﻿

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А21-8151/2020

09 сентября 2021 года

г. Санкт-Петербург

 

Резолютивная часть постановления объявлена     26 августа 2021 года

Постановление изготовлено в полном объеме  09 сентября 2021 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Фуркало О.В.

судей  Денисюк М.И., Зотеевой Л.В.

при ведении протокола судебного заседания:  Снукишкис И.В., 

при участии:  

от истца (заявителя): Мигунова А.С., по доверенности от 09.08.2021;

от ответчика (должника): Гречухина Е.А., по доверенности от 24.12.2020 (онлайн);

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-37869/2020)  общества с ограниченной ответственностью "Оил Партнерс" на решение Арбитражного суда  Калининградской области от 05.11.2020 по делу № А21-8151/2020, принятое 

по заявлению  общества с ограниченной ответственностью "Оил Партнерс"

к  Калининградской областной таможне

об оспаривании решений Калининградской областной таможни, 

установил:

общество с ограниченной ответственностью "Оил Партнерс" (ОГРН 1097847216059, адрес: 193230, Санкт-Петербург, пер. Челиева, д. 13, порт. 3, лит. Т; далее - ООО "Оил Партнерс", Общество, заявитель) обратилось в Арбитражный суд Калининградской области с заявлением (уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) (далее - АПК РФ) о признании незаконными решения Калининградской областной таможни (далее – Таможня) об отказе во внесении изменений в сведения, заявленные в ДТ №№ 10012020/220819/0101056, 10012020/220819/0101082, 10012020/220419/0045295, обязать Таможню устранить допущенные нарушения прав и законных интересов Общества путем возврата Обществу таможенных платежей, пени и НДС в размере 579 550,35 рублей и взыскать с Таможни в пользу Общества 96 700 рублей в возмещение расходов по оплате услуг представителей.

Решением от 05.11.2020 суд первой инстанции в удовлетворении заявления ООО "Оил Партнерс" отказал.

Не согласившись с решением суда, ООО "Оил Партнерс" обратилось в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить решение суда, принять по делу новый судебный акт. По мнению подателя жалобы у таможенного органа отсутствовали основания для корректировки таможенной стоимости. Отказ таможни в восстановлении тарифных преференций на том основании, что в распоряжении таможенного органа отсутствуют оттиски печатей, является незаконным, поскольку Обществом представлено письмо ФТС России в адрес уполномоченного органа Малайзии – MITI от 01.10.2019 №06-92/60575, в котором указано, что с 2016 года не обновлялись оригиналы образцов оттисков печатей уполномоченных органов Федерации Малайзии. 

По мнению подателя жалобы, Малайзия выполнила требования Правил и представила оттиски печатей, соответствующие требованиям Правил, в связи, с чем у суда первой инстанции отсутствовали основания для применения пункта 56 раздела VI Правил. 

Податель жалобы считает, что таможенному органу при обнаружении признаков недостоверности Сертификатов следовало направить  в уполномоченный орган Малайзии запрос о верификации. В подтверждении факта происхождения товара в Малайзии Обществом были представлены оригиналы Сертификатов и письмо уполномоченного органа Малайзии (MITI) с переводом.

23.08.2021 ООО "Оил Партнерс" в материалы дела представлены письменные объяснения (по таможенной стоимости), из которых следует, что между Обществом возник спор не только по отказу  в предоставлении преференции, но и в целом по таможенной стоимости ввозимого товара.

В судебном заседании представитель ООО "Оил Партнерс" поддержал доводы апелляционной жалобы, представитель таможни возражал против удовлетворения жалобы.

Законность и обоснованность обжалуемого решения проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела и установлено судом,  на основании внешнеторгового контракта № SD20180604 от 06.04.2018 Общество везло на таможенную территорию ЕАЭС по ДТ № 10012020/220819/0101056, 10012020/220819/0101082, 10012020/220419/0045295 заменитель какао-масла нетемперируемый лауринового типа марки «Kemcoa special kc35» (гидрогенизированный пальмоядровый олеин), производства Малайзии, представив при этом сертификаты о происхождении товаров по форме «А» (№ JB-201902-GCF-20389P000217, JB-201903-GCF-20389P-001023, JB-201907-GCF-20389P-001024) и определив таможенную стоимость товаров по стоимости сделки с ввозимыми товарами. 

По результатам таможенного контроля таможенный орган пришел к выводу о не подтверждение Обществом заявленной таможенной стоимости товаров, в связи, с чем 19.11.2019 и 24.07.2019 принял решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, откорректировав таможенную стоимость товара по стоимости сделки с идентичными товарами. 

Таможенный орган посчитал, что представленные сертификаты о происхождении товаров не могут рассматриваться в качестве основания  для предоставления тарифных преференций (решения от 25.10.2019, 21.10.2019 и 31.07.2019), в связи, с чем отказал  в восстановлении тарифных преференций и доначислил Обществу 579 550 рублей 35 копеек таможенных платежей, пени и НДС.

Не согласившись с указанными решениями, Общество обратилось в таможню с заявлениями о внесении изменений в каждую из ДТ и восстановлении тарифных преференций в отношении товара. 

Решениями, формализованными в письмах от 21.05.2020 № 24-23/10240 и 24-23/10236, и от 29.05.2020 № 25-20/11006 Таможня отказала Обществу во внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ и в восстановлении тарифных преференций на основании пп «б» п. 18 Порядка внесения изменении и (или) дополнений в сведения, указанные в декларации на товары, утвержденные Решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 10.12.2013 № 289

Не согласившись с отказом во внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ и в восстановлении тарифных преференций Общество  обратилось в арбитражный суд с  настоящим заявлением (уточненным).

Суд первой инстанции в удовлетворении заявленных требований отказал.

Исследовав материалы дела, доводы апелляционной жалобы, выслушав мнения представителей сторон, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для изменения решения суда от 05.11.2020 на основании следующего.

 В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 313 ТК ЕАЭС при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании, таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров).

При проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенный орган вправе запросить у декларанта пояснения в письменной форме о факторах, влияющих на формирование цены товаров, а также об иных обстоятельствах, имеющих отношение к товарам, перемещаемым через таможенную границу Союза.

Согласно пункту 4 статьи 325 ТК ЕАЭС таможенный орган вправе запросить коммерческие, бухгалтерские документы, сертификат о происхождении товара и (или) иные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах, в случае, если документы, представленные при подаче таможенной декларации либо представленные в соответствии с пунктом 2 данной статьи, не содержат необходимых сведений или должным образом не подтверждают заявленные сведения, либо если таможенным органом выявлены признаки несоблюдения положений ТК ЕАЭС и иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и (или) законодательства государств-членов, в том числе недостоверности сведений, содержащихся в таких документах.

Запрос документов и (или) сведений у декларанта в соответствии с пунктом 4 статьи 325 ТК ЕАЭС должен быть обоснованным и должен содержать перечень признаков, указывающих на то, что сведения, заявленные в таможенной декларации, и (или) сведения, содержащиеся в иных документах, должным образом не подтверждены либо могут являться недостоверными, перечень дополнительно запрашиваемых документов и (или) сведений, а также сроки представления таких документов и (или) сведений.

Перечень запрашиваемых документов и (или) сведений определяется должностным лицом таможенного органа исходя из проверяемых сведений с учетом условий сделки с товарами, характеристик товара, его назначения, а также иных обстоятельств (пункт 5 статьи 325 ТК ЕАЭС).

В соответствии с пунктом 17 статьи 325 ТК ЕАЭС при завершении проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в случае, если представленные в соответствии с настоящей статьей документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, либо результаты таможенного контроля в иных формах и (или) таможенной экспертизы товаров и (или) документов, проведенных в рамках такой проверки, не подтверждают соблюдение положений настоящего Кодекса, иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и законодательства государств-членов, в том числе достоверность и (или) полноту проверяемых сведений, и (или) не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенным органом на основании информации, имеющейся в его распоряжении, принимается решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации, в соответствии со статьей 112 настоящего Кодекса.

