﻿ 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-9107/15 

Екатеринбург

29 июня 2020 г.

 

Дело № А50-20422/2012

Резолютивная часть постановления объявлена 23 июня 2020 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 29 июня 2020 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Новиковой О. Н.,

судей Шавейниковой О. Э., Павловой Е. А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Разиной Д.Ф., рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу Федеральной налоговой службы в лице Управления Федеральной налоговой службы по Пермскому краю (далее – уполномоченный орган) на определение Арбитражного суда Пермского края от 14.01.2020 по делу № А50-20422/2012 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.03.2020 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

Судебное заседание проведено с использованием систем видеоконференц-связи при содействии Семнадцатого арбитражного апелляционного суда. Материальный носитель видеозаписи приобщен к материалам дела.

В судебное заседание в Арбитражный суд Уральского округа представители лиц, участвующих в деле, не явились.

В судебном заседании в помещении Семнадцатого арбитражного апелляционного суда приняли участие:

представитель уполномоченного органа - Бахмутов А.А. (доверенность                  от 07.02.2020 № 25);

кредитор Константинов Е.Н. (определение Арбитражного суда Пермского края от 15.05.2020).

Определением Арбитражного суда Пермского края от 17.10.2012 принято к производству заявление открытого акционерного общества «Ростелеком» о признании несостоятельным (банкротом) закрытого акционерного общества «Национальные мультисервисные сети» (далее – общество «НМС», должник), возбуждено дело о банкротстве.

Определением суда от 24.12.2012 в отношении общества «НМС» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден Бахматов Виталий Сергеевич.

Решением суда от 28.05.2013 общество «НМС» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден Бахматов В.С.

Определением суда от 26.04.2019 Бахматов В.С. отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего обществом «НМС»; конкурсным управляющим должником утверждена Тимофеева Елена Богдановна.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда                           от 01.02.2019 с арбитражного управляющего Бахматова В.С. в пользу должника взысканы убытки в сумме 158 307 021 руб. 96 коп.

В рамках дела о банкротстве общества «НМС» 04.10.2019 Чугунов Алексей Александрович обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным решения собрания кредиторов от 18.09.2019, по вопросу утверждения об отступном в виде части прав требования к                   Бахматову В.С.

Уполномоченный орган 04.10.2019 также обратился в арбитражный суд с заявлением о процессуальном правопреемстве на основании соглашения об отступном.

На рассмотрение арбитражного суда 19.09.2019 поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «Техкомпания Хуавэй» (далее – общество «Техкомпания Хуавэй») о процессуальном правопреемстве.

На основании статьи 130 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вышеуказанные заявления объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 14.01.2020, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.03.2020 заявление кредитора Чугунова А.А. о признании недействительным решения собрания кредиторов удовлетворено: признано недействительным решение собрания кредиторов должника                           от 18.09.2019 об утверждении соглашения об отступном с кредиторами обществами с ограниченной ответственностью «Техкомпания Хуавей», «АМТ-Групп», «Авиател», Рыбакиным В.И., уполномоченным органом. В удовлетворении заявлений уполномоченного органа и общества «Техкомпания Хуавей» о процессуальном правопреемстве отказано.

Уполномоченный орган, не согласившись с принятыми судебными актами, обратился в суд округа с кассационной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции от 14.01.2020 и постановление суда апелляционной инстанции от 16.03.2020 отменить, обособленный спор передать на новое рассмотрение в суд первой инстанции, ссылаясь на нарушение норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в материалах дела доказательствам.

Кассатор указывает, что делая вывод об установлении Федеральным законом от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) запрета на прямую передачу имущества должника в качестве отступного без проведения торгов, суды не учли правовую позицию постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.06.2013 № 15419/12: с согласия собрания может быть осуществлена прямая передача дебиторской задолженности без выставления ее на торги, если такая передача не нарушает права и интересы участников дела.

Кассатор обращает внимание, что в рассматриваемой ситуации как раз имеет место исключение из общего правила: прямая передача не нарушает ничьих прав, конкурсное производство длится более 6,5 лет, передается неликвидное требование к Бахматову В.С. в счет погашения всех текущих платежей, всей второй очереди и пропорционально третьей очереди, то есть принцип очередности и пропорциональности не нарушен.

