ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-16793/2021

город Ростов-на-Дону

15 февраля 2022 года

15АП-130/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 08 февраля 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 15 февраля 2022 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Илюшина Р.Р.,

судей Н.В. Нарышкиной Т.Р. Фахретдинова, 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии: 

от истца: представитель ФИО2 по доверенности от 12.05.2021,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу

закрытого акционерного общества «Росина» в лице законного представителя ФИО3 

на решение Арбитражного суда Ростовской области 

от 07.12.2021 по делу № А53-16793/2021 

по иску закрытого акционерного общества «Росина» в лице законного представителя ФИО3 

к индивидуальному предпринимателю ФИО4, обществу с ограниченной ответственностью «Милтон Лигал», 

при участии третьих лиц: ФИО5, конкурсного управляющего ФИО5 - ФИО6, 

о признании недействительным договора поручительства,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратился в Арбитражный суд Ростовской области с иском к закрытому акционерному обществу «Росина» и индивидуальному предпринимателю ФИО4 о признании договора поручительства от 14.01.2020 к договору займа от 20.04.2017, заключенного между ФИО4 и ФИО5 недействительным. 

Определением от 31.05.2021 Арбитражный суд Ростовской области определил считать закрытое акционерное общество «Росина» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) истцом по делу, а ФИО3 – его законным представителем.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО5 и конкурсный управляющий ФИО5 - ФИО6.

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 07.12.2021 в иске отказано.

Решение мотивировано тем, что поскольку ФИО4 уступил право требования по договору поручительства от 14.01.2020 обществу "Милтон-Лигал", надлежащим ответчиком по делу следует считать общество "Милтон-Лигал". Поскольку истец требования к каждому из ответчиков не уточнил, суд отклонил требования истца к ФИО4 как обращенные к ненадлежащему ответчику. 

Закрытое акционерное общество «Росина» в лице законного представителя ФИО3 обжаловало решение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ, и просило решение отменить, принять по делу новый судебный акт, исковые требования удовлетворить.

В обоснование жалобы истец привел следующие доводы:

- надлежащим ответчиком по требованию о признании договора недействительным  является сторона заключенного договора поручительства, переход права требования не изменил субъектного состава недействительной сделки;

- ФИО5 заключил спорный договор от имени общества в обеспечение исполнения собственных обязательств перед ФИО4, которому, в свою очередь, было известно, что на момент заключения договора поручительства обязательство ФИО5 по договору займа не было исполнено. Соответственно, ФИО4 было известно о том, что сделка заключается в ущерб интересам общества;

- ФИО4 не предпринял разумных мер для исследования вопроса возможности заключения данного договора от имени общества и необходимости одобрения данной сделки;

- оспариваемой сделкой причинен ущерб обществу, в отношении ФИО5 введена процедура банкротства (дело №А53-28569/2020).

В судебном заседании представитель истца поддержала доводы апелляционной жалобы, просила решение отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.

Ответчики и третьи лица явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте его проведения извещены надлежащим образом. Апелляционная жалоба рассмотрена в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие представителей указанных лиц. 

Проверив материалы дела,  обсудив доводы жалобы, заслушав представителя истца,  апелляционная коллегия пришла к следующим выводам. 

Как видно из материалов дела, ФИО3 является акционером закрытого акционерного общества «Росина», владеющим 9,999478% акций, что подтверждается выпиской из реестра акционеров общества. 

ФИО3 стало известно о том, что между ФИО4 и закрытым акционерным обществом «Росина» в лице генерального директора ФИО5  заключен договор поручительства от 14.01.2020 к договору займа от 20.04.2017, заключенного между ФИО4 и ФИО5, в соответствии с п. 1.1 которого ЗАО «Росина», выступающее поручителем, обязуется отвечать всем своим имуществом перед кредитором ФИО4 за исполнение ФИО5 (должник) обязательств по договору займа денежных средств от 20.04.2017, заключенному между кредитором и должником. 

В соответствии с п. 1.2, п. 1.3 договора поручительства поручитель подтверждает, что он ознакомлен с условиями договора займа. 

Поручитель несет солидарную с должником ответственность и отвечает перед кредитором в том же объеме, как и должник. 

Указанные сведения стали известны истцу из поступившего в марте 2021 года в ЗАО «Росина» требования ФИО4 к поручителю об исполнении обязательств должника ФИО5 по договору займа от 20.04.2017 между ФИО4 и ФИО5 

Из указанного требования следует, что 20.04.2017  заключен договор займа, по условиям которого ФИО4 переданы ФИО5 в долг денежные средства в размере 1 800 000 рублей сроком до 01.11.2017, а заемщик обязуется возвратить в обусловленный срок сумму денег в размере 2 160 000 руб. 