В соответствии с пунктом 3 статьи 112 ТК ЕАЭС после выпуска товаров изменение (дополнение) сведений, заявленных в декларации на товары, и сведений в электронном виде декларации на товары на бумажном носителе, производится в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и (или) определяемых Евразийской экономической комиссией, по решению таможенного органа либо с разрешения таможенного органа.

Порядок внесения изменений и (или) дополнений в сведения, указанные в декларации на товары, утвержден решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 10.12.2013 N 289 (далее - Порядок N 289).

В соответствии с пунктом 11 Порядка N 289 после выпуска товаров изменение (дополнение) сведений, заявленных в ДТ, производится в следующих случаях:

а) случаи, установленные пунктом 3 статьи 115, пунктом 6 статьи 116, пунктом 9 статьи 117 и пунктами 17 и 18 статьи 325 Кодекса;

б) при выявлении по результатам проведенного таможенного контроля (в том числе в связи с обращением) или иного вида государственного контроля (надзора), осуществляемого таможенными органами в пределах своей компетенции в соответствии с законодательством государств-членов:

недостоверных сведений, заявленных в ДТ;

несоответствия сведений, заявленных в ДТ, сведениям, содержащимся в документах, подтверждающих сведения, заявленные в ДТ;

необходимости внесения дополнений в сведения, заявленные в ДТ;

в) по результатам рассмотрения жалоб на решения, действия (бездействие) таможенных органов и их должностных лиц либо на основании вступивших в законную силу решений судебных органов государств-членов;

г) при восстановлении тарифных преференций;

д) при заявлении плательщиком после выпуска товаров сведений о применении льгот по уплате таможенных платежей, в том числе в связи с представлением в таможенный орган документов, являющихся основанием для предоставления таких льгот;

е) при наступлении обстоятельств, при которых обязанность по уплате таможенных платежей, специальных, антидемпинговых, компенсационных пошлин и иных платежей, взимание которых возложено на таможенные органы (далее - таможенные, иные платежи), подлежит исполнению;

ж) при продлении срока действия таможенной процедуры;

з) при частичной уплате ввозных таможенных пошлин, налогов в отношении товаров, помещенных под таможенную процедуру временного ввоза (допуска);

и) при уплате таможенных пошлин, налогов, в отношении которых предоставлена отсрочка или рассрочка их уплаты;

к) при исчислении таможенных пошлин, налогов, специальных, антидемпинговых, компенсационных пошлин, применении иных мер таможенно-тарифного регулирования, запретов и ограничений, мер защиты внутреннего рынка в случае, если происхождение товаров считается неподтвержденным в соответствии с пунктом 5 статьи 314 Кодекса по результатам проведенного таможенного контроля происхождения товаров;

л) при исчислении таможенных пошлин, налогов, специальных, антидемпинговых, компенсационных пошлин в соответствии с пунктом 2 статьи 315 Кодекса;

м) при выявлении необходимости внесения изменений (дополнений) в записи (отметки) в графах ДТ, заполняемых должностным лицом;

н) при заявлении точной величины таможенной стоимости товаров при использовании отложенного определения таможенной стоимости товаров;

о) при уплате и (или) взыскании таможенных, иных платежей в иных случаях, чем предусмотрено подпунктами "з" и "и" настоящего пункта, а также при начислении и уплате пеней и (или) процентов после выпуска товаров.

В соответствии с пунктом 11.1 Порядка N 289 изменение (дополнение) сведений, заявленных в ДТ, после выпуска товаров с разрешения таможенного органа производится на основании обращения декларанта и документов, указанных в абзаце 1 пункта 12 настоящего Порядка, или документов, указанных в абзаце 2 пункта 12 Порядка, в соответствии с разделом IV Порядка.

Согласно пункту 12 Порядка N 289 для внесения изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ, после выпуска товаров декларантом представляются обращение, надлежащим образом заполненная КДТ, ее электронный вид, документы, подтверждающие изменения (дополнения), вносимые в сведения, заявленные в ДТ, в случае внесения изменений (дополнений) в сведения о таможенной стоимости товаров - ДТС, а в случае необходимости уплаты таможенных, иных платежей - также документы и (или) сведения, подтверждаю их уплату.

Как обоснованно указал суд первой инстанции, несогласие Общества с произведенной таможенным органом корректировкой таможенной стоимости само по себе в силу пункта 11 Порядка N 289 не является основанием для внесения изменений (дополнений) в сведения, заявленные в спорных ДТ на основании обращения Общества, не содержащего никаких новых сведений о стоимости товара, а лишь выражающего несогласие с таможенной стоимостью товара, определенной Таможней,  на основании представленных ранее сведений.

Принятые Таможней на основании пункта 17 статьи 325 ТК ЕАЭС решения Таможни от 19.11.2019 и 24.07.2019 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ №№ 10012020/220819/0101056, 10012020/220819/0101082, 10012020/220419/0045295, Обществом в установленном порядке не были обжалованы.

Содержащиеся в обращениях о внесении изменений (дополнений) в ДТ доводы Общества, касающиеся несогласия с определенной таможней таможенной стоимостью ввезенного товара (п. 1 обращений), свидетельствуют о несогласии с решениями таможни от 19.11.2019 и 24.07.2019, а не о наличии оснований для внесения изменений (дополнений) в сведения, содержащиеся в ДТ.

При указанных обстоятельствах у таможенного органа отсутствовали основания для внесения изменений в сведения, заявленные в спорных ДТ, в связи, с чем Таможня правомерно на основании подпункта "б" пункта 18 Порядка № 289 письмами от 21.05.2020 № 24-23/10240 и 24-23/10236, и от 29.05.2020 № 25-20/11006 отказала Обществу во внесении изменений в сведения, указанные в спорных ДТ.

Суд первой инстанции также отказал в удовлетворении требования Общества об обязании Таможню возвратить Обществу таможенные платежи,  пени и НДС в размере 579 550,35 рублей  уплаченные в связи с произведенной Таможней корректировкой таможенной стоимости по спорным ДТ.

Как следует из материалов дела, требования Общества о возврате таможенных платежей пени и НДС в размере 579 550,35 рублей основано на неправомерных действиях таможенного органа, выразившихся:

- в необоснованной корректировке таможенной стоимости товара (в результате чего заявитель оплатил 314 356, 76 руб.);

- неправомерном непредставлении тарифных преференцией (в результате чего заявитель оплатил 265 193, 59 руб.).

При этом судом первой инстанции при отказе в возврате таможенных платежей в размере 314 356, 76 рублей не учтено слеующее.

Правовое регулирование таможенных отношений в Российской Федерации осуществляется в соответствии с Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами, входящими согласно части 4 статьи 15 Конституции Российской Федерации в ее правовую систему, и законодательством Российской Федерации о таможенном регулировании.

В силу части 1 статьи 35 Конституции Российской Федерации право частной собственности в Российской Федерации охраняется законом. Как неоднократно указывалось в решениях Конституционного Суда Российской Федерации, в случае допущения налогоплательщиком переплаты некоей суммы налога на данную сумму распространяются все конституционные гарантии права собственности, поскольку ее уплата в таком случае произведена при отсутствии законного на то основания (постановление от 31.10.2019 N 32-П, определения от 08.02.2007 N 381-О-П, от 21.12.2011 N 1665-О-О, от 24.09.2013 N 1277-О, от 25.05.2017 N 959-О).