По мнению кассатора, суды необоснованно отклонили доводы уполномоченного органа и общества «Техкомпания Хуавей» о том, что заключение соглашений об отступном без проведения торгов - наиболее оптимальный и экономически обоснованный способ распоряжения правом требования к Бахматову В.С. на сумму 158 млн. рублей.

Уполномоченный орган отмечает, что суды не применили статью 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, учитывая злоупотребление правом Чугунова А.А.; не учли процессуальное поведение Чугунова А.А. (сначала ссылавшегося на лишение его права заключить соглашение об отступном, затем – ссылавшегося на необходимость проведения торгов, но при этом не давшего согласия на финансирование дальнейшей процедуры банкротства).

Уполномоченный орган считает, что вывод судов о невозможности применения по аналогии положений статьи 61.17 Закона о банкротстве при разрешении вопроса о распределении права требования о взыскании убытков не основан на нормах права и противоречит судебной практике (Ф09-8325/18                от 09.10.2019, Ф09-469/14 от 18.03.2019).

Кассатор полагает, что возможность уступки права требования в части соответствует нормам законодательства и судебной практики.

Кассатор отмечает, что вопреки выводам судов соглашения об отступном от 13.09.2019 являются оспоримыми, а не ничтожными сделками: могут быть оспорены по статье 61.3 Закона о банкротстве (хотя основания и отсутствуют, так как соблюден принцип очередности и пропорциональности); суды не указали, чьи именно права и законные интересы нарушены соглашениями (не считая Чугунова А.А.).

Уполномоченный орган считает, что суды незаконно признали недействительным решения собрания кредиторов от 18.09.2019.

Поступившие 22.06.2020 и 23.06.2020 в суд округа отзывы конкурсного управляющего обществом «НМС» Тимофеевой Е.Б. и общества «Техкомпания Хуавей» к материалам кассационного производства не приобщаются ввиду отсутствия доказательств заблаговременного направления их лицам, участвующим в деле (статья 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Вместе с тем фактическому возврату на бумажном носителе не подлежат, поскольку представлены в электронном виде через систему «Мой Арбитр».

В силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции устанавливает правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, а также проверяет соответствие выводов судов о применении норм права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Как установлено судами и следует из материалов дела, постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.02.2019 с арбитражного управляющего Бахматова В.С. в пользу должника взысканы убытки в сумме 158 307 021 руб. 96 коп.

Активных мероприятий по взысканию задолженности, выплате страхового возмещения, взысканию с компенсационного фонда саморегулируемой организации, членом которой являлся Бахметов В.С., в рамках конкурсного производства не производилось. Решение о переходе к уступке права требования в порядке статьи 140 Закона о банкротстве не принималось.

14.06.2019 проведено собрание кредиторов (не оспаривалось), при участии кредиторов, обладающих 62,865% голосов от общего числа голосов кредиторов, включенных в реестр, в том числе кредитора общества «Техкомпания Хуавей», обладающего 53,966% от общего числа голосов кредиторов, на котором были приняты следующие решения:

- о включении в повестку дня дополнительных вопросов;

- о возложении на конкурсного управляющего обязанности осуществить публикации в ЕФРСБ с предложением о предоставлении кредиторам отступного в виде прав требования к Бахматову В.С.;

- об утверждении формы соглашения об отступном;

- о возложении на конкурсного управляющего обязанности провести собрание кредиторов, в повестку дня которого включить вопрос об утверждении соглашений об отступном.

Предложение о погашении требований кредиторов путем предоставления отступного было опубликовано 21.06.2019 на сайте ЕФРСБ.

Между должником и кредитором обществом «Техкомпания Хуавей» 13.09.2019 было заключено соглашение об отступном на сумму                                31 464 559 руб. 05 коп.

В этот же день было заключено соглашение об отступном с уполномоченным органом на сумму 90 590 288 руб.

18.09.2019 проведено оспариваемое собрание кредиторов при участии кредиторов, обладающих 63,110% голосов, на котором было принято решение об утверждении соглашения об отступном со следующими кредиторами:

- обществом «Техкомпания Хуавей» в размере 31 464 559 руб. 05 коп.;

- обществом «АМТ-Групп» в размере 3 680 484 руб. 84 коп.;

- Рыбакиным В.И. в размере 6 529 098 руб. 70 коп.;

- обществом «АвиаТел» в размере 10 037 771 руб. 11 коп.;

- уполномоченным органом в размере 90 950 288 руб. 68 коп.

