АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-2522/22 

Екатеринбург

18 мая 2022 г.

 

  Дело № А60-48605/2017

 

Резолютивная часть постановления объявлена 16 мая 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 18 мая 2022 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Оденцовой Ю.А.,

судей Тихоновского Ф.И., Новиковой О.Н.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Лестрадэкс» (далее – общество «Лестрадэкс», должник) ФИО1 на определение Арбитражного суда Свердловской области от 18.10.2021по делу № А60-48605/2017 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.02.2022 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы надлежащим образом, в том числе публично,путем размещения информации о времени и месте судебного заседанияна сайте Арбитражного суда Уральского округа, в судебное заседаниене явились, явку своих представителей не обеспечили.

ФИО2 представил ходатайство о рассмотрении кассационной жалобы в его отсутствие, которое судом округа удовлетворено (часть 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 20.09.2017 по поступившему 13.09.2017 заявлению ФИО3 возбуждено производство по делу о признании общества «Лестрадэкс» несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 23.11.2017 заявление ФИО4 признано обоснованным, в отношении общества «Лестрадэкс» введено наблюдение, временным управляющим должником утвержден ФИО1.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 12.04.2018 общество «Лестрадэкс» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введено конкурсное производство, конкурсным управляющим должником утвержден ФИО1

В арбитражный суд 12.04.2021 поступило заявление конкурсного управляющего ФИО1 о привлечении ФИО2, ФИО5 и общества с ограниченной ответственностью «Лесные традиции» (далее – общество «Лесные традиции») к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании пункта 2 статьи 61.11, статьи 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве (с учетом уточнений в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 18.10.2021, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.02.2022, в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности отказано.

В кассационной жалобе ФИО1 просит определение от 18.10.2021 и постановление от 24.02.2022 отменить, требования удовлетворить, ссылаясь на несоответствие выводов судов обстоятельствам дела. По мнению заявителя, в результате несвоевременного (после обращения управляющего с заявлением об истребовании) предоставления ФИО2 документов бухгалтерского учета, у управляющего отсутствовали сведения о сделках должника и его имущественных правах, что повлекло невозможность формирования конкурсной массы и неудовлетворение требований кредиторов, при этом в заключении временного управляющего ФИО6 указано, что руководство должника не представило первичные учетные документы о размере кредиторской задолженности должника, а также завысило ее размер в налоговой отчетности, что привело к искажению коэффициентов платежеспособности должника, и не передало временному управляющему ряд документов должника. Заявитель ссылается на необращение руководителя в суд с заявлением о банкротстве должника и продолжение убыточной деятельности должника, в результате которой возникли новые обязательства, на непринятие им мер по предотвращению банкротства должника, погашению требований кредиторов, взысканию дебиторской задолженности, а также на получение денежных средств от реализации продукции, подотчет и направление их на погашение по договорам займов учредителей вместо выплаты заработной платы работникам, хотя, по мнению заявителя, добросовестное исполнение руководителем обязанности по подаче заявления о банкротстве должника позволило бы погасить требования в большем размере. Заявитель считает, что участники должника имели данные бухгалтерской отчетности должника, претензии кредиторов и не могли не знать о неудовлетворительном состоянии должника, недостаточности его имущества для удовлетворения требований всех кредиторов и невозможности исполнения обязательств перед кредиторами в полном объеме, но уклонились от исполнения обязанности по созыву собрания участников должника для принятия решения о его банкротстве.

Поступившие в суд округа 04.05.2022, 50.05.2022 и 06.05.2022 отзывы на кассационную жалобу от ФИО2 и его представителя судом округа не принимаются, так как к данным отзывам, в нарушение абзаца 2 пункта 1 статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не приложены доказательства направления (вручения) их копий иным лицам, участвующим в деле, при этом возвращению ФИО2 и его представителю на бумажном носителе два из названных отзывов не подлежат, так как представлены в электронном виде через систему «Мой арбитр».

ФИО2 в отзыве просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, в удовлетворении кассационной жалобы отказать.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округав порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 20.09.2017 возбуждено производство по делу о банкротстве общества «Лестрадэкс», в отношении которого определением от 23.11.2017 введено наблюдение, временным управляющим должником утвержден ФИО1

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 12.04.2018 должник признан банкротом с введением в отношении него конкурсного производства, конкурсным управляющим должником утвержден ФИО1

Согласно сведениям Единого государственного реестра юридических лиц, ФИО2 является единственным участником общества «Лестрадэкс», а также занимал должность его единоличного исполнительного органа до даты введения конкурсного производства.

