ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-42761/2020

город Ростов-на-Дону

13 мая 2024 года

15АП-3798/2024

 

Резолютивная часть постановления объявлена 25 апреля 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 13 мая 2024 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Деминой Я.А.,

судей Долговой М.Ю., Сурмаляна Г.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Ситдиковой Е.А.,

при участии:

от ПАО "ТНС энерго Ростов-на-Дону": представителя ФИО1 по доверенности от  04.03.2024,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью "Управляющая компания ЖКХ "Гарни" ФИО2 на определение Арбитражного суда Ростовской области от 23.02.2024 по делу № А53-42761/2020 по заявлению конкурсного управляющего ФИО2 о привлечении ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 к субсидиарной ответственности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью "Управляющая компания ЖКХ "Гарни" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>);

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью "Управляющая компания ЖКХ "Гарни" (далее – должник) в Арбитражный суд Ростовской области обратилась конкурсный управляющий ФИО2 с заявлением о привлечении ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 23.02.2024 по делу № А53-42761/2020 в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, конкурсный управляющий ФИО2 в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обжаловала определение от 23.02.2024, просила его отменить, принять по делу новый судебный акт.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что судебный акт вынесен с нарушением норм материального и процессуального права, выводы суда первой инстанции не соответствуют обстоятельствам дела.

От ПАО "ТНС энерго Ростов-на-Дону" посредством сервиса подачи документов в электронном виде "Мой Арбитр" поступил отзыв  на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда отменить и принять новый судебный акт об удовлетворении требований.

Представитель ПАО "ТНС энерго Ростов-на-Дону" поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил определение суда отменить.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного разбирательства, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признал возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав представителя конкурсного кредитора, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Ростовской области от 05.03.2021 (резолютивная часть объявлена 01.03.2021) общество с ограниченной ответственностью "Управляющая компания ЖКХ "Гарни" признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура, применяемая в деле о банкротстве – наблюдение, временным управляющим утверждена ФИО2 из числа членов Союз "Межрегиональный центр арбитражных управляющих".

Сведения о введении процедуры наблюдения опубликованы в газете "Коммерсантъ" сообщение от №43(7005) от 13.03.2021.

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 02.08.2021 (резолютивная часть оглашена 28.07.2021) общество с ограниченной ответственностью "Управляющая компания ЖКХ "Гарни" признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура, применяемая в деле о банкротстве – конкурсное производство. Конкурсным управляющим утверждена ФИО2 из числа членов Союз "Межрегиональный центр арбитражных управляющих".

Сведения о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликованы в газете "Коммерсантъ" №139(7101) от 07.08.2021.

Конкурсный управляющий ФИО2 обратилась в Арбитражный суд Ростовской области с заявлением о привлечении ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью "Управляющая компания ЖКХ "Гарни", в том числе:

1) ФИО3 по основаниям статьи 61.11 Закона о банкротстве –  за ведение бизнеса путем создания центров прибыли и убытков (либо) перевода деятельности на новое лицо, за непередачу документов конкурсному управляющему, а также по основаниям статьи 61.12 – за неподачу заявления о банкротстве (начиная с 01.04.2020), в размере задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, в сумме 19 478 336,21 руб.;

2) ФИО4 по основаниям статьи 61.11 Закона о банкротстве –       за непринятие мер по взысканию дебиторской задолженности, что привело к последующему увеличению кредиторской задолженности, в размере задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, в сумме 19 478 336,21 руб.;

3). ФИО5 по основаниям статьи 61.11 Закона о банкротстве –       за непринятие мер по взысканию дебиторской задолженности, что привело к последующему увеличению кредиторской задолженности, а также по основаниям статьи 61.12 Закона о банкротстве – за неподачу заявления о банкротстве (начиная с 01.04.2020), в размере задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, в сумме 19 478 336,21 руб.;

4). ФИО6 как 100% учредителя (участника) ООО "УК ЖКХ "Гарни", который несет ответственность солидарно с руководителями общества, в размере задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, в сумме 19 478 336,21 руб.

Оценив обстоятельства дела, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований исходя из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" от 26 октября 2002г. № 127-ФЗ, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В силу части 2 статьи 61.10 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" возможность определять действия должника может достигаться:

1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения;

2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии;

3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника);

4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

Согласно пункту 4 статьи 61.10 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" от 26 октября 2002г. № 127-ФЗ пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Из заявления конкурсного управляющего следует, что согласно выписке из ЕГРЮЛ 100% учредителем (участником) ООО "УК ЖКХ "Гарни" являлся ФИО6.

