сроков поставки должен производиться от суммы государственного контракта, уменьшенной на стоимость работ по разработке конструкторской документации, которая, исходя из расчетов исполнителя, составляет 694 613,25 руб. Помимо этого, общество настаивает на том, что из периода просрочки подлежат исключению периоды согласования истцом технической документации (33 дня), поскольку, по мнению исполнителя, такой срок не может включаться в срок изготовления и поставки ввиду невозможности выполнения договорных обязательств в отсутствие утвержденной конструкторской документации. Не подлежат включению в период просрочки, по утверждению ответчика, и 27 календарных дней, затраченных на согласование истцом планов качества, поскольку указанный срок не установлен в контракте и не следует из существа обязательства. Кроме того, ответчик утверждает, что истец отказался принять продукцию в день ее доставки перевозчиком, что повлекло двухдневный простой транспортного средства. Общество указывает, что информация о планируемой дате прибытия груза на склад заказчика сообщена истцу письмом от 31.08.2015 № И-255/2015, однако в назначенное время истец не осуществил приемку. При таких обстоятельствах, по мнению ответчика, из периода просрочки следует вычесть 62 календарных дня.

Как указывает в своем отзыве общество, верной будет сумма неустойки в размере 83 290,17 руб., которая рассчитывается от цены контракта, уменьшенной на стоимость работ по разработке конструкторской документации, за период просрочки 22 дня (84 дня – 62 дня) и за вычетом уже уплаченной пени в размере 78 493,69 руб.

Истец, в свою очередь, указывает на то, что расчет пени должен рассчитываться именно от всей цены контракта, поскольку сторонами этапы выполнения работ не согласовывались, конструкторская документация является промежуточным результатом и не может означать выполнение работ по контракту. Кроме того, сама по себе документация, по утверждению заказчика, не имеет для него потребительской ценности, ее подготовка направлена на достижение конечного результата – поставки мостового крана.

По мнению предприятия, не обоснованы доводы общества о необходимости вычета 62 календарных дней из периода просрочки в силу следующего. Обязанность согласовать техническую документацию с заказчиком предусмотрена подпунктом «а» пункта 3.4 государственного контракта от 16.12.2014. Технический проект исполнителем представлялся на утверждение двумя частями письмом от 03.03.2015 № И-73/2015 (получено истцом 04.03.2015) и письмом от 06.03.2015 № И-73/2015 (получено 10.03.2015). Данный проект рассмотрен заказчиком в течение 5 рабочих дней, однако к содержанию указанного проекта у заказчика возникли замечания, которые отражены в письме от 18.03.2015. После устранения замечаний письмом от 25.03.2015 № И-112/2015 (получено истцом 26.03.2015) учреждение согласовало проект в течение 9 рабочих дней. При таких обстоятельствах, как указывает истец, 33 календарных дня согласования документации не могут быть исключены из периода просрочки, поскольку они напрямую связаны с действиями самого исполнителя, тогда как заказчик выполнил встречные обязательства в разумный срок (в отсутствие утвержденного в контракте).

Кроме того, не подлежат исключению из периода просрочки, по мнению истца, и 27 дней согласования плана качества, поскольку названный срок не влияет на срок изготовления и поставки оборудования. План качества представляется при поставке продукции как документ, подтверждающий соответствие изготавливаемого оборудования требованиям конструкторской, нормативной документации и условиям государственного контракта. Отсутствие плана качества не препятствует закупке материалов и комплектующих, необходимых для изготовления продукции.

Помимо этого, истец утверждает, что не отказывался от приемки груза. Продукция не была принята 04.09.2015 по причине прибытия автомобиля за пределами рабочего времени складского цеха (груз прибыл в 16.00, тогда как рабочий день в соответствии с графиком учреждения до 15.57). С учетом того, что ответчик, по утверждению заказчика, не известил о дате отправки груза, последний ссылается на отсутствие оснований для исключения из периода просрочки двух дней простоя транспортного средства.