Как следует из поступившего в ЗАО «Росина» требования, до настоящего времени ФИО5 обязательства по договору займа денежных средств от 20.04.2017 не исполнил в полном объеме, задолженность ФИО5 по договору займа состоит из суммы долга по договору займа денег от 20.04.2017 в размере 2 160 000 руб., неустойки в размере 771 120 руб., расходов по оплате государственной пошлины в размере 22 855,60 руб. 

Указанная задолженность определена по решению Матвеево-Курганского районного суда Ростовской области от 04.12.2018. 

На основании указанных обстоятельств ФИО4 потребовал от ЗАО «Росина» оплаты задолженности в срок до 15.04.2021. 

Общая сумма задолженности составила 2 953 975,60 рублей. 

ФИО3 считает, что заключенный между ФИО4 и ЗАО «Росина» в лице генерального директора ФИО5 договор поручительства от 14.01.2020 к договору займа от 20.04.2017, является недействительным, поскольку общее собрание акционеров ЗАО «Росина» по вопросу о совершении спорной сделки не проводилось, о спорной сделке истец узнал после получения обществом требования ФИО4, оспариваемая сделка заключена с существенным нарушением требований закона, указанная сделка влечет причинение убытков обществу в размере 2 953 975,60 руб. 

Претензия ФИО3 от 31.03.2021 о принятии мер, направленных на прекращение недействительной сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, оставлена без ответа, что и послужило основанием для обращения истца в суд. 

31.05.2021 между ФИО4 и ООО "Милтон Лигал" заключен договор уступки права требования, по которому ФИО4 передал, а ООО "Милтон Лигал" приняло для целей взыскания право требования возврата займа по договору от 20.04.2017, заключенному между ФИО4 (займодавец) и ФИО5 (заемщик).

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении требований, указал на то, что истец не уточнил требования к каждому из ответчиков, надлежащим ответчиком суд признал ООО "Милтон Лигал".

Между тем  суд первой инстанции не учел следующее. 

В соответствии с п. 1,2 ст. 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

В пункте 1 статьи 390 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что цедент отвечает перед цессионарием за недействительность переданного ему требования, но не отвечает за неисполнение этого требования должником, за исключением случая, если цедент принял на себя поручительство за должника перед новым кредитором.

Пунктом 3 названной статьи установлено, что при нарушении цедентом, в частности, вышеупомянутых правил цессионарий вправе потребовать от цедента возврата всего переданного по соглашению об уступке, а также возмещения причиненных убытков.

Как разъяснил Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 1 информационного письма от 30.10.2007 № 120, недействительность требования, переданного на основании соглашения об уступке права (требования), не влечет недействительности этого соглашения. Передача недействительного требования рассматривается как нарушение цедентом своих обязательств перед цессионарием, вытекающих из соглашения об уступке права (требования). При этом под недействительным требованием понимается как право (требование), которое возникло бы из обязательства при условии действительности сделки, так и несуществующее (например, прекращенное надлежащим исполнением) право.

Требование истца направлено на оспаривание договора поручительства от 14.01.2020, заключенного между закрытым акционерным обществом «Росина» и ФИО4.

Надлежащим ответчиком в данном случае является сторона сделки – ФИО4. 

В случае признания недействительным договора поручительства, ФИО4 будет отвечать перед обществом с ограниченной ответственностью «Милтон Лигал» в соответствии с вышеприведенными нормами права.

Кроме того, апелляционный суд отмечает, в рассматриваемом иске не заявлено требование о применении последствий признания сделки недействительной.

Таким образом, требование о признании сделки недействительной заявлено истцом в отношении надлежащего ответчика – ФИО4

В удовлетворении требований к ООО «Милтан Лигал» надлежит отказать.

Касательно существа спора, апелляционная коллегия полагает необходимым отметить следующее.

В силу пунктов 2 - 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора. 

Согласно пунктов 1, 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422). 

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Исходя из пункта 3 названной нормы лицо, от которого требуется разумность или добросовестность при осуществлении права, признается действующим разумно и добросовестно, пока не доказано обратное.

На основании пункта 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица. 

В пункте 93 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что указанной нормой предусмотрены два основания недействительности сделки, совершенной представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица (далее в этом пункте - представитель). 

По первому основанию сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать; о наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента; при этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения. По этому основанию сделка не может быть признана недействительной, если имели место обстоятельства, позволяющие считать ее экономически оправданной (например, совершение сделки было способом предотвращения еще больших убытков для юридического лица или представляемого, сделка хотя и являлась сама по себе убыточной, но была частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых юридическое лицо или представляемый получили выгоду, невыгодные условия сделки были результатом взаимных равноценных уступок в отношениях с контрагентом, в том числе по другим сделкам). 

По второму основанию сделка может быть признана недействительной, если установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов (например, утрате корпоративного контроля, умалении деловой репутации). 