Руководителями (директорами) ООО "УК ЖКХ "Гарни" последовательно являлись: ФИО3 – с 10.07.2020 по 01.08.2021, ФИО4 – с 10.04.2020 по 09.07.2020, ФИО5 – с 24.08.2018 по 09.04.2020.

Таким образом, требования конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности предъявлены к надлежащим лицам.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции правомерно исходил из того, что материалами дела не подтверждена вся совокупность условий, необходимых для привлечения данных лиц к субсидиарной ответственности.

В обоснование наличия оснований для привлечения ФИО4, ФИО5 и ФИО3 к субсидиарной ответственности заявитель указывает, что они являясь руководителями должника и при наличии просроченных обязательств перед ПАО "ТНС энерго Ростов-на-Дону" должны были обратиться в суд с заявлением о банкротстве должника.

По мнению конкурсного управляющего, поскольку на момент образования дебиторской задолженности руководителем являлся ФИО5 (в период с 24.08.2018 по 09.04.2020), у него возникла обязанность по подаче заявления о банкротстве с момента формирования бухгалтерского баланса за 2019 год, согласно которому отмечается тенденция превышения обязательств должника над его активами и увеличение показателя дебиторской задолженности. Учитывая, что крайней датой формирования баланса и предоставления его в налоговый орган является 01.04.2020, то месячный срок для подачи заявления истекает 01.05.2020. Последующие руководители - ФИО3 (с 10.07.2020 по 01.08.2021) и ФИО4 (с 10.04.2020 по 09.07.2020) также не обратились с заявлениями о несостоятельности должника.

Заявление подано кредитором ПАО "ТНС Энерго Ростовна-Дону" и принято судом 25.12.2020.

Пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве определено, что неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд. При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

Руководитель хозяйственного общества обязан действовать добросовестно не только по отношению к возглавляемому им юридическому лицу, но и по отношению к такой группе лиц как кредиторы. Это означает, что он должен учитывать права и законные интересы последних, содействовать им, в том числе в получении необходимой информации.

Пунктом 9 Постановления N 53 предусмотрено, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

При этом неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых управленческих решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на извлечение третьим лицом необоснованной выгоды на постоянной основе во вред должнику и его кредиторам, в том числе внутреннее перераспределение совокупного дохода, получаемого от осуществления предпринимательской деятельности лицами, объединенными общим интересом, с использованием формального документооборота в пользу одного из них с одновременным аккумулированием основных обязательств перед контрагентами и основной налоговой нагрузки на стороне другого лица (должника) и т.д.

В силу вышеуказанных положений конкурсный управляющий должен доказать не просто существование у должника задолженности перед кредиторами, а наличие оснований, обязывающих руководителя обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом.

В соответствии с изложенной в Определении Верховного Суда РФ от 27.01.2017 № 306- ЭС16-20500 правовой позицией специфика функционирования организаций по управлению многоквартирными домами такова, что текущая кредиторская задолженность перед ресурсоснабжающими организациями сочетается с наличием дебиторской задолженности граждан за коммунальные услуги, что периодически приводит к временным затруднениям с денежной ликвидностью.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 18.07.2003 № 14-П, даже формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве.

Сам по себе момент возникновения признаков неплатежеспособности хозяйствующего субъекта (наличие просроченной кредиторской задолженности) может не совпадать с моментом его фактической несостоятельности (банкротства), когда у руководителя появляется соответствующая обязанность по обращению с заявлением о признании должника банкротом.

Наличие у должника задолженности не может рассматриваться как безусловное доказательство начала возникновения у должника какого-либо обязательства перед конкретным кредитором для целей определения необходимости обращения руководителя должника в суд с заявлением о признании должника банкротом в соответствии с абзацем вторым пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Ухудшение финансового состояния юридического лица не отнесено статьей 9 Закона о банкротстве к обстоятельствам, обязывающим руководителя обратиться в арбитражный суд с заявлением должника.

Наличие у организации кредиторской задолженности в определенный период времени не свидетельствует о неплатежеспособности организации в целом, не является основанием для обращения руководителя с заявлением о банкротстве должника и не свидетельствует о совершении контролирующими лицами действий по намеренному созданию неплатежеспособного состояния организации, поскольку не является тем безусловным основанием, которое свидетельствует о том, что должник был неспособен исполнить свои обязательства, учитывая, что структура активов и пассивов баланса находится в постоянной динамике в связи с осуществлением хозяйственной деятельности.

