СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

634050, 

<

...> Ушайки, 24  

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

город Томск Дело № А45-37338/2022  

Резолютивная часть постановления объявлена 16 октября 2025 года. 

Полный текст постановления изготовлен 30 октября 2025 года.  

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Фаст Е.В., 

судей Сбитнева А.Ю.,  

ФИО1, 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Бакаловой М.О., рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 ( № 07АП-6156/25 (1)) на определение от 08.08.2025 Арбитражного суда Новосибирской области (судья Кодилова А.Г.) по делу № А45-37338/2022 о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (ИНН 

<

***>, далее – должник, ФИО2), принятое по результатам рассмотрения отчета финансового управляющего, ходатайства о завершении процедуры реализации имущества гражданина. В судебном заседании приняли участие: без участия, извещены.  

Суд 

установил:

в рамках дела о банкротстве ФИО2 финансовый управляющий его имуществом ФИО3 (далее - управляющий) представила в арбитражный суд отчет о результатах проведения процедуры реализации имущества гражданина с ходатайством о её завершении, освобождении должника от исполнения требований кредиторов.  

30.05.2025 от кредитора ПАО Сбербанк (далее – Банк) поступило ходатайство о не применении правил об освобождении в отношении должника, поскольку реализация  

предмета залога осуществлена должником без уведомления и получения согласия залогодержателя, полученные от продажи предмета залога денежные средства не направлены на погашение задолженности перед залоговым кредитором, недобросовестное поведение должника во взаимоотношениях с банком повлекло уменьшение конкурсной массы и отсутствие возможности удовлетворения требований залогового кредитора.  

Определением суда от 08.08.2025 процедура реализации имущества гражданина завершена с применением правил об освобождении должника от дальнейшего исполнения требований кредиторов за исключением требований кредиторов, предусмотренных пунктом 5 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), требований, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении процедуры реализации имущества гражданина, а также перед кредитором ПАО Сбербанк по кредитному договору от 22.06.2012 № 785; прекращены полномочия финансового управляющего ФИО3 с перечислением в её пользу фиксированного вознаграждения в размере 25 000 руб.  

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда от 08.08.2025 изменить в части, относящейся к разрешению вопроса о дальнейшем исполнении обязательств должника, и освободить должника от обязательств перед всеми кредиторами, включая кредитора ПАО Сбербанк, ссылаясь на неполное выяснение судом обстоятельств дела, несоответствие выводов суда, изложенных в судебном акте, обстоятельствам дела, нарушение судом норм материального права.  

В обоснование апелляционной жалобы указывает на то, что о продаже залогового имущества Банк должен был узнать от пристава-исполнителя, объявление о торгах было размещено в газете, ФИО2 исполняла свои обязательства перед кредитором, позднее обратилась с заявление о признании себя банкротом; не представлено доказательств того, что должник не намеревался погашать обязательства или уклонялся от оплаты задолженности перед ПАО Сбербанк.  

До судебного заседания в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) представлен отзыв на апелляционную жалобу, в котором ПАО Сбербанк возражает против её удовлетворения, просит оставить обжалуемый судебный акт без изменения, рассмотреть спор в отсутствие представителей банка.  

Лица, участвующие в деле и в процессе о банкротстве, не обеспечившие личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим  

образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе, публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи с чем, суд апелляционной инстанции на основании статей 123, 156, 266 АПК РФ рассмотрел апелляционную жалобу в их отсутствие.  

При рассмотрении жалобы суд апелляционной инстанции руководствуется пунктом 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», согласно которому, если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, суд апелляционной инстанции проверяет судебный акт в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 АПК РФ.  

Возражений против проверки в обжалуемой части к началу рассмотрения апелляционной жалобы не поступило.  

Поэтому в порядке, предусмотренном частью 5 статьи 268 АПК РФ, с учетом вышеуказанных разъяснений обжалуемое определение проверено лишь в части доводов апелляционной жалобы о наличии оснований для неосвобождения должника от дальнейшего исполнения обязательств перед ПАО Сбербанк по кредитному договору от 22.06.2012 № 785, в остальной части обжалуемое определение не проверяется.  

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, дополнения, проверив законность и обоснованность судебного акта в порядке статей 266, 270 АПК РФ, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены определения суда от 08.08.2025 по настоящему делу в обжалуемой части.  

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

Отношения, связанные с банкротством граждан, регулируются главой X Закона о банкротстве. Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.  