В судебном заседании 06 сентября 2017 года обществом «Атоминтелмаш» заявлено ходатайство о снижении неустойки на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Исследовав представленные доказательства, оценив доводы лиц, участвующих в деле, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

Сложившиеся между сторонами правоотношения вытекают из государственного контракта от 16.12.2014 № 3444/25-32-14, являющегося по своей правовой природе смешанным договором, поскольку он содержит в себе элементы договора поставки и подряда, договора на выполнение научно-исследовательских, опытно-конструкторских и технологических работ. Согласно пункту 3 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации стороны могут заключить договор, в котором содержатся элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор). К отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора. В этой связи отношения сторон регулируются нормами глав 30, 37 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 769 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору на выполнение научно-исследовательских работ исполнитель обязуется провести обусловленные техническим заданием заказчика научные исследования, а по договору на выполнение опытно-конструкторских и технологических работ - разработать образец нового изделия, конструкторскую документацию на него или новую технологию, а заказчик обязуется принять работу и оплатить ее. Договор с исполнителем может охватывать как весь цикл проведения исследования, разработки и изготовления образцов, так и отдельные его этапы (элементы). В силу статьи 773 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнитель в договорах на выполнение научно-исследовательских работ, опытно-конструкторских и технологических работ обязан выполнить работы в соответствии с согласованным с заказчиком техническим заданием и передать заказчику их результаты в предусмотренный договором срок.

В статье 702 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Согласно статье 506 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием. В силу пункта 5 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации, по общему правилу к договорам поставки применяются общие положения о купле-продаже. Статьей 457 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что срок исполнения продавцом обязанности передать товар покупателю определяется договором купли-продажи, а если договор не позволяет определить этот срок, в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 314 настоящего Кодекса. Договор купли-продажи признается заключенным с условием его исполнения к строго определенному сроку, если из договора ясно вытекает, что при нарушении срока его исполнения покупатель утрачивает интерес к договору. Продавец вправе исполнять такой договор до наступления или после истечения определенного в нем срока только с согласия покупателя.

Как следует из материалов дела и сторонами не оспаривается, во исполнение принятых на себя обязательств по контракту общество «Атоминтелмаш» разработало конструкторскую документацию, изготовило и поставило продукцию (мостовой кран) на сумму 8 644 680 руб., что подтверждается подписанным сторонами без замечаний актом приема-передачи продукции № 1 на указанную сумму, транспортной накладной от 31.08.2015 № 3, товарной накладной от 31.08.2015 № 4. Претензий по объему и качеству поставленной продукции у истца не имеется.

Пунктом 4.1 государственного контракта определен срок по изготовлению и поставке продукции – не более 180 календарных дней с момента подписания контракта. Следовательно, продукция должна была быть изготовлена и отгружена заказчику не позднее 15.06.2015. Поскольку указанные действия совершены исполнителем только 07.09.2015, суд приходит к выводу, что последним допущена просрочка поставки товара по контракту от 16.12.2014 и, как следствие, обязательство исполнено обществом ненадлежащим образом.

Согласно пункту 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности. Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 3 статьи 405 Гражданского кодекса Российской Федерации должник не считается просрочившим, пока обязательство не может быть исполнено вследствие просрочки кредитора. Из пункта 1 статьи 406 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что кредитор считается просрочившим, если он, в том числе, не совершил действий, предусмотренных законом, иными правовыми актами или договором либо вытекающих из обычаев делового оборота или из существа обязательства, до совершения которых должник не мог исполнить своего обязательства.

Таким образом, просрочка кредитора имеет место в случае, если должник не мог исполнить свое обязательство. Для применения названной нормы и освобождения должника от ответственности необходимо, чтобы просрочка кредитора лишила должника возможности надлежащим образом исполнить обязательство.

Оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, суд пришел к следующим выводам. Обязанность согласовать документацию с заказчиком предусмотрена подпунктом «а» пункта 3.4 государственного контракта от 16.12.2014. В условиях контракта стороны не согласовали срок совершения указанных действий, соответственно, такой срок должен быть разумным с точки зрения законодательства и сложившихся между сторонами отношений. После получения технического проекта в полном объеме 10.03.2015 (документация направлялась исполнителем в два этапа: письмами от 03.03.2015 № И-73/2015 и от 06.03.2015 № И-73/2015) предприятие, проанализировав его содержание, установило недостатки и отразило их в письме от 18.03.2015, то есть в разумный с точки зрения статьи 314 Гражданского кодекса Российской Федерации срок – в течение 5 рабочих или 7 календарных дней. Исправленный проект вручен предприятию 26.03.2015 с письмом от 25.03.2015 № И-112/2015, после чего он согласован заказчиком 08.04.2015 (на 9 рабочий или на 13 календарный день).