В соответствии с пунктом 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53, объективное банкротство - это момент, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов. Объективное банкротство является юридическим фактом, влекущим конкретные последствия применительно к субсидиарной ответственности: дата начала объективного банкротства учитывается для периода определения контроля (по смыслу п. 4 вышеуказанного Постановления); данное обстоятельство имеет значение при привлечении к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве (по смыслу п. 9 вышеуказанного Постановления).

Момент возникновения обязанности по подаче заявления должника в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов. Сами по себе кратковременные и устранимые, в том числе своевременными эффективными действиями руководителя, затруднения не могут рассматриваться как безусловное доказательство возникновения необходимости обращения последнего в суд с заявлением о банкротстве.

Бухгалтерский баланс сам по себе не может рассматриваться как безусловное доказательство начала возникновения у должника какого-либо обязательства перед конкретным кредитором для целей определения необходимости обращения руководителя должника в суд с заявлением о признании должника банкротом, поскольку отражает лишь общие сведения об активах и пассивах применительно к определенному отчетному периоду.

Действующее законодательство не предполагает обязанность указанных в Законе о банкротстве лиц обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании общества банкротом (принять такое решение), в момент, как только активы общества стали уменьшаться. Показатель того, что пассивы преобладали над активами должника, не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое положение должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в суд с заявлением должника о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 162 Жилищного кодекса Российской Федерации по договору управления многоквартирным домом одна сторона (управляющая организация) по заданию другой стороны (собственники помещений в многоквартирном доме, органы управления товарищества собственников жилья, органы управления жилищного кооператива или органы управления иного специализированного потребительского кооператива) в течение согласованного срока за плату обязуется оказывать услуги и выполнять работы по надлежащему содержанию и ремонту общего имущества в таком доме, предоставлять коммунальные услуги собственникам помещений в таком доме и пользующимся помещениями в этом доме лицам, осуществлять иную направленную на достижение целей управления многоквартирным домом деятельность.

По существу, такая организация осуществляет, в том числе, полномочия по сбору денежных средств с владельцев квартир и оплате потребленной энергии. При этом может возникнуть ситуация, когда из-за несвоевременной оплаты жилищно- коммунальных услуг собственниками помещении в многоквартирных домах наступает просрочка в оплате поставленных коммунальных ресурсов.

В этой связи организация имеет непогашенную кредиторскую задолженность перед энергоснабжающими организациями, бюджетом одновременно с дебиторской задолженностью, что является обычным для функционирования управляющих организаций.

Таким образом, сам по себе признак недостаточности имущества у должника и наличие задолженности перед ресурсоснабжающими организациями за определенный период времени не могут свидетельствовать о наступлении обязанности у ответчика (руководителя) подать заявление о признании общества несостоятельным (банкротом).

Правоотношения должника со своими контрагентами носили длительный характер и не могли быть прекращены с учетом положений Правил предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домой утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 06.05.2011 № 354.

Ответственность за невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве предполагает под собой в качестве объективной стороны правонарушения недобросовестное сокрытие от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица и заведомой невозможности удовлетворения требований новых кредиторов, повлекшее впоследствии возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Именно такое поведение влечет возложение на руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы, обеспечивая, тем самым, защиту кредиторов, не осведомленных по вине такого руководителя о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов.

Как обосновано указано судом первой инстанции, в материалах дела отсутствуют надлежащие и достаточные доказательства, свидетельствующие о недобросовестном и неразумном поведении ФИО3, ФИО4, ФИО5 при осуществлении руководства предприятием и совершении ими действий, повлекших ухудшение финансового положения должника.

Кроме того, суд отмечает, что ФИО4 являлся руководителем должника с 10.04.2020 по 09.07.2020. Столь короткий срок исполнения полномочий руководителя не может считаться достаточным, чтобы установить финансовое положение организации, провести инвентаризацию имущества и выявить неплатежеспособность должника.

Неудовлетворительная структура баланса должника не отнесена законодателем к обстоятельствам, из которых в силу статьи 9 Закона о банкротстве возникает безусловная обязанность руководителя обратиться в арбитражный суд с заявлением должника о признании банкротом.