Положения статьи 213.28 Закона о банкротстве предусматривают, что по итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина (пункт 2).  

Как следует из материалов дела, реестр кредиторов должника сформирован на общую сумму 4 940 770,05 руб., в том числе кредиторы первой и второй очереди отсутствуют, в третью очередь включены пять кредиторов (ООО «Феникс», ООО «Экспресс-кредит», ООО «ХКФ Банк», ФНС России, ПАО Сбербанк) общую сумму на сумму 4 940 770,05 руб.  

Реестр требований кредиторов должника закрыт 17.07.2023. Требования кредиторов погашены в размере 59 548,93 руб. (1,21 %). 

Расходы на проведение процедуры (публикация сведения о введении процедуры в газете «Коммерсантъ», размещение сведений о банкротстве на ЕФРСБ, почтовые расходы) составили 18 719,11 руб., погашены в полном объеме.  

Должник является получателем пенсии по старости, в зарегистрированном браке не состоит, лиц, состоящих на иждивении, не имеет.  

За должником числится имущество, а именно 1/2 доли в праве собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

...>.  

При проведении описи имущества должника финансовым управляющим выявлено имущество, подлежащее реализации: грузовой автомобиль DAF 85CF.380FT4X2, VIN номер XLRTE85XCOE530557, 2000 г.в; грузовой автомобиль МА335440А5-370-031, VIN номер Y3M5440A5C0002894, 2000 г.в; светлых нефтепродуктов 28 000 куб. м., ALI RIZA USTA A3TY, цвет оранжевый, идентификационный № 

<

***>, 2012 года выпуска, номер шасси № 

<

***>, номер кузова № 

<

***>, цвет кузова оранжевый; ГРААФ прицеп фургон, VIN 

<

***>, 1995 г.в.  

Определением суда от 25.02.2025 из конкурсной массы, формируемой в деле о банкротстве гражданина ФИО2, исключено транспортные средства: грузовой автомобиль DАF 85СF.380FТ4Х2, VIN 

<

***>,2000 года выпуска; грузовой автомобиль МАЗ5440А5-370-031, VIN 

<

***>, 2012 года выпуска; ГРААФ прицеп фургон, VIN 

<

***>, 1995 года выпуска.  

Определением суда от 25.02.2025 из конкурсной массы, формируемой в деле о банкротстве должника, исключен полуприцеп марки ALI RIZA USTA А3ТУ, VIN NP9A3TУSTCH042399.  

Финансовым управляющим предприняты все меры, направленные на поиск и выявление имущества должника, в том числе направлены запросы в регистрирующие органы, проведена инвентаризация имущества должника.  

По результатам проведенных мероприятий и полученных ответов имущество, подлежащее включению в конкурсную массу для дальнейшей реализации с целью погашения требований конкурсных кредиторов должника, не выявлено.  

Согласно заключениям финансового управляющего, признаков фиктивного и/или преднамеренного банкротства у должника не установлено, сделки, совершенные должником, в течение трех лет до даты подачи заявления о признании должника несостоятельным (банкротом), по которым имеются основания для оспаривания сделок, отсутствуют.  

Поскольку все мероприятия в ходе процедуры реализации имущества гражданина выполнены, финансовый управляющий ходатайствовал о её завершении.  

Завершая процедуру реализации имущества гражданина и освобождая должника от исполнения обязательства перед кредиторами, за исключением требований перед кредитора ПАО Сбербанк по кредитному договору от 22.06.2012 № 785, суд первой инстанции, руководствуясь статьей 213.28 Закон о банкротстве, статьями 1, 10, 344, 401 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), разъяснениями, изложенными пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 25), исходил из того, что финансовым управляющим проведены в полном объеме все необходимые мероприятия по выявлению, формированию и реализации конкурсной массы; восстановление платежеспособности гражданина невозможно; ФИО2 во взаимоотношениях с ПАО Сбербанк действовала недобросовестно, недобросовестные действия должника в отношении иных кредиторов не установлены.  

Апелляционная жалоба возражений в части вывода суда первой инстанции о наличии оснований для завершения процедуры реализации имущества гражданина не содержит.  

Наряду с этим, в силу специфики действующего правового регулирования банкротства граждан суд, рассматривая результаты процедуры реализации имущества должника, помимо вопроса о завершении соответствующей процедуры банкротства, рассматривает неразрывно связанный с ним вопрос об освобождении должника от дальнейшего исполнения требований кредиторов.  

