ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тула

 

Дело № А54-3783/2017

                                                                        20АП-5026/2022

 

Резолютивная часть постановления объявлена 26.09.2022

Постановление  изготовлено в полном объеме 03.10.2022

Двадцатый  арбитражного апелляционный суд в составе председательствующего Волковой Ю.А., судей Афанасьевой Е.И. и Волошиной Н.А.,  при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, при участии в судебном заседании:                     от акционерного общества «Страховая компания Опора» в лице конкурсного управляющего Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов»  – представителя ФИО2 (доверенность от 01.02.2021), в отсутствие иных заинтересованных лиц, участвующих в обособленном споре, извещенных о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО3 на определение Арбитражного суда Рязанской области от 10.06.2022  по делу                              № А54-3783/2017 (судья Белов Н.В.), вынесенное по заявлению конкурсного управляющего акционерного общества «Страховая компания Опора» в лице конкурсного управляющего Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» о признании недействительной сделки должника и применении последствий недействительности сделки, к ответчику: ФИО3, в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью) акционерного общества «Страховая компания «Опора» (ОГРН 

<

***>,                          ИНН 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

временная администрация акционерного общества "Страховая компания Опора" (далее по тексту - заявитель) обратилась в Арбитражный суд Рязанской области с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) акционерного общества "Страховая компания Опора" (далее по тексту - должник, АО "СК "Опора").

Решением Арбитражного суда Рязанской области от 14.04.2019 АО "СК Опора" признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него введено конкурсное производство.

Полномочия конкурсного управляющего АО "СК Опора" возложены на Государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов».

Сообщение об открытии в отношении должника конкурсного производства опубликовано в газете "Коммерсантъ" 18.05.2019.

От конкурсного управляющего АО "СК Опора" Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» поступило заявление о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки, в котором просил:

Признать недействительными:

приказ (распоряжение) о поощрении работника № 06/пр от 18.01.2018;

Признать недействительным перечисление премии ФИО3 в размере 1 149 425 руб.

Применить последствия недействительности сделок в виде:

взыскания с ФИО3 1 149 425 руб.

Определением Арбитражного суда Рязанской области от 29.07.2020 к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена Межрайонная ИФНС № 2 по Рязанской области.

Определением Арбитражного суда Рязанской области от 10.06.2022 заявление конкурсного управляющего акционерного общества "Страховая компания Опора" удовлетворено. Признан недействительными приказ (распоряжение) о поощрении работника № 06/пр от 18.01.2018 и перечисление премии ФИО3 в размере 1 000 000 руб. Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО3 в пользу акционерного общества "Страховая компания "Опора" денежной суммы в размере 1 000 000 руб.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО3 обратилась с апелляционной жалобой в Двадцатый арбитражный апелляционный суд, в которой, ссылаясь на нарушение судом первой инстанции норм материального и процессуального права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, просила отменить определение и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего АО «СК «ОПОРА» в лице ГК «АСВ» к ФИО3 о признании сделок недействительными и применении последствий недействительности.

В жалобе ответчик выражает несогласие с выводом суда первой инстанции о наличии оснований, предусмотренных статьей 61.2 Закона о банкротстве.

В обоснование доводов жалобы ссылается на то, что в рамках исполнения своих трудовых обязанностей, ответчик в силу занимаемой должности принимала активное участие в осуществлении мероприятий, направленных на передачу страховых портфелей.

По мнению ответчика, поощрение работника в виде премий является обоснованным.

Полагает, что оспариваемые сделки относятся к обычной хозяйственной деятельности должника и не превышали 1% от балансовой стоимости активов. Основания для признания оспариваемой сделки недействительной по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве отсутствуют.

Отмечает, что заявителем, на которого возложено бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для признания оспариваемой сделки недействительной, не представлены доказательства, подтверждающие отсутствие оснований для поощрения (премирования) ответчика за выполнение своих должностных обязанностей согласно должностным инструкциям с учетом фактического объема выполняемых служебных обязанностей, а также доказательств противоправности действий по начислению премии.