Довод общества о несущественности претензий к содержанию документации не учитывается судом. Так, в соответствии с письмом предприятия от 18.03.2015 № 212-08-03-24/2772 заказчиком выявлено следующее:

необходимость изложения листа 3 АМВР-21.14-00.00.00.000П3 в другой редакции (вместо «загруженными ТРО» указать «загруженными РВ (радиоактивными веществами);

опечатка в номерах пунктов методов испытаний в разделе 4;

не описана проверка работоспособности крана с номинальным грузом в разделе 5;

необходимость уточнения данных в разделе 7 в связи с расхождениями со ссылками на нормативную документацию;

необходимость определиться с необходимостью оснащения крана аварийными устройствами на опускание груза.

По утверждению ответчика, с которым истец не спорит, указанные недостатки являлись опечатками или описками, не влияющими на техническую суть документации. Однако общество фактически согласилось с замечаниями предприятия, приступив к их устранению в соответствии с подпунктом «г» пункта 3.4 контракта и затратив на это 7 дней, что свидетельствует о наличии оснований для их исправления в целях дальнейшего исполнения договорных обязательств. Кроме того, в материалы дела не представлено доказательств того обстоятельства, что в период устранения недостатков в документации у ответчика отсутствовала возможность приступить к выполнению работ, поскольку, как он сам указывает, замечания носили несущественный характер, не относились к технической сути конструкторской документации и могли быть устранены в процессе изготовления продукции.

При таких обстоятельствах, учитывая наличие у исполнителя обязанности по выполнению конструкторской документации надлежащим образом, суд признает необоснованным довод ответчика о необходимости исключения из периода просрочки всего срока, затраченного на согласование заказчиком конструкторской документации. Вместе с тем, поскольку весь объем документации заказчиком первоначально исследован за 7 дней и замечания обществом устранялись в такой же период времени, суд считает, что утверждение проекта с исправленными недостатками за 13 дней превышает сложившийся на практике между сторонами семидневный срок на 6 дней. Указанный срок является просрочкой заказчика и подлежит исключению из периода просрочки исполнения подрядчиком обязательств.

В ходе судебного разбирательства обществом было заявлено ходатайство о назначении в рамках настоящего спора экспертизы с постановкой перед экспертом следующего вопроса: «Являются ли замечания истца к конструкторской документации от 18.03.2015 существенными, могли ли они повлиять на конструкцию крана, можно ли было согласовать конструкторскую документацию с указанными замечаниями для начала производства?». Рассмотрев ходатайство, суд отказал в его удовлетворении, поскольку установление факта «несущественности» замечаний заказчика к содержанию конструкторской документации, не приведет к освобождению исполнителя от ответственности за нарушение обязательств по контракту в связи с признанием обществом наличия данных недостатков и отсутствием в материалах дела доказательств невозможности приступить к изготовлению продукции в период устранения замечаний.

Довод ответчика о необходимости исключения из периода просрочки исполнения обязательств срока согласования истцом планов качества на оборудование, предусмотренных подпунктом «з» пункта 5.1 контракта от 16.12.2014, суд признает заслуживающим внимание в силу следующего. По условиям названного пункта контракта исполнитель обязан разработать и согласовать с заказчиком планы качества в соответствии с НП-071-06. В соответствии с пунктом 3.1.3 федеральных нормам и правил в области использования атомной энергии «Правила оценки соответствия оборудования, комплектующих, материалов и полуфабрикатов, поставляемых на объекты использования атомной энергии» (НП-071-06), введенных в действие постановлением Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору от 05.09.2006 № 4, при оценке соответствия оборудования должны рассматриваться планы качества, которые в дальнейшем являются обязательным приложением к паспортам на оборудование. План качества разрабатывается изготовителем оборудования, в обязательном порядке согласовывается с эксплуатирующей организацией. При этом, исходя из содержания названного акта, срок для такого согласования им не установлен, равно как и не установлен он условиями контракта. Согласно имеющимся в материалах дела документам, план качества согласовывался истцом с 02.06.2015 по 29.06.2015 (утвержден письмом от 29.06.2015 № 212-08-03-24/5249), то есть в течение 27 календарных дней, что предприятием не оспаривается. Из устных пояснений ответчика, озвученных в ходе судебного разбирательства, следует, что план качества оборудования в силу его небольшого объема (7 страниц) мог быть согласован заказчиком в течение 1 рабочего дня. Вместе с тем, исходя из сложившихся между сторонами отношений, суд считает разумным срок для согласования плана качества в течение 7 дней ввиду того, что первоначально полученная заказчиком конструкторская документация рассмотрена за указанный период времени и, соответственно, именно такой срок сложился для ответа на обращения исполнителя. С учетом данного обстоятельства, суд признает наличие со стороны заказчика просрочки совершения предусмотренных контрактом действий (20 календарных дней), повлиявших на срок исполнения обществом своих обязательств.