В соответствии с основным правилом после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов (пункт 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве).  

Согласно пункту 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если: вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина; гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина; доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.  

Как разъяснено в пунктах 45, 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее - Постановление № 45), соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах. По общему правилу вопрос о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, разрешается судом при вынесении определения о завершении реализации имущества должника.  

Закрепленные в законодательстве о несостоятельности граждан положения о неосвобождении от обязательств недобросовестных должников направлены на исключение возможности получения должником несправедливых преимуществ и обеспечение тем самым защиты интересов кредиторов. Возможность применения правила об освобождении должника от исполнения обязательств зависит от его добросовестности.  

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 1 Постановления № 25, при наличии обоснованного заявления участвующего в деле лица о недобросовестном поведении должника либо при очевидном для суда отклонении действий должника от добросовестного поведения суд при рассмотрении дела исследует указанные  

обстоятельства и ставит на обсуждение вопрос о неприменении в отношении должника правил об освобождении от обязательств.  

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2017 № 304-ЭС17-76, отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и так далее).  

Суд вправе указать на неприменение правил об освобождении гражданина от исполнения долговых обязательств в ситуации, когда действительно будет установлено недобросовестное поведение должника. Этим достигается баланс между социально-реабилитационной целью потребительского банкротства и необходимостью защиты прав кредиторов (определение Верховного Суда Российской Федерации от 23.01.2017 № 304-ЭС16-14541).  

В пункте 42 Постановления № 45 указано, что целью положений пункта 3 статьи 213.4, пункта 6 статьи 213.5, пункта 9 статьи 213.9, пункта 2 статьи 213.13, пункта 4 статьи 213.28, статьи 213.29 Закона о банкротстве в их системном толковании является обеспечение добросовестного сотрудничества должника с судом, финансовым управляющим и кредиторами.  

Указанные нормы направлены на недопущение сокрытия должником каких-либо обстоятельств, которые могут отрицательно повлиять на возможность максимально полного удовлетворения требований кредиторов, затруднить разрешение судом вопросов, возникающих при рассмотрении дела о банкротстве, или иным образом воспрепятствовать рассмотрению дела.  

Из приведенных норм права и разъяснений высшей судебной инстанции следует, что отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами.  

Согласно правовому подходу, изложенному в пункте 12 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2021) (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.11.2021), гражданин не может быть освобожден от дальнейшего исполнения требований кредиторов по итогам завершения расчетов с кредиторами в процедурах судебного банкротства или завершения процедуры внесудебного банкротства, если при возникновении или исполнении обязательств перед кредиторами он действовал незаконно или недобросовестно (в частности, осуществлял  

действия по сокрытию своего имущества, выведению активов, воспрепятствованию деятельности финансового управляющего и т.п.).  

Как следует из пункте 60 Обзора судебной практики по делам о банкротстве граждан (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 18.06.2025, далее – Обзор от 18.06.2025), институт банкротства – это экстраординарный способ освобождения от долгов, поскольку в результате его применения могут в значительной степени ущемляться права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им. Процедура банкротства не предназначена для необоснованного ухода от ответственности и незаконного прекращения долговых обязательств, а судебный контроль над этой процедурой, помимо прочего, не позволяет ее использовать с противоправными целями и защищает кредиторов от фиктивных банкротств.  

Законодательство о банкротстве устанавливает стандарт добросовестности, позволяя освободиться от долгов только честному гражданину-должнику, неумышленно попавшему в затруднительное финансово-экономическое положение, открытому для сотрудничества с финансовым управляющим, судом и кредиторами и оказывавшему им активное содействие в проверке его имущественной состоятельности и соразмерном удовлетворении требований кредиторов.  

В процедурах банкротства гражданин-должник обязан представить информацию о своем финансовом положении, в том числе сведения о своем имуществе с указанием местонахождения, об источниках доходов, о наличии банковских и иных счетов и движении денежных средств по ним (пункт 3 статьи 213.4, пункт 6 статьи 213.5 Закона о банкротстве). Неисполнение данной обязанности, с одной стороны, не позволяет оказать гражданину действенную и эффективную помощь в выходе из кризисной ситуации через процедуру реструктуризации долгов, а с другой - создает препятствия для максимально полного удовлетворения требований кредиторов, свидетельствует о намерении получить не вытекающую из закона выгоду за счет освобождения от обязательств перед кредиторами.  