Из пункта 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации" также следует, что для установления ничтожности договора на основании статей 10 и 168 ГК РФ необходимо установить факт недобросовестного поведения (злоупотребления правом) контрагента.

В Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.02.2014 № 14510/13 указано, что предоставление поручительства и залога при наличии корпоративных либо иных связей между поручителем, залогодателем и должником является обычной практикой, а установление обстоятельства личной заинтересованности участника/директора общества само по себе не может свидетельствовать о недействительности таких договоров.

ФИО3 утверждает, что оспариваемая сделка была совершена, очевидно, в ущерб интересам общества "Росина", имелся сговор между ФИО5 и ФИО4, ссылаясь на то, что уже на момент заключения спорного договора директору общества "Росина" ФИО5 и ФИО4 было известно, что основное обязательство, вытекающее из договора займа от 20.04.2017, не было исполнено ФИО5 и задолженность подтверждена решением суда общей юрисдикции. 

Как установлено судом, ФИО5 на момент заключения спорного договора являлся единоличным исполнительным органом общества " Росина", что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ. 

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что у ФИО4 отсутствовала обязанность проверять порядок заключения договора поручительства на его соответствие положениям Закона об акционерных общества о совершении сделок с заинтересованностью.

Суд не усмотрел в поведении ответчиков признаков недобросовестности, оспариваемая сделка не была направлена на нарушение прав и законных интересов общества или его акционеров, и, совершая ее, стороны (или одна из них) не намеревались реализовать и не реализовали какой-либо противоправный интерес.

Суд отметил, что согласно сложившейся судебной практике наличие корпоративных либо иных связей между поручителем (залогодателем) и должником объясняет мотивы совершения обеспечительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.02.2014 № 14510/13). По смыслу указанной позиции, отношения, обусловливающие наличие соответствующих мотивов, могут быть как юридически формализованными, так и фактическими. 

Сделки поручительства и залога обычно не предусматривают встречного исполнения со стороны кредитора в пользу гарантирующего лица (поручителя или залогодателя). Поэтому не имелось повода ожидать, что ФИО4 должен был заботиться о выгодности спорных сделок для общества и его акционеров.

Судом не были установлены неблагоприятные последствия для общества. Экономическая нецелесообразность спорного договора не подтверждена. Доказательства обратного истец в дело не представил.

Апелляционный суд не может согласиться с данными выводами ввиду того, что спорный договор поручительства был заключен спустя год после вынесения решения Матвеево-Курганского районного суда Ростовской области от 04.12.2018, обязавшего ФИО5 выплатить долг по договору займа денег от 20.04.2017 в размере 2 160 000 руб., неустойку в размере 771 120 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 22 855,60 руб. 

С учетом данного обстоятельства, договор поручительства выступил в качестве самостоятельного обязательства выплатить уже неисполненное заемное обязательство ФИО5 

Апелляционный суд отдельно отмечает, что в отношении ФИО5 введена процедура конкурсного производства. 

Соответственно, действия ФИО5 при заключении спорной сделки были прямо направлены на исполнение своих личных обязанностей перед ответчиком за счет имущества общества, о чем ответчик заявил требование в 2021 году.

Поскольку поручитель несет солидарную ответственность перед кредитором, заключение данного договора следует признать направленным на причинение материального ущерба обществу.

ФИО4 было известно о неспособности ФИО5 исполнить обязательство по выплате долга и в данной ситуации вероятное нарушение прав иных участников общества было очевидно для обеих сторон договора поручительства.

В ситуации, когда лицо, оспаривающее совершенную со злоупотреблением правом сделку, представило достаточно серьезные доказательства и привело убедительные аргументы в пользу того, что стороны при ее заключении действовали недобросовестно, с намерением причинения вреда истцу в соответствии со статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, апелляционная коллегия полагает возможным признать действия ответчика злоупотреблением правом. 

С учетом изложенного, апелляционный суд приходит к выводу о том, что требования истца подлежат удовлетворению.

В соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации несоответствие выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела, является основанием для изменения или отмены решения арбитражного суда первой инстанции.

При таких обстоятельствах, оспариваемый судебный акт подлежит отмене.

Нарушений процессуального права, являющихся основанием для безусловной отмены судебного акта в соответствии с частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не допущено.

Руководствуясь статьями 258, 269 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Ростовской области от 07.12.2021 по делу № А53-16793/2021 отменить.

Признать договор поручительства от 14.01.2020, заключенный между закрытым акционерным обществом «Росина» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) и ФИО4, недействительным.

В иске к обществу с ограниченной ответственностью «Милтон Лигал» отказать.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в течение двух месяцев со дня принятия через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий Р.Р. Илюшин

СудьиН.В. Нарышкина

Т.Р. Фахретдинов