Суд отклоняет довод истца о том, что согласование плана качества не влияет на срок изготовления и поставки оборудования, как не соответствующий действительности. Согласно приложению № 1 НП-071-06 план качества должен содержать, в том числе: сведения о представителях эксплуатирующей организации или организации, действующей по ее поручению, в контрольных точках, где предполагается их участие в оценке соответствия качества; сведения о полномочиях персонала организации-изготовителя по контролю и испытаниям и персонала эксплуатирующей организации (или организации, действующей по ее поручению) по приемке и испытаниям в контрольных точках процесса изготовления («точках задержки» и «точках освидетельствования»). В соответствии с примечаниями к приложению № 1 НП-071-06 полномочия персонала в «точках задержки» означают: для персонала организации-изготовителя - процесс изготовления должен быть приостановлен для того, чтобы представитель эксплуатирующей организации (или организации, действующей по ее поручению) провел приемку или испытания (без его одобрения дальнейшее проведение производственных операций невозможно); для персонала эксплуатирующей организации (или организации, действующей по ее поручению) - процесс изготовления должен быть приостановлен для того, чтобы представитель эксплуатирующей организации (или организации, действующей по ее поручению) и представитель органа государственного регулирования безопасности при использовании атомной энергии (при необходимости) осуществили контроль за процессом изготовления или приняли участие в приемке или испытаниях (без одобрения представителей указанных организаций дальнейшее проведение производственных операций невозможно). Полномочия персонала в «точках освидетельствования» означают: для персонала организации-изготовителя - к моменту проведения контрольной операции представитель эксплуатирующей организации (или организации, действующей по ее поручению) должен быть уведомлен, что часть производства готова к приемке или испытаниям (при этом изготовление оборудования при проведении приемки или испытания не останавливается); для персонала эксплуатирующей организации (или организации, действующей по ее поручению) - к моменту проведения контрольной операции представитель эксплуатирующей организации (или организации, действующей по ее поручению) и представитель органа государственного регулирования безопасности при использовании атомной энергии (при необходимости) должны быть готовы выполнять операции по приемке или испытаниям.

Таким образом, из анализа указанных положений следует, что исполнитель оформляет план до начала изготовления продукции, а заказчик при рассмотрении и согласовании плана качества должен определить статус контрольных точек, указав наличие (отсутствие) участия заказчика на этом этапе. Заказчик может потребовать своего участия на любом этапе создания продукции, в том числе и на первом, соответственно, подрядчик не может начать процесс изготовления, не зная, будет ли предприятие претендовать на участие в той или иной стадии. В случае выявления необходимости участия представителей предприятия в «точках задержки», общество в соответствии с изложенными выше правилами приостанавливает процесс производства и до одобрения заказчика не может его продолжать. При таких обстоятельствах согласование плана качества оборудования является производственной необходимостью, без которого изготовление продукции нецелесообразно. То обстоятельство, что план составлялся непосредственно обществом и ему заранее, по утверждению предприятия, были известны контрольные точки с участием заказчика, а именно, участие было определено только на этапе испытаний, не свидетельствует об отсутствии вероятности внесения истцом изменений в план качества при согласовании и признания необходимости его участия в более ранних этапах.

Ссылки сторон на РД ЭО 1.1.2.01.0713, как на документ, регулирующий правоотношения исполнителя и заказчика при оформлении и согласовании плана качества, судом отклоняются в связи с тем, что в контракте от 16.12.2014 положений о необходимости им руководствоваться при оформлении планов качества не содержится, соответственно, оснований для его применения не имеется. Условия контракта прямо предусматривают требования об использовании при изготовлении плана качества именно НП-071-06.