Учитывая установленные судом фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, а также недоказанность конкурсным управляющим причинно-следственной связи между неподачей в суд заявления о признании должника банкротом и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, суд пришел к обоснованному выводу о недоказанности необходимых условий для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по указанному основанию.

Конкурсный управляющий  также просил привлечь руководителя должника ФИО3 к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по передаче документации конкурсному управляющему.

В силу пункта 1 статьи 61.11 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" от 26 октября 2002г. № 127-ФЗ если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности: 1) организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; 2) ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Для привлечения лица к субсидиарной ответственности необходимо установить факт неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, вину субъекта ответственности и причинно-следственную связь между отсутствием документации и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

Вина субъекта ответственности устанавливается, исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (п. 1 ст. 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Необходимо отметить, что привлечение к субсидиарной ответственности по обязательствам должника контролирующих должника лиц фактически является специальным способом возмещения убытков.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" разъяснено, что единоличный исполнительный орган юридического лица должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу нарушением обязанности действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно, при этом истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

В соответствии с пунктом 2 статьи 126 Закона банкротстве, с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника, иных органов управления должника и собственника имущества должника - унитарного предприятия.

Руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника несет ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 16.10.2017 по делу N 302-ЭС17-9244, указанное требование Закона о банкротстве обусловлено, в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

Установленная указанной нормой права ответственность соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (пункт 1 статьи 6, пункт 3 статьи 17 Федерального закона от 21.11.1996 N 129-ФЗ "О бухгалтерском учете", пункт 1 статьи 6, пункт 3 статьи 29 Федерального закона от 06.12.2011 Ж02-ФЗ "О бухгалтерском учете") и обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (пункт 3.2 статьи 64, пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве).

Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

Таким образом, применение изложенных норм допустимо при доказанности следующих обстоятельств:

1. надлежащего субъекта ответственности, которым является собственник, учредитель, руководитель должника, иные лица, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо иным образом имеют возможность определять его действия;

2. факт несостоятельности (банкротства) должника, то есть признания арбитражным судом или объявлении должником о своей неспособности в полном объеме удовлетворять требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей;

3. наличие причинной связи между обязательными указаниями или действиями указанных лиц и фактом банкротства должника, поскольку они могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Между тем, привлечение к субсидиарной ответственности представляет собой меру ответственности руководителя за действия, повлекшие невозможность сформировать конкурсную массу в объеме, достаточном для погашения требований кредиторов должника. Следовательно, руководитель должника может быть привлечен к субсидиарной ответственности, если непередача документов явилась препятствием для формирования конкурсной массы должника.

При этом заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

- невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

- невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

- невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать, что привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась, что согласуется с положениями пункта 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации об основаниях ответственности за нарушение обязательств.

При доказанности обстоятельств, составляющих опровержимые презумпции доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

Учитывая экстраординарный характер субсидиарной ответственности, то есть то, что она является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 53) истец не может быть освобожден от бремени обоснования своего иска в той степени, в которой такое обоснование ему доступно.

Как установлено судом, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью "Управляющая компания жилищно-коммунального хозяйства "Гарни" в Арбитражный суд Ростовской области обратилась конкурсный управляющий ФИО2 с заявлением об истребовании у ФИО3 бухгалтерской и иной документации должника, материальных и иных ценностей (с учетом уточнения заявленных требований, принятого судом первой инстанции в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 27.09.2021, оставленным без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.12.2021, заявление конкурсного управляющего удовлетворено.

Вместе с тем, как указывает управляющий определение ФИО3 исполнено не в полном объёме. В частности, не переданы сведения о полном наименовании дебиторов, общей сумме дебиторской задолженности, юридических адресах дебиторов, сумме задолженности, дате образования и основаниях возникновения задолженности, отсутствуют оригиналы актов сверки задолженности (если сверка производилась). Кроме того, не предоставлены сведения о дебиторской задолженности собственников жилых и нежилых помещений домов, находящихся (находившихся) в обслуживании должника в разрезе лицевых счетов по периодам образования и статей услуг по состоянию на 01.09.2021 в формате "Excel" в электронном виде для взыскания в судебном порядке с указанием адреса, фамилии, имени, отчества, лицевого счета, площади, даты последнего платежа, общей суммы задолженности с разбивкой по статьям расходов до 2 месяцев, до 3 месяцев, от 4-6 месяцев, от 7-12 месяцев, от 13-36 месяцев, свыше 36 месяцев, даты последней оплаты.