Кроме того, Международной конвенцией об упрощении и гармонизации таможенных процедур (совершена в Киото 18.05.1973, в редакции Протокола от 26.06.1999, далее - Киотская конвенция), участником которой с 04.07.2011 является Российская Федерация, установлено, что возврат пошлин и налогов производится в случаях их излишнего взыскания в результате ошибки, допущенной при начислении пошлин и налогов. В тех случаях, когда излишнее взыскание произошло вследствие ошибки, допущенной таможенной службой, возврат производится в приоритетном порядке (стандарт 4.22).

Данное положение Киотской конвенции формирует один из принципов таможенного регулирования, который согласно части 4 статьи 15 Конституции Российской Федерации и пункту 6 Постановления Пленума ВС РФ от 26.11.2019 N 49 должен учитываться при разрешении споров, возникающих из таможенных отношений.

Как отмечено в связи с этим в пункте 34 Постановления Пленума ВС РФ от 26.11.2019 N 49, с учетом установленных Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 35 и часть 1 статьи 46) гарантий защиты права частной собственности при излишнем внесении таможенных платежей в связи с принятием таможенным органом незаконных решений по результатам таможенного контроля, а также при истечении срока возврата таможенных платежей в административном порядке заинтересованное лицо вправе обратиться непосредственно в суд с имущественным требованием о возложении на таможенный орган обязанности по возврату излишне внесенных в бюджет платежей в течение трех лет со дня, когда плательщик узнал или должен был узнать о нарушении своего права (об излишнем внесении таможенных платежей в бюджет).

При этом обращение в суд с имущественным требованием о возврате таможенных платежей, поступивших в бюджет излишне, не предполагает необходимости соблюдения административной процедуры возврата. Заявленное требование должно быть рассмотрено судом по существу независимо от того, оспаривалось ли в отдельном судебном порядке решение таможенного органа, послужившее основанием для излишнего внесения таможенных платежей в бюджет.

Аналогичная позиция ранее также была выражена в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 10.02.2009 N 8605/08, определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 16.05.2019 N 305-ЭС19-344, от 22.03.2018 N 303-КГ17-20407 и нашла отражение в пункте 46 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 14.11.2018.

В рассматриваемом случае из материалов дела усматривается, что Общество обратилось в суд в том числе с имущественным требованием о возложении на таможенный орган обязанности возвратить таможенные платежи, указав в качестве основания данного заявления на несоответствие таможенному законодательству решений о корректировке таможенной стоимости, принятых по результатам таможенного контроля, начатого до выпуска товаров по спорным ДТ.

Необходимость обращения в таможенный орган в административном порядке для изменения сведений о таможенной стоимости, указанных в декларации, возникает в тех случаях, когда после выпуска товаров заинтересованное лицо получает возможность доказать иной размер заявленной до выпуска (скорректированной по результатам таможенного контроля) таможенной стоимости в связи со вновь полученными документами, влияющими на достоверность определения таможенной стоимости. В этих случаях перечисление таможенных платежей в бюджет в излишнем размере является результатом ошибки декларанта, которая должна быть исправлена им, а таможенному органу - предоставлена возможность осуществить таможенный контроль в целях проверки факта наличия ошибки и возникновения переплаты.

Однако по настоящему делу Общество основывало свои требования не на новых доказательствах, подтверждающих достоверность первоначального определения им таможенной стоимости товаров, а на отсутствии у таможенного органа законных причин для корректировки таможенной стоимости.

Принимая во внимание изложенное, суду первой инстанции следовало разрешить спор в данной части по существу, дав оценку законности решений о корректировке таможенной стоимости, и решить вопрос о наличии оснований для возврата уплаченных Обществом в результате корректировки таможенной стоимости таможенных платежей с учетом соблюдения срока обращения в суд.

Аналогичная правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 14.05.2020 N 307-ЭС19-18595.

Однако требование Общества в части возврата таможенных платежей судом первой инстанции по существу не рассмотрено.

На основании изложенного суд апелляционной инстанции считает необходимым с учетом доводов заявителя и таможенного органа исследовать и оценить обстоятельства, послужившие основанием для принятия решений Таможни о внесении изменений в сведения, заявленные в спорных ДТ, и правомерность корректировки таможенной стоимости, произведенной таможенным органом.

Таможенный контроль таможенной стоимости товаров, ввозимых на таможенную территорию Евразийского экономического союза, осуществляется в соответствии с главой 5 ТК ЕАЭС с применением форм таможенного контроля и мер, обеспечивающих проведение таможенного контроля, установленных ТК ЕАЭС.

В соответствии с пунктом 14 статьи 38 ТК ЕАЭС по общему правилу таможенная стоимость товаров определяется декларантом, а в случае, если в соответствии с пунктом 2 статьи 52 и с учетом пункта 3 статьи 71 настоящего Кодекса таможенные пошлины, налоги, специальные, антидемпинговые, компенсационные пошлины исчисляются таможенным органом, таможенная стоимость товаров определяется таможенным органом.

Пунктом 9 статьи 38 ТК ЕАЭС предусмотрено, что определение таможенной стоимости товаров не должно быть основано на использовании произвольной или фиктивной таможенной стоимости товаров.

Таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации (пункт 10 статьи 38 ТК ЕАЭС).

В силу пункта 15 статьи 38 ТК ЕАЭС основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 данного Кодекса.

В случае невозможности определения таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними таможенная стоимость товаров определяется в соответствии со статьями 41 и 42 настоящего Кодекса, применяемыми последовательно.

При невозможности определения таможенной стоимости ввозимых товаров в соответствии со статьями 41 и 42 настоящего Кодекса в качестве основы для определения таможенной стоимости товаров может использоваться либо цена, по которой оцениваемые, идентичные или однородные товары были проданы на таможенной территории Союза, в соответствии со статьей 43 настоящего Кодекса, либо расчетная стоимость товаров в соответствии со статьей 44 настоящего Кодекса. Декларант имеет право выбрать очередность применения указанных статей при определении таможенной стоимости ввозимых товаров.

В случае если для определения таможенной стоимости ввозимых товаров невозможно применить статьи 39, 41 - 44 настоящего Кодекса, определение таможенной стоимости товаров осуществляется в соответствии со статьей 45 настоящего Кодекса.

Пунктом 1 статьи 45 ТК ЕАЭС предусмотрено, что таможенная стоимость товаров определяется исходя из принципов и положений главы 5 Кодекса на основе сведений, имеющихся на таможенной территории Союза (резервный метод - метод 6) в случае если таможенная стоимость ввозимых товаров не может быть определена в соответствии со статьями 39, 41 - 44 Кодекса.

Согласно пункту 1 статьи 39 ТК ЕАЭС таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей настоящего Кодекса, при выполнении следующих условий:

1) отсутствуют ограничения в отношении прав покупателя на пользование и распоряжение товарами, за исключением ограничений, которые:

- ограничивают географический регион, в котором товары могут быть перепроданы;

- существенно не влияют на стоимость товаров;

- установлены актами органов Союза или законодательством государств-членов;

2) продажа товаров или их цена не зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено;

3) никакая часть дохода или выручки от последующей продажи, распоряжения иным способом или использования товаров покупателем не причитается прямо или косвенно продавцу, кроме случаев, когда в соответствии со статьей 40 Кодекса могут быть произведены дополнительные начисления;

4) покупатель и продавец не являются взаимосвязанными лицами, или покупатель и продавец являются взаимосвязанными лицами таким образом, что стоимость сделки с ввозимыми товарами приемлема для таможенных целей в соответствии с пунктом 4 настоящей статьи.

В случае если хотя бы одно из условий, указанных в пункте 1 настоящей статьи, не выполняется, цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате, не является приемлемой для определения таможенной стоимости ввозимых товаров и метод 1 не применяется (пункт 2 статьи 39 ТК ЕАЭС).

Согласно пункту 3 статьи 39 ТК ЕАЭС ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца. При этом платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государств-членов.