Считает, что суд первой инстанции необоснованно возложил на ответчика доказывание обстоятельств, подтверждающих предоставление ответчиком равноценного встречного предоставления в виде количества и качества затраченного труда, обусловившего выплату ответчику премий.

Настаивает, что доказательства того, что именно в результате оспариваемых сделок причинен вред имущественным правам кредиторов, что именно должник после ее заключения, прекратил свою хозяйственную деятельность, а имущества должника было явно недостаточно для расчетов по обязательствам, срок по которым наступил к тому моменту, в материалы дела не представлены.

Также ответчик не согласен с выводами суда первой инстанции о наличии оснований, предусмотренных статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, для признания оспариваемых сделок недействительными, поскольку соответствующих доказательств в материалы дела конкурсным управляющим должника не представлено.

В материалы дела от акционерного общества «Страховая компания Опора» в лице конкурсного управляющего Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» поступил отзыв, в котором последнее возражало против доводов апелляционной жалобы, просило обжалуемое определение оставить без изменения. 

В судебном заседании представитель акционерного общества «Страховая компания Опора» в лице конкурсного управляющего Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» возражал против доводов апелляционной жалобы.

Иные заинтересованные лица, участвующие в обособленном споре, извещенные о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, в суд апелляционной инстанции не явились, своих представителей не направили.

В соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) судебное заседание проведено в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса, их представителей, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания. 

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены апелляционной инстанцией в порядке статей 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы. 

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований, предусмотренных статьей 270 АПК РФ, для отмены или изменения судебного акта в силу следующего.

В силу части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее по тексту - Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Федеральным законом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве установлено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Согласно разъяснениям, данным Высшим Арбитражным Судом Российской Федерации в пункте 1 постановления Пленума от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы 111.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление Пленума N 63) в силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ) под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

B соответствии со статьей 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения - это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Под трудовой функцией понимается любая работа по определенной должности в соответствии со штатным расписанием профессии, специальности, с указанием квалификации, а также конкретный вид поручаемой работы.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 8 постановлении Пленума N 63, для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.

Из материалов дела следует, что оспариваемые действия по выплате премий ФИО3 совершены после принятия заявления о признании несостоятельным (банкротом) акционерного общества "Страховая компания "Опора" (определением от 14.07.2017 принято заявление общества с ограниченной ответственностью "Лапия" о признании несостоятельным (банкротом) акционерного общества "Страховая компания "Опора" и возбуждено производство по делу А54-3783/2017).

В связи с чем, сделка может быть оспорена на основании п.1 и п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Как следует из пункта 8 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63. неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

В силу положений пункта 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации, статьи 4 Трудового кодекса Российской Федерации, каждый имеет право на труд за вознаграждение, соответствующее выполненной трудовой функции.

Таким образом, действия по установлению вознаграждения в рамках трудовых правоотношений является возмездными, то есть, подразумевают наличие встречного предоставления в виде выполнения соответствующей трудовой функции, и, с учетом положений пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве, представляют собой сделку, которая может быть оспорена в соответствии с нормами Закона о банкротстве.

Доказательств, подтверждающих предоставление ответчиком равноценного встречного предоставления в виде количества и качества затраченного труда, обусловившего выплату ответчику премий, значительно превышающей его размер заработной платы, в условиях возбужденного производства по делу о несостоятельности (банкротстве) в отношении должника, в материалы дела не представлено.

Доказательств того, что оспариваемая сделка, являлась обоснованной, экономически целесообразной и не повлиявшей на ухудшение финансового состояния страховой организации в материалы дела также не представлено.

При таких обстоятельствах, поскольку в рамках оспариваемой сделки по выплате ответчику премий с учетом отработанного периода (3 месяца) отсутствовало соразмерное встречное предоставление, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о том, что сделка подлежит признанию ее недействительной на основании п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве установлено, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств (пункт 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

В пункте 5 постановления Пленума ВАС от 23 декабря 2010 г. N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением Главы III. 1 ФЗ РФ № 127 «О несостоятельности (банкротстве)", Высший арбитражный суд разъяснил, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

Следует отметить, что формулировка положений названной Главы свидетельствует о том, что воля законодателя была направлена на исключение таких действий должника, в том числе в виде совершения гражданско-правовых сделок, которые являются основанием для возложения на должника дополнительных обязанностей, в нарушение охраняемых законом прав и интересов лиц, участвующих в деле о несостоятельности.

