ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

Дело  № А40-86330/17-52-799

г. Москва

07 ноября 2017 года

Резолютивная часть решения объявлена 19 октября 2017 года 

Решение в полном объеме изготовлено 07 ноября 2017 года

Арбитражный суд г. Москвы в составе:

председательствующего судьи Галиевой Р.Е.

протокол вел помощник судьи Текеева А.М.

рассмотрев в судебном заседании

дело по иску

Общества с ограниченной ответственностью «Голденберг» (125319, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, дата регистрации 29.08.2003 г.)

к ответчикам 

1) Закрытому акционерному обществу «Перкон» (115184, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, дата регистрации 02.08.2013 г.), 

2) Потребительскому обществу «Союз кредит» (119234, 

<

...> МГУ, корп. Б, комн. 127, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, дата регистрации 30.08.2004 г.), 

3) Закрытому акционерному обществу «Велес» (117342, 

<

...>, комн. 70А, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, дата регистрации 15.08.2013 г.), 

4) Закрытому акционерному обществу «Производственно – финансовая компания «Полихрон» (119602, 

<

...> Олимпийская деревня, д. 25, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, дата регистрации 13.02.2003 г.)

о признании Соглашения об уступке права требования от 31.10.2014 года, от 05.11.2014 года, от 06.11.2014 года и от 30.03.2015 года недействительными

в судебное заседание явились:

от истца: после перерыва не явился, извещен;

от ответчиков: 1) ЗАО «Перкон»-явка согласно протоколу; 2) ПО «Союз кредит»- явка согласно протоколу, 3) ЗАО «Велес»- явка согласно протоколу; 4) ЗАО ПФК «Полихрон»- явка согласно протоколу;

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Голденберг» обратилось в суд к Закрытому акционерному обществу «Перкон», Потребительскому обществу «Союз кредит», Закрытому акционерному обществу «Велес», Закрытому акционерному обществу «Производственно – финансовая компания «Полихрон» с требованиями о признании соглашений об уступке права требования от 31.10.2014 года, от 05.11.2014 года, от 06.11.2014 года и от 30.03.2015 года недействительными.

Истец требования поддержал согласно исковому заявлению, протокольным определением от 19 октября 2017 истцу отказано в принятии уточнений в порядке ст. 49 АПК РФ, в связи с одновременным изменением предмета и основания иска.

Представители ответчиков  ЗАО «Перкон», ПО «Союз кредит», ЗАО «Велес»,  ЗАО ПФК «Полихрон» возражали против удовлетворения иска по доводам письменных возражений, отзыва.

Заслушав лиц, участвующих в деле, рассмотрев материалы дела, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности на основании ст. 71 АПК РФ, арбитражный суд установил, что требования истца не подлежат удовлетворению в полном объеме по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела по договору цессии от 31.10.2014 года ЗАО ПФК «ПОЛИХРОН» уступило ПО «Союз Кредит» право (требования) получения от ООО «ГОЛДЕНБЕРГ» процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 12 000 000 руб.

По договору цессии от 05.11.2014 года ЗАО ПФК «ПОЛИХРОН» уступило ЗАО «ВЕЛЕС» право (требования) получения от ООО «ГОЛДЕНБЕРГ» процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 11 000 000 руб.

По договору цессии от 06.11.2014 года ЗАО ПФК «ПОЛИХРОН» уступило ЗАО «ПЕРКОН» право (требования) получения от ООО «ГОЛДЕНБЕРГ» процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 15 000 000 руб.

По договору цессии № 4 от 30.03.2015г. с учетом соглашения от 23.04.2015г. ЗАО ПФК «ПОЛИХРОН» уступило ЗАО «ПЕРКОН» право (требования) получения от ООО «ГОЛДЕНБЕРГ» денежной суммы в размере 74 217 605, 68 руб. основного долга, в размере 11 249 164, 97 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 19 июня по 19 декабря 2014 года, в размере 294 217 605, 68 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 20 декабря 2014 года до полного исполнения обязательств по договору подряда.