Кроме того, как полагает управляющий, контролирующими должника лицами также являются ФИО5 и общество «Лесные традиции», в обоснование чего конкурсный управляющий ссылается на мнение кредитора - заявителя по делу о том, что все финансовые вопросы решал ФИО5, который проводил переговоры с контрагентами, заключал сделки с контрагентами, проводил финансовые операции, а все сотрудники должника переведены в дальнейшем на работу в общество «Лесные Традиции».

Обращаясь в арбитражный суд с рассматриваемым требованием о привлечении ФИО2, ФИО5 и общества «Лесные традиции» к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий сослался на нарушение контролирующими должника лицами срока подачи в суд заявления о признании должника банкротом, а также в уточненном заявлении (15.06.2021) указал на неисполнение бывшим руководителем обязанности по передаче конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей.

Отказывая в удовлетворении требований, суды исходили из следующего.

Руководитель должника обязан подать заявление должника в суд при наличии одного из обстоятельств, указанных в данном пункте, а также в иных случаях, предусмотренных Законом о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее, чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункты 1 и 2 статьи 9 Закона о банкротстве), а неисполнение обязанности по подаче заявления должника в суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 данного Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, которые Законом о банкротстве обязаны созывать заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принимать такое решение, и (или) подавать данное заявление в арбитражный суд (пункт 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, ранее – пункт 2 статьи 10 Закона о банкротстве).

Указанные нормы касаются недобросовестных действий руководителя должника, который, не обращаясь в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве при наличии к тому оснований, фактически скрывает от кредиторов информацию о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица; подобное поведение руководителя влечет за собой принятие уже несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, влечет заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты.

По смыслу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, а также разъяснений, данных в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума № 53), при исследовании совокупности обстоятельств, входящих в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной названной нормой, следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутым основаниям установление момента подачи заявления о банкротстве должника имеет существенное значение, учитывая, что такой момент в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

Указанное основание субсидиарной ответственности имеет существенно отличающую его от иных оснований, закрепленных в статье 61.11 Закона о банкротстве, специфику, выражающуюся в том, что размер ответственности упомянутого руководителя ограничен объемом обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, установленного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве (абзац 1 пункта 14 постановление Пленума № 53).

В связи с этим в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности по статье 61.12 названного Закона, в числе обстоятельств, связанных с возникновением одного из условий, указанных в пункте 1 статьи 9 указанного Закона, моментом возникновения данного условия, фактом неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия, входит также объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

В пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в настоящее время - подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве) закреплена презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при непередаче им документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума № 53, лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения о том, как отсутствие документов (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника.

Процесс доказывания обозначенных выше оснований привлечения к субсидиарной ответственности был упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска.

При этом как ранее, так и в настоящее время действовала презумпция, согласно которой, отсутствие (непередача руководителем арбитражному управляющему) финансовой и иной документации должника, существенно затрудняющее проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, указывает на вину руководителя, смысл которой состоит в том, что руководитель, скрывая, уничтожая, искажая, производя иные манипуляции с названной документацией, утаивает данные о хозяйственной деятельности должника, предполагается, что целью такого сокрытия, скорее всего, является лишение управляющего и кредиторов возможности установить факты недобросовестного осуществления руководителем (иными контролирующими лицами) своих обязанностей по отношению к должнику, к которым могут относиться сведения о заключении заведомо невыгодных сделок, о выводе активов и т.п., что само по себе позволяет применить иную презумпцию субсидиарной ответственности (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 в нынешней редакции Закона о банкротстве, абзац третий пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ).

Руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относимость, допустимость, достоверность каждого из представленных в материалы дела доказательств в отдельности, а также достаточность и взаимную связь данных доказательств в их совокупности, исходя из конкретных обстоятельств дела, установив по результатам исследования и анализа всех доказательств, что из имеющихся в деле документов не усматривается, что обязанность по подаче заявления о признании должника банкротом возникла у контролирующих должника лиц в период до сентября 2017 года, и тот факт, что в период до сентября 2017 года у должника имелись признаки неплатежеспособности (недостаточности имущества) не подтвержден никакими доказательствами, при том, что сам конкурсный управляющий ФИО1 не указал дату, после которой, по его мнению, возникла обязанность по подаче заявления о банкротстве должника, и не указал размер кредиторской задолженности, возникшей после истечения срока для исполнения обязанности по подаче в суд заявления о банкротстве должника, хотя суд первой инстанции предлагал ФИО1 представить соответствующие сведения, но ФИО1 такой информации суду первой инстанции не представил, а также не указал соответствующие сведения ни в апелляционной, ни в кассационной жалобах, и не заявил по данному поводу никаких ходатайств, в то время как само по себе наличие у юридического лица денежных обязательств безусловно не свидетельствует о его неплатежеспособности, а негативные последствия, наступившие для юридического лица (банкротство организации) сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) руководителя должника, так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности, суды пришли к выводу, что в материалах дела отсутствуют надлежащие и достаточные доказательства, свидетельствующие о том, что обязанность по подаче заявления о банкротстве должника возникла ранее сентября 2017 года, в то время как никаких доказательств, опровергающих данные выводы, и, свидетельствующих об ином, не представлено, никаких ходатайств по данному поводу не заявлено.

Исходя из изложенного, и, учитывая что настоящее дело о банкротстве должника возбуждено 20.09.2017, суды отказали в удовлетворении требований конкурсного управляющего о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве, ввиду недоказанности материалами дела надлежащим образом и в полном объеме наличия в данном случае совокупности всех необходимых и достаточных оснований для удовлетворения заявленных требований в соответствующей части.

Ссылки заявителя на получение руководителем денежных средств от реализации продукции под отчет и направление их на погашение по договорам займов учредителей вместо выплаты заработной платы работникам, по результатам исследования и оценки доказательств не принята судами во внимание, как ничем не подтвержденная, имеющая предположительный характер и противоречащая материалами дела, в том числе, с учетом того, что документы, подтверждающие получение руководителем денежных средств у должника и их передача учредителям должника, отсутствуют и задолженности по заработной плате перед работниками у должника не имеется.

Кроме того, исследовав и оценив все имеющиеся в деле доказательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, учитывая, что вступившим в законную силу определением суда первой инстанции от 22.10.2018 и постановлением апелляционного суда от 24.01.2019 установлено, что по акту приема-передачи документов № 1 от 10.08.2018 ФИО2 передал ФИО1 бухгалтерскую документацию должника, включая первичные документы за 2014, 2015, 2016, 2017 годы, в связи с чем основания для обязания ФИО2 передать управляющему истребуемые документы по деятельности  должника отсутствуют, и ФИО2 обязан передать управляющему только первичные документы, подтверждающие информацию, содержащуюся в оборотно-сальдовых ведомостях по счету № 20 за 2014 – 2017 годы: ФИО7 кровля 2017 г. (969967,91), 2016г. (969 967,91); Избрехт 2017 г. (63000,00), 2016 г. (63000,00); ФИО8 2017 г. (784,85), 2016 г. (784,85), 2015 г. (784,85); ФИО9 подшивка балкона 2017 г. (7003,50), 2016 г. (7003,50); производство ЛПЦ 2017 г. (1660259,92), 2015 г. (4548359,51), 2014 г. (4650396,47), и, исходя из того, что счет № 20 «Основное производство» предназначен для обобщения информации о затратах производства, продукция (работы, услуги) которого явилась целью создания данной организации, так, в частности, этот счет используется для учета затрат: по выпуску промышленной и сельскохозяйственной продукции; по выполнению строительно-монтажных, геолого-разведочных и проектно-изыскательских работ; по оказанию услуг организаций транспорта и связи; по выполнению научно-исследовательских и конструкторских работ; по содержанию и ремонту автомобильных дорог и т.п., в связи с чем из материалов дела не представляется возможным установить, каким образом непредставление вышеуказанных документов могло повлечь невозможность удовлетворения требований кредиторов, и конкурсный управляющий соответствующую информацию суду не представил, а, также, установив, что вся остальная документация должника конкурсному управляющему передана, что установлено вступившими в законную силу судебными актами и ничем не опровергнуто, суды пришли к выводу о недоказанности материалами дела надлежащим образом и в полном объеме наличия в данном случае совокупности всех необходимых и достаточных оснований для удовлетворения заявленных требований в части непередачи (несвоевременной передачи) управляющему документации должника, при том, что никаких доказательств, свидетельствующих об ином, и, опровергающие названные выводы судов, в материалы дела не представлено, никаких ходатайств по данному поводу не заявлено.