То есть из смысла положений Главы III.1 в их совокупности следует, что они подлежат применению как к действиям, по исполнению обязанностей должника, в том числе в рамках правоотношений, регулируемых трудовым законодательством, так и к действиям по установлению таких обязанностей, в частности, путем заключения трудового договора.

По правилам, установленным Законом о банкротстве оспаривается ни сделка, и ни трудовой договор как специальное соглашение субъектов трудовых отношений, а действия по формированию отдельных условий, включенных в трудовой договор, направленных, фактически, не на регулирование трудовых правоотношений, а на создание дополнительных обязанностей у должника, препятствующих осуществлению расчетов с кредиторами в порядке, установленном законодательством о несостоятельности (банкротстве).

Направленность спорных действий не на защиту прав и законных интересов работника, а на затруднение расчетов с кредиторами должника, исключает возможность применения к ним положений трудового законодательства, поскольку фактически намерения по созданию прав и обязанностей в области трудовых отношений в этом случае отсутствуют.

Применение при таких условиях к действиям должника по регулированию трудовых правоотношений положений Закона о банкротстве, не противоречит ни положениям трудового, ни гражданско-правового законодательства.

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а)сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б)в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в)другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а)на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б)имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве, в соответствии с которым недостаточность имущества - это превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное. В абзаце четвертом пункта 6 и абзаца первого пункта 7 постановления N 63 разъяснено, что приведенные выше презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Как следует из имеющихся в материалах дела доказательств, в том числе справки ПАО Сбербанк России (л.д. 90-103 т. 277), на момент выплаты спорной денежной суммы у АО "СК Опора" имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, в том числе включенными в реестр требований кредиторов должника в последующем, было возбуждено производство по делу о банкротстве в отношении должника.

Основной обязанностью работодателя является обеспечение работникам равной оплаты за труд равной ценности, выплата заработной платы в полном объеме и в установленные сроки (статья 22 Трудового кодекса Российской Федерации). Заработная плата каждого работника согласно положениям статей 132, 135 Трудового кодекса Российской Федерации зависит от его квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества затраченного труда и максимальным размером не ограничивается и устанавливается трудовым договором в соответствии с системой оплаты труда действующей у работодателя.

В силу статей 132 и 135 Трудового кодекса Российской Федерации установление работнику размера заработной платы, выплата премии относится к исключительным полномочиям работодателя.

На основании вышеизложенного, в условиях наличия значительных обязательств по оплате перед другими кредиторами, в том числе работниками организации, следует сделать однозначный вывод, что в выплате премии сотруднику в несоразмерном отношении к размеру его заработной платы, отсутствовала экономическая целесообразность.

Согласно частей 2, 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются: руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи; лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

Судом первой инстанции установлено, что сделки совершены в отношении ФИО3, которая занимала должность начальника отдела по работе с надзорными органами. Ответчик, действуя разумно и добросовестно, был обязан осознавать последствия получения премий, гораздо превышающей размер должностного оклада сотрудника в условиях размещения в общедоступных источниках информации о возбуждении производства по делу о несостоятельности (банкротстве) должника.

Выдача премии сотруднику организации, занимающему руководящую должность, при наличии неисполненных обязательств перед кредиторами не было связано с хозяйственной деятельностью должника, не повлекло за собой получение этим обществом реальной имущественной или иной выгоды, направлено на создание требований привелегированной очередности по отношению к реестровым требованиям, перечисление денежных средств было продиктовано интересами иных лиц, а не самого хозяйственного общества.

Доводы об отсутствии неплатежеспособности должника в период совершения спорных сделок, финансовой устойчивости, наличии возбужденных исполнительных производств как доказательства нормальной хозяйственной деятельности должника, достаточности активов общества для покрытия своих обязательств опровергаются решением Арбитражного суда Рязанской области от 14.05.2019 в рамках дела                           А54-3783/2017, а также действиями самого должника по восстановлению платежеспособности организации, что подтверждено разработкой соответствующего плана (сообщение в Центральный Банк Российской Федерации от 06.02.2018                                 № 0000487/18, ответное письмо Центрального Банка Российской Федерации от 09.02.2018 № 53-4-2-10/468).