Подобное поведение неприемлемо для получения привилегий посредством банкротства, поэтому непредставление гражданином необходимых сведений (представление заведомо недостоверных сведений) является обстоятельством, препятствующим освобождению гражданина от обязательств (абзац третий пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве). Исключение могут составлять случаи, когда должник доказал, что информация не была раскрыта ввиду отсутствия у него реальной возможности ее представить либо ввиду его добросовестного заблуждения относительно ее значимости для решения вопросов банкротства.  

Если должник при возникновении или исполнении обязательств, на которых конкурсный кредитор основывал требование, действовал незаконно (пытался вывести активы, совершил мошенничество, скрыл или умышленно уничтожил имущество и т.п.), то в силу абзаца четвертого пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве эти обстоятельства также лишают должника права на освобождение от долгов, что указывается судом в судебном акте. По этому же основанию не допускается и освобождение гражданина от обязательств по завершении процедуры внесудебного банкротства гражданина (пункт 2 статьи 223.6 Закона о банкротстве).  

Реализация должником предмета залога без согласия залогодержателя может быть признана основанием для отказа в освобождении гражданина от обязательств (пункте 61 Обзора от 18.06.2025).  

Злостное уклонение от погашения задолженности выражается в стойком умышленном нежелании должника исполнять обязательство при наличии возможности. Такое уклонение обычно не ограничивается простым бездействием; как правило, поведение должника активно, он продолжительное время совершает намеренные действия для достижения своей противоправной цели. Злостное уклонение следует отграничивать от непогашения долга вследствие отсутствия возможности, нерационального ведения домашнего хозяйства или стечения жизненных обстоятельств (определение Верховного Суда Российской Федерации от 03.09.2020 № 310-ЭС20-6956).  

В рассматриваемом случае признано обоснованным и включено в реестр требований кредиторов ФИО2 требование ПАО Сбербанк в размере 3 681 465,86 руб. без обеспечения залогом имущества должника (предмет залога отсутствует).  

Задолженность возникла при следующих обстоятельствах. 

Между ПАО Сбербанк и ИП ФИО2 был заключен кредитный договор от 22.06.2012 № 785 на выдачу кредита в сумме 1 760 000 руб., сроком на 65 месяцев под 14,1% годовых.  

В качестве обеспечения исполнения обязательств по кредитному договору от 22.06.2012 № 785 между ПАО Сбербанк (кредитор) и ФИО2 (поручитель) был заключен договор поручительства № ДП 785/1 от 22.06.2012 (далее – договор поручительства), в соответствии с пунктом 1.1. которого, поручитель обязался перед кредитором отвечать за исполнение заемщиком всех его обязательств по кредитному договору от 22.06.2012 № 785.  

Также 22.06.2012 между ПАО Сбербанк (залогодержатель) и ФИО2 (залогодатель) заключен договор залога № ДЗ 785/1, согласно которому залогодатель передает в залог залогодержателю движимое имущество: полуприцеп для перевозки  

нефтепродуктов 28 000 куб.м, ALI RIZA USTA A3TY, идентификационный № 

<

***>, 2012 года выпуска, номер шасси № 

<

***>, номер кузова № 

<

***>.  

По состоянию на 24.04.2023 образовалась задолженность в размере 1 541 772,42 руб., из которых: 57 257,15 руб. - просроченные проценты, 1 484 515,27 руб. - просроченный основной долг.  

В соответствии с информацией, предоставленной ГУ МВД России по Кемеровской области и ГУ МВД России по Новосибирской области, на имя ФИО2 зарегистрированы следующие транспортные средства: DАF 85СF.380FТ4Х2, 2000 года выпуска, VIN 

<

***>; МАЗ5440А5-370-031, 2012 года выпуска, VIN 

<

***>; ГРААФ прицеп фургон, VIN 

<

***>, 1995 года выпуска;ALI RIZA USTA А3ТУ, VIN NP9A3TУSTCH042399.  

Определением суда от 25.02.2025 из конкурсной массы, формируемой в деле о банкротстве гражданина должника, исключен полуприцеп марки ALI RIZA USTA А3ТУ, VIN NP9A3TУSTCH042399, внесены изменения в реестр требований кредиторов ФИО2, признано включенное в реестр требований кредиторов должника требование ПАО Сбербанк в размере 3 681 465,86 руб., из которых: 3 576 548,96 руб.– просроченный основной долг, 104 916,90 руб. – просроченные проценты, как не обеспеченное залогом имущества должника.  