При определении размера отступного учтены текущие требования налогового органа в сумме 86 892 802 руб. 16 коп., требования с режимом удовлетворения второй очереди реестра в сумме 2 983 212 руб. 03 коп.; оставшаяся сумма прав требования к Бахматову В.С. составила                                    68 431 007 руб. 77 коп. (158 307 021,96 - 86 892 802,16 - 2 983 212,03) и распределена между кредиторами пропорционально размеру из требований (общий размер реестра составляет 386 576 669 руб. 92 коп., третья очередь без учета требований залогового кредитора - 369 843 457 руб. 89 коп.).

Оспаривая принятое на собрании кредиторов решение, Чугунов А.А. указывал на злоупотребление обществом «Техкомпания Хуавей» своими правами, обладающими большинством голосов и принимая нужные для себя решения пренебрегая правами иных кредиторов.

Возражая против удовлетворения заявлений о правопреемстве,                 Чугунов А.А. указывал на принятие решений об утверждении соглашения об отступном на собрании кредиторов в нарушение положений статей 139, 140, 142 Закона о банкротстве, неверность произведенных расчетов, а также указывая на то, что большая часть требований уполномоченного органа составляет текущие платежи, размер которых ежедневно изменяется.

Суд первой инстанции, признавая оспариваемое решение собрания кредиторов недействительным, исходил из того, что принимаемые собранием кредиторов решения не должны противоречить закону, решение собрания, противоречащее закону, считается принятым с нарушением компетенции собрания кредиторов. Установив, что требования общества «Техкомпания Хуавей» и уполномоченного органа о правопреемстве основаны на ничтожных сделках, противоречащих положениям Закона о банкротстве и посягающих на права и законные интересы иных кредиторов должника, в удовлетворении заявлений о процессуальном правопреемстве основанных на соглашениях об отступном судом было отказано.

Суд апелляционной инстанции с выводами суда первой инстанции согласился, признал их законными и обоснованными ввиду следующего.

В силу пункта 1 статьи 12 Закона о банкротстве участниками собрания кредиторов с правом голоса являются конкурсные кредиторы и уполномоченные органы, требования которых включены в реестр требований кредиторов на дату проведения собрания кредиторов.

Согласно пункту 4 названной статьи Закона, собрание кредиторов правомочно в случае, если на нем присутствовали конкурсные кредиторы и уполномоченные органы, включенные в реестр требований кредиторов и обладающие более чем половиной голосов от общего числа голосов конкурсных кредиторов и уполномоченных органов, включенных в реестр требований кредиторов.

Решения собрания кредиторов по вопросам, поставленным на голосование, принимаются большинством голосов от числа голосов конкурсных кредиторов и уполномоченных органов, присутствующих на собрании кредиторов, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом (пункт 1 статьи 15 Закона о банкротстве).

В соответствии с положениями пункта 4 статьи 15 Закона о банкротстве в случае, если решение собрания кредиторов нарушает права и законные интересы лиц, участвующих в деле о банкротстве, лиц, участвующих в арбитражном процессе по делу о банкротстве, третьих лиц, либо принято с нарушением установленных настоящим Федеральным законом пределов компетенции собрания кредиторов, такое решение может быть признано недействительным арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве, по заявлению лиц, участвующих в деле о банкротстве, лиц, участвующих в арбитражном процессе по делу о банкротстве, или третьих лиц.

Заявитель, обращаясь в суд с требованием о признании решения, принятого собранием кредиторов, недействительным в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации должен доказать факт нарушения указанными решениями его прав и законных интересов либо факт принятия собранием решений с нарушением установленных законом пределов компетенции собрания кредиторов.

В данном случае судами установлено, что кредитором оспаривается принятое на собрании кредиторов решение об утверждении соглашения об отступном с кредиторами обществом «Техкомпания Хуавей», обществом «АМТ-Групп», Рыбакиным В.И., обществом «АвиаТел», уполномоченным органом. При этом фактически на рассмотрении суда посредством обжалования решения собрания кредиторов были переданы разногласия между кредиторами относительно вопроса о распоряжении правом требования (о взыскании убытков с арбитражного управляющего).

