Арбитражный суд Хабаровского края

<

...>, www.khabarovsk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А73-16296/2024

г. Хабаровск

21 апреля 2025 года

Резолютивная часть судебного акта объявлена 10 апреля 2025 года

Арбитражный суд Хабаровского края в составе судьи Рюмина Р.В.

при ведении протокола секретарём судебного заседания Бурюкиной А.С.

рассмотрев в судебном заседании исковое заявление общества с ограниченной ответственностью «Восточный дом» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>)

к ФИО1 (ИНН: 

<

***>), ФИО2 (ИНН: 

<

***>), ФИО3 (ИНН: 

<

***>)

о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «СК «Дюна» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>; адрес: 680000, 

<

...>) и взыскании солидарно денежные средства в размере 875 580 руб. 02 коп.

лица участвующие в деле не явились,

У С Т А Н О В И Л:

Общество с ограниченной ответственностью «Восточный дом» (далее – заявитель) обратилось в Арбитражный суд Хабаровского края с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «СК «Дюна» (далее – должник, ООО «СК «Дюна»), просило утвердить временным управляющим из числа членов Ассоциации «Национальная организация арбитражных управляющих» (адрес нахождения: 

<

...>, почтовый адрес: 101000, г. Москва, а/я 820, info@sroarbitr.ru).

Определением Арбитражного суда Хабаровского края от 14.07.2023 возбуждено производство по делу о банкротстве должника.

Определением Арбитражного суда Хабаровского края от 24.08.2023 производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «СК «Дюна» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) № А73-10877/2023 прекращено на основании абзаца 8 пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве.

Общество с ограниченной ответственностью «Восточный дом» обратилось в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1, ФИО2, ФИО3 по обязательствам Общества с ограниченной ответственностью «СК «Дюна» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) перед обществом с ограниченной ответственностью «Восточный дом» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) и взыскании с них солидарно денежных средств в размере 875 580,02 руб.

Определением суда от 17.09.2024 заявление принято к производству, назначено к рассмотрению в предварительном судебном заседании на 22.10.2024. Этим же определением общество с ограниченной ответственностью «СК «Дюна» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) привлечено к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на стороне ответчика.

Определениями от 22.10.2024, от 28.11.2024 предварительное судебное заседание откладывалось в порядке ст. 158 АПК РФ в целях надлежащего уведомления ответчиков.

Определением от 13.01.2025 дело назначено в судебное заседание.

Впоследствии судебное заседание в порядке статьи 158 АПК РФ судебное заседание откладывалось в целях предоставления дополнительных документов и пояснений сторонами, истребования доказательств.

В ходе рассмотрения дела истец настаивал на удовлетворении требований ссылаясь на обстоятельства того, что должником не были исполнены обязательства, установленные судебным актом. При этом, в ходе деятельности должника производился систематический вывод денежных средств в период с апреля 2017 года по июль 2019 г., представлен анализ всех счетов должника, включая снятия средств в подотчёт заинтересованными лицами, перечисления в интересах заинтересованных лиц. Указывает, что должник в данный период обладал свободными средствами для расчёта с кредиторами, в том числе, с истцом, однако, никаких действий для расчётов не предпринял.

Участвующие в деле лица, уведомлённые в порядке статей 121-123 АПК РФ, в судебное заседание не явились, заявление рассмотрено в их отсутствие в порядке ст. 156 АПК РФ.

Исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства, доводы участвующих в деле лиц, арбитражный суд пришёл к следующим выводам.

Согласно части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), пункту 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 61.19 Закона о банкротстве если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 настоящего Федерального закона и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 настоящего Федерального закона, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.

В соответствии с разъяснениями пункта 16 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2021), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 10.11.2021, если производство по делу о банкротстве прекращено ввиду отсутствия средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур банкротства (абзац восьмой п. 1 ст. 57 Закона о банкротстве), то на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом (до введения первой процедуры банкротства) заявитель по делу о банкротстве, задолженность перед которым подтверждена вступившим в законную силу судебным актом, вправе предъявить требование о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц вне рамок дела о банкротстве.

Как следует из материалов дела, общество с ограниченной ответственностью «Строительная компания «Дюна» зарегистрировано Едином государственном реестре юридических лиц 04.08.2008.

Решением Арбитражного суда Хабаровского края от 16 сентября 2020 года по делу № А73-6421/2020, на основании которого с ООО «СК «Дюна» в пользу ООО «Восточный дом» взыскана задолженность в сумме основного долга 367 150 руб. 70 коп., неустойку в сумме 367 150 руб. 70 коп., всего 734 301 руб. 40 коп., а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 17 686 руб. и оплате услуг представителя в сумме 25 000 руб.

Постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 08 декабря 2020 года №06АП-5862/2020 Решение Арбитражного суда Хабаровского края от 16 сентября 2020 года по делу № А73-6421/2020 в обжалуемой части оставлено без изменения, апелляционная жалоба – без удовлетворения.

Судебными  актами установлено и следует из материалов электронного дела, что 09.01.2019 между ООО «Восточный дом» (поставщик, истец) и ООО «Строительная компания «Дюна» (покупатель, ответчик ООО «СК «Дюна») заключен договор поставки строительных материалов № 1/01-09, по условиям которого поставщик обязуется поставлять, а покупатель обязуется принимать и оплачивать строительные материалы (товар).

Пунктом 2.1 Договора поставка товара осуществляется по срокам указанным в спецификациях.

Согласно пункту 3.1 договора цена и конкретная форма оплаты стоимости товара определяются приложениями к договору (Спецификация).

Пунктом 3.3 договора предусмотрено, что товар оплачивается покупателем согласно выставленным счетам по цене на момент отгрузки.

Поставщиком был поставлен покупателю товар на общую сумму 1 346 560 руб. 70 коп. по универсальным передаточным актам №4 от 11.01.2019, №65 от 01.04.2019, №71 от 03.04.2019, №72 от 05.04.2019, №78 от 16.04.2019, №84 от 18.04.2019, №100 от 08.05.2019, который принят покупателем без замечаний.

Покупателем произведена оплаты товара на сумму 979 410 руб., в том числе после направления истцом претензии в адрес ответчика исх. № 8 от 24.01.2020, в которой истец просил погасить образовавшуюся задолженность.

Таким образом, задолженность ответчика перед истцом составила 367 150 руб. 70 коп.

02.03.2021 кредитором получен исполнительный лист, на основании которого было возбуждено исполнительное производство №42760/21/27001-ИП от 18.03.2021 в ОСП по Центральному району г.Хабаровска. В ходе исполнительного производства взыскания денежных средств с должника не производилось, добровольно задолженность ООО «СК «Дюна» погашена не была, и 22.06.2021 исполнительное производство №42760/21/27001-ИП от 18.03.2021 было прекращено судебным приставом-исполнителем на основании п.3 ч.1 ст. 46 Закона «Об исполнительном производстве».

Задолженность ООО «СК «Дюна» перед ООО «Восточный дом» на момент обращения в суд с заявлением о банкротстве составляла 776 987 руб. 40 коп.

Определением Арбитражного суда Хабаровского края от 14.07.2023 по делу №А73-10877/2023 по заявлению ООО «Восточный дом» возбуждено производство по делу о банкротстве ООО «СК «Дюна».

Определением от 24.08.2023 производство по делу прекращено на основании абзаца 8 пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве.

Кредитор, обращаясь с заявление в арбитражный суд о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего должника лиц: ФИО1, ФИО2, ФИО3; по обязательствам ООО «СК «Дюна»  за период деятельности юридического лица с 2017 по 2019 годы, мотивирует его тем, что отсутствует полное погашение требований вследствие действий указанных лиц, которыми организация оставлена, произведён вывод денежных средств без погашения требований внешних кредиторов, что влечёт невозможность удовлетворения требований внешнего кредитора.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Применительно к пункту 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 номинальный и реальный руководители несут солидарно ответственность за причинение вреда кредиторам. Исключение может составлять лишь активная процессуальная позиция номинального руководителя, который опровергает реальный характер руководства и полностью раскрывает, предоставляя доказательства, фактического руководителя, что предоставляет номинальному руководителю право претендовать на частичное или полное снятие с него субсидиарной ответственности, в зависимости от характера обстоятельств спора.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несёт субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход (пункт 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

В силу презумпции, закрепленной в подпункте 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что отсутствие к моменту введения первой процедуры банкротства документов, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством об обществах с ограниченной ответственностью (их сокрытие, непредставление арбитражному управляющему, утвержденному в деле о банкротстве), связано с тем, что контролирующее должника лицо привело его своими противоправными деяниями в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов должника, причинило тем самым им вред и во избежание собственной ответственности скрывает следы содеянного. Как следствие, это лицо должно отвечать перед кредиторами должника (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.03.2024 № 303-ЭС23-26138, от 30.01.2020 № 305-ЭС18-14622(4,5,6)).

Таким образом, кредиторам, требующим привлечения к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица, не раскрывающего документы хозяйственного общества, необходимо и достаточно доказать состав признаков, входящих в соответствующую презумпцию, в частности: наличие и размер непогашенных требований к должнику; статус контролирующего должника лица; его обязанность по хранению документов хозяйственного общества; отсутствие (искажение) этих документов (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.04.2024 № 305-ЭС23-29091).