По мнению истца, указанные договоры уступки прав требования (цессии) являются недействительными, в связи с несогласованностью сторонами предмета уступки, ухудшением положения должника, отсутствием права требования на момент заключения договора.

В п. 1 ст. 168 ГК РФ закреплено, что за исключением случаев, предусмотренных п. 2 данной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии со статьей 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами в требуемой в подлежащих случаях форме достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В соответствии со ст. 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования). Если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права (ст. 384 ГК РФ).

Согласно правовой позиции высказанной в определении Верховного Суда РФ от 24.02.2015 N 70-КГ14-7 Положения гл. 24 ГК РФ не содержат специальных указаний относительно существенных условий сделок уступки права (требования).

Поскольку цель такой сделки - передача обязательственного права требования одним лицом (первоначальным кредитором, цедентом) другому лицу (цессионарию), то существенными условиями являются указания на цедента и цессионария, а также на характер действий цедента: цедент передает или уступает право требования, которое цессионарий соглашается принять или принимает.

Договор, условия которого противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, может быть квалифицирован как ничтожный полностью или в части, даже если в законе отсутствует прямое указание на его ничтожность.

С учетом согласованности существенных условий договоров цессии, оснований для признания их ничтожными, суд не усматривает.

В силу разъяснений, изложенных в пункте 1 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 N 120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно которым недействительность требования, переданного на основании соглашения об уступке права (требования), не влечет недействительности этого соглашения.

Недействительность данного требования является в соответствии со статьей 390 Гражданского кодекса основанием для привлечения цессионарием к ответственности кредитора, уступившего требование.

Истцом не приведены иные доводы к оспариванию сделок помимо оснований ничтожности договоров, ссылки на недействительность договоров в связи с несогласованностью объема уступаемых прав требований противоречат приведенным разъяснениям Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации.

По смыслу статьи 386 Гражданского кодекса перемена кредитора в обязательстве не должна ухудшать положение должника. Возражения, которые должник имел против требований первоначального кредитора, существовавшие к моменту получения уведомления об уступке, могут быть заявлены новому кредитору.

Таким образом, при наличии соответствующих возражений должник вправе их выдвинуть новому кредитору.

Мнимые сделки относятся к категории ничтожных, поэтому такие сделки недействительны согласно положениям пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса независимо от признания их судом. В этой связи суд может констатировать факт недействительности ничтожной сделки не только в рамках отдельного искового производства, но и при рассмотрении иных споров, если придет к выводу о том, что недействительность сделки может непосредственно повлиять на его выводы по упомянутым делам.

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 87 Постановления Пленума ВС РФ от 23 июня 2015 года №25, согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

В определении Верховного Суда РФ от 09.08.2006 N 93-Г06-5 установлено, что недобросовестность отдельных сторон договоров, не исполнивших обязательства и не выполнивших предусмотренную договором работу, не может служить основанием для признания указанных сделок мнимыми или притворными. Подобная недобросовестность влечет расторжение договора и взыскание сумм, авансированных на выполнение работы (оказание услуг) по договору.

Фактическое исполнение сделок подтверждается представленными в материалы доказательствами, в том числе поданными заявлениями о процессуальном правопреемстве, в связи с чем оснований их квалифицировать в качестве мнимых, суд не усматривает.

С учетом вышеизложенного оснований для удовлетворения иска не имеется. 

Расходы по оплате государственной пошлины в соответствии со ст. 110 АПК РФ относятся на истца.

На основании статей 307-309, 393, 702, 711 Гражданского кодекса Российской Федерации руководствуясь ст. ст. 8, 9, 65, 70, 71, 101, 106, 110, 167, 170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В иске отказать.

          Решение может быть обжаловано в Девятый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня вынесения.

Судья:    Р.Е.Галиева