Решение по спорному вопросу было принято единогласно на собрании кредиторов, состоявшемся 18.09.2019 при участии кредиторов, обладающих 63,110% голосов.

Кредитор не согласен с определенным решением собрания кредиторов                  от 18.09.2019 порядком распоряжения правом требования к Бахматову В.С., следовательно, фактически между кредиторами и конкурсным управляющим имеются разногласия по вопросу реализации имущества должника, при этом какие-либо доводы, связанные с процедурными нарушениями, имевшими место при подготовке и проведении собрания, конкурсным управляющим не приведены.

Пунктом 1 статьи 60 Закона о банкротстве предусмотрено рассмотрение арбитражным судом разногласий, возникших между арбитражным управляющим и кредиторами.

В соответствии с пунктом 1 статьи 131 Закона о банкротстве все имущество должника, имеющееся на дату открытия конкурсного производства и выявленное в ходе конкурсного производства, составляет конкурсную массу.

По смыслу статьи 2 Закона о банкротстве целью конкурсного производства является соразмерное удовлетворение требований кредиторов за счет формирования конкурсной массы и реализации имущества должника и минимизации временных и финансовых затрат на проведение процедуры банкротства.

В силу пункта 8 статьи 10 Закона о банкротстве денежные средства, взысканные с контролирующих должника лиц, привлеченных к субсидиарной ответственности, а также взысканные убытки включаются в конкурсную массу.

Требование о привлечении лица к ответственности в виде взыскания убытков после вступления определения в законную силу подлежит реализации по правилам статьи 140 указанного Закона.

В силу пункта 2 статьи 142 Закона о банкротстве требования кредиторов каждой очереди удовлетворяются после полного удовлетворения требований кредиторов предыдущей очереди, за исключением случаев, предусмотренных данным Законом для удовлетворения обеспеченных залогом имущества должника требований кредиторов.

При недостаточности денежных средств должника для удовлетворения требований кредиторов одной очереди денежные средства распределяются между кредиторами соответствующей очереди пропорционально суммам их требований, включенных в реестр требований кредиторов, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом (пункт 3 статьи 142 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 8 статьи 142 Закона о банкротстве погашенными требованиями кредиторов считаются удовлетворенные требования, а также те требования, в связи с которыми достигнуто соглашение об отступном, или конкурсным управляющим заявлено о зачете требований, или имеются иные основания для прекращения обязательств.

В качестве отступного может быть предоставлено только имущество должника, не обремененное залогом.

Зачет требования, а также погашение требования предоставлением отступного допускается только при условии соблюдения очередности и пропорциональности удовлетворения требований кредиторов.

Пунктом 9 статьи 142 Закона о банкротстве установлено, что погашение требований кредиторов путем заключения соглашения об отступном допускается в случае согласования данного соглашения с собранием кредиторов (комитетом кредиторов).

По общему правилу имущество должника подлежит продаже в рамках строго установленной процедуры, допускающей возможность проведения нескольких последовательных торгов (две процедуры торгов на повышение и последующая процедура торгов на понижение - публичное предложение), и только в случае, если все эти торги не состоятся, имущество может быть передано кредиторам в качестве отступного (статьи 110, 111, 139, пункты 8 и 9 статьи 142 и пункт 1 статьи 148 Закона о банкротстве).

В таком же порядке с согласия собрания кредиторов (комитета кредиторов) осуществляется уступка прав требования должника путем их продажи (статья 140 Закона о банкротстве), к которым относится и требование об уплате денежных средств, взысканных судом в качестве убытков в пользу должника в порядке статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Данная последовательная процедура реализации имущества, по общему правилу устанавливающая запрет на прямую передачу имущества в качестве отступного без предварительного выставления его на все необходимые торги, обусловлена необходимостью точного, справедливого и не вызывающего разногласий между кредиторами и иными участниками конкурсного процесса способа определения цены имущества. Эта процедура направлена на защиту не только интересов кредиторов, чьи требования включены в реестр требований кредиторов должника, но и кредиторов по текущим платежам.