Из определения суда от 25.02.2025 также следует, что ФИО2, обращаясь в суд с ходатайством об исключении из конкурсной массы полуприцепа для перевозки нефтепродуктов 28 000 куб.м ALI RIZA USTA A3TY, VIN 

<

***>, 2012 года выпуска, указала, что фактически указанное транспортное средства у должника отсутствует, так как он долгое время с 2014 года находился в Томской области на базе у знакомых, развалился от старости, весь сгнил, потрескалась резина и была выброшена на свалку; в утиль сдать было невозможности, поскольку в цистерне возили бензин и ее не принимают из-за опасности взрыва; в итоге полуприцеп оставила там же, где он стоял, но теперь его местонахождение должнику неизвестно; по этой причине он до сих пор находится в собственности ФИО2  

Соответственно, имущество являющееся предметом залога в пользу ПАО Сбербанк, у должника фактически отсутствует.  

Согласно поступившим сведениям из Российского союза автостраховщиков от 01.08.2024 № И-23667, последний страховой полис на полуприцеп для перевозки нефтепродуктов 28 000 куб.м ALI RIZA USTA A3TY, VIN 

<

***>, 2012 года выпуска оформлялся в период с 30.08.2014 по 29.08.2015.  

Согласно сведениям, предоставленным должником, полуприцеп для перевозки нефтепродуктов 28 000 куб.м ALI RIZA USTA A3TY, VIN 

<

***>, 2012 года выпуска до сих пор числится в собственности у ФИО2, паспорт транспортного средства на полуприцеп находится у должника, местонахождение прицепа должнику неизвестно.  

Финансовым управляющим были найдены сведения из областной газеты Кузбасс № 91 (26459) от 17.08.2016, в которой было опубликовано сообщение о проведении торгов спорного имущества организатором торгов - ТУ Росимущества в Кемеровской области в лице ИП ФИО4 (ИНН 

<

***>), действующего на основании государственного контракта от 24.05.2016 № 0139100005216000015-0161741-03 (юридический адрес: 650004, 

<

...>, тел. 

<

***>, e-mail: en2187@mail.ru), в том числе повторных в форме открытого аукциона по продаже арестованного (заложенного) имущества.  

Согласно данным сведениям, на открытые торги выставлено заложенное имущество, арестованное в рамках исполнительного производства № 56500/14/42024-ИП от 21.11.2014, принадлежащее ФИО2, - полуприцеп для перевозки нефтепродуктов ALI RIZA USTA, VIN 

<

***>, 2012 года выпуска, ограничение (обременение) права: арест суда; основания продажи имущества - постановление СПИ МОСП по г. Юрге и Юргинскому райну № б/н от 27.05.2016 о передаче арестованного имущества на торги, от 03.08.2016 (снижение 15%); местонахождение имущества, являющегося предметом торгов 

<

...>, иной информации о местонахождении имущества у финансового управляющего не имеется.  

Согласно сведениям, размещенным на сайте https://fssp.gov.ru было найдено извещение о проведении публичных торгов полуприцепа для перевозки нефтепродуктов ALI RIZA USTA, VIN 

<

***>, 2012 года выпуска, принадлежащего ФИО2  

Согласно извещению № 230616/12302981/03, торги по продаже полуприцепа для перевозки светлых нефтепродуктов ALI RIZA USTA, VIN 

<

***>, 2012 года выпуска, не состоялись, дата окончания подачи заявок 02.09.2016.  

Определением суда от 14.01.2025 от МТУ Росимущества в Кемеровской области - Кузбассе и Томской области истребованы сведения о результатах торгов по реализации заложенного имущества, арестованного в рамках исполнительного производства № 56500/14/42024-ИП от 21.11.2014, принадлежащего ФИО2 – полуприцепа для перевозки нефтепродуктов ALI RIZA USTA, VIN 

<

***>, 2012 года выпуска (сведения о проведении торгов опубликованы в областной газете «Кузбасс» № 91  

(26459) от 17.08.2016), доказательства перечисления денежных средств взыскателю, в случае, если имущество не было реализовано, представить сведения о том когда и кому было передано данное имущество, с приложением подтверждающих документов.  

МТУ Росимущества в Кемеровской области – Кузбассе и Томской области в ответе от 29.01.2025 сообщило о невозможности предоставления истребуемых сведений в связи с истечением трехлетнего срока хранения документов.  