Вместе с тем, в случае не осведомленности ответчика о реальном имущественном положении организации должника, ответчик не мог бы оценить совокупность активов общества и их достаточность, а лишь мог обладать информацией о возбужденном деле о несостоятельности (банкротстве) должника и наличии неисполненных обязательств в рамках неоконченных исполнительных производств, размер которых значительно превышал размер полученных по сделке денежных средств, что дополнительно подтверждает отсутствие в действиях ответчика должной осмотрительности и добросовестности при совершении сделки.

В силу вышеизложенного, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что конкурсным управляющим доказана совокупность обстоятельств для признания ее недействительной на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

В абзаце 4 пункта 4 постановления Пленума N 63 указано, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (ст. 10 и 168 ГК РФ).

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Пунктом 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Указанная норма закрепляет принцип недопустимости (недозволенности) злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей. Суть этого принципа заключается в том, что каждый субъект гражданских правоотношений волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц. Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются в силу данного принципа недозволенными (неправомерными) и признаются злоупотреблением правом. При этом основным признаком наличия злоупотребления правом является намерение причинить вред другому лицу.

Таким образом, по смыслу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации злоупотребление гражданским правом заключается в превышении пределов дозволенного гражданским правом осуществления своих правомочий путем осуществления их с незаконной целью или незаконными средствами, с нарушением при этом прав и законных интересов других лиц.

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

Согласно ст. 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В этой связи, злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, является основанием для признания этих сделок ничтожными на основании статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации как не соответствующих закону.

Статья 2 Закона о банкротстве предусматривает основные понятия, используемые в настоящем Федеральном законе, в том числе понятие вреда, причиненного имущественным правам кредиторов, а именно: вред, причиненный имущественным правам кредиторов, - уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В п. 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" указано на то, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (п. 1 ст. 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.11.2010 N 6526/10 по делу N А46- 4670/2009, заключение направленной на нарушение прав и законных интересов кредиторов сделки, имеющей целью, в частности, уменьшение активов должника и его конкурсной массы путем отчуждения объекта недвижимости третьим лицам, является злоупотреблением гражданскими правами (п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Для констатации ничтожности сделки по указанному основанию помимо злоупотребления правом со стороны должника необходимо также установить факт соучастия либо осведомленности другой стороны сделки о противоправных целях должника.

При этом осведомленность контрагента должника может носить реальный характер (контрагент точно знал о злоупотреблении) или быть презюмируемой (контрагент должен был знать о злоупотреблении, действуя добросовестно и разумно (в том числе случаи, если контрагент является заинтересованным лицом).

Презумпция добросовестности является опровержимой. В ситуации, когда лицо, оспаривающее совершенную со злоупотреблением правом сделку купли-продажи, представило достаточно серьезные доказательства и привело убедительные аргументы в пользу того, что продавец и покупатель при ее заключении действовали недобросовестно, с намерением причинения вреда истцу, на ответчиков переходит бремя доказывания того, что сделка совершена в интересах контрагентов, по справедливой цене, а не для причинения вреда кредитору путем воспрепятствования обращению взыскания на имущество и имущественные права по долгам (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.12.2014 по делу N 309-ЭС14-923).

Существенное и очевидное для обычного участника оборота занижение цены сделки в пользу контрагента, заключение договора на условиях, согласно которым предоставление со стороны одного лица существенно превышает встречное предоставление или обычную рыночную цену, уплачиваемую в подобных случаях, также может свидетельствовать о недобросовестном поведении, являющемся основанием для признания сделки недействительной в соответствии со ст. ст. 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.02.2014 N 13846/13 по делу N А19-2903/10-58).