Исходя из изложенного, метод определения таможенной стоимости по стоимости сделки с ввозимыми товарами не может быть применен в случаях отсутствия документального подтверждения заключения сделки или отсутствия в документах, отражающих содержание сделки, ценовой информации, относящейся к количественно определенным характеристикам товара, условий поставки и оплаты либо наличия доказательств недостоверности таких сведений, то есть их необоснованного расхождения с аналогичными сведениями в других документах, выражающих содержание сделки, а также коммерческих, транспортных, платежных (расчетных) и иных документах, относящихся к одним и тем же товарам.

Как разъяснено в пункте 10 Постановления Пленума ВС РФ от 26.11.2019 N 49, система оценки ввозимых товаров для таможенных целей, установленная Таможенным кодексом и основанная на статье VII ГАТТ 1994, исходит из их действительной стоимости - цены, по которой такие или аналогичные товары продаются или предлагаются для продажи при обычном ходе торговли в условиях полной конкуренции, определяемой с использованием соответствующих методов таможенной оценки. При этом согласно пункту 15 статьи 38 ТК ЕАЭС за основу определения таможенной стоимости в максимально возможной степени должна приниматься стоимость сделки с ввозимыми товарами (первый метод определения таможенной стоимости).

С учетом данных положений примененная сторонами внешнеторговой сделки цена ввозимых товаров не может быть отклонена по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен, установившегося во внутренней торговле.

Как указано в пункте 11 Постановления Пленума ВС РФ от 26.11.2019 N 49, отсутствие подтверждения сведений о таможенной стоимости, заявленных в таможенной декларации и (или) содержащихся в иных представленных таможенному органу документах, а также выявление таможенным органом признаков недостоверного определения таможенной стоимости само по себе не может выступать основанием для вывода о неправильном определении таможенной стоимости декларантом, а является основанием для проведения таможенного контроля таможенной стоимости товаров в соответствии со статьей 313, пунктом 4 статьи 325 ТК ЕАЭС.

При проведении такой проверки таможенный орган, осуществляя публичные полномочия, обязан предоставить декларанту реальную возможность устранения возникших сомнений в достоверности заявленной им таможенной стоимости, в связи с чем не может произвольно отказаться от использования закрепленного в пункте 15 статьи 325 ТК ЕАЭС права на запрос у декларанта документов и (или) сведений, в том числе письменных пояснений, необходимых для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах.

В порядке реализации положений пункта 2 статьи 313, пункта 15 статьи 325 Таможенного кодекса декларант вправе предоставить пояснения об экономических и иных разумных причинах значительного отличия стоимости сделки с ввозимыми товарами от ценовой информации, имеющейся у таможенного органа, которые должны быть приняты во внимание при вынесении окончательного решения.

В пункте 13 Постановления Пленума ВС РФ от 26.11.2019 N 49 также разъяснено, что основываясь на положениях пункта 13 статьи 38, пункта 17 статьи 325 ТК ЕАЭС, таможенный орган принимает решение о внесении изменений (дополнений) в сведения о таможенной стоимости, заявленные в таможенной декларации по результатам проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, начатой до выпуска товаров, если соответствие заявленной таможенной стоимости товаров их действительной стоимости не нашло своего подтверждения по результатам таможенного контроля, в том числе при сохранении признаков недостоверности заявленной таможенной стоимости, не устраненных по результатам таможенного контроля.

В связи с этим при разрешении споров, касающихся правильности определения таможенной стоимости ввозимых товаров, судам следует учитывать, какие признаки недостоверного определения таможенной стоимости были установлены таможенным органом и нашли свое подтверждение в ходе проведения таможенного контроля, в том числе с учетом документов (сведений), собранных таможенным органом и дополнительно предоставленных декларантом.

Непредставление декларантом документов (сведений), обосновывающих заявленную им таможенную стоимость товара, само по себе не может повлечь принятие таможенным органом решения о внесении изменений (дополнений) в сведения о таможенной стоимости, заявленные в таможенной декларации, если у декларанта имелись объективные препятствия к предоставлению запрошенных документов (сведений) и соответствующие объяснения даны таможенному органу.

В рассматриваемом случае, из материалов дела усматривается, что таможенная стоимость товара, задекларированного по ДТ №№ 10012020/220819/0101056, 10012020/220819/0101082, 10012020/220419/0045295 была определена Обществом в соответствии со статьей 39 ТК ЕАЭС по стоимости сделки с ввозимыми товарами.

При этом  Общество при таможенном декларировании, а также дополнительно по запросам Таможни представило таможенному органу и в суд все необходимые, имеющиеся в его распоряжении в силу закона и делового оборота документы, подтверждающие в полной мере заявленную им таможенную стоимость ввезенных по спорным ДТ товаров по методу по "стоимости сделки с ввозимыми товарами".

Так по ДТ № 10012020/220819/0101082 Общество представило в таможенный орган платежные документы, подтверждающие факт оплаты товара на сумму 44 000 USD (инвойс №309929651 от 13.07.2019), заявление на перевод иностранной валюты №232 от 28.10.2019, оборотно - сальдовую   ведомость по счету ГТД за август – сентябрь 2019 года, а также прайс – лист продавца от 14.05.2019 с переводом.

Тот факт, что сумма, указанная в заявлении на перевод иностранной валюты по нескольким счетам отличается в большую сторону от суммы, указанной в инвойсе по спорной ДТ, не отменяет факта согласования стоимости товара и его оплаты в рамках спорной ДТ. 

Такой порядок оплаты обусловлен тем, что по рамочному контракту №SD20180604 от 06.04.2018 сторонами осуществляются постоянные поставки товара в больших объемах, в связи с чем, стороны учитывают оплаты по поставкам на условиях ФИФО. По методу ФИФО оплаты (в том числе частичные) учитываются в хронологическом порядке,  то есть сначала учитывается оплата первой по времени поставки, остаток учитывается в счет следующей по времени поставки. 

Следовательно, несоответствие между ценами в инвойсе и в заявлении на перевод не свидетельствует о недостоверности заявленных сведений о таможенной стоимости товара.

Таким образом, довод Таможни о том, что сумма оплаты по заявлению на перевод не идентифицируется с поставкой (инвойс), является необоснованным.

Довод  Таможни о непредставлении декларантом инвойса №309929652, подлежит отклонению, поскольку указанный инвойс не является документом, относящимся к спорной поставке и, следовательно, у декларанта отсутствует обязанность по его предоставлению

Обществом представлен инвойс, непосредственно относящийся к данной поставке (№309929651 от 13.07.2019) и подтверждающий заявленную таможенную стоимость (том 1 л.д. 94).

Представленный декларантом инвойс №309929651 от 13.07.2019  содержит печать продавца Sime Darby Kempas Sdn Bhd на 2 странице (инвойс с печатью представлен вместе с обращением Декларанта о внесении изменений в ДТ от 18.03.2020 (том 1 л.д. 87).

При этом само по себе отсутствие подписи продавца на инвойсе, содержащем иную информацию, позволяющую идентифицировать его с поставкой, не является основанием для корректировки таможенной стоимости товаров, так как требования к оформлению инвойса нормативными правовыми актами не установлены. 

Таким образом, представление спорного инвойса в подтверждение наличия соглашения сторон о наименовании товаров, их количестве и стоимости отвечает требованиям таможенного законодательства. 

Таможенным органом не учтено, что стороны продлили срок оплаты по спецификации №OIL/2G/2019 (до 75 дней с даты прибытия в порт назначения), что прямо следует из дополнительного соглашения №4 от 15.05.2019 к контракту №SD20180604 от 06.04.2018 (том 1 л.д. 30), которое было представлено в Таможню 17.10.2019 (том 1 л.д. 29) в ответ на запрос таможни о предоставлении документов б/н от 23.08.2019.