Суд не соглашается с позицией ответчика о необходимости исключения из периода просрочки срока простоя автомобиля, вызванного, по мнению общества, отказом истца в приемке товара 04.09.2015. Так, в соответствии с пунктом 4.2 контракта исполнитель за 15 дней до начала поставки направляет заказчику извещение о дате готовности продукции к отгрузке. Письмом от 31.08.2015 № И-255/2015 общество сообщило о планируемой дате прибытия груза на склад заказчика: с 03.09.2015 по 05.09.2015, указав также данные водителя и автомобиля. Таким образом, вопреки условиям контракта, ответчик известил истца о поставке за три дня до предполагаемой даты отгрузки без указания конкретной даты и времени таковой. При таких обстоятельствах суд считает, что у ответчика отсутствуют основания ссылаться на недобросовестное поведение заказчика, выразившееся в отказе от приемки груза и несообщении о графике работы склада, а, следовательно, не имеется и оснований для исключения периода простоя автомобиля из срока просрочки.

В пункте 1 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором. Согласно пункту 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков. Неустойка как способ обеспечения обязательства должна компенсировать кредитору расходы или уменьшить неблагоприятные последствия, возникшие вследствие ненадлежащего исполнения должником своего обязательства перед кредитором.

Согласно пункту 9.3 контракта в случае нарушения сроков исполнения обязательств по контракту головной исполнитель выплачивает по требованию заказчика пеню в размере, рассчитанном в соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации от 25.11.2013 № 1063 за каждый день просрочки, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного государственным контрактом срока исполнения обязательства.

Пунктом 6 правил определения размера пени, утвержденных постановление Правительства Российской Федерации от 25.11.2013 № 1063, предусмотрено, что пеня начисляется за каждый день просрочки исполнения поставщиком (исполнителем, подрядчиком) обязательства, предусмотренного контрактом, начиная со дня, следующего после дня истечение установленного контрактом срока исполнения обязательства и устанавливается в размере не менее одной трехсотой действующей на дату уплаты цени ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации от цены контракта, уменьшенной на сумму, пропорциональную объему обязательств, предусмотренных контрактом и фактически исполненных подрядчиком, и определяется по формуле: П = (Ц - В) х С, где: Ц - цена контракта; В - стоимость фактически исполненного в установленный срок подрядчиком обязательства по контракту, определяемая на основании документа о приемке результатов выполнения работ, в том числе отдельных этапов исполнения контрактов; С - размер ставки.

Размер ставки определяется по формуле: С= СЦБ  х ДП, где: СЦБ  - размер ставки рефинансирования, установленной Центральным банком Российской Федерации на дату уплаты пени, определяемый с учетом коэффициента К; ДП - количество дней просрочки.

Коэффициент К определяется по формуле: К=(ДП/ДК) х 100%, где: ДП - количество дней просрочки; ДК - срок исполнения обязательства по контракту (количество дней).  При К, равном 0 - 50 процентам, размер ставки определяется за каждый день просрочки и принимается равным 0,01 ставки рефинансирования, установленной Центральным банком Российской Федерации на дату уплаты пени. При К, равном 50 - 100 процентам, размер ставки определяется за каждый день просрочки и принимается равным 0,02 ставки рефинансирования, установленной Центральным банком Российской Федерации на дату уплаты пени. При К, равном 100 процентам и более, размер ставки определяется за каждый день просрочки и принимается равным 0,03 ставки рефинансирования, установленной Центральным банком Российской Федерации на дату уплаты пени.

Учитывая, что материалами дела подтверждается ненадлежащее исполнение контракта ответчиком, товар фактически был поставлен истцу с нарушением срока, суд приходит к выводу об обоснованности требований предприятия о взыскании неустойки.

Из расчета истца следует, что весь период просрочки исполнения обязательства по контракту ответчиком составил 84 дня (с 16.06.2015 по 07.09.2015). Вместе с тем, как установлено судом выше, со стороны истца имела место просрочка утверждения конструкторской документации на 6 дней и согласования плана качества в течение 20 дней, повлекшая увеличение срока поставки продукции ответчиком. При таких обстоятельствах суд считает, что указанные сроки должны быть исключены из периода просрочки и вместо 84 дней срок нарушения обязательств составит 58 дней.