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях, право на судебную защиту предполагает наличие конкретных гарантий, позволяющих реализовать его в полном объеме, а правосудие может признаваться таковым, только если оно отвечает требованиям справедливости и обеспечивает эффективное восстановление в правах. Суд при рассмотрении дела обязан исследовать по существу его фактические обстоятельства и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы; иное приводило бы к тому, что право на судебную защиту, закрепленное статьей 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации, оказывалось бы существенно ущемленным (пункт 2.3 Определения от 06.10.2015 N 2317-О).

Исходя из правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056, при представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обязательства, в частности судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

При аффилированности сторон сделки к ним должен быть применен более строгий стандарт доказывания, чем к обычному участнику в деле о банкротстве. Заинтересованное с должником лицо обязано исключить любые разумные сомнения в реальности оспариваемой сделки, поскольку общность экономических интересов повышает вероятность представления ответчиками внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью причинения вреда имущественным правам кредиторов путем уменьшения имущества должника, что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав.

Учитывая изложенное, исследовав и оценив в совокупности имеющиеся в материалах дела доказательства, суд первой инстанции обоснованно пришел к правомерному выводу о том, что при выдаче и получении ответчиком премии было допущено злоупотребление правом, а именно: имело место недобросовестное поведение, направленное на искусственное создание задолженности привилегированной очередности удовлетворения, что могло повлечь причинение убытков должнику и нарушение баланса интересов вовлеченных в процесс банкротства предприятия кредиторов.

Действия ответчика были направлены на то, чтобы реестровые кредиторы третьей очереди фактически лишись возможности на удовлетворение (частичное удовлетворение) своих требований. Указанные действия ответчика нарушили и права кредиторов второй очереди, поскольку, учитывая принцип соразмерного погашения требований кредиторов одной очереди, они могли утратить шансы на полное погашение своих требований.

Из материалов дела усматривается, что судом первой инстанции судебное разбирательство неоднократно откладывалось для представления ответчику возможности направить документальные доказательства соразмерности и равноценности совершенной сделки. Однако относимых и допустимых документальных доказательств ответчиком в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлено.

Принимая во внимание изложенное, учитывая действия сторон оспариваемой сделки, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что подтверждена совокупность обстоятельств, квалифицирующих ничтожность сделки по статьям 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Выводы суда первой инстанции о применений последствий недействительности сделки также являются правильными.

Доводы ФИО3, изложенные в апелляционной жалобе, суд апелляционной инстанции отклоняет в силу следующего.

Из материалов дела следует, что премирование ФИО3 было связано с приемом АО «СК «Опора» страхового портфеля АО «СГ Уралсиб», передачей портфеля АО «НАСКО». Данные обстоятельства, по мнению заявителя апелляционной жалобы, возлагают на работника большую нагрузку, поскольку требуют тщательного аккумулирования размера обязательств, соответствующих сформированным страховым резервам, активов, принимаемых для покрытия сформированных страховых резервов и прочее.

Между тем, в материалах дела отсутствует договор о передаче страхового портфеля. Сведения об увеличении объемов выполняемой ФИО3 работе не представлено. Равно как и сведений о необходимости премирования. Более того, ФИО3 была принята на работу 01.11.2017 в то время как страховой портфель                 от АО СГ «Уралсиб» был передан 19.04.2017 года, т.е. до трудоустройства ФИО3 ФИО4 портфель в пользу АО «НАСКО» передавался 21.02.2018 - после получения ФИО3 премии.

Более того, ФИО3 была принята на работу 01.11.2017 на должность руководителя Отдела по работе с надзорными органами с должностным окладом в размере 138 000 руб. в месяц. При этом ФИО3 установлен испытательный срок                3 месяца, т.е. до 01.02.2022.

18.01.2018 был издан приказ №06/пр от 18.01.2018 о поощрении работника. В результате совершения приказа ФИО3 было начислено 1 149 425 рублей разовой премии и выплачено 1 000 000 рублей (за вычетом НДФЛ).

Таким образом, 18.01.2018 ФИО3 в период испытательного срока 18.01.2018 была выплачена премия в 7,2 раза превышающая размер среднемесячной заработной платы ФИО3 При этом, на дату выплаты премии ФИО3 не отработала в организации даже 3 месяца. Более того, в материалах дела содержатся документы, подтверждающие, что средний размер премий в организации за предыдущие годы не превышал 30 000 рублей (т. 277, л.д. 113).