Ссылка таможенного органа на не предоставление указанного дополнительного соглашения №4 в банк подлежит отклонению как необоснованная, поскольку не предоставление дополнительного соглашения к спецификации не является нарушением ни валютного, ни таможенного законодательства. 

Более того, таможенный орган не указывает, каким образом непредоставление данного дополнительного соглашения №4 повлияло на таможенную стоимость товара. 

У таможенного органа отсутствовали основания для корректировки таможенной стоимости по стоимости сделки с идентичными товарами (метод 3), поскольку: 

(1) нарушение сроков оплаты по внешнеторговому контракту не влияет на таможенную стоимость товара и, соответственно, не является основанием для проведения корректировки таможенной стоимости. Нарушение сроков оплаты в некоторых случаях может являться нарушением гражданского или валютного, но не таможенного законодательства; 

(2) декларантом представлены документы, подтверждающие факт оплаты Товаров и содержащих полную информацию, необходимую для определения таможенной стоимости по цене сделки (первый метод). 

Указание таможенного органа на предоставление недостоверной калькуляции цены товара подлежит отклонению.

Общество по запросу таможни представил (1) формулу цены реализации товара и (2) калькуляцию цены реализации товара, которая содержит подпись управляющего ООО "Оил Партнерс" Силантьева И.В. и печать ООО "Оил Партнерс" (том 1 л.д. 39)

При этом у таможни отсутствуют доводы относительно существа (содержания) представленной калькуляции цены товара.

Таким образом, представленная калькуляция цены товара отвечает критерию достоверности.

Само по себе несогласие таможни с представленной декларантом калькуляцией цены реализации товара по любым основаниям не является безусловным основанием для вывода о документальной неподтвержденности цены сделки, на основании которой декларант определил таможенную стоимость ввозимых по спорной ДТ товаров.

Довод Таможни о том, что акт оказанных услуг от 10.08.2019 по договору об оказании экспедиторских услуг №2805-OIPS/OT от 05.04.2019 мог быть представлен декларантом ранее, не подтверждает наличие оснований для корректировки таможенной стоимости товара  и оснований данный акт не учитывать.  

Декларантом своевременно представлены все иные документы в подтверждение понесенных транспортных расходов: договор об оказании экспедиторских услуг №2805-OIPS/OT от 05.04.2019 и дополнительное соглашение №1 от 12.04.2019 к нему, заявка-заказ на перевозку от 15.05.2019, инвойс №OIPS-08/02-01 от 02.08.2019, оборотно - сальдовая ведомость по счету 60.21 и по счету ГТД за август 2019 года – сентябрь 2019 года, карточку счета ГТД (л.д. 46) за тот же период. 

Суд апелляционной инстанции не усматривает противоречий в указанных документах. 

Предоставленный декларантом вместе с обращением акт оказанных услуг подтверждает факт оказания услуг по перевозке товара и, соответственно, наступление срока их оплаты, следовательно, у Таможни отсутствовали основания для корректировки таможенной стоимости товара.

Кроме того, ссылаясь на непредставление указанного акта при проведении таможенного контроля, таможня не указала, каким образом предоставление акта оказанных услуг впоследствии  вместе с обращением о внесении изменений в ДТ повлияло на определение таможенной стоимости товара, ввезенного по спорной ДТ.

Таким образом, декларантом подтвержден факт оказания экспедиторских услуг, их стоимость и наступление срока их оплаты.

Таможней установлен факт декларирования «идентичного товара» в количестве 88 000 кг по ДТ №10216170/290719/00134973 (контракт OOE/1E2019 от 23.04.2019, инвойс №309929503 от 19.06.2019), таможенная стоимость которого принята таможенным органом в размере 7 086 035,10 руб., в связи с чем, таможенная стоимость товара, ввезенного по спорной ДТ, определена таможней в размере 3 543 017,55 руб.

Однако в качестве основы для корректировки таможенной стоимости таможней использована ценовая информация из ДТ иного участника внешнеэкономической деятельности (товар ввозился иным декларантом, не ООО «Оил Партнерс»), в связи, с чем ДТ №10216170/290719/00134973, контракт OOE/1E2019 от 23.04.2019, инвойс №309929503 от 19.06.2019) отсутствуют в распоряжении декларанта и он не мог ознакомиться с их содержанием. 

Кроме того, при корректировке таможенной стоимости товара таможенному органу необходимо учитывать страну отправления, условия поставки, вес товара, производителя товара, его репутацию на рынке сбыта продукции, торговую марку и другие условия, поскольку они существенно влияют на таможенную стоимость ввозимого товара.

Также, на формирование рыночной цены товара может оказывать влияние система факторов, в том числе: технические, функциональные и качественные характеристики товара, коммерческие условия сделки, налоги страны импорта, и прочие. Эти причины могут привести к объективным расхождениям в уровне цен на один и тот же товар.

Однако доказательств проведения таможней сравнительного анализа условий поставок не представлено.

При таких обстоятельствах, декларация №10216170/290719/00134973 принятая таможней в качестве аналога, не может быть применена для расчета таможенной стоимости 

Общество предприняло все зависящие от него меры, направленные на сбор документов и доказательств, подтверждающих приобретение товара по заявленной цене.

Действующее законодательство не устанавливает обязанности по декларированию товаров по средним ценам. Единственным условием установления таможенной стоимости является наличие количественно определяемой и документально подтвержденной достоверной информации о заявленной таможенной стоимости.

Все документы, необходимые для подтверждения заявленной таможенной стоимости были представлены таможенному органу. 

При выборе источников ценовой информации таможня руководствовалась исключительно наименованием товара и откорректировала таможенную стоимость ввезенных декларантом товаров на основании ДТ иного участника внешнеэкономической деятельности, по которой товар ввезен на иных условиях поставки. 

Различие цены сделки с ценовой информацией, содержащейся в других источниках, не относящихся непосредственно к указанной сделке, не может рассматриваться как доказательство недостоверности условий сделки и не может служить основанием для корректировки таможенной стоимости товара.

При таких обстоятельствах указанная ДТ не может служить источником ценовой информации и свидетельствовать о недостоверности заявленной Обществом таможенной стоимости Товаров ввиду того, что Таможней не соблюдены условия (критерии) сопоставимости условий ввоза (приобретения) сравниваемых товаров.

При этом примененная сторонами внешнеторговой сделки цена ввозимых товаров не может быть отклонена по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен, установившегося во внутренней торговле.

Таким образом, у таможенного органа отсутствовали основания для корректировки таможенной стоимости товара.

По представленной Обществом  ДТ №10012020/220419/0045295 следует отметить следующее.

По мнению Таможни, платежное поручение №23 от 10.02.2020 не идентифицируется по срокам оплаты услуг по доставке товара, согласованным в договоре на оказание экспедиторских услуг. 

Однако, в указанном документе («заявление на перевод иностранной валюты №23 от 10.02.2020г.») в графе 70 «назначение платежа» указаны реквизиты договора на оказание экспедиторских услуг OP-FLtr/20180115 от 15.01.2018 во исполнение которого осуществляется оплата. Указанный договор был предоставлен в Таможню. 

Те же реквизиты договора указаны в инвойсе №3158 от 20.03.2019 и акте оказанных услуг №3158 от 24.04.2019, представленных в Таможню, следовательно, из указанных документов следует, что все представленные документы подтверждают оплату услуг экспедитора по одному договору OP-FLtr/20180115 от 15.01.2018.

Просрочки оплаты услуг экспедитора не является основанием для корректировки таможенной стоимости по стоимости сделки с идентичными товарами (метод 2), поскольку  нарушение сроков оплаты по договору с экспедитором не влияет на таможенную стоимость товара и, соответственно, не является основанием для проведения корректировки таможенной стоимости, а является нарушением гражданского или валютного, но не таможенного законодательства и декларантом представлены документы, подтверждающие факт оказания услуг перевозки и содержащих полную информацию, необходимую для определения таможенной стоимости по цене сделки (первый метод). 