ФИО3 переданы сведения о дебиторской задолженности в виде таблицы "Сведения о задолженностях лицевых счетов на 28 июля 2021 г.", в которой указаны следующие данные: адрес, ФИО, лицевой счет, площадь, последняя оплата, всего долг.

Вместе с тем, как указал конкурсный управляющий, из представленных документов невозможно установить, за какой период образовалась указанная задолженность, отсутствуют договоры управления многоквартирными домами, переданные документы не содержат сведений об адресе должников, сведений о собственниках указанных квартир, сведений о начисленных платежах и их периоде.

Ответчик в отзыве пояснил, что такие сведения возможно получить из открытых источников: ГИС ЖКХ (договоры управления МКД), ФГИС ЕГРН (сведения о собственнике недвижимого имущества), все имеющиеся у него документы им переданы управляющему.

Доказательств невозможности получения информации самостоятельно, в том числе в ЕРКЦ, конкурсным управляющим не представлено, равно как и доказательств того, что данные документы у ФИО3 имеются.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу об отсутствии оснований для привлечения руководителя должника ФИО3 к субсидиарной ответственности за непередачу документации.

Конкурсный управляющий также указывает на наличие оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности за ведение бизнеса путем создания центров прибыли и убытков

В обоснование данного довода управляющий указал, что у ООО "УК ЖКХ Гарни" находилось на обслуживании 47 МКД.

Согласно сайту ГИС ЖКХ МКД, расположенные по адресу: 

<

...> перешли в  обслуживание ООО УК "Римэйк" (ИНН 

<

***>).

Согласно сведениям Спарк-интерфакс бывшим учредителем ООО УК "Римэйк" с 26.08.2019 по 05.06.2020 являлся ФИО5, который в период с 24.08.2018 по 09.04.2020 являлся руководителем ООО "УК ЖКХ Гарни".

В соответствии со статьей 19 Закона о банкротстве ООО УК "Римэйк" и ООО "УК ЖКХ Гарни" являются аффилированными лицами.

При переводе МКД на обслуживание в новое юридическое лицо, подконтрольное тому же центру принятия решений, должник является центром убытков, а новое юридическое лицо и прежние подрядчики, начавшие отношения с новым юридическим лицом, выполняют функцию центра убытков. Показателем перевода бизнеса на новое юридическое лицо в случае с управляющей компанией может являться: те же МКД, сотрудники, тарифы на содержание и ремонт жилья, контрагенты.

Выбор способа управления многоквартирным домом регулируется статьей 161 Жилищного кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 2 статьи161 Жилищного кодекса Российской Федерации, управление МКД может быть осуществлено тремя способами: непосредственное управление собственниками помещений в МКД; управление товариществом собственников жилья / жилищным или потребительским кооперативом; управление управляющей организацией.

В соответствии с пунктом 3 статьи 161 Жилищного кодекса Российской Федерации способ управления МКД выбирается на общем собрании собственников помещений МКД и может быть выбран и изменен в любое время на основании решения.

Решение общего собрания собственников о выборе способа управления является обязательным для всех собственников помещений в МКД. Таким образом, собственники помещений в МКД могут в любое время изменить, расторгнуть договор управления МКД (пункт 8 статьи 162 Жилищного кодекса Российской Федерации).

Кроме того, собственники помещений в одностороннем порядке в любое время на основании решения общего собрания могут отказаться от договора управления МКД с управляющей компанией (пункт 8.1 статьи 162 Жилищного кодекса Российской Федерации).

Заявитель не представил доказательства, свидетельствующие о том, что смена управляющей организации произведена собственниками помещений в многоквартирном доме в результате совершения ответчиком согласованных действий. Документально не подтвержден довод о том, что ответчик имел возможность определять волю собственников помещений многоквартирного дома.

Судом установлено, что ООО "УК ЖКХ ГАРНИ" и ООО УК "Римэйк" осуществляли самостоятельную экономическую деятельность в сфере управления многоквартирными домами в Ростове-на-Дону. Доказательства того, что ответчик оказывал влияние на волеизъявление собственников помещений, в материалы дела не представлены.

Довод конкурсного управляющего о совершении ответчиком действий, направленных на ухудшение финансового положения должника путем перевода домов в иную управляющую организацию, судом отклонен, учитывая, что выбор способа управления многоквартирным домом является правом собственников помещений в таком доме. При этом, заявитель не представил доказательства, свидетельствующие о передаче должником ООО УК "Римэйк" каких-либо активов.