При исчислении пени предприятие применило ставку рефинансирования Центрального банка Российской Федерации в размере 8,25%, тогда как на дату вынесения резолютивной части решения ставка составляла 9 % (по состоянию на 20.09.2017 – 8,25%). Суд считает, что исчисление неустойки исходя из ставки рефинансирования в размере 8,25% не нарушает права и интересы ответчика, а также нормы действующего законодательства, поскольку применение ставки в размере меньшем, чем установлено является правом истца. Об уточнении исковых требований последний не заявлял, соответственно, производить расчет с учетом ставки рефинансирования в размере 9 %, то есть в сторону увеличения и выхода за пределы заявленных требований, у суда не имеется оснований.

При таких обстоятельствах сумма неустойки, которая может быть начислена истцом ответчику за весь период просрочки в соответствии с условиями контракта от 16.12.2014 и примененной истцом ставкой, составляет 415 472,64 руб. согласно следующему расчету:

П = (Ц-В)*С = 8 644 680 * 0,048 = 415 472,64,

К = (ДП/ДК)*100 = 58/180 * 100 = 32,2, соответственно, размер ставки определяется за каждый день просрочки и принимается равным 0,01 ставки рефинансирования, установленной Центральным банком Российской Федерации на дату уплаты пени,

С = Сцб*ДП = 0,01*8,25%*58 = 0,048.

Учитывая то обстоятельство, что исполнитель платежным поручением № 292 от 13.05.2015 выплатил заказчику 78 493,69 руб. пени, начисленной за 10 дней просрочки (с 16.06.2015 по 26.06.2015), суд признает обоснованным иск заказчика в размере 336 978,95 руб. (415 472,64 – 78 493,69). Доказательств уплаты указанной суммы в материалах дела не содержится.

Суд отклоняет довод ответчика о необходимости расчета неустойки от цены государственного контракта, уменьшенной на стоимость работ по разработке конструкторской документации на 694 613,25 руб. Расчет указанной суммы произведен ответчиком самостоятельно и ничем не закреплен: в контракте этапы выполнения работ и их стоимость сторонами не согласовывалась. Доказательств сдачи-приемки документации как отдельного этапа в материалах дела не имеется, соответственно, уменьшать цену контракта на стоимость выполненной документации у суда нет оснований.

Поскольку исполнение обязательств подрядчика по контракту завершено в 2015 году, на правоотношения сторон распространяют свое действие постановление Правительства Российской Федерации от 05.03.2015 № 196 «О случаях и порядке предоставления заказчиком в 2015 году отсрочки уплаты неустоек (штрафов, пеней) и (или) осуществления списания начисленных сумм неустоек (штрафов, пеней)». Согласно подпункту «а» пункта 3 названного постановления, если общая сумма неуплаченных неустоек (штрафов, пеней) не превышает 5 процентов цены контракта, заказчик осуществляет списание неуплаченных сумм неустоек (штрафов, пеней). В соответствии со сложившейся практикой решение о списании неустойки (в случае о наличии оснований для ее списания) принимается заказчиком в момент ее начисления. В рассматриваемом случае предприятием пеня начислялась претензией от 01.02.2016, то есть именно в этот период следовало устанавливать наличие либо отсутствие оснований для списания неустойки. По расчету истца сумма неустойки по состоянию на 01.02.2016 составляла 520 582,63 руб., при исчислении которой применена ставка рефинансирования в размере 8,25%. Вместе с тем, по правилам постановления Правительства Российской Федерации от 25.11.2013 № 1063 заказчику следовало применять ставку в размере 11 %, действующую на момент составления претензии. В таком случае, с учетом необходимости начисления заказчиком пени за 58 дней просрочки, сумма неустойки составила бы 551 530,58 руб. (8 644 680*0,01*11%*58), что превышает 5 % от цены контракта (432 234 руб.). Подпунктом «б» пункта 3 постановление Правительства Российской Федерации от 05.03.2015 № 196 предусмотрено, что если общая сумма неуплаченных неустоек (штрафов, пеней) превышает 5 процентов цены контракта, но составляет не более 20 процентов цены контракта, заказчик осуществляет списание 50 процентов неуплаченных сумм неустоек при условии уплаты 50 процентов неуплаченных сумм неустоек (штрафов, пеней) до окончания текущего финансового года. Из материалов дела усматривается, что таковой оплаты исполнителем не производилось. При изложенных обстоятельствах у заказчика отсутствовали причины для списания неустойки на момент её начисления, и, как следствие, нет оснований у суда для отказа в удовлетворении иска в связи с неисполнением заказчиком обязанности, установленной постановлением Правительства Российской Федерации от 05.03.2015 № 196.