В инвойсе №3158 и акте №3158 указана сумма 1 475 USD за перевозку 1 контейнера (GLDU2952813).

Сумма в заявлении на перевод иностранной валюты №23, представленном в Таможню, составляет 85 800 USD. Получатель – Fastlagen Handelsbolag (экспедитор).

Указанная сумма уплачена за оказание услуг в рамках договора на экспедиционное обслуживание товаров по нескольким ДТ (а не только одного контейнера по спорной ДТ). Таким образом, Общество подтвердило расходы на транспортно-экспедиционное обслуживание в рамках спорной ДТ. 

	Тот факт, что сумма, указанная в заявлении на перевод в отношении всего контракта, отличается в большую сторону от суммы, указанной в инвойсе экспедитора по спорной ДТ, не отменяет ни факта экспедирования товара в рамках данной ДТ, ни факта согласования сторонами стоимости услуг. 

Следовательно, несоответствие между ценами не свидетельствует о недостоверности заявленных сведений о таможенной стоимости, поскольку не влияет на величину понесенных транспортных расходов декларанта.

Общество по запросу таможни представило  формулу для расчета цены реализации и   калькуляцию цены реализации товара, которая содержит подпись управляющего ООО "Оил Партнерс» Силантьева И.В. и печать ООО "Оил Партнерс".     

Таможня посчитала установленным факт декларирования «идентичного товара» в количестве 66 000 кг по ДТ №10012020/220219/0018610 (контракт NADK-050517 от 05.05.2017г., инвойс №309900080 от 04.01.2019, счет-фактура №KL00004350 от 21.02.2019), таможенная стоимость которого принята таможенным органом в размере 6 642 620,22 руб., в связи с чем, таможенная стоимость товара, ввезенного по спорной ДТ, определена Таможней в размере 2 113 560,98 руб.

Однако в качестве основы для корректировки таможенной стоимости таможней использована ценовая информация из ДТ иного участника внешнеэкономической деятельности (товар ввозился иным декларантом, не ООО "Оил Партнерс"), следовательно, указанные документы (ДТ №10012020/220219/0018610, контракт NADK-050517 от 05.05.2017, инвойс №309900080 от 04.01.2019, счет-фактура №KL00004350 от 21.02.2019) отсутствуют в распоряжении Декларанта и он не мог ознакомиться с их содержанием. 

При корректировке таможенной стоимости товара Таможенному органу необходимо учитывать страну отправления, условия поставки, вес товара, производителя товара, его репутацию на рынке сбыта продукции, торговую марку и другие условия, поскольку они существенно влияют на таможенную стоимость ввозимого товара.

Кроме того, на формирование рыночной цены товара может оказывать влияние система факторов, в том числе: технические, функциональные и качественные характеристики товара, коммерческие условия сделки, налоги страны импорта, и прочие. Эти причины могут привести к объективным расхождениям в уровне цен на один и тот же товар.

Доказательств проведения Таможней сравнительного анализа условий поставок не представлено.

При таких обстоятельствах, декларация №10012020/220219/0018610, использованная Таможней в качестве аналога, не может быть применена для расчета таможенной стоимости 

Далее, по ДТ №10012020/220819/0101056 декларантом в таможенный орган представлен внешнеторговый контракт №SD20180604 от 06.04.2018, в соответствии, с условиями которого ассортимент, количество, цена товара и условия поставки каждой партии товара определяются сторонами в приложениях (Sales Contracts). 

То есть указанный контракт является рамочным, условия поставки каждой партии согласуются в Sales Contracts.

Одновременно с контрактом Общество предоставило в таможенный орган Sales Contract OIL/2G/2019 от 14.05.2019 с переводом на русский язык (документы предоставлены 18.10.2019 в ответ на запрос Таможни б/н от 23.08.2019).

В предоставленном Sales Contracts указан размер конкретной партии товара, ввезенного по спорной ДТ, а также условия поставки данной партии (партия: 506 тонн по цене 1 000 USD/тонна), а не общее количество товара.

На первой странице Sales Contract OIL/2G/2019 указан следующий порядок оплаты: «30 days after vessel arrived to POD». Такой же порядок указан и на 2 странице Sales Contracts OIL/2G/2019.

В копии Sales Contract OIL/2G/2019 (перевод на русский язык), содержится аналогичное условие оплаты «Банковский перевод через 30 дней после прибытия в порт назначения» (первая страница).

На второй странице перевода ошибочно указано «Банковский перевод через 30 дней после отгрузки». 

Однако в пункте 9.4 рамочного контракта №SD20180604 от 06.04.2018 стороны пришли к соглашению о том, что в случае выявления разночтений между редакцией на русском языке и редакцией на английском языке, стороны руководствуются редакцией на английском языке. 

Обществом представлено дополнительное соглашение №4 к контракту №SD20180604   о продлении срока оплаты товара, поставляемого по Sales Contract OIL/2G/2019  (75 дней с даты прибытия в порт назначения). 

Указание один раз в тексте дополнительного соглашения №4  иной даты контракта- основания поставки №SD20180604 (06.04.2019 вместо 06.04.2018) является исключительно технической ошибкой. При этом из содержания дополнительного соглашения, а также из его наименования, прямо следует, что оно относится к спорной поставке вопреки доводам Таможни (в нем указан номер контракта и Sales Contract).

Довод таможенного органа о том, что дополнительное соглашение №4 не указывалось в графе 44 ДТ и в графе 5 ДТС-1 подлежит отклонению, поскольку в соответствии с положениями таможенного законодательства на заявителя не возлагается обязанность по предоставлению данного документа при декларировании товара. Дополнительное соглашение к спецификации о продлении срока оплаты товара не относится к документам, подтверждающим сведения, заявленные в ДТ, в том числе стоимость товара (часть 1 статьи 108 ТК ЕАЭС). 

Дополнительное соглашение №4 было предоставлено по запросу таможенного органа (18.10.2019  в ответ на запрос б/н от 23.08.2019), следовательно, данный документ имелся в распоряжении таможни на момент проверки документов. При этом Таможенный орган не обосновал, каким образом непредставление указанного Дополнительного соглашения непосредственно при декларировании товара повлияло на структуру таможенной стоимости товара. 

Обществом также  были представлены заявление на перевод №232 от 28.10.2019 на сумму 47 000 USD в счет оплаты по Sales Contract OIL/2G/2019; заявление на перевод №231 от 22.10.2019 на сумму 50 610 USD в счет оплаты по двум Sales Contracts: OIL/10С/2019 и OIL/2G/2019; инвойс №309929652 от 13.07.2019 на сумму 44 000 долларов США, инвойс №309929651 от 13.07.2019   на сумму 44 000 долларов США.

Sales Contract OIL/10С/2019 и инвойс №309929600 от 06.07.2019 Обществом не были представлены, поскольку они не относятся к спорной поставке. 

По спорной ДТ поставка осуществляется в соответствии с инвойсом №309929652 от 13.07.2019.

Общество представило в таможенный орган платежные документы, подтверждающие факт оплаты товара на сумму 44 000 USD (инвойс №309929652 от 13.07.2019, заявления на перевод иностранной валюты №232 от 28.10.2019 и №231 от 22.10.2019, а также выписку по счету от 28.10.2019 и 22.10.2019, оборотно-сальдовую ведомость по счету ГТД за август-сентябрь 2019, а также прайс-лист Продавца б/н от 14.05.2019 с переводом.

Тот факт, что сумма, указанная в заявлении на перевод иностранной валюты по нескольким счетам отличается в большую сторону от суммы, указанной в инвойсе по спорной ДТ, не отменяет факта согласования стоимости товара и его оплаты в рамках спорной ДТ. 