В силу пункта 1 статьи 343 ГК РФ если иное не предусмотрено законом или договором, залогодатель или залогодержатель в зависимости от того, у кого из них находится заложенное имущество обязан: не совершать действия, которые могут повлечь утрату заложенного имущества или уменьшение его стоимости, и принимать меры, необходимые для обеспечения сохранности заложенного имущества; принимать меры, необходимые для защиты заложенного имущества от посягательств и требований со стороны третьих лиц; немедленно уведомлять другую сторону о возникновении угрозы утраты или повреждения заложенного имущества, о притязаниях третьих лиц на это имущество, о нарушениях третьими лицами прав на это имущество.  

Пункт 2 статьи 346 ГК РФ предусматривает, что залогодатель не вправе отчуждать предмет залога без согласия залогодержателя, если иное не предусмотрено законом или договором и не вытекает из существа залога.  

Сложившейся судебной практикой сформированы правовые подходы о том, что по общему правилу распоряжение должником предметом залога без согласия банка-кредитора расценивается как его недобросовестное поведение, которое привело к выбытию предмета залога из будущей конкурсной массы, и невозможности для кредитора получить удовлетворение за счет стоимости заложенного имущества.  

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 20 Обзора № 2(2018), ключевой характеристикой требования залогодержателя является то, что он имеет безусловное право в рамках дела о банкротстве получить удовлетворение от ценности заложенного имущества приоритетно перед остальными (в том числе текущими) кредиторами.  

В случае отчуждения залогодателем заложенного имущества без согласия залогодержателя применяются правила, установленные подпунктом 3 пункта 2 статьи 351, подпунктом 2 пункта 1 статьи 352, статьей 353 ГК РФ. Залогодатель также обязан возместить убытки, причиненные залогодержателю в результате отчуждения заложенного имущества.  

Таким образом, по общему правилу передача имущества в залог в обеспечение исполнения обязательства предполагает запрет на отчуждение такого имущества третьим  

лицам в отсутствие согласия залогодержателя, обязанность залогодателя по сохранению предмета залога.  

В данном случае, должник не обеспечил сохранность предмета залога и, допуская выбытие из владения залогового имущества, повлекшее в конечном итоге его утрату (отчуждение) без согласия залогодержателя, не мог не сознавать противоправность своих действий.  

При этом им не приведено каких-либо разумных обоснований, оправдывающих такие действия (бездействие).  

Вопреки принципу добросовестного поведения, сведений об исключительных жизненных обстоятельствах, при которых должник был вынужден был допустить выбытие из владения предмета залога, в том числе без информирования и согласия залогодержателя, должником не приведено.  

Таким образом, если действительно залоговое имущество было в неудовлетворительном техническом состоянии, то в любом случае силу пункта 1 статьи 343 ГК РФ ФИО2 обязана была уведомить Банк (кредитную организацию) об указанных обстоятельствах. Действуя заботливо и осмотрительно, должник, зная об обязательствах по сохранности залогового имущества, необходимости уведомления Банка (кредитной организации) о любых изменениях с залоговым имуществом, обязан был зафиксировать факт повреждений предмета залога и предоставить соответствующие сведения Банку (кредитной организации).  

Кроме того, суд апелляционной инстанции отмечает, что доказательств, подтверждающих факт отсутствия предмета залога в натуре у должника, с учетом обстоятельства того, что до настоящего времени транспортное средство не снято с регистрационного учета, не представлено. Пунктом 2 части 1 статьи 19 Федерального закона от 03.08.2018 № 283-ФЗ «О государственной регистрации транспортных средств в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» предусмотрено, что снятию с государственного учета подлежит транспортное средство по заявлению владельца транспортного средства или организации, уполномоченной в установленном Правительством Российской Федерации порядке, после утилизации транспортного средства.  

Соответственно, снятие транспортного средства с государственного учета осуществляется регистрационным подразделением при предъявлении свидетельства (акта) об утилизации, подтверждающего факт уничтожения транспортного средства.  

Если исходить из того, что транспортное средство было продано, в таком случае в нарушение приведенных положений закона, о которых должно быть известно любому  

автовладельцу, должником не осуществлено действий по снятию с учета транспортного средства.  

Крайняя необходимость оформления факта продажи транспортного средства, уведомление об этом банка, осуществления снятия транспорта с учета в данном случае для должника должна являться очевидной ввиду передачи им транспортного средства в залог.  