В настоящем случае, из материалов регистрационного дела следует, что ФИО1 (ИНН: 

<

***>) являлся учредителем и руководителем юридического лица. Вместе с тем, с 24.03.2017 произведено перераспределение долей участия между ФИО1 (83% доли) и ФИО3 (ИНН 

<

***>), который после вклада в уставный капитал обладал 17% доли участия. Также в данный период руководство организацией перешло ФИО3 вплоть до исключения юридического лица из ЕГРЮЛ 30.01.2025.

09.04.2017 100% долей участия после выхода и перераспределения доли – стало принадлежать ФИО3, также им произведена смена адреса деятельности организации на адрес: 

<

...>.

15.01.2019 ФИО2 (ИНН: 

<

***>) приобретены 83% долей участия, впоследствии, с 14.06.2019 объём доли увеличен до 100%.

В дальнейшем, 04.03.2022 доля участия передана ФИО4 (ИНН 

<

***>).

Материалы дела указывают, что периодом образования задолженности перед кредитором являлся период с 11.01.2019 по 08.05.2019, контроль над организацией в данный период принадлежал ФИО3 как руководителю и ФИО2 как учредителю. Также анализ счетов указывает, что деятельность в период руководства организацией ФИО1 являлась низкой, имелся незначительный объём баланса (3 760 тыс.руб. по итогам 2016 года), по итогам 2016 финансового года деятельность фактически не велась (непосредственно перед приобретением долей ФИО3

Таким образом, применительно к положениям статьи 61.10 Закона о банкротстве, исходя из периода образования долга перед кредитором, характера и степени участия в деятельности организации, материалами дела не подтверждается причинно-следственной связи между возникновением долга кредитора и последующей невозможности погашения его требований, с наличием статуса участника и руководителя у ФИО1 в период до января 2017 года. Аналогичные выводы указывают и отсутствие какого-либо участия в деятельности должника ФИО1 в последующих периодах.

Напротив же, после включения в состав участников и начала руководства организацией ФИО3, вплоть до конца 2021 года – деятельность компании характеризуется скачком в объёме активов и обязательств (29 247 тыс.руб. по окончанию 2017 года), значительным ростом оборотов (21 240 тыс.руб. выручки по итогам 2017 года), что свидетельствует о бизнес-активности.

Таким образом, в силу степени и характера корпоративного участия, наличия руководства организацией – именно ФИО3 и ФИО2 относятся прямо к контролирующим должника лицам, исходя из положений статьи 61.10 Закона о банкротстве.

Оценивая влияние и деятельность данных лиц, арбитражный суд учитывает, что в отличае от перехода корпоративного контроля в период передачи долей ФИО1 в пользу ФИО3, что также обуславливало и смену руководства компанией, ФИО2 смена руководства не производилась. ФИО3 выступал, согласно выпискам, лицом осуществлявшим прямое руководство организацией, что следует из материалов электронного дела № А73-6421/2020 и подписанных им как финансово-хозяйственных документов, так и отзыва и жалобы. Также выписки по счетам свидетельствуют, что как в пользу ФИО3, так и в пользу ФИО2 производилось перечисление денежных средств, в том числе в период 2020 года, включая снятие средств ФИО3 через банкоматы.

Также усматривается, что в период 2021 года производилось перечисление средств в пользу заинтересованных лиц обоих контролировавших должника лиц.

Арбитражный суд находит доводы заявителя о том, что в период после образования задолженности контролирующими должника лицами за счёт выручки от подрядной деятельности, которая предполагалась для разумно и добросовестно действовавшего руководителя и учредителя – направлению на нужды организации, включая расчёт за поставленные кредитором для осуществления подрядов товарно-материальные ценности; осуществлялся бесконтрольный и необоснованный вывод средств.

Так, согласно выписки по счёту в ПАО «Росбанк» №40702810846540000124 производились покупки картой, оформленной на ФИО3 (09.01.2019 в магазине ISHOP на сумму 74 990 руб.; 20.02.2019 в BAR DALEY на сумму 10 500 руб.; 21.02.2019 в A-Hotel Amur Bay на суму 8 400 руб.; 25.02.2019 в Azimut Hotel на сумму 2 100 руб.), то есть в личных интересах руководителя организации.

Арбитражным судом принимается во внимание материалы дела №А51-11308/2020, которые указывают, что деятельность должником в период 2019 года также осуществлялась в Приморском крае, что могло обуславливать траты в отношении Azimut Hotel, но в остальной части документы, раскрывающие затраты – не раскрыты и ничем не обусловлены.