Такой порядок оплаты обусловлен тем, что по рамочному контракту №SD20180604 от 06.04.2018 сторонами осуществляются постоянные поставки товара в больших объемах, в связи с чем, стороны учитывают оплаты по поставкам на условиях ФИФО. По методу ФИФО оплаты (в том числе частичные) учитываются в хронологическом порядке,  то есть сначала учитывается оплата первой по времени поставки, остаток учитывается в счет следующей по времени поставки. 

Несоответствие между ценами в инвойсе и в заявлении на перевод не свидетельствует о недостоверности заявленных сведений о таможенной стоимости товара.

Общество по запросу таможни представил о формулу для расчета цены реализации и  калькуляцию цены реализации товара, которая содержит подпись управляющего ООО "Оил Партнерс" Силантьева И.В. и печать ООО "Оил Партнерс".

Таможня посчитала  установленным  факт декларирования  идентичного товара  в количестве 88 000 кг по ДТ №10216170/290719/00134973 (контракт OOE/1E2019 от 23.04.2019, инвойс №309929503 от 19.06.2019), таможенная стоимость которого принята таможенным органом в размере 7 086 035,10 руб., в связи с чем, таможенная стоимость товара, ввезенного по спорной ДТ, определена Таможней в размере 3 543 017,55 руб.

Однако в качестве основы для корректировки таможенной стоимости Таможней использована ценовая информация из ДТ иного участника внешнеэкономической деятельности (товар ввозился иным декларантом, не ООО "Оил Партнерс»). 

Доказательств проведения Таможней сравнительного анализа условий поставок не представлено.

При таких обстоятельствах, декларация №10216170/290719/00134973, использованная Таможней в качестве аналога, не может быть применена для расчета таможенной стоимости 

Таким образом, суд апелляционной инстанции   приходит к выводу о том, что  Таможней в решениях о внесении изменений в сведения, заявленные в декларациях на товары №№ 10012020/220819/0101056, 10012020/220819/0101082, 10012020/220419/0045295 не приведены достаточные доводы, исключающие возможность применения заявленного Обществом метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами, а, соответственно, не доказана правомерность произведенной таможенным органом корректировки заявленной Обществом в спорных ДТ таможенной стоимости товаров и требования Общества в этой части подлежат удовлетворению.

Что касается требования Общества в части неправомерного не предоставления тарифных преференций, то суд апелляционной инстанции полагает, что они удовлетворению не подлежат на основании следующего.

Решением Совета Евразийской экономической комиссии от 14.06.2018 N 60 утверждены Правила определения происхождения товаров из развивающихся и наименее развитых стран (далее - Правила N 60).

В силу пункта 30 Правил N 60, в подтверждение происхождения товара в целях предоставления тарифных преференций представляется оригинал сертификата о происхождении товара.

В соответствии с пунктом 22 Правил товар пользуется режимом тарифных преференций на территориях государств сторон, если он соответствует критериям происхождения, установленным Правилами, а также если:

1) товар ввозится на основании договора (контракта) между импортером и резидентом из развивающейся или наименее развитой страны, на которую распространяется тарифный преференциальный режим;

2) в таможенные органы страны ввоза представлен сертификат происхождения товаров формы "А", заполненный (оформленный) в соответствии с требованиями к его заполнению (оформлению), приведенными в Приложении 2 к Правилам на бумажном носителе в напечатанном виде на английском или французском языке;

3) соблюдается условие прямой поставки товаров, подтвержденное документами;

4) государством стороны соблюдены требования по административному сотрудничеству, предусмотренные разделом VI Правил.

Подпунктом 1 пункта 48 раздела VI Правил установлено, что страны-пользователи направляют в Евразийскую экономическую комиссию (далее - Комиссия) наименования и адреса уполномоченных органов (организаций) и оригиналы образцов их оттисков печатей (в 6 экземплярах) с указанием даты начала их применения. Оттиски печатей должны быть отчетливыми для целей проведения идентификации на предмет их подлинности.

В соответствии с пунктом 53 раздела VI Правил страны-пользователи информируют Комиссию о любых изменениях в информации, указанной в пункте 48 Правил, и представляют уточняющие сведения о таких изменениях, в том числе указывают дату начала применения новых печатей, а также представляют пояснения, взамен каких ранее направленных образцов оттисков печатей они представлены.

Пунктом 56 раздела VI Правил также установлено, что тарифные преференции не предоставляются в отношении товаров, происходящих из стран-пользователей, которые не представили информацию, предусмотренную пунктами 48 и 53 Правил, либо представили информацию, не отвечающую требованиям, предусмотренным указанными пунктами Правил.

Судом первой инстанции установлено и материалами дела подтверждается, что в представленных Обществом сертификатах в графах 11 расположены оттиски комбинированных печатей, состоящие из 2 элементов: круглый элемент - печать "OF INTERNATIONAL TRADE AND INDUSTRY * MINISTRY* /MALASIA/" и элемент, содержащий имя и фамилию должностного лица уполномоченного органа. Данный вид оттисков комбинированных печатей, расположенных в графе 11 сертификатов отсутствует в картотеке сравнительных образцов Российской национальной системы преференций.

Однако данный вид оттисков комбинированных печатей, расположенных в графе 11 сертификатов, отсутствует в картотеке сравнительных образцов Российской национальной системы преференций, в связи, с чем отклоняются доводы заявителя о не проведении таможней сравнительных исследований образцов (ввиду отсутствия предмета сравнения)

Кроме того, получение образцов оттисков печатей компетентных органов развивающихся и наименее развитых стран по инициативе страны ввоза, которая предоставляет тарифный преференциальный режим в целях содействия экономическому развитию таких стран, Правилами не предусмотрено. Обязанность по направлению образцов оттисков печатей возложена Правилами на страну - пользователя системой тарифных преференций.

Таким образом, апелляционный суд соглашается с выводами суда первой инстанции о законности отказа Таможни на основании пункта 56 Правил №60 в восстановлении тарифных преференций.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции полагает, что заявленные Обществом требования в части обязания Таможню возвратить Обществу излишне взысканные таможенные платежи, пени и НДС в размере 314 356 рублей 76 копеек по ДТ №№ 10012020/220819/0101056, 10012020/220819/0101082, 10012020/220419/0045295   подлежат удовлетворению (возражений по сумме дополнительно уплаченных таможенных платежей Таможней не представлено).

Учитывая изложенное, решение суда первой инстанции от 05.11.2020 следует отменить в части отказа в удовлетворении требований Общества об обязании Таможню возвратить Обществу излишне взысканные таможенные платежи, пени и НДС по спорным ДТ в размере 314 356 руб. 76 коп., с вынесением по делу нового судебного акта об удовлетворении требований Общества в данной части.

В остальной части решение суда от 05.11.2020 подлежит оставлению без изменения, а апелляционную жалобу Общества оставлению без удовлетворения.

Обществом в суд первой инстанции также было представлено заявление (с учетом уточнения) о взыскании с Таможни судебных расходов, связанных с рассмотрением настоящего дела в суде первой инстанции, в общей сумме 96 700 рублей.

В подтверждение понесенных расходов заявителем представлены в материалы дела следующие документы (в копиях): договор № 664/2020 от 30.07.2020 на оказание юридических услуг, заключенный Обществом (заказчик) и ООО "Юридическая компания "Венида" (исполнитель), в соответствии с которым исполнитель по поручению заказчика обязуется оказать платные юридические услуги по представлению интересов заказчика в рамках дела о признании незаконным решения Калининградской областной таможни об отказе внесения изменений в сведения, заявленные в ДТ №№ 10012020/220819/0101056, 10012020/220819/0101082, 10012020/220419/0045295, возместить судебные расходы: подготовить и подать соответствующее заявление, а также комплект необходимых документов в Арбитражный суд Калининградской области (пункт 1.1 договора). 