Исследовав обстоятельства спора, рассмотрев доводы и возражения лиц, участвующих в деле, оценив представленные в материалы дела доказательства, принимая во внимание, что собрание кредиторов большинством голосов фактически одобрило заключение конкурсным управляющим с кредиторами соглашения об отступном, минуя стадию продажи права требования должника к Бахматову В.С. о взыскании убытков (дебиторская задолженность) на торгах, суды установили такое решение собрания кредиторов противоречит требованиям, предъявляемым Законом о банкротстве к порядку отчуждения имущества должника.

Из буквального толкования абзаца второго пункта 8 статьи 142 Закона о банкротстве, в качестве отступного может быть предоставлено только имущество должника. О возможности предоставления в качестве отступного в порядке статьи 142 Закона о банкротстве имущественных прав должника, Закон о банкротстве умалчивает. Возможность замены взыскателя по имущественным правам появилась в Законе о банкротстве применительно к правам требования о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц (статья 61.17 новой редакции Закона о банкротстве).

Принимая во внимание вышеизложенное, суды указали, что вопреки доводам уполномоченного органа, положения указанной статьи не могут быть применены к рассматриваемым правоотношениям по аналогии, поскольку указанная норма применяется к правам требования о привлечении к субсидиарной ответственности и обусловлена спецификой такого требования и определением его размера. По общему правилу размер субсидиарной ответственности составляет совокупный размер требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника. Размер обязательств, определенных по такому правилу, может быть справедливо распределен между кредиторами. Дополнительной законодательной гарантией справедливости такого распределения является правило, установленное подпунктом 1 пунктом 4 статьи 61.17 Закона о банкротстве о необходимости указания в исполнительном листе, выдаваемом по итогам замены взыскателя, не только размера взыскиваемой суммы, но и очередности ее удовлетворения в соответствии со статьей 134 Закона о банкротстве.

Указанные правила не могут быть напрямую применены к правоотношениям, связанным с взысканием убытков с арбитражного управляющего, поскольку размер взыскиваемых убытков не связан с размером обязательств должника перед его кредиторами. По этой причине законодатель, допуская возможность уступки прав требования о привлечении к субсидиарной ответственности, не распределил такую возможность на требования о взыскании убытков с арбитражного управляющего.

Вне зависимости от возможности расширительного толкования абзаца второго пункта 8 статьи 142 Закона о банкротстве, и старая и новая редакции закона исходят из необходимости соблюдения принципа очередности и пропорциональности удовлетворения требований кредиторов.

Как указано в пункте 21 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 20.12.2016), принцип очередности предполагает возможность погашения требований кредитора путем предоставления ему отступного только при полном погашении таким кредитором требований иных кредиторов приоритетной очередности (независимо от стоимости имущества, передаваемого в качестве отступного). Приведенная правовая позиция высказана Верховным Судом Российской Федерации по поводу применения пункта 8 статьи 142 старой редакции Закона о банкротстве.

Руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив материалы дела, установив, что  оспариваемое решение собрания кредиторов не предусматривает погашение кредиторами, получившими отступное, требований кредиторов приоритетной очередности, что прямо противоречит приведенной правовой позиции, суды указали, что несмотря на то что законодатель разделяет принцип очередности и принцип пропорциональности (ставя на первое место именно принцип очередности), в оспариваемом решении принявшие его кредиторы подменили принцип очередности принципом пропорциональности, уступив уполномоченному органу, имеющему к должнику требования по текущим обязательствам, больший размер прав. Такая замена не является равноценной.

В случае, если бы взыскание задолженности с Бахматова В.С. производилось в общем порядке, предусмотренным Законом о банкротстве, денежные средства от взыскания задолженности поступили бы в конкурсную массу и были бы распределены в порядке статьи 134 Закона о банкротстве, то есть в первую очередь были бы погашены текущие обязательства должника, затем обязательства с режимом удовлетворения второй очереди и только после этого обязательства перед иными кредиторами.

Так как наиболее вероятным является взыскание задолженности со страховой компании, застраховавшей ответственность Бахматова В.С., и саморегулируемой организации арбитражных управляющих, членом которой он являлся, денежные средства, которые могли поступить от указанных лиц, в первую очередь были бы направлены на погашение приоритетных обязательств. По оценке уполномоченного органа, сумма такого возмещения может составить порядка 20 000 000 руб., то есть меньшую часть                                       от номинального размера обязательств Бахматова В.С. Вероятность получения исполнения с самого Бахматова В.С., по оценке представителя уполномоченного органа, существенно ниже.