Суд апелляционной инстанции также отклоняет доводы ФИО3 о том, что на дату совершения оспариваемой сделки у должника отсутствовали признаки неплатежеспособности, поскольку отсутствовали обязательства перед страховщиками.

Между тем, согласно сведениям УФССП России по городу Москве от 10.04.2019г. сводное исполнительное производство в отношении должника от 09.07.2017 включает в себя 3 763 исполнительных производств на общую сумму 419 375 992,07 руб. Более того, на момент выплаты премии ФИО3 (18.01.2018) уже было возбуждено дело о банкротстве должника (14.07.2017).

Также в материалы дела конкурсным управляющим АО «СК «Опора» были представлены иные доказательства, подтверждающие наличие признаков неплатежеспособности должника, а именно справка ПАО Сбербанк России, согласно которой на момент выплаты спорной денежной суммы у АО "СК Опора" имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, а так же заявления бывших работников должника о признании АО «СК «Опора» банкротом в связи с наличием задолженности по заработной плате.

При этом, сведений о погашении задолженности перед работниками до даты оспариваемой сделки ни третьим лицом, ни ответчиком не представлено. Напротив, исходя из представленных конкурсным управляющим документов следует, что погашение задолженности перед работниками осуществлялось в апреле - августе 2018г. 

Кроме того, как указывал конкурсный управляющий АО «СК «Опора» в своем отзыве на апелляционную жалобу, в материалах дела содержатся сведения о фактическом составе имущества должника и о его обязательствах. Согласно сводному отчёту об итогах инвентаризации имущества должника, по состоянию на 06.05.2019, общая стоимость фактически находящегося в наличии имущества составляет 171 540 000 руб., при этом основную часть этого имущества составляют финансовые вложения в сумме                                       154 707 430 руб. 91 коп. Основной размер стоимости имущества должника составляют облигации PVDS Technology s.r.o. (154 635 тыс. руб.), вместе с тем, денежные средства от погашения эмитентом облигаций в конкурсную массу не поступили ввиду дефолта эмитента (купон также не выплачивался по причине дефолта). Указанное обстоятельство подтверждается сведениями, предоставленными лицом, ведущим учет ценных бумаг                   (АО «НРД»).

С учетом того, что иное имущество в составе конкурсной массы АО «СК Опора» составляет менее 20 млн. рублей, а размер задолженности по текущим платежам - более 55 млн. руб. (согласно реестру требований кредиторов по состоянию на 24.08.2020), требования кредиторов даже по текущим платежам не могут быть погашены. Более того, согласно сведениям о ходе конкурсного производства по состоянию на 01.01.2021 требования кредиторов не погашались.

По мнению судебной коллегии, обстоятельства дела исследованы судом полно и всесторонне, спор разрешен в соответствии с требованиями действующего законодательства.

Доводы апелляционной жалобы не влияют на законность и обоснованность обжалуемого определения, поскольку, не опровергая выводов суда первой инстанции, сводятся к несогласию с оценкой судом первой инстанции установленных обстоятельств по делу и имеющихся в деле доказательств, что не может рассматриваться в качестве основания для отмены судебного акта. 

Иных убедительных доводов, основанных на доказательствах и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба не содержит.

Оснований для отмены определения суда первой инстанции, предусмотренных частью 4 статьи 270 Кодекса, судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены вынесенного определения.

В соответствии с частью 3 статьи 271 АПК РФ в постановлении арбитражного суда апелляционной инстанции указывается на распределение судебных расходов, в том числе расходов, понесенных в связи с подачей апелляционной жалобы. 

В силу статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. 

Таким образом, расходы по государственной пошлине за подачу апелляционной жалобы относятся на заявителя. 

Руководствуясь статьями 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Рязанской области от 10.06.2022  по делу                              № А54-3783/2017 оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.                                     В соответствии с пунктом 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через суд первой инстанции.

Председательствующий судья

Судьи                                                                              

Ю.А. Волкова 

Е.И. Афанасьева

Н.А. Волошина