Судом установлено, что должника и ООО УК "Римэйк" не связывают договорные отношения. ООО УК "Римэйк" не собирало платежи населения для должника, ответчики не переводили имущество или активы должника в другую организацию.

Таким образом, как обоснованно указано судом первой инстанции, отсутствуют основания полагать, что ООО УК "Римэйк" является центром прибыли, а должник - центром убытков. Должник и ООО УК "Римэйк" самостоятельно принимали обязательства по оплате перед ресурсоснабжающими организациями и получали платежи от собственников многоквартирных домов. Иного не доказано.

Учитывая установленные судом фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, суд пришел к правомерному выводу о недоказанности наличия в данном случае всех необходимых условий для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Конкурсный управляющий и конкурсный кредитор полагают, что основанием для привлечения ФИО4 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО "УК ЖКХ "Гарни" является подпункт 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве, а именно невозможность полного погашения требований кредиторов вследствие бездействия контролирующих должника лиц по взысканию дебиторской задолженности.

Конкурсный управляющий указал, что в третью очередь реестра требований кредиторов включены требования в сумме 19 478 336,21 рублей. Указанная задолженность имелась у должника перед кредиторами на январь 2017 года. По мнению конкурсного управляющего, с января 2017 года, то есть с момента возникновения задолженности, для контролирующего должника лица являлось очевидным, что должник отвечал признакам неплатежеспособности, при этом имущество, достаточное для исполнения денежных обязательств, отсутствовало.

В балансе должника отражено: на 31 декабря 2019 года: активы - 26 334 тыс. руб., кредиторская задолженность - 43 619 тыс. руб.; на 31 декабря 2018 года: активы - 27 993 тыс. руб., кредиторская задолженность - 18 441 тыс. руб.; на 31 декабря 2017 года: активы - 19 123 тыс. руб., кредиторская задолженность - 11 846 тыс. руб.

Фактически активом должника является дебиторская задолженность граждан, которая в силу объективных причин в ряде случаев не может взыскиваться своевременно.

Конкурсный управляющий считает, что вышеперечисленные обстоятельства позволяют сделать вывод о том, что основной рост задолженности перед ресурсоснабжающими организациями - кредиторами возникает не в результате неоплаты конечными потребителями денежных средств за коммунальные услуги, а в результате расходования поступающих денежных средств на иные цели.

В силу пункта 1 статьи 61.11 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" от 26 октября 2002г. № 127-ФЗ если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно пункту 17 постановления N 53 в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Контролирующее лицо, которое несет субсидиарную ответственность на основании подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве, и контролирующее лицо, несущее субсидиарную ответственность за доведение до объективного банкротства, отвечают солидарно.

Если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных после появления признаков объективного банкротства, произошло несущественное ухудшение финансового положения должника, такое контролирующее лицо может быть привлечено к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью основаниям.

Согласно абзацу 32 статьи 2 Закона о банкротстве, вред, причиненный имущественным правам кредиторов, - уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 N 305-ЭС19-10079, судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника.

В соответствии с разъяснениями пунктов 18 и 19 постановления N 53 контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац 2 пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 23 постановления N 53, презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок. Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Вместе с тем, в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, заявителем не представлены доказательства расходования денежных средств на иные, кроме как для ведения хозяйственной деятельности обществом, цели. Кроме того, не представлено доказательств, что дебиторская задолженности возникла в период управления обществом          ФИО4 и ФИО5

При указанных обстоятельствах, оснований для привлечения последних к субсидиарной ответственности на основании подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве у суда первой инстанции не имелось.

Доводы апелляционной жалобы, сводящиеся к иной, чем у суда, оценке доказательств, не могут служить основаниями для отмены обжалуемого судебного акта, так как они не опровергают правомерность выводов арбитражного суда и не свидетельствуют о неправильном применении норм материального и процессуального права.

Суд первой инстанции выполнил требования статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, полно, всесторонне исследовал и оценил представленные в деле доказательства и принял законный и обоснованный судебный акт.

Нарушений или неправильного применения норм материального или процессуального права, являющихся в силу статьи 270 АПК РФ основанием к отмене или изменению обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 23.02.2024 по делу № А53-42761/2020  оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий                                                               Я.А. Демина

 

Судьи                                                                                             М.Ю. Долгова

 

Г.А. Сурмалян