Также, в период с 09.01.2019 по 02.07.2019 по указанному счёту с использованием банкоматов  произведено снятие наличных средств в общем объёме 5 287 000 руб., держателем карты являлся ФИО3 При этом, судом принимается во внимание, что оплата товаров, аренды и материалов, а равно выплата заработной платы в данный период имеет отдельные транзакции с соответствующими назначениями платежей, то есть спорные снятия средств не соотносятся с деятельностью должника и фактически являлись выводом части выручки организации.

Аналогично по указанном счёту, являвшемуся основным, производилось перечисление в качестве подотчётных средств в пользу как самого ФИО3, так и работников должника в период с 11.01.2019 по 27.06.2019 на общую сумму 2 586 953 руб. Никаких оправдательных документов о том, что спорные перечисления в пользу руководителя и работников находились под контролем руководителя, повлекли увеличение активов должника при приобретении активов или оплате задолженности, с учётом объёма перечислений – в материалы дела не представлено.

Судом усматривается из публичных источников, что ФИО3 также являлся руководителем и учредителем ООО «Строительная компания «Феникс» (ИНН 

<

***>), которая также после фактического прекращения деятельности после 2020 года была исключена из ЕГРЮЛ 08.11.2022, также была расположена по адресу: 

<

...>; имела аналогичные виды деятельности с должником по ОКВЭД.

По указанному основному счёту должника прослеживается, что в период с 09.01.2019 по 03.07.2019 в пользу третьих лиц (ИП ФИО5, ИП ФИО6, ООО «Геокластер ДВ», АР ПФ «СКБ «Контур», ООО «Еврострой») с назначением платежей «за ООО «СК «Феникс»» произведено перечисление денежных средств на общую сумму 320 160 руб., без какого-либо возмещения должнику.

Таким образом, вся свободная выручка от деятельности организации в период активной деятельности, полученная от подрядных работ должника, в том числе полученных ТМЦ от кредитора, выводилась должником в интересах ФИО3

В дальнейшем, после перехода доли участия, предъявления претензий кредиторов и принятия им мер к взысканию задолженности усматривается, что выручка выводилась в пользу как ФИО3, так и ФИО2

Аналогично, в ходе деятельности должника в период с 2019 по 2022 гг. производился вывод средств в пользу ФИО2, который кроме заработной платы получал денежные средства с назначением платежей «на хозяйственные нужды», «коммандировочные расходы», «за аренду спецтехники», «возврат займа».

Объёмы снятия и переводов денежных средств, производимых в интересах как ФИО3, так и ФИО2 – имели сопоставимый характер и существенно отличались от объёмов реальных расходов и транзакций в пользу независимых лиц.

В частности, анализируя период 2020-2022 гг. по счёту усматривается, что фактически период 2021 года являлся последним для деятельности компании, поскольку дальнейшее движение средств и отчётность – не показывают реальной хозяйственной активности. В данный период уже имелась задолженность перед кредитором и вступившие в законную силу судебные акты, обязывающие перечислить в пользу кредитора задолженность и штрафные санкции.

Поступления средств в данный период 2020-2021 гг. производилось от ФИО7 за услуги спецтехники, АО «Рамэк-ВС» за выполненные в 2020 году работы, а также ростаток средств от поступивших от ФГБОУ ВДЦ «Океан» за мобильное здание сборно-разборного типа «Эллинг».

Так поступившие 21.07.2020 средства в сумме 7 700 000 руб. в размере 150 000 руб. обналичены ФИО3, в размере 500 000 руб. перечислены ФИО2 по займу, в остальной части направлены в пользу третьих лиц.

По такому же принципу осуществлялось распределение всех поступавших средств в период с 21.07.2020, до окончания деятельности организации.

Так, из выписки следует, что в интересах ФИО2 за счёт выручки как на его счёт, так и по поручению ФИО8 или ФИО9 Фаррхбеку Дилщоджону Угли для ФИО2 перечислено в общей сумме 2 864 500 руб.

Снято ФИО3, перечисленов его интересах или интересах ООО «СК «Феникс», в том числе ФИО10 - 1 955 021 руб. 80 коп.

С учётом разъяснений в пункте 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Таким образом, заявителем достаточно обосновать лишь факт наличия статуса контролирующего лица у ответчика, а равно обстоятельства принятия мер к получению документации, уклонения ответчика от такой передачи применительно к возникшей обязанности обеспечить её передачу лишь по факту введения процедуры банкротства. Бремя опровержения обстоятельств заявленных в обособленном споре, а также бремя доказывания отсутствия влияния на ход процедуры факта не передачи документации (неполной передачи) – возлагается на ответчика.

Судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков, исключив при этом иные (объективные, рыночные и т.д.) варианты ухудшения финансового положения должника (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079, от 02.02.2024 №305-ЭС19-27802(6,7,8,9)).

Под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством (пункт 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

Исходя из разъяснений в пункте 18 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2019), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 25.12.2019, неисполнение бывшим руководителем должника обязанности передать документацию должника вследствие объективных факторов, находящихся вне его контроля, не может свидетельствовать о наличии интереса такого руководителя в сокрытии соответствующей информации и, соответственно, являться основанием для применения презумпции вины в доведении должника до банкротства.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 № 6-П, если кредитор, обратившийся после прекращения судом производства по делу о банкротстве с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности, утверждает, что контролирующее лицо действовало недобросовестно, и представил судебные акты, подтверждающие наличие долга перед ним, а также доказательства исключения должника из государственного реестра, суд должен оценить возможности кредитора по получению доступа к сведениям и документам о хозяйственной деятельности такого должника. В отсутствие у кредитора, действующего добросовестно, доступа к указанной информации и при отказе или уклонении контролирующего лица от дачи пояснений о своих действиях (бездействии) при управлении должником, причинах неисполнения обязательств перед кредитором и прекращения хозяйственной деятельности или при их явной неполноте обязанность доказать отсутствие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности возлагается на лицо, привлекаемое к ответственности.

Необращение контролирующих лиц в арбитражный суд с заявлением о признании подконтрольного хозяйственного общества банкротом, их нежелание финансировать соответствующие расходы, непринятие ими мер по воспрепятствованию исключения юридического лица из государственного реестра при наличии подтвержденных судебными решениями долгов перед кредиторами свидетельствуют о намеренном пренебрежении данными контролирующими лицами своими обязанностями. Стандарт разумного и добросовестного поведения в сфере корпоративных отношений предполагает, в том числе, аккумулирование и сохранение информации о хозяйственной деятельности должника, ее раскрытие при предъявлении в суд требований о возмещении вреда, причиненного доведением должника до объективного банкротства.

Таким образом, материалы дела указывают, что весь период с 2019-2021 гг. должник с момента образования кредиторской задолженности перед заявителем обладал свободными денежными средствами, которые систематически выводились в пользу заинтересованных лиц, а именно ФИО3 и ФИО2 как посредством обналичивания, так и посредством безналичным способом как напрямую, так и для заинтересованных к ним лиц.

Применительно к положениям статьи 65 АПК РФ в материалы дела не представлено доказательств, подтверждающих наличие равноценного встречного предоставления, включая предоставление займов или приобретение активов, что в совокупности с результатами деятельности должника, а именно отсутствия как активов, денежных средств, так и документации – указывает на наличие вреда действиями контролирующих должника лиц, повлёкшее невозможность погашения обязательств.

Ввиду изложенного, арбитражный суд усматривает основания для удовлетворения требований к ФИО3 и ФИО2 как лицам, фактически контролировавшим должника и извлекавших выгоду из незаконного поведения.

В отношении требований к ФИО1 – арбитражный суд не усматривает оснований для привлечения к ответственности.

Поскольку в настоящем случае, требования удовлетворены, применительно к положениям статьи 110 АПК РФ государственная пошлина, из расчёта установленного размера денежного требования – подлежит взысканию в доход федерального бюджета, поскольку истцом платёжное поручение об уплате государственной пошлины – в материалы дела не представлено.

Руководствуясь статьёй 61.19 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», статьями 110, 167-170, 176, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

Исковое заявление общества с ограниченной ответственностью «Восточный дом»  - удовлетворить частично.

Признать доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2 (ИНН: 

<

***>), ФИО3 (ИНН: 

<

***>) к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «СК «Дюна» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>).

Взыскать солидарно с ФИО2 (ИНН: 

<

***>), ФИО3 (ИНН: 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Восточный дом» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) денежные средства в размере 875 580 руб. 02 коп., из которых: 367 150 руб. 70 коп. – основной долг, 367 150 руб. 70 коп. – неустойка, 98 592 руб. 62 коп. – проценты за пользование чужими денежными средствами, 42 686 руб. – судебные расходы.

В удовлетворении требований к ФИО1 – отказать.

Взыскать с ФИО2 (ИНН: 

<

***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 10 256 руб.

Взыскать с ФИО3 (ИНН: 

<

***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 10 256 руб.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Шестой арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Хабаровского края.

Судья                                                                                                                           Р.В. Рюмин