Оспариваемое решение собрания кредиторов означает, что каждый кредитор, получивший отступное, получает право самостоятельно взыскать свою часть долга с Бахматова В.С., а также с лиц, несущих по закону ответственность за его действия. При этом законодательство Российской Федерации об исполнительном производстве не содержит обязанности по соблюдению принципа очередности, предусмотренного статьей 134 Закона о банкротстве. Учитывая разрозненность кредиторов, самостоятельно пытающихся реализовать права требования к Бахматову В.С., принцип очередности соблюсти будет невозможно. Первый кредитор, обратившийся за страховым возмещением (при наличии оснований к выплате) имеет возможность получить исполнение вне зависимости от его места в реестре.

Принцип пропорциональности также не может быть соблюден надлежащим образом, поскольку первые обратившиеся за взысканием кредиторы получат возможность большего удовлетворения своих требований за счет более ликвидных источников.

Учитывая изложенное, и то, что несмотря на формально положения статьи 142.1 Закона о банкротстве в части запрета на предоставление отступного до полного погашения текущих обязательств и обязательств перед кредиторами 1 и 2 очереди реестра, не применяется к рассматриваемым правоотношениям, фактически содержание этой нормы применимо к ним в силу того, что иным образом невозможно соблюсти предусмотренный пунктом 8 статьи 142 старой редакции Закона о банкротстве принцип очередности удовлетворения требований кредиторов, суды пришли к выводу о том, что оспариваемое решение собрание кредиторов принято с нарушением Закона о банкротстве, а также прав и законных интересов отдельных кредиторов должника, что является основанием для признания его недействительным на основании пункта 4 статьи 15 Закона о банкротстве.

При этом суды отметили, что основанием для обращения в арбитражный суд с заявлениями о процессуальном правопреемстве явилось заключение конкурсным управляющим Тимофеевой Е.Б. с уполномоченным органом и обществом «Техкомпания Хуавей» соглашений об отступном (права требования должника к Бахматову В.С.) по делу о банкротстве общества «НМС».

В соответствии с пунктом 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна.

В силу пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации ничтожная сделка недействительна независимо от признания ее таковой судом.

Рассматривая вопрос о процессуальном правопреемстве, учитывая вышеизложенное, а также то обстоятельство, что соглашения об отступном, заключенные между должником и уполномоченным органом, должником и обществом «Техкомпания Хуавей», противоречит приведенным выше положениям Закона о банкротстве, указанные сделки посягают на права и законные интересы иных кредиторов должника, в том числе заявителя жалобы, поскольку требования общества «Техкомпания Хуавей» и уполномоченного органа о правопреемстве основаны на недействительных сделках, суды не нашли оснований для удовлетворении заявлений о процессуальном правопреемстве.

Суд округа по результатам рассмотрения кассационной жалобы считает, что судами первой и апелляционной инстанций правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для разрешения настоящего спора, им дана надлежащая правовая оценка, приведенные сторонами спора доводы и возражения исследованы в полном объеме с указанием в судебном акте мотивов, по которым они были приняты или отклонены. Суды обоснованно исходили из невозможности при рассмотрении данного конкретного обособленного спора применения механизма частичной передачи прав требования различным кредиторам по соглашению об отступном в связи с невозможностью соблюдения в рассматриваемом деле принципов очередности и пропорциональности удовлетворения требований кредиторов; судами учтена специфика спорного права требования, с учетом предусмотренных законодательством механизмов дополнительной защиты лица, которому причинены убытки (взыскание со страховой организации, взыскание с компенсационного фонда СРО).

Выводы судов соответствуют установленным фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам, нормы права, регулирующие спорные правоотношения, применены правильно. Доводы уполномоченного органа являлись предметом исследования и оценки как суда первой, так и суда апелляционной инстанции, что подробно отражено в мотивировочной части обжалуемых судебных актов.

Основания для отмены судебных актов по приведенным в кассационной жалобе доводам отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов на основании части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Пермского края от 14.01.2020 по делу                       № А50-20422/2012 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.03.2020 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу Федеральной налоговой службы в лице Управления Федеральной налоговой службы по Пермскому краю – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                               О.Н. Новикова 

 

Судьи                                                                            О.Э. Шавейникова 

 

                                                                                             Е.А. Павлова