В соответствии с пунктом 1.2 договора исполнитель (при необходимости) осуществляет представление интересов заказчика в судебных заседаниях Арбитражного суда Калининградской области при рассмотрении заявления по первой инстанции. 

Стоимость услуг, оговоренных в пункте 1.1 договора, составляет 50 000 рублей (пункт 3.1 договора). В случае необходимости представления интересов заказчика в судебных заседаниях Арбитражного суда Калининградской области, стоимость соответствующих услуг не включается в цену, указанную в пункте 3.1 договора и составляет 60 000 рублей за каждое судебное заседание; в случае участия в судебном заседании посредством использования систем видео-конференц-связи стоимость участия в одном заседании по делу составляет 15 000 рублей за каждое заседание (пункт 3.2 договора).

В подтверждение факта оказания услуг по договору № 664/2020 от 30.07.2020 и их оплаты Обществом представлены: счет № 147 от 30.07.2020 на сумму 50 000 рублей, платежное поручение №26 от 04.08.2020 на сумму 50 000 рублей, трудовой договор от 22.06.2015 между ООО "Юридическая компания "Венида" и Мигуновой А.С.

2) договор № 08/2020 от 14.09.2020 на оказание юридических услуг, заключенный Обществом (заказчик) и ИП Клементьевым П.В. (исполнитель), в соответствии с которым исполнитель по поручению заказчика обязуется оказать платные юридические услуги по представлению интересов заказчика в рамках дела N А21-8151/2020, а именно: представление интересов заказчика в Арбитражном суде Калининградской области при рассмотрении дела по первой инстанции (пункт 1.1 договора). Стоимость услуг, предусмотренных пунктом 1.1 договора, составляет 20 000 рублей за каждое заседание (пункт 3.1 договора). В соответствии с пунктом 3.3 договора командировочные расходы, связанные с исполнением договора, а именно расходы, в которые входят транспортные расходы (стоимость билета на самолет, поезд), стоимость проживания в отеле/гостинице, в сумму вознаграждения не входят и подлежат оплате заказчиком на основании представляемых исполнителем документов, подтверждающих фактические затраты.

В подтверждение факта оказания услуг по договору № 08/2020 от 14.09.2020  и их оплаты Обществом представлены: счет N 31 от 18.09.2020 на сумму 20 000 рублей, платежное поручение N 229 от 22.09.2020 на сумму 20 000 рублей.

Также Обществом представлен счет N 32 от 21.09.2020 на сумму 6 700 рублей - компенсация расходов представителя по договору N 8/2020 от 14.09.2020; платежное поручение N 230 от 22.09.2020 на сумму 6700 рублей, кассовый чек N 402 от 18.09.2020 и электронный авиабилет на имя Клементьева П. (перелет Санкт-Петербург - Калининград - Санкт-Петербург).

Таким образом, материалами дела подтверждается факт несения Обществом расходов, связанных в рассмотрением настоящего дела в суде первой инстанции, в общей сумме 96 700 рублей.

Материалами дела подтверждается, что представитель Общества в рамках исполнения обязательств по договору № 664/2020 от 30.07.2020 подготовил и представил заявление с приложенными документами, заявление о взыскании судебных расходов, ходатайство об увеличении судебных расходов; ходатайства об участии в судебных заседаниях путем использования систем видео-конференц-связи.

При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что материалами дела не подтверждается участие представителя Общества в рамках исполнения обязательств по договору № 664/2020 от 30.07.2020  в судебных заседаниях суда первой инстанции путем использования систем видео-конференц-связи (в протоколах судебного заседания от 23.09.2020 и от 28.10.2020 не указано, что заседание проведено с использованием средств видео-конференц-связи).

Представитель ИП Клементьев П.В. в рамках исполнения договора N 08/2020 от 14.09.2020 участвовал в судебных заседаниях суда первой инстанции 23.09.2020 и  28.10.2020.

Согласно статье 101 АПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

К судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде (статья 106 АПК РФ).

В соответствии с частью 2 статьи 110 АПК РФ расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 13 Постановления Верховного суда Российской Федерации от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" (далее - Постановление Пленума ВС РФ от 21.01.2016 N 1) разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства. Разумность судебных издержек на оплату услуг представителя не может быть обоснована известностью представителя лица, участвующего в деле.

Как указано в пункте 11 Постановления Пленума ВС РФ от 21.01.2016 N 1, разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ).

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 25.02.2010 N 224-О-О, от 20.10.2005 N 355-О, суд обязан создавать условия, при которых соблюдался бы необходимый баланс процессуальных прав и обязанностей сторон. Обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации. Именно поэтому в части 2 статьи 110 АПК РФ речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле.

Таким образом, при рассмотрении вопроса о взыскании судебных расходов, суд обязан оценить соразмерность и разумность расходов, а также баланс интересов сторон. Для установления критерия разумности рассматриваемых расходов суд оценивает их соразмерность применительно к условиям договора на оказание услуг, характера услуг, оказанных в рамках этого договора для целей восстановления нарушенного права.

Разумность пределов судебных издержек на возмещение расходов по оплате услуг представителя является оценочной категорией и конкретизируется с учетом правовой оценки фактических обстоятельств рассмотрения дела.

Оценив представленные документы и доводы сторон, принимая во внимание характер спора, объем оказанных Обществу юридических услуг при рассмотрении настоящего дела в суде первой инстанции, а также принцип разумности понесенных Обществом судебных расходов применительно к настоящему делу, с учетом объема и сложности выполненной представителями Общества работы, времени, которое мог бы затратить на подготовку материалов квалифицированный специалист, продолжительности рассмотрения и степени сложности дела, принимая во внимание, что требования Общества удовлетворены судом апелляционной инстанции частично, а также учитывая доводы Таможни о чрезмерности заявленных Обществом ко взысканию судебных расходов, суд апелляционной инстанции считает обоснованным и разумным взыскание с Таможни в пользу Общества судебных расходов на оплату услуг представителя в связи с рассмотрением настоящего дела в суде первой инстанции в размере 30 700 рублей и 6700 транспортные расходы.

По мнению суда апелляционной инстанции, указанная сумма судебных расходов на оплату услуг представителей является соразмерной объему и качеству оказанных Обществу юридических услуг с учетом результатов рассмотрения дела и отвечает критерию разумности (часть 2 статьи 110 АПК РФ). В остальной части заявленных Обществом требований о взыскании судебных расходов на оплату услуг представителя надлежит отказать.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ с Таможни в пользу Общества также подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлины за рассмотрение дела в судах первой и апелляционной инстанций в размере 4 500 руб.

Руководствуясь статьями 269-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда  Калининградской области  от 05.11.2020 по делу №  А21-8151/2020  отменить в части.

Обязать Калининградскую областную таможню устранить допущенные нарушения прав и законных интересов общества с ограниченной ответственностью "Оил Партнерс" путем возврата таможенных платежей, пени и НДС в размере 314 356 рублей 76 копеек.

В остальной части решение Арбитражного суда  Калининградской области  от 05.11.2020 по делу №  А21-8151/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с Калининградской областной таможни в пользу общества с ограниченной ответственностью "Оил Партнерс" 36 700 рублей расходов по оплате услуг представителя.

В удовлетворении остальной части заявленных обществом с ограниченной ответственностью "Ойл Партнерс" требований о взыскании судебных расходов на оплату услуг представителя отказать.

Взыскать с Калининградской областной таможни в пользу общества с ограниченной ответственностью "Ойл Партнерс" 4500 рублей расходов по оплате государственной пошлины за рассмотрение дела в судах первой и апелляционной инстанций.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий

О.В. Фуркало

Судьи

М.И. Денисюк

 Л.В. Зотеева