Довод заявителя о том, что временный управляющий ссылался на непредставление руководством первичных ученых документов должника по кредиторской задолженности и завышение ее размера, приведшее к искажению коэффициентов платежеспособности должника, а также на непередачу ряда документов должника, по результатам исследования и оценки доказательств отклонен судами, поскольку тот факт, что у временного управляющего отсутствовал ряд документов должника, включая документы по кредиторской задолженности, и временный управляющий установил занижение размера кредиторской задолженности должника, сам по себе никак не связан с обстоятельствами передачи (непередачи) документов должника конкурсному управляющему и определения размера кредиторской задолженности должника в процедуре конкурсного производства, при том, что в данном случае, как указано выше, конкурсному управляющему передана большая часть документов должника, включая документы по кредиторской задолженности, а размер реальной действительной кредиторской задолженности должника определяется по данным реестра требований кредиторов должника.

Помимо изложенного, по результатам исследования и оценки всех представленных доказательств, исходя из конкретных обстоятельств дела, приняв во внимание, что ФИО2 являлся единственным участником общества «Лестрадэкс» и его руководителем, тогда как ФИО5 и общество «Лесные традиции» учредителями (участниками) должника не являлись, а иное не доказано, установив, что в материалах дела не имеется никаких доказательств, свидетельствующих о том, что ФИО5 и общество «Лесные традиции» имели какое-либо отношение к принятию решений по деятельности должника, заключению сделок должника и его финансовым операциям, а также, исходя из того, что материалами дела не доказано, что между должником и названными лицами имелись какие-либо отношения и данные лица как-то взаимосвязаны, при том, что конкурсный управляющий, несмотря на предложения суда, не представил никаких пояснений и доказательств в обоснование того, какие нарушения в части ведения бухгалтерской отчетности, хранения документов, неподачи заявления о банкротстве допущены названными лицами, и как эти нарушения привели к банкротству должника, в то время как иных оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности не заявлено, и при этом управляющий не заявил по данному поводу никаких ходатайств, суды пришли к выводу, что доводы управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО5 и общество «Лесные традиции» подлежат отклонению, поскольку имеют предположительный характер, ничем не подтверждены и противоречат материалам дела.

На основании изложенного суда отказали в удовлетворении требований управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО5 и общества «Лесные традиции», в связи с недоказанностью материалами дела наличия в данном случае совокупности всех необходимых и достаточных оснований для применения в отношении ФИО5 и общества «Лесные традиции» пунктов 2, 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве и признания их контролирующими должника лицами, имеющими возможность определять его действия, 

Учитывая изложенные установленные судами обстоятельства, по результатам исследования и оценки в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации всех доказательств, исходя из конкретных обстоятельств и материалов дела, суды пришли к выводу о недоказанности материалами дела надлежащим образом и в полном объеме наличия в данном случае совокупности всех необходимых и достаточных оснований для привлечения ФИО2, ФИО5 и общества «Лесные традиции» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, при том, что суд предлагал управляющему представить соответствующие доказательства, в то время как управляющий предложения суда о предоставлении доказательств не исполнил, таких доказательств не представил и никаких ходатайств по данному поводу не заявил, ввиду чего, в отсутствие доказательств иного, опровергающих выводы судов, отказали в удовлетворении иска (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судами первой и апелляционной инстанций правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Доводы кассационной жалобы судом кассационной инстанции отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судами норм права и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом заявитель фактически ссылается не на незаконность обжалуемых судебных актов, а выражает несогласие с произведенной судами оценкой доказательств, просит еще раз пересмотреть данное дело по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства. Суд кассационной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судом кассационной инстанции не установлено нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

С учетом изложенного, определение Арбитражного суда Свердловской области от 18.10.2021 по делу № А60-48605/2017 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.02.2022 по тому же делу отмене не подлежат, оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 18.10.2021по делу № А60-48605/2017 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.02.2022 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Лестрадэкс» ФИО1 –без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                                           Ю.А. Оденцова 

 

Судьи                                                                                        Ф.И. Тихоновский 

 

                                                                                                  О.Н. Новикова