В данном случае, должник не уведомил Банк о выбытии из владения залогового имущества, предмет залога не восстановил и не заменил на другое равноценное имущество.  

Доказательств утраты имущества по вине третьих лиц, возникновения угрозы утраты имущества в материалы дела не представлено, следовательно, именно должник, который принял на себя обязанность сохранения залогового имущества, должен нести ответственность за утрату предмета залога.  

По причине выбытия из владения (отчуждения предмета залога) в результате действий (бездействия) со стороны должника (иного не доказано) кредитор был лишен возможности получения удовлетворения своих требований в порядке и размере, установленном положениями Закона о банкротстве, в том числе, за счет предмета залога.  

В рассматриваемом случае требования кредитора в установленном Законом о банкротстве порядке и размере погашены не были.  

Доказательств того, что денежные средства от реализации предмета залога направлены на погашение долга перед залогодержателем не представлено, так же, как и не доказана невозможность погашения задолженности перед залоговым кредитором после его выбытия из владения (самостоятельной реализации или реализации на торгах при наличии таковой).  

С учетом изложенной совокупности обстоятельств, бездействия должника в части обеспечения сохранности предмета залога, отсутствие интереса к судьбе предмета залога длительное время (с 2014 года) при наличии неисполненных обязательств перед залоговым кредитором (недоказанность приятия мер по поиску, возврату предмета залога, замене предмета залога, уведомлению Банка об утрате предмета залога), уклонение от раскрытия сведений о месте нахождения предмета залога и его реализации, получения доходов от реализации, отсутствие расчетов с залоговым кредитором, очевидно свидетельствуют о недобросовестном поведении должника и злостном уклонении от погашения задолженности перед ПАО Сбербанк по кредитному договору от 22.06.2012 № 785.  

Аргументы о том, что спорное транспортное средство должником не отчуждалось, экономической выгоды должник не получил, транспортное средство пришло в негодность и утратило ценность, залоговый кредитор мог узнать сведения о продаже залогового имущества от пристава-исполнителя, объявление о торгах было размещено в газете, отклоняются судом апелляционной инстанции как несостоятельные, поскольку именно в результате действий ФИО2 кредитор лишен возможности получить залоговый статус, удовлетворить свои требования из стоимости заложенного имущества, и не опровергают выводы суда первой инстанции о недобросовестном поведении должника в отношении банка-залогодержателя, повлекшем невозможность удовлетворения требования кредитора, основанного на кредитном договоре от 22.06.2012 № 785.  

При таких обстоятельствах выводы суда первой инстанции о том, что действия ФИО2 по отношению к залоговому кредитору ПАО Сбербанк являются незаконными и недобросовестными, составляющими предусмотренное пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве основание для отказа в освобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств перед залогодержателем, являются правильными, в применении правила об освобождении должника от исполнения обязательств перед Банком отказано обоснованно.  

Обращение должника с заявлением о собственном банкротстве по прошествии длительного времени правового значения не имеют.  

По мнению судебной коллегии, спор разрешен в соответствии с требованиями действующего законодательства и фактическим обстоятельствами конкретного дела о несостоятельности (банкротстве).  

Иных убедительных доводов, основанных на доказательствах и позволяющих отменить судебный акт в обжалуемой части, апелляционная жалоба не содержит.  

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта (статья 270 АПК), судом апелляционной инстанции не установлено.  

При таких обстоятельствах оснований для отмены судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.  

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 АПК РФ, судом первой инстанции не допущено.  

Поскольку в силу подпункта 4 пункта 1 статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации должник освобожден от уплаты государственной пошлины в рамках своего дела о банкротстве, подлежат возврату ФИО2 из федерального бюджета денежные средств в размере 10 000 руб.  

Постановление, выполненное в форме электронного документа, подписанное усиленными квалифицированными электронными подписями судей, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».  

Руководствуясь статьей 104, частью 5 статьи 268, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд  

постановил:

определение от 08.08.2025 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-37338/2022 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.  

Возвратить ФИО2 из федерального бюджета 10 000 (десять тысяч) рублей00 копеек, уплаченных по чеку АО «ТБанк» от 29.08.2025 (11:32:44).  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий месяца со дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области.  

Председательствующий Е.В. Фаст 

Судьи А.Ю. Сбитнев  

ФИО1