В отношении ходатайства подрядчика о снижении ответственности в соответствии со статьей 333 Гражданского кодекса Российской Федерации суд пришел к следующим выводам.

Согласно статье 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в постановлении от 22.12.2011 № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснил, что соразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства предполагается. Основанием для применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации может служить только явная несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательств. При этом ответчик должен представить доказательства явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства, в частности, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки. Кредитор для опровержения такого заявления вправе представить доводы, подтверждающие соразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства.

Также в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2015 № 5-КГ14-131, Определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 15.01.2015 № 6-О, от 24.03.2015 № 560-О, от 23.04.2015 № 977-О разъяснено, что истец-кредитор, требующий уплаты неустойки, не обязан доказывать причинение ему убытков - бремя доказывания несоразмерности подлежащей уплате неустойки последствиям нарушения обязательства лежит на ответчике, заявившем о ее уменьшении (пункт 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17; пункт 11 Обзора судебной практики по гражданским делам, связанным с разрешением споров об исполнении кредитных обязательств, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 22 мая 2013 года).

Таким образом, положение части первой статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации в системе действующего правового регулирования по смыслу, придаваемому сложившейся правоприменительной практикой, не допускает возможности решения судом вопроса о снижении размера неустойки по мотиву явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства - без представления ответчиками доказательств, подтверждающих такую несоразмерность.

Учитывая компенсационный характер гражданско-правовой ответственности, под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства Гражданский кодекс Российской Федерации предполагает выплату кредитору такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом. Признание несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства является правом суда, принимающего решение. При этом в каждом конкретном случае суд оценивает возможность снижения санкций с учетом конкретных обстоятельств дела и взаимоотношений сторон. Степень соразмерности заявленных истцом пени последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, в силу чего только суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела, как того требуют положения статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Общество, заявляя ходатайство о снижении неустойки, не представило в материалы дела доказательства, подтверждающие обоснованность его позиции относительно несоразмерности подлежащей взысканию неустойки последствиям нарушения им обязательства и необходимости снижения неустойки. Исчисленная судом сумма пени в размере 415 472,64 руб. не превышает суммы по основному обязательству – 8 644 680 руб. Кроме того, период просрочки изготовления и поставки товара является значительным (просрочка составляет 58 дней). Таким образом, принимая во внимание обстоятельства дела, данные о характере неисполненных в срок обязательств, общей начисленной сумме пени; сроке, в течение которого не исполнялось обязательство; принимая во внимание функцию неустойки (как способа обеспечения исполнения обязательства, так и меры гражданско-правовой ответственности), непредставление доказательств несоразмерности неустойки ответчиком, суд приходит к выводу об отсутствии явной несоразмерности взыскиваемой неустойки последствиям нарушения обязательства и, соответственно, установленных статьей 333 Гражданского кодекса Российской Федерации оснований для ее снижения. Суд считает сумму обоснованной неустойки такой компенсацией потерь истца, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом, обеспечит соблюдение баланса интересов сторон, стимулируя ответчика к правомерному поведению и, в то же время, не позволяя истцу получить несоразмерное удовлетворение за нарушенное право.

Принимая во внимание вышеизложенное, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию 336 978,95 руб. неустойки за просрочку исполнения обязательств по контракту от 16.12.2014.

Учитывая результат рассмотрения настоящего спора, а именно: частичное удовлетворения заявленных требований (процент удовлетворения - 64,74), - с ответчика в пользу истца в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежит взысканию 8 682 руб. государственной пошлины.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Красноярского края

РЕШИЛ:

исковые требования удовлетворить в части.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Атоминтелмаш» в пользу федерального государственного унитарного предприятия «Горно-химический комбинат» 336 978,95 руб. неустойки, 8 682 руб. государственной пошлины.

В удовлетворении требований в остальной части отказать.

Разъяснить лицам, участвующим в деле, что настоящее решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия путём подачи апелляционной жалобы в Третий арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Красноярского края.

 

Судья

Е.Р. Смольникова